Ино: Эпизоды 1-3

Эпизод 1

Зеркало показывает унитаз. Белая фаянсовая раковина в тумбочке. Слева за занавеской с подсолнухами — чугунная ванна. Совмещенный санузел, в который всегда очередь, даже если у вас живет только кошка. Но если надо, он может совместить и спальню.

Дверь с махровым полотенцем на крючке распахивается. Пошатываясь, задевая плечом косяк, вваливается Олег Сидоров. В сорок пять ягодкой опять он не стал. Наоборот. Начальник часто зовёт его овощем. Тогда уж огурец, - успокаивает себя Сидоров.

Олег среднего роста, с озерцом лысины в начинающем седеть редколесье шевелюры. Брюшко наметилось, но при необходимости его можно ненадолго втянуть. Хорошо, что такая потребность возникает редко. Он глубоко женатый человек и домосед. Весь какой-то неприметный и обычный, но сейчас с ним явно что-то не так.

Левая рука с трудом удерживает правую, которая дергается и пытается вырваться. Половина лица искажается в нервном тике. Бровь гневно хмурится, потом взлетает вверх. Глаз моргает, щёку дергает, а половина рта то скалит зубы, то закрывается. Если это инсульт, то очень странный.

Всё тело с дрожью напрягается. Зубы сжимаются, напрягая скулы. Из горла доносится звук, похожий на рычание.

Внезапно конвульсивные движения прекращаются. Лицо синхронизируется и расслабляется. Олег идёт к зеркалу, двигаясь как плохо смазанный робот. Открывает воду. Склоняется над раковиной упираясь в керамические края. Сжимает их так, что пальцы приобретают цвет фаянса.

— А ты сильнее чем я думал, — говорит спокойный голос, лишенный каких-либо оттенков эмоций. Так буднично, словно борьба со своим телом — обычное дело.

— Не лезь к моей семье, урод! — отвечает другой — злой и писклявый, будто надышался гелием.

Правая кисть, снова обретя свободу, взлетает над бортиком раковины. Застывает, дрожа от напряжения.

Сидоров одним движением выпрямляется. В зеркале отражается лицо — если его можно так назвать. Это отражение существа, безусловно, нечеловеческого происхождения. Гигантские серые глаза, вместо носа — дырочки, ушей нет, а глянцевая кожа бирюзового оттенка играет бликами. Не хватает только анального зонда.

Рот, похожий на прорезь почтового ящика, произносит всё тем же безжизненным тоном:

— Слишком долго без корабля. Потерял концентрацию.

Но и это еще не всё. На плече у существа с телом Сидорова и лицом инопланетного гуманоида стоит маленький человечек десяти сантиметров ростом. Гномик выглядит в точности как Сидоров. Несмотря на свои размеры, вид у него очень воинственный. На лице читается неподдельная ярость, руки подняты как у боксера.

— Я тебе еще покажу, тварь инопланетная, — пищит он злобно. Подбегает по плечу к инопланетной голове и наотмашь бьет кулаком в щеку — или, может, в скулу… Трудно разобрать на этой нечеловеческой морде.

Инопланетный Сидоров никак не реагирует, а вот Мини-Сидоров охает, хватается за свою челюсть и закрывает глаза от боли.

— Мы должны найти корабль! — спокойно говорит инопланетянин.

— Да плевал я на твой корабль. Выйди из меня! — продолжая держаться за скулу кричит гном.

— Если я не успею найти корабль — он самоликвидируется.

— И чё? Будешь вечно во мне сидеть?

— Проблема не только в этом.

Инопланетянин делает паузу. Его глаза на секунду затягиваются пленкой, как у ящерицы.

— Самоликвидация уничтожит планету!

Неприятная новость.

Двенадцать часов назад Сидоров стоял у аккуратно выбитого отверстия в стене ювелирного магазина. Пролом был практически круглой формы. В него без особого труда мог бы пролезть человек средней комплекции.

Олег задумчиво всматривается в загадочную дыру. И её загадка не в том, что она такой правильной формы. А в том, что сделана в подозрительно подходящем месте. А подозревать — это работа Сидорова. Он следователь районного отдела МВД и ведет дело этого проклятого ювелирного. Где никто ничего не видел и не слышал, сигнализация не сработала, хотя была исправна. Ну а драгоценности, естественно, исчезли. Ни следов, ни отпечатков, а у возможных подозреваемых — крепкое алиби и новые часы. Типичный висяк.

Сидоров не мигая смотрит через пролом на пятирублевую монету, сияющую на полу магазина. Солнечный луч ярко отражается от нее. И Олег невольно улыбается этому мелочному солнечному зайчику.

Перед лицом Олега с другой стороны дыры возникает широкий зад в темно-синих штанах. Это участковый Фёдор Игнатов. Любимец Сидорова. Он нагибается, чтобы поднять монету и его массивное основание почти вплотную приближается к носу следователя. Тот хмурится, но не шевелится. Он знает, с этой кражей всё равно окажется в подобной заднице уже сегодня вечером. Гуров ждет доклада. А значит, надо привыкать.

— Игнатов! — громко выкрикивает Олег.

Игнатов, охнув, подскакивает на месте. Монета выскальзывает из рук. Снова оказывается на полу и старается укатиться подальше от цепких лап участкового. Он разворачивается и просовывает в пролом красно-синее лоснящееся лицо хорошо пьющего человека. Нижняя часть Игнатова всё же была поприятней.

— Олег Петрович! — бубнит он обиженно. — Вы чего пугаете так? В засаде что ли сидите? — Шумно выдыхает.

Сидоров невольно отшатывается. Трёт нос и досадливо кривится.

— Игнатов, я с тобой всегда в такой засаде... — Он пытается дышать в сторону. — Ты эту бабку из восьмой квартиры опросил еще раз?

— Да. Опросил.

Олег ждёт, вопросительно подняв бровь. Прочищает горло. Игнатов рассматривает ногти. Пауза затянулась.

— И!?

Федя вздрагивает и торопливо отвечает:

— Ничего не слышала. Глухая она.

— А соседи? Тоже глухие? Как можно было стену бесшумно проломить?

— Бабка так громко телевизор включает, что эту стену можно было взорвать — все равно никто бы не заметил, — отвечает Игнатов с усмешкой, довольный своим остроумием.

Сидоров слышит сзади шаги и оборачивается — подходит Андрей Уфимцев. Это хозяин ювелирного магазина: высокий, грузный мужчина лет пятидесяти с седой шевелюрой. Он одет в черное пальто с белым шарфом, словно сошел со старой черно-белой фотографии. На лице старательно изображает презрение ко всему происходящему.

— Вы еще долго? У меня дела, — произносит он едко.

Сидоров спрашивает с искренним интересом, будто и не заметил недовольства Уфимцева:

— Вот как они догадались, что именно тут надо ломать?

— Я откуда знаю? Повезло, наверное. — Пожимает плечами Андрей и смотрит на дорогие часы.

— С таким везением надо в лотерею играть, а не ювелирные обносить.

Сидоров тоже с интересом заглядывает в часы Уфимцева, а потом прищурившись на их владельца.

Обворованный ловит взгляд следователя и быстро раздражается.

— Я пострадавший. Преступников ищите, — шипит гневно и с вызовом смотрит в ответ.

Олег вздыхает — такими вопросами этого хлыща не проймешь. Искра интереса в его взгляде быстро тухнет. Он разворачивается к мистическому пролому и с тихим кряхтением начинает туда лезть.

Отверстие хоть и аккуратное, и манит Сидорова к себе, но оказывается коварным. Кое-где торчат куски арматуры и за один из них Олег цепляется карманом штанов. Он не сразу это понимает и карман с треском рвётся. Следователь чертыхается, падает, а мелочь из прорехи звонко сыпется на пол.

Дыра смеётся голосом Уфимцева, Игнатов с трудом сдерживает ухмылку и жадно смотрит на мелочь, лежащую на тёмном полу и сверкающую в лучах яркого солнца.

Блики становятся всё ярче. Мир будто тускнеет, пока монеты не превращаются в белые точки на черном фоне.

Не просто точки — звезды Млечного Пути. Они видны особенно четко, когда взгляду не мешает земная атмосфера с ее смогом, пылью и прочими достижениями цивилизации.

А вот и планета — Земля. С такого расстояния она кажется райским местом в бескрайней и холодной пустыне космоса. Еще зеленые участки суши плавают в сочной синеве океанов. А сам шар присыпан белой пудрой облаков. Именно поэтому инопланетяне решили проверить, соответствует ли внешний вид содержанию.

Земля быстро приближается, уже можно узнать материки. Вот Северная Америка. Естественно, все пришельцы летят туда. Их привлекает форма этого материка. Напоминает маму — гигантскую личинку, откладывающую по миллиону яиц в день.

Но нет. Как ни странно, полет продолжается. Евразия? Хм. Оригинально. Россия? Ну, это уже дерзость.

Город среднего размера рассыпался вдоль реки. Уже можно выделить многоэтажки, проносящиеся внизу. Типичный жилой микрорайон расчерчен улицами на неправильные прямоугольники. Серые панельные пятиэтажки окружают двор.

Инопланетный корабль — почти прозрачный шар. Сейчас он летит в паре метров от земли и можно оценить его размеры — чуть больше бильярдного шара.

Объект снижает скорость и подлетает к мужчине, одиноко сидящему на скамейке. Это долговременно неработающий местный житель Петр Хромов. Наверное, инопланетян привлек его ярко-красный пуховик, заметный даже с орбиты, и полное отсутствие рядом других людей.

Корабль подлетает к голове мужчины и зависает. В одно мгновение шар становится тусклого-серым и быстро, но бесшумно падает на землю.

Петр затягивается сигаретой. У него задумчивый вид и недельная щетина — все признаки философской натуры.

— У Светки, конечно, попа что надо, но, грудь-то маленькая. Мда. А у Ленки зато грудь ого-го. Но попа — никакущая.

Он усмехается и, как бы оценивая силу шутки, повторяет с чувством:

— Никакущая.

Это очень смешно. Надо запомнить.

— А может с обоими замутить? По чётным дням попа, а по нечетным грудь? — практично рассуждает Петр. Поднимает глаза к небу и взгляд становится мечтательным.

Довольный своим выводом, он решает закрепить его очередной затяжкой и целует пальцы.

Сигареты нет.

Хромов с удивлением смотрит на кисть, где только что была зажата сигарета. Потом вниз — в надежде увидеть ее на земле. Но земли под ним тоже нет. Он сидит на чем-то красном. Брови ползут вверх, пока не упираются в подстриженную под горшок чёлку. Петр оглядывается по сторонам. И когда его голова поворачивается направо — застывает. Глаза расширяются и почти догоняют брови, а рот непроизвольно открывается.

И его можно понять — такая реакция была бы у любого. Он находится на плече у существа, которое выглядит почти в точности как Хромов. Такое же тело, тоже одет в красный пуховик и сидит на лавочке. Но вместо пусть и не очень красивого, зато в основном, человеческого лица Петра — инопланетная рожа. Большие темно-серые глаза без зрачков, бирюзовая кожа. Нет ни носа, ни ушей, а рот — будто прорезан ножом.

Сам же Петр от силы десяти сантиметров ростом. И легко умещается на плече этого гуманоида.

— Здравствуйте! — бодро говорит существо, приоткрывая безгубый рот.

— Здра… — автоматически начинает отвечать тоненьким голоском МиниПетр, но осекается.

Маленький Хромов с силой зажмуривает глазки и через секунду резко открывает их — бликующая на солнце башка всё там же. Возвышается над ним как двухэтажный дом с панорамными окнами глаз.

— Где я? — шепчет он сдавленно.

— Пожалуйста, успокойтесь. Я разведчик с другой планеты. Можете называть меня — Ино.

Это жуткое лицо даже делает попытку улыбнуться. Правда, нет уверенности, что значит эта гримаса на их планете. Может быть, с этим выражением они убивают жертву.

— Прибыл на вашу планету для оценки уровня развития цивили...

МиниПетр пружиной подскакивает на ноги и бежит от говорящей головы по плечу. На самом краю упирается в невидимую стену. Гномик продолжает бежать на месте, перебирая ножками по красному скользкому пуховику, но не может сдвинуться с места. В панике он начинает орать:

— А-а-а-а-а! Помогите! А-а-а-а-а-а!

— Придется Вас временно заглушить, — спокойно говорит Ино.

Он делает легкий взмах пальцем. Появляется шкала громкости. Опускает палец вниз — шкала уменьшается до минимума и исчезает. Криков МиниПетра больше не слышно, хотя его рот все также открывается в попытках звать на помощь.

— Я временно занял ваше тело для проведения исследований. Как только закончу – покину вас. Вы будете сотрудничать?

МиниПетр устал бороться с невидимой стеной, садится на корточки и тяжело дышит. Периодически он открывает рот и трёт горло — бесполезно. Прочищает пальцами уши. Трясёт головой. На лице царит отчаяние.

Ино делает движение пальцем вверх — шкала громкости поднимается и пропадает.

— А? У? О!.. Слышно!.. — прорезается голос МиниПетра. Облегченно выдыхает. — Что со мной? Белая горячка? Шиза?

— Впечатлительный абориген попался, — констатирует разведчик с другой планеты.

- Почему я такой маленький? Что было в сигаретах? - продолжает монолог лилипут косясь на монстра.

МиниПетр немного успокаивается от звуков собственного голоса, и подрагивая спрашивает:

— Ты пришелец?

— Да.

Гном окидывает взглядом голову, возвышающуюся над ним.

— Господи. Какой ты огромный, — произносит с ужасом и облизывает пересохшие губы.

— Не огромный, — говорит Ино, и глаза на секунду затягиваются пленкой. — Сейчас объясню. Я занял ваше тело и управляю им. Окружающие не видят мое настоящее лицо. Его видите только вы — уменьшенная ментальная копия оригинала. И только я вижу эту копию и могу с ней взаимодействовать.

Он снова улыбается своей жуткой улыбкой и добавляет:

— Это для удобства нашего общения.

— Чужой в меня вселился. — Проекция хватается за голову.

— Нет. Разведчик, — разочаровывает Ино.

— Чужой со мной разговаривает.

— Я не наврежу вашему телу. Временные неудобства.

После этих слов МиниПетр осматривает себя, хлопает по груди и бёдрам. Кажется, первый шок прошел.

— Афигеть! Фантастика какая-то.

— Предлагаю сотрудничать. Мои исследования займут четверть оборота планеты. После чего покину вас.

И после небольшой паузы спрашивает:

— Хорошо?

— А если откажусь? — с тревожной надеждой отзывается МиниПетр.

— Это займет больше времени.

— Ну. Ладно, — обреченно, но с долей возбуждения говорит МиниПетр и садится на пуховик.

— Прекрасно. Рад, что мы поладили.

Со стороны, инопланетянин в теле человека выглядит в точности как Петр Хромов. Лишь скованные движения указывают на некоторую странность, но только если присматриваться.

Назовем это сочетание человека и инопланетянина — ПетрИно.

Теперь это не просто тело, а целое общежитие: Петр Хромов, МиниПетр, Ино и ПетрИно. МиниПетр и Ино могут видеть и слышать только друг друга. ПетрИно для окружающих Петр, но под контролем Ино. А Петр… ну, это просто Петр.

Хорошо, что это не Китай. Там с именами героев разобрались бы только к финалу.

ПетрИно приседает возле скамейки и пытается взять шар космического корабля. Когда он старается поднять его, видно, что это дается с большим усилием — похоже, корабль весит килограмм пятьдесят — не меньше. Хотя по размеру такое сложно было предположить.

— Ваше тело не сможет взять корабль с собой. Надо его спрятать, — деловито информирует Ино.

ПетрИно оглядывается по сторонам — во дворе ни души. Толкает шар к стене дома и с усилием закатывает в щель между плитами фундамента. Маскирует листьями и парой веток, после чего, удовлетворенный работой, кивает.

— Займёмся исследованием здешнего ареала обитания. — Быстрым, но ещё неуверенным шагом идет по тротуару к выходу из двора.

В своем районе Пётр даже туристов ни разу не встречал, не то что приезжих с других планет. Исследовать здесь было совершенно нечего, но пришельцам, наверное, виднее.

Инопланетянин уже освоился с механикой управления ногами носителя и уверенно шагает ими по тротуару. С той же наивной уверенностью он ступает на дорогу. Лишь в последний момент отпрыгивает от машины.

Синий Форд Фокус с визгом шин тормозит юзом. Из окна высовывается перекошенное лицо и орёт:

— Ты слепой!?

— Нет, - отвечает ПетрИно, а МиниПётр бледнеет хлопая глазами.

Водитель показывает средний палец и машина протирая асфальт уносится виляя покатым задом.

Незнание опасностей не освобождает от осторожности. Гном набирает воздуха в грудь. Этим телом он еще планирует пользоваться.

— Нельзя тут дорогу переходить! Угробишь меня! Вон там белые полосы — пешеходный переход! — надрывно пищит он, махая руками в сторону зебры в десяти метрах. Захлебнувшись словами, кашляет.

— Понял, — без эмоций отвечает Ино. То ли он в принципе не имеет чувства страха, то ли совершенно не дорожит вверенным имуществом.

Аватар всё так же бодро и не глядя по сторонам, выходит на пешеходный переход. Маршрутка номер пять, возмущённо сигналя, пролетает у самого носа. Поток воздуха бьёт в лицо, но ни один мускул не дрогнул на бесстрастной физиономии. А у ПетрИно теперь причёска с пробором налево.

— Непонятно, — говорит он.

— Блин, — с побелевшим лицом только и смог произнести МиниПетр. После чего с досадой обхватывает голову руками. Если у вас нет впитанных с молоком матери инстинктов городского выживания — это почти как сбросить горожанина в джунгли. Выживет только очень везучий.

ПетрИно чеканит шаг. На тротуаре автомобили не беспокоят и он активно крутит головой. Витрины магазином пестрят манекенами одетыми в яркие платья. Редкие деревья теряют одеяние из красно-жёлтых листьев. Осеннее солнце еще греет, но порывы ветра заставляют застегнуться на все пуговицы. Разведчик сканирует, запоминает, фиксирует. Лилипут трёт уставшую шею.

На Лже-Хромова несется самокат с двумя подростками. В последний момент он отскакивает от неуправляемой техники. Нечеловеческая реакция спасает от травм любимое тело Петра. А подростки, гогоча, катят дальше по тротуару виляя между пешеходами.

— Где у вас безопасно ходить? — задаёт резонный вопрос Ино. — Это местная форма доминирования или брачные игры?

— И не говори… — с грустью отвечает МиниПетр и отмахивается. Он уже устал нервничать и просто надеется дожить до конца эксперимента.

ПетрИно стоит одной ногой на прокатном самокате и командует:

— Активировать!

— Вперед!

— Приказываю ехать!

Самокат упрямо мигает зелёными светодиодами.

— Как включить механизм? — спрашивает Ино у проекции.

— Не поедет он бесплатно, — объясняет МиниПетр, сидя на плече и подперев голову рукой.

— Как произвести транзакцию?

Обреченность МиниПетра как рукой сняло. Он встаёт и тараторит жестикулируя:

— Чтоб меня на этой хрени увидели? Уж лучше сразу убей! — Он хмурится и проводит ребром по шее показывая непреклонность. Самокат — это красная линия, через которую не переступит ни один уважающий себя пацан с района.

Аватар стоит у сквера и внимательно разглядывает танцующую девушку. Она ритмично переступает, машет руками и иногда грациозно выгибается. Набирает охапку кленовых листьев и подбрасывает вверх. Кружится внутри листопада. Перед ней на штативе смартфон.

— Это брачный танец, чтобы привлечь самцов? — спрашивает Ино.

— Ну… Можно и так сказать… — отвечает МиниПетр не отрывая глаз от фигуры, которая сейчас в очередной раз глубоко наклоняется.

Ну а где ещё, как не в ТикТоке, демонстрировать таланты? Пускай это и всего лишь талант привлекать самцов.

Разведчик продолжает исследовать тротуары города. Он проходит мимо скамейки, на которой сидят в обнимку и самозабвенно целуются молодые парень и девушка.

Пришелец заинтересовано останавливается напротив в наблюдательной позе скрестив руки на груди. Он, не мигая, смотрит на процесс — словно камера оператора, фиксирующая приматов в джунглях:

— Обмен образцами бактерий для укрепления иммунитета.

Кажется, будто это сказал сам Дроздов из “В мире животных”. МиниПетр поднимает бровь и отвечает.

— Что? Нет. Просто это приятно и парочки любят целоваться.

— Гормоны, — заключает Ино.

Парень на скамейке краем глаза замечает ПетрИно, который стоит как посетитель зоопарка. Он со звонким причмокиванием отрывает от себя девушку и, с вызовом смотрит на наблюдателя. ПетрИно наклоняет голову продолжая анализ.

— Эй, мужик, тебе чего? Не видишь, люди заняты?

— Сваливаем! — нервно бросает МиниПетр. — Быстро!

Лже-Хромов уже усвоил, что при такой интонации времени на рассуждения нет и поспешно уходит. Он учится выживать, а значит, у гнома есть неплохие шансы получить тело обратно в целости.

Недавно прошел дождь. Мокрый асфальт отражает облака, в ямах стоит дождевая вода. Листья липнут к бордюрам. Автомобили окатывают друг друга брызгами. ПетрИно внимательно наблюдает за дорожными работам. Рабочие в оранжевых жилетах споро бросают лопатами горячий асфальт в лужи. Вода шипит поднимая пар.

— Любопытная техника дорожных работ, — отмечает Ино.

Беды с дорогами — это универсальная проблема в галактике.

Молодожены выходят из ЗАГСа. Счастливые улыбки людей, не верящих в развод, освещают лица. Друзья и родственники создали живой коридор, по которому смеясь проходят жених с невестой, пока в них бросают зерно и мелкие монеты. Фотографы ловят каждое движение выхватывая их вспышками. Кто-то уже открывает шампанское и кричит “Горько!”.

Такая занятная картина не оставляет ПетрИно равнодушным. Он останавливается и жадно впитывает все детали мероприятия.

— Ритуал для повышения урожайности почвы, — изрекает он тоном знатока, коим, видимо, уже чувствует себя после пары часов исследований местных приматов.

МиниПетр качает головой и поправляет:

— Не угадал. Вот это и есть брачные игры — они поженились.

— Занятно. Они создали пожизненную пару, — произносит Ино чуть громче обычного. Похоже, брачные игры других цивилизаций были ему особенно любопытны.

— Пожизненную? — МиниПетр горько усмехается. — Вряд ли. Пару лет – максимум.

Для Петра, брак — это очень временное явление. Пожизненной он готов называть только ипотеку. От выстрела пробки гном вздрагивает, а гости громко смеются.

Фотоотчет разведчика Ино:

Фотокадр №1

Люди столпились у стены со знаком “НЕ КУРИТЬ”. Все курят. Знак еле различим за клубами дыма. Подпись: «Ритуал инициации».

Фотокадр №2

ПетрИно стоит между курильщиками с сигаретой в руке. Подпись: «Сливаюсь с местными».

Фотокадр №3

Толпа у дверей автобуса. Видны лишь спины, сумки и локти. Люди вжимаются в дверной проём, как один многоголовый организм. Подпись: «Местный вид спорта. Зрелищно».

Фотокадр №4

ПетрИно в самой гуще толпы. Его лицо зажато между чьим-то рюкзаком и стеклом окна. Подпись: «Сливаюсь с автобусом. Тесно».

Фотокадр №5

ПетрИно наблюдает за группой подростков, которые сидят на лавочках вокруг стола, и все уткнулись в свои смартфоны. Подпись: «Этот вид может переносить сознание в устройства? Проверить!»

Фотокадр №6

ПетрИно в полумраке кинозала . У него в руках большой оранжевый стакан с попкорном. Рядом видно людей с напитками и упаковками еды. Подпись: «Они предпочитают питаться в темноте. Хищники.»

Сидоров в это время занимается своим исследованием. А точнее — расследованием. Он стоит во дворе жилого микрорайона с папкой в руках перед самодельной лавочкой, на которой сидит Степан. Мужчина одет не по погоде в растянутые треники и фланелевую рубаху с выцветшей клеткой. Его белые волосы и красное лицо делают его похожим на болельщика Спартака со стажем. На вид ему около пятидесяти. Но может и меньше. С его образом жизни можно считать год за два.

Стёпа не вызывает ни малейшего доверия, но в положении Сидорова надо хвататься за любую соломинку. Пускай даже и проспиртованную.

— Мне коллеги передали, что у вас есть информация по моему делу. Верно? — спрашивает он свидетеля с холодной формальностью.

— Да. Приходил вчера в милицию — хотел рассказать. Мне сразу сказали, что это к вам. Вы этим делом занимаетесь.

Степу потряхивает и иногда кажется, что лишь чудо удерживает его на лавочке. Его возбужденная жестикуляция даже создаёт небольшие смерчи, в которых кружатся желтые листья.

— Очень хорошо. Я так понял, вы знаете, как преступники смогли так тихо проникнуть в помещение и отключить сигнализацию. Слушаю.

Степан на секунду замирает, словно какая-то мысль пытается родиться в его голове, но быстро растворяется в испарениях спирта. Продолжает рассказ, размахивая конечностями:

— Да-да! Проникают куда угодно! Очень тихо. Всё знают. Никто их не видит. Сигнализация не видит. Собаки не видят. Никто не видит!

Он мощно икает и кренится, но турбулентность, созданная частыми взмахами рук удерживает его на скамейке.

— Хорошо, хорошо. Давайте по порядку. Как они отключили сигнализацию? — с интересом спрашивает Олег, открывает папку и вскидывает карандаш.

Степа, увидев, что он может быть полезен доблестному сотруднику продолжает с жаром:

— Так я же говорил в милиции! Они всё могут!

Вдруг его голос понижается почти до шепота, и он продолжает с видом заговорщика:

— Сижу давеча дома. Отдыхаю, закусываю. — Сосредоточено кивает, подтверждая правдивость слов. Но тут эмоции вновь захлестывают, и он кричит: — И тут, оно! Летит прям из стены! - Стёпа издаёт низкий шипящий звук из глубин горла, который должен имитировать полёт. - Круглое! Светится! И голос как из могилы — "Переведи деньги на безопасный счет"!

На его лице появляется выражение: “Ну ты понял?”. Будто после такого рассказа любому должна открыться главная истина мироздания.

Сидоров не разделяет катарсиса Степана, хмурится и прячет карандаш в карман. Алконавт не находит понимания в грустных глазах следователя и решает объяснить:

— Пришельцы, - говорит он заговорщицким тоном и разводит руки с улыбкой пастора на проповеди. - У меня же отродясь денег на счету не было!

Сидоров разворачивается и бредёт прочь. Свидетель инопланетных мошенников кричит вдогонку: “Разберитесь с ними!”, но следователь игнорирует призыв и уже набирает номер на смартфоне.

— Иванов! Ёперный театр, ты достал меня уже! — раздраженно рявкает он в трубку. В ответ из телефона слышится хохот. Олег отключается и нервным движением заталкивает телефон в карман.

— Придурки, — бросает он с усталой злостью.

Проходя мимо алкомаркета Сидоров останавливается и смотрит на рекламную растяжку. За две бутылки скидка пять процентов. Он замирает пытаясь вычислить сколько надо взять чтобы одна вышла бесплатно. Тряхнув головой продолжает свой путь и скрывается за поворотом.

В другом похожем пространстве зажатом многоэтажками, ПетрИно усталой походкой возвращается к своему кораблю — разведка местности успешно завершена.

МиниПетр выпытывает у инопланетной головы, напряжённо улыбаясь:

— А ты мне память не сотрёшь?

— Нет, — отвечает Ино.

— А если расскажу кому-то?

— Не рекомендую.

— Ну да. Скажут что псих. — Гном вздыхает. — А хотелось бы всем рассказать, что во мне был пришелец. — Он мечтательно улыбается, но внезапно хмурится и добавляет: — Ну не в том смысле. — Трёт нос.

С серьезным видом журналиста он продолжает сыпать вопросами:

— Ты можешь хоть на один вопрос мой ответить? Что ни спрошу, ответ один «закрытая информация».

Ино ровным механическим тоном автоответчика произносит:

— Я могу сказать только одно — провожу исследование местной цивилизации.

— Но зачем?

— Это закрытая информация.

— Да чтоб тебя, — в сердцах высказывает проекция Петра и насупившись отворачивается от жуткой головы инопланетянина.

ПетрИно подходит к знакомому месту, где спрятал свой корабль. Оглядывается по сторонам — вроде никого. Приседает у стены дома чтобы достать из трещины в фундаменте транспортное средство.

Странно, маскировочных листьев и веток уже нет. Он шарит рукой в щели. Что-то не так.

— Он точно должен быть здесь, — говорит ПетрИно.

Насколько позволяет глубина расщелины интенсивно работает в ней рукой.

— Проблема, — выдаёт Ино, и в его голосе впервые слышится нотка напряжения.

— Что случилось? Ты когда уже свалишь из моего тела? — спрашивает МиниПетр с тревогой, встаёт и пытается заглянуть в темноту трещины.

— Непредвиденная ситуация. Корабля нет. Пока не могу — свалить.

— В смысле? Мы же договорились. Мне пофиг, где твой корабль. Вали давай! — повышает голос арендодатель тела.

Его глаза расширяются, и он лихорадочно озирается. На лице появляется озарение и гном выпаливает:

— Можешь в мою соседку перекинуться. Она и сейчас себя ведёт, будто в неё демоны вселились. Никто и не заметит.

МиниПетр немного успокаивается от своей находчивости и с надеждой таращится на пришельца. Слышится стук хлопнувшей двери подъезда и шаги. Между кустов появляется внимательное лицо старушки в берете.

— Протокол запрещает переселяться в одном и том же регионе. Это может привести к раскрытию разведчика, — отвечает Ино словно зачитывает по бумажке.

Проекция вскакивает на ноги и начинает подпрыгивать от возбуждения на месте, схватившись за голову:

— Да ты гонишь! Ты теперь всегда будешь мной управлять? Нет… нет, нет!

Старушка не спускает глаз с замершего с пустым взглядом ПетрИно.

— Спокойно. Надо найти мой корабль. Кто бы мог его взять? — деловито интересуется пришелец и строго смотрит на беснующегося лилипута на плече. Хотя, может и не строго. Сложно однозначно понять эмоции на этой морде. Но на МиниПетра это подействовало — он приседает на корточки часто дыша.

— Да что ж за день-то такой, — бормочет он переводя дух. — Да мне откуда знать? Может дети взяли поиграть. Может закладчики его нашли.

— Для детей он слишком тяжелый. И у него отличная маскировка. Кто такие закладчики? Это какая-то местная форма жизни? Животные?

— Типа животных… Еще те твари. — Он дёргает плечом. — Но, нет. Это такие люди. А где живут — не в курсе.

Гномик снова хватает себя за голову и начинает раскачиваться. Непростое утро у него выдалось, а теперь еще замаячила перспектива остаться в таком положении на неопределенное время. Кажется, он готов заплакать.

— Но как их найти? Кто может знать? Кто у вас занимается поиском украденных вещей? — все также спокойно опрашивает бедолагу Ино. Похоже, для него не впервой терять космические корабли

— Полиция, — отвечает МиниПетр потерянным голосом.

— Идем в полицию, — уверенно заявляет Ино.

Маленькая копия человека лишь вздыхает в ответ. Старушка видит как парализованный оживает и его взгляд фокусируется. Он быстро идет прочь продираясь сквозь кусты.

Районный отдел МВД располагается в трехэтажном здании дореволюционной постройки из красного кирпича. Петр не был криминальным элементом и старался чтить уголовный кодекс — как любил говорить отец. И все же, каждый раз, когда он оказывался там по делам, старался быть незаметным, будто преступник в розыске. Возможно, это происходило из-за другой фразы отца — “был бы человек, а статья найдется”. Поэтому при приближении к массивным дверям отдела и без того нерадостное выражение лица делается совсем кислым.

ПетрИно входит внутрь и медленно обводит взглядом помещение — визит в полицию мог пригодиться для его отчета. На стенах висят информационные стенды с памятками, образцами заявлений и фотографиями преступников, похожими на пятна Роршаха. У стены стоит скамья, на которой понуро сидит бомжеватого вида субъект. Напротив входа — пост дежурного с большим окном, закрытым решеткой, и небольшим вырезом внизу. Откуда-то доносится назойливый звон телефона.

МиниПетр заканчивает тоскливые размышления и с жаром говорит:

— Умоляю, веди себя нормально. Не хочу, чтоб меня закрыли.

Он умоляюще смотрит в ближайший инопланетный глаз.

— Я действую по протоколу, — привычно чеканит Ино. — Где закрыли?

— Просто не делай ничего, не спросив меня сначала. Окей?

Надеяться на адекватность пришельца не стоит, но какие у него варианты?

— Хорошо. Ваша консультация может быть полезной. Куда мне обращаться?

— Спроси у дежурного что ли, — обреченно бурчит МиниПетр.

ПетрИно кивает и уверенно шагает к окну дежурки. Окинув взглядом решетку в виде солнца с расходящимися лучами прутьев, он старается просунуть голову в прорезь под ней.

МиниПетр, уже привыкший к экстравагантному поведению захватчика своего тела, вскакивает и орёт в сторону отверстия, которое считает ухом пришельца:

— Куда? Куда ты лезешь? Стой!

С инопланетянами дежурный не контактировал, а вот с внеземным разумом — приходилось регулярно. Но даже он открывает от удивления рот.

Пронзительные крики с плеча дают результат - аватар прекращает ломиться в щель.

— Извините, — вежливо произносит он и аккуратно вытаскивает голову из прорези. МиниПетр научил его извиняться за время исследований, и это здорово помогало избегать конфликтов. Но полицейского вежливость не убеждает. Опомнившись, тот с подозрением щурится.

— Ты, че? Под веществами?

— Нет. Я действую в рамках правил. Прошу прощения. Не разобрался с устройством вашего скворечника, — в своей научной манере отвечает ПетрИно.

От такой наглости дежурный привстаёт и угрожающе шипит:

— Ты охренел? Давно в обезьяннике не сидел?

— Причём тут… — начинает ПетрИно. Но МиниПетр панически жестикулирует и кричит, перебивая его тираду:

— Молчать! Молчать!

ПетрИно снова застывает.

— Скажи, что пошутил неудачно и извинись, — выпаливает МиниПетр задыхаясь.

Разумно. Кроме того, надо как-то перевести разговор в деловое русло.

— Неудачная шутка. — Лже-Хромов растягивает губы в улыбке обнажая оскал. — Простите, не хотел вас обидеть. Я тут по делу. У меня украли корабль.

МиниПетр приседает, инстинктивно прикрываясь руками.

— Мне писец… — вырывается у него.

Дежурный понимающе кивает головой.

— Ну, теперь все понятно.

ПетрИно выталкивают из здания на улицу профессиональным пинком под зад. Из-за тяжелых дверей доносится “Шизоид!”, и дверь с грохотом захлопывается.

МиниПетр морщась потирает пятую точку, а Ино будто и не замечает применения силы органами правопорядка.

— Первый контакт с полицией — неудачный, — констатирует пришелец и разворачивается, чтобы снова войти.

— Прошу, не надо. Нас точно закроют в обезьяннике, — скорбным голосом просит гномик.

А Ино пребывает в режиме исследования, и ему все интересно:

— Не понял. Это такая форма наказания? Общение с обезьянами?

— Забей. Просто оставь меня в покое. Переселись уже куда-нибудь. А?

— Я не могу хаотично прыгать из тела в тело.

— Помню. Проклятый протокол, — с ненавистью бурчит МиниПетр. Он закрывает лицо ладонями. Вот бы все это оказалось жутким кошмаром. А утром он бы лишь удивился, как такое вообще может присниться.

— Протокол важен и полезен. Я могу переселяться только в крайнем случае. Надо правильно выбрать носителя.

ПетрИно спускается с крыльца по выщербленным бетонным ступенькам. А предыдущий владелец тела готовится провести остаток жизни на своём бывшем плече — как привидение. За что ему это наказание?

А Ино продолжает спокойно рассуждать, будто его не пугает совместное существование с вечно недовольной проекцией:

— Кто конкретно в полиции занимается поиском украденных вещей?

— Следователь, по ходу, — мямлит МиниПетр, но через секунду глаза загораются надеждой, — Точно! Переселись в следователя. У него есть инфа про всех закладчиков на районе. Быстро с ним всё выяснишь.

— Хорошо. Где искать следователя?

