Фея из библиотеки

Глава 1

Итак – Сегодня! Вчера это было ещё Завтра, а до этого – через неделю, через месяц. Ну, принцип вы поняли. И вот – сегодня. Тот самый День!!! Великое Распределение!!!

Эмоции переполняли меня, как газ – воздушный шарик. Веселящий газ, я бы даже сказала, если бы не опасалась, что Фея-Наставница подслушает мои мысли. Хотя… А что она мне сделает СЕГОДНЯ?! Всё, ещё каких-то несколько часов – и прости-прощай, дорогая Школа, здравствуй, новая жизнь – свободная от вечной зубрёжки и бесконечных «нельзя», полная открытий, приключений, чудес и волшебства, которые, заметьте, я буду творить совершенно самостоятельно!

- Ур-ра! – не удержалась я и всё-таки взлетела. Это было упоительно, так что исключительно вредностью преподавателей можно объяснить запрет на полёты не во время отведённых для занятий воздушной аэробикой жалких нескольких часов в неделю! Сами-то наверняка летают себе втихаря, а мы только и слышим: «Истинная фея не должна позволять себе излишнюю эмоциональность, следствием которой становится отрыв от действительности!» А ещё нашли аргумент, тоже мне: нельзя летать в платье, это нескромно! Ага, и это про нашу-то форму! Скучное платье, практически в пол, да ещё этот дурацкий фартучек! Бр-р! Первым делом куплю себя что-нибудь эдакое… ну, хотя бы по колено! И самое яркое!

- ЛЕНЦА! ЧТО ВЫ ДЕЛАЕТЕ?! ВЫ ОПОЗДАЕТЕ НА ЦЕРЕМОНИЮ!

Ледяной голос буквально обрушивает меня с небес на землю. Ага, моё замечательное «везение» в действии. Замечталась и не заметила Наставницу. Хотя с той станется, она-то может позволить себе появиться прямо посреди комнаты. Это нам разрешается колдовать только под присмотром, с соблюдением «надлежащих мер безопасности!» Ну, вот, застукали! Кстати, если вы ещё не поняли. Ленца – это я. С ударением на первом слоге, хотя некоторые горе-шутники настаивают, что на первом. А я вовсе даже и не ленивая, просто никуда не тороплюсь! А за имечко – это уже спасибо родителям! Хотя Ленца – это ещё полбеды… Полностью это было задумано как Экселенца. Именно так у меня и записано в свидетельстве о рождении. Вот о чём, спрашивается, думали мои дорогие папа и мама, называя новорожденную настолько вычурно? Ага, Превосходство и Совершенство – это именно про меня! Я превосходно умею влипать во все возможные неприятности и подлинное совершенство в области невезения! Хотя… Чего ещё можно было ожидать от парочки магов, именующихся Лекс и Магна?

- Прошу прощения, Наставница. Я… немного задумалась, - зачем-то начинаю оправдываться, хотя даже первокурсницам известно, что взывать к сердцу этого сухаря в юбке – занятие бесполезное. Льдисто-голубые глаза блеснули из-под пенсне, хрящеватый нос слегка поморщился – и вот я уже чувствую себя нашкодившим щенком. Вот так всегда! А ведь я – без пяти минут выпускница, почти что практикантка!

- Следуйте за мной, - холодно произнесла Старшая и, развернувшись через левое плечо, грациозно поплыла к двери, не касаясь пола. Ага, ей-то можно! Быстро одернув платье и поправив вечно сползающую лямку ненавистного фартука, я потащилась за ней следом, успокаивая себя: «Ну, ещё немножечко! Ещё капельку! Осталось пройти обряд Распределения – и всё! Свобода!!!»

«Интересно, куда меня распределят? – чтобы успокоиться, снова переключаюсь на эту упоительно-волнительную тему. – Пусть это будет что-нибудь невероятное! Даже немножко опасное – справлюсь! У меня же столько сил, столько энергии! Да я любое чудо на раз совершу! Ну, дайте же попробовать! Пожа-а-алуйста!» А сердце так и сжимается в сладком предчувствии, и кажется, что до Актового Зала – не триста шагов по коридору, а десять дней на ковре-самолёте! Всё, пришли!

Наши все тут, весь выпуск. Все в форме, как положено, одинаковые до бантиков на голове. Педагоги – чопорные, накрахмаленные и… напряжённые какие-то. Странно, не первый же выпуск! Стоп. А это что за крендель? Точно не из наших. Ладно, сейчас главное – прошмыгнуть на место.

Стараясь выглядеть независимой, под обстрелом осуждающих (педсостав) и ехидных (однокурсницы) взглядов следом за Старшей пробираюсь на своё место и замираю в предвкушении. Ну же, скорее! Где-то должна быть та самая заветная Волшебная Коробка, в которой скрываются восхитительно-вкусные печеньки, а в каждой – не пожелание, а гораздо лучше! Указание места, куда предстоит отправиться на практику! Интересно, почему её ещё не вынесли в центр Зала? И отчего у всех такой кислый вид?!

«Крендель», затянутый в скучный серый костюм, демонстративно покашлял, и Мадам Директриса, словно спохватившись, позвонила в колокольчик, призывая к тишине.

- Уважаемые коллеги и выпускницы! – её голос, усиленный магией, разносился по всем уголкам огромного помещения. – Прежде чем мы приступим к церемонии, для которой и собрались здесь, вы удостоитесь особой чести. К вам обращается господин… (тут «костюм» закашлялся, и фамилию мы не расслышали, уверена, что это было сделано нарочно), представляющий Отдел магии и волшебства при Министерстве образования! Аплодируем!

Раздались жиденькие хлопки. Представитель, потеснив Директрису, разразился пространной речью, суть которой я, как ни старалась, так и не смогла уловить. Там было что-то про нужды государства, экономику и кризис, а также про понимание и оптимизм. Вслушиваться особенно не хотелось, так что я просто терпеливо ждала, когда всё это шоу закончится и мы перейдём к делу.

- Вот почему наш отдел решил выступить с инициативой введения инноваций и в такую передовую отрасль, как воспитание будущего поколения магов! – торжественно объявил он, извлекая откуда-то (показалось – из воздуха) объёмистый каравай. – Мы полагаем, что символический артефакт, играющий роль оракула, не должен выглядеть легкомысленно, к тому же немаловажно учесть и близость к народу, и такое чувство, как патриотизм! Итак, приступим! – и он потряс в воздухе здоровенным ножом, прицеливаясь к караваю. – Кто первый готов узнать свою судьбу?

- Позвольте всё же мне провести церемонию, - сухо напомнила Директриса. Ей явно очень не нравилось всё происходящее, но она сдерживалась.

- Пожалуйста! – скривился «костюм», протягивая нож Главной. Та поморщилась, мельком глянула на нож – и тот пропал из виду, а каравай самостоятельно разлетелся на нужное количество кусочков. Один из них ткнулся мне в руку. Сердце заколотилось, но я собрала волю в кулак и разломила его, вытягивая долгожданное направление.

Глава 2

Пальцы не слушались, словно вдруг стали деревянными, а буквы никак не желали складываться в слова. Из оцепенения меня вывели изумлённые возгласы: похоже, однокурсницы оказались более решительными и уже ознакомились с судьбоносными решениями.

- Этого не может быть!

- Здесь наверняка какая-то ошибка!

«Чего это они?» - удивилась я и наконец-то прочитала написанное убористым почерком: «Город Коврово, районная библиотека». Челюсть у меня отпала сама собой, что вряд ли соотносилось с образом интеллектуалки и хорошо воспитанной феи.

- У меня тут лажа какая-то! – завопила я не своим голосом.

Чиновник из Министерства снова покашлял, привлекая к себе внимание. Да куда там! Шум поднялся такой, словно в Актовом Зале высадилась стая перепуганных чаек! Директриса взмахнула волшебной палочкой, и гвалт оборвался. Министерский оглядел аудиторию прицеливающимся взглядом.

- Признаться, я удивлён и несколько обескуражен вашей реакцией, дамы! Похоже, что вы невнимательно выслушали мои аргументы. Странно, очень странно! Не ожидал встретить здесь подобное непонимание, у вашей Школы отличные рекомендации. Итак, повторюсь: наш Отдел не может позволить себе расходовать столько же магической энергии, как и в прошлые годы - это раз. К тому же наши аналитики солидарны во мнении, что такое количество специалистов вашего… гм… профиля стране не нужны. Однако поводов для беспокойства я лично не наблюдаю. Для прохождения практики вы будете распределены в учреждения, максимально соответствующие профилю полученного вами образования, то есть культурные и образовательные. В конце концов, не зря же вас обучали? Вот и попробуйте пожить, как обычные люди. Уверяю вас, такой опыт наверняка будет крайне полезен!

