Купи брахиозавра

Глава 1

– Ну, давай, – сказал я Маришке, – решайся. Пришли ведь, чего откладывать?

– Боюсь, – она вздохнула. – Думаешь, легко вдруг подойти к человеку и спросить, где купить муху цеце? Он ведь решит, что я дура.

Я вздохнул. Мы это уже обсуждали.

– Я, предположим, тоже так решил, ну и что из того? - это я пошутил неудачно.

– Дима!!

– Я тебя люблю, – добавил я поспешно. – Тебя ведь никто не заставляет мучиться. Не хочешь, не надо. Пойдем, мороженого поедим.

– Дима, этот тренинг стоит три тысячи. Я должна выполнять домашние задания.

– Так наплюй на всех и выполняй. Тренинг ведь по избавлению от застенчивости, вот и не культивируй свою застенчивость. Какая разница, что кто-то там про тебя решит? Может, он сам дурак. Тут все относительно.

– Дима.

– Пошли, – я взял Маришку за руку и шагнул на тротуар. – Простите, вы не подскажете, где можно купить муху цеце?

Строгая барышня и бровью не повела:

– Аптека вон там, за углом...

– Ага, спасибо большое.

– Слышь, – я легонько чмокнул Маришку в щеку, – в аптеке за углом. Один раз я за тебя отработал, осталось девяносто девять. Трудись, раз денежки заплатила, а я пойду вон там, в тенечке посижу.

Прикупив в киоске пару банок холодненького светлого, я присел на скамейку.

Хорошо. Не жарко.

– Извините, пожалуйста, вы не желаете купить брахиозавра? – около меня стоял худой и носатый субъект.

Я хлебнул из банки и закашлялся.

– Еще один страдалец, что ли? А почему брахиозавра? Слоны закончились?

– Нет, – он присел рядом и завистливо посмотрел на мое пиво. – Слонов и нет. Только ящеры. А брахиозавр вообще очень подходящий, он большой, и шкура у него... В общем, очень подходящая у него шкура.

– Понятно, – кивнул я, – расстелю ее перед камином. А белых медведей у тебя нет? Вот то шкура, я понимаю.

– Нет, что вы, у медведя неподходящая. А у вас есть камин? – зачем-то уточнил он.

– Не-а. И медведя с брахиозавром тоже нет.

Он смотрел на пиво. С вожделением. Так и подавиться можно, чего доброго.

Я протянул ему вторую банку.

– Держи. Угощаю.

– Спасибо...

Он заерзал, зашарил по карманам, вытащил визитную карточку.

– Вот. Классная штука. Лучшее, что было в моей жизни. Просто зайдите, тут близко, за углом. Это перспективно!

– Да зачем... зайти?

– Купить брахиозавра. Это пока неосвоенный сектор рынка. Это шанс!

– Ага, – кивнул я, – ладно. Если неосвоенный сектор, то зайду.

И подумал – как, однако, старается мужик. Молодец. Тоже, небось, денежки заплатил, вот и приходится теперь... от застенчивости избавляться.

Мы пиво допили, и он ушел. А мне что-то надоело на лавочке сидеть. Я нашел глазами Маришку, помахал ей, и...

В общем, захотелось мне прогуляться. Помогать любимой развлекать прохожих – вот тут я пас. Хотя ради Маришки я, конечно, на все готов.

На карточке было написано крупно: "Бюро хронопутешествий", и телефон, конечно, и адрес, мелкими буквами. В доме по этому адресу я первым делом обнаружил аптеку, в которой мне советовали купить муху цеце. А чуть дальше нашлась дверь с этой самой табличкой: "Бюро хронопутешествий".

И с чем же это едят?..

За столом перед компьютером сидела девушка, по виду обычная секретарша на рецепции. Она приветливо улыбнулась.

Ничего. В конце концов, у меня сегодня хорошее настроение. И я радостно сказал:

– Здравствуйте! Я пришел купить брахиозавра! Остались еще?

Она, рассмеявшись, ответила вот что:

– Ой, да их еще сколько угодно! Присаживайтесь, пожалуйста!

Я мысленно похвалил ее реакцию и чувство юмора, и уселся на предложенный стул.

Девушка постучала по клавишам и спросила:

– Ваши фамилия, имя, отчество, возраст, домашний адрес?

Я все перечислил.