В это время к полицейскому отделению подходит Сидоров — такой же везучий, как Петр. Его скитания от ювелирного к свидетелю инопланетян оказались напрасными. Дело упрямо не закрывается, как он ни старается найти хоть какую-то зацепку. Усталой походкой под грузом нерешенных проблем он бредёт к входу. Папка под мышкой, руки в карманах, воротник поднят.

Пружина с хлопком притягивает дверь к косяку. Это вышел Тимофей Иванов — “коллега Олега”, как он со смехом представлялся новым общим знакомым. Ему около тридцати пяти лет, в костюме, при галстуке, с золотыми часами. В глазах задорный блеск человека, умеющего решать проблемы, но Сидорову он их лишь создаёт.

— Олег, ты разобрался с делом ювелирного?

— Нет ещё, — устало отвечает Олег и отводит взгляд.

Тимофей злорадно усмехается, и радостная улыбка растягивает лицо.

— Эх, Сидоров. Гуров уже про тебя спрашивал. Злой, — говорит он с наигранным сочувствием. После чего фыркает и вальяжно идёт к своему БМВ на парковке, поигрывая брелком сигнализации.

Сидоров сильнее сутулится, предчувствуя встречу с начальством.

МиниПетр жестами и бровями показывает Ино цель для переселения.

— Это он. Давай переселяйся, пока не ушел, — выпаливает подпрыгивая от нетерпения. Но внезапно что-то осознав с тревогой спрашивает: — Будет больно?

Ино не отвечает, а делает стремительный шаг вплотную к подвернувшемуся следователю. Олег оборачивается на неясный шум. Его удивлённое лицо оказывается прямо перед ПетрИно.

Пётр быстро моргает и беззвучно шевелит губами, пошатывается и теряет равновесие. Чуть не падая, хватается за перила лестницы. Встряхивает головой, фокусируя взгляд на ОлегИно.

Да. Теперь это не Олег.

— Временно заглушаю носителя, — произносит ОлегИно взмахом пальца уменьшая шкалу громкости в ноль и говорит шатающемуся Хромову: — Ваше состояние скоро нормализуется. Не рекомендую кому-либо рассказывать чье тело теперь контролирую. Во-первых, вам не поверят. Во-вторых. — Он старательно делает грозный вид и медленно помахивает пальцем перед носом ошалело вращающего зрачками Петра. — Я полицейский. Могу закрыть в обезьянник.

Для большей убедительности пришелец сдвигает брови Сидорова и добавляет:

— В крайнем случае, могу переселиться обратно. Понятно? Кивните.

С диким взглядом и выражением ужаса Хромов кивает и неуклюже пятится. Постепенно контроль над телом к нему возвращается. Он спотыкается, но с каждым шагом увереннее перебирает ногами и несётся прочь. Оглядывается на пришельца в новом теле, с грохотом налетает на урну. Падает. Вскакивает и бежит как спринтер за медалью пока его яркий красный пуховик не скрывается из виду за поворотом.

МиниОлег тем временем пребывает в не менее жутком состоянии. Он сидит на собственном плече, безумным взглядом оглядывается по сторонам и словно рыба, беззвучно открывает рот.

— Уважаемый носитель, — начинает инструктаж Ино с интонацией стюарда в самолете, — я на время взял управление вашим телом. Как только выполню свою задачу – покину Вас. Предлагаю сотрудничать. Когда будете готовы – всё объясню. Включаю голос проекции.

Снова появляется шкала громкости, но теперь она движется вверх и исчезает.

— Я сошел с ума? — произносит МиниОлег и удивляется, что он слышит собственный голос, звучащий тонко и неестественно.

— Нет, — спокойно отвечает Ино.

— Сошел с ума. Ясен пень. — Повернувшись к голове гуманоида спрашивает: — Почему я вижу этого урода?

Ино вздыхает, видимо, на их планете потребность в кислороде тоже растет в сложных ситуациях.

— Я объяснил. Временно захватил…

Но МиниОлег его не слушает и продолжает монолог:

— Это сон? Мне это снится? И ущипнуть себя не могу.

При этом он пытается сам себя щипать за ногу, но реакции не чувствует.

— Я могу, — услужливо предлагает Ино, после чего щипает ногу аватара.

МиниОлег дергает ногой:

— Ой!

— Помогло?

— У меня шизофрения? Раздвоение личности?

— В каком-то смысле.

Лилипут берет себя за голову, сидит уставившись в пустоту и покачивается взад-вперед.

— Давайте займемся поиском моего корабля. Где ваше рабочее место? — бодрым голосом Ино пытается вывести из ступора хозяина тела.

— Кабинет 12. Второй этаж, — тихо отвечает тот, продолжая раскачиваться на плече с пустым взглядом.

Ино такой ответ устраивает, и он радостно произносит:

— Вы сотрудничаете. Отлично.

ОлегИно фиксирует обстановку в кабинете следователей. В помещении тесно расположились три рабочих места обозначенных столами. На каждом стоит по ЖК-монитору с клавиатурой и мышкой. С одного края штабелем сложены лотки с документами. На другом — небольшая настольная лампа. У стены слева стоит пара шкафов с сегрегаторами и ящиками. В углу — создаёт уют импровизированная кухня, состоящая из подвесных полок и стола на которых расположились: рафинад, чай Ахмад в пакетиках, разномастные кружки и пластиковый электрочайник. Людей нет. Тихо. Из соседнего кабинета иногда пробивается чей-то надрывный голос.

— Где ваше рабочее место?

— Вот. Возле входа, — в режиме автопилота отвечает МиниОлег.

Лже-Следователь отодвигает стул и уверенно садится. У Олега был добротный комплект Логитек. За десять лет только некоторые буквы стёрлись на клавиатуре. Например “С” и “О”, но работает безотказно. Мышка отдыхает на коврике с рисунком танка. Всё готово чтобы раскрыть кражу тысячелетия. Именно так. Разведчики уже тысячелетие не теряли корабль.

— С чего начнём поиски? Какой у вас алгоритм?

Но МиниОлег не слушает. Его аналитический склад ума продолжает искать объяснение происходящему:

— Может надо валерьянки выпить? Или просто выпить. Но как? Я же... гномик?

— Вы не сошли с ума и не спите, — пытается вразумить его Ино. — Я уже знаком с реакцией приматов на вселение. Скоро вы успокоитесь.

— Говорила мне Светка, ты на этой работе свихнешься. Вот результат, — с горечью продолжает лилипут и качает головой.

— Чем дольше сопротивляетесь, тем дольше мы будем заниматься поиском. А значит, дольше буду в вашем теле. Вы же хотите, чтобы я ушел?

— Очень хочу, — вдруг отреагировал МиниОлег, но тихо и безнадежно.

— Принято, — Ино кивает наметившемуся прогрессу. — Вы готовы меня выслушать?

— Валяй.

Кажется, следователь отчаялся найти всему этому приемлемое объяснение и просто решает плыть по течению.

— Отлично. Я... — он инструктирует хозяина тела, объясняет кто тут главный, почему и зачем вселился. Что корабль украден коварными закладчиками и его нужно срочно найти.

— Приступаем? — спрашивает новый управляющий туловищем Сидорова.

— Приступаем, — вялым эхом соглашается МиниОлег.

— Очень хорошо. Рад, что мы поладили.

Но, похоже он рано радуется, потому что проекция только начинает осознавать масштаб проблемы:

— Сейчас еще Гуров будет рапорт требовать по ювелирному. Как я в таком виде буду докладывать? Увезут в дурку. Ясен пень.

— Вы не слушаете, — со вздохом говорит Ино. — Могу вам помочь с делом. Обладаю способностями анализа данных, намного превышающими возможности вашего вида. Какую задачу надо решить? Я помогу вам, вы — мне. Договорились?

Лилипут таращится на инопланетную голову. Желтый свет настольной лампы отражается от блестящей кожи зеленым оттенком. Зажмуривает глаза. Открывает. Активно их трёт. Щурится. Встряхивает головой и снова повторяет ритуал. Он, похоже, еще не понимает — сошел ли с ума или правда в него вселился чужой, но пытается как-то взаимодействовать с новым собеседником:

— Мне бы сейчас стопка водки хорошо бы помогла. А дело с ювелирным — это глухарь. Там никто не сможет. - Он машет рукой.

— Где данные по этой задаче? Я проанализирую.

— Материалы дела что ли? Тут у меня в столе. В верхнем ящике.

ОлегИно тычет пальцем в ящик, потом гладит его.

— Открыть, — делает он еще одну попытку, но ящик не реагирует.

МиниОлег следит с плеча за этими замысловатыми пассами. Поднимает бровь и решает подсказать:

— За ручку потяни.

Забытые древние технологии иногда ставят Ино в тупик.

Он достает папку и просматривает страницы дела. Но делает это настолько быстро, что за такое время человек не смог бы прочитать даже первые пару слов. А в деле собрано довольно много материалов — Сидоров, на удивление, потрудился на славу. Показания свидетелей и подозреваемых, фотографии, отчеты криминалистов, рапорты, улики и ворох другой обязательной, но бесполезной бумаги. Два месяца работы просмотрены за семь секунд.

— В целом картина понятна, но надо кое-что уточнить. Как подключиться к инфо-полю? — интересуется Ино.

— К чему?

— Где у вас хранится информация? Например, документация устройств, анкеты других людей?

— А! Это… Интернет, база данных.

— Как подключиться? Где интерфейс?

— Какой еще интерфейс? Вот компьютер на столе. - Смотрит задумчиво на Ино и добавляет: — Кнопка вон на корпусе круглая. Потом вот этой мышкой на экране кликаешь на иконки.

Компьютер шумит вентиляторами, ОлегИно пытается мышкой нажать иконку на экране. Буквально. Он держит мышь в руке тычет торцом в монитор, но иконка почему-то не нажимается.

МиниОлег смотрит на это пару секунд подняв брови. Если все это не кошмарный сон, то точно какая-то странная форма безумия — читается на его лице.

— Да не так. Ёперный театр.

Второе объяснение явно пошло Ино на пользу. Он уже работает с базой данных и интернетом как заправский хакер. Просматривает дела, анкеты, схемы устройств, медкарты и видео с камер наблюдения на максимально возможной скорости. И кажется, она ограничена только производительностью компьютера. МиниОлег молча наблюдает за калейдоскопом сменяющихся страниц и изображений. Мышка жалобно попискивает от экстремального насилия над кнопками. Аватар укладывается в пять минут.

— Понятно, — говорит ОлегИно тоном, не предполагающим сомнений, — Это брат хозяина магазина — Кирилл со своим другом Иваном. Хозяин магазина Андрей в сговоре. Дело раскрыто. - Он поворачивает голову к загипнотизированному мелькающими картинками гному. — Можно приступать к поискам корабля.

Наглость подселенца настраивает МиниОлега на рабочий лад, и он язвительно отвечает:

— Дело у него раскрыто.- Он качает головой. — Просто пальцем на кого-то показать, это еще не раскрытое дело. Никаких улик нет на Кирилла. И у него алиби. Думаешь я не пробил всех, кто мог быть замешан?

— Я прочитал дело.

— Прочитал? Да ты просто листы переворачивал, — повышает тон гном. Самоуверенность этого чудака начинает его нервировать. Профессиональная гордость все еще теплится в сердце Сидорова.

— Мне этого достаточно, чтобы прочитать и запомнить информацию. Алиби Кирилла обеспечил его друг Иван. Но они вместе обворовывали ювелирный.

— С чего ты взял?

— Самое очевидное, это видео с камер наблюдения.

Приходится тратить время на ерунду, но пришельцу без следователя не обойтись.

Он включает на компьютере видео с камеры наблюдения дома напротив ювелирного. Съемка ведётся ночью, изображение зернистое, люди плохо различимы, а их лица закрыты масками.

— Рост, комплекция и движения идентичны Кириллу и Ивану.

— Да тут же не видно нихрена на записи, — возмущенно парирует МиниОлег.

— Вот пример с камеры в ювелирном магазине за пару дней до преступления.

ОлегИно включает другое видео — на нем уже отчетливо видно подозреваемых.

— Мне этого достаточно чтобы вычислить все параметры. Совпадение 99.9%.

МиниОлег застывает с удивленным выражением лица, пытаясь переварить такой подход к раскрытию преступлений. Потом хмурится и отвечает:

— Я не могу так Гурову сказать, он решит, что я полный идиот. Ясен пень.

Очевидно, что этим приматам надо разжевать даже самые простые вещи, и Ино делает попытку объяснить свою безупречную логику:

— Но, преступники — они. А также хозяин магазина. Он получит страховку и ювелирные украшения. Кирилл и Иван знали в каком месте пробить дыру в стене, чтобы не сработала сигнализация. Потом прошли точно по помещениям, не задев ни одного луча датчиков и отключили сигнализацию введя правильный код. Случайные люди этого не могли знать.

— Откуда ты все это знаешь? — не сдается проекция.

— Я изучил устройство охранной сигнализации.

— Это все, конечно, интересно, но толку то? Косвенные улики. Мало этого. Вот если бы ты сказал, где они хранят украденное, — заинтересовано ворчит МиниОлег.

— На основании имеющихся данных точно не могу вычислить. Но есть перечень из восьми наиболее вероятных мест.

— Ну даже если получится взять ордер на основании этих твоих вычислений, то 1 из 8 это не очень надежно. Не угадаем — получу по шапке.

— Понимаю. Отправят к обезьянам, — со вздохом отвечает Ино.

— Чего?

Дверь кабинета приоткрывается и из-за двери показывается белобрысая голова Иванова.

— Сидоров! Чеши к Гурову! Он уже рвёт и мечет. Хозяин ювелирного скоро должен прийти. Надо снимать пломбы.

Потом смеется и добавляет:

— Докладывай, где брильянты.

Продолжая смеяться над своей шуткой, громко захлопывает дверь. Из коридора глухо слышится “Брильянты!” и смех Иванова удаляется с шагами.

Даже в таком состоянии МиниОлегу не приходит в голову, что можно не явиться на доклад к начальнику.

— Надо идти, я покажу.

ОлегИно входит в кабинет на ковер руководителю следственного отдела. Ковра здесь, правда, нет. Сидорову иногда казалось, что к его приходу скорее уж постелят на пол полиэтилен, чтобы удобнее было расчленять тело. И в текущем положении его такая перспектива даже не пугает. Жизнь, какой он ее знал, закончилась. И начинается какой-то нереальный бред.

Помещение по размеру такое же, как и общий кабинет Сидорова, но кажется больше. Гуров Сергей Тимофеевич восседает за массивным столом буквой “Т”. Слева к стене придвинут диван, на котором располагаются двое полицейских в форме. Правая занята парой окон, кадкой с фикусом и часами с кукушкой которые мерно тикают. Солидная обстановка давит как на допросе.

Увидев ОлегИно Гуров расплывается в улыбке, которую Сидоров хорошо знает. С этой улыбкой хозяин кабинета часто встречает подчиненных, когда готовится высечь их — да еще на глазах у других сотрудников. А это неприятно вдвойне.

— О! Соизволил. — Гуров жестом приглашает подойти ближе. — Сидоров, что по ювелирному? Раскрыл дело или опять глухо? — Хищное злорадство блестит в его глазах, но в этот раз МиниОлег смотрит с высоты собственного плеча и даже не потеет как прежде.

А ОлегИно решительно шагает к торцу стола с бесстрашием новорожденной газели, впервые встретившей льва.

— Здравствуйте! — отвечает он бодро. — Да. Дело раскрыто. Обворовали Кирилл Уфимцев и Иван Коржиков. Кирилл — это брат хозяина магазина Андрея. Тот в сговоре. Драгоценности в одном из восьми мест. Надо провести обыск.

Возникает пауза. Начальник и свидетели предстоящей выволочки сидят с удивленными лицами. Даже МиниОлег, уже привыкший к абсурду сегодняшнего дня, приоткрывает рот. А кукушка передумала куковать и втягивается обратно в дупло часов.

Гуров вспоминает, что он тут главный и хохочет. Двое на диване послушно подхватывают.

— Ну ты молодец, Коломбо. А доказательства? — погасив смех и наиграно вытирая слезу, спрашивает Гуров.

— Да. Вот рапорт. — Кладет листок на стол и добавляет: — Я — Сидоров.

Не успевает Сергей Тимофеевич возмутиться наглости подчиненного, как слышится стук и приоткрывается дверь. В кабинет заглядывает Петров.

— Пришел Уфимцев, по поводу пломб в ювелирном, — информирует он и замирает в готовности.

— Вот и твой преступник пожаловал, — с удовлетворением говорит Гуров и усмехается. — Может сразу у него и спросишь где искать?

Он ядовито смеется, переводит взгляд на сидящих на диване — зрители с готовностью подхватывают задор начальника.

— Да. Конечно, — невозмутимо отвечает ОлегИно.

Гуров сразу прекращает смех и с подозрением сверлит взглядом лицо Сидорова. Странный он сегодня какой-то. Не к такой реакции на свой смех привык Сергей Тимофеевич.

МиниОлег молча наблюдает за происходящим. Все будто происходит не с ним. Сам он никогда бы не решился так ответить руководителю. Может и зря. Выражение недоумения на лице Гурова стоило такого риска. Но Сидоров никогда не был рисковым и пьёт только водку.

Сергей Тимофеевич глухо кашляет в кулак прочищая горло.

— Пригласи, — сосредоточившись приказывает он торчащей голове и та с кивком скрывается.

Входит Андрей Уфимцев. Он в том же чёрном пальто, но шарф сменил на синий. Возможно, в полиции он выглядит уместнее. Губы растянуты в улыбке, но бывалый сотрудник сразу подметит тревожно бегающие глаза.

— Здрасьте. Я по поводу…

— Да. Я в курсе, — перебивает его Гуров. — У нас тут Сидоров дело ваше раскрыл.

Он усмехается тому, как неожиданно звучат его слова, и добавляет, собрав лицо в строгое выражение и с усилием пряча улыбку:

— У него к вам есть вопросы. - Он прикладывает ко рту ладонь.

— Раскрыл? — переспрашивает хозяин магазина, вскинув брови, и тревожно смотрит на ОлегИно. Но уже через секунду расслабленно улыбается славной шутке следователей. — Это хорошо. Какие вопросы?

ОлегИно вперивает немигающий взгляд в лицо Уфимцева и бесстрастным голосом задаёт простой вопрос:

— Где украденные драгоценности?

МиниОлег с размаху хлопает себя ладонью по лбу и зажмуривается. Если бы его мог слышать кто-то кроме Ино, звон от этого шлепка напугал бы даже полицейских на диване.

Но в кабинете просто на секунду устанавливается тишина.

В глазах Андрея проносится гамма чувств. Сначала удивление, потом испуг и в конце злость.

— Вы издеваетесь? — шипит он.

Но ОлегИно не издевается. Для него это очередное исследовательское наблюдение и разведка.

— Гараж? — ровным голосам спрашивает он.

— Склад на ул. Петровской? — После паузы в пол секунды.

— Дача тестя?

Мимика Уфимцева едва заметно меняется. Но инопланетному разведчику достаточно микросекунды. Он замечает движение зрачков, анализирует, делает вывод и в оставшееся время после вычислений углов и расстояний заключает, что стол стоит не перпендикулярно входу на пол градуса.

— Дача тестя, — констатирует пришелец в теле Сидорова.

Гуров и сотрудники затаив дыхание наблюдают за сценой. Такое представление не часто увидишь. Подозреваемый же растеряно открывает рот, но подходящих слов пока не находит. Попадаются только матерные, но в кабинете следователя, он не решается их использовать.

А ОлегИно продолжает стрелять вопросами как автомат Калашникова:

— Где именно? В доме?

Он немного прищуривается — человеческие глаза и так не самый лучший инструмент для фиксации, а у Сидорова они уже подсели к сорока пяти — надо менять. Но есть ли на этой планете нужные технологии?

— Сарай?

И снова Ино подмечает крохотное движение зрачка и микромимику. ОлегИно кивает.

— Сарай, — фиксирует он прогресс допроса. Пришелец допрашивает тело Уфимцева, которое не умеет лгать, в отличии от хозяина.

— Под полом?

И после паузы в пол секунды он наконец отрывает цепкий взгляд от преступника и буднично заявляет:

— Под полом.

Хозяин ювелирного наконец выходит из оцепенения. Гуров не смеется, а с любопытством… нет… с подозрением смотрит на него. Все это не шутки и не розыгрыш, и дело пахнет керосином. Но он не находит ничего лучше, как начать кричать и наигранно злиться.

— Что происходит? Я не понял? Это что значит? — вопит он изменившимся голосом, пятясь к выходу. Его нижняя губа предательски дрожит, а глаза расширяются.

Сергей Тимофеевич, хоть и любит самоутверждаться за счет подчиненных, как любой нормальный начальник, но вместе с тем, неплохой следователь. И конечно он понимает, что в этом деле фигура Уфимцева была подозрительной с самого начала, но подкопаться Сидоров к нему не смог. И, наверное, никто бы не смог, поэтому он и отдал этот висяк Олегу. Но сейчас на глазах Гурова произошло нечто, после чего чутье ищейки просто не может оставить его равнодушным.

— Уважаемый, Вы чего так нервничаете? — задаёт он вопрос Уфимцеву строго глядя в глаза.

— Я что арестован? Я ухожу. — Андрей берется за ручку двери.

“От Гурова еще никто не уходил” — любил говорить начальник следственного отдела.

— Подождите пока в отделении, - повышает он голос. — Проведите его в допросную, — отдает указание сидящим на диване сотрудникам. Смотрит на ОлегИно взглядом, которого МиниОлег давно уже не видел. Кажется, у гномика даже слезы на глазах выступают. Или это свет так падает?

— Удивил ты меня сегодня, — медленно говорит Гуров. — Сейчас за ордером и на дачу.

— Ахренеть, что происходит, — только и может сказать МиниОлег, доставая несуществующую соринку из глаза.

Ну а Ино занимается исследованием и анализом данных.

В свете фонариков из вскрытого подполья оперативники вытаскивают ящик. Открывается крышка. Драгоценности вспыхивают в лучах как звезды родной туманности Ино.

— Ну ты даешь, — радостно хвалит Гуров и сильно хлопает ОлегИно по плечу.

— За что? — отзывается тот. А МиниОлег, морщась, чешет своё лилипутское плечо, но на лице — счастливое блаженство.

Осенью темнеет рано, и улица освещена редкими фонарями. На крыльце районного отдела МВД стоит ОлегИно и следит за планирующими рыжими листьями. Солнце давно спряталось за голыми верхушками деревьев и щербатым очертанием многоэтажек. Температура заметно упала. Ино сейчас должен исследовать местность на другом континенте этой планеты и с совсем другим климатом. Но он все еще здесь. Надо срочно найти транспортное средство.

— Я решил ваше дело. Приступаем к поиску корабля, — говорит Ино гному сгорбившемуся на плече.

Аватар сбегает с крыльца, покачивается и переводит дыхание.

— Правда... ваше тело очень устало.

— Всё на сегодня. Отдыхать, — отзывается МиниОлег и зевает.

По лестнице спускается довольный Петров. Он всегда доволен в пятницу вечером. Или как он ее еще называл - “питница”.

— Сидоров, не тормози. Ты идешь? — обращается он к ОлегИно.

— Куда?

— Куда? В твой дом родной, — отвечает он со смехом. — В кабак, конечно.

Потом щурится и добавляет:

— Странный ты сегодня.

— Да. Надо выпить, — соглашается МиниОлег переставая зевать и даже привстает. Усталость отступает перед заманчивой перспективой.

— Согласен. Вашим телам нужно много жидкости. — Кивает Ино.

— Ясен пень. Иди за Петровым.

Глаза гномика вспыхивают голубоватым огнем отражая свет фонарей и он облизывает пересохшие губы.

Слово “кабак” довольно точно описывает питейное заведение, куда переместились сотрудники после тяжелого рабочего дня. То ли оно в стиле лофт, то ли владельцы просто ленятся делать ремонт, но выглядит оно внутри грубо и потрепано. Возможно, здесь и была когда-то приличная отделка, но любое помещение подобного рода рано или поздно становится похожим на своих завсегдатаев.

Четверо коллег уже сидят на лавках за крепким деревянным столом. Стол точно был крепким, потому что Сидоров лично видел на нем четверых пляшущих женщин в самом соку. А это был серьезный стресс-тест для мебели.

Но для таких выступлений ещё рано. Они всего лишь собираются выпить и расслабиться. Петров умело разливает по стопкам водку, а двое других сотрудников жадно следят за процессом. ОлегИно наблюдает очередной ритуал аборигенов — анализирует и запоминает.

МиниОлег на плече пока не знает как реагировать. Сможет ли он почувствовать тепло, разливающееся по горлу, если пить будет не он, а пришелец. Удары, которые получало его тело, он чувствовал. Значит, шансы неплохие.

— Сегодня даже есть повод выпить, — хохотнув, говорит Петров и поднимает стопку. — Сидоров дело раскрыл. Проставляется значит.

Он с лукавой улыбкой смотрит на виновника торжества. Двое других активными кивками поддерживают идею. Выпить за счет коллеги — святое дело.

Ино никак не реагирует на непонятные заявления, но на всякий случай изображает улыбку на лице Олега.

— Еще чего. Обойдутся, — едко бросает гном и, насупившись, садится, скрестив руки на груди.

Тройка сотрудников опрокидывает рюмки, не дожидаясь тоста в честь Сидорова. Ино в точности повторяет их движения - подносит жидкость ко рту. Но перед заливкой в ротовое отверстие принюхивается. Морщится.

— Это не вода. Что это? — спрашивает Ино у проекции.

— Это лучше! Давай, давай, не томи, — нетерпеливо поторапливает МиниОлег. Его ноздри призывно расширяются, а голодные глаза не отрываются от жидкости.

ОлегИно выученным движением выплескивает водку в рот. Его глаза округляются и выпучиваются. Лицо краснеет от напряжения, и он фонтаном выплевывает содержимое рта на сидящего напротив Петрова.

— Это яд! Яд! Не пейте! — кричит он.

Хватает со стола бутылку, переворачивает и льёт содержимое на пол, чтобы никто больше не пострадал.

Спасенные от отравления собутыльники реагируют совершенно неадекватно. Они хватают его за руки и вырывают остатки пятничного расслабляющего напитка. Самую большую неблагодарность проявляет мокрый Петров. Он хватает ОлегИно за грудки и орёт:

— Ты! Ты! Совсем охренел? Да я знал, что ты псих, Сидоров! Но чтоб настолько?

Голова Сидорова мотается из стороны в сторону от толчков коллеги.

— Я хотел их спасти! — говорит Ино.

Проекция сидит как приклеенная на плече с разочарованным видом.

— Ёперный театр. Да не яд это, — отвечает он, сжимая голову ладонями. Он понемногу начинает привыкать к своему абсурдному положению гномика, но чтоб даже не выпить — это уже слишком!

Ино неправильно оценил взаимоотношения людей с этим ядом. Аватар кричит, пытаясь остановить хаос:

— Ошибка! Ошибка! Извините.

Но три пары рук уже тащат его из-за стола, а бородатый бармен устало качает головой.

Дверь кабака распахивается и из проема все тем же профессиональным пинком под зад Лже-Сидорова выталкивают на улицу. Вслед слышится “Идиот” и дверь под силой пружины доводчика шумно захлопывается.

— Да что с тобой такое? — чуть не плача скулит МиниОлег, почесывая пострадавшее седалище. — Или со мной?

— Попытка контакта с коллегами прошла неудачно, — отвечает Ино. Слишком много еще неизученных обычаев в этом социуме. Работы непочатый край.

— Куда теперь? — деловито осведомляется Ино, будто и не прошел он несколько секунд назад по краю бездны. Само собой, для инопланетных разведчиков это в порядке вещей.

— Домой, — со вздохом отвечает МиниОлег и закрывает глаза. Страшно подумать, что его ждет дома.

Мой дом — моя крепость. Прихожая в квартире советской планировки хорошо отражает этот тезис. Формой она напоминает бойницу в крепостной стене. Такая же маленькая и узкая, где с трудом может протиснуться один человек. Обороняться можно долго.

Дверь, обитая дерматином, распахивается и упирается в одежду, висящую на настенной вешалке. ОлегИно, с интересом осматриваясь, заходит в квартиру. Он оценил защитные свойства прихожей и протискивается дальше.

— Куда в обуви по мытому!? Светка убьёт! — испугано кричит МиниОлег.

Аватар на рефлексе отпрыгивает обратно к двери и замирает готовый к смертельной атаке.

— Снимай ботинки и проходи, — уже спокойнее объясняет гном.

Пришелец стаскивает с ног Сидорова обувь и осторожно ступая в носках, идет в сторону звуков телевизора.

На кухне, которая ненамного больше прихожей, Светлана смотрит спиной сериал. Любимая женщина и, по совпадению, жена Сидорова — моет большую кастрюлю. Ей пошел сорок первый год и в каждый она набирала по два килограмма. «Надо остановиться» - говорит она себе, когда стоит на весах, но годы дают своё. На ней домашний синий халат в разноцветный горошек и мягкие тапочки с кошачьими ушами.

— Жена… Светка, — заранее предупреждает МиниОлег.

— Здравствуйте, жена Светка, — официально говорит ОлегИно и протягивает ладонь для рукопожатия. Этот приветственный жест он подсмотрел у местных жителей и сейчас представилась хорошая возможность блеснуть знаниями.

Светлана оборачивается. На приятном даже без макияжа лице — приподнятые брови. Она опускает глаза на протянутую руку и хмурится.

— Здравствуй, муж, — отвечает с сарказмом. — Уже успел нажраться? Рано сегодня. Водка что ли кончилась в кабаке?

ОлегИно, не дождавшись рукопожатия, опускает руку и отвечает:

— Нет. Я еще не нажрался. Но готов.

Света закрывает воду и, вытирая руки о халат, подходит вплотную к ОлегИно, с подозрением всматриваясь в его ясные глаза.

— Ну-ка, дыхни.

МиниОлег зажмуривается и весь сжимается, стараясь стать еще меньше, чем есть. А ОлегИно начинает послушно глубоко дышать, с шумом выпуская воздух из носа. Жена при этом принюхивается к выхлопу.

— Немного запах есть, но вроде трезвый, — произносит с удивлением. — Перестали в кабак пускать наконец-то?

После чего удовлетворенная проверкой добавляет:

— Ладно, мой руки, садись есть.

— Фух. Думал, сейчас по роже получу, — с облегчением произносит МиниОлег. — Давай в ванную.

Лже-Сидоров подходит к двери санузла. Она открывается и из нее выходит стройная девушка. Сложно сказать, какого возраста из-за вызывающе яркого макияжа и пирсинга в носу. Короткие волосы покрашены в фиолетовый цвет, а глаза подведены такими стрелками, что позавидовала бы Клеопатра.

Она обходит стоящего столбом пришельца, не отрывая взгляда от смартфона в руках. Большие пальцы, мелькая по экрану, набирают текст.

— Дочь. Ирка, — информирует МиниОлег.

— Здравствуй, дочь Ирка, — приветствует новоиспеченную дочь Лже-Отец.

Ира на секунду поднимает глаза на отца, не переставая печатать, приподнимает левую бровь и снова возвращается к экрану телефона. Проходит в свою комнату и громко хлопает за собой дверью, на которой красуется табличка «Осторожно! Не входить!» и знак биологической опасности.

ОлегИно заходит в ванную. Вместе с ним туда заскакивает пушистый рыжий кот. Из-за двери слышен приглушенный голос:

— Надо слить отходы. Мне сегодня приходилось пользоваться похожим сливным шлангом.

Через пару секунд его голос становится громче:

— Не туда. Стоп! Стоп!

Пауза.

— Не останавливается!

Слышится шипение кота.

— Извините, — после паузы доносится голос ОлегИно.

Дверь приоткрывается, и из нее пулей вылетает мокрый кот.

Аватар сидит за столиком на кухне и энергично доедает вареную картошку с мясной подливой. Напротив сидит Светлана, задумчиво подперев рукой подбородок и пристально смотрит на интенсивно жующего мужа.

Будто что-то вспомнив, она говорит:

— Мишка опять с фингалом пришел. Этот Васильев скоро вообще каждый день будет его лупить. Может научишь его как-то сдачи давать?

И после паузы саркастично прибавляет:

— Пока трезвый.

— Вот язва, — бурчит МиниОлег. — Мишка — это сын мой. Лопух.

ОлегИно получил задачу и рапортует:

— Принято. Проведу работу с Мишкой-лопухом.

Светлана открывает рот, с грозным видом собираясь высказать мужу, кто еще тут лопух, но ничего не говорит. Похоже, желание решить проблему сильнее желания поскандалить. Мудрая женщина.

Комната Михаила хоть и небольшая, но все необходимое подростку тринадцати лет там есть — кровать, стул и компьютер, переливающийся как новогодняя ёлка. Кроме того, у стены с трудом умещается шкаф, а над столом висят полки с яркими корешками книг вперемешку с аниме фигурками. Рисованные карандашом лица смотрят круглыми глазами на вошедшего ОлегИно с рисунков хаотично приколотых по стенам, шкафу и дверям.

Миша сидит за столом, погруженный в экран монитора. Это худой подросток в очках и с брекетами на зубах.

— Привет, пап, — коротко бросает он вошедшему Лже-Сидорову, не отрываясь от экрана.

— Здравствуй, Мишка. Надо обсудить твою проблему.

ОлегИно подходит к столу. Миша играет в онлайн-шахматы.

— Да. Хорошо. Сейчас только доиграю.

— Нет времени. Останови игру.

— Пап, но я онлайн играю. Тут ходы на время. Рейтинг потеряю. — Он умоляюще смотрит снизу вверх на отца сквозь линзы.

Ино задает вопрос МиниОлегу:

— Что это за игра?

— Шахматы. Целыми днями сидит в ней, — отвечает гном, который расположился на плече практически в позе лотоса, философски наблюдая за происходящим.

ОлегИно скользит глазами по полкам с книгами. Замечает корешок с названием «Самоучитель игры в шахматы». Берет ее и очень быстро листает, как карточный фокусник колоду карт.

Пролистав всю книгу за несколько секунд, он снова обращает взгляд на экран монитора.

— Задача понятна — надо быстро закончить игру. Ты ставишь мат за три хода. Ход конем на f6, жертвуешь ферзя на h7, ладья на h5 — мат.

Миша, открыв рот, таращится на ОлегИно, потом на игру на экране, потом снова на отца. Сидоров, конечно, знает правила, но Миша ни разу не видел, чтобы тот играл в шахматы. Похоже, взгляд сына, в котором смешались шок и уважение задевает МиниОлега за какую-то струну в душе. Он задумчиво хмурится и отворачивается.

— Заканчивай. Жду тебя в центральной комнате, — говорит ОлегИно и развернувшись на месте — выходит.

Инопланетянин в теле Сидорова входит в гостиную. На диване отдыхает Светлана и смотрит битву экстрасенсов по телевизору. ОлегИно присаживается рядом.

Пора дать отдохнуть этому телу чтобы завтра заняться приоритетной задачей. Да и сам он на задании не должен находиться в носителе так долго. Это непривычно. Конечно, материал собран богатый. Отчет будет отличный. Возможно, его даже повысят. Но. Сначала надо найти корабль.

— Даже непривычно тебя так рано в пятницу дома видеть. Да еще и трезвым, — говорит ему Светлана. И с улыбкой добавляет: — Почаще бы так.

— Понял. Буду стараться, — отвечает ОлегИно тоном робота.

— Чудной ты сегодня, — кокетливо тихим голосом замечает Света и кладет ему на колено руку. Потом приближает свое лицо вплотную к его.

Ино уже знает, что надо делать и говорит:

— Понял. Сближение пары через поцелуй.

Он сложил губы трубочкой и тянется к её губам. А она прикрывает глаза и ожидает поцелуя. Почти соприкоснувшись губами ОлегИно рывком встает с дивана. Наотмашь правой рукой звонко даёт себе пощечину.

Света отшатывается и застывает в испуге. Таращится на мужа широко открытыми глазами. Взбунтовавшаяся рука снова бьет хозяина по лицу. ОлегИно стоит часто моргая. Правая бровь дергается - то удивленно взлетает вверх, то хмурится опускаясь вниз.

— Ох, - вырывается у жены.

На третьей попытке ударить, аватар перехватывает неуправляемую руку левой и крепко прижимает к себе.

— Ты чего это? — медленно с испугом проговаривает Света.

Лже-Сидоров стоит и напряженно удерживает дергающуюся руку.

— Забыл рот помыть. Я сейчас, — отвечает он спокойно. Разворачивается на месте и быстро, но немного пошатываясь, уходит в ванную.

Ино смотрит в зеркало совмещенного санузла своими гигантскими серыми глазами. Ладони аватара сжимают края раковины, а на плече беснуется МиниОлег.

