Исследователь

Глава 1

К этому дню я готовился почти десять лет.

Это были самые тяжелые годы моей жизни. Мне пришлось пройти через унижения: я пресмыкался сначала перед ученым советом, пытаясь получить официальное разрешение на экспедицию, а потом, когда мне отказали, вымаливал финансовую поддержку у различных фондов и корпораций… Я познал предательство — от меня отвернулись многие друзья и оставила любимая женщина, обозвав упертым фанатиком… Наконец, мне даже пришлось опуститься до мошенничества — только так удалось раздобыть остаток необходимых средств. Но я не жалею ни о чем — моя цель слишком высока. И это признают все — когда я стану первым в истории человеком, вступившим в контакт с иным разумом!

— Назовите дату и место прибытия, — тощий небритый оператор на миг оторвался от клавиатуры.

Я ответил. Он молниеносно ввел цифры и объявил:

— Режим ожидания активирован. Отправка — через пять интервалов. Займите место на платформе.

Поднявшись по металлической лесенке на круглую черную площадку, я уселся в глубокое кресло. Багаж — пять больших контейнеров из противоударного пластика — был аккуратно сложен рядом. Техник-китаец нажал кнопку, и все мое тело обвили широкие эластичные ремни.

— Когда вы прибудете на место, они автоматически отстегнутся.

— А если что-то сломается? — забеспокоился я. — Я ведь даже не смогу пошевелиться! Так и буду торчать привязанным к креслу…

— Не беспокойтесь, — техник улыбнулся. — Под правой ладонью у вас устройство экстренного освобождения.

— Да, да, — мне стало стыдно: ведь об этом говорили на инструктаже. — Вдруг из головы вылетело…

Техник понимающе улыбнулся:

— Ничего, многие нервничают перед прыжком. Порой даже кричат, что передумали.

— Не мой случай, — твердо заявил я.

Техник кивнул и покинул платформу. Сжав кулаки и зубы, я уставился перед собой, стараясь дышать ровно и неторопливо.

— …Ри, два, один — запуск! — донеслось со стороны оператора. На долю секунды в глазах почернело, а потом я увидел яркий свет солнца, клонящегося к горизонту. Вокруг простиралась холмистая равнина, поросшая кустарником, вдалеке бугрились бежевого цвета горы.

В кресле что-то щелкнуло и ремни узкими черными языками уползли в специальные отверстия.

Я переместился вглубь времен.

Громадный слепень, победно жужжа, развернулся по широкой дуге и ринулся ко мне. Я обмакнул круассан в кофе. Насекомое врезалось в тонкую, еле заметную мелкую сетку. Сверкнула бледно-голубая искорка, и кровосос рухнул на землю, где уже лежало штук сорок мух, жуков и москитов, пара скорпионов и одна змея. Вздохнув, я продолжил завтрак.

Неделя скуки подействовала на меня удручающе. Почти все время я торчал в палатке, разбитой у подножия хребта, сложенного из песчаника, и ждал сигнала. Но приборы выглядели абсолютно безжизненными. Вдобавок меня страшно угнетали одиночество и тишина. И еще — темнота ночей. Мрак и звезды — слишком тяжело для человека, привыкшего к круглосуточному реву мегаполиса и электрическому свету, затмевающему бледное небо, стиснутое верхушками титанических зданий…

— Дерьмо! — крикнул я и пнул ногой скалу. На светлом камне остался грязный след. — Ненавижу!..

Заканчивался второй месяц моего пребывания в этом месте. Почти десять лет я грезил им, а теперь меня от него тошнило. Боже, сколько времени я потерял! Остался без денег, нарушил закон — и ради чего? Тассили, проклятое Тассили! В ярости я плюнул на шершавую стену и тут же злобно взревел, потому что слюна приземлилась на мой ботинок. Боже, ну за что мне это все?!