- Как обычные люди? Что вы хотите этим сказать? – раздаётся сразу несколько голосов. Я молчу. В горле комок, а в голове стучится одна-единственная мысль: «Это розыгрыш! Да, точно, розыгрыш! Дурацкая шутка! Сейчас все засмеются, с потолка посыплются цветы, запорхают бабочки, а Директриса взмахнёт волшебной палочкой – и проявится Та Самая Коробка! С настоящими направлениями!!!»

- Я уже сказал, - министерский улыбался, как сытый аллигатор. – Вы не можете пользоваться волшебством. Это слишком расточительно.

- Но… - в разговор вступает Директриса, однако этот тип немедленно поворачивается к ней и грозно произносит:

- Да-да, уважаемая? Вы что-то хотите сказать? Что-то неясно?

- Всё ясно, - отвечает Главная Фея, и мне почему-то кажется, что она еле сдерживается, чтобы не превратить незваного гостя во что-нибудь особенно мерзкое. «Ну, давай же, СЕЙЧАС!» - мысленно кричу я. И… ничего не происходит. Директриса выпрямляется во весь свой гренадёрский рост и замолкает. Да что же это?!

- Раз всем всё понятно, - торжествующе продолжает чиновник, - то я вас поздравляю, дамы, и желаю плодотворной практики! А сейчас… РЕШЕНО И ПОДПИСАНО!

Меня подхватывает ураганом, я чувствую, что лечу куда-то, не в силах сопротивляться этому мощнейшему заклинанию, и успеваю подумать: «Чего и следовало ожидать. Это же мой выпускной!»

Глава 3

Приземление оказалось весьма чувствительным: левая нога пребольно ударилась о камень. У фей синяков и ссадин не бывает, однако сейчас, потирая наливающуюся синевой лодыжку, я отчего-то в этом засомневалась. Больно было конкретно, надо бы заговорить, да боязно: нам же чётко сказали – никакого волшебства! Нет, это ни в какие ворота! Что я скажу родителям? Хотя… это ещё полбеды, родители у меня маги законопослушные, им наверняка уже наплели что-нибудь про новые веяния и прочие бла-бла-бла. Вот увидите, мама уже сегодня будет высказываться на тему, какой это уникальный опыт и как мне повезло. А папа ко всему подходит философски, то есть твёрдо убеждён, что всё, что ни делается – так оно и надо! ЧТО Я СКАЖУ БАБУШКЕ?!!!!

Бабушка – это уже серьёзно. Но об этом лучше подумать потом. А пока – вот она, реальность: я, морщась от боли, стою посреди унылой площади какого-то заштатного городка. Вокруг – никого. Ну, почти никого…

- Эй, уважаемый, где ваши манеры?! Согласна, положение у вас незавидное, но нельзя же так опускаться! – вырвалось у меня ценное замечание. – А вам должно быть стыдно! Да-да, именно вам! Отпустите птицу, вы же явно сильнее!

Вот правильно говорят, что слово – лучшее оружие. По крайней мере, реакция последовала незамедлительно. Ошалевший пёс выпустил из пасти изрядно помятого ворона, и уставился на меня. Птица, воспользовавшись замешательством нападающего, с трудом взлетела на безопасную ветку и уселась там, поливая раззяву отборной руганью. Точно, ворон, а не ворона. Дамы таких слов знать не должны!

- Стыдитесь! – изрекла я, укоризненно покачав головой. Ворон каркнул что-то вроде «Ага, вот прям сейчас!» и улетел. Эх, если бы не запрет, я бы подлечила скандалиста.

- Простите, а вы не подскажете, как пройти в библиотеку? – стараясь быть вежливой и милой, обратилась я к псу. Реакция оказалась неожиданной: поджав хвост, дворняга кинулась наутёк.

- Странно, - подумала я вслух. – Хотя, с другой стороны, откуда ему знать? Вряд ли в этом городе встречаются начитанные собаки…

С этими мыслями я развернулась – и уткнулась взором прямо в серое здание с табличкой «Ковровская районная библиотека». Н-да, ну и местечко… И это здесь я должна практиковаться?! Ступеньки выщербленные, скорее временем, чем толпами радостных читателей, кое-где даже трава между ними пробивается. Вот это сила жизни! И… это единственное волшебство, которое я здесь ощущаю. Добро пожаловать на практику! Набираю полную грудь воздуха и открываю злорадно скрипнувшую дверь.

Моё «Здравствуйте!» повисло в воздухе. За кафедрой – никого. Зато книг кругом – тьма тьмущая! Что-что, а читать я люблю. Может, не так всё и плохо?

- Список давай.

Из-за стеллажей вынырнула дама средних лет, самой что ни на есть библиотечной наружности, и сейчас сурово взирала на меня.

- Ка-акой список? – неуверенно пискнула я. Зачем-то заглядывая в самостоятельно оказавшуюся в руках сумку. Вдруг там ещё и таинственный список обнаружится?

- Список книг на лето, - уточнила дама и поджала губы: - Забыла? А голову ты не забыла?

Я на всякий случай потрогала голову в районе уха. Вроде на месте.

- Ну, вспоминай, что задали, - непоколебимая сотрудница библиотеки явно настроилась на длительную осаду. Сообразив, что меня с кем-то спутали, и припомнив уроки этики по теме «Как завоевать расположение собеседника», я вооружилась самой очаровательной улыбкой из своего арсенала.

- Видите ли, я по другому вопросу. Меня к вам на практику прислали!

- На практику? К нам? – отчего-то сильно удивилась дама. Такое впечатление, что она отрицала саму возможность появления в этих стенах практикантов. – Это к директору! – заявила она, поразмыслив.

- А где он? – уточнила я, озираясь по сторонам.

- В кабинете! – отрезала дама, теряя ко мне всякий интерес.

- Так вы меня проводите? – робко полюбопытствовала я, снова включая всё своё обаяние.

- А на кого я фонд оставлю? – изумилась доблестная работница книговыдачи. – Приходи, кто хочешь, бери, что хочешь?!

- Так нет никого? – удивилась я, честно пытаясь обнаружить очередь из жаждущих приобщиться к книжной мудрости.

- А если придут? – вопросом на вопрос ответствовала дама, давая понять, что вопрос исчерпан. Пожав плечами, я вышла обратно в коридор и побрела по нему, разглядывая таблички на дверях. Искомой не находилось, зато у меня сложилось стойкое ощущение, что библиотека изнутри гораздо больше, чем снаружи. Однако целеустремлённость, которую все отчего-то дружно считают упрямством, - моя отличительная черта, так что довольно скоро я осторожно поскреблась в дверь с надписью: «Глафира Сигизмундовна Пшистикова, директор».

Глава 4

- Войдите! – послышалось из-за двери, и мне действительно ничего больше не оставалось, как шагнуть за черту, окончательно отделившую мою прежнюю, как теперь казалось, беспечную и радостную жизнь, от новой, совершенно неизвестной и потому немножко тревожащей.

- Здравствуйте, Глафира Сигизмундовна! – старательно выговорила я, подняла глаза и замерла на месте.

Передо мной сидела копия нашей Феи-Наставницы: высокая, чопорная, с надменным видом и поджатыми губами. Я помотала головой, отгоняя наваждение, и посмотрела ещё раз, повнимательнее. Всё же отличия были, и главное из них – дама передо мной не была волшебницей. По крайней мере, никакой магической ауры я не почувствовала.

- Здравствуйте, девушка. У вас какое-то дело? – нарушила затянувшееся молчание директриса.

Я радостно закивала:

- Да-да, конечно! Я к вам на практику!

Директриса моей чистой радости отчего-то не разделила. Напротив, идеальные брови чуть приподнялись, обозначая удивление.

- На практику? К нам? В библиотеку?

У меня отчего-то немедленно сложилось впечатление, что библиотека – это некий тайный орден, проникнуть в который непосвящённым – та ещё задачка. Однако… что мне-то делать?

И тут зазвонил телефон. Показалось, что звук был ехидненький такой: "Дилинь!" Глафира Сигизмундовна подняла трубку и ровным, холодным голосом произнесла: - Библиотека. Слушаю. Да. Да. Но почему меня не предупредили? Ах, вот как? Да. Хорошо.