— Да плевал я на твой корабль. Выйди из меня! — продолжая держаться за скулу кричит гном.

— Если я не успею найти корабль — он самоликвидируется.

— И чё? Будешь вечно во мне сидеть?

— Проблема не только в этом.

Инопланетянин делает паузу. Его глаза на секунду затягиваются пленкой, как у ящерицы.

— Самоликвидация уничтожит планету!

Из темноты улицы через окно гостиной видно Светлану. Она сидит на диване и свет от экрана телевизора мерцая освещает ее фигуру и комнату. В моменты ярких вспышек на лице можно различить задумчивость с оттенком испуга.

Бинокль опускается и хриплый голос из темноты говорит:

— Это точно он. Продолжаю наблюдение.

Щелкает переключатель рации.

Эпизод 2

Олег Сидоров открывает глаза. Через плотно задернутые шторы пытается пробиться назойливое солнце — значит, сейчас около девяти утра. Проспал? Исключено. Организм за годы службы привык просыпаться ровно в семь утра, даже если уровень алкоголя в крови достигает отметки «мёртв».

Привычным движением Олег на ощупь сдергивает смартфон с тумбочки, на лету отстегивая зарядный кабель. Да. Проспал. Девять утра — чтоб тебя.

Девять утра субботы?

Олег морщит лоб. Куда делась пятница?

Возня на диване будит Светлану. Она сонно улыбается, зевает и сладко потягивается.

— Сегодня суббота или у меня телефон глючит? — растерянно спрашивает Олег.

— Суббота, вроде. — Она на секунду задумывается. — А что?

— Да так.

Сидоров зажмуривается и трет лоб. Губы напряженно сжимаются. С этим утром что-то явно не так.

Но что может быть прекраснее, чем проснуться в выходной без будильника? Понежиться в кровати, осознавая, что никуда не надо спешить. Или даже попробовать снова уснуть и увидеть продолжение интересного сна.

Но для Олега субботнее утро — это расплата за пятницу: тяжелая голова, мерзкий привкус во рту и неутолимая жажда. Похоже, именно отсутствие этих симптомов и выбивает его из привычного ритма жизни.

— Сон дурацкий приснился, — бормочет он.

— Хорошо, — отзывается жена.

— Чего в этом хорошего? Ёперный театр.

— А то, что в субботу спал не мертвецким сном, как обычно, — сварливо замечает Светлана и буравит Олега хорошо поставленным укоризненным взглядом. От этого взгляда у Сидорова всегда мурашки бегут по всему телу. И ему хотелось убежать вместе с ними.

Он поеживается и виновато бурчит:

— Ну, да. — Прищуривается рассматривая глянцевый бело-синий плафон на потолке и добавляет: — Все равно, странный сон.

Олег садится на краю, спускает ноги и нащупывает тапочки. Раскладной диван знакомо скрипит, приветствуя хозяина, но тот не отвечает. Старая мебель не обижается. Её задача — вечером превращать суетливую гостиную в спальню, а утром возвращать комнате прежний вид. Пружины и шарниры исправно выполняют эту работу вот уже второй десяток лет.

Сидоров встает и, шаркая тапочками, бредет в ванную. — Странный, странный... — продолжает он бубнить под нос.

Светлана не выдерживает:

— Это ты странный с самого вечера. Да расскажи уже сон.

Муж останавливается и затуманенным взглядом смотрит на ее сонное и в то же время любопытное лицо.

— Бредятина какая-то. Гуров, драгоценности… инопланетяне… синие.

Его передергивает, он поеживается и бурчит:

— Вот что снится на трезвую голову.

Это что-то новое — раньше в историях мужа синими были только его собутыльники. Светлана заинтересованно ползет в сторону супруга. Под ее весом старые пружины жалобно стонут. Свету раздражают эти постоянные напоминания, но скорее она готова купить новый диван, чем отказаться от вкусного ужина. Женщина встает с вечно ноющего ложа, накидывает халат и идет вслед за Олегом.

— И чё? — бросает она ему вслед, надеясь услышать подробности. Для любой хорошей жены сны и гадания — это крайне полезная информация. Без правильной интерпретации знаков невозможно принять ни одного важного решения. Придётся рассказать, иначе не отстанет.

Уже у двери санузла он вдруг в панике хватает себя за правую руку. Страх искажает его физиономию, но конечность ведет себя мирно — лениво свисает и не спорит с хозяином. Олег облегченно выдыхает.

Он заходит в ванную комнату, одновременно начиная рассказ:

— Будто я дело по ювелирке закрыл. Представляешь?

Он захлопывает дверь перед Светланой, и она опирается на неё плечом.

— И всё?

Под шум воды из-за двери доносится:

— Причем вычислил, где драгоценности, просто по лицу преступника. Блин. Приснится же такое. Как в кино.

— Вроде, в кино когда-то такое видела.

— Да? Может и я? И поэтому так приснилось?

Из ванной слышится смешок, звук воды прекращается. Возникает пауза. Жена, не дождавшись продолжения пересказа сна, нетерпеливо входит.

В ванной комнате Олег стоит неподвижно, упершись руками в раковину. Он немигающим взглядом сверлит зеркало. На лице маска страха. Капля воды повисла на кончике носа, не решаясь сорваться и испортить напряженный момент.

Света удивленно вскидывает брови и тихо, с тревогой в голосе, шепчет:

— Что с тобой? — И уже громче добавляет: — Инсульт?

Муж выходит из оцепенения, встряхивает головой, освобождая капли, и хрипло отвечает:

— Нет. Нормально всё. Какое-то дежавю всё утро.

— Пугаешь меня опять. Дурацкие шутки, — наигранно злится Света, несильно бьёт его рукой в плечо и улыбается. Любопытство не отпускает, и она в нетерпении пытается вернуть разговор в нужное русло: — И дальше что?

Ей нужно понять, как спланировать день, а без разбора сна это невозможно. Необходимо допросить мужа, пока детали не забылись, а потом достать сонник и расшифровать послание.

— А! Вспомнил! Во сне не сам дело раскрыл — в меня вселился пришелец и давал советы, сидя на моём плече.

Сидоров на секунду задумывается, изучая в зеркале собственное надплечье.

— Или это я ему подсказывал? Хрен разберешь. — Он набирает воду в ладони и умывается, пытаясь смыть ночные кошмары.

Светлану такой поворот сна разочаровывает. Она ожидала мёртвых родственников или несметные сокровища, а появление инопланетян не сулит ничего полезного.

— А... — разочарованно тянет она и разворачивается, чтобы уйти.

— Но самое странное: приснилось, будто я сам себя по лицу бил. — Он поворачивает правую сторону к зеркалу и ощупывает скулу. — И ты знаешь, она даже побаливает.

Светлана хмыкает, всем своим видом показывая: «да что с него взять» и ворчит:

— Так ты и бил.

Она закрывает дверь и уходит на кухню, недовольно виляя бёдрами. Полы халата едва не сметают с тумбочки кота, который внимательно слушал разговор.

А мини-копия Сидорова тем временем таращится в зеркало на громадную инопланетную голову Ино.

— Хорошо отдохнул? — бодро спрашивает тот.

МиниОлег на плече гуманоида падает на колени, как срубленное дерево и стонет, обхватив голову руками:

— Нет, нет, не-е-е-ет.

— Да, — беспристрастно отрезает инопланетянин.

— Но нет же.

— Да, — настойчиво утверждает захватчик. — Мы вместе в одном теле.

В отчаянии гном валится навзничь и колотит кулаками по телу под собой, которым снова управляет незваный гость.

Сам пришелец бесстрастно взирает на истерику проекции и продолжает монотонно рассуждать:

— Видимо, ночью твое сознание перезагрузилось, и ты забыл события вчерашнего дня. Сейчас напомню.

Вечер пятницы выдался напряжённым. Причём, не в том привычном смысле, когда жена лупит Сидорова мокрой тряпкой по пьяной морде — и ему это даже освежающе приятно. А очень необычно напряжённым.

— Самоликвидация уничтожит планету!

МиниОлег, который был готов ринуться в драку, несколько опешил от этой новости и не знает, как реагировать. С одной стороны, сине-зеленую голову стоит проучить за поползновения к жене. С другой — Земля тоже довольно важная вещь в его жизни.

— В смысле? — выдавливает он после паузы с недоумением на физиономии.

— Уничтожит, убьет, будет мертва. — Этим аборигенам всё нужно разжёвывать. На это уходит столько времени и сил. А Ино потратил чересчур много энергии и её нужно срочно восполнить.

— Мертва? — Уровня понимания проблемы у проекции пока хватает только на эхо-вопросы. Чёрную пустоту космоса пронизывает ослепительный лазер “Звезды смерти” и разрывает планету на куски. Гнома пробивает дрожь.

— Да. Всё живое погибнет. Постарайтесь осознать масштаб угрозы, и перейдём к решению кризисной ситуации.

МиниОлег опускает руки, сглатывает и хмурится. Он не прочь спасти всё живое, и согласно бурчит:

— Ладно.

Он задумывается почёсывая пальцами подбородок. Размышления приводят к мысли из-за которой его глаза расширяются и он выпаливает:

— Так вы, твари, решили Землю завалить? Совсем охренели? — Он сжимает и поднимает кулаки, но ноющая скула отговаривает от драки.

— Нет. Я разведчик. У меня нет задачи уничтожать вашу планету. Но в корабле заложена программа самоликвидации в случае потери.

— Ну вы там совсем в вашей инопланетной конторе сдурели? Зачем вместе с кораблём миры взрывать? — Ему очень хочется выплеснуть злость на эту бирюзовую харю, но толку от этого никакого и он с трудом сдерживает порыв. Пока лилипут безопасно молотит кулаками воздух — тот всё равно не ответит.

— Нет. Корабль не взрывается. Он самоликвидируется — раскладывается на атомы с помощью специального катализатора.

Ино делает паузу и моргает своими гигантскими пленками век, давая гномику время переварить очередную дозу информации. Обычно, на планетах со сходным уровнем цивилизации, представители касты надсмотрщиков ведут себя сдержаннее. Воспитанию таких индивидов уделяется особое внимание. Но этот примат чересчур эмоционален. То ли это присуще здешнему виду, то ли ядовитая жидкость, к которой он пристрастился дает такой эффект.

Других вариантов пока нет. Надо работать с чем есть. Копия Сидорова перестает драться с невидимкой и возвращается к прослушиванию брифинга.

— Дело в том, что после потери корабля я вычислил, что этот катализатор при испарении также разложит на атомы и озоновый слой в атмосфере.

Словосочетание “озоновый слой” пробуждает какие-то ассоциации из школьной программы. Гном озабоченно кивает и бормочет:

— Да. Озоновый слой важен.

Наконец-то они нашли общий язык. Ино продолжает:

— Верно. Крайне важен. Без него планета погибнет.

Повисает напряженная тишина. Даже вода перестает капать из смесителя. Разложение на атомы не столь эффектно как гигантский лазер, но не менее ультимативно.

Через пару секунд тишины первым не выдерживает кран и все же отпускает воду. Этот звук выводит МиниОлега из ступора, и он с холодной яростью спрашивает:

— А зачем вы такие корабли делаете, которые планеты губят?

Ино не реагирует на угрожающий тон и в том же стиле школьного учителя продолжает урок физики в классе для отстающих:

— Это не было запланировано. Невозможно заранее предсказать состав атмосферы, температуру, плотность и множество других параметров. Но мой анализ показал: все умрут, если корабль разложится. — Он замолчал, рассматривая ошарашенного гнома. И пытаясь не дать вспыхнуть очередной истерике добавляет: — Несчастный случай.

— Вся моя жизнь — один сплошной несчастный случай. — Проекция устало садится на плече и апатично всматривается в пустоту. — И что теперь?

— Срочно найти корабль!

— Я готов, — безвольно бормочет МиниОлег. С тем же энтузиазмом он соглашается на шоппинг с женой в выходные.

— Прекрасно, но есть ещё одна проблема.

— Кто бы сомневался, ёперный театр. Только одна? — ядовито осведомляется гном с горечью в голосе. Проблемы Олега — точно стая матёрых волков: в одиночку не охотятся. Пока ты пытаешься убежать от одной, другая уже сбивает с ног, вынырнув из кустов.

— Я не должен так долго управлять телом носителя. На контроль головного мозга уходит довольно много энергии. А быстро ее восполнить можно только на корабле.

— И что это значит? Ты тоже самоликвидируешься? — Кажется, человечка потрясла эта мысль и он в спешке добавляет, повышая голос: — И меня разложишь на атомы? — Разлагаться он пока готов только морально.

— Нет. Не переживайте. Ни со мной, ни с вами такого не произойдет. Пока, конечно, будет на месте озоновый слой. Потом все умрут.

— Успокоил, ёперный театр.

Из школы известно, что слой этот полезный и важный. Но довольно смутно. Лет тридцать назад учитель рассказывал Олегу и другим балбесам, что холодильники и дезодоранты вот-вот его разрушат и всем станет плохо. Но чтоб настолько плохо, что все погибнут? Инопланетяне, должно быть, в этом разбираются лучше. Однако, с тех пор про озон вспоминают только если на маркет-плейсе надо заказать очередной чехол для телефона.

— Отлично! Но энергию надо восстанавливать. Поэтому мне периодически придется спускаться из головного мозга в спинной. Как бы вы сказали — поспать.

МиниОлег замирает, лихорадочно обдумывая последние слова. Хорошая это новость или плохая? Надо злиться или радоваться. Он не глупый человек. Отнюдь. Скорее даже умный, и раньше не раз доказывал это на службе. Но череда неудач приучила его к мысли — “все что ни делается, всё к худшему”. К тому же, столько информации в секунду роняет даже мощные компьютерные серверы, а что уж говорить об обычном примате. Мини-копия зависает.

Ино продолжает лекцию:

— Это означает, что на время моей подзарядки вы сможете управлять собственным телом.

Теперь гномик знает, как реагировать: приложив руку к сердцу, он облегченно улыбается.

— Первая хорошая новость за весь день, — лепечет радостно. И морщит лоб, составляя какой-то план.

— Протокол запрещает оставаться в носителе не контролируя его. Это опасно для разведчика и миссии. В спинном мозге я не могу наблюдать за обстановкой, поэтому мне придется периодически возвращаться для оценки угроз и статуса носителя.

Радость МиниОлега была недолгой. Загоревшаяся было искра надежды разочарованно гаснет. И более того, сдвинув брови, он тревожно спрашивает:

— Это получается, — его голос напряженно дрожит, — если я буду со Светкой…

Он поперхнулся и вскидывает на захватчика отчаянный взор. — Ты можешь появиться и снова мной управлять? — Его руки сжимаются, а лицо искажается злобой в новом приступе неконтролируемой ярости.

— Протокол требует… — начинает Ино, но глаза лилипута уже наливаются кровью.

Взаимодействие с самкой примата негативно влияет на их совместную с проекцией деятельность. Необходимо найти рабочий вариант сотрудничества.

— Понимаю вашу озабоченность. Я готов к некоторым компромиссам. Сколько вам нужно времени на контакт с женой?

Спокойствие инопланетянина и его деловой тон не дали МиниОлегу в очередной раз вспыхнуть и настраивают на договорной лад. Он погружается в вычисления, шевеля губами и загибая пальцы. Видимо, расчеты разочаровывают, и он поникает.

— Могу выделить не более десяти минут. Вам хватит? — осведомляется Ино.

— Хватит, — обиженно бормочет гном. В его возрасте и на двадцатом году семейной жизни даже десять минут считаются рекордом. Но всё равно, обидно за приматов. Будем надеяться, что в галактике не станут смеяться над обитателями Земли после отчёта разведки.

— Принято. Мне надо на отдых. Буду периодически всплывать, для контроля. Если срочно понадоблюсь — хлопните тело по задней части три раза.

— По заднице что ли себя хлопать? — с удивлением спрашивает Сидоров и начинает пошатываться, обретая контроль над своим уставшим за день телом.

Его ведёт влево. Он неуклюже пытается схватиться за раковину, но руки плохо слушаются, и пальцы лишь загребают пустоту. Делает шаг назад, пытаясь восстановить равновесие, натыкается на чугунную ванну и с грохотом в неё валится, срывая с крючков занавеску. Нарисованные подсолнухи заботливо укрывают ноги, торчащие над бортиком.

Сидоров крякнул, морщится, но все равно улыбается болезненным, но знакомым ощущениям организма.

— Мой отчёт восстановил твою память? — спрашивает Ино у МиниОлега, который внимательно слушал пересказ пятничного вечера, всё больше мрачнея, и теперь задумчиво сидит, понурив голову. Его надежды на то, что всё это было лишь кошмарным сном, разбились о скалы мрачной действительности. Отрицать реальность или истерить нет смысла. Он поднимает голову и решительно произносит:

— Ладно, чтоб тебя, давай найдём твоё космическое корыто.

Раздаётся стук в дверь.

— Пап! Ты долго там? — раздаётся недовольный голос Иры.

— Я первый был! Не лезь без очереди! — вторит ему нытьё младшего брата:

— Мне пофиг. Тебя тут не стояло. Я сейчас иду.

— Но ты засядешь на полчаса! А я быстро! - не унимается Мишка.

МиниОлег вздыхает. Привычные детские утренние драки за право первым посетить уборную напоминают, чем ему дорога эта планета.

— Надо выходить.

У входа в ванную идёт борьба. Ира держит за шею Мишу, который пытается вырваться из цепкой хватки сестры. Дверь открывается, и на пороге появляется ОлегИно. Он внимательно смотрит на новый для него ритуал. Надо подобрать гипотезу объясняющую мотивацию его участников. Он уже видел подобный вид спорта на остановке общественного транспорта. Понятно. Потомство тренируют с детства.

Ирина отталкивает брата и ужом проскальзывает в ванную комнату. Выпихивает из проема стоящего столбом Лже-Отца и шумно хлопает дверью перед носом Миши, чуть не прищемив хвост кота. Который воспользовался неразберихой и заскакивает в туалет. Побеждает сила более рослого детеныша и ловкость юркого домашнего питомца.

— Пап, ну вот опять она! Скажи ей! Я первый был! — канючит сын, умоляюще сверкая очками на Лже-Отца и потирая красную шею. Но тот сейчас под управлением сознания, которому не до семейных тренировок.

— Молодец, — сухо отвечает ОлегИно и шагает на кухню. Этот организм нужно хорошо заправить углеводами.

На кухне закипающий чайник соревнуется в громкости с телевизором. Света снимает с плиты отливающую начищенным металлом кастрюлю и разливает в тарелки кашу.

— Овсянка, сэр, — шутит она и садится за стол. Смотрит на мужа с ироничной улыбкой. Его каменное лицо никак не реагирует и она добавляет:

— Садись есть, собака Гурова. — Она хохотнула и, довольная собой, едко добавляет: — Твоя любимая еда подана.

МиниОлег не считает вкус каши неприятным. В других обстоятельствах он, возможно, даже полюбил бы её. Но его всегда пугает это выражение садистского удовольствия на лице супруги, когда она накладывает ему очередную порцию. Он брезгливо кривится и выдавливает:

— Ненавижу овсянку.

Аватар Сидорова послушно садится напротив Светланы и ловко отправляет ложку с серой жижей в рот. В своих экспедициях он повидал странной пищи. На этой планете его точно не смогут удивить. Например, это блюдо не кричит жалобно “Помогите” и не смотрит умоляющим взглядом.

Гном на плече выпучивает глаза, лицо краснеет, и он истошно вопит:

— Горячо! А-а-а! Выплюнь! Выплюнь!

Но Лже-Сидоров уже проглотил порцию. Улыбка на лице Светы сменяется поднятыми бровями и открытым от удивления ртом. Она подносит к губам ложку горячей овсянки и осторожно трогает кончиком языка. Только что с огня — обжигает.

— Ты чего это? — тихо спрашивает опешившая женщина.

ОлегИно хватает со стола стакан молока и делает три больших глотка. Необходимо срочно потушить пожар, который он неаккуратно устроил в теле носителя. Надо быть осторожнее. Снова искать нового следователя нет времени.

— Задумался, — произносит он, поперхнувшись. Жена продолжает сидеть с ошеломленным видом, не сводя с него пристального взора.

МиниОлег приходит в себя: на глазах слезы, он тяжело хватает ртом воздух.

— Угробишь меня! Угробишь, тварь инопланетная! — задыхаясь кричит он.

— Извини, — отвечает Ино. — Не знал, что у вас дают есть неподготовленную пищу.

Света, прищурившись, смотрит на мужа, хмурится и дует на кашу в ложке.

Это ещё один ритуал — охлаждение пищи дыханием. Коллективное выдыхание воздуха над столом сближает группу. Похоже на выкуривание трубки мира в некоторых культурах.

Из коридора слышатся глухие удары в дверь ванной комнаты и вопли Мишки:

— Да сколько можно! Я не могу терпеть! Выходи!

Этот шум возвращает Светлану в привычный домашний ритм, и она громко рявкает:

— Угомонитесь! Ирка, выходи давай! Хватит там сидеть!

ОлегИно вздрагивает от внезапного оглушающего выкрика, бросает ложку и закрывает уши. Кухня — это довольно опасное место. Хотя бы уши он сбережет, раз так оплошал с языком, который теперь хуже работает.

Света переводит на него глаза и внимательно изучает. Неужели именно алкоголь делает его нормальным человеком? Но это всё равно лучше, чем его обычное субботнее злое похмелье. Она вздыхает.

Из коридора доносится щелчок замка.

— Наконец-то! — кричит фальцетом Миша .

— Да заходи уже, болезный, — отвечает злорадный голос Ирины.

ОлегИно максимально ускоряет теплообмен овсянки с окружающей средой, чтобы быстрее наполнить желудок носителя. Он размазывает её по поверхности всей тарелки, а ту, что осталась в центре, очень быстро перемешивает ложкой, создавая вихрь из вязкой субстанции. Жена завороженно смотрит на этот гипнотический процесс, когда на кухню заходит дочь. Она останавливается перед столом, за которым завтракают родители. Без макияжа её лицо имеет свежий девичий вид, но выражение презрения ко всему вокруг — остаётся. Но теперь можно понять, что ей пятнадцать лет. Бросив взгляд на кашеворот в тарелке отца и приподняв бровь, она спрашивает:

— Что на завтрак?

— Ты слепая? Овсянка на завтрак, — грубо отвечает мать на провокационный вопрос.

Ира кривит личико, но даже эта гримаса не способна выявить будущие морщины.

— А можно мне жареную картошку?

— Я что, на тебя буду отдельно завтрак готовить? — Света грозно смотрит на дочь. — По утрам едим кашу! Это полезно!

— Но я не хочу, — обиженно бубнит девушка, опустив глаза.

— А я хочу, чтоб мы ели здоровую пищу. Накладывай и садись.

Ира берет со стола кусок хлеба и демонстративно уходит, поджав губы.

— Садись и ешь, как нормальный человек! — кричит ей вслед мать. Но дочь уже хлопает дверью в свою комнату так громко, что на кухню влетает испуганный кот и ошалело оглядывается выпученными глазами.

Когда вместе собирается столько жильцов, никогда не знаешь: то ли погладят, то ли бросят тапком. Нервная обстановка. Зато больше шансов, что два раза покормят. Он делает голодное выражение морды и страдальчески смотрит на ОлегИно.

На кухню забегает Миша и сходу тараторит, захлебываясь словами:

— Мам, Ирка опять меня не пускает по очереди! Я был первый! Скажи ей!

Светлана вздыхает, прижимает к себе Мишу и гладит по голове.

— Отправим её скоро в колледж — не будет тебе мешать. Потерпи.

Она с мягкой улыбкой смотрит на любимого сына и говорит:

— Садись есть. Сколько тебе положить?

— А другое есть что-нибудь? — тихо мямлит он, с отвращением глядя на быстро убывающую кашу из тарелки Лже-Отца.

— Я сказала — садись и ешь, что дают! — непререкаемым тоном заявляет мать. Встает и накладывает ему в тарелку порцию.

Сын с недовольным видом берет ложку и ковыряет ею в тарелке.

Ино активно загружает еду в пищеприемник и одновременно с интересом собирает информацию о жизни обитателей этой планеты.

— Зачем вы живете вместе с потомством? Это непрактично, — обращается он к внутреннему попутчику.

Тот смотрит с плеча передачу про здоровье по телевизору, совершенно не замечая происходящего за столом. Иногда он высовывал язык и осторожно трогал его пальцем, проверяя, нет ли ожогов. Вопрос пришельца ставит его в тупик.

— В смысле? А куда их девать?

— У вас нет специальных ферм для молодняка? Централизованное воспитание и уход намного эффективнее. А у родителей больше времени на продуктивную работу и восстанавливающий отдых.

Проекция поднимает взгляд и задумывается. После непродолжительных раздумий, лишь пожимает плечами и хмурится. Лучше о таких вопросах не задумываться. Выяснится, что жить вообще неэффективно.

ОлегИно опустошил тарелку и оценивающе гладит себя по животу. Пищи должно хватить на несколько часов.

— Доел? Мусор выброси, — дает задачу Света, строго глядя на мужа-бездельника.

— Понял. Где мусор?

— Там же, где и всегда — под мойкой, — сварливо отвечает Света. — Ты тоже меня вывести хочешь?

Надо скорее направить Ино. МиниОлег объясняет, указывая рукой:

— Вон там за дверцей мусорное ведро, в нем пакет. Вытаскиваешь его и выкидываешь в контейнер на улице.

ОлегИно достает пакет и подходит к окну.

— Где контейнер?

— Вон, — машет рукой МиниОлег в сторону контейнерной площадки в тридцати метрах от дома, которую хорошо видно из окна кухни на третьем этаже.

— Понял.

ОлегИно открывает окно, взвешивает в руке пакет, оценивает аэродинамику, рассчитывает направление и скорость ветра, расстояние до контейнера и точным броском по вычисленной траектории посылает пакет в полет.

Все это происходит за три секунды.

— Ёперный театр, - только и успевает сказать МиниОлег.

Светлана молча крестится. Миша перестаёт жевать и в изумлении смотрит на отца. Кот прекратил лизать то место, где когда-то были яйца, и таращится на открытое не по погоде окно. Кажется, что он сейчас покрутит лапой у виска, глядя в глаза хозяину. Но, нет. Показалось.

Минутой назад сосед с первого этажа Федор тоже решил выбросить мусор, но делает это в более привычной манере. Он как раз подходил к мусорной площадке насвистывая прилипчивый мотив, когда в контейнер с неба с грохотом падает полный пакет. От испуга он приседает, выпустив свой мусор из рук. Отпрыгивает в сторону. Смотрит вверх и по сторонам, пытаясь понять, не продолжится ли бомбежка отходами. И успевает лишь увидеть закрывающееся окно Сидоровых на третьем этаже. ОлегИно приветственно машет рукой и улыбается .

Федор по привычке тоже машет в ответ, но осекается, и вместо этого грозно трясет кулаком.

— Совсем допился. Думает, если в полиции работает — всё можно, — зло бубнит он под нос и, забыв про свой мусор, бредёт к подъезду периодически чертыхаясь.

Быстро и эффективно выполнить поставленную задачу — ещё не означает сделать то, что от тебя ожидают. У людей одно слово может означать целую цепочку действий, а не само действие. Проекция на плече сидит закрыв лицо руками. Будь он сейчас навеселе — может, и посмеялся бы. Но на трезвую голову такие моменты воспринимаются иначе.

Через пять минут крики на кухне Сидоровых наконец утихают. Светлана, выпроводив сына из кухни, задает прямой вопрос:

— Ты наркоман?

Ино косится на МиниОлега, который отрицательно мотает головой.

— Нет, — отвечает ОлегИно.

Света пристально смотрит в глаза Сидорова. Она не хуже пришельца научилась распознавать ложь на лице мужа за долгие годы семейной жизни, но у того не дрожит ни один мускул. Не врёт.

— Тогда что с тобой происходит? Ты меня пугаешь… детей пугаешь.

— Много работы, — всё тем же лишенным эмоций тоном отвечает ОлегИно, безмятежно глядя ей в глаза.

— А я тебе всегда говорила — свихнешься ты на этой работе! Отдыхать надо, — горячо соглашается со своим предсказанием жена.

МиниОлег тоже кивает. Возможно, всё происходящее — это безумный бред. А сам он сейчас лежит где-то в смирительной рубашке в комнате с мягкими стенами.

Ино, увидев реакцию гнома, тоже соглашается:

— Свихнусь.

— Вот именно! — воодушевляясь, продолжает Светлана. — Сегодня отдохнём. Поедем по магазинам, — провозглашает она с радостной улыбкой пророка, несущего благую весть страждущим. Первый шаг к исцелению — осознать проблему, второй шаг — терапия шоппингом.

ОлегИно продолжает кивать, чтобы не раздражать самку, и отвечает:

— Нет.

Такое противоречие слов и жестов сбивает настрой Сидоровой.

— В смысле? - спрашивает она удивлённо.

— Нет времени. Срочные дела.

— Не хочу слышать! — отмахиваясь, кричит Светлана. — Я сейчас сварю суп, а потом в центр по магазинам. Сбегай пока за растительным маслом.

Лилипут с плеча жестикуляцией привлекает внимание и шипит:

— Соглашайся! Нам главное из дома выйти!

— Хорошо, — тут же отвечает Светлане Лже-Сидоров. Делает разворот на месте ровно на сто восемьдесят градусов и энергично уходит в прихожую.

Жена только успела набрать в легкие воздуха, чтобы громогласно спорить с нерадивым мужем, но объяснять, как он неправ, уже некому. Только кот сидит на стуле и смотрит на нее привычным голодным взглядом.

— А ну брысь! Вечно тебе жрать давай! — Она замахивается на кота, и тот пулей улетает в прихожую.

ОлегИно в кожаной кепке и теплой синей куртке выходит из подъезда. Осенняя погода встречает его порывом ветра и желтыми листьями. От одного кленового листа пытается увернуться МиниОлег — прижимается к плечу и закрывает голову руками. Желто-красный парус проходит сквозь бестелесную проекцию. Гном смотрит вслед улетающему листку, ощупывает себя и бормочет:

— Чертовщина какая-то.

— Я же говорил, что ты всего лишь проекция, которую вижу только я, — напоминает Ино. МиниОлег лишь отмахивается и усаживается поудобнее на синей ткани, обтягивающей плечо гуманоида.

У крыльца на лавочке сидит сосед Федор. Увидев ОлегИно, он приподнимается и шагает наперерез, подняв палец вверх. Его поза и лицо выражают готовность высказать накипевшее. Лже-Сосед шагает мимо, чуть не сбив неосторожно появившегося на пути человека. Федор так и остаётся стоять с поднятым пальцем и открытым ртом, глядя в спину удалявшемуся нарушителю порядка жилого дома.

— Сначала найдем корабль, потом — масло. Согласен? — спрашивает Ино у МиниОлега.

— Ясен пень, — отзывается тот. — Это просто был повод свалить от Светки.

— Рассчитываю на вашу компетентность и доступ к данным. Судя по всему, корабль украли закладчики. Вы знаете, как их найти?

Гном удивленно смотрит на бирюзовую инопланетную голову. Даже инопланетяне знают про местных наркоманов?

— Закладчики? — интересуется он скептически. — Почему ты так решил?

— Прошлый носитель информировал, что эти существа склонны к таким поступкам.

МиниОлег хмыкает и чешет подбородок.

— Ну, если только случайно могли найти и утащить. Давай ты сначала мне всё по порядку расскажешь.

Ино пересказывает вчерашние приключения с потерей корабля. Не упущено ни одно слово или деталь. Гном внимательно слушает, периодически ухмыляясь и качая головой. Когда рассказ доходит до места с переселением в Сидорова, он мрачнеет. Этот Пётр Хромов ещё та сволочь.

МиниОлег резюмирует:

— Теоретически, это могли быть и закладчики, если бы случайно наткнулись на твой корабль. Но вообще не факт.

Гном осматривается по сторонам и с тревогой спрашивает:

— Ты куда идешь-то?

— На ваше место работы. Там же есть база данных по возможным преступникам.

— Погоди. Так это не делается. — Мини-копия отрицательно мотает головой. — Давай начнем с осмотра места преступления. Шагай туда, где корабль прятал.

Лже-Следователь резко меняет направление.

Медленно ехавший по улице в пятидесяти метрах позади тонированный внедорожник притормаживает. Из его приоткрытого окна виден объектив камеры.

Естественно, у Сидорова есть автомобиль. На нём, как правило, передвигаться по городу быстрее, чем пешком. Но МиниОлег пока об этом умалчивает. Учитывая, как гуманоид обращается с его телом, ласточка такое точно не выдержит. Да он и сам нечасто садится за руль. Отдел МВД от дома недалеко, а жечь бензин, решая служебные вопросы, — жалко. Кроме того, ничто не мешает зайти после тяжелого трудового дня в кабак и опрокинуть сто грамм.

Примерно через 15 минут они прибывают на место преступления космического масштаба. Со вчерашнего дня двор не сильно изменился. Разве что нет привычного красного пуховика Петра на лавочке. Да желтых листьев прибавилось под кустами. Типовые серые пятиэтажки угрюмо обступают придомовую территорию, неотличимую от тысяч других дворов типовой планировки. Разве что устремленный в небо каркас ракеты на детской площадке довольно точно указывает на звезду, с которой прибыл Ино. Но даже сломанные часы дважды в день показывают правильное время.

— Здесь я его вчера спрятал, — информирует инопланетянин и приседает у трещины в фундаменте.

МиниОлег за время путешествия задремал. Голос пришельца будит его, и он, потянувшись, принимает сидячее положение. Такой автопилот имеет свои плюсы. Он потер глаза и таращится на щель. Почему каждое утро ему приходится смотреть в какие-то проломы, дыры и трещины в надежде на озарение? Он вздыхает.

— Надо было меня раньше разбудить. Натоптал тут, — ворчит МиниОлег недовольно хмурясь. Он встает, подходит к краю и упершись рукой в невидимую стену оценивающе оглядывается по сторонам.

— Я и вчера тут топтался в теле другого носителя, — напоминает Ино. Проекция в ответ раздраженно кривит губы — дилетанты.

— Ты говорил, что хорошо соображаешь и все замечаешь. Можешь по памяти найти отличия на месте происшествия когда ты вчера вернулся за кораблем?

— Да. Произвожу сравнение местности до и после. — Он моргает своими блестящими темно-серыми глазами. — Могу сказать, что отличия присутствуют.

— Так-так, — оживился гном. На его лице появляется надежда. — И какие же?

— Листья и ветки, которыми я маскировал трещину, лежали в других местах. Также появились новые листья, упавшие вот с этого дерева. — Ино машет на раскидистый клен, который активно избавляется от летней пожелтевшей одежды. — Могу сказать с каких веток.

— Если кто-то вытащил корабль, естественно, сначала он откинул ветки, — разочарованно отвечает МиниОлег и отмахивается. — Вряд ли это поможет. А отпечатки обуви на листьях или земле?

— Нет. Не было. Но они могли быть скрыты новыми листьями.

— Ночью ещё дождь прошёл, — с грустью отзывается МиниОлег. — Заковыка, ёперный театр.

— Да. Ёперный, — тихо соглашается Ино.

Непросто оценить все эмоциональные оттенки этого слова. Может быть Ёпер — это здешний бог хаоса и разрушения. И все люди играют свои абсурдные роли в непредсказуемом театре боли.

— Ты хорошо посмотрел? Может куда закатился? — предлагает МиниОлег.

Он мог бы уже догадаться, с его везением это был совершенно риторический вопрос.

— Да. Посмотрел достаточно хорошо. К тому же, на небольшом расстоянии я могу связываться с кораблем даже без физического контакта. Его точно нет на расстоянии тридцати метров.

Ино объясняет местному следователю тонкости технологий, хотя протокол это запрещает. Но сейчас экстренная ситуация. К тому же, этот примат все равно не сможет никак использовать эти знания.

— Вай-фай что ли? — с видом понимающего эксперта и глядя на бирюзовую голову инопланетянина уточняет МиниОлег.

— Да, — подтверждает Ино. В детали лучше не вдаваться.

— Так может он разрядился или сломался и вай-фай не работает?

— Нет. Это невозможно без внешнего вмешательства. — Он приседает и снова шарит рукой в щели тщательно ощупывая каждый закоулок. Корабля здесь, конечно, нет.

Гном доволен, что инопланетянин его слушается и нетерпеливо ждет результата, наклонившись и всматриваясь в темноту трещины. Но ОлегИно вытаскивает пустую руку и поднимается. Его взгляд задерживается на одном из кустов, за который сверху зацепилась ветка. Он указывает на нее и произносит:

— Этой веткой я прикрывал трещину, а теперь она лежит здесь. Это может быть важно?

