Кастрюля с небес

Глава 1

Планета Грок в созвездии Ориона была маленькой и бедной на ресурсы. Лишь один крохотный космический корабль летал с неё раз в неделю на другие планеты, и то — если были желающие. Маленькие жители Грока никогда особо не горели путешествиями: им вполне хватало их планеты, на которой были и неказистые горы, больше похожие на холмы приятного коричневого цвета, куцо покрытые ярко-алой травой, и жидкая невысокая, но яркая и жизнерадостная растительность, и всё это — при полном отсутствии хищников.

Животный мир был малочисленный и не опасный: на суше водились милые глянцево-серые лошадки с длинными серебристыми гривами — бонзи, а в небе — розовые птицы с голубым оперением — смалки.

Грокцы животных не ели: они сажали пурки — клубни со сладкой синей мякотью — ими и питались.

Что касается самих жителей Грока, то внешне они были довольно примечательны. Например, их большие голубые и невероятно подвижные глаза закрывались зелеными веками, когда их хозяин спал. А их пепельно-серая кожа была вся расчерчена разного размера складками и полосками. На голове грокцев имелись рожки: этакий пережиток прошлого — в современном мире никто, конечно, ими не бодался. Одевались они скромно: носили светло-коричневые свитера, сплетенные из местной лозы. И, пожалуй, стоит отметить ещё одну особенность грокцев: в молодости эти создания были полны веселья и беззаботности, но к старости своей становились донельзя жадными и прижимистыми.

Пожилая пара грокцев в разгар дня копалась на огороде, старательно отгоняя бонзи от неоново-салатовых листьев пурки. Ведь если этим милым зверушкам дать волю, они всю пурки враз объедят. И это, не считая вьющуюся лиану-кори, которая так и норовила придушить своим стеблем беззащитные пурки.

Кряхтя и ругаясь, Скил и Домра бегали за бонзи, а те, думая, что с ними играют, весело ржали и снова возвращались пожевать листья пурки. Дело не двигалось совершенно. И тут с неба свалился странный предмет с ручками.

На Гроке не было металла, поэтому жители использовали плошки из костей и кувшины из глины для того, чтобы хранить продукты, а упавшая к ним в огород ёмкость была из самого настоящего металла, да ещё и имела пару прекрасных ручек. Такую можно и на огонь поставить!

Пожилая пара обрадовалась и стала внимательнее разглядывать предмет. Он представлял из себя пузатый, полый внутри цилиндр желтого цвета, а снаружи художник изобразил неизвестные грокцам цветы. Упавший объект был идеален со всех сторон, если бы только не одно «но»: дорогой их сердцу кусок металла был безнадёжно испачкан чем-то тягучим и чёрным. Чистящих средств на Гроке отродясь не было, а простое мыло Скилу и Домре не помогло. Сердца стариков кровью обливались, что такой «бриллиант» для их планеты, непоправимо испорчен.

В скромном, местами потрескавшемся на солнце, глиняном домике Скил уже несколько часов мрачно ходил вокруг найденного предмета, который теперь стоял на полу в самом центре комнаты как особо важный гость. Домра же печально вздыхала в углу, сидя на жесткой, сплетенной из лианы, циновке, не в силах хоть как-то помочь.

Дверей в домиках грокцев не было, а гостеприимство было, и потому соседка зашла к ним, как к себе домой.

— А что это тут у вас? — она незамедлительно сунула свой нос в металлическую емкость. — Ой… Металл… Но он же грязный… Вы это не отчистите! Отдайте его мне! — её глаза загорелись вожделением, а жадные шестипалые ручонки потянулись к сокровищу.

Скил сурово стукнул её по пальцам:

— Разберемся сами!

А Домра зацокала языком, выражая своё неодобрение соседке, и негодующе пошевелила рожками.

— Ну, и оставайтесь со своей грязной железкой! Вы всё равно это не отчистите! — соседка злорадно оскалилась и, растопырив в возмущении рожки, ушла.

Скил и Домра из разных углов домика гипнотизировали металл взглядами, и всё думали: что же им с ним делать? Теперь уже было принципиально важно отчистить его, пока соседи под благовидным предлогом не утащили у них сей предмет.