Вернув трубку на место, директриса посмотрела на меня с некоторым интересом. Стало как-то неуютно, всё ж таки я – выпускница Школы Фей, а не забавная зверушка в зоопарке! Глафира Сигизмундовна между тем протянула руку ладонью вперёд. Вспомнив всё те же уроки этики, я радостно схватила протянутую ладонь обеими руками и потрясла её в символическом жесте дружелюбия, принятом у людей. И – не угадала! Директриса выдернула у меня руку и одарила таким взглядом, что мне захотелось провалиться сквозь землю. Однако технически это было затруднительно: сквозь бетонные плиты я проходить не умею. Этому учат на другом факультете. Вот папа – тот бы наверняка смог, он у меня как раз по технической части. Бабушка – та бы никуда проваливаться не стала. Не думаю, что она даже задумалась бы о таком варианте. Разнести библиотеку, сглазить собеседницу – вот это по ней! Но я-то не бабушка!

- Документы! – пояснила наконец Глафира Сигизмундовна.

Сердце у меня сжалось, потом зачастило, как у зайца. Документы… Что-то я не припомню, чтобы мне их выдавали, да и когда, собственно? С обречённым видом, чтобы хотя бы оттянуть момент неминуемого позора, я сунула руку в сумку и нащупала что-то гладкое и плоское. Это оказалась небольшая папка. Под пристальным взглядом директрисы я извлекла оттуда книжечку с надписью «Паспорт» и ещё одну картонку побольше, подписанную «Диплом». Борясь с желанием посмотреть, что там написано, я безропотно подвинула обретённые документы к директрисе.

- Значит, Елена Алексеевна Ветер? Оч-чень любопытно… Фамилия какая-то… легкомысленная. И возраст, конечно… н-да. Ну, допустим. А что у нас здесь? Выпускница филологического факультета? А почему к нам, а не в школу?

- Там мест не было, - брякнула я, несколько ошарашенная новыми сведениями. Ну, положим, Ветер – это действительно наша фамилия. И ничего она не легкомысленная, нормальная фамилия для волшебников! Можно подумать, именоваться Глафирой Сигизмундовной Пшистиковой – предел совершенства! Да у меня на этом отчестве язык бантиком завязывается! А вот к вновь приобретённым человеческим имени-отчеству придётся привыкать… От «Экселенцы» они бы тут точно попадали, а отчество… Вообще-то в волшебной среде они не приняты, и Лексовна звучало бы непривычно…

- Всё это очень и очень странно, - произнесла между тем директриса. – Я должна уточнить… Ну, что ж. Ступайте за мной! Постараюсь найти применение вашим (тут она фыркнула) способностям!

Глава 5

Идти пришлось недалеко, за первым же поворотом оказалась дверь с надписью «Методический кабинет». Здесь никого не было, однако что-то мне подсказывало, что кабинет, несомненно, обитаем – раз и что его обладатель поселился здесь основательно. На стенах красовались развешенные в несколько рядов дипломы, свидетельствующие о немалых заслугах некой Таисии Тимофеевны Подложкиной, библиотекаря высшей категории. Тут и там были разложены и расставлены статуэтки, салфеточки, вазочки и прочая мелочёвка, которая наверняка копилась здесь годами. Большую часть кабинета занимали два объёмистых шкафа, заставленные папками, и сложная система выдвижных ящичков, именуемая «Картотека» (по крайней мере, так было указано на табличке). Директриса указала мне на компактный ноутбук, лежащий на столе:

- Пользоваться умеешь?

Я кивнула, правда, не уточнив, что с информатикой у меня как раз таки были крайне напряжённые отношения. Ну, авось выкручусь!

- Хорошо. Вот тебе тетрадь со списком читателей, будешь забивать в таблицу. Всё предельно просто. Сюда – номер, сюда - ФИО, сюда – категорию, сюда – адрес. Категории указаны в тетради, так что будь внимательна и ничего не перепутай!

Я послушно закивала, с опаской поглядывая на толстенную тетрадь. Здесь что, переписаны все жители городка, с младенчества и до глубокой старости?!

- Надеюсь, - констатировала Глафира Сигизмундовна. – Всё, мне некогда. Да, кстати! Рабочий день заканчивается ровно в 18.00. Ровно! – покачав пальцем у меня перед носом, директриса удалилась, оставив дверь открытой.

Вздохнув с облегчением, я расположилась за столом, раскрыв тетрадь на первой странице. Потом, не удержавшись, заглянула на последнюю. Предчувствие меня не обмануло: последним шёл некто Явленный Г.В. под номером 5 999!

- Ещё бы одного – и ровненько было бы, - отчего-то мне стало грустно, что цифра не круглая. Однако задумываться об этом было некогда, меня ждала первая в моей жизни работа. Вот сейчас я всем и докажу, какими аккуратными, внимательными и трудолюбивыми бывают выпускницы Школы Фей! «Ах, да, я ж филологичка, - одёрнула я сама себя. – Елена… извини, папа… Алексеевна! Вот!» И, чувствуя себя разведчиком в глубоком вражеском тылу, я принялась за дело, бодро постукивая пальцем по клавиатуре. Ну да, вы не ослышались, именно пальцем. Как ни пытался преподаватель информатики, между прочим, боевой маг, научить меня печатать всеми пальцами сразу, ничего у него не вышло, и он, махнув рукой, поставил мне зачёт. Правда, сопроводив это нарушение учебной дисциплины высказыванием, что ему легче расправиться с десятком невыспавшихся гоблинов, чем заставить мои пальцы действовать синхронно. Подумаешь! Зато я печатаю быстро и без опеча… ой!

Клавиатура оказалась старой, несколько букв не пропечатывались с одного нажатия, и я, исправляя опечатки, мельком подумала: может, и Пшистикова на самом деле Пушистикова, просто кто-то когда-то букву в документах пропустил? Вскоре, перечитав только что напечатанное, я убедилась, что у ковровцев, похоже, и без моей деятельной помощи бытует мода на странные фамилии. Здесь, к примеру, проживало целое семейство по фамилии Глотка, пять читателей носили фамилию Шик, а двое – Ковшик, наличествовали суровые граждане по фамилии Лупибобриков, Убивайкина и Застукалкин. Ещё в списке значились Подберёзовиков, Подосиновиков, Подоконников и Подрясников, но особенно меня покорил некто Нахахаль И.В. Отчего-то представилась выхухоль в шляпе и начищенных ботинках, с щегольскими усиками и тросточкой. Незнакомый пока что Нахахаль подмигнул мне с экселевской таблице, я в ответ погрозила пальцем:

- Но-но, не балуй!

- Здра-а-авствуйте, барышня! – сладенько пропел Нахахаль, и я во все глаза уставилась на буквы. Впрочем, почти сразу сообразила, что звук идёт от двери.

- Здравствуйте, - я старательно улыбнулась двум дамам средних лет, худой брюнетке и полной блондинке, откровенно разглядывающих меня из коридора. – А я вот... на практику.

- Ну-ну! – дуэтом отозвались дамы и скрылись в коридоре, покачивая объёмистыми сумками. Я пожала плечами и продолжила работу. По коридору постоянно кто-то проходил, заглядывал в кабинет, я слышала перешёптывания, но напрямую никто не обращался, так что это потихоньку начинало раздражать. Ну, да, я фея, но не ангел же! Решившись, я встала из-за стола и закрыла дверь. Дело пошло веселее, так что, когда стрелки указали на 6 и 12, я с удовольствием оглядела таблицу, в которую были забиты 563 ковровца со всеми данными.

- И это – только начало! – похвалила я себя, шагая по коридору к кабинету директора. Странно… закрыто! Ну, ладно, выход я и сама найду!

С этими мыслями я направилась на абонемент, с которого началось моё знакомство с библиотекой. Тут тоже никого не было, только портреты классиков сочувственно смотрели на меня со стен. У Антона Павловича Чехова был вид доброго доктора Айболита, так что я немедленно взбодрилась. «Свет же в коридоре горит? Горит! Значит, где-то есть люди!» - успокоила я себя и пошла к дверям . Так, здесь тоже закрыто! Вспомнив, как народ стремительно двигался по коридору мимо меня, я логично предположила, что имеется и второй выход.

По коридору, в первый раз показавшемуся бесконечным, я пронеслась с крейсерской скоростью, дёргая ручки всех кабинетов. Оказавшись перед железной дверью и стукнувшись об неё всем телом, я убедилась в очевидном. Никого нет. Свет в коридоре – дежурный, он горит постоянно. А про меня, похоже, забыли.

