Кот Мурик и синяя птица

Глава 1

– Ну чего ты толкаешься? Поесть нормально не даешь.

Мурик оторвался от миски и недовольно посмотрел на Мыша. Тот молча показывал на вентиляцию. Из нее торчала голова и полтуловища птицы. Какой-то совсем незнакомой птицы. Размером с сороку. И вообще, она была похожа на сороку. Если бы сороки были синими. Сороки, конечно, синими не бывают. Во всяком случае их знакомая Матильда никогда не говорила о синих сороках. А уж она-то должна бы знать, ведь она сорока. А вот птица – та точно была синей.

Птица вылезла из вентиляции целиком и вдруг полетела, нарезая круги по кухне. Мурик и Мышь следили за ней удивленно раскрыв глаза и рты. Рты были открыты так широко, что у Мурика даже еда вывалилась.

– Привет, мальчики, – прозвучало так внезапно, что оба подпрыгнули и снова посмотрели на вентиляцию. Оттуда высунулась еще одна голова. Теперь – феечки Розы.

– Привет, Роза, – ответил все еще обалдевший от происходящего Мурик. – Как обстановка?

– Какая обстановка? – удивилась Роза.

– Не обращай внимания, – в кухню влетела Матильда, которая как раз была у Мурика и Мыша в гостях. – Это они фильмов людей насмотрелись, теперь вот так и говорят.

– А, – кивнула Роза, – обстановка хорошо. А как у вас?

– Все штатно, – четко ответил Мыш.

– А это что?

– Да все то же. Вопрос: «Как обстановка?». Если все в порядке – то ответ: «Все штатно». – опять помогла Матильда.

– А если не в порядке?

– Тогда «Хьюстон, у нас проблемы», –ответил Мурик.

– Ничего не понимаю, – Роза озадаченно помотала головой.

– Да не обращай внимания. Мальчишки – такие мальчишки, – махнула крылом Матильда. – Я и сама не до конца понимаю.

– А что это за синяя птица с тобой? – спросил Мурик. Весь разговор он, не отрываясь, разглядывал ее. Уж очень она была необычной.

– А это и есть Синяя птица. Вид такой. – Роза погладила подлетевшую птицу. Та от удовольствия зажмурила глаза. – Они иногда в этот мир полетать приходят. У людей считается, что они приносят удачу тем, кто их увидит. Только это тяжело – они не любят на виду летать. Вот и ходят люди, ищут их, чтобы в жизни повезло.

– И что, везет?

– Я не знаю, – Роза пожала плечами. – Мы не проверяли, а сами птицы сказать не могут. Хотя они очень сообразительные.

– Красивая, – коротко сказал Мыш, обойдя птицу и внимательно разглядев. Та, как будто поняла, благодарно наклонила голову.

– Сипа – так ее зовут – совсем еще молодая, почти птенец. Она в первый раз в этом мире. Я решила ее с вами познакомить. Все равно за зубом пора идти. И, кажется, вы ей нравитесь. Правда, Сипа?

Синяя птица Сипа вежливо кивнула головой и тихонько курлыкнула. Мурик, Мыш и Матильда дружно кивнули в ответ.

– Милости просим, – сказал Мурик гостеприимно. – Только у нас тут беспорядок.

– На дачу едем, – важно сказал Мыш.

– Ой, как хорошо, что мы сегодня к вам зашли, – обрадовалась феечка. – А то уехали бы вы – как бы я зубик забрала?

Мурик и Мыш озадаченно переглянулись.

– Ты знаешь, а девочка на дачу еще вчера уехала, с бабушкой и дедушкой. – сказал Мурик и торопливо добавил, – но ты не переживай, зуб с ними уехал. Он еще не выпал.

– И что же теперь делать? – печально спросила Роза. – Зубик там, а я здесь. Кто же его заменит на монетку?

– А разве выход из вашего мира туда открыть нельзя?

– Можно, но я же не знаю, куда.

– Поехали с нами, – предложил Мыш. Все с удивлением посмотрели на него.

– Что? – ответил Мыш на взгляды. – Там природа.

– Знаешь, а почему бы и нет? – подумал, сказал Мурик. – Дом там большой, я на фотографиях видел. Никто не заметит. Всего-то на два дня.

Предложение выглядело хорошим, тем более что делать все равно было нечего. Зубик-то там, а они здесь. Но Роза все еще колебалась. Все-таки немного страшно ехать в незнакомое место. Тут вмешалась Матильда.

– Природа – это хорошо, – сказала она. – Сипе будет где полетать. Птенцам полезен свежий воздух. И простора там больше, а людей меньше. А то полетает по городу – будут за ней все гоняться, удачу искать.

Тут уж возразить было совсем нечего. Роза взлетела под потолок и звонков воскликнула:

– Давайте собираться!

Собирать правда было и нечего. Только придумать, как незаметно проникнуть в машину, на которой хозяева поедут на дачу. У Мурика была переноска, маленькая, но очень уютная. Обычно она хранилась в кладовке, и Мурик иногда пробирался туда полежать в ней, когда вокруг было слишком шумно: приходили гости или хозяйская девочка слишком шумела. Туда отлично помещался он, и еще оставалось место для Мыша. А вот с феечкой и двумя птицами все было не так просто.

– План такой: – предложила Матильда. – когда хозяева будут грузить вещи в машину, я пошумлю немного в деревьях. А когда они отвлекутся – мы влетим в багажник и спрячемся между сумок.

– А получится? – засомневался Мурик.

– Конечно! Я так тыщу раз делала. Когда хотела что-то блестящее стянуть.

– Воровать плохо, наставительно сказал Мыш.

– Это было давно, – смущенно ответила Матильда. – Ошибки молодости.

Лучше предложений все равно не было, поэтому так и поступили. Тем более, что к моменту погрузки вещей на улице уже начинало смеркаться, и в сумраке и Матильда, и Роза, и Сипа легко проскочили незамеченными в багажник.