— Земля! — изрёк с умным видом Скил и поднял шестой палец. — Нам поможет Земля! У нас же есть поговорка с Земли: «В Греции всё есть». Так вот… Греция — это где-то на Земле. Значит, там точно есть то, что нам поможет отчистить вот это! — Скил ткнул пальцем в некрасивые чёрные разводы на металлическом дне.

Конечно, пожилая пара за всю жизнь дальше своей деревни никуда не ездила, но ради такого сокровища готова была и на край света поехать. Домра незамедлительно посмотрела расписание звездолета: он отправлялся через два часа. Уложив емкость и сушеные пурки в холщовый мешок, они поймали пару бонзи. Те, к этому времени, уже обгрызли весь урожай и весело носились по лужайке с короткой красной травой. Бонзи были довольно послушными лошадками, поэтому их нужно было лишь мягко направлять, куда следует, и они шли сами.

На космический корабль оптимистично настроенная пара успела вовремя и во время полета, устроившись в мягких креслах, с удивлением глазела на звезды в стекло маленького иллюминатора.

Несколько часов на сверхзвуковой скорости, и их уже встречал маленький космопорт в самом центре Сахары — где-то там, где только тушканчики и бегают.

Грозный серый шарик, кажущийся полым внутри, в нахлобученной на него фуражке с кокардой в виде солнца, спросил, нависая над ними:

— Цель визита на Землю?

Старички долго не могли вытянуть свой недавно обретенный предмет из мешка, а шарик всё это время недовольно пыхтел над ними и буравил их странными, будто нарисованными глазами, хотя те были вполне себе настоящими. Просто на планете Жаго, с которой он был, все жители обладали парочкой таких примечательных глаз.

Старички, наконец, отыскали в мешке и предъявили шарику своё сокровище.

— Кастрюля? — искренне удивился тот. — И что с ней не так?

— Так вот, как это называется? Кастрюля! — восхитились хором Скил и Домра.

— Да, — важно сказал шарик, будто знал всё на свете. — Так, что с ней?

— Грязная, — грустно вздохнула Домра и ткнула пальцем в чёрные разводы на жёлтом фоне. — Надо отмыть.

Если у шарика были бы руки, то он, вероятно, почесал бы затылок, а так — только попрыгал на месте:

— Вам надо в магазин! В ячейке номер три возьмите сумку с документами и деньгами.

— Деньгами? — не поняли грокцы.

На Гроке никогда не было денег: жители жили натуральным обменом, без излишеств.

— Это такие бумажки с картинками, их можно обменять на вещи, — пояснил шарик.

— Ох, как увлекательно и странно, — восхитилась Домра, поправляя свитерок и удивленно шевеля рожками.

— И еще! Вас здесь все будут видеть как людей. Маскировка, –заговорщицким шёпотом произнес шарик. — Трансфер до Европы через десять минут.

Благодарно кивнув шарику, грокцы пошли вдоль стены, около которой стояли ящики с номерами. Они быстро забрали коричневую женскую сумку из ящика с номером три и поспешили к выходу, гремя кастрюлей по плитке пола.

Трансфер, глазами инопланетян, представлял из себя ту же ракету, только лежащую на боку. Её острый, обтекаемый нос рассекал воздух как нож масло.

Ещё час, и они уже были в центре оживленного города, который до смерти напугал пожилых грокцев. Люди бежали во всех направлениях, вокруг возвышались гигантские здания, а огромные шумные машины неслись рядом по дорогам.

Старички от ужаса сиротливо прижались к стене какого-то старинного здания, когда проходящая мимо милая девушка заметила бедняг:

— Первый раз в большом городе? — участливо спросила она.

В витрине магазинчика напротив грокцы, наконец, увидели себя: сухой старичок с небольшой белой бородкой и пожилая леди с короткими седыми волосами, зачесанными набок.

Девушка продолжила:

— Могу я вам чем-то помочь?

Они протянули кастрюлю и ей.

— Грязная, — по-прежнему грустно изрекла Домра.