Глава 6

Дверь была самая обыкновенная, ничего примечательного, кроме одного: она была железная. С деревянной я бы ещё как-нибудь договорилась, дерево живое и к феям относится с симпатией. А вот у железа характер ещё тот, к нему без диплома мага-технаря даже и не подходи! Хотя…Тут я припомнила категорический запрет на волшебство и сообразила, что в моём случае в принципе без разницы, без ключа не выбраться, а пользоваться отмычками я не умею. Это только в кино можно поковырять в замке шпилькой – и добро пожаловать на волю! К тому же шпильки у меня тоже нет, а значит, стоит поискать другое решение. Перспектива заночевать в библиотеке меня нисколько не пугала, тем более что это как раз решало вопрос с ночлегом. Но, представив, какой шум поднимется, когда меня завтра обнаружат, я решительно повернулась к двери спиной и отправилась путешествовать по зданию, мысленно поблагодарив доброго человека, придумавшего инструкцию о дежурном освещении. Не то чтобы такая уж трусиха, но… феи не любят темноту, мы – создания света, это же прописные истины! Так… а вот это уже интересно!

За очередным поворотом обнаружились ступеньки, уводящие вниз, вероятно, в подвальное помещение. Спешить мне некуда, отчего бы и не обследовать этот закуток? Главное, не навернуться, лестница достаточно крутая, а один синяк у меня уже имеется, думаю, на сегодня норма неудач выполнена. Ступая осторожно и мягко, как кошка (по крайней мере, мне самой так казалось), я спустилась вниз и обнаружила ещё одну дверь, само собой, плотно прикрытую. Я машинально подёргала за ручку, потом толкнула её плечом – послышался недовольный скрип, и дверь приоткрылась. Вот это да! Кажется, впервые за сегодняшний злополучный день мне повезло!

Как я уже сказала, мы, феи, недолюбливаем темноту, это так. Но из этого не следует, что все мы такие уж кисейные барышни, норовящие спать при свете ночника. Во-первых, из коридора самую чуточку, но подсвечивало. Во-вторых, в темноте мы видим лучше, чем обычные люди. Всё потому, что мы можем одолжить у любого живого существа его природные свойства. Уверена, что кто-нибудь из местных кошек или сов мне не откажет, к тому же заём временный. Мне бы только выбраться – и всё! Это даже не магия, а давняя договорённость, так что никаких запретов я не нарушу!

Похоже, сработало, поскольку через несколько секунд расплывчатые контуры полускрытых во тьме предметов стали более ясными, и я смогла осмотреться.

Помещение было действительно обширным. Большую его часть занимали всё те же стеллажи, заставленные рядами книг, от которых веяло грустью, пылью и забвением. Похоже, сюда ссылали лишние книги: слишком старые или не пользующиеся спросом. В углу справа от меня складировались коробки, плакаты, листы раскрашенной фанеры – возможно, декорации. Внезапно коробочная баррикада накренилась и обрушилась. Я подпрыгнула и вгляделась в коробки повнимательнее, готовясь отразить нападение неведомого врага. Однако всё оставалось по-прежнему, никто не выскочил из-под бумаг с нехорошими намерениями: уменьшить штат библиотеки на одну никому здесь явно не нужную фею-практикантку. Выдохнув, я отвернулась, рассматривая подвал. И почувствовала, что поторопилась: на меня кто-то смотрел. Взгляд был пристальный, внимательный и какой-то холодный. При этом все мои обострившиеся чувства сигналили, что здесь никого, кроме меня, нет! Никого живого, точнее.

Я медленно повернулась в ту же сторону и, попросив прощения у неведомой кошки, одолжившей мне часть своих способностей, всмотрелась в угол. И встретилась взглядом с мраморным бюстиком, видимо, изображавшим некую весьма известную в человеческом мире фигуру. Не писателя, не поэта и не художника – мировую культуру я знаю сносно, скорее не потому, что в Школе питала особую страсть к этому предмету, а из-за более прозаической причины. Сей предмет преподавала Фея-Наставница, а у неё, скажем честно, не забалуешь! Так что вдолбить знания на этот счёт она сумела даже в самые отвлекающиеся на более интересные темы головы (включая мою). Возможно, какой-то знаковый политик (вот уж в чём не разбираюсь точно!) Мраморные глаза смотрели прямо на меня, и мне почудилась зловещая усмешка на каменных губах…

- Ленца! Возьми себя в руки! Ты фея или трусиха? – обратилась я сама к себе. Внутренний голос немедленно и весьма логично подсказал, что одно не исключает другое. Сделав над собой усилие, я показала бюстику язык и двинулась дальше, продолжая свои исследования. Сделав несколько шагов, я увидела предмет, приковавший моё внимание. Это были огромные часы с маятником в деревянном корпусе. Старинные, резные, похоже, сломанные, поскольку обе стрелки застыли возле цифры 12. Сердце вновь тронула жалость: часы – вещь, конечно, но в чём-то их можно считать живыми. Они отсчитывают минуты печали и радости, время рождения и ухода, они оповещают нас, что пора просыпаться или, наоборот, засыпать, а их стук похож на стук сердца. Не в силах совладать с любопытством, я подошла поближе и погладила затейливые резные завитушки, вырезанные рукой настоящего мастера своего дела.

Глава 7

По руке словно пробежал электрический ток!!! Не будь я фея, если в этих часах не скрывается огромная магическая сила, которой злые чары не дают вырваться на свободу! Они живы, но что-то (или кто-то) погрузил их в сон, остановил маятник – сердце часов! Так… Что я знаю про часы? Они ходят, иногда бьют. Хм, это ещё раз доказывает, что часы – живые! Чтобы разбудить часы, их необходимо завести. Значит, нужен ключ! Опять ключ! Всё в этой истории отчего-то крутится вокруг ключей, только раньше мне ужен был один, от двери, а теперь уже два.

Я огляделась по сторонам, зачем-то открыла дверку на часах, но там, кроме безжизненного поникшего маятника, ничего не обнаружилось. Наверное, их нужно снять, часовой механизм, по логике, должен находиться сзади. Вот только моего роста явно не хватит, чтобы снять часы со стены. Нужен стул или тумбочка. Ага, вот этот подойдёт.

Я решительно двинулась к столу, вокруг которого располагалось шесть старинных стульев. Надеюсь, он не очень хлипкие? Ого, да тут ещё и лампа есть! Тоже старая, я такие только на картинках видела: на длинной гибкой ножке, с опущенным вниз плафоном. А чего я, собственно, мыкаюсь в темноте? – подумалось с некоторым опозданием. По идее, возле двери должен быть выключатель. Впрочем, и лампа тоже подойдёт… Хотя… А где шнур?

Никаких проводов возле лампы не наблюдалось. «Похоже, неисправная», - констатировала я. Ладно, видно мне достаточно, спасибо неизвестной кошке, любезно поделившейся со мной суперзрением! Если встречу, обязательно угощу чем-нибудь вкусненьким! А пока самой бы не мешало подкрепиться… Усилием воли заставив замолчать сердито забурчавший живот, я потянула на себя стул. Удивительно, но он показался мне тяжеленным, словно весил не меньше тонны! Я попробовала ещё разок – и с тем же результатом. К тому же появилось неприятное ощущение, что мне смотрят в спину. Не выдержав, я оглянулась. Никого. Только бюст неизвестного мне вождя всё так же буравит меня пустыми глазами. Стоп. А разве эти декорации были сложены именно так?

Вот теперь мне действительно стало не по себе. Медленно досчитав до десяти, я обернулась к столу – и вздрогнула. Лампа, лишённая питания, наливалась мертвенно-зелёным светом! Плафон медленно приподнялся на гибкой ножке, словно голова на длинной тонкой шее… Ойкнув, я отступила на шаг, уткнувшись спиной во что-то твёрдое! Фигуры, вырезанные из плотного картона грубо раскрашенные, были уже здесь, потихоньку окружая меня!

- Врёшь! Не возьмёшь! – пискнула я, решительно отступая к стен, к часам, единственному предмету, который казался мне безопасным. Уже не скрываясь, картонки пошли в наступление, и я приготовилась обороняться, выставив перед собой единственное своё оружие – походную сумку.

И тут подвальное помещение озарил резанувший по глазам свет. Я заметалась, ища, где бы укрыться. На лестнице послышались шаги, так что особого выбора у меня не оставалась, и я метнулась за стеллажи. Кто-то, ворча, двигался сюда, в подвал!