***

Дорога была довольно долгой – три часа, – но прошла без происшествий. Вся компания даже задремала. И только в конце, когда машина запрыгала на неровно проселочной дороге, их немного поболтало, да так, что Мыша подкинуло, и он упал на Мурика, а феечка Роза ударилась головой. Она даже пискнула от боли, и хозяин замотал головой, пытаясь понять, что не так с машиной. А Матильду в итоге так укачало, что, когда багажник открылся, она пулей вылетела прямо на хозяина, напугав его, и зигзагами улетела в крону ближайшего дерева. В поднявшейся суматохе Роза и Сипа незаметно выбрались следом, а у людей вечером была одна тема для разговора: как птица попала в машину?

Дом оказался не таким большим, как казался Мурику на фото, но зато с чердаком. Из дома на него вела лестница, по которой сразу же прошмыгнул Мыш, пока Мурик отвлекал хозяев, выпрашивая еду. А Роза, Матильда и Сипа незаметно влетели прямо через небольшое окошко под крышей.

– Что-то в моей жизни стало слишком много пыльных чердаков, – проворчал Мурик, когда все собрались в кружок вокруг найденной среди хлама и тут же зажжённой свечи.

– Это второй, – заметил Мыш.

– Ровно на два больше, чем мне хотелось бы. Я домашний кот. Мне тут неуютно.

Мыш и Матильда переглянулись и пожали плечами. Им к чердакам было не привыкать.

«Мама, папа, он выпал!» – внезапно раздался снизу голос девочки. Роза улыбнулась и захлопала в ладоши: значит, сегодня ночью она все-таки заменит зубик на монетку.

Люди еще какое-то время ходили внизу, чем– то гремели, шуршали, но вскоре все стихло. Роза еще немного подождала и спустилась вниз за зубиком.

– Там так темно, – рассказала она остальным, когда вернулась. – Представляю, как девочке страшно там засыпать.

– Я за ней приглядываю, – раздалось откуда-то.

– Ай, – чуть не подпрыгнул Мурик и обернулся по сторонам. Остальные тоже вздрогнули. Рядом в свете свечи показалась Тень.

– Ну я же просил меня не пугать! – разозлился кот.

– Прости, – виновато ответила Тень. – Я не специально. Я и правда тут ребенка охраняю.

– От кого? – спросила Роза.

Раздался какой-то шорох. Все притихли.

– Наверное, люди внизу ворочаются, – осторожно предположила Матильда.

– Люди, люди. Это не люди, это я тут ворочаюсь, – опять раздалось откуда-то, и теперь не только Мурик, но и все остальные подпрыгнули от страха. – Уснуть пытаюсь, а вы болтаете, неуемные. Еще охранять тут от кого-то собрались кого-то. От кого тут охранять? Все свои.

– Ты кто? – осторожно спросил Мыш.

– Я-то известно кто. Я домовой. А вот вы кто?

И в круг вошел, сонно потирая глаза, лохматый бородатый человечек в лаптях.

– Ой, точно! – воскликнула феечка Роза. – Вы же тоже из нашего мира! Мне девочки рассказывали, а сама я домовых никогда и не видела. Я все больше по квартирам хожу, а вы же в квартирах-то не живете.

– Где там жить-то, в ваших квартирах? Шумно, тесно, спрятаться от лишних глаз негде. В домах-то не во всех поселишься. Раньше в домах вон печки какие были, – домовой широко развел руками. – Залез за них и греешься. А теперь… Так, не заговаривайте мне зубы. Вы кто такие? Только давайте вкратце, а то спать хочется.

– Ну если вкратце… – и Роза рассказала домовому и кто они такие, и что тут делают.

– Ух ты! Настоящая синяя птица? Приятно познакомиться, Глеб. – вежливо поздоровался домовой. Сипа в ответ кивнула головой.

– Ну ладно, – сказал домовой, когда познакомился с остальными. – Рад вас видеть и все такое, но спать все равно пора. Мне с восходом солнца вставать.

– Так рано? – удивился Мурик. Уж он-то вставать рано не любил. – А зачем?

– Деревенская привычка, – ответил Глеб. – Тут все так встают. С утра корову на выпас отправить, свиней покормить.

– А это кто? – спросил Мыш.

– Твой любимый вопрос, как погляжу, – Глеб усмехнулся. – С утра покажу. Спокойной ночи.

***

– Мама, мама, смотри, монетка! Феечка все таки прилетела ночью и забрала зубик! – радостный детский крик заставил Мурика открыть глаза и недовольно мяукнуть. А феечка Роза от радости взлетела под потолок и зависла там, хлопая крылышками и улыбаясь. Она не часто видела реакцию детей на монетку, но каждый раз сама очень радовалась вместе с ними.

Матильда подлетела к окошку чердака и посмотрела на улицу. Раннее утреннее солнце заливало все вокруг, а на небе не было ни облачка.

– Ну что, Сипа, пойдем летать? – спросила сорока у синей птицы. – Там вдали такой замечательный лесок! Я просто уверена, что нам будет ужасно весело. Отвались мое перо, как весело.

Сипа сонно кивнула головой.

– Тогда полетели скорее, пока никто не видит.

И птицы исчезли в окне.

– А мы что будем делать? – спросила Роза. – Может быть пойдем погуляем? Кажется, в ближайшее время я абсолютно свободна.

– И я, – подал голос Мыш.

– Вы как хотите, но я без завтрака никуда не пойду, – ответил Мурик. – А то, как в прошлый раз, нарвемся на каких-нибудь крыс. А я совершенно не хочу делать это на голодный желудок.

Тут, конечно, возражать никто не стал. Трудно возражать, если в тишине слышишь, как бурчит твой живот. Поэтому Мурик спустился вниз и от души налопался своего корма из миски, а потом притащил немного Мышу. Розе досталось несколько ягод, которые дочка хозяев собрала еще прошлым вечером и оставила на столе.

– Проснулись, городские? – опять откуда-то из дальнего угла раздался голос домового Глеба. А следом за голосом появился и сам Глеб. – Пойдем, хвостатый, покажу тебе и коров и свиней.

Мурик и Мыш вопросительно посмотрели на Глеба.

– А, да, – сообразил тот. Вы же оба хвостатые. Ну вот оба и пойдемте. И Роза, конечно, тоже, – обратился он уже к феечке. Друзья переглянулись и пожали плечами. С ближайшими планами, кажется, все решилось.