МиниОлег взглядом оценивает расстояние от стены до куста и пожимает плечами.

— Возможно, тот кто забрал твой корабль чересчур активно разбрасывал маскировку. — Он задумчиво трёт подбородок. — Но зачем так далеко раскидывать? Это, пожалуй, странно. — Гном выпрямляется и скрещивает руки на груди. — А может быть дети играли этой палкой и бросили туда. — Он вздыхает. — Если только на ней следы какие-то есть оставленные вором.

— Понял. Сейчас проанализирую.

Аватар берет ветку и пристальным взглядом осматривает со всех сторон. Нюхает ее по всей длине, будто гаванскую сигару. Затем засовывает кончик в рот. Вкусовые рецепторы носителя ослабли из-за возраста и употребления жгучих жидкостей.

— А вы чем это тут занимаетесь? — сзади раздается скрипучий женский голос.

ОлегИно резко оборачивается, не вынимая палки изо рта, и видит старушку, выглядывающую из-за куста. Она в зелёном берете и чёрном пальто, на носу очки, а во взгляде подозрение не слабее, чем у начальника следственного отдела.

— Ну что ты делаешь? — с горечью выговаривает МиниОлег и закрывает глаза рукой.

Объектив фотокамеры с мощным приближением фиксирует ОлегИно из приоткрытого окна тонированного внедорожника, стоящего в дальнем углу двора. Если Сидорову вдруг покажут фотографию на которой он сосёт ветку, он будет уверять, что это дипфейк и такого не было.

— Мы расследуем преступление, — мычит с полным ртом ОлегИно и освобождает наконец пищеприемник от невкусной древесины.

— Мы? — Бабуля вытягивает шею, прищуривается и крутит головой. — Кто это “мы”? — не снижая подозрительности, сварливо продолжает она допрос.

— То есть, я, — поправляется Лже-Следователь, сплевывает мусор и на всякий случай добавляет: — Извините.

Лучше соблюдать осторожность. Непонятно, какими полномочиями обладает эта особь. Возможно, это местный надзиратель.

— Ты кто такой и чего здесь рыскаешь?

— Я следователь Сидоров. Занимаюсь поиском пропавшего… — тут ОлегИно делает паузу. Местные плохо реагируют, когда он упоминает слово “корабль”. — Пропавшего транспортного средства.

Служители правопорядка не жуют ветки, прячась в кустах. А даже если и жуют, то делают это уверенно и с достоинством. Старушка продолжает хмурить брови.

— Документы покажи. В нагрудном кармане, — приходит на помощь опытный МиниОлег.

ОлегИно изображает улыбку и произносит:

— Сейчас покажу документы.

Он лезет в нагрудный карман, достает обложку с правами и техпаспортом и протягивает женщине. Гном успевает заметить, что пришелец отдаёт совсем не те документы. Он закатывает глаза, упирается руками в бока и опускает голову.

Старушка внимательно смотрит на права и техталон. Прищуривается, сверяет фотографию с оригиналом — всё в порядке. Выражение строгой подозрительности на её лице сразу меняется на подобострастную благожелательность.

— Извините, что я к вам с претензиями. Сами понимаете. Времена такие — нужна бдительность, — вежливо и с приветливой улыбкой говорит бабуля и возвращает документы.

— Да. Конечно, — сухо отвечает ОлегИно.

Гном на плече исподлобья смотрит на неожиданный поворот и тяжело вздыхает. А потом мы удивляемся, что старушки отдают последние деньги мошенникам с поддельными корочками МВД, Центробанка или даже Галактической разведки. Махнув рукой, он предлагает:

— Опроси её. Вдруг видела здесь вчера кого-то подозрительного.

— Как к вам обращаться? — спрашивает ОлегИно старушку.

— Мария Васильевна Попова. В этом подъезде живу.

— Понял. Вы здесь вчера видели кого-то подозрительного?

— Видела, — с готовностью отвечает она и активно кивает.

— Хорошо. Кого вы видели? Опишите.

Радостное возбуждение слетает с лица Марии, уступив место неловкости.

— Не помню, — виновато и тихо проговаривает она.

— Помните, что был кто-то подозрительный, но не помните, как выглядел?

Старушка замялась, опустив глаза.

— Помню, что у меня записано — “был кто-то странный”, но кто — не помню. — Она потупилась и виновато улыбается.

— Так вы ведете учет подозрительных лиц?

— Да, — обрадовалась Попова. — Веду учёт. Тетрадка дома лежит.

ОлегИно аккуратно возвращает ветку на то же самое место на кустах.

Кухня Марии Васильевны почти такая же как в квартире Сидорова. Типовые советские планировки не оставляют много места для реализации дизайнерских фантазий. Белый холодильник с телевизором сверху, небольшой стол и одна стена занята кухонным гарнитуром с мойкой, газовой плитой и приоткрытой микроволновкой. Есть только одно существенное отличие — прибор для измерения артериального давления на столе.

— Сейчас чаю заварю, — нараспев произносит Мария и ставит на газовую плиту белый эмалированный чайник. — Замёрзли, наверное, на улице.

— Пальцы замерзли, — соглашается ОлегИно, потирая ладони.

— У меня сушки есть. Любите сушки? — Она достает из навесного ящика пакет и с звонким стуком высыпает колечки в тарелку на столе. Судя по звуку, с которым эта еда бьётся о посуду, зубы носителя вряд ли справятся с таким вызовом.

— Вы про тетрадь не забудьте, — напоминает Лже-Следователь суетящейся старушке.

— Ой! Да. Сейчас найду. — Она берет одну сушку и смотрит на нее завороженно, как Фродо на кольцо всевластия. — Мне же таблетки надо выпить, — говорит она, взмахнув рукой. — Приболела я.

Она достает из вазочки на холодильнике коробочку с таблетками и вытаскивает блистер.

— Для памяти? — решает показать участие ОлегИно. Необходимо наладить контакт с важным свидетелем.

— Нет. От простуды. — Она шуршит инструкцией и пытается прочитать мелкий текст. Производитель старался уместить медицинский справочник на листок размером с салфетку. Старушка старательно морщит лоб и щурится, но это не помогает прочитать даже заголовок. — Сколько же мне надо их? Не помню, что врач говорил. Я ж где-то записывала.

— Давайте прочитаю, — пытается ускорить процесс ОлегИно.

МиниОлег тем временем сидит в позе полу-лотоса, прикрыв глаза и погрузившись в себя. Медитация помогает сберечь нервы. С пенсионерами полдня угробишь на разговоры про давление и внуков.

— Ох, спасибо, молодой человек, — радуется женщина и отдает листок.

Инопланетянину хватает доли секунды, чтобы прочитать инструкцию. Причем, с двух сторон.

— Вы весите около шестидесяти трех килограммов и вы уже не ребенок. Вы не беременны? — спрашивает аватар.

Старушка хлопает глазами от неожиданного вопроса. Последний раз у нее такое спрашивали лет тридцать назад, когда она набрала лишний вес за отпуск. Но уже через секунду заливисто смеется, кокетливо прикрывая рот морщинистой рукой.

— Ах вы шутник.

Но ОлегИно продолжает вопросительно на неё смотреть. Мария Васильевна перестает смеяться и застывает с полуоткрытым ртом.

Через пару секунд немой сцены с рычанием включается компрессор холодильника. МиниОлег открывает глаза. Диалог зашел в тупик.

— Да не беременна она, ёперный театр. Точно говорю, - подсказывает гном.

— Если не беременны, значит вам одну таблетку три раза в день, — объясняет бабуле ОлегИно и отдает таблетки. Она робко улыбается и с треском выковыривает ногтём свою дозу.

— Правда, они вам не помогут.

Мария вскидывает на него вопросительный взгляд, а на лице быстро проявляется страх.

— Почему вы так думаете? Что со мной? — с нотками ужаса в голосе спрашивает она.

— Из инструкции следует, что вероятность того, что в этой таблетке есть хотя бы одна молекула действующего вещества, составляет один к десяти в сорок пятой степени. Математически — вы едите структурированный сахар.

— Как ем? Какой сахар? — с округлившимися от ужаса глазами еле слышно спрашивает старушка, хватаясь за сердце. Ноги её ослабевают, и она тяжело садится на стул. Она где-то читала, что бывает сахар “белая смерть”. Неужели это он?

— Я говорю, что это не лекарство. Глюкоза. Еда.

— Что ж вы меня так пугаете. — Приступ паники отпускает ее, и она расслабляется. Вдруг в тишине резко свистит чайник. Старушка вздрагивает и снова хватается за сердце.

— Доконаешь меня, проклятый, — кричит она на чайник, но он лишь набирает громкость. Она выключает газ, вытирает полотенцем лицо и спрашивает:

— А чем же мне лечиться? Мне его доктор выписал в поликлинике. Хорошее, дорогое.

— Вы сказали, у вас простуда. Следовательно, вирус низкой опасности. Анализируя внешний вид, ситуация не критическая. Для более точного ответа нужна диагностика.

ОлегИно встает, подходит сзади к женщине, у которой несколько секунд назад жизнь висела на волоске. Наклоняется и прикладывает ухо к спине. Старушка опять вздрагивает от такого интимного момента. Даже если бы память не подводила, она вряд ли сможет вспомнить, когда её так касался мужчина, не являющийся врачом.

— Дыхание чистое, — констатирует пришелец. — Дайте руку.

Женщина беспрекословно подчиняется. На её лице появляется благоговение.

ОлегИно берёт её за запястье, и они застывают на три секунды.

— Температура приблизительно тридцать шесть целых и семь десятых градуса по Цельсию. Могу сделать вывод, что симптомов простуды нет. Если сейчас испытываете слабость — больше отдыхайте и иммунитет сам справится с вирусом.

Старушка молитвенно складывает руки и смотрит на следователя снизу вверх, как на икону.

— Ой, спасибо, — шепчет она. — Спасибо.

Потом, будто что-то вспомнив, спрашивает:

— А таблетки? Пить?

— Если вам нравится их вкус — пейте.

МиниОлег с показным недовольством вмешивается:

— Ты долго её лечить будешь? У нас дело вообще-то.

— Где тетрадь? — резко спрашивает ОлегИно у Марии.

Она подскакивает и торопливо тараторит:

— Да-да-да. Сейчас найду. — Сама же хватает с плиты чайник и начинает разливать кипяток в кружки. Потом бросает туда пакетики с заваркой.

Как ритуал заваривания чая поможет в поиске тетради? Возможно, в поликлинике выписали чай для улучшения памяти.

— Тетрадь!

— Да-да. Пока чай заваривается — найду. Надо же вас хоть чаем напоить. Даже в выходные работаете.

Она семенит из кухни в коридор и исчезает в комнате. Оттуда слышны ее возгласы: “Да куда же я её положила?”

— Мне кажется, она из ума выжила. Нет никакой тетради, — предполагает МиниОлег, с трудом подавляя зевоту.

— Вы уверены, что тетрадь существует на самом деле? — кричит ОлегИно в коридор.

Из дверного проема появляется обиженная физиономия Марии.

— Конечно существует. Черная такая. С красивыми белыми буквами.

— Это не она лежит в том прозрачном ящике? — Он показывает на хлебницу. Там действительно из-под половинки батона выглядывает черный уголок.

Мария Васильевна быстро, насколько позволяют скрипучие суставы, забегает на кухню. Всплеснув руками, охает и виновато бормочет:

— Вот я растяпа. Точно. Она это. — Вытаскивает тетрадь, смахивает крошки и кладет на стол. Тетрадь совершенно черная. Есть только одна надпись английскими, стилизованными под готику, белыми буквами: “Death Note”. Женщина ласково гладит ее и приговаривает:

— Вот она. Всех негодяев сюда записываю.

Гном на плече ухмыляется и мотает головой.

Тетрадь смерти? А старушка не так проста, как кажется. Возможно, всё это хитрая ловушка, в которую заманили пришельца.

— Эти люди живы? — спрашивает Лже-Сидоров.

Бабуля, округлив глаза, непонимающе смотрит на собеседника.

— Соседи живы. — Но, задумавшись на секунду, добавляет: — В основном. А что?

— Интересный выбор названия для тетради.

— Да? — Она удивленно смотрит на белую надпись на черном фоне. — Так я не выбирала. Внучка была летом — забыла её у меня. Она туда записывала имена соседских детей. Время и разные происшествия. Вот и я решила продолжить.

Она открывает тетрадь и начинает листать. Страницы плотно забиты текстом, разделенным датами. Имена, фамилии, описание внешнего вида неизвестных, события. Любой разведчик невольно проникнется уважением к такой наблюдательности и скрупулёзности.

— Так-так. Вот вчерашний день. — Она навела палец на красиво выведенную красными чернилами дату посередине листа. — Вот! Вспомнила!

МиниОлег от крика вздрагивает подавившись зевотой. С интересом заглядывает с плеча в тетрадь.

— Михайлов с пятого этажа! Проверьте его. Откуда у него такой тяжелый шар?! — возбужденно напирает на следователя старушка.

— Обязательно проверим! Это он взял шар? Вы видели? Где этот Михайлов? — ОлегИно встает в готовности идти по следу. Лилипут радостно потирает руки и приговаривает:

— Ну наконец-то, ёперный театр. Нашли гада!

Женщина на секунду задумывается, переваривая вопрос, и отвечает:

— А я почём знаю, откуда взял? — Она растерянно хлопает ресницами, встречая цепкий взгляд аватара. — Живёт он надо мной. — Она тычет пальцем в потолок. — Уже год катает его по полу, сволочь такая. Я ему сто раз по батарее стучала. А ему хоть бы хны. Катает и катает.

Пара наших расследователей замирает. ОлегИно пристально сканирует лицо старушки, оценивая достоверность информации. У гнома лицо заклинило в улыбке, но глаза уже не радуются, а выражают полное непонимание.

— И вчера утром снова катал. Вот смотрите! Всё записано! В полвосьмого! Зачем так рано? Ну хочешь ты катать, ну катай, когда люди не спят. Оштрафуйте его!

Проекция на плече устало садится. На лице разочарование.

— Это не подходит. Время не совпадает. Не наш шар, — говорит старушке ОлегИно. — Ещё были странные случаи?

Мария Васильевна расстраивается не меньше МиниОлега. Соседа не накажут за злостное хулиганство.

— Но он же спать не даёт, — тихо произносит она с мольбой. Но следователь непреклонен:

— Вы точно этот случай имели в виду?

Старушка снова смотрит в тетрадь и улыбается находке:

— Вы правы. Вот ещё. Сосед с первого этажа. Хромов. Бездельник. Странно себя вёл. — И поднимая палец вверх торжественно читает: — Странно ходил возле стены в десять утра. — Поднимает преданный взор на ОлегИно. Сейчас она похожа на собаку, которая принесла палку. Это хоть что-то, с чем можно работать. МиниОлег обращается к пришельцу:

— Похоже, наш клиент. Надо его найти.

— Нет. Это первый носитель. Это я им тогда управлял, — отвечает Ино.

— Снова тупик. — Гном в бессильной злости бьет кулаком по невидимой стене. — Чтоб тебя.

— Нет. Не наш клиент, — говорит ОлегИно старушке. Улыбка исчезла с её морщинистых губ, и она снова утыкается в тетрадь. Мария бубнит под нос, пока палец скользит по странице.

— Кроме этого бездельника Хромова, больше ничего нет, — извиняющимся тоном говорит женщина. — Может за позавчера посмотреть?

— Нет. — ОлегИно начинает подниматься. — У вас нет нужной информации.

Взгляд старушки мечется между ускользающим полицейским доктором, тетрадью и сушками. Мария собирает все морщины на лбу для решения проблемы. Она должна придумать, чем может помочь сотруднику.

— А может кто-то из соседок видел чего? Я могу сюда всех позвать, и вы их поспрашиваете.

Ино косится на расстроенного гнома на плече. Тот пожимает плечами, но потом всё же кивает. Других зацепок пока нет, а дворовые бабульки бдят не хуже охранной сигнализации и сторожевых собак вместе взятых.

— Хорошо. Приглашайте, — соглашается ОлегИно и садится обратно.

Довольная Мария вытаскивает мобильный телефон с большими кнопками и радостно их жмёт.

— А вы пока чай пейте. Сейчас я быстро всех обзвоню.

Смартфон Олега тоже напоминает о себе звонком. Лже-Олег достает его из кармана — жена Сидорова. Она начинает подозревать, что масло сегодня не дождётся.

— Скажи, что на работу срочно вызвали. Не можешь сейчас разговаривать, — быстро объясняет МиниОлег.

Через полчаса ОлегИно восседает в кресле с высокой спинкой. Его лицо бесстрастно, как у царя на троне посреди шумной свиты пенсионерок набившихся в гостиную. Мария Васильевна обзвонила подруг со всего двора. Заодно сообщила, что следователь к тому же и врач отличный. Некоторым даже не хватило места.

Хозяйка взяла на себя роль регистратуры и определяет, в каком порядке можно разговаривать с Лже-Следователем. Пришелец хорошо понимает принцип “ты мне, я тебе”. Надо сначала ответить на вопрос, чтобы задать свой.

Большинство собравшихся женщин относительно здоровы. С поправкой на возраст. С жалобами на суставы или плохое зрение он не знает, как помочь и просто советует больше спать и есть овсянку по утрам. Пустые таблетки попадаются редко. Хорошо, что местные врачи обладают хоть какими-то знаниями. У пары пенсионерок он выявляет аритмию, пока измеряет температуру и пульс, держась за запястье. И у одной из них он определяет проблемы с желудком по сероводородному запаху изо рта.

Как ни странно, бабуля с самым большим набором болезней выглядит самой довольной. Будто она победила в каком-то конкурсе и теперь смотрит на всех с высокомерием королевы бала дома престарелых.

Старушки рассказывают про болезни, подозрительных подростков, странного дворника и о какой-то проститутке в короткой юбке из второго подъезда. ОлегИно допивает третью кружку, а полезной информации пока ни от кого не услышал. МиниОлег нетерпеливо сучит ногами. Чаем балуется пришелец, а страдать должен гном.

Бдительные бабули жилого массива не видели и не слышали ничего полезного. Современные пенсионерки больше сидят в телеграме, чем на лавочках у подъезда. В курсе того, какие перья надел популярный певец и чей дом сгорел при пожаре в Голливуде, но не помнят имени соседа по лестничной площадке.

Но тут тянет руку самая поникшая пенсионерка — у нее ОлегИно не нашел ни одной стоящей болячки. Она просто обязана взять сразу несколько очков и выйти хоть на второе место.

— А в доме напротив магазин алкогольный на первом этаже и там камера есть. И нацелена в эту сторону, — громко произносит она и торжествующе смотрит на соперниц.

Посреди гомона, как гром среди ясного неба, наступает тишина. Все старушки устремили свои взгляды на выскочку. Кто-то с завистью, кто-то со злостью, а кто-то в попытке разглядеть, послышалось или нет.

— Спасибо за полезную информацию, — реагирует ОлегИно и встаёт с кресла.

Хозяйка квартиры тоже поднимается с дивана и, прижимая ладони к щекам, тараторит:

— Чай допейте. Сушки ещё остались. Может кто чего вспомнит, — пытается она задержать ценного специалиста. Но Лже-Следователь уже идет в коридор, перешагивая через бабулю, которой не хватило места на диване и стульях.

— Где тут у вас можно слить отходы?

На улице МиниОлег со счастливой улыбкой щурится на осеннее солнце. Когда столько слушаешь про болезни, сам уже начинаешь ощущать симптомы. Он прикладывает ладонь ко лбу. Вот только у проекции не может быть температуры. Он рассекает рукой воздух и хмурится.

Гном пытается придумать схему, как заставить персонал дать доступ к записям. Законных оснований нет, а значит нужны хитрость и наглость. Шансы есть, но в таких сетевых точках очень жёсткие должностные инструкции. Работников штрафуют за каждый чих не по расписанию. Ну а если ты каким-то образом умудрился сделать всё по правилам — оштрафуют за компанию.

МиниОлег как мог объяснил Ино план действий.

ОлегИно приближается к алко-маркету в доме напротив. Яркий двухцветный фасад и рекламные растяжки, обещающие самые лучшие цены на планете, — завлекают покупателей. Вблизи действительно можно заметить купол камеры видеонаблюдения. Современная замена бабушкам на лавочках.

Он заходит в помещение типичного сетевого магазина, торгующего алкоголем, а также сопутствующими закусками и запивками. Такие заведения теперь есть почти в каждом дворе многоэтажек. А часто и не одно. Когда жена в очередной раз скандалит с Сидоровым из-за пьянства, он высказывает вполне логичный довод, что не только он пьёт — все пьют. И каждый новый магазин доказывает его точку зрения.

Девушка за кассой с именем “Оля” на бейджике, приветствует посетителя обязательной улыбкой:

— Здрасьте. — За отсутствие улыбки тоже положен штраф.

— Здравствуйте, — отзывается Лже-Сидоров. Подходит и сразу протягивает раскрытое удостоверение сотрудника МВД. Обучение от владельца тела не прошло даром.

Кассир смотрит в документ и по мере чтения, лицо краснеет, а глаза открываются всё шире. Внезапно она начинает рыдать.

Вынужденные напарники по расследованию молча смотрят на плачущую девушку. Вытирая слезы рукавом, она сквозь всхлипы говорит:

— Но у него же усы были! И борода! — Закрывает лицо руками. Её плечи вздрагивают.

— Причем тут борода? — решает прояснить ситуацию ОлегИно.

Оля поднимает заплаканные глаза на Лже-Полицейского. По щекам текут тёмные реки слез и туши.

— Ну как у ребенка может быть борода? Как? — с надрывом сквозь всхлипы спрашивает она.

У опытного МиниОлега срабатывает нюх и он объясняет:

— По ходу, она продала несовершеннолетнему алкоголь и думает, что мы её оштрафуем. Нам повезло, это можно использовать.

ОлегИно переходит к делу:

— Верю. Но чтобы разобраться в деле, надо посмотреть записи с камеры.

Девушка мгновенно прекращает плач. Всегда поражает это женское умение включать и выключать слёзы. Вытирая рукавом нос, она дрожащим голосом спрашивает:

— Верите? — Она достает из-под стойки салфетку, вытирает темные разводы со щек и высмаркивается. — Света, подмени меня на кассе, — кричит она в глубь торгового зала.

Из-за башни, построенной из зелёных ящиков пива, появляется бледное лицо Светланы.

— Сейчас, — торопливо отвечает она и семенит к кассе. — Здрасьте, — бросает она, искоса глядя на ОлегИно.

— Здравствуйте, — привычным ровным тоном отвечает тот и тычет ей в лицо документами. Но она испуганно уворачивается.

— К камерам доступ только у директора. Идите за мной, — поясняет уже успокоившаяся Ольга и идет к проходу в подсобные помещения.

В коридорах подсобки каждый сантиметр заставлен коробками с разнообразным алкоголем. Доброе и злое пиво, вино всех оттенков, бесцетная водка и шампанское. Откуда угодно — только не из Шампани. МиниОлег голодными глазами смотрит на это изобилие, проплывающее мимо плеча, на котором он теперь живёт. Скорее бы уже найти этот чёртов корабль. Он облизывает пересохшие губы.

Они подходят к двери с табличкой “Директор”. Девушка стучится. Из-за двери доносится мужской голос: “Да”. Оля открывает дверь и входит. Следом за ней протискивается ОлегИно.

В директорском кабинете те же коробки под потолок. Но дополнительно помещаются небольшой стеллаж с документами и металлический стол с компьютером и парой мониторов, за которым сидит молодой парень. На вид ему лет двадцать. Одет так же, как и девушки — в джинсы и клетчатую рубашку с бейджиком “Николай”. Даже наметанный глаз следователя не смог бы отличить директора от подчинённых по внешнему виду.

Пришелец привычным движением суёт ему в лицо корочки. Николай сглатывает, но старается сохранить невозмутимость. Нервозность выдают напрягшиеся скулы и подергивающаяся нога.

— Что ты опять натворила? — сурово спрашивает он подчиненную, сдвинув брови на ещё мальчишеском лице.

— Да ничего. Наоборот, полицейский мне верит, — горячо говорит Оля. — Не может ребенок быть с такой бородой! Я же говорила, — с жаром продолжает она, склонившись над столом и упёршись в него руками. — Но надо запись посмотреть с камеры. Это же можно? — Последнюю фразу она произносит томным голосом и с жеманной улыбкой. Отработанная манера общения, когда от начальства надо чего-то добиться. — А не то меня оштрафуют! — повышает она голос и сжимает кулаки. — Если меня снова оштрафуют — уволюсь нафиг отсюда!

— Ты это. Успокойся давай. Никто не уволится. — Он задумчиво трёт лоб. — Ладно. Будешь должна мне. — Смотрит со значением ей в глаза.

— Конечно. — Снова томно отвечает она и прикасается к его руке.

Николай краснеет и произносит с хрипотой:

— Всё для вас делаю. А вы план не делаете.

Он поворачивается к монитору с сеткой изображений с камер наблюдения. Они показывают торговый зал, подсобные помещения с разных углов. На одной из камер видно Свету, присевшую на ящик и залипшую в смартфон.

Директор хватает микрофон, щёлкает переключателем и кричит в него:

— Света! Ты снова сидишь? Оштрафую!

Выключает микрофон и обращается к ОлегИно с вежливой улыбкой:

— Извините. Бездельники. Какая камера вас интересует?

Пришелец всё это время терпеливо ждал, пока приматы закончат свои социальные игры и можно будет перейти к делу. Низменные инстинкты людей берут верх над рациональностью и логикой. Это позволяет легко ими манипулировать.

— Та что смотрит во двор.

Коля мышкой щёлкает на архив записей и находит нужную камеру, раскрывая её на весь экран. Камера не захватывает место, где находится заветная трещина, только кусты рядом.

— Какое время?

— Вчерашний день с десяти утра.

Молодой человек снова кликает мышкой и запускается изображение.

— Побыстрее, — просит ОлегИно.

Коля увеличивает скорость воспроизведения в два раза.

— Быстрее.

Скорость увеличивается до четырехкратной.

— Какая максимально возможная?

— Шестьдесят четыре, но ничего не будет видно.

— Ставьте максимальную.

Николай поднимает удивленные глаза на Лже-Следователя, но тот никак не реагирует, а ждет с беспристрастным выражением лица. Директор пожимает плечами. Скорость увеличивается до шестидесяти четырехкратной. На экране подергиваются ветки деревьев и иногда мелькают какие-то тени.

— Всё понятно. Остановите, — даёт указание ОлегИно.

Оля и Николай молча переглядываются и с недоумением глядят на странного полицейского. Усатых или бородатых детей на видео точно увидеть было невозможно.

— А мне не хочешь показать? — напоминает МиниОлег с плеча.

— Включите с 11:39 в нормальной скорости, — говорит аватар Николаю, застывшему в растерянности перед монитором. Он кивает и перематывает на нужное время.

В правом верхнем углу видно знакомые кусты. Вдруг на них залетает ветка со стороны трещины, которую в кадре не видно.

— Хватит, — командует ОлегИно. Разворачивается на сто восемьдесят градусов и идет к выходу.

Остолбеневшие сотрудники магазина смотрят ему вслед с приоткрытыми ртами. Первой спохватилась Оля и кричит вслед вопрос растерянным голосом:

— Так меня не оштрафуют?

ОлегИно отвечает, не оборачиваясь:

— Не знаю. — И выходит из кабинета.

В коридоре подсобки МиниОлег решает допросить бирюзового попутчика:

— Так что понятно-то? Ёперный театр.

— Похитители на камеру не попали, но ветка дает нам полезную информацию, — отвечает Ино.

— И? — Пришелец чем-то похож на участкового Игнатова.

— Судя по внешнему виду — это ветка, которой я маскировал щель в фундаменте. Судя по траектории, она отлетела именно с того места, где я её оставил. А время падения указывает, что это произошло ровно в момент, когда солнце было в зените над этим местом.

МиниОлег задумчиво чешет затылок.

На инопланетном лице Ино сложно прочитать привычные эмоции. Кажется, что он смотрит на гнома с презрением. Или нет? Пришелец иногда выглядит высокомерным, но корабль то у него увели обычные земляне.

— Почему вы, инопланетяне, не подумали о том, что корабль могут спереть? Нельзя было какую-то противоугонную систему поставить? Глупо это как-то.

— Оценки показывали, что на вашей планете это невозможно. Анализ радиосигналов, сканирование поверхности не выявило достаточного развития технологий.

— Недооценили вы наших воров. — МиниОлег самодовольно усмехается. Он даже приосанивается от гордости. Ему часто приходится иметь дело с местным ворьём. И он достаточно их пересажал за годы службы. А значит, в каком-то смысле даже покруче.

— Аномалия, — соглашается Ино.

ОлегИно выходит из подсобки в торговый зал и в метре перед собой видит Петра Хромова. Тот от неожиданности вздрагивает и выпускает из левой руки бутылку пива. Она хлопком рассыпается об пол, и пивная пена ползёт ему под ноги. Правая рука оказалась крепче — вторую бутылку сохраняет. Он прижимает её к груди то ли прикрываясь как щитом, то ли в попытке защитить от пришельца. С расширенными от ужаса глазами, вытирая спиной холодильный шкаф, Пётр боком пытается осторожно протиснуться мимо Лже-Сидорова к выходу.

— Что это с ним? Будто привидение увидел, — бормочет гном с удивлением и с легким испугом добавляет: — Или он нас видит?

— Нет. Это первый носитель.

МиниОлег ещё выше поднимает удивленные брови.

— Что ты с ним делал, что он в таком шоке?

— То же, что и с тобой.

Проекция на секунду задумывается. Прошедшие сутки были настолько особенными, что словами не передать. Хмурится и ворчит:

— Понятно.

Пётр почти протиснулся к выходу.

— Куда? А заплатить? — кричит Света и выскакивает наперерез из-за кассы.

— Он же из этого двора? Его тоже можно опросить, — предлагает МиниОлег со злорадной усмешкой.

Хромов пытается в панике бежать, но Света вцепляется в его яркий пуховик мертвой хваткой. Её веса слишком мало, чтобы остановить побег, и она скользит за пивным вором по полу к выходу. ОлегИно делает два быстрых шага и хватает Петра за шиворот.

— Стоять! Работает полиция! — строго выкрикивает он. Хромов бледнеет и застывает, часто моргая. ОлегИно с трудом выдергивает бутылку из рук Хромова и отдаёт Свете. — Я отведу вора в обезьянник. До свидания. — Выталкивает парализованного аборигена на улицу.

На выходе из магазина их фиксирует камера из знакомого тонированного внедорожника. В кадр попадает ОлегИно, грозно сдвинувший брови, и втянувший голову в плечи Хромов.

ОлегИно тянет смирившегося с судьбой Петра за угол дома подальше от любопытных камер видеонаблюдения.

— Ну-ка прижми его к стене и спроси, что ему известно, — злобно рычит гном своим писклявым голосом. Лицо искажено гневом, в глазах огонь мести. Он стоит, широко расставив свои ножки на плече гуманоида, и сжимает руки перед собой, будто сам готов схватить жертву за грудки. Лилипут похож на оскалившегося чихуахуа на руках у светской дамы.

ОлегИно послушно прижимает Хромова к стене, выдавливая воздух из пуховика. Испуганное лицо Петра искажается отвращением, и он отворачивается, зажмурившись. Сейчас он похож на Рипли перед Чужим. Если бы изо рта ОлегИно капала обильная слюна, сходство с кадром из фильма было бы полным.

— Рассказывай всё, что знаешь, — говорит пришелец в теле Сидорова.

Пётр поворачивается к захватчику и открывает глаза, полные ужаса. Он сейчас заплачет.

— Что, что рассказать? — слетает с его дрожащих губ.

Вдруг МиниОлег весь обмяк. Он тяжело усаживается на плече, понурив голову, и тихо говорит:

— Да не знает он ничего. Отпусти.

ОлегИно ослабляет хватку и отстраняется.

— Да. Я расскажу. Расскажу, — быстро и запинаясь выпаливает Хромов. — Пацан заснял. У него видео. Не вселяйся в меня, пожалуйста.

МиниОлег встрепенулся — срабатывает рефлекс следака на зацепку.

— Успокойся. Если будешь сотрудничать — тебе ничего не грозит. Рассказывай, — деловито продолжает допрос ОлегИно. Он уже неплохо освоился в роли дознавателя.

— Так я уже рассказал — мальчишка случайно заснял на телефон, как ветки и листья вылетают из стены, — торопливо и сбивчиво выплевывает слова Пётр, всё ещё подрагивая всем телом.

— Как найти пацана? — тут же реагирует ОлегИно.

Хромов вращает глазами, судорожно пытаясь понять, как же его отыскать.

— Спокойно. Вам ничего не грозит.

— Живёт в моём доме. Лет двенадцати. Мирослав звать.

— Этого достаточно? — спрашивает Ино у гнома.

— Бери своего первенца с нами. Пойдём поспрашиваем во дворе сначала, — отвечает тот. Он уже не зевает. Глаза горят огнём ищейки, идущей по следу.

ОлегИно снова возвращается в аномальный двор. С чего бы ветки и листья сами здесь летали? Перепад давления в трещине? Но в ней не было щелей. Воздушные потоки в виде смерча? Траектория ветки говорит против этой версии. Мифические закладчики? С этой планетой явно что-то не так.

На лавочке у подъезда сидит белокурая девчушка лет десяти и играет в телефоне. Рядом с ней знакомая старушка с аритмией. Увидев приближающегося полицейского доктора, она широко улыбается. Четвёртый нижний зуб бы ей ещё проверить.

— Это ваш ребенок? — спрашивает он у бабушки.

— Внучка моя — Танюша. Гуляем вот. — Она гладит девочку по голове, но та никак не реагирует. Полностью погружена в игру. Уровень развития науки говорит, что люди не способны переносить сознание в механизмы. Но глядя в пустые глаза этого ребенка, начинаешь сомневаться.

— Надо задать вопрос. Полицейская необходимость.

— Таня, ответь дяде полицейскому на вопрос, — обращается старушка к внучке и легко толкает её в плечо, пытаясь вывести из транса.

Девочка нервно дергается и раздраженно отвечает:

— Подожди. Катку добью.

— Сейчас вообще телефон отберу до вечера, — напирает бабушка и делает грозное лицо.

Таня вздыхает так глубоко, будто собирается нырнуть на сто метров, и поднимает недовольные глаза на ОлегИно.

— Что? — спрашивает она капризным голосом у дяди, который мешает ей жить.

— Где мальчик Мирослав из этого дома? Примерно твоего возраста.

— За домом на стройке играет с пацанами, — бросает она и мгновенно возвращается к игре на телефоне.

Бабушка складывает у груди ладони и причитает:

— Господи, опять там играют. Убьются. Вот всё его матери расскажу.

Но её никто не слушает. Внучка быстро нажимает пальцами на сенсорные кнопки смартфона, а ОлегИно с Петром уже идут в сторону стройки.

Пришелец с носителями приближается к бело-синему металлическому забору, который огораживает недостроенное здание. Из-за угла одного из домов, окружающих двор, медленно высовывается внедорожник. Останавливается.

— Он же меня слышит? — спрашивает Пётр у ОлегИно.

— Носитель слышит, — отвечает тот, высматривая, где можно пролезть сквозь забор.

— Я не виноват, что инопланетянин именно в вас переселился. Просто ему нужно было найти корабль. И я предложил следователя. Чтоб быстрее вычислить воров, — горячо говорит Хромов и смотрит на пустое плечо.

МиниОлег исподлобья тяжело глядит на умоляющее лицо первого носителя и отмахивается. Потом вздыхает и тихо отвечает:

— Да понял я. Понял. — Но Хромов его, конечно, не слышит.

— Не отставать, — командует пришелец Петру и идет к месту в заборе, где металлический лист подрагивает в порывах ветра.

— Сейчас столько детских площадок понастроили. Опять же, компьютеры, телефоны, а дети все равно на стройках тусуются, как мы в детстве, — размышляет вслух МиниОлег, задумчиво глядя на недострой и высокий бурьян. — Это, наверное, в генах. — Усмехается. — Помню, Генка на похожей стройке со второго этажа в лестничный пролет свалился. Руку сломал. Месяц из-за гипса не мог в школе писать. Все ему завидовали.

Пришелец в теле Сидорова замечает какого-то мальчишку за ржавой бочкой и кричит ему:

— Ребенок. Я ищу Мирослава. Полицейская необходимость.

Мальчик лет двенадцати испуганно выглядывает. ОлегИно подходит и суёт под нос мальчишке корочки следователя. Тот отвечает:

— Он где-то в зоне прячется опять.