- Дверь не закрыли, растяпы! Вот я ужо директорше-то попеняю! – послышался ворчливый голос.

Осторожно выглянув из укрытия, я увидела… того самого пса, у которого совсем недавно лично отбила ворона. Хотя нет, сейчас-то он был, конечно, человеком, но сходство было просто поразительным. «Вот тебе и городок без магии! Оборотни по улицам запросто разгуливают, сторожами подрабатывают!» - мелькнула безумная мысль, а следом за ней – вторая, ещё более сумасшедшая. «Он же как-то сюда вошёл? Значит, если проскочить мимо, то можно выбраться наружу!»

- А раскидали всё, намусорили! – сторож, похоже, обнаружил в центре зала груду так напугавших меня декораций. Пока он, бубня, перетаскивал их в угол, я бочком пробиралась вдоль стеллажей, постепенно оказавшись в двух шагах от ступенек. Так, а дальше что делать? От свободы меня отделяло залитое электрическим светом пространство. В тот момент, когда я уже решилась прорываться наобум, раздался тихий звук, напоминающий вздох. Сторож вскинул голову и, кажется, даже приподнял одно ухо. А потом двинулся в сторону часов, повернувшись ко мне спиной.

- Ну, что? Тяжко тебе, знаю, - сочувственно произнёс он, поглаживая деревянные завитушки точно так же, как совсем недавно – я. – Говорил же тебе – не связывайся!

Другого такого момента могло и не случиться. Мысленно пожелав себе удачи, я на цыпочках выскочила из укрытия и понеслась наверх, перепрыгивая через две ступеньки. Вот когда пригодилась лёгкость, свойственная каждой уважающей себя фее! По коридору я пролетела с крейсерской скоростью и, обнаружив, что теперь входная дверь закрыта изнутри, отодвинула задвижку и выскочила на улицу. Свобода!

Глава 8

Не останавливаясь, я побежала дальше по узкой улочке, всё ещё чувствуя спиной недобрый внимательный взгляд гипсового божка. «Никаких чудес, говорите? Обычный такой, заурядный городок? Ну-ну!» - мелькали сердитые мысли. Наконец, здание библиотеки совершенно скрыли высокие деревья, и я остановилась, выравнивая дыхание. Рядом оказалась деревянная лавочка, и я присела, по привычке аккуратно расправив длинное платье.

И что мне делать дальше, скажите на милость? Итак, я нахожусь в городке под названием Ковров, о котором раньше никогда не слышала. На практику меня вроде как взяли… В итоге в первый же день я оказалась там, где не должна была оказаться, и едва не разделила судьбу одной весьма любопытной Варвары. С собой у меня только сумка, ночевать мне негде, да ещё и есть хочется! Как раз об этом я и мечтала все годы, проведённые в Школе! Спасибо вам, дорогие феи, отделу магии – низкий поклон! Встретить бы сейчас того, в костюме, ух я бы с ним поговорила!

Кулаки сжались сами собой, впрочем, тут же и разжались. Вот именно, разве что поговорила бы. Заколдовать гадкого дядьку точно не удастся, у них на это стойкий иммунитет. Накостылять по шее тоже не вариант… У нас на первом курсе были занятия по боевой магии, но проводили их, скажем так, без особого усердия. «Вы – феи, гармоничные создания, всякое «рукомашество и дрыгоножество» вам не к лицу!» - категорично заявляла Фея-Наставница, построив нас перед первым же занятиям. В результате мы больше хихикали, чем занимались, и соревновались, кто быстрее вгонит в краску юного преподавателя, вчерашнего выпускника. Я частенько выигрывала, и вот теперь приходится об этом сожалеть. Меньше бы отвлекалась – больше навыков приобрела бы. Ох уж это «бы»! Вечно оно мешается!

В животе заворчало. Кажется, впервые в жизни я была по-настоящему голодна. Если вы думаете, что феи питаются нектаром и амброзией, вынуждена вас разочаровать! Я, например, булочки люблю. И пирожные – тоже. И не какие-то там наколдованные, ерунда всё это, видимость одна, никакого вкуса, а уж радости – тем более! Эх, сейчас бы парочку пирожных… Эклеров пузатеньких, и чтобы крема побольше! У нас их здорово готовили… И кофе с молоком. Большую чашку!

Над головой раздался странный звук, похожий на хриплое хихиканье. Подняв голову, я обнаружила на дереве ворона, того самого, помятого собакой. А может, это не собака, а оборотень?! Со сторожем – прямо-таки портретное сходство!

- Смеяться над чужими проблемами – много ума не надо, - раздосадовано произнесла я, впрочем, не сильно рассчитывая усовестить птицу. – А как помочь – так и некому!

- Кра! – скандальным голосом произнёс ворон и слетел на асфальтовую дорожку. Оглядев меня поочерёдно обоими глазами, он развернулся и побрёл вглубь аллеи, оглядываясь на ходу. Пострадавшее в баталиях крыло топорщилось чёрными перьями. Увидев, что я не трогаюсь с места, он недовольно повторил: – Кр-ра!

«Балда!» - отчётливо услышала я и обиделась. Да что за напасть сегодня?! И так положение незавидное, так ещё обзываются всякие!

- Здесь все такие воспитанные или только мне повезло? – огрызнулась я. Ворон, плюнув на приличия, огляделся по сторонам и выговорил: - Впер-рёд!

Пожав плечами, я последовала за вредной птицей. Хуже уже вряд ли будет, к тому же у меня крепло подозрение, что практикантку не могли бросить одну-одинёшеньку в незнакомом городе, да ещё в таком странном месте, как эта районная библиотека! Документами всё же обеспечили, так? И звоночек, заставивший директрису взять меня на практику, тоже имел место быть? Значит, кто-то за мной приглядывает. Почему бы и не ворон? Поразмыслив таким образом, я оставила насиженную скамейку и пошла за птицей.

Удостоверившись, что до меня дошло, ворон каркнул и взлетел. Эх, мне бы так!Только вместо крыльев у меня лишь крылышки надоевшего фар… А собственно, где он? Только тут я сообразила, что давным-давно не поправляла вечно сползающую лямочку. А когда впервые открыла дверь библиотеки, форма ещё была на мне! Интересно, с кем меня спутала та, первая из встреченных мной? Что она сказала? Что-то про список книг на лето? Значит, и здесь школьники одеваются похоже? Вот бедолаги!

- Кар-р! – поторопил меня ворон, и я прибавила скорости. Аллея вывела на зелёную, тихую улочку, по обе стороны которой тянулись ряды пряничных домиков. Ей-ей, словно из сказки выплыли: с резными наличниками, с коньками на крышах, с уютными скамеечками возле палисадников. На одной из скамеек стояла корзина с яблоками и небольшое ведёрко с какими-то чёрными зёрнами. Присмотревшись, я опознала семечки. Жареные, вкуснющие небось… Фея-Наставница запрещала нам их грызть, ссылаясь на то, что от семечек портятся зубы и вообще феи не должны лузгать семки!

- А ты попробуй, угостись семушками-то! – раздался напевный голос. – Или вон яблочком, у меня ранние самые! Яблочки румяные, семечки калёные, всё своё, с огорода!

Глава 9

- Здравствуйте! – глядя на эту милейшую старушку, я невольно начала улыбаться: такая она была уютная, аккуратненькая и тоже почти сказочная. – Яблочки у вас замечательные, только… мне заплатить нечем.

- Так кто же про деньги говорит? Ты даром бери! – удивилась хозяйка пряничного домика и протянула мне самое большое яблоко. Я с наслаждением откусила от него кусок, впитывая дивную сочную сладость. Сама не заметила, как в руках оказался один огрызок, на который я посмотрела с огромным сожалением.

- Семечек попробуй. Они у меня волшебные! – неожиданно выдала бабушка. Я хотела отказаться, но тут она добавила: - С сольцей! – и моя рука невольно потянулась к угощению, а я сама оказалась на лавочке, рядом с присевшей рядом старушкой. Корзина и ведёрка стояли у нас в ногах, ласково пригревало солнышко, а я, позабыв о перипетиях сегодняшнего дня, с наслаждением лузгала вкуснющие, в меру поджаренные семечки и легкомысленно болтала ногами. Похоже, семечки и вправду были волшебными, поскольку градус моего настроения неуклонно полз вверх, и действительность казалась не такой уж и унылой.

