Лайк для зомби

Глава 1

Марина закрыла крышку ноутбука и уставилась в потолок.

Трансляция закончилась. Пять тысяч зрителей, полторы тысячи лайков, три крупных доната за ролик «Как оставаться красивой в домашних условиях». Она показала им упражнения для скул, маску из авокадо и объяснила, что стресс – худший враг кожи.

Ни слова про загадочную эпидемию и про то, что город в одночасье вымер.

Теперь интернет был подконтролен государству. Никаких паникерских сводок. Никаких «сколько умерло за сегодня». Новостные каналы встали на рельсы развлекательного контента, тиражируя фитнес и кулинарный позитив.

Марина слыла в этом деле профессионалом.

На ней были пижамные штаны и тапки, зато сверху — дорогой свитер для выходов в эфир. Подписчики могли видеть только верх. Так и надо. Если не обманываться — свихнешься или получишь блок.

Она подошла к окну.

Снаружи царило запустение. Копилась пыль на припаркованных авто уже шесть недель.

Власти рекомендовали не соваться на улицу, и никто не совался. Магазины переехали на виртуальные площадки. Медицинская помощь оказывалась дистанционно. Весь район превратился в декорацию.

«А что, если выйти?» — вдруг подумала Марина.

Не потому, что хотела правды. А потому, что утренний стрим собрал мало просмотров. Конкуренты тоже качали скулы.

Новый заголовок родился сам по себе: «Бьюти блогер на пульсе городских легенд».

Ей стало даже интересно.

Она натянула джинсы вместо пижамы, взяла телефон и вышла за дверь.

Соседи мышами прятались по квартирам.

— И снова привет, мои хорошие! — произнесла она в камеру, бодро шагая по двору. — Я тут совсем одичала взаперти. Давайте прошвырнемся по центру без цензуры. Что не запрещено – разрешается. Пока вы пьете мой любимый мятный коктейль – ссылочку на промик прикреплю в описании к этому видео — я рискну за вас.

Она прошлась по кварталу. Продемонстрировала всюду задернутые шторы, решетки, необитаемую детскую площадку, обнесенную баррикадой из строительного мусора. Расхохоталась, когда кадр выхватил табличку на стекле стоматологии: «Прием только онлайн. Берегите себя».

— Мир параноиков, — прокомментировала она надпись, сбежав на проезжую часть ради панорамного вида. — Скоро будем бояться не кашля, а собственной тени.

Где-то завыла сирена — скорая. Или полиция. Или воздушная тревога.

Марина не обернулась. Она слишком привыкла за эти недели.

А потом услышала рокот мотора.

Незнакомая серая машина без опознавательных знаков вылетела из-за угла на приличной скорости.

Марина подняла руку, радостно помахав ей навстречу.

— Наш первый прохожий! Не все киснут дома! Сейчас спросим, куда он торопится на пустой дороге!

Водитель не затормозил.

Удар пришелся в бедро. Хрустнули кости. Потом затылок об асфальт. Хмурое небо перевернулось несколько раз, и навалилась темнота, которая длилась столько, чтобы успеть подумать: «Телефон, я уронила телефон, стрим же идет».

Машина уехала, даже не мигнув стоп-сигналом.

Марина встала, не чувствуя ног. Открыла рот, чтобы выругаться:

— Ты...! Твою мать!

Телефон валялся в трех метрах на тротуаре, экраном вниз. Еще живой — оттуда доносился хор испуганных подписчиков: «Мариш, ты цела?», «Это рофл?».

Она наклонилась и замерла. Посмотрела на правую руку — прозрачную до кончиков пальцев. Что за спецэффект? И в этот момент за спиной кто-то пошевелился. Треснули камушки под подошвами.

Она обернулась и увидела... себя.

Золотистые волосы, которые укладывались щипцами полтора часа, слиплись в бурые сосульки. Рот был перекошен — как у дешевой куклы с китайского рынка. Глаза ее — синие, но отрешенные. Такие глаза могут быть у людей, что роняют слюни на грудь.

И она поднималась с асфальта.

Марина в ужасе попятилась от самой себя. Прямо в припаркованный «Фиат». И прошла сквозь него.

Вот тогда ей все стало ясно.