Глеб пошел первым. За ним шел Мурик, а на нем ехал Мыш – чтобы не потеряться по дороге. Последней над самой землей летела Роза. Незаметно они выбрались из дома и через заросли кустов и цветов, от запаха которых Мурику ужасно захотелось чихнуть, пробрались к забору, в котором была большая щель. В которую Глеб, а за ним и все остальные, сейчас же и пролезли.

– Я вообще-то из дома не люблю выходить, – на ходу говорил Глеб. – Мы, домовые, к своему дому привязаны, а чужая компания нам не особо и нужна. Но иногда вот к соседу захаживаю. У него голубятня есть. Да и корова, молочком парным угоститься. Давайте только тихо.

– Почему тихо? – удивилась Роза?

– Потому что кончается на У, – быстро и как-то нервно ответил Глеб. – Пойдемте скорее.

Участок с другой стороны забора был очень похож на их. И дом был похож. Вот только к дому было пристроено что-то вроде сарая.

– Это хлев, – пояснил Глеб. – там внутри корова. Ну и свиньи. А за ним – голубятня. Вон, видите, в небе летают? Это они. Глупые… но симпатичные, – домовой посмотрел на голубей с нежностью, но тут же посуровел и двинулся в сторону хлева.

После яркого солнца улицы в хлеву ничего не было видно. Друзья шли вперед практически на ощупь. Слева кто-то похрюкивал. «Свиньи,» – сказал Глеб. Мыш пошел на звук но только врезался во что-то в темноте и сел на пол. Но постепенно глаза привыкли к полумраку, и впереди показался силуэт кого-то очень большого, с рогами и чавкающего.

– Это корова? – воскликнула Роза.

– Тише ты, – цыкнул на нее Глеб, но было поздно. Корова начала медленно поворачивать голову.

– Ну да, корова, – расстроенным тихим голосом сказал Глеб и заткнул уши. Корова закончила поворачивать голову, увидела незнакомцев, дернулась, выкатила глаза и вдруг громко замычала:

– Му– у– у– а– а– рты– ы– ын!

В дальнем углу звякнуло, упав, ведро.

– Бежим, – крикнул Глеб, выскочил из хлева и драпанул в сторону своего дома. Остальные – за ним. «Только суньтесь еще! Ужо я вам задам!» – неслось следом. Друзья добежали до дома, проскользнули на чердак и повалились на пол, тяжело дыша, и пытаясь отойти от пережитого страха.

– Кто такой Муартын? – спросил Мурик, когда все немного успокоились.

– Не Муартын, а Мартын, – ответил Глеб. – Домовой тоже. Сосед как раз.

– Так ты же к нему в гости ходишь? – Мурик непонимающе уставился на Глеба.

– Ну да, хожу. Когда он не видит.

– Воруешь что ли? – подозрительно поглядел на домового Мыш?

– Ой, да ничего я не ворую! – взвился Глеб. – К голубям я хожу. Они глупые, но меня любят. Не то что эта… тоже глупая, только с рогами. А Мартын жмот, не дает с ними видеться. Вот и приходится тайком…

– А молоко? Ты же говорил про молоко? – Роза тоже смотрела на домового с упреком.

– Ну а что – «молоко»? Подумаешь, взял немного пару раз. Компенсация за моральные страдания.

Некоторое время они молчали. Конечно, без спроса приходить в чужой дом и воровать молоко было плохо. Но и Глеба было жалко. Кажется, он и вправду был привязан к голубям.

– Ладно, – наконец произнес Мурик, – чего уж там. Корову мы, будем считать посмотрели, свиней – услышали. Чем дальше займемся?

Домовой, понял, что никто на него зла не держит и мгновенно повеселел.

– А тут рядом пруд есть, – сказал он. – Небольшой такой, в траве спрятался. Люди туда не ходят: им на речке интереснее. А я там маленький пляж присмотрел. Песок на нем мягкий, теплый – просто чудо. Хотите покажу?

***

Прудик и правда был чудесным. Даже Мурик это признал. Он развалился в теньке под кустами и, жмурясь, наблюдал, как Мыш, который сразу же с разбегу плюхнулся в воду, плескается в ней, и солнце блестит в разлетающихся брызгах. Рядом с Муриком устроились Глеб и Розой. Роза рассказывала Глебу новости из родного мира, где он не был уже много лет с тех пор, как поселился в деревенском доме.

– Соскучился я по нашему миру, а сделать ничего не могу. Я, считай, тот мир на этот заменил. Привязываемся мы, домовые, к своему дому, понимаешь? Даже на день оставить трудно. Отойти к соседу еще можем, по деревне там –туда-сюда. А дальше – совсем невмоготу. Такая тоска наваливается что у– у– у! Но за новостями следим. Хоть до нас только обрывки и долетают. Вот слух про каких-то серых долетел.

Феечка понимающе кивнула и рассказала ему всю историю с зубиком. Глеб хлопал себя по коленям, охал и ахал, а под конец с уважением посмотрел сначала на Мурика, а потом на Мыша.

– Вода – огонь, – прокричал Мыш, выходя из пруда и отряхиваясь. – Пойдемте ку…

Договорить ему не удалось, потому что в этот момент на берег с неба свалилась кубарем сорока Матильда. Она с трудом поднялась и, пошатываясь и еле передвигая лапы, поплелась к друзьям. Выглядела она как будто побывала в урагане: ошалелые глаза и перья во все стороны. Парочка перьев даже упала, пока она шла. Все остолбенело уставились на нее.

– Как обстановка? – машинально спросил Мыш.

– Хьюстон, у нас проблемы, – едва слышно ответила Матильда и рухнула на песок.

– Ой ой ой! – запричитала Роза.

– Кажется, она в обмороке от усталости, – осмотрев Матильду, сказал домовой. – Надо брызнуть на нее холодной водой. Станет лучше.

– Совсем что ли? Холодно же! – воскликнула сорока, придя в себя, когда все дружно, включая, Мурика, который, вообще-то, воду терпеть не мог, начали поливать ее из пруда. И добавила:

– Сипу похитили.

– Как похитили? – спросил Мурик.

– Кто похитил? – спросил Мыш.

– Зачем похитили? – спросила Роза.

– Где похитили? – спросил Глеб.

– Серые, – ответила Матильда и рассказала, как все произошло.