Из укрытий вылезают ещё пятеро пацанят от девяти до тринадцати лет.

— Что за зона? — спрашивает ОлегИно. Он точно набрел на какую-то аномалию.

— Да это они так стройку называют. В сталкеров играют, — поясняет Пётр, который как собака на привязи следует за похитителем тел. Он стал заметно спокойнее.

— Да, — подтверждает самый старший на вид мальчик в кепке. — А зачем вам Мирка?

— Да всё норм, пацаны, — включает дипломатию Хромов. — Он видео классное записал — надо посмотреть. Нужно для поиска шпионов. Расследование.

МиниОлег удовлетворенно кивает. Именно эта смекалка и является причиной того, что сейчас пришелец сидит в теле Сидорова.

— Он опять снайпег, — немного картавя говорит самый маленький мальчишка. — Сидит где-то и стъеляет из засады.

— Сейчас нас всех тут убьет, — добавляет другой мальчик с измазанным лицом.

Аватар резко прыгает за стену и приседает. Пацанская свора дружно вздрагивает от неожиданности. Дядя тоже играет — смеются. Похоже, он им нравится.

МиниОлег наконец приходит в себя после кульбита и спешит успокоить Ино:

— Да это понарошку. Никто не стреляет.

— Шучу, — говорит Лже-Сидоров, выходя из укрытия и изображая улыбку. — Ха, ха, — добавляет механическим голосом.

Он осматривает стройку и замечает отблеск линзы на втором этаже. Похоже на снайперский прицел. Он машет в ту сторону и кричит:

— Мирослав — выходи. Нужна помощь в расследовании.

— Сейчас, — слышится сверху детский голос. Через несколько секунд Мирослав выходит из проёма в стене недостроя. У него грязные штаны на коленках и очки с толстыми линзами — типичный снайпер.

— Здравствуй, ребенок. Надо на твоём телефоне посмотреть видео, — говорит ОлегИно мальчику.

— Только вечером могу показать, — отвечает он грустно.

— Почему?

— Родительский контроль у него, — вмешивается паренёк в кепке. Остальные дети понимающе кивают.

— Это что такое? — задает Ино вопрос проекции, моргнув своими гигантскими серыми глазами.

— На телефоне приложение такое. Чтоб контролировать детей в телефонах. Теперь понятно, почему они на стройке играют.

— Раньше можно разблокировать? — спрашивает ОлегИно у Мирослава.

Мальчик вздыхает.

— Это только папа может. А мне он не разблокирует. Но если вы его попросите. — Он с надеждой смотрит на следователя.

— Хорошо. Идём к родителю.

С верхнего этажа под порывом ветра падает незакрепленный кирпич и с грохотом рассыпается на бетоне.

Тот же двор. Тот же подъезд. Квартира, в которой открывает дверь Мирослав, находится как раз над жильем Марии Васильевны. Если в этом подъезде все так сильно любят чай — МиниОлег сорвётся. Его передёргивает.

— Сейчас папе скажу, что вы пришли, и позову. Подождите тут пару сек, — говорит мальчишка, наполовину скрывшись за дверью. Заходит и захлопывает дверь.

— Я тут потусуюсь. Окей? Не хочу с его батей пересекаться, — нервно произносит Пётр и отходит в угол лестничной площадки.

— Да, — сухо отвечает ОлегИно, стоя как вкопанный.

Через пять секунд неподвижного молчания дверь приоткрывается и из-за неё появляется голова Мирослава. Блеснув линзами, он пригласительно машет рукой.

Планировка квартиры такая же, что и у старушки снизу, но впечатление она производит совершенно другое. Глянцевая плитка под мрамор на полу отражает линии светодиодных светильников потолка. Рельефная декоративная штукатурка стен под камень, большое зеркало. На полках сверкают спортивные кубки под встроенной подсветкой.

— Думал, в вашей культуре не принято украшать жилища, — замечает Ино.

МиниОлег кривится.

— Главное, чтоб удобно было. А это все понты.

Мирослав забегает в комнату и Лже-Следователь следует за ним. Посередине комнаты стоит рослый мужчина в одних шортах. Перед ним на полу штанга. Он глубоко дышит и капли пота стекают по мускулистому торсу. Он кивает вошедшему следователю, берет со стула полотенце и вытирается.

— У него и тело хорошо сделано. Если бы у тебя было такое же, мы могли бы быстрее заниматься расследованием, — снова донимает Ино.

— У меня время есть чтоб собой заниматься? — повышая тон и глядя с вызовом на возвышающуюся над ним голову пришельца, отвечает он. — Мне на работе не бегать быстро надо, а соображать.

— Пап, вот полицейский. Я не вру, сам смотри, — говорит ребенок и показывает рукой на ОлегИно. Отец отдышался и толкает ногой штангу. Она тяжело катится по полу к стене. МиниОлег усмехается, следя за ней взглядом.

— Да. Я веду расследование. На смартфоне вашего сына есть нужная информация. Разблокируйте, - говорит Лже-Сидоров.

Мужчина потягивается, напрягая мышцы. На трицепсах вздуваются вены. На лице гостя нет никакой реакции. Хм. Обычно люди не так реагируют. Он разочарованно хмыкает, берёт с тумбочки свой телефон, нажимает пару кнопок и бросает на диван.

— О! Целый час! — с выражением безграничной радости вскрикивает Мирослав, крепко обхватив свой гаджет.

Мужчина молча берет с пола две тридцати килограммовые гантели и начинает поднимать их, сопровождая каждое движение шумным выдохом.

— Спасибо, — говорит аватар. Они с мальчиком выходят, оставляя серьезного мужчину заниматься своим телом.

На лестничной площадке Пётр быстро поворачивается на звук открывающейся двери.

— Получилось?

— Да. Можем смотреть видео.

— Давайте быстрее. Я ещё в Майнкрафт поиграть успею, — отзывается Мирослав с сияющими от счастья глазами. — Какое видео вам надо?

— То, где ветки из стены вылетают, — говорит ему Хромов.

Мальчик морщит лоб и тихо произносит:

— Так я его удалил. Места слишком много занимало.

У Петра отвисает челюсть. МиниОлег звонко бьет ладонью по коленке и выкрикивает:

— Ёперный театр. Да что ж за невезуха такая?

— Кого ещё опросим? — спокойно спрашивает у него Ино.

— Так не осталось в этом дворе никого. Всех от мала до велика опросили. Очередной висяк. Чтоб его.

— Эх. Пацан. На тебя была вся надежда. Важное видео удалил, — с горечью говорит Хромов.

— Так в чём проблема? Посмотреть можно, — говорит мальчик и запускает на смартфоне игру.

Проекция убирает руки от лица и с надеждой смотрит на ребенка как на ангела, спустившегося с небес в роковой час. Хромов тоже веселеет и спрашивает:

— Где?

— В тикток выложил. Называется “дикие ветки атакуют”. С вас лайки и комменты. — Он спускается по лестнице не отрывая глаз и больших пальцев от экрана.

— Что такое тикток? — спрашивает ОлегИно. Для современного ребенка это окно, через которое он смотрит на мир. Ну а мир смотрит на него.

Пётр уже нашел ролик и протягивает ему телефон, заискивающе глядя в глаза.

— Вот оно.

На видео один из мальчиков со стройки стоит на самокате и говорит картаво в камеру:

— Сейчас я пеепъыгну чеез этот камень.

Голос Мирослава за кадром выкрикивает:

— Давай! Снимаю!

Мальчик отталкивается и едет по тротуару. Перед камнем он чуть приседает и потом резко подпрыгивает. В этот момент из-за кустов веером вылетают ветки и листья. Мальчик от неожиданности теряет равновесие и падает.

Мирослав смеется, а пацан с самокатом сидит на тротуаре и, скривив физиономию, трет ушибленную ногу.

— Лох! — сквозь смех кричит оператор.

Видео обрывается.

Пётр с надеждой смотрит на бывшего захватчика и спрашивает:

— Ну как? Помогло?

— Да, — сухо отвечает тот. — Напоминаю, что о нашем расследовании никто не должен знать. Это в ваших же интересах. — Он нажимает быстро сенсорные кнопки на смартфоне Петра и в кармане ОлегИно на секунду раздается звонок. — Ваш номер я сохранил. Спасибо за помощь. До свидания.

Отдает телефон и уходит вниз по ступенькам. Пётр слушал эту тираду с удивленным лицом, но, когда Лже-Сидоров поворачивается к нему спиной, облегченно вздыхает. Он поворачивается к окну, прищуривается и с улыбкой глядит на солнце.

На улице пришельца в теле Сидорова снова ловит в кадр камера из внедорожника. Лицо Олега без привычной угрюмости выглядит моложе.

МиниОлег морщит лоб и поглаживает подбородок.

— Ладно. Колись. Что ты по записи понял? — наконец спрашивает он у Ино.

Тот слегка поворачивает свою жуткую голову к проекции. Цвет кожи, кажется, стал темнее. Или это просто тень так падает?

— Маскировка и скорость полета делает объект невидимым для местных существ, но я смог его увидеть по преломлению света.

— Так на видео был корабль?

— Да. Он вылетел из трещины в фундаменте. Именно поэтому ветки разбросало по таким траекториям. И улетел.

— Улетел, — эхом повторяет МиниОлег. — Куда улетел?

— Неизвестно. Но он точно не на расстоянии тридцати метров от нас.

Брови МиниОлега поднимаются, а глаза расширяются.

— Не понимаю. Это хорошо или плохо?

— С точки зрения рисков уничтожения всего живого на планете — это плохо.

Гном в сердцах вскидывает руки, встает и начинает нервно ходить по плечу, периодически упираясь лбом в прозрачную стену.

— Да чтоб тебя! Час от часу не легче. — Потом останавливается с какой-то мыслью и спрашивает, поднимая глаза на Ино: — А может он на базу улетел? На станцию? Или что там у вас?

— Я не могу объяснять аборигенам сверх необходимого. Протокол…

Его перебивает писклявый голос гномика:

— Знаю, знаю — запрещает, и все такое. Но расследование как вести без вводных?

— Понимаю, — Инопланетянин вздыхает. — Я и так даю слишком много закрытой информации. Расскажу только необходимое для поисков.

Он садится на лавочку возле подъезда на которой вчера сидел Пётр и продолжает:

— Корабль не должен улетать без разведчика. У него может сработать защитная программа, если есть угроза захвата или уничтожения, и тогда он перелетает в другое место. Судя по видео, ему ничего не угрожало. Кроме того, это произошло точно в момент, когда солнце было в зените на этом меридиане.

— Я слушаю, но пока ничего не понял, — вмешивается МиниОлег.

— Он автоматически перемещается в другую точку и подает сигнал, который бы я воспринял. Но сигнала нет. Значит, это не просто перелет от угрозы, а какой-то сбой. Отвечая на вопрос, мог ли он вернуться на базу. Если бы он покинул планету, его бы засекли и за мной бы уже выслали помощь. Раз за мной никто не прилетел — судно ещё на планете.

Проекция хмурится и говорит со злостью:

— И если не найдем — нам кирдык.

— Да.

— И как же его искать? Если он такой незаметный и неизвестно куда делся. Может в Африку.

— При аварийном перемещении он не улетает далеко от зоны посадки. В ваших единицах — около километра. Кроме того, расположение должно быть скрытное, но доступное. Чтобы разведчик легко мог до него добраться.

— Ну. Это несколько сужает поиск, — с облегчением выдыхает МиниОлег.

В кармане Лже-Сидорова звонит смартфон. В окне на втором этаже появляется внимательное лицо Марии Васильевны. Он принимает вызов и подносит трубку к уху. Бывший владелец гаджета пытается рассмотреть, от кого звонок, но не успевает и лишь слушает монолог пришельца.

— Да. Понял. Хорошо, — говорит тот в телефон и отключается.

— Светка снова?

— Нет. С работы. Говорят, что ваш коллега на выезде в другом городе и надо принять явку с повинной от его подозреваемого.

Гном чешет задумчиво затылок. Службу игнорировать нельзя, но, если планета накроется медным тазом, будет уже не до должностных обязанностей.

— А сколько у нас вообще времени на спасение всего живого?

Ино моргнул своими громадными серыми глазами и в воздухе повисают цифры обратного отсчета “156:23:18”, которые каждую секунду уменьшаются. Теперь они показывают “156:23:16”.

— Чуть больше ста пятидесяти шести часов и двадцати трех минут, — спокойно произносит пришелец. Видит, что мини-копия Сидорова хмурится и уточняет: — Примерно шесть с половиной суток.

— Так. А сколько нам надо пройти, чтобы ты мог своим вайфаем весь радиус просканировать? — спрашивает проекция, не отрывая взгляда от уменьшающегося числа секунд.

— Учитывая уже просканированные участки, нам надо прочесать чуть меньше пятидесяти километров.

Лицо МиниОлега проясняется. Он с воодушевлением заявляет:

— Так это вполне по силам. Ёперный театр. Объедем и обойдем за три дня. — Он удовлетворенно потирает руки. — Значит, успеваем в отдел. Оформить явку — это быстро.

Хорошие шансы спасти планету вместе с карьерой. Ещё и масло успеют купить.

ОлегИно встаёт. В окне улыбается и машет бдительное старушка. Лже-Следователь машет в ответ.

Проекция Сидорова научила инопланетянина вызывать такси смартфоном. Они подъезжают к районному отделу МВД.

— И в этом тайном правительстве тоже рептилоиды. Они всем управляют. Абсолютно, — с жаром рассказывает таксист, поглядывая в зеркало заднего вида на заинтересованного слушателя.

— И как с ними связаться?

— Ну ты дал — “связаться”. — Таксист мотает головой, притормаживая у места назначения. — Они же тайные. Сами свяжутся, если надо. — Он загадочно подмигивает.

— Да не слушай ты его. Рен-ТВ насмотрелся и несёт бред, — в очередной раз ворчит гном на плече.

— Но эти данные могут быть полезны в нашем расследовании, - замечает Ино.

По пути он получил много информации о скрытой стороне этой планеты.

— Спасибо. Буду иметь в виду, — говорит ОлегИно водителю и выходит.

— Плохо ты ещё разбираешься в нашей жизни, — недовольно бубнит МиниОлег, сидя на плече и подперев подбородок кулаком. — Послушаешь таких таксистов и пенсионерок, подумаешь, что у нас тут все с приветом.

Вот только инопланетяне на самом деле существуют.

Задумчивость слетает с гнома. Он выпрямляется и с жаром говорит:

— Не накосяч на работе! Сейчас же надо оформлять явку, а ты не знаешь ни фига.

— Какой протокол действий?

— Ты шутишь? Все нюансы за пару минут не объяснить. Давай чеши в наш кабинет. Ты же умеешь быстро читать — проглотишь сейчас кодексы, прошлые дела и поймешь, что к чему. Я, конечно, на подхвате. Подскажу, если будет непонятно, по ходу дела.

ОлегИно выходит из жёлтого фольксвагена, а в ста метрах позади уже стоит примелькавшийся черный Лэнд Ровер.

У входа в кабинет Лже-Следователя ждут явившийся во всем признаться Коля Зудин со своим адвокатом Еленой Факиной. При виде сотрудника они поднимаются навстречу с кресел у стены. Деревянный ряд сильно скрипит.

Зудин в любом случае был бы обвинен, поэтому адвокат и посоветовала признаться, чтобы уменьшить срок. Но, зная Колю, это лишь уменьшало срок до следующего преступления и нового заключения. А значит, суммарное время отсидки в жизни рецидивиста — никак не меняется.

— Подождите, — говорит им Лже-Следователь. — Я сейчас подготовлюсь и вызову. — Он входит и захлопывает дверь перед носом опешившей Елены.

Рабочее место встречает субботней тишиной. Никто не будет задавать вопросов, почему Сидоров так странно листает дела и просматривает УПК.

ОлегИно как автомат для подсчета денег пролистывает книжки кодексов и просматривает последние несколько дел. Теории должно хватить для такой элементарной процедуры как явка с повинной.

— Есть ещё данные для загрузки?

— Хватит пока. — Гном поднимает ладонь для остановки разогнавшегося потребителя знаний. — И ты все запомнил?

— Да.

— Ну. — Лилипут прижимая ладонь к сердцу, замирает и закрывает глаза. Через две секунды открывает, шумно выдыхает. — Ни пуха. Вызывай.

Через пару минут перед ними сидят преступник с адвокатом, на столе лежит подписанное признание, которое с плеча читает МиниОлег. ОлегИно листает дело, которое вёл Иванов.

Пока пришелец неплохо справляется. Он монотонно зачитал права и статью Конституции, и даже очень похоже на то, как это делал сам Сидоров. Проверил паспорт почти как нормальный человек. Хорошо, что гном предусмотрительно попросил сделать это помедленнее. Сейчас заполнит протокол и можно пока отпускать воришку с подпиской о невыезде.

Суть дела — обычная кража бензопилы с дачи. По почерку сразу было ясно, что это Зудин, и после обыска в гараже, который записан на его деда, но по факту пользовался им Николай, нашли этот инструмент. Оставалось только получить отчёт криминалистов по отпечаткам и готово. Вот бы Сидорову такие дела доставались. Но нет. Ему обязательно висяк подсунут. МиниОлег тяжело вздыхает.

Зудин хмуро смотрит в затёртый пол, а Факина бросает взгляд на золотые часы. Её ждет следующий клиент, которого надо сдать системе правосудия. Не бесплатно, конечно. Часы недешёвые.

— Надо исправить техническую ошибку в деле, — говорит ОлегИно адвокату.

У той от удивления брови ползут вверх. Поперхнувшись, она тихо спрашивает:

— Какую?

— Время обыска в гараже неправильно указано. На фотографиях штамп времени показывает “10:29” и такое же время занесено в протокол.

— И что тут странного? — непонимающе спрашивает у него Факина, сосредоточенно морща лоб.

— Но тени на фотографиях указывают на время 15:29. Видимо, неправильные настройки в устройстве для съемки.

Адвокат застывает с широко открытыми глазами.

МиниОлег выходит из состояния задумчивости и тихо шипит:

— Ты что делаешь? — Потом его лицо краснеет, и он возбуждённо вскакивает на ноги и верещит, переходя на ультразвук: — Ты с ума сошел? Ты что творишь? — Он хватает себя за остатки волос с выражением ужаса на лице.

— Сбой в деле. Надо исправить, — спокойно информирует пришелец.

Адвокат молниеносно хватает листок с признанием со стола и торопливо поднимается.

— Мы пока подумаем. До свидания.

Она тянет за плечо Зудина, который непонимающе моргает. Парочка пятится из кабинета.

— Что случилось? — спрашивает он у беснующегося на плече гнома.

Абориген слишком часто выходит из себя без каких-либо причин. Впрочем, зачастую носители воспринимают вселение даже хуже. Как правило, Ино не успевал устать от проекции, но текущее соседство длится слишком долго.

— Ёперный театр. Ты зачем ей это сказал? Она же дело теперь развалит. Дело Иванова. — Он бессильно опускается на плече. — Капец мне. — Лилипут уставился на календарь на стене и не отрывает от него невидящего взгляда.

Октябрь изображен в виде модельной рыжеволосой девушки, улыбающейся красному кленовому листу в своей руке. На этой планете все что угодно можно изобразить с помощью красивой девушки. Интересно, как бы выглядела та задница, в которой очутился гном?

— Я следовал законам и инструкциям из ваших текстов и базы данных. Это не моя ошибка. Это недоработка Иванова, который заполнял документы.

Гном медленно поднимает усталый взгляд на чужеродную голову. Смотрит в громадный блестящий серый глаз, пытаясь разглядеть в нём своё отражение. Но его там нет. Даже отражения нет. Существует ли Сидоров вообще на этом плече или всё это безумный кошмар?

Он встряхивает головой и размеренно произносит:

— Нет этого в кодексах. Это неписаные правила. Невозможно тут работать и не знать такого.

— Значит ты должен был мне рассказать неписаные правила. Твоя ошибка. Не моя.

МиниОлег тяжело вздыхает.

— Чья же ещё? Всё это сплошная моя ошибка. — Он трёт виски. — Так. Отмазаться не выйдет. Адвокатша однозначно расскажет, что именно от меня узнала про неправильную дату. Как же это объяснить? Зачем я это сболтнул?

— Ты хотел сделать всё по закону, — предлагает логичную версию Ино.

В ответ МиниОлег зло смотрит на наглую бирюзовую морду и стискивает зубы.

По закону. А как насчет законов выживания?

От неожиданного и резкого звонка телефона на столе гном вздрагивает. Они смотрят на трезвонящий аппарат. Ино раньше не пользовался таким устройством.

— Это тоже телефон. Сними сверху трубку и говори в неё.

Лже-Сидоров послушно следует указаниям, слушает чей-то грубый голос и в конце отвечает:

— Понял. Сейчас. — Аккуратно кладёт трубку на место. Лицо не выражает и тени эмоции в отличие от гнома, который не находит себе места, и вопросительно смотрит на Ино.

— Гуров просит зайти на разговор.

— Просит? Просит!? — лилипут яростно трясет кулаком. — Твою-ж. — Потом машет бессильно рукой и добавляет упавшим голосом: — Пошли.

Гном лихорадочно начинает инструктировать бестолкового инопланетянина, как не сделать ситуацию гораздо хуже. Хотя, казалось, что хуже некуда. Но, эта неземная тварь способна испортить что угодно. Вдруг нахамит начальству?

— Не спорь с ним. Со всем соглашайся. Если спросит, почему ты такое выдал адвокату, скажешь, что плохо себя чувствуешь, болеешь. Что плохо спал, голова раскалывается и хотел подумать об этом, а на самом деле вслух сказал. — Он умоляюще смотрит на Ино. — Понял?

— Да. Все понятно. — Пришелец ободряюще кивнул гному. — Надо было сразу объяснить неписаные правила.

МиниОлег вплывает в кабинет Гурова, сидя на плече как индийский йог на слоне. Гном должен внимательно слушать диалог этих двух монстров, разрушающих его жизнь. Чтобы вмешаться, если инопланетное чудовище начнёт перечить чудовищу земному.

Их встречает холодный взгляд хозяина кабинета. Сергей Тимофеевич сидит за своим большим столом, широко расставив руки, будто готовится поднять его и бросить в нерадивого подчиненного. Если бы проекция Сидорова могла потеть, то её бы прошиб холодный пот. Но гном лишь сутулится и отводит взгляд на кожаный диван у стены. Хорошо, что сегодня суббота и там нет зевак-подхалимов.

ОлегИно бодро марширует до стола, спокойно встречая пронизывающий взор. Эта необычная уверенность прибывшего на казнь сбивает грозный настрой начальника. Вместо обвинений, он начинает с вопроса:

— Почему явка не оформлена?

— Они решили ещё подумать, — без заминки отвечает ОлегИно и дружелюбно улыбается.

Эта невинная улыбка срабатывает на Гурова как красная тряпка на быка. Возможно, он даже ударил ногой об пол, готовясь к атаке. Массивный стол мешает рассмотреть, было ли это движение на самом деле. Его ноздри расширились, а глаза наливаются кровью.

— Подумать решили, — сквозь зубы цедит он. — А с чего бы это они решили подумать? Не подскажешь?

— Конечно, — всё так же ровно чеканит Лже-Сидоров. — Я плохо спал. Болею. Голова раскалывается. Вместо того, чтобы подумать — сказал вслух про ошибку в деле.

МиниОлег, слушая эту тираду, сжимает кулаки. К счастью, пришелец запомнил обучение, и говорит как по конспекту.

Этот ответ отсрочил вспышку ярости Сергея Тимофеевича ещё на один вопрос:

— Так что же за ошибку увидел наш Коломбо в этом элементарном, и уже почти закрытом деле?

— Нет. Это я её обнаружил. Сидоров. - ОлегИно показывает на себя пальцем. — В документах и на фотографиях указано неправильное время. Там тени деревьев… — Тут Ино видит, как МиниОлег подскакивает пружиной и изображает жестами запрещающие знаки, захлебываясь криком.

Он прерывает свой рапорт и добавляет:

— Случайно. Я же больной.

Больше ничего не сдерживает Гурова от накопившегося гнева. Он резко встаёт и орёт, брызгая слюной:

— Ты, твою мать, больной?! Да?! Ты совершенно больной! На всю голову! Ты понимаешь, что ты вообще сделал? Конечно, ты понимаешь. Идиот! Ты не только Иванова подставил! Ты весь отдел подставил! Ты меня подставил!

Пока начальник плюется и изрыгает проклятья, ОлегИно невозмутимо стоит, не выражая ни страха, ни раскаяния, чем ещё больше распаляет руководителя. Гном же бледнеет и сжимается, обхватив свою голову руками.

— Ты не можешь следить за тем, что говоришь? Может тебе вообще тогда не место в органах? Ты соображаешь, что делаешь? А? Больной? Может ещё ошибки найдёшь и расскажешь? А? — продолжает поток брани Сергей Тимофеевич, но видно, что вспышка уже идёт на спад, а подчинённый вообще не реагирует. Лишь смотрит с любопытством посетителя зоопарка на представление.

Интересно, а этот грозный примат будет бить кулаками по груди? Или может быть запрыгнет на стол? Какой эффектный альфа-самец. Но последний вопрос, однако, находит отклик:

— Да. Там есть ещё одна ошибка. Понятой не мог присутствовать при изъятии и подпись не его, а Иванова. Понятой был в это время на другом деле в другом месте.

Гуров подавился, приоткрыв рот с поднятым кулаком. Сейчас он чем-то напоминает статую у вокзала. Не хватает только кепки, зажатой в кулаке. От такой экспрессивной позы и выражения лица так и тянет штурмовать баррикады.

МиниОлега тоже парализовало. Но он скорее похож на садового гнома. Сейчас его здесь точно убьют, можно сказать, на глазах у всего отдела. Но не будет ни свидетелей, ни улик. В деле напишут — типичное самоубийство. Десять колотых ран и контрольный в голову.

Руководитель следственного отдела молча взирает на ОлегИно. Ну очевидно же, с Сидоровым что-то не так. Изменился. Разве должен он себя так вести? И дело не в том, что он по глупости проболтался адвокату. А в том, что сейчас должен трястись перед ним от страха как паршивый пёс. Смотреть в пол и мычать нечленораздельно. А он нагло таращится ему в глаза и совершенно спокоен. Ни один мускул не дрогнет. Откуда такая уверенность?

Вчера Сидоров раскрыл висяк на пустом месте. Сегодня какие-то тени определяет. Может человек вдруг этому научиться? Ну. Возможно. Но точно не Сидоров. Это же тюфяк и пьяница. Тут что-то другое. За ним кто-то стоит. Кто-то копает. Под него. Под Гурова. Внутреннее расследование? Его завербовали?

Внезапно лицо начальника расслабляется, и маска злобы исчезает. Он хмурится. Одёргивает пиджак и грузно садится в кресло. Тяжело, исподлобья и с прищуром пронизывает взглядом ОлегИно, будто видит его в первый раз.

— Вон! — бросает он и отворачивается к монитору компьютера.

Подчинённый разворачивается циркулем и, чеканя шаг, бодро выходит из кабинета. МиниОлег ошарашено оглядывается.

На улице уже темнеет. Зажигаются фонари. Холодный ветер обдувает ОлегИно и гном на плече зябко подёргивает плечами. Он уже вышел из ступора, но выглядит потерянным. Гуров никогда не отпускает его, морально не уничтожив.

— Много времени потратили на эту явку с повинной. Ты говорил, будет быстро, — обращается Ино к проекции Сидорова. Тот открывает рот чтобы возразить, но осекается и лишь машет рукой.

— Успокоиться надо. Давай возьмем выпить. А? — он заискивающе смотрит в инопланетный глаз. — Хоть немного. — Он двумя пальцами показывает небольшой промежуток, объясняя, как мало ему надо, чтобы восстановить душевное равновесие.

— Нет. Это навредит организму и нашему поиску.

— Да будь ты человеком! — кричит он в сердцах.

— Это технически невозможно, — одёргивает инопланетянин. — Кроме того, тело должно отдохнуть, чтобы просканировать завтра как можно большую площадь.

ОлегИно сворачивает в переулок к дому. Здесь фонари не горят, но он хорошо видит местность.

— У нас была задача — купить масло.

— Да Светка, наверное, уже купила. Послала Ирку скорее всего. Не будет же она весь день ждать. — На секунду он задумывается и кивает. — Но давай лучше купим. Это лучше, чем с пустыми руками домой заявиться. Ещё один скандал без спиртного я точно не выдержу.

— Хорошо. Иду к ближайшему магазину, — рапортует Ино. — А машина сопровождения уже отработала?

На лице гнома появляется непонимание.

— Что за машина сопровождения?

— Та, что нас весь день сопровождала.

Лицо ОлегИно повышает градус изумления, а рот приоткрывается в немом вопросе.

Со скамейки навстречу поднимается тень в куртке с капюшоном и произносит:

— Дядя, закурить будет?

— Нет, — отвечает Лже-Сидоров и пытается обойти незнакомца.

Сзади с двух сторон его грубо хватают крепкие руки. Он открывает рот для вопроса, но через мгновение в бедро впивается игла.

Что за? — вскрикивает гном и застывает, будто на паузе, с искажённым лицом.

ОлегИно обмякает в руках людей в капюшонах и масках. Рядом тормозит тонированный внедорожник. Открывается багажник и тело Сидорова с глухим стуком забрасывают туда как мешок с картошкой.

Темные силуэты садятся в машину, и она срывается с места в холодную темноту осени.

Эпизод 3

Олег Сидоров сидит на металлическом стуле в луче ослепительно-белого света прожектора. Руки безвольно свисают, голова упирается подбородком в грудь, а наметившаяся лысина бликует зайчиком. Он в черных штанах и белой майке. Пятно от смородины не отстиралось и стрелкой отмечает расположение сердца. Сзади на стене нависает тень. В тишине слышится посапывание.

Вода бьет ему в грудь и лицо, рассыпаясь в белом конусе света бисером брызг. Олег дергается, мотает головой и фыркает, прочищая нос от попавшей внутрь жидкости. Приоткрывает глаза, но яркий луч слепит его. Пытается поднять руки — пристегнутые к стулу наручники звенят металлом.

— Света, не надо, я больше не буду, — бормочет он заплетающимся языком и отворачивается. Снова тянет вверх руки. Замечает браслеты. За годы семейной жизни они с женой не раз пробовали разнообразить личную жизнь. Как правило, все ограничивалось ролевыми играми, где он был слесарем. Причем, потёкший смеситель приходилось чинить на самом деле. Но наручники? Этих игр ему хватало на работе.

— Света, не свети светильником, — говорит он уже более связно. Щурится, пытаясь рассмотреть недовольную жену. Глаза немного привыкают к ослепительной яркости и различают в паре метров перед Сидоровым на столе направленный на него светодиодный прожектор. За столом сидит силуэт. По бокам неподвижно стоят две массивные фигуры.

— Добегался, тварь? — рявкает хриплая тень из-за стола.

Олег вздрагивает. Мечется на стуле, выгибается и скребёт ногами. Пристёгнут крепко, а стул привинчен к полу. Тень на стене раскачивается, повторяя движения хозяина, который морщится от впившихся в кисти наручников.

— Что происходит? Вы кто? Где я? — выкрикивает он срывающимся голосом.

Фигуры удовлетворённо смеются. Сидоров перестаёт бессмысленно дёргаться и, насколько позволяет паника, ровно, но угрожающе говорит:

— Вы знаете, кого схватили? Я сотрудник полиции! Вы попали на большие проблемы! Ясно? — Он прочищает горло и добавляет более миролюбиво: — Ошиблись? Бывает. Отпустите и забудем.

Олег пытается говорить уверенно, но в ярком свете хорошо видно судорожно стучащую по полу пятку и подрагивающие губы. Усмешки похитителей эхом отражаются от бетонных стен.

— Я очень хорошо знаю, кого поймал. Мы не ошиблись, — сквозь смех бросает силуэт за столом. Физиономия Сидорова искажается страхом. Он замирает.

Знают. Но кто он сейчас? Инопланетянин или человек? Может быть, пропавший корабль, смерть планеты — это всё галлюцинации его воспалённого мозга? Теперь он очнулся в психушке после горячечного бреда? И это санитары?

Пленник сглатывает старательно собранную слюну и дрожащим голосом спрашивает:

— Я в дурдоме?

Тени хором смеются и покачиваются.

— Нет. Ты на конечной остановке. Хватит землю топтать, гнида.

Олега пробивает дрожь. Даже несмотря на яркий свет, его глаза округляются.

— Да это не я! Не я! Мной управлял пришелец!

Смех прекращается и повисает напряжённая тишина. Слышится только дробь зубов. Одна из фигур приближается к стулу трясущегося Сидорова. Это рослый мужчина в джинсах, чёрной куртке и лыжной маске. На руках чёрные кожаные перчатки. Он склоняется над пленником и сквозь зубы шипит:

— Шутки шутишь? — Хлёстко бьёт кулаком в солнечное сплетение. Олег зажмуривается и, задыхаясь, сгибается. Спина конвульсивно вздымается. Он стонет и лязгает металлом, натягивая наручники. Боксёр ухмыляется и возвращается на место.

ОлегИно резко выпрямляется, упираясь спиной в спинку стула. Лицо совершенно спокойно. Глаза внимательно сканируют обстановку. А МиниОлег на плече лежит в позе зародыша и скулит, подёргиваясь.

— Доложи обстановку, — обращается Ино к проекции носителя. Но гном учится дышать и ответить пока не может.

— Будешь дурака валять или во всём сознаешься? — обращается к ОлегИно мужчина за столом. Пришелец способен его рассмотреть, невзирая на ослепительный луч, бьющий в глаза. У него тяжелый подбородок с острой бородкой и невысокий рост. На пальцах наколоты буквы, которые в кулаке складываются в “Миша”. Он снимал на фотокамеру, пока ОлегИно с напарником искали корабль. Двое бугаёв по бокам от говорящего тоже были в машине сопровождения. Лже-Сидоров дружелюбно улыбается и спокойно произносит:

— Коллеги. Понимаю ваше недовольство. Но я же сказал Гурову, что болею. Всё вышло случайно.

МиниОлег приседает несколько раз, пытаясь восстановить дыхание. Он обиженно пищит:

— Ты где был? Смотри, во что ты меня втянул!

— Вещество из иглы отключило тело. Кроме того, я не успел восстановить энергию. Сейчас отключусь.

— Что? — вопит МиниОлег, хватаясь за голову и выпучивая глаза. — Ёперный театр!

Похитители, естественно, этот диалог не слышат. Для них Сидоров просто застыл с идиотской улыбкой и пустым взглядом.

— В несознанку играет, — сурово констатирует главный захватчик и кивает громиле слева. Тот подходит к ОлегИно, который, мило улыбаясь, смотрит на мрачного незнакомца в маске. Склоняется и пробивает пленнику под ребра. Из рта Лже-Сидорова вырывается выдох. Он убирает бесполезную улыбку. Но больше никак не реагирует. Зато реагирует гном — лежит и сучит ногами, подвывая.

Даже под лыжной маской боксёра заметно, что его брови удивлённо лезут вверх, открывая прорези глаз ещё шире. Он делает широкий замах и, вкладывая весь корпус, погружает кулак точно в цель.

Стул под ОлегИно жалобно скрипит, прося пощады, но пленник даже сохраняет воздух в лёгких. Он в нужный момент втянул диафрагму и сжал мышцы.

— Я не играю в несознанку. Давайте спокойно разберёмся в ситуации.

Похитители отвечают паузой недоумения.

— А-а-а-а-а!!! — внезапно орёт Сидоров, закрыв глаза и топая ногами.

Троица вздрагивает. Здоровяк, стоящий рядом, испуганно отшатывается от умалишённого на стуле. Он на всякий случай делает шаг назад и оглядывается на главного. Тот подзывает его жестом. Пока верзила идёт к столу, Олег истерично кричит:

— Не бейте! Не надо! Не я это! Не я управляю! — И затихает, безвольно склонив голову и мыча что-то нечленораздельное. Пытается плечом вытереть капли со щеки. Снова стонет от впившегося в кисть браслета.

Похитители негромко переговариваются между собой.

— Ты что ему вколол?

— Что и обычно. Не было раньше такой реакции. Он придуривается.

— Натурально у него получается.

— И не таких ломали, — уверенно говорит драчливый бугай и возвращается к пленнику. Тот следит за приближением мучителя, вжимается в стул и бормочет:

— Что вам надо? Что вам надо? — Он шумно дышит. Грудь вздымается и пятно на майке извивается в танце.

Чёрная фигура встаёт вплотную и замахивается. Олег зажмуривается.

— Будешь сознаваться или дурака валять? — в тишине раздается властный голос из-за стола.