— Так, значит, — произнесла она голосом человека, который среди маринованных голов в холодильнике нашел просроченный йогурт. — Эти слухи – не шутка. Эпидемия не гриппа, а зомби?

Ее бывшее тело, согнувшись под невозможным углом, сгребло болтающее устройство и, волоча правую ногу, похромало по улице.

Марина, подумав, побежала за ним.

Сперва она пыталась вернуть контроль над телефоном, но призрачные пальцы больше не имели веса. Пыталась нырнуть в собственное тело, как в осеннюю листву, но ее тут же выбрасывало обратно.

Прежняя Марина упала, криво проползла с полметра и опять поднялась.

При виде грязных коленей ее копию прорвало.

— Джинсы от сестер Олсен! Боже! Ты знаешь, сколько это стоит? Их теперь не примут даже с чеком!

Зомби не ответило, а потащилось в сторону модных бутиков, то и дело покачиваясь лицом перед объективом.

Телефон издавал аппетитные звуки и гнал вперед как осла за морковкой.

— На мой канал подписаны тысячи! — стонала Марина. — А из-за таких бровей они все отпишутся назад! Вытри кровь с ресниц! Ты же в кадре! Господи, я этого не переживу... Два часа коту под хвост — праймер, тоналка, консилер...

Никто ее не слышал.

Тело брело дальше, что только распаляло владелицу.

— Не позорь меня хотя бы перед друзьями! Выпрями спину! Втяни живот! Еще немного — и тебя скрючит как паука! Ты, черт побери, все еще Я!

Зомби, урча, заглянуло в телефон. Выключило камеру. Включило снова.

Марина в отчаянии схватилась за волосы.

— Да закрой же рот! Толку от твоего мычания?

С карниза слетел голубь, надеясь на подачку. Он был глупый, жирный и медленный.

Зомби не задумалось — один прыжок, и птица захрипела в зажатом кулаке.

— Прекрати сейчас же! — Марина зашлась в истерике. — Выплюни голову! Люди смотрят! Я вегетарианка! Понимаешь? Вегетарианка! Мне платили за пост про осознанное потребление! Два рекламных контракта о тофу! Три репоста от фонда защиты животных!

Тело жевало, удовлетворяя желудок.

Телефон разрывался звонками. Количество зрителей росло по секундам.

Марина бежала рядом, не замечая, что силуэтом становится светлее.

Зомби ее игнорировало. Оно периодически подносило телефон к уху, пробовало запихать себе в рот — но тот оказался несъедобным.

Наконец оно остановилось перед витриной дорогого павильона. С подиума улыбался манекен в свитере из кашемира и синих брюках новой коллекции.

На двери висел замок.

Зомби заревело. И бросилось головой в стеклопакет.

Первый удар проложил толстую трещину. Второй раскидал осколки веером.

Оно ввалилось внутрь, схватило манекен и заурчало что-то нечленораздельное.

Марина посмотрела на дыру в витрине. Перевела взгляд на свои почти истаявшие руки. И удовлетворенно кивнула.

— Брунелло Кучинелли. Высшее качество. По крайней мере, после смерти я не потеряла вкус к стилю.

Ветер подхватил упавшее голубиное перышко и понес по улице.

Марина стала совсем прозрачной. Как дым над остывающей чашкой кофе. А потом превратилась в ничто. Душа сделала то, что ей положено: растворилась в тишине вымершего города, не дождавшись аплодисментов.

А зомби осталось.

Оно сидело в разбитой витрине, обнюхивая человека из пластмассы, и пялилось в телефон. Там, на экране, кипела жизнь. Подписчики Марины не расходились. Наоборот, их становилось все больше.

«Ребят, она реально умерла?»

«Конечно, ради твоего доната»

«Это лучший контент за месяц»

«У моего соседа было то же самое, вылечил арабскими огурцами вот тут...»

«Где заказать такого голубя?»

Зомби подняло телефон повыше. В кадр попала стойка, манекен, его кудрявый парик.

Оно открыло обманутый рот и издало голодный рык.

Система автоматически перевела это в субтитры: «Спасибо за лайк, мои хорошие».

Число сердечек перевалило за миллион.

По пустой дороге ветер мел пыль, перья, осколки — и не было никого, кто бы мог сказать, что здесь что-то не так.