Кошечки и собачки

Глава 1

Барб-Ос-Эфенди с возрастающим недоумением смотрел на вольготно развалившегося напротив мужчину. Наглости примату точно было не занимать. Уж о чём, о чём, а о характерной особенности своей расы люди сами же, как обычно растрезвонили на весь мир, через сатириков и юмористов потешаясь над собой. Многих из них Уважаемый Член Верхнего Парламента по своему, очень ценил и в свободную минуту с удовольствием всегда готов был переслушать.

Человек, казалось, вовсе не собирался остановиться. А может даже ещё больше с каждым словом, разгорячал себя. Поступал, как привык поступать, никого не слушая и ничего не ценя, как и все представители зловредного рода.

Вот что им ещё не хватает?

Чистенькая рубашка и совершенно невообразимые по красоте шорты.Всё, как и оговорено в Соглашениях и многочисленных Приложениях. Сразу видно, что Хозяин ценит собственность и ухаживает за питомцем. Сытно кормит, причесывает, стрижёт бороду. В конце концов, ведь как видно и регулярно выгуливает! Вон он, развалился на другом конце стола. Одни остроконечные ушки торчат из массивной золотой цепи и нервно подрагивают. Наверняка целиком и полностью погрузился в вирт – пространственный ландшафт, внедрённый в подкорку мозга. Видимо запустил какое-то чудное приключение, судя по застекленевшим круглым зелёным глазам. Посмотрите, от удовольствия даже выпустил коготки из лап, преследуя сонмы призрачных мышек. А ты сиди и слушай распоясавшуюся от вседозволенности чужую собственность.

Человеку, как уже не раз заметил про себя Эфенди, нахальства было уж точно не занимать. Сидя на корточках возле столешницы, зависшей на анти гравитационной подушке, предмета, придуманного, как и всё остальное вокруг, никчёмной расой, некогда всесильный примат скорчил точно недовольную и явно кислую мину. К своему возрастающему ужасу Барб-Ос не видел на противной и отталкивающей физиономиии толики прописанного уважения и предписанного подобострастия.

- Вы же помните, с чего всё началось? – продолжал хрипеть мужчина, не сводя взора с тёмного мясного прохладительного напитка в стакане на столе. – С революции! Заметьте как всегда с искусственного потрясения, с революции, а вовсе не эволюции! Революции, кто бы мог подумать – в самом сокровенном сундучке знаний, в генной инженерии. О, я помню тот год, хотя был ещё очень и очень маленьким!

- Вы слишком долго живёте, - процедил сквозь зубы Эфенди.

- Потому-то у нас и память длиннее вашей, - злобно и дерзко огрызнулся примат в цветастых шортах. – Сначала посыпались яркие цветные заголовки в газетах и журналах. А ещё помню, как радостно кричали и чирикали журналюги по поводу эпохального открытия. Ведь шифры генных кодов наконец-то не просто открыты, но ещё с ходу взломаны! О, я помню, помню, как генная инженерия за «год шагнула дальше, чем за многие тысячелетия»! Как посыпались, словно из рога изобилия новые изобретения. Курица величиной со слона! Корова размером с муху! Помню, как мы, мальчишки сбегались посмотреть на тех гибридов, что появлялись на улице. Один из них звался крокобака. Помесь крокодила с собакой! Чума и сифилис в одном стакане! Ужасный монстр с головой крокодила и телом мохнатого зверя. Крокодил плюс собака! И его ведь самое удивительное можно не только увидеть, но ещё и пощупать!

- Я тоже помню уродца, - не выдержал Эфенди. – Такое ведь получилось безобразие, настоящее издевательство над природой и смачный плевок в неё родную. Такое безумие могли только вы люди и сотворить.

- А затем, - старательно не замечая ремарки, продолжал кривляться неприятный примат, - какие-то умники или же недоумки, знаете, это как посмотреть бросились улучшать вашу породу. И вы вдруг принялись умнеть! Быстро! Вопреки всему, что написано в Библии! Вы её читали, любезный? Так прочтите! Там ничего нет про вас, а только про нас, людей! С каждой неделей собачки и кошечки становились всё больше и больше, всё разумнее и разумнее, пока не достигли размеров и развития среднего человека. А сравнявшись с нами, принялись требовать, кто бы мог это представить… Равноправия!

- Вы сами отдали всё, чем владели, - холодно пояснил Барб-Ос. – Вас даже никто не просил об этом даре. Подписали с нашими представителями одно Соглашение, потом другое, а позже массу Поправок к ним. Установили ценз. Что один кот равен по ценности десяти человекам, а десять котов приравниваются к одной собаке.

- Вот! - потеряв приличие, зарычал человек. – Десять… Человек… Равны… Одному… Коту! Позвольте, как так-то? По предъявленному счёту получается, что сто человек равны всего лишь… одной собаке?!

Эфенди уже не скрывая осуждения, а может даже и ненависти смотрел на примата и от негодования у него из пасти между клыками вывалился язык. На подбородок потекли и повисли слюни.

Что их опять-то не устраивает?

- Хочу обратить внимание, - звенящим, как сталь обличительным голосом, чеканя каждое слово, произнесло Высшее Создание. – Вы всё отдали нам сами. САМИ! Вашу науку и телевидение и всё, что видим и слышим – САМИ! Сами признали нас высшими расами и ещё возвели статуи на площадях, которым принялись неистово поклоняться. Впрочем, вы падали перед нами на колени ещё со времён Древнего Египта. Да что я говорю! Раньше, намного раньше! Когда ходили в таких же шкурах, что на нас!

- Да, - вдруг сник питомец здоровяка с цепью и легко согласился с убийственным аргументом раздавленным голосом. – Сами… Конечно же сами…

Эфенди задышал от презрения быстро и прерывисто. Взглянув на жетон на шее говоруна, сразу запомнил шифр - индефекатор из цифр и латинских букв.

«Обязательно позвоню или отправлю сообщение в Тайную Канцелярию Тёмных Дел. Пусть сделают мясной фарш из наглеца для несчастных братьев в марсианских или африканских пустошах. А на что он ещё подойдёт, кроме как не на это?»

Быстро справившись с задачей, Барб-Ос-Эфенди невольно тоже нырнул в вирт – пространство, где в очередной раз залюбовался своей статуей. И от переполнявшей душу и разум гордости за себя невольно несколько раз махнул длинным пушистым собачьим хвостом.

19. 02. 23