– Вы знаете, что в первый раз можно купить только одного брахиозавра? А потом три, пять - сколько хотите.

– Хорошо, – тут же согласился я, – мне больше и не надо. А стоит-то сколько?

– Сто пятьдесят рублей, это рекламная цена.

– Очень хорошо. Заверните.

Она опять рассмеялась.

– Ну, что вы! Он же большой. Так будем оформлять? Платите.

Я достал деньги, и получил взамен несколько глянцевых проспектов и чек. Все проспекты были украшены кадрами из фильма "Парк Юрского периода".

Вдруг хлопнула дверь, и в комнате возник здоровенный детина в камуфляже.

– Что, Олеся, готов клиент? – полюбопытствовал детина. – Полетели? А то засиделся, никаких сил нет. Пошли, друже, – он улыбнулся мне как-то... по-отечески, – меня, кстати, Викентий зовут, я твой инструктор, – и сунул мне широченную, как лопата, ладонь, я пожал ее и тоже назвался.

Становилось все интересней.

В соседней комнате я напялил такой же, как у инструктора Викентия, пятнистый комбинезон, и сел в кресло перед монитором, а Викентий – перед другим таким же.

Он сообщил мне:

– Тут ничего сложного нет, любой дурак сможет. Ты, главное, расслабься, и вот сюда смотри, в серединочку. Внимательно, говорю, смотри, и расслабься...

Я стал внимательно смотреть. Сначала в середине экрана крутилась разноцветная точка, потом она стала спиралью, потом – я затрудняюсь назвать, чем она стала, затейливая такая фигура, которая крутилась и втягивала меня, втягивала внутрь, и вот втянула, и я полетел... туда...

Тьфу ты, что за напасть.

У меня под ногами была земля, каменистая и твердая. И небо было над головой, огромное и страшно голубое. В небе – птица, парила и кувыркалась, неподалеку – еще одна. Чуть в сторонке что-то росло, трава не трава, мох не мох. А подальше – лес, стена без конца и краю. И деревья какие! Ничего себе. Так... А с другой стороны – овраг. Каньон целый, на дне его – река. Очень интересно.

– Ты как? – Викентий сзади хлопнул меня по плечу. – Голова не кружится? Это ничего, если кружится. Сейчас пройдет.

– Ну ни фига ж себе у вас спецэффекты! – выдохнул я.

На самом деле я другое сказал, гораздо длиннее и заковыристей, да и сам не понял толком, что я там сказал... Но суть была эта самая.

Он захохотал.

– Нравится? Еще бы! Я вот уже уйму часов налетал, а все не привыкну, все радуюсь...

– Что это?

– Это называется Юрский период, самое его начало. А вот и наши зверушки, смотри!

Они появились из-за леса. Вначале не торопясь, важно прошествовал один, огромный, он не шел, а плыл в каком-то туманном мареве, передние ноги заметно длиннее задних, массивное туловище, меленькая голова на длинной мощной шее, и хвост, похожий на шею – тоже длинный и мощный. За ним вышли еще несколько, потом еще и еще. Я сбился со счета.

– Ну вот, брахиозавры. Выбирай, – сказал Викентий голосом радушного хозяина.

– Зачем? – спросил я потерянно.

– Затем, что купил. Теперь можешь получать доход. А иначе чего покупал? – он сунул мне в руку бинокль.

В бинокль я увидел их прямо перед своим носом. Огромные, блестящие зеленовато-серые туши, и...

– Что это?! – я судорожно глотнул.

На боку ближайшей ко мне зверюги красовалась надпись: "Мока-мола" в до боли знакомом стиле. Чуть подальше жевал зелень зверь с надписью "Вапси". Я рассмотрел – всякая разная реклама украшала, если можно так выразиться, добрую половину ящеров. Последней я разобрал надпись: "Макароны Маква".

Сев на землю, я икнул и захохотал.

– Нет, это что? Зачем, а?!

– Рекламные баннеры зачем? – Викентий хмыкнул. – Так тут туристов больше, чем ящеров. Нет, не сегодня, конечно. По понедельникам, средам и пятницам. А сегодня вторник. Мы ведь, собственно, туристов не возим, у нас направление другое немножко. Мы бизнес продвигаем. На вашем временном промежутке только начали, поле непаханое. Вот и ты теперь прикупил себе рекламную площадь, размещай, что хочешь. Хлопочи и имей денежки, с прейскурантами тебя Олеся ознакомит.