Олег открывает глаза и выпаливает:

— Да! Да! Планета в опасности! Я же помогаю!

Бугай пробивает со всей силы. Но уже в ОлегИно. Тот опять ловко компенсирует кинетическую энергию мышцами тела. Гном на плече прочувствовал боль и сейчас громко матерится, держась за живот.

— Сколько времени займёт эта экзекуция? — размеренным тоном спрашивает ОлегИно. — У меня важное дело.

Громила в маске поднимает кулак и разглядывает его. Медленно и угрожающе спрашивает:

— Ты чё? Бессмертный?

— Это закрытая информация, — спокойно отвечает Лже-Сидоров.

Второй бугай возле стола хрюкает, но осекается после грозного взгляда главного бандита. Тот вздыхает и произносит:

— Ладно. Хватит. Утром приедет заказчик, пусть решает, что с этим психом делать.

Безразличная физиономия ОлегИно сменяется яростной рожей Сидорова. Он почти отрывает стул от пола и кричит, брызжа слюной:

— Сволочи! Я вас найду! Найду и всех пересажаю! Сгною! Твари!

Бугай пробивает Олегу точно под челюсть. Свет гаснет.

Солнечный луч греет затылок Сидорова. Его редкие, начинающие седеть волосы отсвечивают жёлтыми искрами при каждом свистящем выдохе. Он ёрзает и поворачивает спящее лицо к яркой звезде вместо нагретого затылка. Причмокивает и морщится на серой подушке с кляксами запёкшейся крови. Солнце, как обычно, мешает выспаться в воскресный выходной. Олег приоткрывает глаза, щурится и поворачивается на спину. Смотрит рассеянным взглядом в потолок. Приоткрывает рот, кривится и мнёт пальцами челюсть. Тишина как в склепе.

Он протягивает руку к смартфону на тумбочке и берёт пустоту. Смартфона там нет. Впрочем, как и тумбочки. Хмурится. Почему потолок обшит ОСП-панелями?

Следователь резко садится на ватном матрасе, лежащем на полу у серой бетонной стены. Кривится и хватается за ребра. Левая рука звенит тяжёлой цепью, которая прикована к кольцу в стене. События вчерашней ночи уже никак на сон не спишешь. Сны не оставляют такие болезненные ощущения. Максимум — мокрое бельё.

Матрас, повидавший много боли и отчаяния, лежит в небольшой бетонной камере. В метре стоит циничное металлическое ведро. Под самым потолком узкое зарешеченное окно, через которое бьёт яркий луч. Он кажется чужеродным в этом мрачном месте.

— Ёперный театр, — шипит сквозь зубы Сидоров.

Берётся двумя руками за цепь. Резко дёргает. Она гулко лязгает в бетонном мешке, но кольцо сидит крепко. Пленник плотнее обхватывает её, наматывая на предплечья, набирает воздуха в грудь, упирается ногами в стену и тянет, напрягая всё тело. Оно напоминает о вчерашних побоях и Сидоров морщится. Толстая цепь даже не заметила усилий заключённого. Олег бросает её, отворачивается от неподатливой стены, подбирает ноги и опускает голову на колени. Слышится тяжёлый вздох.

Через три секунды медитации он хлопает себя правой рукой по ягодице ровно три раза. Замирает, уставившись в скол на противоположной стене, похожий на ямку от пули. Хмурится.

— Ну и где ты, когда нужен? — тихо и со злостью бормочет он и снова, но с большей силой, троит ладонью по заду.

Вместо человеческой головы возникает бирюзовая башка с громадными серыми глазами, а Сидоров превращается в проекцию на плече. Но только на доли секунды и сразу исчезает. Олег часто моргает. Голова пришельца мелькает как при плохом приёме сигнала на старом телевизоре. То появляется, то пропадает, то открывая, то закрывая прорезь рта. Наконец помехи прекращаются и Ино стабилизируется.

— Меня слышно?

— Да, — недовольно отвечает МиниОлег. — Ты куда пропал? Опять энергии нет?

— Какие-то проблемы с контролем. Видимо, остаточные симптомы укола. За ночь энергия восстановилась. Готов к поиску корабля.

Гном на плече встряхивает головой и смотрит на Ино как на полоумного.

— Ты совсем, что ли? Не видишь? — Он обводит вытянутой рукой панораму тюремной камеры. — Нас закрыли!

— Закрыли? А где обезьяны?

Гном застывает с немым вопросом, набрав воздуха в грудь, подбирает выражение позабористее. Но медленно, с шипением сдувающегося шарика, выдыхает и тихо говорит:

— Выходной у них. Воскресенье.

В ответ Ино понимающе кивает. Оно и хорошо. С обезьянами в таком маленьком помещении было бы тесно. Да и очередь в ведро не кажется интересным ритуалом для исследования.

— Напоминаю, что у нас нет времени на служебные наказания.

МиниОлег морщит лоб и поднимает бровь.

— Какие ещё служебные наказания? — Он гулко бьёт себя по коленям. — Это не имеет отношения к службе! Не было никакой машины сопровождения! За нами кто-то следил весь день, а ты мне даже не сказал! — Он осуждающе таращится на блестящую морду, но на ней невозможно прочитать и тени сожаления.

— Так это не твои коллеги?

— Да нет же! Нет! — надрывно пищит лилипут. — С чего бы сотрудники полиции стали меня на цепь сажать и прессовать? Что за бред? — Он нервно ходит по плечу и рубит ладонью воздух.

— Я решил, что у вас так заведено — следователя сопровождает охрана. Кроме того, когда мы совершили ошибку с явкой, ты предсказал, что нам теперь конец.

Гном воздевает руки к небесам, прося помощи, но из подвала до бога не докричаться.

— Да что ж ты за чурбан-то такой? Чтоб тебя! — Он закрывает лицо ладонями. — Это не коллеги. Понятно? Возможно, спецслужбы или охотники на инопланетян. Я не знаю. — Отворачивается в сторону и уже тише добавляет: — И не мы, а ты.

— Охотники на инопланетян? У вас есть такая служба?

Гном судорожно сжимает и разжимает кулаки. Надо аккуратно подбирать слова, иначе этот безумный диалог закончится только, когда похитители его прикончат. Хотя, может, и на самом деле такая служба существует? Представления о возможном и невозможном меняются каждый день. Если завтра выяснится, что всем миром управляет тайное правительство рептилоидов — он не удивится.

— Без понятия. Но пока ты не вселился, меня не держали на цепи как пса и не пытали. Думаю, вывод напрашивается.

— Если так, то эта служба ведет себя крайне недружелюбно. — ОлегИно приподнимает левую руку, рассматривая железный браслет с замком.

— Да уж, — отзывается МиниОлег, потирает рёбра и хмурится. — Зачем били? Непонятно. Я же им говорил, что мы планету спасаем.

— Нельзя раскрывать эту информацию! Протокол запрещает! — Аватар лязгом цепи подчеркивает важность слов, бросая прикованную конечность на матрас.

— А лучше, если мы все вымрем? Они должны были нам помочь, — с досадой добавляет: — Сволочи.

— Ваши технологии не позволяют меня отследить. Это невозможно, — самодовольно говорит Ино.

— Ага. И корабль не должен был пропадать, — язвительно парирует лилипут. — Знаем мы ваши технологии. — Он сплевывает на плечо, которое когда-то принадлежало только ему. — Делать-то что будем?

— Если эта служба по контролю за инопланетянами — моя обязанность — это выяснить. Дальше будем действовать в зависимости от полученной информации.

— А если опять бить будут? А если убьют? — Лилипут обхватывает голову ладонями и сверлит взглядом выбоину в бетонной стене, так похожей на отметины в тире МВД.

— Постараюсь этого не допустить. Поиск и обучение нового носителя займет слишком много времени.

— Что? — Последние слова вгоняют гнома в оцепенение, и он бледнеет.

В дверном замке скрежещет ключ. Тяжелая металлическая дверь со следами ржавчины открывается, взвизгнув петлями. Сперва заходят двое крупных, а затем один человек поменьше. Хотя они в лыжных масках, Лже-Сидоров их сразу узнаёт — это они вели вчера допрос с пристрастием.

Следом заходит ещё один. Ему около шестидесяти лет, с лысой головой, в черных штанах и кожаной куртке. Он без маски и при виде пленника, беспомощно сидящего на матрасе, на его лице появляется злорадная улыбка. Его ОлегИно раньше не видел.

МиниОлег сидит, обхватив руками прижатые к груди колени, и смотрит в одну точку на серой бетонной стене. Настраивается на пытки.

Мужчина без маски приседает на корточки возле грязного матраса и вглядывается в непроницаемое лицо аватара. Дубленая кожа куртки скрипит на локтях.

— Страшно? — вдруг спрашивает он с прокуренной хрипотой.

Ино анализирует мини-копию Сидорова на своем плече. Тот вжал голову в плечи как испуганная черепаха и нервно подергивается.

— Да, — спокойно отвечает ОлегИно и растягивает губы в улыбке.

— Приятно, когда тебя допрашивают? — Собеседник ближе придвигается к Лже-Сидорову, будто хочет унюхать его страх.

— Нет, — мотает головой аватар, показывая своё полное несогласие с методами дознавателей.

— То-то же, — удовлетворённо бросает лысый и встает, возвышаясь над пленником. — Пацаны рассказали, как у тебя от страха крыша потекла. — Он усмехается. Один из троицы в черных перчатках довольно кивает и смачно сплевывает на пол. — Понял на своей шкуре, что такое ментовской допрос? А?

— Так вы из полиции? — Ино косится на проекцию. Его нечеловеческая мимика хочет выразить самодовольную мысль: “Я же говорил”. Но прошлый владелец тела погружён в себя и лишь слегка покачивается.

Захватчики гулко смеются над странным предположением.

— Ты дурака-то не включай. Не поможет. — Любопытный мужчина опять приседает. — Курносов! Помнишь такого?

Ино косится на МиниОлега. Тот скороговоркой бормочет под нос повторяющуюся фразу: “Говорила Светка, свихнешься. Говорила Светка, свихнешься”. Надо подключать его к беседе, иначе начнутся удары в тело носителя и разговор снова зайдёт в тупик.

— Олег, тебе знаком Курносов?

Гном поднимает усталый взгляд, отрицательно мотает головой и снова опускает её на колени.

— Нет, — отвечает Лже-Следователь и добавляет с улыбкой: — Извините.

Лысый подскакивает, раздраженно рыча, физиономия искажается гневом.

— Ах ты тварь! — Он заносит ногу для удара. В последний момент останавливает носок сапога в сантиметрах от подбородка ОлегИно. Тот не шевелится, но улыбаться прекращает. — Не помнишь? Поломал жизнь пацану и забыл? Да? Так это у вас делается? Ещё одна палка?

Он разворачивается, отходит к стене и бьет по ней каблуком, шумно выдыхая. Стена невозмутимо и глухо принимает пинок, предназначенный Лже-Сидорову. Троица в масках молча наблюдает за встречей старых знакомых.

От звука удара МиниОлег вздрагивает и прекращает бубнить свою мантру.

Нервный мужик возвращается к аватару, неподвижно сидящему на матрасе и с интересом наблюдающему за новым ритуалом. Приседает, тычет пальцем в пятно от смородины и с жаром выплёвывает слова:

— Сашка Курносов! Двадцать лет! — Лысый вращает глазами и ищет узнавания в глазах Лже-Сидорова. — Сумку случайно в баре забрал! А ты его на три года! Вспомнил, гад?

Гном морщит лоб, выкапывая из памяти старые дела и медленно произносит:

— Да. Было такое дело несколько лет назад. Кража сумочки у пьяной девушки. — Лицо проясняется. Он внимательно смотрит на злобную гримасу. Не будь Олег проекцией, был бы уже весь мокрый от слюны, летящей из рта мстительного отца. — Причём, украл прямо под камерой. Редкостный дурак. Смотрю, весь в папашу. И за это он меня заказал? — Брови удивленно ползут вверх.

Не наблюдая никакой реакции, заказчик похищения следователя распаляется всё больше. Он активно жестикулирует, не жалея слюны на спецэффекты. Когда очередной плевок попадает в солнечный луч, он искрящейся кометой проносится между роем пылинок.

— Разве можно за такое сажать? Он же просто ошибся. Молодой, слабый. А теперь отсидит пятнадцать лет! И всё из-за тебя! — Кулаки с хрустом сжимаются перед синеющим от холода носом аватара.

Ино не может не заметить некоторые несоответствия логики.

— Почему пятнадцать, а не три? — решает он прояснить.

— Потому что втянули его в тюрьме в дела, — выпаливает лысый и понуро добавляет: — А он не смог отказать. — Он хватает ОлегИно за грудки, с треском растягивая майку и кричит: — Будешь на нарах гнить как мой сын! Узнаешь, как детей забирать, гнида мусорская!

— Я-то тут причем? — удивленно бормочет гном с плеча, наблюдая за отчаянной злобой родителя нерадивого сына.

— Понятно. Это не служба по контролю инопланетян, — уверенно заключает Ино. Проекция поворачивается и ошарашенно пялится на капитана очевидность.

— Во-первых, следователь не определяет срок тюремного заключения. Я изучал документы, — проводит ликбез Лже-Следователь. — Во-вторых, у нас нет времени на решение ваших мелких проблем. Извините.

Слышится слабый хруст. Пришелец в теле Сидорова вскакивает на ноги. Левая рука выскальзывает из браслета с цепью. Правая молниеносно и точно поражает лысого кулаком в точку, где нижняя челюсть соединяется с черепом. МиниОлег с воем хватается за кисть и валится на колени, зажмуривая глаза.

Пока первый враг оседает на пол с глухим стоном, ОлегИно выжимает из тела Сидорова предельную скорость. Олег не был боксёром и даже зарядку по утрам не делал, но не будь он сейчас так занят выбитым из сустава пальцем — поразился бы, на что оно способно под умелым контролем.

Следующей целью аватар выбирает громилу в перчатках. По имеющимся данным, он представляет наибольшую физическую угрозу. И не зря. Любитель бить связанных людей первым среагировал на пируэт аватара и делает движение корпусом навстречу, отводя локоть для замаха. Лже-Сидорову это даже помогает нанести разящий удар по отработанной схеме — точно в челюсть и на противоходе, вызывая мини-сотрясение мозга примата и его дезориентацию.

Здоровяк ещё даже не начинает падать, а ОлегИно уже делает шаг к следующему крупному аборигену. Но лучше бы он занялся более мелкой особью. Пока второй увалень лишь удивленно хлопает глазами, коротышка уже заносит нож и пытается полоснуть противника. Для Лже-Следователя это означает одно лишнее движение, чтобы увернуться от острого предмета, со свистом прорезающего воздух. Направление задано и перенаправить свой кулак в главаря уже не получится. Точное попадание. Второй бугай в маске закатывает глаза, так и не сообразив, что же случилось.

МиниОлег, тем временем, не знает, какую кисть жалеть больше. То ли вывихнутый палец левой, то ли горящие костяшки правой руки. Он благодарен, что враги надели балаклавы. Это немного смягчает контакт.

Аватар Сидорова легким движением таза уходит от второго удара ножом. Переступает, меняя стойку, и с геометрической точностью разбирается с челюстью последнего врага.

Боксёр, который ночью бил Сидорова, еще стоит на ногах после пропущенного хука. Он трясет головой позванивая металлическими застежками на одежде, в то время как его коллега с грохотом книжного шкафа валится на пол. ОлегИно с разворота описывает ногой полукруг и попадает пяткой устоявшему противнику в висок. И пока тот оседает, выхватывает из его кармана ключ.

Выбегает из камеры, с лязгом захлопывает дверь и закрывает на замок трофеем. Дёргает большой палец своей левой руки и возвращает его в сустав.

Лилипут вздрагивает, выкрикивая матерное ругательство, и поднимает глаза, полные ненависти, на пришельца. — Боль скоро пройдет. Включайся в работу, — говорит Ино спокойно, но с одышкой. Сорокапятилетнее тело Сидорова не любит физические нагрузки и мелко дрожит. Однако МиниОлег может лишь поскуливать, как побитая собака. ОлегИно стоит в конце подвального коридора, по стенам которого тянутся металлические двери тюремного типа. В полумраке тускло светит лампочка, свисающая на проводе с бетонного потолка. Над головой камера видеонаблюдения. Сейчас он в слепой зоне. Рядом приоткрытая створка в санузел. Он заходит, закрывается, открывает холодную воду. Смеситель издаёт клич лося, призывающего самку, и, пару раз чихнув, извергает струю. Аватар охлаждает пострадавшие кисти. Гном на плече жмурится, прерывисто дышит и благодарно кивает. Будучи подростком, Олег любил колотить кулаками в деревянный шкаф в своей комнате после просмотра фильмов с Брюсом Ли или Джеки Чаном. Однако бандитские челюсти оказались гораздо крепче. — Ты мне руки поломал, — ноет он. — Все кости целы. Суставы восстановятся, — дает отчет инопланетянин с сухой точностью. МиниОлег несогласно мотает головой и шумно выпускает сквозь сжатые губы воздух. — Ты это, — пытается он осознать произошедшее, — Ты что… Это… — Он морщит лоб, пытаясь вспомнить, что произошло в камере. Ино ждёт заторможенного примата. — Ты что там сделал? Ты их убил, что ли? — гном поднимает широко открытые глаза на пришельца. — Нет. Протокол запрещает разведчику убивать аборигенов или наносить непоправимые травмы. — Я даже ничего понять не успел. — Теперь лицо МиниОлега выражает восхищение. — Ладно. Давай выбираться отсюда. — Он аккуратно трогает костяшки и добавляет дрожащим голосом: — Только постарайся не бить никого руками. — Учту. Но надо слить отходы организма. Полный мочевой пузырь помешает быстро двигаться. Он у тебя довольно изношен. — ОлегИно закрывает удовлетворенный смеситель. Пока тело Сидорова выделяет накопившиеся жидкости, Ино осматривает помещение: ржавая полоса прочерчивает слив унитаза без стульчака, железная раковина, открытая тумбочка, в которой стоят бутылки с хлоркой, чистящими средствами и рулонами однослойной туалетной бумаги. Ничего, чем бы можно было эффективно заменить кулаки носителя. Разве что пластиковый ёршик? Нет. Слишком слабая конструкция. Из коридора слышатся глухие удары и крики — похитители пришли в себя. — Ёперный театр. Надо было сваливать, пока они не очухались, — шипит МиниОлег, округлив глаза. Приближаются торопливые шаги. ОлегИно подходит, мягко ступая, берется за ручку двери и замирает в готовности. — Что случилось? — доносится низкий мужской голос. Из камеры слышится хор возгласов. МиниОлег смог разобрать только слова: “мент” и “гнида”. Видимо, они им остались недовольны. — Сейчас! — кричит им подельник и звенит связкой ключей. ОлегИно плавно приоткрывает дверь и выскальзывает тенью, оказываясь за спиной ключника. Рывком обхватывает его шею предплечьем правой руки, так что локоть оказывается под подбородком, а второй — фиксирует захват. Одновременно подсекает носком под бандитское колено и приседает, увлекая тело назад. Вместе они валятся навзничь, и ОлегИно обхватывает добычу ногами. Охранник хрипит и машет руками, пытаясь зацепить Лже-Сидорова, но тот уворачивается от неуклюжих движений. Ключи со звоном улетают в стену. Враг таращится в потолок покрасневшими глазами и хватает плечо, на котором стоит МиниОлег. Гном рефлекторно отпрыгивает и бьётся головой о невидимый барьер. Виртуальные ноги проекции зажаты вместе с лямкой майки в кулак. Он ошалело отползает и судорожно щупает невредимые конечности. Через пять секунд хрипов и борьбы ключник теряет сознание и затихает в замке объятий. ОлегИно разжимает хватку и сталкивает с себя обмякшее тело. Мышцы дрожат от напряжения. — Руки горят. Чтоб тебя! — Гном растирает бицепсы. Левая кисть уже опухает после вывиха. Пришелец проверяет на прочность немолодой организм носителя. Будь оболочка, как у отца мальчика Мирослава, такие упражнения проходили бы без последствий. Кроме того, в подвале и в одной майке довольно холодно. ОлегИно покрывается гусиной кожей. Он подбирает связку и кладёт в карман, хватает ключника за шиворот и волоком затаскивает в санузел. Аватар весь мокрый от пота и тяжело дышит. Прикрывает дверь и прислушивается — из его бывшей камеры продолжают доноситься удары и проклятья. Но на помощь больше никто не спешит. Он обыскивает охранника: металлическая дубинка, китайский смартфон, ещё одно увесистое кольцо с ключами. Стягивает с него плотную куртку и надевает на себя. — Давай позвоним в отдел и Светке. Она, наверное, с ума там сходит, — с жаром предлагает гном стуча зубами. То ли от холода, то ли от адреналина. — Позже. Нет времени. — Однако нажимает кнопку на смартфоне — связи нет. Толстые железобетонные стены гасят не только крики пленников. — Надо спрятать и зафиксировать тело. — Но как выйдем — сразу звоним домой. Ты понял? — Гном на плече начинает заводиться, подрагивая, как старый мотор. — Понял, — спокойно отзывается Ино. Это немного успокаивает МиниОлега, и он озадаченно смотрит на дело своих рук, распростёртое без сознания на полу. Если бы он управлял своим телом, так бы точно не смог. Криминальный элемент даже без куртки выглядит серьёзно. Руки в скандинавских татуировках, возле глаза шрам. Нет. Ему бы и в голову не пришло прыгать на такого и душить. Он встряхивает головой и морщит лоб, пытаясь сконцентрироваться. — Давай в соседнюю камеру его спрячем. Проверь ключи — какой-то должен подойти. ОлегИно выходит в коридор к следующей камере. Отодвигает задвижку смотрового окошка и заглядывает внутрь. Затем подставляет плечо, чтобы гном тоже мог посмотреть. Помещение копирует то, в котором он сам сегодня проснулся. Обстановка камерная, но МиниОлега она почему-то не успокаивает, а угнетает. В этом каземате два ватных полосатых матраса и цепи у противоположных стен. Одно место пустует, а на втором располагается человек в грязной робе и с длинными свалявшимися волосами, из-за которых блестят настороженные глаза. Пятый ключ подошёл. Лже-Олег толкает ногой серую железную дверь. Она распахивается и с лязгом ударяет в стену. Заключенный сидит неподвижно в позе лотоса. Вроде не буйный. Через несколько секунд ОлегИно с кряхтением и пыхтением заволакивает охранника к свободному спальному месту. — Ногами работай, а то спину мне сорвёшь, — подсказывает МиниОлег как опытный тренер в качалке. Лже-Сидоров закрывает камеру. Поднимает цепь, осматривает целостность. Тянет из стены — сидит крепко. Застегивает браслет на руке надзирателя. Садится рядом на матрас, глубоко дыша. Пот струится по лицу, волосы прилипли ко лбу. Сосед по камере не проронил ни слова, но не отрываясь следил за упражнениями со свободным весом. — Здравствуйте, — обращается к нему Лже-Следователь, отдышавшись. — Здарова, — тихо отзывается сиделец и чуть наклоняет голову вбок, открывая пошире щель для глаза в грязных патлах. — У них тут походу подпольная тюрьма. Ёперный театр, — сдавленно говорит МиниОлег сидя на корточках на плече. — Не знал, что у нас в городе такое есть. — Он с жалостью смотрит на худого и сгорбленного пленника. — Надо его освободить. — Нецелесообразно, — парирует пришелец. — Нельзя же его на цепи оставлять! — Это непредсказуемый фактор. — Наоборот, будет полезен. Если он тут давно — может знать ходы, выходы. — Гном с надеждой смотрит на бесстрастную морду пришельца. Ожидать сочувствия от этого монстра было наивно, но надо хотя бы попытаться. Неожиданно бирюзовая голова кивает и произносит: — Логично. — Вы знаете ходы и выходы в этом здании? — задает аватар вопрос человеку на цепи, вперив в него взгляд. Тот усмехается, наклоняет голову в левый бок, открывая доступ другому глазу и, с кривой улыбкой, отвечает вопросом: — Ты кто? — Следователь Олег Сидоров. Веду поиск пропавшего транспортного средства. А вы кто? Пленник вскакивает на ноги и начинает радостно прыгать, звонко размахивая руками и металлом. — Полиция? Наконец-то! Я Джесси. Меня тут держат в рабстве. — Расскажите все, что знаете об этом месте. — Я уж не надеялся. Господи. Как хорошо, что вы нашли нас. — Он начинает плясать, тряся патлами и лязгая цепью, как привидение старого английского замка. — Мне нужна информация. Строгие слова ОлегИно концентрируют узника, и он тараторит: — Здесь тюрьма и лаборатория по производству наркоты. Меня и ещё несколько человек держат в рабстве и заставляют варить “варенье”. Лаба на первом этаже над нами. — Он показывает бровью направление. — Вот же твари, — со злостью сквозь зубы шипит МиниОлег. Его глаза загораются огнём, а стойка напоминает охотничью собаку, почуявшую дичь. — Я здесь уже почти три года, — продолжает рассказывать Джесси, нервно подпрыгивая, — Ещё тут держат заложников за выкуп или тех, кто денег задолжал. Частная тюрьма, короче. — Он замолкает и протягивает руку с цепью. — Сколько здесь охранников, какая планировка здания? — продолжает опрос ОлегИно, не обращая внимания на подношение. Тот сглатывает и лихорадочно вращает глазами. — По-разному. Не знаю точно. Иногда шесть, иногда десять. — Он хватает себя за грязные волосы. — Планировка. Какая планировка. — Он заламывает руки. — Так-так-так. Дальше по коридору направо — там комната надзирателя. Потом лестница на первый этаж. Направо лаба, дальше вроде выход на улицу. — Он зажмуривается, стонет и выкрикивает: — На улицу! Освободите! — Он идёт в сторону Лже-Следователя, пока его не останавливают оковы. — Освободите! — Всё понятно, — спокойно проговаривает ОлегИно, безмятежно глядя в глаза узника. Судя по мимике — не врёт. Встаёт и идёт к выходу. — До свидания. Джесси отступает на два шага назад, поднимает руками звенья, в глазах — немое отчаяние. МиниОлег подбегает к блестящей голове гуманоида и наотмашь бьет ладонью по предполагаемой щеке. — Ты охренел? — орёт он, глядя на возвышающуюся над ним гладкую жуткую башку. Трёт свою собственную лилипутскую скулу и морщится. — Ты куда собрался? ОлегИно останавливается. Ино смотрит на беснующегося гнома и отвечает: — Информация получена. Надо уходить отсюда. Проекция подносит ладони ко лбу и потом резко разводит в стороны, вопросительно глядя на Ино. — Ты же сказал, что освободишь его. Какого хрена? — Я этого не говорил, — холодно отвечает инопланетянин. Гном на секунду задумывается. Что конкретно говорил пришелец? Машет рукой и гневно возражает: — Мы не можем их тут бросить. Может, ты и в отдел звонить не собираешься? — Протокол запрещает нарушать порядки местной цивилизации. Я не должен устраивать революции и бунты рабов. Смирный невольник продолжает умолять взглядом парализованного полицейского. Он не может видеть, как брови гнома удивлённо поднимаются, а нижняя челюсть отвисает. Через секунду немой паузы МиниОлега отпускает. Он то хватаясь за голову, то поднимая руки к потолку, захлёбывается потоком слов: — Да какие порядки? Ты совсем? Это криминал чистой воды. Ты же читал кодекс. Какие бунты? У нас в стране запрещено людей на цепь сажать как собак. Надо вызволить и доложить в отдел! — Освобождение заключенных замедлит нас и введёт дополнительные непредсказуемые переменные. Вызов и работа с полицией отнимет драгоценное время. Неэффективно. — А если я откажусь тебе помогать? Это эффективно будет? А? — МиниОлег с вызовом сверлит взглядом серый глаз пришельца. Ино вздыхает и моргает плёночным веком. — Неэффективно и глупо. Разве ты не заинтересован в спасении планеты? Эта задача в приоритете. МиниОлег насупился. Он смотрит на оборванного Джесси и едко спрашивает: — А где гарантии, что ты хочешь её спасти? Может, ты мне мозги пудришь? Не похоже, чтоб тебя интересовала наша судьба. — Он садится, опускает голову на колени и обхватывает её. — Как тебе доверять? — бубнит он тихо. — Ты же как робот. Тебе вообще на всех нас насрать. Так ведь? — Он поднимает усталые глаза на Ино. Без содействия носителя поиск осложнится и потребует больше времени, чем будет затрачено на спасение жителей этого обезьянника без обезьян. Кроме того, проекция теряет моральные силы. Слишком долго разведчик пользуется его телом. Сознанию носителя тоже нужна подзарядка. — Я не робот. Протокол… — Он видит, как сжимаются кулаки гнома. — Хорошо. Я освобожу пленников. Но после того, как они перестанут быть помехой. Затем вызову полицию, но дожидаться их не буду. Нет времени. Согласны сотрудничать? Лилипут облегчённо улыбается и встаёт. — Да. Хорошо. — Тень проскальзывает на его лице. — Дай слово! — Какое? — Скажи, что клянешься! — Клянусь. — Отлично. — МиниОлег опускается на плече. — Погнали. — Он бросает взгляд на пленника. Тот стоит, боясь шевельнуться, чтобы не спугнуть замершего с пустым взглядом спасителя. Лилипут крикнул бы ему сейчас, что вернётся и всё будет хорошо. Но тот не услышит. Узник медленно опускается на пол и повторяет одну фразу: — Всё это сон. Всё это сон. Гном на плече вздыхает. Он и сам часто так думает.

С грацией толстого кастрированного кота Лже-Сидоров добрался до поста надзирателя — неуклюже, но бесшумно. Он прислушивается — от лестницы на первый этаж доносятся басы ритмичной музыки. Ни звука человеческого присутствия. Медленно высовывает голову в проём и заглядывает — внутри никого. Помещение три на три метра в том же стружечно-бетонном стиле. Левая стена — кухня: стол с электрочайником, микроволновкой и пластиковой бутылкой с водой. На подвесных полках лежат упаковки с рафинадом, чайными пакетиками, печеньем и парой батончиков Сникерс. Правая — пост наблюдения: стол с системным блоком, клавиатурой и затёртой мышкой, на стене висят три монитора с сетками изображений видеонаблюдения. Третью занимает металлический шкаф. Наконец, в центре располагается крутящееся кожаное кресло на колёсиках. Прикрыв дверь, ОлегИно первым делом принимается утолять жажду и голод. Что ни говори, а он старается поддерживать своё временное тело в рабочем состоянии. В меру возможностей, конечно. Арендодатели редко оставляют ему низкие оценки и плохие отзывы. Сейчас организм нуждается в заправке углеводами и жидкостью. Жуя батончик с арахисом, он сканирует мониторы. — Нужна твоя помощь. Проанализируй изображения и дай отчёт по целям, — говорит он МиниОлегу. Тот уже просматривает сетку квадрат за квадратом. — Их не так много — это хорошо. Но двое точно вооружены огнестрелом — это плохо. — Что за огнестрел? — Оружие. Ты же знаешь, что такое оружие? — Гном с сомнением смотрит на попутчика. — Мне знакомо это понятие. Какой принцип действия у этого? — Направляешь на цель, нажимаешь крючок, вылетает пуля. Если попадёт в меня — не прощу. — Он сдвигает брови и скрещивает руки на груди. — Понял. У кого конкретно оружие? — Смотри. Пятая камера в будке у ворот — возле охранника карабин. И по территории мужик с собакой ходит — у него тоже. — Есть. Зафиксировал. А приматы в лаборатории — не охранники? — Какие приматы? — Он вскидывает брови и таращится в монитор. Хмурится. — А. Понял. Двое, что сидят за столом и в карты режутся. Пушек у них не вижу. — Лилипут пожимает плечами. — Остальные, походу, наркоту фасуют и одеты как бомжи. Вероятно, местные рабы. — Но у них оружие может быть спрятано? МиниОлег медленно скребёт подбородок. — В принципе, может. Но, судя по тому, как у них тут всё устроено, они скопировали правила обычной тюрьмы. Вертухаи, которые контактируют с заключёнными, ходят без огнестрельного оружия. Только дубинки. — Полагаюсь на вашу осведомлённость. — Ино кивает. Хорошо, что он выбрал носителем представителя касты надзирателей. Он знает полезную информацию. Вот только жизнь у них полна опасностей — это мешает. — А этот домашний питомец на улице — опасен? — Питомец. — Гном качает головой и улыбается. — Это немецкая овчарка. — Потом он бледнеет и заявляет: — Если она укусит — тоже мало не покажется. Зубы — во! — Он разводит руки, как хвастливый рыбак, показывающий пойманную щуку. ОлегИно со скрежетом распахивает створки металлического шкафа: наручники, коллекция дубинок, упаковка скотча, пластиковые стяжки, капроновые верёвки, одноразовые шприцы и ампулы без надписей — базовый набор похитителя. — Неплохо подготовились, твари, — зло ворчит гном. — Надо им тоже вколоть эту дрянь. Меньше возни будет и поймут на своей шкуре, как это. — Он со злорадной улыбкой косится на Ино. — В ампулах неизвестное вещество. Это может быть яд или лекарство. Риск. — Ну да, — бубнит МиниОлег и вздыхает. — Но что-то можно использовать.