***

Мы поутру как с чердака вылетели – так сразу в лес полетели, стрелой. Чтобы на глаза лишний раз никому не попадаться. Прыг – и там. И никто вроде нас не видел. Как прилетели – там, конечно, расслабились, осмотрелись. Я на Сипу глянула –и обалдела. Она перья расправила, хвост распушила. Красивая – страсть. Немудрено, что люди верят, мол, она удачу приносит. Не может такая красота просто летать. Точно должна что-то приносить. Или удачу или несчастья. Что? А, да, так вот. Летаем мы, значит, над деревьями. Под деревьями тоже летаем, между деревьями. И вместе, и друг за дружкой. Развлекаемся, в общем. Наконец подустали. И я не молодая, хоть по виду и не скажешь. Да и она еще в полную силу не вошла. Стали искать, где бы присесть, отдохнуть. Смотрим – полянка. А на ней ягоды рассыпаны. И орехи всякие. Вот, думаю, счастье привалило. Растяпа какой-то по лесу ходил, да корзинку обронил, наверное. Глупая я глупая, потом уже сообразила: это какая же корзинка должна быть? Но поздно было. Только мы на полянку сели, как нас в сетку – цап! И серые вокруг как набегут! Схватили и давай вязать. Связывать то есть. Ну я, понятно, начала вырываться. Головой мотаю, крыльями машу, клювом пару самых смелых цапнула, ору еще, мол, бандиты, хулиганы! Только кто-то меня сзади по темечку хлоп – я сознание и потеряла. Очнулась – голова болит, а вокруг ни Сипы ни серых. Я в небо поднялась, посмотреть: может идут где-то, да разве через деревья увидишь? Покружилась, по кричала, и полетела к вам.

***

– Это вот те самые серые? – уточнил Глеб.

– Ага, – кивнула Роза и печально шмыгнула носом, готовясь заплакать. – Что теперь делать…

– Как в прошлый раз, – сказал Мыш, – искать улики.

– Где, в лесу? – мрачно спросил Мурик. – То в квартире было, там я все углы знал. А тут лес. Как определишь, где улика, а где просто ветка лежит?

– Можно след взять по запаху, – как бы ни к кому не обращаясь задумчиво проговорил Глеб. – Жил тут у нас недалеко кот дворовый. Его местные подкармливали. Так он миску молока мог за тыщу метров учуять. Собаки завидовали!

– Я не дворовый!

– Да я так… как идею…

– Но мы же не можем просто бросить Сипу! – в отчаянии воскликнула Роза и посмотрела на Мурика. И Мыш посмотрел на Мурика. И Матильда посмотрела. А Глеб и так уже смотрел.

– Вы что, серьезно? В лес? Нюхать следы? – переспросил он. Все дружно закивали.

– Я-то пойти не смогу, – виновато сказал Глеб, – но вам с собой в дорогу перекусить дам. А вечером дома буду ждать, с молоком.

Мурик понял, что сопротивляться бесполезно, и только ответил:

– Ладно.

***

До леса они дошли быстро и без приключений. А чего там? Иди да иди по лугу прямо – не ошибёшься. Благо, и был он недалеко. А вот когда пошли первые деревья – стало не так легко. Корни под лапы лезут, ветки цепляют, вокруг все одинаковое: куда идти – не понятно. Хорошо еще Матильда дорогу помнила, но все равно было трудно, а как поглубже зашли, и кроны деревьев закрыли солнце, так еще и жутковато.

– Долго еще? – спросил Мурик, когда все уже вконец потеряли всякие ориентиры.

– Да уже пришли почти. Где-то здесь, – нерешительно сказала Матильда, а в следующую секунду они неожиданно вышли на ту самую поляну.

– Вот тут они и напали, – сорока нахохлилась, вспоминая потасовку.

– Ну что же, вздохнул Мурик, – давайте искать улики. Кто что найдет – сообщайте мне.

Друзья разошлись по поляне и стали усиленно искать. Только вот никаких улик никак не находилось. То есть вокруг было много примятой травы, валялись раздавленные ягоды, но ничего, что могло бы помочь в поисках Сипы. Наконец, после двух часов поиска все собрались в середине поляны, усталые и приунывшие от неудачи.

– Бедная Сипа, – снова приготовилась заплакать Роза, – где же тебя искать?

– Да уж, – угрюмо вздохнула Матильда, – полетали.

Мурик задумчиво посмотрел на сороку, потом на поляну, а потом воскликнул:

– А серые-то летать не умеют. Значит?

– Значит, они не птицы, – сказал Мыш.

– Значит, они ушли по земле, – поправил его Мурик. – Значит?

– Значит, они умеют ходить? – осторожно предположила Матильда.

– Значит, они оставили следы. Видели, по каким мы кустам шли? А им сетку с Сипой за собой тащить. Точно за ними след остался: ветки поломанные, и все такое. Мы не то искали.

Все снова бросились бегать по поляне в поисках следов. И вскоре следы нашлись: с одной стороны поляны кусты были сильно примяты, как будто через них ломился какой– то зверь. Лось, например. Или толпа серых с птицей в сетке.

– Вон, смотрите, – почти сразу указал лапой куда-то вглубь леса Мурик, – там вон еще ветки обломаны. Они точно пошли в ту сторону.

Друзья, конечно, тоже пошли в ту сторону. И вскоре увидели еще обломанные ветки. А потом примятый куст. А потом обрывок серой одежды, а еще дальше синее перо. Роза очень обрадовалась перу. Одно дело какие-то примятые кусты, а другое дело – перо. Это уже настоящий след. Улика!

Они шли, и шли, и шли, и уже начало серьезно темнеть, когда впереди между деревьями появился просвет. Друзья пошли быстрее, и вскоре вышли на поляну, где и остановились в недоумении.

– Кажется, здесь мы уже были, – сказал Мыш. Ему никто не ответил. Все и так это поняли. Они уселись прямо посреди поляны, не понимая, что делать дальше.

– Ничего мы сегодня уже не найдем, – мрачно сказал Мурик. – Надо выбираться из леса домой.

– Темно уже, – ответила Матильда. – Заблудимся. Придется ночевать здесь.

– В голоде и холоде, – пробормотал Мыш, увидел недобрые глаза остальных и развел руками. – Что?