— Ой, а моющие средства вон в том магазине, — девушка охотно указала на вывеску через два дома. Обрадованные старички быстро закивали ей в благодарность и поспешили к указанному зданию.

Сначала их оглушили размеры торгового зала, они замерли на пороге, обдумывая, куда податься. А затем, долго бродили вдоль стеллажей с разными бутылками, не понимая, что в них. Но тут Домра радостно цокнула языком, глядя на баннер над очередным стеллажом. На нём усатый мужчина тeр порошком из фиолетовой бутылки что-то серое и металлическое.

Старички еле дотянулись до нужного флакона, тут же раскрыли его и высыпали весь порошок в кастрюлю. Но… ничего не произошло. Грязь не спешила растворяться. Тогда Домра взяла ещё соседнюю синюю бутылку и вылила её содержимое в кастрюлю в компанию к порошку. И снова ничего.

Они поочерёдно стаскивали с полок оранжевые бутылки, бутылки в лиловую полосочку, жёлтые бутылки, фиолетовые банки, пасты в плоских зелёных коробках и сыпали, лили, вытрясали в кастрюлю их содержимое. Внутри неё уже был пенящийся вулкан, но грязь всё не сдавалась.

Они так увлеклись, что не сразу заметили, как сзади к ним подошли обозленные беспорядком продавцы и полицейский, очень похожий на шарик на таможне.

— Вы платить будете за всё это безобразие, которое здесь устроили? — гневно спросил он.

— Платить? — растерялись Скил и Домра и невольно попятились от разъярённой толпы, оставляя следы на полу, усыпанном белым порошком будто снегом.

— Да, платить! — полицейский угрожающе наступал на них.

— А, — вспомнила Домра. — Вам нужны красивые картинки.

Она вынула из сумки небольшую пачку цветных бумажек и, рассмотрев внимательно все, решила, что лучше отдать полицейскому те, что с ажурными домиками. Ему наверняка они должны были понравиться. Тем более, что там было ещё два каких-то знака. Но полицейский приподнял возмущённо бровь и выдернул у неё из рук бумажку с рисунком арки и тремя знаками.

— За ущерб, — рявкнул он на грокцев.

Домра только пожала плечами и слегка пошевелила рожками. Раз ему кажется, что эта бумажка красивее, то пусть её и берёт.

Скил вообще во всей этой кутерьме словно и не участвовал, а только печально смотрел на кастрюлю, которая, как и прежде, вся была в грязных разводах.

Раз грокцы оплатили нанесённый магазину «ущерб», продавцы любезно ополоснули кастрюлю от моющих средств и вернули старичкам, которые расстроенно потащили её дальше.

Они обошли ещё два магазина, где отдали почти все красивые бумажки, но ничего не помогло. Средства, предлагаемые им, пенились, симпатично пузырились, но абсолютно не помогали. Опечаленные грокцы очень устали от безуспешных попыток очистить кастрюлю, когда увидели сквозь стекло одного из зданий, как люди сидят за столиками и едят. Тяжко вздохнув, они тоже решили посидеть там и передохнуть, а заодно и решить, что делать дальше.

Когда им принесли меню, Домра долго разглядывала мрачного цвета еду на картинках, но её ничего не заинтересовало: на Гроке ведь всё яркое, даже еда. Хотя кое-что ей всё же приглянулось:

— Это, — ткнула она официанту на стакан в руках парня за соседним столом.

Скил удивленно зашевелил рожками.

А когда принесли стакан с пузырящейся жидкостью, Домра даже прикрыла глаза от счастья. Отчего-то она была абсолютно уверена, что в этот раз им повезёт. Поставив кастрюлю на стол, она опрокинула в неё стакан с жидкостью и… О чудо! Некрасивые пятна стали растворяться в коричневой, наполненной газом, жиже. Скил радостно ткнул пальцем в картинку со стаканом в меню и прочёл по буквам:

— Кока-Кола.

— Это лучшее чистящее средство! — восхищенно выдохнула Домра. — Только я не понимаю, почему земляне его пьют?

— Может, им надо чиститься изнутри? — предположил Скил.

И купив в кафе ещё две бутылки этого невероятного вещества на случай падения второй кастрюли, довольные старички поспешили домой.