Дальше они разрабатывают план захвата подпольной тюрьмы. Параллельно пришелец просматривает архивные записи с камер за последние пару дней на максимальной скорости и составляет шаблоны перемещений охранников. Все предложения гнома, которые заканчиваются разбитыми головами и поломанными конечностями бандитов, Ино отметает — протокол против. Варианты, где надо бегать, прыгать, кататься по полу или драться кулаками — не нравятся проекции. После пятого ёперного театра они наконец находят компромисс. Из комнаты надзирателя ОлегИно берёт стяжки, веревку, скотч, дубинку, пластиковую бутылку и полиэтиленовый синий пакет для мусора. Возвращается в туалет и наливает в бутылку немного хлорного отбеливателя и чистящего средства на основе аммиака. Плотно закрывает её крышкой. Забирает из тумбочки полный рулон туалетной бумаги. Проходит обратно по подвальному коридору к лестнице на первый этаж. Музыка всё так же качает басами. Крадётся по лестнице, прижимаясь плечом к стене. Гном может рассмотреть каждый изъян монолита. Прислушивается. Интерьер первого этажа мало отличается от цокольного. Та же серость и рябая обшивка потолка панелями из прессованной стружки. Мигает лампа холодного дневного света. Справа обшитая железным листом дверь в лабораторию — это оттуда слышна музыка. Бодрые танцевальные ритмы, видимо, должны стимулировать труд рабов. Прямо — выход во двор. Охранник с собакой должен быть сейчас с другой стороны здания, а бандит в сторожке у ворот смотрит не в окно, а футбол по телевизору. Но даже если и глянет в эту сторону, у входа стоит массивный внедорожник и перекрывает обзор. Маршрут вычислен до сантиметра, его не должны заметить. Однако увесистую дубинку держит наготове. На случай, если вдруг кто-то выйдет из лабы. Выверенный удар в правильную точку челюсти отправит в нокаут даже Валуева. Во дворе ветер играет украденными у деревьев листьями. Петляя и перебегая между припаркованными машинами, кустами сирени и грузовым контейнером, ОлегИно просачивается к сторожке у откатных ворот. Приседает у стенки возле приточной вентиляции. Вжимает в трубу цилиндр серой туалетной бумаги, сужая отверстие. Затем подносит пластиковую бутылку, вспухшую от давления газа. Диверсант делает глубокий вдох и задерживает дыхание, быстро отвинчивает крышку, и газ с негромким шипением вырывается наружу. Тут же вставляет ёмкость в дырку в бумажном переходнике и плотно прижимает, сдавливая пластиковые бока. Немного газа остается снаружи — аватар отворачивается в сторону, но гном уже трёт глаза. — Твою ж… Какая ядрёная хрень. — Он сгибается, упершись руками в колени. — Он там не окочурится? — Нет. Я рассчитал концентрацию. ОлегИно застывает в позе спринтера на старте, придерживая одной рукой тару. Еле слышен голос комментатора футбольного матча, ругающего судью. Через пару секунд из сторожки доносится хриплый кашель, мат и грохот. Лже-Сидоров откидывает бутылку и рулон подальше в сторону и перемещается к выходу. Прислоняется спиной к стенке возле выхода. Сжимает дубинку. Дверь распахивается. Из проёма выскакивает мужчина с зажмуренными слезящимися глазами. Он хаотично машет руками, хватает ртом воздух, как рыба, и хрипит. Удар дубинки в основание челюсти. Охранник со стоном валится на бок. ОлегИно обматывает скотчем рот и глаза противника. Стягивает пластиковыми стяжками ноги. Заводит его руки за спину и тоже затягивает. — Плотнее, чтоб не выскользнул, — советует с плеча лилипут. — Пережимать нельзя. Может быть отёк и необратимые повреждения конечностей. Так достаточно. ОлегИно набирает полную грудь чистого осеннего воздуха. Бросает взгляд в будку. Натягивает на голову ярко-синий пакет и плотно завязывает на шее. Заходит в газовую камеру. — Ёперный театр, — успевает выкрикнуть МиниОлег, закрывая лицо ладонями. Внутри пришелец в теле Олега ориентируется по плану помещения с камеры, зафиксированному в памяти. В комнате едва могут поместиться пара человек. На боку лежит стул, накрытый пледом. У стены продавленный диван. В одном углу потрескивает буржуйка. К другому прислонился карабин “Сайга”. Под большим окном на табуретке стоит кинескопный телевизор, показывающий приматов, бегающих за шариком. У входа висит небольшой ярко-красный огнетушитель. Он берёт плед и вращает им, как пропеллером, выгоняя воздух на улицу. Через десять секунд воздух сносно пригоден к дыханию без обильных слёз и кашля. Срывает самодельный скафандр и выходит. Хватает охранника за меховой шиворот дубленки и тащит внутрь. Хорошо, что этот абориген не такой крупный. Столько физических нагрузок Сидоров последний раз выполнял, когда переезжал в новую квартиру. Но это было лет двадцать назад. И хотя тогда он был моложе, мышцы ныли целую неделю. Как только ноги бандита пересекают порог, ОлегИно едва успевает захлопнуть дверь сторожки, как из-за угла здания появляется охранник с собакой. Аватар плотно натягивает тёплую трофейную кепку сторожа и накидывает на плечи плед. Ставит стул на ножки и садится перед телевизором. Проекция тянет свои виртуальные ладони к буржуйке. А его настоящие руки готовят аркан, сплетённый из верёвки, и раскладывают стяжки в кармане. — Собака нас может учуять, — нервно бубнит гном и жмурится от рези в глазах. Он вряд ли смог бы так спокойно сидеть, дожидаясь вооружённого бандита с волкодавом. Даже хорошо, что именно пришелец сейчас командует его телом. — Едкий запах газа должен нивелировать эту способность. — Слеза медленно стекает по щеке Лже-Сидорова. — Да. Запах жуткий даже для человека, — соглашается лилипут и разжимает кулаки. Однако ещё одна тревожная догадка посещает его, и он спрашивает: — А запах этой химозы её не возбудит? — Должна быть привычной. Здесь химлаборатория, — логично рассуждает Ино поглядывая на суетящегося на плече МиниОлега. Для следователя он слишком невнимателен. Правда, эти аборигены чересчур зациклены на себе и мало что замечают вокруг. Лучше бы он тренировался в навыке слежки, как это делает хозяин сторожки. — Ты тоже должен развивать внимательность на тренажере. — Ино указывает на телевизор. Гном поднимает брови и пялится на экран. Потом фыркает и отвечает: — Это футбол по телеку показывают. Тренажёр, ёперный театр. — Он улыбается. Интересно, пришелец действительно не понимает или пытается шуткой успокоить его? МиниОлег с любопытством взирает на сине-зелёную морду. По каменной харе инопланетянина этого понять невозможно. Охранник с псом приближается к будке по протоптанному маршруту. Собака дёргает мордой и чихает. Снова чихает и фыркает, пытаясь избавиться от жуткой вони. — Опять эти химики какую-то заразу разлили, — сокрушается бандит сиплым голосом. Пес останавливается, смотрит на сторожку и рычит. Чихает и щурится влажными глазами. — Учуял. Твою ж, — шепчет МиниОлег, будто пёс может его услышать. — Бери карабин. Капец нам. Караульный тянет собаку за поводок. Поворачивает голову к окну сторожки и машет приветствие. ОлегИно отвечает ровно тем жестом, что видел на записях на посту наблюдения. Только ниже опускает лицо, скрывая его длинным козырьком кепки. Охранник поворачивается спиной. Поправляет лямку карабина и продолжает свой обход. Натягивает поводок и тащит за собой периодически чихающую овчарку. Щепка в печке громко щёлкает — гном вздрагивает. ОлегИно встаёт. Мягко переступает через стянутые на полу ноги к выходу из будки. Открывает дверь, надавливая сверху рукой для контроля плавности. Выходит, с арканом в руках. Одним движением набрасывает на бандоса, который успел отойти на пять метров. Дёргает. Петля затягивается на животе и руках вертухая. Следующими движениями набрасывает веревку на стоящего столбом охранника. Обматывает его как заправский моряк тумбу на пирсе при швартовке. — Васька, ты сдурел? — кричит удивлённо уголовник, разворачиваясь. Кобель соображает быстрее, что это не Васька и с рыком бросается на Лже-Сидорова. Сильно дёргает поводок и валит хозяина на землю. Бандит разжимает ладонь. Почуяв свободу, животное в два прыжка добирается до ожидающего ОлегИно. Почти у самой руки он стягивает пасть приготовленной стяжкой. Пёс скользит влажным носом о бедро аватара и неуклюже боком приземляется на землю после неожиданного толчка. А тот уже ловко хватает его лапы и вяжет скотчем, как ковбой на родео. Гном открывает глаза — он цел. Шумно выдыхает. — Ах ты сука, — кричит лежащий на земле бандит, увидев такое шоу. Пока он неуклюже пытается подняться на ноги в его челюсть врезается металлический успокоитель. Он оседает как воздушный танцор без электричества. Собака скулит упакованная клейкой лентой как доставка с маркетплейса, а ОлегИно уже занимается оснасткой связанного. Он вытаскивает из его кармана нож. Срезает лямки “Сайги” и вытаскивает её, чуть ослабляя верёвки. Отбрасывает оружие в густые кусты у забора. Стягивает конечности поверженного врага. Обматывает скотчем рот и глаза, оставляя свободным только нос. Готов к доставке. Кантует его под внедорожник, стоящий рядом. Дёргающуюся псину бросает на плечо прямо на проекцию и несёт в сторожку, придерживая за лапы. — Я думал, она меня укусит, — нервно выдавливает гном, который только что был внутри собаки. Он уже не удивляется тому, что предметы проходят сквозь него. Осекшись, добавляет: — Нас. — Это животное недостаточно быстрое, — отвечает Ино. — Остались ещё двое в лаборатории. Пристроив связанную овчарку возле печки, ОлегИно открывает дверь сторожки, чтобы идти на выполнение последнего пункта идеального плана — в лабораторию. Перед входом стоит один из двух оставшихся охранников, который обязан быть в лабе. Однако по какой-то причине тот решил разрушить план Ино и теперь находится здесь. Дубинка зажата под мышкой аватара, а в руках — скотч и стяжки. Бандит шарит глазами по лицу незнакомца. В его пальцах зажата свежая сигарета. Пуховик застёгнут на одну пуговицу и на груди поблескивает золотая цепочка. Взгляд падает на стянутые пластиком ноги в глубине будки. ОлегИно распихивает скотч и стяжки по карманам. Нежданный гость стремительно разворачивается, роняя сигарету, и бросается наутёк. — Твою-ж… — успевает вырваться у МиниОлега, который опешил не меньше охранника. ОлегИно сдёргивает с держателя огнетушитель. Корпус хорошо ложится в руку, у него понятная аэродинамика и подходящий вес. Лже-Сидоров выскакивает из проёма и пытается разогнать уставшее тело, одновременно замахиваясь, как копьеметатель на Олимпиаде. Гном на плече морщится, хватается за бедро и приседает. А бандит несётся к входу в здание. Жёлтые листья кружатся вихрем в турбулентном потоке за его спиной. ОлегИно точно рассчитал точку встречи колена охранника и огнетушителя. Метает снаряд. Красная комета, вращаясь, летит к цели. Но на крыльце испуганная мишень задевает ногой ступеньку и спотыкается. Болванка пролетает у самого бандитского носа и врезается в дверной косяк. Падает на бетонный пол. От удара срывает клапан. Порошковая струя с шипением окатывает лицо охранника и поднимает вокруг белую пургу. Аватар трусцой спешит к врагу. Гном на плече восхищается: — Ловко ты это придумал. — Я хотел сбить его с ног этим предметом. Этот порошок не ядовит? — Нет, — разочарованно отзывается МиниОлег. Белый, как снеговик, вертухай отплевывается и протирает глаза. Пытается встать — ноги разъезжаются на скользком от порошка покрытии. Плюхается на бок. Снова приподнимается, словно на катке. Хватается за дверную ручку. ОлегИно уже рядом, в одной руке приготовлена дубинка, другая тянется, чтобы остановить беглеца. Однако тот успевает приоткрыть дверь и протискивается внутрь. В коридоре привычно звучит танцевальная музыка из лаборатории. Лже-Сидоров хватает уголовника за рукав пуховика. Но устоять на месте не может — пол и обувь стали слишком скользкими. Он едет стоя, держась за одежду, как лыжник за собачьей упряжкой. Бандит пыхтит и резво перебирает ногами, пытаясь добраться до входа в лабораторию. Он уже близко. — Держи эту сволочь, — дрожа от возбуждения, кричит МиниОлег. Бандит расстегивает пуговицу. Делает движение плечом — куртка слетает с него. ОлегИно не успевает перенести центр тяжести и оседает назад, потеряв равновесие. А враг с визгом шин по асфальту по инерции пролетает мимо дверей. Растягивается, вытирая лицом пол. Лже-Сидоров поднимается. Часто дыша, идёт к распростёртой добыче, перекрывая спасительный вход. Крепко сжимает металлическую дубинку. Движения размерены и выверены. На лице безмятежное спокойствие. Глаза вертухая, подведённые белым макияжем, округляются. Он вскакивает. Испуганно озирается и бежит по лестнице в подвал. Пришелец в теле Сидорова медленно идёт за ним, на ходу обыскивая отобранную одежду. — Давай передохнём. — Гном склоняется, упёршись рукой в подбородок Ино. — Я сейчас сдохну. — Он шумно дышит. — Ему там некуда деться. Мы же всё закрыли. — Я знаю, что организм на пределе. Стараюсь экономить силы. — Аватар вытаскивает из трофейной куртки смартфон в чехле с рисунком черепа — кладёт в свой карман. Дальнейший обыск даёт пару тысячных купюр и плитку Бабаевского чёрного девяностопроцентного шоколада. Отбрасывает пуховик в сторону. С хрустом разворачивает фольгу шоколадки. — А если у него есть свой комплект ключей? Нельзя останавливаться. — Он откусывает большой кусок и интенсивно жуёт. А МиниОлег стонет и ложится. В коридоре подвала никого нет. Изредка доносятся глухие звуки ударов в железное полотно из его бывшей камеры. — В туалете спрятался. Понимает, где его место, урод, — едко замечает гном, приподнимаясь. ОлегИно неторопливо идёт вдоль дверей в казематы. Палица готова к схватке. — Деваться ему некуда. Может быть, он сдастся? — спрашивает Ино. Не успел гном обдумать эту мысль, как ОлегИно кричит: — Вы в тупике! Сдавайтесь. Я следователь Сидоров. Работает полиция! Запертые бандиты возбуждённо голосят: — Колян! Не бойся его. Он тут один. Гаси его! Дверь туалета со скрипом распахивается. Выходит Колян наперевес с деревянной шваброй. Кончик направлен в сторону Лже-Следователя. Копьеносцу на вид лет двадцать пять, но порошковая седина делает его старше. Аватар Сидорова останавливается. Враг обзавелся древковым оружием — надо оценить диспозицию. — Твою ж, — пробормотала проекция. — Ты справишься? — Шансы высокие, — спокойно отвечает Ино. ОлегИно чуть приседает, широко расставив ноги и принимая стойку самурая. Вместо катаны в правой руке — металлическая дубинка. А в левой — шоколадка, от которой он откусывает очередной кусок, не спуская глаз со швабры. Колян медленно приближается к неподвижно стоящему Лже-Сидорову, который старательно прожёвывает пищу и внимательно следит за противником. Приблизившись на длину древка, бандит делает проверочный выпад. Конец швабры не доходит пару сантиметров до шеи ОлегИно, поэтому он никак не реагирует. Коля повторяет выпады, не решаясь сблизиться с врагом. Однако у того шевелятся лишь челюсти, пережёвывающие быстрые углеводы. Даже узники в камере затихли. Слышно лишь прерывистое дыхание и шелест упаковочной фольги. — Ты псих? — кричит Николай. Аватар проглатывает последнюю порцию шоколада и бесцветным тоном отвечает: — Я следователь Сидоров. Охранник с воем делает глубокий выпад. Лже-Сидоров чуть наклоняет голову. Кончик швабры проходит левее уха над плечом сквозь МиниОлега. Дубинка аватара со свистом несётся к пальцам врага. Другой рукой он хватается за швабру. Но скорости не хватает, и металл лишь царапает костяшки Коляна. Тот дёргает швабру обратно. ОлегИно отпускает её, чтобы не потерять равновесие. Николай отпрыгивает назад шипя от боли и потряхивая ладонью. Лже-Следователь медленно движется навстречу. Лицо уголовника искажается гримасой ярости. Он заносит швабру над собой. Прыгает вперёд с воем берсерка, обрушивая древко на соперника. Аватар, вместо ещё одного шага, отклоняет корпус назад. Ударом металлического успокоителя ускоряет несущееся вниз оружие. Оно с треском ударяет кончиком о бетонный пол. Отдача бьёт по кистям Коляна. ОлегИно тут же наступает на острие швабры. Пока противник поднимает брови, второй ногой с силой бьёт каблуком в середину древка и оно с хрустом ломается. Следующим движением дубинки точно попадает по пальцам и выбивает один из них из сустава. Николай зажмуривается и опять отскакивает назад. С болью таращится на повреждённую кисть и метает обломок в ОлегИно. Палица легко отклоняет снаряд в стену. С глухим стуком остатки грозного оружия охранника отскакивают от бетона. — А-а-а-а! — стонет Коля. — Ты кто, твою мать? Ты кто такой? Из-за дверей камеры слышатся возбуждённые крики: — Колян! Не дрейфь! Ты в норме? — Да это терминатор какой-то, — чуть не плача скулит их подельник. — Я Сидоров, — монотонно напоминает ОлегИно. — Советую сдаться. Бандит пятится в санузел, озираясь в поисках подходящего оружия. Одну руку он прижимает к груди, а другой хватает всё, что попадается и швыряет в приближающегося врага. Едва заметными движениями дубинка отбивает в стороны бутылки с хлоркой, чистящими средствами, упаковки хозяйственного мыла и ёршик. Аватар ловит только один рулон туалетной бумаги. Вытирает им вспотевшее лицо и откидывает в сторону. Охранник паникует, глаза выпучиваются от ужаса. Он упирается спиной в стену и падает на колени. Протягивает сложенные трясущиеся руки и кричит: — Сдаюсь! Хватит! Не бей! ОлегИно кивает. — Правильное решение. Засовывает дубинку за пояс. Достаёт из кармана стяжки. Подходит, чтобы затянуть их на запястьях поверженного врага. — Погоди, — выкрикивает с плеча МиниОлег. Но поздно. Охранник резко выпрямляется. Расстояние слишком короткое и аватар не успевает уклониться. Лишь собирает мышцы живота, чтобы компенсировать энергию толчка. Согнувшись, приваливается к стене, а охранник рвёт когти в образовавшуюся прореху в коридор. Лже-Сидоров хватает с пола кусок мыла и как в кёрлинге запускает по полу. У поворота брусок догоняет пятку Коляна. Он поскальзывается на нём и летит головой в стену, осыпая штукатурку. Затихает. — Коля! Коля! Ты как там? — кричат из камеры. Аватар трусцой направляется к лежащему лицом вниз у стены, стонущему Николаю. Подойдя, он за плечо переворачивает его, открывая точку для выключения. Противник мелко моргает затуманенными глазами. ОлегИно наклоняется и заносит успокоитель для финального удара. Неожиданно сводит правую ногу — она подкашивается. МиниОлег на плече с писком хватается за колено. Удар дубинки приходится в бетон. Коля очухивается и отталкивает Лже-Олега, который отскакивает на одной ноге, пытаясь удержать равновесие и вывести из спазма мышцы, оттягивая носок. Враг поднимается и бежит вверх по лестнице. Сначала медленно и покачиваясь, но потом всё быстрее. ОлегИно стартует за ним, но хромает. Скачет по ступенькам, опираясь рукой о шершавую стену. Почти поднявшись, он видит, как бандит открывает лабораторию и кричит: — Шухер! Менты! — И скрывается в проёме. Створка глухо прикладывается о косяк под силой доводчика. Лже-Сидоров шаркает до двери и прижимается возле выхода спиной к стене. Прерывисто дышит. — Ёперный театр, — с горечью произносит МиниОлег, хватаясь за голову. — Шансы на успех в лаборатории против двух охранников ниже пятидесяти процентов, — даёт отчет Ино в своей сухой статистической манере и медленно вытирает рукавом пот, заливающий глаза. — Ну придумай что-нибудь, ты же пришелец-терминатор. — Гном умоляюще смотрит на инопланетную голову, а сам обессиленно лежит на плече. — Организм на пределе. Одна конечность опухла от вывиха, другая плохо функционирует из-за мышечного спазма. Ты должен понять, что разумнее покинуть это место и потом сообщить о нём твоим коллегам. — Но когда мы сообщим? Телефона нет. Этот заблокирован паролем. И пока они приедут, тут уже никого не будет. — Лилипут трёт лоб ладонью и хмурится. — Эх. — Его лицо проясняется. — Можно карабин взять в кустах! Под стволом они лягут. — Я не умею пользоваться этим механизмом. Чтобы разобраться — уйдёт время. Кроме того, если они окажут сопротивление, я не смогу его использовать — протокол запрещает. — Но что быстро можно сделать? Пока мы тут стоим, они, наверное, уже подмогу вызывают. Давай хоть в подвале людей освободим. — Подмогу? Больше охранников? Надо срочно уходить. — Он идёт, прихрамывая, к выходу, сжимая дубинку и косясь на двери. Вдруг она приоткрывается и из щели показывается седая голова. ОлегИно вскидывает металлический усмиритель, но не бьет эту башку промеж глаз. — Мочи его, — кричит гном. — Что с тобой? Седой видит застывшего Лже-Сидорова и осторожно спрашивает: — Полиция? — Следователь Сидоров, — тут же отвечает Лже-Следователь. — Извините, документы потерялись. Незнакомец улыбается и машет ему рукой, приглашая войти. МиниОлег замер с удивлением на лице.

В лаборатории играет бодрая ритмичная музыка, под которую невольники бодро и ритмично избивают своих надзирателей. Охранника душит цепью худой и длинный мужик, пока другой раб, радостно хихикая, держит его ноги. Коляна окружили, как сумку на дискотеке, и пинают ногами в яростном танце. Не хватает только стробоскопа. С ним даже такой обшарпанный и мрачный танцпол станет гламурным. Все увлечены делом и не замечают ОлегИно. Лилипут смотрит с плеча на эту пляску, открыв рот. Лже-Сидоров проходит мимо металлических столов, заставленных весами, мерными стаканами и пакетами с порошком к музыкальному центру. Щёлкает выключателем. Остаются только хрипы, вздохи и звуки ударов под звон цепей. — Стоять! Я следователь Сидоров! Работает полиция! — громко проговаривает аватар. Все останавливаются, кроме одного, видимо, глухого или непослушного. ОлегИно подходит и кладёт руку на плечо — тот испуганно приседает. — Я сказал, стоять! Полиция. Все замирают, обратив взоры на Лже-Сидорова. — Прекратить самосуд. Уголовный кодекс запрещает. Что тут произошло? — Он показывает пальцем на седого. — Как твоё имя? Рассказывай! Седовласый мужичок в кандалах пожимает виновато плечами. — Иван. — Он оглядывает остальных заключенных. — А чего рассказывать. Всё как-то быстро случилось. Этот забежал, — он кивает на лежащего на полу и шумно дышащего Николая. — Закричал про ментов. Потом этому, — он кивает на прислонившегося к тумбочке охранника, который мелко трясется и моргает покрасневшими глазами, держась за шею. — Сказал, чтобы вызывал братву. Ну тут мы и кинулись на них. — Он снова пожимает плечами. — Накипело. — Понятно, — констатирует ОлегИно, кивает и добавляет: — Гражданское задержание. Молодцы. Рабы довольно улыбаются, поглядывая друг на друга, и одобрительно позванивая. — А остальные братки где? — робко интересуется Ваня. — Я их нейтрализовал. Вы свободны. — Ино смотрит на счастливого гнома. Его моральный дух восстановлен. Он выдает Ивану скотч и стяжки, чтобы вязать надзирателей и ключи, чтобы отстегнуть цепи. Подходит к сжавшемуся на полу Николаю. — Мне нужен пароль от твоего телефона. — Тот отрицательно мотает головой. Золотая цепочка уже куда-то пропала. — Не так надо с ним базарить. — У МиниОлега включается профессиональный интерес. Он кратко инструктирует пришельца, как работать с криминальным элементом. ОлегИно распоряжается, чтобы рабы вынесли второго охранника. После чего, опираясь рукой о край стола, приседает рядом с помятым Колей. Его лицо в кровоподтёках, глаз начинает заплывать, но второй горит яростью. Лже-Следователь тихо произносит: — Мне нужен пароль. Если не скажешь, я разрешу освобождённым выбить его из тебя. Охранника пробивает дрожь, лицо искажает гримаса отчаяния, и он диктует: — Три, пять, семь, три. — Он выдыхает и выдавливает: — Чтоб ты сдох, мусор. ОлегИно уже разблокировал телефон и набирает номер Светланы. — Сидоров, — объясняет он забывчивому надзирателю.

Аватар выходит на крыльцо подпольной тюрьмы и, по совместительству, нарколаборатории. Осенний ветер обдувает припухшую левую кисть и побитые костяшки правой, и заодно тянет с севера тяжёлые тучи. После разблокирования средства связи Лже-Сидоров первым делом позвонил Светлане. Извинился, что не купил масло, узнал, что он не только примат, но и рогатое парнокопытное. Когда он ответил, что межвидовое скрещивание маловероятно, и значит, вся семья Сидоровых тоже парнокопытные — возникла долгожданная пауза, где он смог объяснить, почему его не было дома. Вызов на службу, строгий Гуров, секретная операция — всё как научил носитель. Гном, кстати, согласился с женой насчёт ОлегИно. Следующим был доклад Сергею Гурову. Когда МиниОлег начал пересказ своих похождений, то в этот раз узнал, что начальник считает его растением. Гном заранее его предупредил, чтобы не спорил ни при каких обстоятельствах. Поэтому ОлегИно промолчал и не стал обучать глупого аборигена. Вместо этого он включил видеозвонок и сделал несколько селфи на фоне грязных, но улыбчивых узников, связанных охранников и мешков с наркотиками. Возникло ощущение, что связь зависла. Но нет. Завис только Гуров. В удобную паузу Лже-Следователь закончил доклад и скинул координаты. После сеансов связи проходила церемония освобождения заключенных в подвале. Рабы не стеснялись в эмоциях. Джесси только после третьего щипка поверил, что это не сон. Лилипут на плече старательно делал вид, что в глаз попала пылинка. Глупец так и не запомнил, что он виртуален. Теперь можно наконец вернуться к действительно серьёзному и важному делу — найти корабль. Ну и заодно спасти всех аборигенов — даже тех, что не уважают уголовный кодекс. Переключатель в сторожке запускает откатные ворота — открывается поле и проселочная дорога. — Придется тебе научиться управлять автомобилем, — с напряжением в голосе произносит МиниОлег. Ключи от шкоды ОлегИно нашёл при обыске одного из вертухаев. — Жми на кнопочку, где нарисован открытый замок.

Лже-Сидоров сидит за рулём белой Октавии 2014 года, сканируя взглядом приборную панель. Стрелочки, шкалы, числа и кнопочки — интерфейс слаборазвитой цивилизации. Примитивное транспортное средство не имеет даже простейшего автопилота. Он видел, как таксист управлял подобным механизмом, но некоторые аспекты неизвестны. Например, как включить этот агрегат. Он аккуратно, чтобы не травмировать потрепанные конечности, отбивает ладонями ритм песни группы Queen по рулевому колесу. Не помогает. МиниОлег удивленно смотрит на странное поведение пришельца. — Ты мотив выстукиваешь? От радости? — Нет. Тут есть голосовая активация? Гном ухмыляется, но улыбку тут же сменяет гримаса — челюсть ещё отзывается болью. — Сейчас научу, дурень. Он объясняет, куда вставлять ключ, за что отвечает каждая педаль и как включать зажигание. Оказалось, Ино усвоил на примере водилы такси кое-какую полезную информацию. Например, как крутить руль, переключать передачи и пользоваться поворотниками. Хорошо, что они тогда вызвали такси, а не поехали на автобусе. Хотя у него была такая мысль. Деньги тратить не хотелось. — Запомнил? — с кривой улыбкой спрашивает лилипут у ученика. Тот кивает. — Трогай. — Что? МиниОлег закрывает глаза и трелью выпускает воздух сквозь сжатые губы. — Выжимай сцепление и проворачивай ключ зажигания. Как учил. — Лилипут упирается руками, подготавливаясь к рывкам автомобиля. Двигатель запускается с мягким урчанием. Как ни странно, машина плавно выезжает за ворота на дорогу. Гном удивленно поднимает брови и озирается. А он оказывается хороший учитель. — Ёперный театр. Никогда раньше не приходилось быть инструктором по вождению. — Он мотает головой. — Тем более у инопланетян. Каждое нажатие на педаль и поворот рулевого колеса отражается на лице МиниОлега. Он то сжимает зубы, то закрывает глаза, то надувает щёки сдерживая стон. — Ты полегче, полегче. Не гони. Меня уже загнал как скаковую лошадь, ещё и машину угробишь. — У нас критическая нехватка времени. — Да знаю. Но я не железный. — Он умоляюще смотрит затуманенным взором в холодный серый глаз пришельца. — Сейчас бы выпить. — Он тягостно вздыхает. — Но за рулём нельзя. — Гладит опухшую кисть. — Болит всё сильнее. — Уровень адреналина падает. Чувство боли обостряется. Машина подскакивает на кочке. Гнома будто бьёт током, и он кричит: — Да чтоб тебя! Тише! — Он едва сдерживает стон. — Давай хоть в аптеку заедем. Сил нет терпеть. — Зачем нам аптека? — Обезбол купить. — Хорошо, — соглашается Ино. Организм держится только благодаря его контролю. — Погоди, а как ты по городу поедешь? Ты ж правил не знаешь. — Он со страхом смотрит на спидометр. Ино гонит по просёлочной дороге как раллийный гонщик. Стрелка спидометра дрожит у отметки “100”. Если бы не частые повороты и плохое сцепление с грунтовкой — было бы больше. — Это неписаные правила?

Через минуту гному становится ещё страшнее. Инопланетянин одновременно ведёт машину, летящую от колдобины к выбоине, и читает ПДД со смартфона, который он закрепил в держателе на панели. — Смотри! — пищит лилипут, когда машина кренится на повороте и обдаёт грязью невезучего путника с ведром. Тот от страха заваливается в канаву. Кабачки рассыпаются по обочине. МиниОлег с жалостью смотрит назад на торчащие вверх ноги огородника. — Ты вообще понимаешь куда едешь? Ты ж не знаешь дороги. — Знаю, — спокойно отвечает пришелец, листая тестовые задания на экране телефона. Аборигенам этой планеты приходится проверять, запомнили ли они прочитанное. Как они вообще могут доверять друг другу, если всё забывают? — У тебя GPS что ли? — Я запомнил маршрут, по которому нас везли. Гном морщит лоб, вспоминая вчерашний вечер. — Так мы же в отключке были. — Я не был. Это тело стало неуправляемым. Но я вычислил дорогу по инерции внутренних жидкостей. — Уриногироскоп, — задумчиво проговаривает МиниОлег, подняв бровь пальцем. — Удобнее по эндолимфе внутреннего уха. Но так тоже можно. МиниОлег несколько раз пытается устроиться поудобнее и отдохнуть, но подвеска в Октавии недостаточно мягкая для езды по стиральной доске. Он замечает, что ОлегИно перестал листать правила. — Изучил ПДД? — Да. — И чего гонишь? Пропустил раздел об ограничениях скорости? — Я также прочитал о наказании за их нарушение. Можно пренебречь. Скорость важнее. — Ты и по городу собираешься нестись сто км в час или больше? Ты в своём уме? — Я в твоём мозге. — Ино моргает своими пленочными веками. — В городе это будет слишком рискованно из-за других участников движения. Лилипут вытирает несуществующий пот со своего виртуального лба. — Это радует. Как говорится, тише едешь, дальше будешь. — Нелогично, — отзывается Ино. Чем только не оправдывают приматы свою медлительность. Гном в ответ отмахивается. Ему явно не хочется вступать в дискуссию со сверхразумом у которого всегда дважды два четыре. Очередной поворот машина проходит с заносом. Колесо обстреливает камнями кусты. Вороны возмущаются с деревьев громким карканьем.

Город подмигивает светофорами, завлекая в свои дорожные сети. Здешние водители не знают, что такое личное пространство и бесцеремонно жмутся друг к другу. ОлегИно сбавляет скорость — авария замедлит движение к цели. Кроме того, протокол против травм аборигенов, какими бы хаотичными и заторможенными они ни были. МиниОлега мутит от волнообразных ускорений и торможений. Пришелец совершенно не беспокоится о плавности и износе двигателя. Его приоритет — всегда двигаться с максимально возможной скоростью. Хорошо, что это не автомобиль Сидорова. Он бы не выдержал такого насилия над ласточкой. Вжимая педаль тормоза в пол, Лже-Сидоров паркуется на ближайшее свободное место у аптеки. У неё свой собственный светофор в виде крестика. — Ты знак видел? — Конечно, это совершенно риторический вопрос. — Зачем на место для инвалидов стал? — А ты разве не инвалид? МиниОлег набирает воздуха в лёгкие для яростно отповеди, но бессильно выдыхает. Пора привыкнуть, что этот болван просто неспособен на сарказм и насмешку. Он бормочет: — Нет. — Рядом отсутствуют подходящие места для остановки. Придется нарушить. ОлегИно выходит из шкоды. Лилипут смотрит на отражение в витрине и задумчиво бормочет: — Видок у меня конечно… Как у бомжа. Ёперный театр. — Он качает головой. — Веди себя там прилично.

Колокольчик на двери аптеки приветствует Лже-Сидорова. Витрины, забитые коробочками, освещены ярким белым светом. Играет раздражающе весёлая музыка, утвержденная отделом маркетологов. На экране монитора у кассы крутится реклама, предлагающая купить самое эффективное средство от простуды. Ино сразу узнал сахар, упакованный в таблетки из квартиры бдительной старушки. ОлегИно выглядит инородно в этом царстве порядка и чистоты. И не потому, что он пришелец. Его лицо оттеняют синяки, волосы присохли спутанными патлами, кисть опухла, куртка и штаны в грязных пятнах. Такой индивид не приходит за лекарством в аптеку, для этого существуют алкомаркеты. Фармацевт — стройная женщина пятидесяти лет занята упаковкой коробочек в пакет покупательнице и не замечает пришельца. Возле кассы также стоит белокурая девочка лет шести. Она с любопытством рассматривает жуткого дядю широко открытыми голубыми глазами. Морщится и зажимает нос пальцами как прищепкой. — Мам, почему дядя так плохо пахнет? — спрашивает она и дёргает клиентку за рукав. Аптекарь и родительница поворачивают головы в сторону вони и замирают. МиниОлег на плече закрывает глаза ладонью и шипит: — Умоляю, только не говори, что ты следователь Сидоров. — Извините, — проговаривает сквозь зубы ОлегИно. И пытаясь разрядить обстановку, криво улыбается. Мама девочки хватает пакет с покупками и тянет дочку к выходу. У дверей она резко оборачивается, метнув презрительный взгляд. Произносит: — Фу. — И выходит. Аптекарша выжидательно хмурится. — Я больной, — привычно оправдывается ОлегИно за проблемы, которые он создаёт коллегам и случайным людям. — Вижу, — холодно бросает фармацевт с бейджиком “Клавдия”. Сверлит взглядом физиономию незнакомца. Он не выглядит пьяным, глаза ясные. Может в аварию попал? — Что надо? — спрашивает, смягчившись. — Обезболивающие таблетки и мазь. Действующее вещество не менее пяти процентов. Сок, — он тычет пальцем с разбитой костяшкой в маленький пакетик с мордочкой улыбчивого медвежонка. — Детский сок? — подняв бровь, уточняет Клавдия. — Нельзя? Она хмыкает и пожимает плечами. — Можно. Это всё? — Что-то поесть. Углеводы. — Тут не булочная, — саркастично отвечает аптекарь. МиниОлег чуть приподнимается и предлагает Ино: — Гематоген возьми. Крутая вещь. — Мечтательно вздыхает и добавляет: — Любил его в детстве. — Снова падает навзничь и прикрывает глаза. — Ещё гематоген, — говорит ОлегИно. Клава разворачивается и собирает заказ в пакет с надписью: “Купи здоровье”. — Тысяча триста десять рублей. — Она, прищурясь оценивает взглядом клиента. На рекламном мониторе началась реклама корвалола форте плюс экстра. Лже-Сидоров достаёт смартфон для оплаты. Череп на чехле дополняет образ. Подносит к терминалу — не работает. Фармацевт складывает руки на груди и сдвигает брови. — Почему не работает оплата? — обращается Ино к страдающему гному. Тот разлепляет глаза и трёт уши, пытаясь вернуться в реальность. Бросает взгляд на смартфон в своей бывшей руке. На лице появляется паника. — Ёперный театр. Телефон-то чужой. — И как оплатить с чужого? — Походу никак. Деньги нужны. Твою ж. — Он начинает стонать, но резко прекращает. — В кармане. Трофейные! Этими бумажками тоже можно. ОлегИно кивает и лезет в карман. Клавдия, следившая за замершим с пустым взглядом покупателем, понемногу тянется к тревожной кнопке. Солевой, что ли? Она почти нажимает её, когда Лже-Сидоров протягивает ей смятые купюры. — Вот. Клава с облегчением берёт деньги. С них сыпется белый порошок. Стряхивает. Деньги есть деньги.

Вернувшись в машину, аватар натирает больные участки мазью. Для полного охвата надо раздеться догола, но гном запретил. — Фух. Пронесло, — с облегчением говорит МиниОлег. — Выдавливай больше. Не жалей. — Нет смысла. Не успеет впитаться. — Ладно. Глотай таблетки, доктор Где. — Гном ухмыляется. Он явно повеселел. Препараты начинают лечить одним своим видом. Может быть, и от таблеток с сахаром есть польза? После процедур Лже-Сидоров снова выезжает на курс к зоне высадки корабля, закусывая гематогеном. Отъезжая от аптеки, он вжимает газ в пол и подрезает чёрный Мерседес. Мерин злобно сигналит, но Октавия уже играет в шашки в потоке и скрывается из виду. Проекция лежит, разглядывая серый потолок из-под полуприкрытых глаз. Внезапно начинает играть песня группы Rammstein — гном вздрагивает, приподнимается и поворачивает голову в направлении звука. ОлегИно берёт в руку бандитский телефон, из которого доносится надрывный голос, выкрикивающий “Ду Хаст”. На экране номер Гурова. Лже-Следователь сбрасывает и швыряет успокоившийся телефон на сиденье. От такой непочтительности к начальству МиниОлег сглатывает. Даже обезболивающие не помогают. — Ты совсем? Это же Гуров. — Нет времени. — Но это же Гуров! — Ты неправильно расставляешь приоритеты. МиниОлег снова кладёт голову и вглядывается в серую, как его прошлая жизнь, ткань потолка. Раньше казалось, что его существование понятно и размерено. Что так будет всегда. Кто-то скажет — скучно? Пускай. Его эта жизнь вполне устраивала. А теперь он должен спасать всё живое. Лилипут тяжело вздыхает. — До нашего района ещё полчаса. Я подремлю, — мямлит он, закрывая глаза. А ОлегИно управляет телом Сидорова, чтобы оно управляло автомобилем. Оба устройства медленные и неповоротливые, требуют ремонта и регулярной заправки. Хорошо, что машина не спорит по любой мелочи. Сегодня воскресенье и движение не такое интенсивное, но водители всё равно куда-то спешат. Кто-то норовит втиснуться перед ОлегИно, кто-то мигает приветственно фарами и показывает палец в окно. Пришельцу не до местных ритуалов гостеприимства. А организация дорожного движения оставляет желать лучшего. Хаотичная работа светофоров, нелогичные развязки и знаки, противоречащие друг другу. Не удивительно, что люди вырастают такими абсурдными. Они воспитаны в хаосе и неопределённости. Вежливым и логичным тут не выжить.