– Ну зачем же в голоде и холоде? – раздался хриплый голос из темноты. У друзей по спинам побежали мурашки.

– Кто здесь? – тихо спросила Матильда.

На поляну вышел человечек, закутанный в какую-то мешковину. За бородой и лохматыми волосами совсем не было видно его лица. Как он сам видел сквозь такие заросли – можно было только догадываться.

– Леший я, за лесом тут приглядываю. Вон, у феечки спросите.

– Точно, – сказала Роза, еще не пришедшая в себя. – Лешие в лесу живут. Могут заблудившегося человека из леса вывести. Или еще больше запутать.

– А еще я за лесом приглядываю, – настойчиво проворчал леший.

– Да, прости. И за лесом присматривает, – извинилась Роза. Как именно леший присматривал за лесом, так и осталось тайной.

– Я думал, лешие только в сказках бывают, – недоверчиво сказал Мурик.

– Я же говорила, что все ваши сказки люди написали, когда с существами из нашего мира встречались, – напомнила Роза.

– Пойдемте в мою землянку, – сказал леший. – Я вас чаем с диким медом угощу. Меня, кстати, Петром зовут. Пойдемте, тут недалеко. Чего в лесу мерзнуть? Да и небезопасно тут ночью. Ходют всякие…

В подтверждение слов Петра вдали кто-то протяжно завыл. Мурашки пробежали по спинам друзей снова. Теперь в другую сторону. Друзья не стали ждать, когда и куда они побегут в следующий раз, и пошли за лешим.

В землянке Петра было простенько, но уютно. Он рассадил гостей вокруг деревянного стола с горящей свечкой посередине и налил всем травяного чая. А к нему и правда достал дикого меда и варенья.

– А не видел ли ты, – спросил Мурик у лешего между глотком чая и очередной ложкой меда, – как на этой полянке, где ты нас нашел, птицу поймали и утащили. Синюю такую, красивую.

– Да что вы такое говорите? – отмахнулся Петр. – У нас лес тихий, спокойный. Не было ничего такого.

Все удивленно посмотрели на него, а Матильда уже хотела было возмутиться, но Мурик остановил ее.

– А чего это на поляне ягоды раскиданы? И орехи? И трава вся примята?

– Так это того… Белки резвились. Бельчата. Ох и проказники, – ответил леший немного нервно.

– А…, – начал было Мурик, но Матильда все таки не выдержала.

– Да какие белки? Какие белки? Меня на этой поляне вместе с синей птицей схватили! Только я вырваться смогла!

– Может, то другая полянка была? – неуверенно предположил Петр. – Лес большой, полянок много…

– Не могла я перепутать! – не унималась Матильда. – Я эту полянку ни с чем не спутаю.

– Ну не знаю, совсем уж робко ответил Петр. – бывают такие похожие…

– Врет, – сказал Мыш, пристально смотря на лешего.

– Мне тоже кажется, что что-то ты не договариваешь, – согласился Мурик.

– Ты же леший, ты весь лес знаешь, что где делается, – взволновано сказала Роза.

– Да ничего я не знаю, – отчаянно запротестовал Петр, пряча лицо за чашкой чая. – Лес вон какой большой, а я вон какой маленький. Мало ли где какие серые человечки какую синюю птицу поймали.

– Я не говорил, что это были серые человечки, – сказал Мурик, и снова внимательно посмотрел на Петра. – Откуда ты узнал?

Друзья встали из-за стола и начали обступать лешего.

– Да и не знаю я, – не сдавался тот. – Так, угадал случайно

– Они нашу Сипу украли, сердито сказала Роза, двигаясь к Петру. – Синюю птицу нашу. Она птенец еще совсем. А они ее украли. И держат где– то в темноте. Ей страшно и одиноко. А ты помочь не хочешь!

– Да никого я… Эх, ну ладно. Видел я их. Помочь просили. Они, мол, птицу схватят, а если ее искать придут я помешать им, то есть вам, должен. Чтобы вы заблудились и их не догнали. Вот вы и заблудились.

– То есть ты с ними заодно? – пораженно воскликнула Роза. – Но почему?

– Почему? – теперь уже рассердился Петр. – А чего эти люди везде ходят? Шумят все, ищут все что-то. Никакого покоя. То грибы им, то ягоды. Зверей пугают. А теперь вот за синей птицей еще гоняться тут будут? Не надо нам тут такого. Ничего с вашей птицей не случится. Посидит у серых – отпустят. Они обещали. Зато сюда больше не прилетит.

– Роза, – Мурик повернулся к феечке, – кажется этот любитель покоя не знает, что это за серые и чего они добиваются.

– А чего они добиваются? – насторожился Петр.

– Ты и правда не знаешь? – взмахнула руками Роза. – Ну тогда слушай.

И феечке пришлось заново рассказывать все, что она до этого рассказывала домовому. И про зубик, и про серых, и про их старшего, Карла.

Когда рассказ закончился, сидел сутулый и такой грустный, и расстроенный, что его было даже жалко.

– Это что же, – спросил он, – получается, что я сразу двум мирам навредил?

– Получается, что так, – кивнул Мурик. – Но ты же не знал. Зато теперь знаешь, и можешь нам помочь. Куда они пошли?

– В дальнюю деревню, – ответил Петр, на другом конце леса. Деревня заброшенная. Живут там себе. Тихие… Кто ж знал…

– Как туда пройти?

– Я вас проведу. Только сам в деревню с вами не пойду. Нельзя мне из леса. Простите.

Мыш погладил расстроенного лешего по руке:

– Не переживай, мы справимся.

– Понять бы только – как, – пробормотал Мурик, а вслух добавил. – Ладно, пойдемте что ли. Чего зря время терять?

– Так стемнело же уже, давайте что ли с утра, – предложил Петр.

– Да как же с утра? – возразила Роза. – Сипа там ночью одна с этими серыми будет?

Мыш и Матильда поддержали Мурика и Розу.

– Только надо Глеба предупредить, – вспомнила Роза. – он же нас хватится, переживать будет.

– А Глеб это кто? – спросил леший.

– Да домовой, – ответил Мурик, – который в хозяйском доме живет.