- И как же такая славная девица оказалась в нашем городе, одна да ещё налегке и без денег? – вопрос вывел меня из состояния эйфории, так что я едва не прикусила язык. Лгать милейшей старушке не хотелось, в правду она бы не поверила. Оставалось одно – импровизировать!

- Я на практику приехала, - сообщила я, осторожно подбирая слова. – Вещи и деньги мне родители потом передадут!

- Ладно тогда, неожиданно легко согласилась бабушка. – Родители точно без подмоги не оставят… А на практику-то куда?

- В библиотеку! – призналась я. Брови старушки взлетели вверх, складываясь удивлённым домиком.

- В библиотеку? Это как же? Разве такое возможно?

- Кр-ра! – раздалось с яблони. Оказывается, мой провожатый всё это время был рядом и явно подслушивал наш разговор. Старушка осеклась, а я ещё больше укрепилась в подозрении, что птица явно непростая.

- Меня от Министерства образования распределили, - быстро пояснила я. – Экспериментальная группа.

- А-а. Тогда понятно. Всё экспериментируют, - недовольно произнесла старушка и продолжила расспросы: - А остановилась ты где?

- В гостинице, - не задумываясь, выпалила я. Бабушка укоризненно покачала головой, и я смутилась. Спасая ситуацию, уточнила: - То есть я как раз собиралась туда отправиться.

- Можешь не стараться, - вздохнула старушка, поднимаясь с лавочки.

- Почему? – искренне удивилась я.

- Нет в нашем городе гостиницы, - пояснила бабушка. Я вздрогнула, будто на меня вылили ушат ледяной воды. Вот так поворот!

- Как же так?! – только и смогла я выдавить из себя.

- Так кому она нужна-то? – удивилась моя собеседница. – Город у нас маленький, бедный, особых достопримечательностей нету.

Наверняка вид у меня сейчас был такой потрясённый, что старушке стало меня жалко.

- Так тебе что, не сказали? Как же так можно, отправлять человека неведомо куда и даже мало-мальских условий не создать?! Узнаю министерских! – укоризненно покачала она седой головой и решительно произнесла: - У меня остановишься! Я одна живу, скучно, да и по хозяйству помочь когда…

- А деньги? – пискнула я, не веря в такую удачу.

- Как появятся, так и разберёмся. Не бойся, много не запрошу, - улыбнулась бабуля. – Поглянулась ты мне. Сердце у тебя доброе. Ну, что, пошли хоромы глядеть!

Подхватив сумку, я ринулась следом за хозяйкой в дом. Внутри он оказался таким же чистеньким и ухоженным, как снаружи. Здесь оказалось множество милых вещиц, украшавших скромный бабушкин быт: вазочки, картины, салфеточки. На столе стояла корзина с рукоделием. Я не сразу вспомнила, как называются эти палочки, торчащие из клубка беглой пряжи. Ага, коклюшки! Да она кружевница знатная! Значит, все эти подзоры, скатерть, занавески – не покупные, рукотворные?! Волшебство настоящее!

Хозяйка верно оценила мой восхищённый взгляд, заулыбалась и распахнула дверь, ведущую, как оказалось, в отдельную комнату, небольшую, но тоже невероятно уютную.

- Подходяще? – уточнила та. Я быстро закивала, радуясь тому, что хотя бы часть моих проблем вроде как начинает решаться.

- Ты располагайся, а минут через пятнадцать и поужинаем, - объявила хозяйка. – Тебя как звать-то?

- Ленц.. Ленка! – вовремя спохватилась я.

- А меня – Мария Ивановна. Можешь называть бабушка Маша, - и старушка вышла, прикрыв за собой дверь.

Я присела на кровать, попрыгала – мягко! Всё здесь дышало чистотой и свежестью, как то давешнее наливное яблочко, умытое росой. Определённо, мне здесь нравится! Наверное, нужно паспорт показать, чтоб хозяйке не думалось? С этой мыслью я полезла в сумку. Ага, вот и он! Как там меня проименовали?

Тонкая книжечка с перепуганной, но точно моей фотографией раскрылась сама собой, и оттуда выпал пластиковый квадратик. А это откуда взялось?

С интересом повертев находку, я припомнила, что это называется банковской картой. Ага, похоже, и ещё одна проблема решится! Может, в сумке и ещё что-то интересненькое окажется?

С пытливостью археолога я засунула руку в недра сумки и хорошенько пошарила. Так, что-то есть!

Через секунду я обалдело разглядывала три крайне странные и мало сочетающиеся между собой вещи: карту Таро, деревянную ложку, расписанную под хохлому, и детскую варежку на резинке, почему-то одинокую, на левую руку.

Глава 10

- И что мне с этим делать прикажете? – изумилась я, причем, кажется, вслух, разглядывая находку. Ребусы я люблю, но этот какой-то уж слишком заковыристый… Ложка красивая, пахнет вкусно – тёплым, живым деревом и лаком, но вряд ли имеет прикладное значение. Хороша я буду, если заявлюсь на ужин к радушной хозяйке с собственной ложкой! Вещей, значит, нет, а ложечку прихватила? Ладно, пока отложим.

Дальше – карта Таро. Моя карта, собственно. Я осторожно, одним пальцем, погладила изображение. Висящий на цветущем дереве парень, не смотря на крайне неловкое положение, в котором находился, вовсе не выглядел пессимистом. Похоже, его прикалывало болтаться вниз головой. Типа, мир видится по-другому, а может, мозги начинают работать интенсивнее от прилива крови! Короче говоря, про эту карту я знала всё, что можно найти в письменных и печатных источниках. Если вы родились 12-го числа неважно какого месяца, вы меня поймёте. Есть минусы, но и плюсы найдутся. Наша астрологиня часто говорила, что у меня нестандартный взгляд на жизнь. Это льстит, хотя я почти уверена, что это была всего лишь попытка хоть как-то уравновесить моё хроническое невезение и все те косяки, которые я совершаю с завидным упорством. Ну и ладно, у каждого своя карта и своя карма! А Вацлав – практически мой приятель, я с ним даже советуюсь порой. Почему Вацлав? А почему нет? Мне кажется, что именно это имя ему подходит больше всего! А тем, кто усмотрел здесь игру слов и провёл параллель с that”s love, предлагаю остаться при своём мнении! Парни меня, между прочим, вообще не интересуют, чтоб вы знали! Глупости всё это! У меня других дел по горло, например, эта самая практика, будь она неладна!

Подмигнув Повешенному, я положила карту рядом с ложкой и взяла в руки варежку. Маленькая, точно детская (взрослые вряд ли носят варежки на резиночке, хотя так они точно не теряются), голубая, с орнаментом в виде снежинки. Мягонькая, пушистая такая… Я бы от таких не отказалась, будь у меня клубочек ниток. А эта, увы, маловата, да и без пары. Я покрутила варежку за резиночку и тут же получила ею же по носу. Ну, вот, моё «везение» в действии, даже в мелочах заметно! Странно… А варежка как-то потяжелела!

Недолго думая, я сунула руку внутрь. Так есть, что-то мешается! У меня на ладони оказался клубочек отличной шерсти. Мягкой, голубого цвета. Погодите-ка! Именно об этом я сейчас и подумала! Ура!!! Похоже, меня снабдили портативным порталом для получения мелких нужных предметов! Почему мелких? Потому что иначе в варежку не влезет! Ну, хоть с этим разобралась!

«Спицы наверняка у бабули найдутся», - я решила не расходовать магическую энергию понапрасну. К тому же бабуле будет приятно узнать, что у меня имеется такое вот хобби. Будет о чём поговорить, а это полезно. Я в этом городе никого не знаю, если не считать ворона, а без обычного человеческого общения даже феи начинают унывать. А там этого никак нельзя, от этого магия утекает, как вода между пальцами!!!

- Лена, ужин на столе! – услышала я сквозь прикрытую дверь. Повторять дважды не пришлось. Спрятав находки в сумку, я мельком глянула в зеркало, подмигнула своему отражению, оценила наконец заменивший школьную форму прикид. Длинновато, но сойдёт! Вот проверю, что там на карточке, и непременно приобрету платье моей мечты! А может, и вообще джинсы! «Фея-Наставница от одних мыслей в обморок бы упала», - довольно подумала я и вышла в зал.

- Руки на кухне сполоснуть можно, - отрываясь от процесса накладывания по тарелкам чего-то очень вкусно пахнущего и золотистого, проинструктировала бабушка Маша и кивнула в нужном направлении. Руки здесь мыли из странного приспособления, называемого «рукомойником». Это чудо человеческой сметливости доселе я видела только на картинках в книжке, рассказывающей о народном быте. Прикольная штука! Вытерев ладони прилагающимся полотенцем, вышитым петухами (вот-вот, именно такое и было на соседней картинке!), и чувствуя себя путешественницей во времени, я вернулась к столу.