– Да почему на ящерах? – по-прежнему не понимал я. – Вон, на горе написать, и то лучше видно будет.

– Потому что закон есть, что размещать рекламу можно лишь на объектах живой природы, однозначно. Неживая ведь, чего доброго, и до нашей эпохи сохраниться может, в каком-нибудь виде. А так нельзя, вероятное влияние на будущее. Вот этот период, – он повел рукой вокруг себя, – чего, думаешь, выбрали? Все просчитано-продумано, не боись. Динозавры все равно вымрут, одни скелеты останутся. Вероятное влияние почти нулевое. Да и то, думаешь, весь Юрский можно посещать? Как бы не так. Каких-то двести лет выделили, и привет. Капля в море.

Тут птичка, парившая в небе, ринулась вдруг в нашу сторону, Викентий сшиб ее из штуковины, возникшей в его руке как по волшебству. Я хорошо смог разглядеть упавшую птичку. У нее были кожистые крылья и полная пасть зубов.

– Ничего, – махнул рукой Викентий, – через час оклемается. Давай выбирай себе животное, и пометим его. Если хочешь, можешь сразу чего-нибудь написать. Хоть имя своей девушки.

– Нет, – тут же отказался я, – пусть в честь моей девушки тут бродит хоть один неразрисованный брахиозавр. Знаешь, Кеша, будь я туристом, я бы не поперся сюда разглядывать рекламу "Вапси". Она у меня перед домом на магазине намалевана, и по телевизору, опять же...

– Дима, какие проблемы? – Викентий по-доброму улыбнулся. – Предыдущие двести лет – никакой рекламы, только туризм. Цены выше на порядок.

– Понял, – вздохнул я. – Дурацкая какая-то программа, но красиво, нет слов. Никогда не думал, что виртуальность может быть такой... настоящей. Даже запах тут такой, елки зеленые, и небо, и, вообще, все...

– Это не виртуальность, Дима, – Викентий взглянул на меня еще добрее. – Все проще. Это Юрский период, самое начало. Видишь ли, чересчур подробно я тебе не объясню, но, в общих чертах... Человек, Дима – это электромагнитная волна. Да, в сущности, все на свете – электромагнитная волна. Значит, сумей задать нужные характеристики, и – все. Хоть в прошлое, хоть на Марс. Это просто, Дима. Но в вашем промежутке до этого еще не додумались.

Я посмотрел на него, потом по сторонам – на брахиозавров, на лес, на каньон, и на зубастых птичек. Присел и потрогал руками землю.

Нет, я совершенно точно знал, что верить этому нельзя. Ни в коем случае.

Но я поверил.

– Вы, стало быть, из будущего, – сказал я. – Только раз у нас до такого еще не додумались, чего же вы...

– Хороший бизнес, Дима, – пожал плечами Викентий. – А если кто не верит, мы не настаиваем. Виртуальность так виртуальность. Ладно, Дима, давай-ка за дело. А то нам обратно скоро.

Мы выбрали громадного зверя и пометили его. Даже приближаться не пришлось, Викентий из пушечки такой маленькой патроном специальным выстрелил – и готово, штрих-код на шкуре, тут тебе и номер, и прочие данные. Мой зверь, короче.

Да, оснастка у этих людей будущего, инструменты – у меня аж под ложечкой засосало, от зависти.

А потом опять все помутнело, закружилось, и...

Мы очутились в той самой комнате, перед мониторами. В пестрых комбинезонах.

Дальше было вот что – девушка Олеся, радостно улыбаясь, притащила нам по кружке кофе, а еще – прейскурант. Я прочитал, во сколько мне обойдутся следующие полеты туда и следующие брахиозавры. И присвистнул. Потом нашел про стоимость аренды рекламной площади и прочие приятные сведения, и опять впечатлился. Хороший бизнес.

– Поработай, – ухмыльнулся Викентий. – Приводи десяток рекрутов, и полетели...

Я вышел на солнечную улицу и закрыл за собой дверь с табличкой "Бюро хронопутешествий", прошел до угла и наткнулся на мою Маришку.

– Как дела, малыш? – спросил я и поцеловал ее. – Отработала свою сотню глупых вопросов? Нет еще? Ничего, давай вместе. Только мы с тобой будем спрашивать, не хотят ли они купить брахиозавра, ага?

Наталья Сапункова, 2007г