– А, понял. За него не переживайте. Я ему весточку отправлю. В вашу деревню один мой знакомый заяц бегать повадился. Морковку, бандит, таскает. Так заодно и записку занесет. Хоть польза будет. Не все же ему безобразничать.

***

Никто не понял, какими тропинками вел их Петр, только до деревни они дошли – глазом моргнуть не успели. Вокруг непроходимая чаша, темнота – хоть глаз выколи, даже свет луны не проникает. А у них на тропинке ни корешка, ни веточки. Как будто не лес, а дорожка вокруг дома. Мурик за такие способности лешего даже зауважал.

– Дальше я не могу, – сказал леший, когда они вышли из леса, и вдалеке в лунном стала видна деревня.

– Постой, – сказал Мурик, – а где их там искать– то?

– Они что-то про сельский клуб говорили. Но что это – я не знаю, – пожал плечами Петр. И исчез в лесу, как будто его и не было. Мурик тоже пожал плечами.

– Ну что, пошли искать клуб, – сказал он. И опасливо шагнул в сторону деревни. Все шагнули за ним. Он шагнул еще раз. Все шагнули еще раз. Он шагнул в третий, и все за ним.

– Слушайте, а чего это вы все за мной шагаете? – спросил он, немного нервничая.

– Нам страшно, – призналась Роза.

– А мне нет?

– А ты смелый, – сказал Мыш.

– Спасибо конечно, но может какой-нибудь план придумаем. Что– то мне разонравилась идея идти прямо в деревню. Вдруг заметят?

– Разведка, – сказал Мыш глубокомысленно.

– Чего, – переспросил Мурик.

– Разведка, – сказал Мыш и развел руками, мол, что же тут непонятного.

– Давайте я облечу деревню, – предложила Матильда. – Меня в темноте не узнают. Мало ли птиц тут летает? Попробуй найти этот загадочный «клуб».

Других предложений не было, и Матильда сразу же полетела.

Вернулась она довольно быстро, и не успев отдышаться, выпалила.

– Нашла! Там дом посреди деревни. Как другие, только большой. Окна светятся.

– А с чего ты решила, что это именно клуб? – спросил Мурик.

– Так на нем написано: Клуб.

– А Сипу, Сипу ты там видела? – спросила Роза.

– Сипу нет. А вот серого рядом – видела.

– Значит она там, – обрадовалась Роза. – надо ее спасать!

– Надо сначала оглядеться, – благоразумно сказал Мурик. – А то повяжут нас, как в прошлый раз. Не очень-то мы ее тогда спасем.

– Там напротив еще дом стоит, из него этот клуб хорошо видно, – сорока мотнула головой в сторону деревни.

– Вот это хорошая идея, – одобрил Мурик.

Вся деревня заросла травой. Идти по ней было нелегко. В основном Мурику, потому что Мыши Роза ехали у него на спине. Им через такой бурелом вообще было не пробраться, а летать феечка опасалась: птиц тут, может быть, и много, а вот летающие феечки точно редкость. Поэтому Мурик отдувался за троих, пока Матильда поджидала их на месте.

– Фух, – выдохнул Мурик и устало рухнул прямо на пыльный пол посреди избы. Вокруг валялась какая-то рухлядь, который оставили при переезде, но его это совсем не волновало. Во всяком случае, точно меньше, чем уставшие лапы.

– Что-то эта ваша природа мне совсем не нравится, – заявил он, когда немного отдышался. – Одни трудности от нее. Мимо меня сейчас пролетело что-то толстое и полосатое, и оно страшно жужжало.

– Шмель, наверное, – предположила Матильда. – Они безобидные, если их не трогать.

– Кому вообще придет в голову их трогать, – пробурчал Мурик и сел у окна, наблюдать за клубом.

В окнах клуба горел свет, внутри кто-то ходил. И почти сразу же Мурик увидел клетку с синей птицей. Она стояла на столе посреди комнаты.

– Да, Сипа и правда там, – задумчиво сказал Мурик.

– Где? – воскликнула Роза и подлетела к окну.

– Аккуратнее, – остановил ее кот. – Лучше быть осторожнее. Вдруг кто-то смотрит в нашу сторону? Давайте лучше подумаем, как будем ее спасать.

– Незаметно подкрадемся, когда они уснут, – предложил Мыш.

– Точно, – поддержала Роза, – проникнем в дом и откроем клетку. Сипа вылетит.

– А если проснутся? – спросил Мурик?

– То… – задумалась феечка.

– … Я их напугаю, – сказала как обычно непонятно откуда появившаяся Тень.

– Да хватит уже! Ты не их, ты меня пугаешь, – возмутился Мурик. – Вон вся шерсть дыбом встала. Ты вообще откуда тут взялась?

– Я тут и была. С вами весь день ходила.

– Ладно уж, может и неплохая идея, – согласился кот. – В прошлый же раз сработало.

– О да, – протянул Мыш, вспоминая, какой переполох Тень устроила среди серых, когда они искали зубик девочки. – Как они перепугались…

Наконец, в клубе погасло сначала одно окно, а потом и остальные. Весь дом погрузился в темноту. Похоже, его серые обитатели легли спать. Матильда и Роза вылетели вперед и облетели клуб, чтобы убедиться, что на улице никого нет, а Мурик и Мыш тихонько, друг за другом, пошли за ними.

Наконец, все собрались в кустах у клуба. Было жутковато. Луна хорошо освещала деревню, но вокруг громко стрекотали сверчки, со всех сторон раздавались непонятные ночные шумы, а тени от всего подряд плясали вокруг, как привидения. Где-то рядом была и их Тень, но ее, как обычно, было не видно. Друзья переглянулись, огляделись, и приготовились идти внутрь.

Но только они начали движение, как вдруг с земли прямо под их ногами поднялась сетка, в которой они моментально запутались. Сетка так сильно опутала всех, что вырваться не было никакой возможности. Даже Матильда в этот раз не смогла ничего сделать. В клубе загорелся свет, вокруг начали собираться серые.

– Так-так, сказал один из них знакомым нудным серым голосом. – Приятная встреча! – и тут же обратился к остальным серым. – Вяжите их, ребятки, а потом тащите в дом.

В большущей комнате, куда их притащили, было так ярко, что пришлось зажмуриться. А когда глаза привыкли к свету, друзья увидели стол, на котором стояла клетка с Сипой. Сипа увидела Розу и заметалась по клетке. При виде этого у Розы навернулись слезы.