Приора в соседней правой полосе перед перекрёстком мигает поворотником налево. Пришелец едет прямо и как только загорается зелёный, привычно вжимает газ в пол. Однако водитель справа думает, что он шустрее и пытается проскочить налево перед шкодой. ОлегИно жмёт тормоз, но физика сейчас не на его стороне. Удар и скрежет металла. Смартфон по инерции улетает с сиденья вперёд и пропадает из виду с глухим стуком. МиниОлег моргает и ошалело мотает головой. Сзади, не успев среагировать, врезается машина. Аватар пытается крутить руль и газует, но колёса лишь протирают асфальт. Машина в тисках. На авто, в которое въехал Лже-Сидоров, загорается люстра мигалок. Открываются двери. Выходят двое сотрудников ДПС. Один крупный несёт большой живот к заднему крылу. Оценивает повреждения. Второй, худощавый, идёт к резвой не по годам Октавии. — На секунду глаза закрыл, а ты уже аварию устроил. Ёперный театр, — сокрушается гном осознав обстановку. Лже-Сидоров нагибается и достаёт телефон — экран разбит. Прячет в карман. Открывает дверь и выходит. Рядом уже стоит гаишник и грозно сверкает глазами. Он бросает взгляды то на помятого нарушителя, то на помятую машину. — Сржнтимфвев. Документы! — выпаливает он. Но ОлегИно, не обращая на него внимания, быстрым шагом идёт к тротуару. — Э! Ты куда? — Сотрудник опешил от такой наглости. Но быстро опомнился и бежит за ОлегИно. — Стоять! — Полный гаишник переваливается с боку на бок следом. — Да куда ты? Стой! — вторит им с плеча МиниОлег. — Нет времени, — повторяет свою мантру Ино. Худой пытается схватить аватара за рукав, но тот уворачивается, не снижая шага. — Стоять! — орёт на всю улицу сотрудник. — Стоять! — Он хватается за кобуру. — Стрелять буду! — Старушка на тротуаре хватается за пакет с продуктами. Парень в кожаных штанах и с модельной бородой прячется за столб. Его девушка остолбенела рядом. — Стой, придурок! Стой! — пронзительно вопит лилипут, переходя на ультразвук. ОлегИно резко останавливается. Разворачивается на сто восемьдесят градусов и приветливо улыбается. — Извините. Болею, — успевает произнести он до того, как на него налетает сотрудник. Они валятся на тротуар. Аватар сгруппировался — падение происходит без последствий. Гаишник лежит на нём и часто дышит в лицо. МиниОлег пытается отвернуться и ворчит: — Чебуреки от Мирона с Димитровской. За версту узнаю. — Морщится. Подоспевший полный гаишник помогает коллеге подняться. Вместе они поднимают за рукава улыбающегося водителя Шкоды. — Ты глухой, что ли? — отдышавшись, спрашивает Сржнтимфвев. — Куда помчался? — Нет. Не глухой. Я очень спешу. — Да я вижу, что спешишь. Так спешишь, что аварию устроил. Пошли протокол составлять. — Гаишники тянут его обратно к месту ДТП. Вокруг собралось несколько зевак, с интересом наблюдающих представление. Бородатый снимает на телефон, комментируя событие: — Такой замес! Разбитые машины. Погоня. Драка! Ставьте лайки! — Его подруга уходит дальше, но он этого не замечает. У места аварии стоит понурый третий участник столкновения. Он хмуро разглядывает разбитую фару на своей машине. — Но я спешу. Срочное дело, — взывает к сочувствию полицейских ОлегИно. — Сейчас оформим и отпустим. Лже-Сидоров послушно идёт за гаишниками. В машине ДПС толстяк достаёт бланк протокола. Худой обращается к задержанному: — Документы. МиниКопия хлопает себя ладонью по лбу. — Извините. Документы не у меня, — продолжая приветливо скалиться, отвечает ОлегИно. Взгляды сотрудников становятся холодными и цепкими. — Без документов ездите? Паспорт с собой? — У меня отобрали все документы. Гаишники настораживаются и внимательнее разглядывают нарушителя: кривая ухмылка, синяк на скуле, кисти побиты, одежда испачкана. Полный гаишник берёт рацию. — Это пятнадцатый. Пришлите машинку на пересечение Ленина и Маркса. — Рация что-то хрипит в ответ. — Ага. Понял. — Выключает связь. — Отобрали, значит. — Кивает худощавый и трёт указательным пальцем нос. — Имя, фамилия, отчество, место регистрации, год рождения. — Олег, — отвечает Лже-Олег. — Олег, значит. Понятно. — Сотрудники напряженно хмурятся. — Ты издеваешься? Ты что устроил? Ты зачем их провоцируешь? И так полная жопа, — тараторит с плеча МиниОлег. Он нервно ходит от барьера к барьеру. Худой стучит пальцами по сенсорному экрану планшета. Поднимает бровь. Показывает экран коллеге. Тот кивает и скребёт подбородок, прищуриваясь. — Может Николай? — Нет. Олег. Гном вцепляется в волосы и с ужасом смотрит в безэмоциональный инопланетный глаз. Пришелец опять глючит после укола? Или это он сам уже сходит с ума? Что происходит? — Долго будет проходить оформление? Я спешу, — говорит ОлегИно сотрудникам. — Нет. Недолго. Сейчас машина подъедет, чтобы помочь, и закончим. — Хорошо. Спасибо. — Аватар скалит зубы, изображая дружелюбие. Крупный гаишник поёживается. — Ты идиот? Нас сейчас заберут в отделение и в клетку посадят! — возбуждённо кричит гном, держась за голову. — Нас это не устраивает, — отвечает Ино. Лже-Сидоров открывает дверь и лезет из машины. Его пытаются схватить цепкие руки. Он перехватывает большой палец гаишника и резким толчком выбивает его из сустава. Кисть с визгом прячется в машину. Полный распахивает дверь и кричит: — Ах ты сука! — Но ему надо много времени, чтобы выбраться из узкого для его тела проёма. ОлегИно оценивает траекторию отхода. Рядом тормозит ещё один экипаж. Из него выскакивают четверо в форме. Полный пытается вылезти из автомобиля и верещит: — Держи его! — Указывает на ОлегИно, который так и не убрал улыбку с лица. — Умоляю, не беги! Не двигайся! — орёт обезумевший лилипут. Полицейские окружают застывшего Лже-Сидорова. — Нельзя, чтобы нас снова закрыли. Нет времени, — отвечает ему инопланетянин. — Да я же тоже полицейский. Меня отпустят. — Гном складывает ладони в молитве и умоляюще смотрит на Ино. — Хорошо. Полагаюсь на твои знания. — Коллеги! Давайте договоримся, — обращается ОлегИно к сотрудникам. Те уже обступили его, отрезав пути отхода. Из-за их спин протискивается худой гаишник. Он прижимает к груди покалеченную руку и замахивается резиновой дубинкой в другой. — Сука, — кричит тощий фальцетом и бьёт Лже-Сидорова по спине. Полицейские хватают с разных сторон задержанного. Прижимают лицом к машине, руки заводят за спину и защёлкивают наручники. — Не надо применять силу. Я могу позвонить начальнику и всё уладить, — продолжает увещевать ОлегИно спокойным, но сбивающимся от толчков голосом. Его уже обыскивают, шаря по карманам. Полицейский с пышными усами вытаскивает из кармана аватара разбитый смартфон. С издевкой спрашивает: — С этого ты звонишь? — Ухмыляется и бросает телефон на крышу машины. Худой глядит на вывихнутый палец и шипит: — Этот гад мне руку сломал. — Снова замахивается, но усатый перехватывает и кивает на зевак, снимающих на телефоны задержание. Кожаные штаны ведут трансляцию, активно жестикулируя. — Угомонись, Тимофеев. — Мститель отступает, зло сверкнув глазами. — Извините. Я могу вправить палец обратно, — учтиво предлагает Лже-Сидоров. Из другого кармана появляются пластиковые стяжки, купюра и сыпется белый порошок. — Что тут у нас? — деловито произносит обыскивающий. — Белый порошок. Химический запах. Фиксируем. Гном на плече сидит, понуро обхватив голову руками.

В отделении МВД ОлегИно посадили на металлическую скамью у поста дежурного и пристегнули к ней наручниками. Это было отделение из другого района и Сидорова тут почти никто не знал. А если б и знали, то в нём сложно было определить следователя с двадцатилетним стажем. Рядом на скамейке пристёгнут бомж. Он в потёртой одежде неопределенного цвета, спутанные волосы давно забыли шампунь, а лицо приобрело мрачный земляной оттенок. Практически близнец ОлегИно за исключением длинной всклокоченной бороды. Он что-то бубнит себе под нос. — Почему ты им сразу не сказал, что ты следователь? Почему не объяснил? — МиниОлега потряхивает от возбуждения, а во взгляде пляшет отчаяние. — Ты запретил мне это говорить, — отвечает Ино и косится на нелогичного гнома. Тот на секунду зависает с открытым ртом. — Блин. — Он фыркает, хлопает глазами, не находя слов. — Ты. Чтоб тебя. — Он садится. — Я же имел в виду, в аптеке не надо говорить. — Он отмахивается и отворачивается. Но через мгновение опять возбуждённо строчит словами: — Теперь говори, кто ты. Надо объяснить им. Иначе долго тут просидим. — Коллега! Я следователь Сидоров. Это ошибка, — кричит он дежурному, который сидит в своём аквариуме. Тот поднимает глаза и прищурясь бросает взгляд на бомжеватого “следователя”. — Да? Чем докажешь? — Позвоните моему начальнику. Он подтвердит. — Может, мне ещё Папе Римскому позвонить? — он ухмыляется и возвращается к чтению сканворда. — Нет. Гурову. Дежурный снова вскидывает глаза. В его взгляде появляется искра интереса. — Ты Гурова знаешь? — Да. Начальник следственного отдела районного отдела МВД. Но из другого района. — Мда? — заинтересованно гундосит полицейский, скользя взглядом по синякам и грязным пятнам на одежде “коллеги”. Внезапно в разговор включается сидящий рядом с Лже-Сидоровым маргинал: — Я знаю Папу Римского. Позвоните ему! Я депутат! — Он начинает конвульсивно дёргаться. — Бо-о-о-о-же-е царя-а-а храни, — тянет он басом. — Я депутат! Не имеете права! — Стучит наручниками о скамью. МиниОлег с отвращением смотрит на выступление. Дежурный с ухмылкой мотает головой и возвращается к занимательному чтению вопросов по горизонтали. — Так вы позвоните Гурову? Мне надо срочно на работу. Полицейский недовольно хмурится настырному бомжу, выдающему себя за сотрудника полиции. И он не так далёк от истины. — Не буду я уважаемого человека в воскресенье дёргать только потому, что ты его фамилию знаешь. Сиди молча, а то затяну наручники туже. — Он грозно сдвигает брови. — Я знаю уголовный кодекс. Дежурный беззвучно смеётся, побулькивая из глубин желудка. — Знаешь, а нарушаешь. — Он с укоризненной улыбкой смотрит на ОлегИно. Всё же этот маргинал забавный. Алкоголики иногда бывают очень занимательными. Давеча он оформлял академика с белкой. Тот допился до чертей и бегал голый по подъезду. Дежурный вздыхает. Жаль бедолагу. Не дай бог так опуститься. ОлегИно начинает монотонно тараторить наизусть текст кодекса: — УК РФ Статья один. Уголовное законодательство Российской Федерации. Один. Уголовное законодательство Российской Федерации состоит из настоящего Кодекса. Новые законы, предусматривающие уголовную ответственность, подлежат включению в настоящий Кодекс. — Далее он без запинки зачитывает статьи наизусть. Мимо проходит молоденькая сотрудница и останавливается с удивлённым лицом послушать живой подкаст. После третьей статьи она, покачивая головой, уходит. Бомж восхищенно слушает красоту слова закона. — Хватит. Не поможет это, — грустно ворчит МиниОлег, сидящий на плече подперев подбородок кулаком. Но тут его лицо озаряет догадка. — Пусть позвонит Мелехову из местного следственного отдела. Он меня знает. Дежурному надоел бубнёж задержанного отвлекающий от сканворда. — Знаешь, знаешь. Верю. Прекращай, — одёргивает полицейский Лже-Следователя. Он морщит лоб и бьет по нему карандашом. Попалось какое-то сложное слово. — А что дальше было? — спрашивает бомж с мольбой в красных глазах и надеждой на продолжение истории с таким закрученным сюжетом. — Позвоните Мелехову из вашего отдела. Он меня знает, — не унимается аватар, не реагируя на близнеца. От этой фамилии карандаш застывает в нерешительности. Дежурный глядя исподлобья на задержанного, хмыкает. — Ладно. Давай так. Отгадаешь слово — позвоню ему. Крупная птица из семейства фазановых. Семь букв. Вторая “л”. — Глухарь, — сразу отвечает Лже-Сидоров. Полицейский берёт в рот кончик карандаша и хмурится. — Причём тут глухарь? Я про птицу, а ты мне про висяк. — Он смотрит в сканворд и его лицо проясняется. — Точно! Подходит. Вот я балда. — Он смеётся и чертит буквы в клетки. — А ты голова. Ладно. Обещал — позвоню. — Он снимает трубку. — Но если он тебя не знает. — Он бросает озорной взгляд на ОлегИно. — Держись. На лице МиниОлега возникает сомнение, и он мрачнеет. — Птичку жалко, — хнычет бомж.

Аватар отхлёбывает чёрный чай из большой синей кружки с надписью “Кто, если не мы”. За спиной глянцевая карта города. — Мне надо идти. Срочные дела, — говорит он настойчиво и порывается встать со стула. Рука Андрея Мелехова давит на плечо собеседника, на котором сидит довольный МиниОлег. Мягко, но настойчиво усаживает ОлегИно обратно. — Ну какие дела, Олеж? — нежно произносит Мелехов с широкой улыбкой. — У тебя шок. Пей чай. Они расположились у следователей за рабочим столом Андрея. Это помещение больше, чем родной кабинет Сидорова, хотя рабочих мест столько же. Есть даже большой плоский телевизор на стене и серебристый термопот. Не нужно ждать, пока закипит чайник. Времени вечно не хватает. Кроме Мелехова и ОлегИно в комнате никого нет. Воскресенье. Хозяин толкает пальцем к Лже-Следователю открытую пачку Юбилейного печенья. — Я не в шоке. — ОлегИно опять делает попытку встать, но тяжелая ладонь не разрешает. — Скоро за тобой приедет Гуров. Они тебя обыскались. Ну ты дал конечно. — Он восхищенно смотрит на ОлегИно. — Целую банду обезвредил. Не ожидал. — Хлопает Лже-Сидорова по плечу. Тот сжимается, ожидая удара. Этот день приучил его быть готовым к неожиданным нападениям. — Да расслабься ты. — Его лицо делается серьёзней. — Хотя, понимаю. А вот гном полностью расслаблен и блаженно улыбается. — Как ты такое провернул? Ты в спецназе служил, что ли? Не знал. — Мелехов не отводит от объекта восхищения восторженных глаз. — Вот так знаешь человека столько лет, а потом — бац! А он Рэмбо. — Я Сидоров, — поправляет ОлегИно. Мелехов смеётся остроумной шутке. МиниОлег мотает головой, но выражение счастья не покидает его. — Могу отключить его точным ударом, и мы продолжим поиск корабля, — предлагает Ино гному. Физиономия лилипута искажается ужасом и глаза выпучиваются. Он кричит, махая руками: — Нет. Не смей. Ты что? — Он мотает головой и придумывает аргументы против. — На нас вся полиция ополчится. Вообще не до поисков будет. — А как ты Тимофееву палец выбил, — продолжает петь дифирамбы Андрей. — Он даже не понял. — Мелехов смеётся, прикрыв глаза от удовольствия. Потом серьёзнеет и добавляет: — Ты не переживай насчет него. Сам! — Он тычет пальцем в потолок с пиететом. — Сказал, что разберётся. — Снова улыбается и игриво бьет ОлегИно по руке. — Расслабься. Лже-Следователь смотрит в квадрат армстронга на потолке с засохшим пятном от протечки. По форме оно напоминает измождённое лицо аборигена. Возможно, этот примат говорит про божественное вмешательство. Хорошо, что он уже не вздрагивает, принимая мягкие шлепки сотрудника по телу. Однако надо ждать удобный момент, чтобы избавиться от него. ОлегИно продолжает пить чай, Мелехов — восхищаться. Иногда в кабинет заглядывают другие сотрудники, поглазеть на Рэмбо, но Андрей всех ревниво прогоняет со словами: “Он в шоке”. Через десять минут дверь открывают не любопытные зеваки, а Гуров Сергей Тимофеевич и Николай Петров. Начальник Сидорова в полицейской форме с иголочки, чем создаёт контраст ОлегИно. Петров одет по гражданке. Он радостно восклицает: — Живой! Руководитель пару секунд внимательно изучает Лже-Сидорова. — Вот. Сохранил для вас. Всё по каким-то делам пытается уйти. В шоке, — объясняет вошедшим Мелехов и жмёт протянутые руки. — Поехали, — сухо бросает Гуров ОлегИно. — По дороге расскажешь. Времени нет. — Времени нет, — соглашается Лже-Сидоров и охотно встаёт.

Служебный Фольксваген Пассат несётся по городским улицам, резко перестраиваясь и подрезая других участников движения. Ино скептически относится к способности других водителей слышать Петрова. Но тот постоянно пытается им объяснить, как плохо они водят и куда им надо пойти. Да и сам Николай слишком медленно реагирует на дорожную обстановку. С его скоростью реакции лучше так не гнать. Кажется, Ино понял смысл выражения “тише едешь, дальше будешь”. Сергей Тимофеевич сидит рядом с лихачащим водителем и слушает доклад Лже-Сидорова. Тот планомерно пересказывает перипетии прошлого вечера и сегодняшнего утра. Николай периодически восклицает “Во даёт!” и бьёт рукой по баранке. Гуров косится подозрительным взглядом на сотрудника, которого обычно называет овощем. Теперь выходит, что этот овощ обезвредил банду из восьми человек и одной собаки. МиниОлег сглатывает и отводит глаза. Расслабление и радость улетучились. Он напряженно смотрит на витрины магазинов, пролетающие за окном. — А куда мы едем? Мне надо домой, — закончив доклад, говорит ОлегИно. — В Главк, — сухо бросает Гуров. — Там сзади пакет с одеждой — переоденься. Заехали к тебе по пути. Сказал твоей жене, что ты на важном задании. — Он трёт нос и прочищает горло. ОлегИно молча начинает раздеваться. — И телефон твой тоже в пакете. Нашли в подвале у братков. — Спасибо, — отзывается аватар с трудом стягивая присохшую к телу майку. — Что такое Главк? Как отказаться? — спрашивает Ино у угрюмого гнома. — Главное Управление МВД. Не откажешься. — Он всегда чувствовал себя там неуютно. Но, возможно, сейчас его хотят наградить? Он же герой. Его лицо светлеет, и он приосанивается. — Куда прёшь, дебил? — кричит Николай. ОлегИно приклеивается лбом к переднему сиденью от резкого торможения.

Машина тормозит возле управления. Это квадратное четырёхэтажное здание из красного кирпича. Строгость прямых линий напоминает о неотвратимости закона. Кондиционеры, разбросанные по стенам портят симметрию. Люди вносят свои хаотичные коррективы в архитектурный замысел. На парковке стоит служебный транспорт и пара микроавтобусов с названиями ТВ-каналов. — Коля, подожди нас у входа. Мы сейчас. — Гуров со значением смотрит в глаза Петрову. Тот понимающе кивает. — Понял, шеф. — Выходит из машины и пружинистой походкой направляется к крыльцу. Сергей Тимофеевич провожает его взглядом. Круто поворачивается к сидящему в свежей одежде ОлегИно и буравит взглядом. — Сидоров, мне-то не лепи горбатого! — говорит он с нажимом. — Не леплю. — Я тебя знаю как облупленного. Не мог ты один такое провернуть! — Глаза начальника горят огнём, а слова вылетают вперемешку со слюной. Проекция в страхе сжимается и смотрит на Гурова как мышь на удава, пока тот продолжает задавать вопросы, будто забивает гвозди: — Какие восемь бандосов? Какая собака? — Овчарка, — спокойно отвечает Лже-Сидоров. Лицо Сергея Тимофеевича багровеет, глаза наливаются кровью. — Колись, пока не поздно! С кем ты работаешь? ФСБ? Собственная безопасность? — Это закрытая информация. Гуров фыркает и тычет пальцем в лицо Лже-Сидорову. — Под отдел копаете? А? Почему я не в курсе про разработку этой банды? — Выражение физиономии Сидорова настолько спокойно, а глаза так невинно ясны, что если он врёт, то ему надо дать Оскара. Причём сразу два. Ещё и МиниОлегу за роль второго плана. — Ничего не копаем, и это не касается отдела. Начальник убирает палец и садится ровно на сиденье, отвернувшись от ОлегИно. Он вглядывается в бордовое здание Главного Управления. Челюсти плотно сжаты и только перекатывающиеся под кожей желваки выдают напряжение. — Ладно, — говорит он холодно. — Посмотрим. — Он поворачивает голову в сторону Лже-Сидорова и добавляет: — Всем будешь говорить, что это наш отдел вёл наркоторговцев, а ты был наживкой. Понял? Ино косится на лилипута, который забился под инопланетный подбородок. Он послушно кивает. — Хорошо, — отвечает ОлегИно. — Вот и славно. — Сергей Тимофеевич звонко хлопает ладонью по своему колену, фиксируя соглашение. — Пошли. — Распахивает рывком дверь.

С каменными лицами, молча и быстрым шагом они приближаются к Петрову, который ждёт их у входа. Там же дежурят журналисты. Операторы подстраивают камеры под освещение, репортёры поправляют причёски. Пара скучных полицейских не вызвали у них никакого интереса. Открываются двери, и выходит группа изможденных и потрёпанных людей. Несмотря на внешний вид, они возбуждённо балагурят, а на лицах радость. На них накинуты одинаковые синие пледы, их сопровождают пара медиков и полицейский наряд. Вдруг один из них кричит: — Вот он! Спаситель! — И бросается к ОлегИно, распахнув объятия и теряя накидку. Это варщик поневоле — Джесси. Ино уклоняется, пытаясь избежать столкновения с рабом наркодилеров. Но его придерживает за локоть Гуров, видимо, считая, что тот пытается сбежать. Джесси приседает возле Лже-Сидорова и обнимает, упёршись лицом в живот освободителя. Его спина содрогается в конвульсиях. Он глухо рыдает в свежий пиджак. Остальные Джанго тоже узнали спасителя и гурьбой двинулись к аватару. — Это он! Он нас спас! — Кричит кто-то из толпы, указывая журналистам на зажатого между начальником и Джесси ОлегИно. Те опомнились и спешат в гущу событий. Лучи прожекторов выхватывают бесстрастное лицо Лже-Следователя. Молодая стройная девушка с ярким макияжем поправляет волосы и суёт в лицо героя микрофон. Оглядывается на оператора и мелодичным голосом спрашивает: — Это вы Олег Сидоров? — Да. — Это Олег Сидоров! Он обезвредил банду вымогателей и наркоторговцев, — говорит она в камеру с обворожительной улыбкой. Зубы сверкают так сильно, что оператору приходится снизить чувствительность. Ещё один журналист протиснулся змеёй сквозь толпу и накидывает вопросы: — Как вы справились с ними? Вы действовали один? Как готовилась операция? — Это закрытая информация. Это операция нашего отдела. Гуров оттирает Лже-Сидорова от микрофона и подставляет лицо в камеры. — Хорошая подготовка и организация всегда даёт результат, — говорит он, делая важное выражение физиономии. Но операторы снова ловят в объектив освободителя. Бывшие заложники тянут к нему руки, чтобы прикоснуться. МиниОлег тянется в ответ с улыбкой мессии. Седой Иван закрывает лицо ладонями и отворачивается, чтобы не попасть в кадр. — Вам было страшно? — спрашивает девушка с микрофоном. — Нет, — бесстрастно отвечает ОлегИно. Она восхищённо растягивает накачанные губы. Потом поворачивается в объектив. — Бесстрашный страж порядка нашего города. Гном стоит по стойке смирно, приложив руку к груди. Щёлкает ослепительная вспышка фотоаппарата. — Какие ваши следующие шаги? — Мне надо слить отходы, — отвечает ОлегИно. Прёт напролом ко входу в управление, отталкивая Джесси. Репортёры застывают в недоумении. Повисает пауза. Сергей Тимофеевич тянет микрофон журналистки к себе и заглядывает в камеру с неестественной улыбкой. — Он ещё в шоке.

Тяжелая лакированная дубовая дверь подталкивает Лже-Сидорова в строгий холл управления. Николай подзывает его жестом и показывает корочки молодому полицейскому на посту охраны. — Где тут туалет? — интересуется инопланетянин в теле Сидорова. — Направо и до конца, — информирует сотрудник. — Я тут подожду Гурова. Ты давай не затягивай свой слив. Генерал ждёт. — Петров смеётся вслед уходящему по коридору ОлегИно. Его смех смешивается с эхом шагов Лже-Сидорова, отражаясь от паркета и высоких потолков. — Что ты вечно со своими отходами, — злится на плече МиниОлег. — Позоришь меня. — Он вздыхает. — Сейчас, наверное, к Синьковскому пойдём. Это генерал-майор. — Он бросает взгляд на безэмоциональную инопланетную морду. — Большой начальник, в общем. — Тычет указательным пальцем вверх. — Ёперный театр. ОлегИно входит в туалет. Идет мимо кабинок и писсуаров к небольшому окну на высоте полутора метров от пола. — Не опозорь меня у начальства. Слышишь? Скажи что-нибудь! — кричит гном. Аватар распахивает окно. Выглядывает. — Ты чего делаешь? — ошарашенно спрашивает лилипут. ОлегИно торопливо возвращается к двери. Разворачивается, разбегается и рыбкой вылетает в окно.

— Здесь налево, — говорит ОлегИно. На его безмятежном лице появилась пара новых царапин. Он сидит в такси на переднем пассажирском сиденье. Рено Логан колесит по родному району Сидорова. Его карманы забиты плитками чёрного шоколада и пакетиками арахиса. Между ног стоит двухлитровая бутылка негазированной питьевой воды, которую он придерживает ладонями. Бородатый таксист без усов молча кивает и поворачивает. Из магнитолы звучит какая-то узбекская песня. Ино чуть двигает пальцем, и шкала громкости проекции поднимается вверх. Гном сидит, насупившись и отвернувшись от надоевшей сине-зелёной башки. — Готов к работе? — спрашивает его пришелец. Тот лишь дёргает плечом. — Мне непонятна такая реакция. МиниОлег поворачивает недовольное лицо. В глазах ненависть, брови грозно сдвинуты, кончики губ обидно опущены. — Непонятно тебе? Робот-полицейский, блин. — Он осуждающе мотает головой и вновь отворачивается. — Ты помнишь про корабль? — Ты не мог полчаса потерпеть? Зашли бы к генералу и вышли. Дальше ищи своё корыто сколько хочешь. Вот что теперь со мной будет? — Из его груди вырывается болезненный стон. Ино моргает плёнками век на своих огромных серых глазах. Поворачивает голову к гному и разглядывает его. — Это загадка вашей цивилизации. Как мелкие личные интересы могут быть важнее выживания человечества? Лилипут снова поворачивается к Ино. Его ладони сжимаются в кулаки. — Ты считаешь, я только о себе думаю? Да? — Он встаёт и приближается к инопланетной голове. — А кто спас этих бедолаг из тюрьмы? Ты? Ты хотел их там бросить! — Но если мы не найдём судно, они всё равно погибнут. Гном отмахивается. — Да найдём мы его. Куда оно денется. — Он вздыхает и снова садится, бессильно опустив плечи. — Ты свалишь, а мне потом жить тут. — Корабль — приоритетная задача. Протокол… — Да пошёл ты со своим протоколом. Достал. — Лилипут отворачивается, обиженно дёрнув плечом. — Направо, — говорит ОлегИно таксисту и закидывает в пищеприёмник горсть арахиса. С хрустом перемалывает зубами порцию энергии.

Щётки стеклоочистителя старательно убирают падающие капли с лобового стекла. Дворники сметают жёлтые листья в кучи. Улицы, дворы, тупики, повороты и перекрёстки следуют один за другим. Ино как Pac-Man не пропускает ни одного закоулка, сканируя пространство. Иногда он выходит там, где двор закрыт шлагбаумом и проходит по сырым тротуарам вдоль домов. Дождь его не волнует. МиниОлег за четыре часа исследований не проронил ни слова. Обезболивающие перестали действовать. Он лежит и старается не думать о ноющей кисти, которую даже нельзя потрогать. От этой фантомной боли гном ёрзает и никак не может уснуть. Кроме того, он прикинул счёт за такси, и его это тоже душит. Инопланетяне вряд ли оплатят его расходы. Проекция тяжело вздыхает. Корабль до сих пор не найден, а счётчик времени неумолимо уменьшается. И от этого лилипут всё мрачнее. Ещё один серый двор перекрыт шлагбаумом. Люди стараются максимально обособиться, но ютятся в многолюдных многоэтажках. ОлегИно снова придётся выйти. Он отпивает из бутылки и убирает её вниз под ноги. Прикладывая усилие, он выталкивает себя в слабо освещенный фонарями двор. К вечеру тело ослабело и движения замедляются. Когда он выходит, таксист делает музыку громче и подпевает на своём языке. — Это последняя территория в свободном доступе, которую можно просканировать, — информирует Ино. Гном устало глядит в громадные глаза, в которых отсвечивают лампы и морщит лоб. Через пару секунд он отвечает: — И корабля нет. — Лилипут трёт подбородок ладонью. — Что теперь? — Остались зоны с закрытым доступом. Надо отдохнуть и завтра их исследовать. Тело на пределе. Я тоже должен зарядиться. — Из-за выходного закрыты, наверное. — Проекция широко зевает. — Много этих зон осталось? Сколько вообще времени надо? — Немного. Если не будет задержек — пара часов. — Задержек, — едко повторяет МиниОлег. — Сплюнь. ОлегИно плюёт в лужу и бредёт к такси. — Нервы ни к чёрту. Да и замёрз я. Согреться бы. — Гном мнётся, придумывая фразу. — Надо водки выпить, иначе заболею от переохлаждения. Ясен пень. — Он с надеждой смотрит на Ино. — Согреемся. Лилипут довольно потирает руки. — Но не так, — добавляет пришелец. Лицо МиниОлега тут же гаснет. Он угрюмо опускает голову и еле слышно бормочет: — Сволочь. Лампа на фонаре два раза моргает и гаснет.

Лже-Сидоров лежит в ванной, полной горячей воды. Кожа покраснела и синяки стали чернее. Поднимается пар. В тишине еле слышно, как мерно капает вода из смесителя. Возле подсолнухов на бортике сидит кот и пялится на хозяина. И МиниОлег готов поклясться, что он смотрит прямо на него. — Он может меня видеть? — Лилипут показывает на кота. — Нет. Это могу только я. Проекция машет рукой и кот наклоняет голову. — Да видит он меня! Я тебе точно говорю! — Тело согрелось. Хватит. — ОлегИно встает из воды и вытирается белым махровым полотенцем. Кот не отрывает внимательных глаз от Лже-Сидорова. Ино бросает оценивающий взгляд на питомца. Не может он видеть проекции. Абсурд. Накидывает бордовый халат и выходит, пропустив вперёд животное. Светлана подходит к нему с мокрыми глазами и обнимает, прижимаясь головой к плечу. Слёзы текут по щекам увлажняя ворс халата. Гном тянет к ней виртуальные руки, лицо кривится словно и он сейчас расплачется. — Ты когда уже спать пойдёшь? — скрипучим голосом спрашивает он у Ино. — Когда ты ляжешь в кровать. Я объявлю передачу управления. Но напоминаю, что буду всплывать для контроля. Протокол… — Да знаю, знаю. — Гном отмахивается. Света отстраняется, ослабляя объятия и смотрит в бесстрастное лицо мужа. Заглядывает в глаза, в которых нет и тени эмоции. На щеке царапины, на скуле синяк. Она мягко проводит пальцами по ссадине на его подбородке. — Пошли. Я тебе картошки с мясом пожарила. Как ты любишь. — Гундосит она с забитым носом. — Хорошо, — отвечает ОлегИно громко. — Тише. Дети спят уже, наверное. — Светлана укоризненно смотрит на него. — Понял, — шёпотом отвечает ОлегИно. — Я готов… готов… готов… — Он начинает шататься и часто моргать. Жена обнимает его, но теперь уже придерживая от падения. — Господи! — восклицает она, широко открыв глаза. Сидоров поднимает руки. Несколько раз судорожно сжимает и разжимает ладони. — Я… в… по-ря-дке, — медленно проговаривает он заплетающимся языком. Встряхивает головой. — В норме. — Он широко улыбается и в ответ обнимает Светлану. Морщится от боли в кисти, но продолжает растягивать губы блаженствуя. — Изверги. Мучили тебя, — говорит Света и слезы снова увлажняют лицо. Замечает улыбку Олега и тоже улыбается в ответ. — Но ты им показал. — Она несмело смеётся. — Я тебя по телевизору сегодня видела. — Она вытирает рукавом лицо. — Тётя Катя звонила. И мама моя. Тоже видели тебя. — Света тянет его на кухню. — Пошли. Олег идёт за ней, попутно ощупывая себя. Появляется гримаса недоумения. Ино не возвращается. Сидоров останавливается как вкопанный. На лице выражение решимости. Он дёргает плечом освобождая рукав от жены. — Подожди. У меня срочное дело. — Он семенит в комнату. Женщина, подняв брови в недоумении, застывает в проёме кухни. Кот сидит за столом на стуле Сидорова и тянет лапу к тарелке. В гостиной Сидоров скидывает халат, натягивает штаны, засовывает телефон в карман. Майка, рубашка. Бежит, прихрамывая в прихожую. Напяливает ботинки, куртку, шапку. Жена стоит, прислонившись к стене и удивленно следит за сборами. — Что за дела? Снова вызвали на задание? — говорит она шёпотом и с жалостью в глазах. — Типа того. Я быстро. — Сидоров выскакивает на площадку и громко захлопывает дверь. Улица встречает холодным ветром и моросящим дождём. Он быстро и целеустремленно шагает по тротуару. Наступает в лужу поднимая брызги. Когда свет от фонарей или окон освещает его, на лице читается холодная решимость. На выходе из двора Олег сворачивает в проулок и исчезает в темноте.

Через пятнадцать минут Сидоров одиноко сидит в углу бара. В руке бутылка водки, на столе стопарик. Он облизывает губы и жадно смотрит, как прозрачная струя льётся в гранёную ёмкость. Он берёт её и резко выдыхает. — Ну что, тварь инопланетная? За людей! — Он подносит стопку к губам. Останавливается и хмурится. Холодильник с белой надписью “Heineken” на ядовито-зелёном фоне нестерпимо гудит. Из другого угла бара слышится удар кия по бильярдному шару. — И где ты? Смотри! Я пью. — Он злорадно смеётся рассматривая прозрачную жидкость на свет. — Ну? Попробуй меня остановить! Бармен с забитой плотной татуировкой рукой бросает на него тревожный взгляд из-за стойки и качает густой бородой. Сидоров прикладывает стакан к губам, почти пробуя живительную жидкость. Его ноздри расширяются, втягивая знакомый запах сивушных масел. Немного отклоняется в сторону и хлопает себя по ягодице три раза. Снова быстро прислоняет чарку ко рту. Замирает, сложив губы уточкой у края стопарика. — Ну где ты, синяя морда? — Олег снова бьёт три раза. На его физиономии появляется недоумение. Он ставит ёмкость с водкой на стол, не отрывая от неё пристального взгляда. — Опять поломался? — тихо бормочет он. В глазах появляется страх. — Ёперный театр, — с ужасом говорит он. — Твою мать. — Он снова отчаянно лупит себя по заду. — Уважаемый! Ты в норме? — кричит ему бармен. Сидоров отвечает ему безумным взглядом и втягивает голову в плечи. — Твою мать, твою мать, — бормочет он тихо и зажмуривается. Потом резко открывает глаза. Лицо приобретает спокойную уверенность. — Да пошло оно всё! — И поднимает стакан.