Все началось во время учебы в университете — именно там я впервые услышал о теории палеоконтакта. И чем сильнее погружался в эту тему, тем больше убеждался в справедливости выводов исследователей, утверждавших, что пришельцы посещали нашу планету на заре человеческой цивилизации. Множество доказательств лежало буквально на поверхности, но официальная наука принципиально не обращала на них внимания. Больше всего меня раздражало то, что, обладая возможностями института хронотехнологии, ученые-ретрограды даже не удосужились проверить наиболее вероятные пространственно-временные точки контакта — хотя бы ради того, чтобы доказать свою правоту.

Защитив диплом, я не стал работать по специальности, а устроился простым оператором на станцию переработки водорослей. Все свободное время я посвящал анализу доступных материалов, пытаясь определить точную дату прилета космических гостей. Так родилась моя гипотеза о том, что первый, а возможно, и единственный контакт произошел примерно восемь с половиной тысяч лет назад, на территории Сахары — в районе знаменитого плато Тассили. Именно там были найдены самые ранние наскальные рисунки, изображающие существ в скафандрах, роботов и звездолеты.

Подав в Планетарный ученый совет заявку на путешествие во времени для проверки своей догадки, я получил отказ. Тогда я вышел на подпольную организацию, располагавшую машиной времени и организовывавшей туры для всех желающих — за большие, очень большие деньги. С трудом собрав средства, я отправился в далекое прошлое, чтобы лично встретить пришельцев. В том, что мне повезет, сомнений не было: заплатив почти четверть миллиона кредитов, я получил результат анализа, с точностью до недели определившего дату создания первого из интересовавших меня рисунков. И вот, спустя два месяца, я вынужден признать поражение. Продукты закончились, аккумуляторы приборов, сканировавших воздушное пространство, сели, меня измотало одиночество. Я проиграл и отправляюсь назад.

Сев в кресло, я нажал кнопку, активирующую программу возвращения. Ничего не произошло. Я надавил ее еще раз — с тем же результатом. Это означало одно из двух: либо аппаратура вышла из строя, либо меня бросили.

Спустя пару дней, когда захлестнувшее меня отчаяние несколько поутихло, я смог мало-мальски трезво поразмыслить о ситуации, в которой оказался. Отчаяние моментально вернулось: я был затерян в толще времени — без инструментов, без еды, без надежды на спасение. И все из-за дурацких рисунков…

Я замер. Забрезжившая идея выглядела не слишком обнадеживающе, но это был хоть какой-то шанс.

В последующую неделю, истекая потом, я тщательно вырисовывал на скале геометрические фигуры, цифры, все известные мне формулы, включая знаменитую Е=мс2.

Закончив чертить последний знак, я повернулся и выронил измочаленную кисть: неподалеку стоял гуманоид в скафандре. Поймав мой взгляд, он кашлянул и объявил:

— Рам Вирланг, темпоральный контроль, отдел ликвидации парадоксов и анахронизмов. Немедленно уничтожьте все эти изображения!

Вирланг оказался человеком. По его распоряжению я не только соскоблил с каменной поверхности все свои художества, но и был вынужден нарисовать те самые картинки, что привели меня сюда.

— Не жалуйся, — ободрял меня Рам, — тебе еще повезло. Недавно я извлекал из дохристианской Британии парня, который хотел посмотреть, кто построил Стоунхендж. Он провел там пятьдесят два года, получил имя Мерлин, одичал и плевался при слове «мегалиты» — устанавливал их почти всю жизнь. А вот тем, кто заинтересовался Баальбекской террасой, посчастливилось больше — они оказались там целой бригадой. Хотя тоже строили лет двенадцать.

— Почему их не… мм-м… извлекли раньше?

— Во-первых, кто-то должен был построить эти объекты…

— Местные… — начал было я, но он меня перебил:

— Местным такая ерунда и в голову не приходила. А во-вторых, преступник обязан понести наказание за незаконное путешествие во времени.

Вернувшись домой, я попал в тюрьму за мошенничество. В заключении написал книгу о перипетиях своей жизни, поисках пришельцев и Тассили, и неплохо на ней заработал. Деньги эти мне пригодятся: я собираюсь снова вернуться в прошлое. Нет, с палеоконтактами и прочей ерундой покончено. Отныне меня интересуют действительно серьезные вещи. И первым делом я выясню, почему затонула Атлантида…

К.Ф. О’Берон, 2020