– Отпустите Сипу немедленно, – закричала она на Карла. Он прохаживался перед ними и глядел на них свысока. Он был так доволен собой, что даже пытался улыбаться своей странной улыбкой, которая была совсем не похожа на улыбку.

– И не подумаю, – ответил он Розе. Зря что ли мы ее ловили?

– Отпусти, она тут совсем ни при чем, – мрачно сказал Мурик.

– Думаешь, мы глупые? Мы знаем, как люди мечтают увидеть синюю птицу. Удачу она, видите ли, приносит. Ха! Мы отловим всех синих птиц! Люди забудут про них, и одним чудом в этом мире станет меньше. И в этот раз вы нам не помешаете.

– Ты вот так прям уверен?

– Да, уверен. Ты думаешь, мы вас случайно поймали? Да мы, если хочешь знать, за вами следили с самого приезда. И что вы пойдёте эту птицу бестолковую спасать – тоже знали. Леший, кстати, у нас еще попляшет.

Карл погрозил кулаком куда– то в сторону леса.

– А вас мы спрячем в своем мире. Вход в него тут как раз недалеко. Поэтому мы и деревню эту выбрали.

– Ничего у вас не получится, – сказал спокойно Мурик.

– Это еще почему? – прищурился Карл.

– А вот почему! Тень, покажи им!

В комнате сразу как будто потемнело, по стенам поползли чернильно-черные пятна, похожие на страшные, танцующие фигуры и ужасные гримасы. Некоторые серые пригнулись от страха. Но Карл даже не думал пугаться.

– Ну нет, – покачал он головой, – второй раз у вас этот фокус не пройдет. Подумаешь, тень. Что она нам сделает? Только и может, что кривляться.

Тень съежилась и печальным темным пятном уселась рядом со связанными друзьями.

– Простите, – грустно прошептала она друзьям, – кажется, они меня совсем не боятся.

– Ну раз вы больше ни на что не способны, – пожал плечами Карл, – то мы, пожалуй, пойдем спать. Завтра важный день, нужно хорошенько отдохнуть.

После этих слов серые начали расходиться, как вдруг…

– А вот это ты видел! – раздалось откуда-то, и на середину комнаты, дико дребезжа, упало старое ведро. Серые подпрыгнули от неожиданности. Да что там, даже пленники подпрыгнули, хотя им мешали веревки. Ведро осталось лежать посреди комнаты.

– Кто здесь? – крикнул Карл.

– Домовой в пальто! – раздалось опять непонятно откуда, и вся посуда внезапно начала прыгать по дому, жутко звеня и бряцая. Лавки и стулья заходили ходуном, из трубы самовара раздался дикий вой, а печка так плюнула пеплом, что ближайшие к ней серые, включая Карла, сразу стали черными и принялись безудержно чихать. Так, чихая, они и выскочили наружу.

В этой суматохе на пленников уже никто не обращал внимания. Внезапно к ним подбежал кто-то, напоминающий их старого знакомого Глеба, развязал веревки и открыл клетку Сипы.

– Дуйте на улицу, – сказал он. – Там сейчас такое начнется!

И действительно, там такое началось! В соседних домах мерцал свет, слышался гром, звон, треск и буханье. Серые бежали в центр деревни, дрожа от страха, а за ними из домов вылетали ведра, ковшики, кастрюли, горшки и другая утварь.

Домовой, который помог друзьям освободиться, пробежал мимо.

– Меня Ерема зовут. Глебу привет! – подмигнул он и побежал в сторону толпы серых, вокруг которых валялась утихнувшая посуда и стояли другие домовые.

Значит так, – начал Ерема в наступившей тишине. – Мы вам тут свои порядки наводить не дадим. Ишь ты, собрались они тут, безобразничают, птиц крадут! Давайте дуйте в свой мир. А если попробуете вернуться…

На этих словах посуда начала подниматься вверх и позвякивать. Серые сбились плотнее.

– Да мы вас… – закричал было Карл, но пролетавший мимо чайник со свистком так свистнул, что в лесу взлетели заснувшие было птицы, а окружающим пришлось заткнуть уши. Посуда начала теснить серых. Ничего не поделаешь. Карл развернулся и пошел куда-то на окраину деревни, где был вход в мир серых. Остальные пошли за ним.

Один за другим серые ныряли в проход и исчезали в нем. Наконец, остался один Карл. Он повернулся, погрозил кулаком в сторону домовых и громко крикнул:

– Мы еще вернемся!

Самовар верхом на скамейке, как на коне, прыгнул в его сторону, и Карл испуганно юркнул в проход за остальными.

Как только серые убрались в свой мир, посуда, мирно позвякивая, поковыляла в свои дома. Самовар верхом на скамейке как командир возглавлял это шествие.

– Кое что можем, – гордо посмотрел Ерема на друзей. Те потихоньку отходили от шока. Получалось не очень. Первой очнулась Роза.

– Сипа, – закричала она и бросилась обнимать синюю птицу. Та радостно курлыкала и терлась головой о плечо феечки.

Подошли остальные домовые, представлялись, разглядывали, улыбались, шумели и радовались победе.

– Как вы себя чувствуете? – спросил Ерема.

– Все штатно, - отозвался Мыш.

Ерема непонимающе посмотрел на него.

– Не обращай внимания, - сказал Мурик. – Мы в порядке. А вы тут живете?

– Да, – ответил Ерема. – Домовые мы. Ну да вы уже поняли. Деревня заброшенная, нам бы давно новые дома найти. Уже было совсем уходить собрались, а тут серые эти появились. Ну думаем, новые жильцы. Странные, но нам-то что? Правда, когда они птицу приперли – мы насторожились. А тут от Глеба вашего голубь прилетел с запиской. Мы как прочитали… А потом и вы заявились. Аккурат в ловушку. Ну мы немного выждали и… Такое приключение получилось – дух захватывает.

– Спасибо, что помогли, – сказал Мурик. – Мы уж думали – все, попались.

– Ой да ладно тебе, – махнул рукой Ерема. – пойдемте лучше чайку попьем. На вас лица нет, хоть отдохнете.

