Географ глобус пропараллелил

Глава 1

- Пяточкин, к доске!

По классу пронесся вздох облегчения, а пухлый Петя Пяточкин, со стоном поплелся к карте. Сейчас опять начнет «плавать» — география явно не входила в число его любимых предметов.

- Давай, Пяточкин, назови классу острова России, — скомандовал я.

Петя насупился и уставился на карту так, словно это было сюрреалистическое полотно. Через минуту мучительного молчания класс начал громким шепотом подсказывать:

- Курилы! Сахалин!

- Купила сахарин? – растерянно промямлил Пяточкин. Класс грохнул от смеха, и бедолага покраснел до кончиков ушей.

- Тихо! Тихо! – призвал я класс к порядку. – Никаких подсказок.

Обернувшись к Пяточкину, я попробовал его подбодрить:

- Ну, Петя, давай! Ты же должен что-то помнить. Может, телевизор смотрел, передачу какую-нибудь. Ну же!

Пяточкин напрягся – его лицо стало не просто пунцовым, а побагровело. Я уже решил, что не надо дальше мучить мальчика, когда он вдруг просиял:

- Крым! – крикнул он, ткнув в центр карты. – Крым! Крым!

В классе воцарилась тишина. Ждут, как я отреагирую.

- Э… — я замялся, — … ну, эта тема сейчас на слуху, конечно. Но островом Крым никак не является. Садись.

- А оценка? – Петя вызывающе посмотрел на меня.

Вот маленький паршивец! Понимает, что двойку я ему сейчас поставить не могу. Не тот исторический момент. Прозвеневший звонок спас меня от раздумий:

- Ты, Пяточкин, хорошенько подготовься и в следующий раз ответишь, — примирительно говорю я.

Следующего урока у меня не было – я пошел в учительскую попить чайку. Мой приятель – учитель математики Саша Васильев – уже расположился на диванчике с газетой на коленях и щелкал пультом, переключая каналы на плохонько работающем телевизоре.

- Представляешь, Пяточкин из 6-го «Б» только что назвал Крым островом, — поделился я.

- А что не так? – Васильев посмотрел на меня так, будто я ляпнул какую-то глупость.

- Как что? Крым – полуостров! Насмотрятся телевизор, а потом…

В этот момент телевизор переключился на прогноз погоды:

«На острове Крым установилась теплая и солнечная погода. Температура +20, ветер восточный, осадков нет», — бодро отрапортовала дикторша.

- Ну вот, — Васильев кивнул на телевизор. – Всё правильно. Остров Крым.

Он протянул мне газету.

«На острове Крым всё хорошо» — прочел я заголовок. У меня закружилась голова. Я достал мобильник, зашел на Гугл-мэпс и уставился на ромб, плавающий в Черном Море. Остров. Крым.

***

Я решил не думать о Крыме. Ну, подумаешь, остров! Как назло, в газетах и новостях все только про него и говорили.

В четверг у 6-го «Б» снова была география. Как и обещал, я вызвал Пяточкина.

- Ну, Пяточкин, выучил острова России?

- Ага! Курилы, Сахалин, и вот эти вот!

Пяточкин ткнул в Японию. В классе заржали.

- Ну тут ты, Пяточкин, загнул. Садись, два!

- А что не так? – Пяточкин негодующе посмотрел на меня. – Вы что, против?

- Я – за географию! – торжественно произнес я.

Настроение у меня улучшилось. Ровно до тех пор, пока по телевизору не передали прогноз погоды по Японскому Автономному Округу, и что губернатором Японии переизбрали Ивана Муракамова. А на Гугл-мэпс территория Японии была закрашена розовым цветом.

***

Как ни странно, математик Васильев не поднял меня на смех. Будучи человеком практическим, он предложил мне эксперимент – вызвать Пяточкина еще раз, и проверить, что будет, если он снова даст неправильный ответ. Я попробовал. Уже через неделю, после моего урока географии в 6-Б, Аляска принадлежала России. Спасибо Пете Пяточкину.

А потом Васильев заболел, и меня попросили подменить его на уроке математики.

- Ну что, Пяточкин, вот мы и снова встретились!

Знает ли этот чертенок, на что способен? Я был полон смелых идей. На следующей же географии воспользуюсь его ошибками, чтобы решить еще парочку геополитических вопросов. А сейчас…

- Какую тему проходили на прошлом уроке? – уточнил я.

- Параллельные прямые…

В глазах Пяточкина мелькнула неуверенность.

- Ну что ж, расскажи нам, Пяточкин, пересекаются ли параллельные прямые?

Он помолчал, насупился, а потом брякнул:

- Пересекаются!

«Никогда больше не буду вести математику», — думал я, пытаясь вернуться после урока в учительскую по коридору, смыкающемуся передо мной в одну исчезающую точку.