- Кашу любишь? Пшённая, упрела, что надо! – улыбнулась хозяйка.

- Ещё как буду! – по-моему, я даже облизнулась.

Ложка, выданная мне, была никак не меньше той, из сумки. Каша оказалась выше всяких похвал, так что тарелка подозрительно быстро опустела.

- Вкусно? – подмигнула старушка.

- Ага. Шпасибо! – проговорила я, поспешно дожёвывая и прикидывая, влезет ли в меня ещё хоть ложка

- А чай давай в саду попьём, на воздухе! – предложила довольная моим здоровым аппетитом хозяйка. Кивнув, я с трудом поднялась из-за стола, по знаку бабушки подхватив плетёнку с конфетами и сушками.

В саду и вправду обнаружился маленький столик и пара лавочек. Сюда перекочевали чашки, пузатый заварной чайничек и – о чудо! – настоящий самовар, поблёскивающий блестящими боками. Добавив варенье и яблоки, моя квартирная хозяйка наконец присела напротив меня, наливая душистого чая в расписные чашки. Мне вспомнились чаепития в гостях у бабушки… Только воздух там другой, настоянный на запахе хвои, лесной…

- Чему улыбаешься? Хорошее вспомнила? – спросила старушка. Я кивнула, собираясь ответить, но тут нас прервали.

- Дай! – требовательно произнёс кто-то. - Дай-дай!

Я оглянулась. Из-за заборчика на нас смотрел очень странный господин. Именно это слово первым пришло на ум, пока я внимательно разглядывала его наряд: чёрную широкополую шляпу, шёлковый шарф, бывший когда-то белым, длинный сюртук, явно знававший лучшие времена…

- Не бойся, он безобидный! – шепнула мне бабушка Маша и ласково произнесла: - Гость в дом – счастье в дом! Держи-ка яблочко, сладкое, наливное!

Однако от яблока господин в шляпе отказался. Не сводя с меня беспокойных глаз, он вытянул руку вперёд и умоляюще произнёс: - Дай!

Глава 11

Признаться, я растерялась. Вид у странного незнакомца был такой потерянный, что мне захотелось немедленно помочь ему, только как угадать, что именно он просит? Может, чая?

На помощь пришла бабушка Маша. Ласково, словно маленькому, она объяснила:

- Прошу покорнейше извинить, Николай Порфирьевич, только нет у нас того, что вы ищите.

- Дай-дай! – всё ещё надеясь на что-то, проговорил тот, заглядывая мне в глаза.

- Ох ты ж, горюшко! – тихонько прошептала бабушка Маша и, собрав на блюдце несколько печенюшек и конфет, велела мне:

- Отнеси-ка, может, у тебя возьмёт. Вон худой какой, целыми днями голодный ходит, ищет всё…

Я взяла блюдечко и понесла к забору, старательно улыбаясь. Незнакомец сделал шаг, будто собирался убежать. Неужели я такая страшная? Никогда бы не подумала!

- Здравствуйте! – защебетала я, протягивая угощение. – Вы Николай Порфирьевич, да? А Меня Лена зовут, я на практику в ваш город приехала, буду здесь работать. В библиотеке!

Не успела я произнести последнее слово, как господин Дайдадай (так я его мысленно окрестила) ударил по блюдечку и кинулся наутёк. Печенья и конфеты рассыпались по траве, я присела и принялась собирать их обратно, чтобы скрыть смущение. Странный город. И люди здесь странные!

- Не обижайся на него, - услышала я и обернулась. Бабушка Маша сидела за столом, пригорюнившись, подперев щёку рукой. – Никто не знает, что он ищет и отчего так библиотеку боится. Раньше-то частым гостем там был. Человек-то он известный, и в городе, и в области. Был… Пока беда с ним не случилась. А теперь вот, сама видишь… - и старушка тяжко вздохнула. – Печенье ты вон, Генриху отдай!

- Кому? – я завертела головой, пытаясь обнаружить в саду ещё и некоего Генриха. Сверху послышалось хриплое карканье. Ворон широко открыл клюв и, будь у него язык, точно показывал бы мне его сейчас.

- Ну и манеры у вас! А ещё Генрих Наваррский! – укорила старушка. Ворон поглядел на неё бусинкой лукавого чёрного глаза и подмигнул. Я протёрла глаза. Чудеса!

- Кар-р! – напомнила о себе царственная особа и, окончательно наплевав на приличия, выдернула у меня из рук печенюшку. Решив не рисковать пальцами, я опустила блюдце в траву и вернулась за столик. А кое-кто, раз такой умный, пусть сам конфеты разворачивает, вот!

- А что за беда случилась? Кто он, этот Николай Порфирьевич? – спросила я, вспоминая, что любопытство, конечно, не порок, но… Однако бабушка была настроена на разговор и замечаний делать не стала.

- Писатель он, вот кто. Детский, - начала она, между делом прихлёбывая чай. – Сказки сочинял. Ребятишки его любили, в школы часто приглашали, в библиотеку опять же, на встречи с читателями. Четыре книги написал, сама почитаешь, ежели интересно. А потом – как подменили человека. Сам себя забыл, не разговаривает почти и всё ищет чего-то. А чего – и сам не знает… - и старушка надолго замолчала.

- Бабушка Маша, а вы с ним знакомы были, да? Ну, до того, как это случилось? – спросила я, торопясь подбросить хворосту в угасший было костерок разговора.

- Знакома? Бери выше, - улыбнулась старушка. – Коленька – мой ученик. Я его литературе и русскому языку учила.

- Ну конечно! Я едва не хлопнула себя по лбу. Учительница! Вот почему мне всё время кажется, что я снова в Школе Фей. И случайно оброненная фраза про министерских – всё сразу встало на свои места!

- Бабушка Маша, - осторожно начала я, старательно делая вид, что просто поддерживаю разговор, - вы же про всё в этом городе знаете! Пожалуйста, расскажите про библиотеку!

Показалось – или вправду неожиданно потемнело, будто затянувшийся день резко засобирался восвояси, уступая место вечеру? Тревожно зашелестели яблони, порыв ветра пронёсся по саду.

- Кр-ра! – произнёс ворон по кличке Генрих Наваррский, и мне послышалось в этом звуке недвусмысленное предостережение.

Глава 12

- Холодает что-то, - старушка зябко передёрнула плечами и засуетилась, собирая со стола. Я кинулась помогать. Что-то подсказывало мне, что вопросов больше задавать не стоит, особенно на крайне интересующую меня тему.

Оказавшись в доме, я тут же вспомнила про находку, обнаруженную в варежке-минипортале, и выпросила у бабули спицы. Так что остаток вечера промелькнул незаметно, мы обе прилежно вязали и разговаривали. Я старательно обходила вопросы о моей учёбе, отвечала крайне обтекаемо, зато о книжках обе, похоже, могли говорить бесконечно. Уже засыпая на удобной, пахнувшей свежим бельём и почему-то яблоками постели я подумала, что впервые за этот дёрганный и странный день мне действительно повезло. Сейчас высплюсь – и с новыми силами буду осваивать библиотечные премудрости и… разбираться в библиотечных тайнах!

Снилось мне что-то хорошее. Настолько, что сон я не запомнила, только мелодию, которую кто-то наигрывал настолько красиво и задушевно, что, проснулась я с улыбкой. Наскоро позавтракав и предупредив хозяйку, что задержусь (надо проверить, что там у меня на карте, если всё благополучно, то по магазинам пройтись, прикупить всего необходимого, к столу что-нибудь). Бабушка Маша немедленно накрутила мне с собой яблок, на случай, что оголодаю во время трудов праведных.

С радостными мыслями и отличным настроением я ворвалась в библиотеку, причём гордо прошествовала через служебный вход, дав себе слово никому не рассказывать о своих вчерашних приключениях. Дверь методического кабинета оказалась незапертой, так что, открыв ноутбук, я немедленно приступила к своим новым обязанностям и так увлеклась, что не заметила, как в кабинет вошёл ещё кто-то.

- Это ещё что такое?! – раздался у меня над ухом возмущённый голос. Я оторвалась от увлекательного занятия и обнаружила даму очень средних лет и крайне негодующего вида. Даже башенка из крашеных в фиолетовый цвет волос тряслась от возмущения, а серьги позвякивали в такт! Подключив логику, я поняла, что вижу саму хозяйку кабинета, мадам Подложкину.