– Мы бы рады, но надо возвращаться. Завтра обратно в город возвращаемся, отдохнуть надо бы, – Мурик зевнул во всю пасть.

– Как же вы по темноте через лес пойдете?

– Лешего попросим. Он нас сюда привел, обратно так же отведет.

– Ну что ж, хорошей вам дороги.

Домовые помахали на прощанье и пошли по своим домам, а друзья поспешили в сторону леса. Хотя, вообще-то, спешить не очень получалось. Они все-таки очень устали. Хорошо еще, что леший опять провел их какой-то хитрой тропкой, и до дома они добрались очень быстро.

– Вы уж не обижайтесь, что я вам там голову морочил, – напоследок еще раз повинился Петр, косясь на Сипу. – Пусть теперь серые только сунутся в лес, уж я им тут так головы закружу – никогда не выйдут!

– Не переживай, – пожалела его Матильда. – Я в первый раз и сама так попалась. Что с них взять-то, с пакостников скучных.

Друзья попрощались с лешим и пошли в сторону дома. Небо начинало светлеть: летом ночи короткие. Только стемнело – а уже утро. Где-то далеко закричали петухи.

Вскоре они уже тихо и осторожно поднимались на чердак. Мурик мечтал, как брякнется на пол и будет спать до самого полудня. Мыша вообще пошатывало на ходу, а сонная Матильда, которая вместо лестницы влетела в окно чердака, сначала от усталости чуть не промахнулась мимо. Еще немного и врезалась бы в стенку. Роза с трудом держалась, и поэтому первая увидела, что на чердаке их ждут домовые. Она вскрикнула от удивления. Одного домового – Глеба – она увидеть ожидала. А вот второго – совсем нет. И остальные, с которых от ее вскрика слетел сон, тоже.

– Мартын, – важно представился второй домовой. Он сидел на старом табурете, держа в руках бидон с молоком, а на плече у него дремал голубь.

– Очень приятно, – нестройным хором ответили друзья.

– Ой, что расскажу, – радостно сказал подошедший к Мартыну Глеб. Потом откашлялся и начал.

***

– В общем, вы ушли, а я у окошка сел, ждать. Ждал-ждал, да и задремал малехо под вечер-то. От нервов наверное: очень уж переживал, куда вы там запропастились. Дремлю себе, никого не трогаю. И вдруг сквозь сон: тук-турурук-тук-тук-ту-ру-ру-ру-ру-ру-рук. Я глаза разлепил – тишина. Ну думаю, показалось. А оно опять: тук-турурук-тук-тук-ту-ру-ру-ру-ру-ру-рук! Ну, думаю, сейчас я посмотрю, кто там турурукает. В окно выглянул, а там заяц, по забору лапами стучит. Громко так. Как хозяев не разбудил – ума не приложу. Я у нему вышел, пальцем грожу, мол, чего шумишь, обалдел что ли? А он мне записку от лешего передает. А сам ка-ак давай удирать. Ну я записку прочитал, сначала-то обрадовался, что вы на след напали. А потом мне что-то переживательно стало. Деревня какая-то заброшеная, ночь. А вдруг эти серые и вас схватят? Дай, думаю, тамошних домовых предупрежу.

– И приперся ко мне среди ночи, – вставил недовольно Мартын. – Зорьку мою, корову, перепугал. Неделю теперь молока не даст.

– Да не твоя она а людей. А потом, что делать, если ты меня к голубям не подпускал? А тут без них никак, – виновато развел руками Глеб.

– Попросил бы по-людски – я бы пустил, – буркнул Мартын. – Ладно, чего уж.

– Ну в общем, я Мартыну все и рассказал, – продолжил Глеб. – Мы голубя в деревню направили, тоже с записочкой.

– Знаете, как он волновался тут, – опять вставил Мартын. – Пока голубь не вернулся – все ногти себе сгрыз. На мои коситься начал.

– Ой, смотрите, шутник какой, – передразнил его Глеб.

***

– Спасибо, что направили, голубя-то, – прервал перебранку Мурик. – А то там такое было… Если бы не вы – даже и не знаю…

Теперь уже Глеб с Мартыном слушали Мурика. И Мыша. И Матильду. И Розу. И даже Сипа что-то иногда курлыкала. В конце концов, она все-таки была главной причиной переполоха.

– Знаете что, – в конце сказал Мурик, – не нравится мне, что этот Карл вернуться обещал. Они ведь как ушли, так и вернуться могут. В конце концов, может он и не один, ход этот.

– Пожалуй, тут мы можем помочь, – подумав, сказал Глеб.

– Кто – мы? – спросил Мурик.

– Ну мы, домовые. – пояснил Глеб. – они же не куда-нибудь вернутся. Им же где-то жить надо. Мы всех домовых оповестим. Кто что заметит – сразу сообщит.

– Знаете, – сказала Роза, – а мне их даже немного жалко.

– Это еще почему, – удивился Мурик. – Они твой мир хотели заморозить. И мой непонятно во что превратить.

– Ну вот ты представь, каково им в своем мире, если они из него сбежали. Вместо своего дома пошли другой искать.

– И правда, – вздохнул Глеб, – уныло там, наверное. Я бы вот свой дом совсем не хотел покинуть. Совсем им припекло.

– Об этом я как-то не думал, – ответил Мурик, но тут же добавил. – И все равно, нехорошо прийти в чужой мир и так тут хозя-а-а-а-уй.

Мурик зевнул так широко, что чуть не упал.

– Ох, вы же устали небось, – спохватился Мартын. – Давайте-ка отдыхайте. Вот, молока вам тут оставлю, утром попьете. А ты, – он обратился к Глебу, – со мной пошли. У голубей посидим.

– Глеб радостно подмигнул сонным друзьям и бегом припустил за Мартыном, который уже не оглядываясь спускался по лестнице вниз.

– Классные они, – пробормотал Мыш, лег на пол и закрыл глаза. Мурик кивнул и лег рядом. Матильда и Сипа устроились на старом табурете, где сидел Мартын, а Роза – в кресле в самом углу чердака. Через минуту уже все крепко спали. По стене проползла Тень, и уселась у окна, охраняя их покой. Предстояла долгая дорога домой, и Тень не позволила бы никому помешать им отдохнуть.