- Здравствуйте. Это я, Лена. Я у вас на практике, - объяснила я, старательно улыбаясь. Однако демонстрация дружелюбия подействовала, как бензин, которым плеснули в костёр

- Возмутительно! – рявкнула дипломированная методистка и унеслась из кабинета. Очевидно, решила донести своё негодование до директора. Признаться, мне стало неуютно. Это надо так рьяно бороться за территорию! Ну что ей, краешка стола жалко?! Или она принципиально не выносит практиканток?

Определиться с ответом я не успела – вернулась методистка. С гордо поднятой головой она прошествовала к столу, упала в широкое и удобное даже с виду кресло и немедленно начала раскладывать по столу бумаги, стараясь занять как можно больше площади. Пожав плечами, я уставилась в ноутбук.

На меня смотрел улыбающийся смайлик. Знаете, кругленький такой, жёлтый, подмигивающий. Откуда он взялся? Я ничего такого не делала! Или всё-таки нажала куда-то? Подмигнув ещё разок, смайлик исчез, но дело своё он уже сделал. На душе полегчало, и я бодро принялась вбивать в базу девятую сотню читающих ковровцев.

В молчании мы просидели до обеда. То, что настал обед, я определила по активизации методистки. Она резко засобиралась и, выразительно глядя на меня, побренчала ключами. Намёк был ясен, к тому же мне очень не хотелось снова оказаться закрытой, на этот раз – в кабинете, так что я послушно встала и удалилась, решив, что есть мне пока неохота, зато можно сэкономить время и прикупить что-нибудь уже сейчас.

Магазин обнаружился рядом, через площадь, а прямо у входа в него – ещё и банкомат. Проделав все необходимые операции с картой (а ведь когда мы их проходили, была уверена, что в жизни мне это не понадобится!), я убедилась, что являюсь обладательницей приличной суммы. По крайней мере, бабушке за квартиру на первое время заплатить хватит, ещё и на джинсы и свитерок останется! Во-первых, брюки нам запрещали категорически, а запретный плод… ну, вы сами знаете. Во-вторых, вечером всё же прохладно, так что это даже не прихоть, а дань необходимости!

Окрылённая свалившимся на меня богатством, я взлетела на второй этаж и огляделась. У кассы скучала одинокая продавщица, кроме нас с ней, никого в этот час в магазине не было, если, конечно, не считать манекенов. Здесь их было с десяток, и все – на одну колодку, даже лица им нарисовать не потрудились, отчего смотреть на них было неприятно. Впрочем, сейчас мне было не до них, я бодро принялась рыскать по полкам. Премиленький яркий свитерок с забавным принтом обнаружился сразу, а вот в джинсах я засомневалась, потому что раньше их не носила. Не беда, сейчас примерю – и определюсь!

С трудом натянув брючки и втянув живот, я сумела ценой неимоверных усилий застегнуть змейку. Тесновато, но сидят, как влитые! А ничего, куплю, а вечером побегаю – и всё встанет на свои места! Тем более товар предлагался со скидкой, и это решило дело. Чувствуя себя взрослой и очень практичной особой, я повернулась перед зеркалом, разглядывая себя со всех сторон. Стекло отразило довольную меня, бархатные занавески и… заглядывающего в примерочную человека без лица!

Глава 13

Окажись на моём месте обычная девчонка – она дико завизжала бы! Фея-Наставница воздействовала бы убеждениями – и в результате монстр немедленно задвинул бы занавеску, рассыпавшись в извинениях. Если бы в подобную ситуацию попала моя бабушка – рассыпаться ему пришлось бы уже буквально… А я… я не придумала ничего лучшего, как, размахнувшись, двинуть Безликому в отсутствующее лицо сумкой и крепко зажмуриться.

Раздался грохот, потом наступила тишина. Я услышала, как кто-то прошаркал к примерочной и заглянул в неё. Я приготовилась к обороте, прижимая к груди сумку. «Джинсы не отдам!» - мелькнула абсолютно дикая мысль, и я приоткрыла один глаз. На меня смотрела продавщица, она же – кассирша.

- Девушка, у вас всё в порядке? – уточнила она, попутно профессионально оглядывая примерочную на предмет возможного утаивания неоплаченного товара. – Тут манекен упал. Вы не испугались?

- Нет! – лихо соврала я, выглядывая из примерочной. И правда, манекен, такой же, как остальные. Померещилось мне, что ли?

- Джинсы брать будете? Хорошо сидят, - польстила продавщица, возвращая манекен в прежнее вертикальное положение, и я, вернувшись в реальность, кивнула:

- Буду! И свитер тоже. А можно я прямо так пойду?

- Конечно, - согласилась продавщица, ловко отстригая бирки со штрих-кодом. Вернувшись за кассу, она провела ими по считывающему устройству и назвала вполне устроившую меня сумму. Изрядно надоевшее мне даже в новой модификации платье она сунула в пакет. Уже расплачиваясь за покупку, я углядела на витрине симпатичную флешку с брелоком в видехрустальной бабочки и прикупила ещё и её. Пусть будет!

Покидая магазин, я ещё раз взглянула на манекены. Они вели себя смирно и признаков жизни не подавали, однако мне почудилась такая волна недоброжелательности, что помещение я покинула, перепрыгивая через три ступеньки.

Мадам Подложкина уже восседала на боевом посту. Меня она, само собой, не удостоила даже взглядом, однако я заметила, что свою территорию она постаралась расширить ещё на несколько сантиметров, разложив пасьянсом какие-то карточки, кои сейчас и заполняла специальным библиотечным почерком. Мысленно пожав плечами, я открыла ноутбук… и уставилась на пустой файл. Заполненная на две трети таблица исчезла бесследно!

Я во все глаза уставилась на свою сокабинетницу. Та сделала вид, что не заметила моего пристального внимания и с удвоенным старанием принялась выводить буквы. Подавив нарастающую панику, я попробовала восстановить таблицу. Ноль на выходе. На всякий случай заглянула в корзину – тот же результат! Ужасно захотелось стукнуть Подложкину чем-нибудь по лбу, вот хотя бы той самой ложкой! Но я же фея, нам о таком и подумать нельзя! Да-да, за одни только мысли пришлось бы отрабатывать потом на общественно-магических работах неделю, а то и две!

Заметив, как за очками диверсантки блеснуло явное торжество, я собрала волю в кулак и решила, что не сдамся! Наберу таблицу заново, подумаешь!

Машинально закрыв файл, я тут же открыла его заново и едва не вскрикнула. Все данные оказались на месте, а в углу таблицы подмигивал мне всё тот же задорный смайлик! Чудеса! Впрочем, чудеса чудесами, а осторожность не помешает, - смекнула я и аккуратно скопировала файл на флешку. Кстати, надо бы и о личном ноутбуке подумать, пригодится!

Наверное, вид у меня был уж слишком уж торжествующий, поскольку методистка что-то заметила и немедленно предприняла ряд манёвров, чтобы заглянуть мне через плечо. Обнаружив таблицу на прежнем месте, она резко развернулась и ринулась из кабинета. Через минуту вернулась и, сделав над собой неимоверное усилие, процедила сквозь зубы:

- Директор вызывает, немедленно!

Гадая про себя, что же такого мне можно инкриминировать, я отправилась по знакомому уже коридору.

Глафира Сигизмундовна была не одна, в кабинете обнаружилась ещё одна пока неизвестная мне особа, которая немедленно устремила на меня взор, исполненный укоризны. Напомаженные губы разжались и исторгли тяжкий вздох.

- Неслыханно! В джинсах, в библиотеке!

Блин! – едва не вырвалось у меня. Что, опять?! Как и не уходила из Школы!

Директриса внимательно посмотрела на меня и неожиданно улыбнулась:

- Не стоит так резко реагировать, уважаемая Маргарита Ивановна! Лена у нас девушка современная, и это может пойти на пользу библиотеке. Почему бы нам не привлечь молодёжь, причём не только как читателей? Вот и руководитель уже определился!

И она широким жестом указала на меня.

- Ты же согласна, правда?

Правда, - машинально отозвалась я, совершенно не представляя, что именно мне только что предложили.

- Хорошо, иди работай, - величаво произнесла директриса.

Аккуратно прикрыв за собой дверь, я на секунду замешкалась. Ровно на столько, чтобы услышать обрывок разговора.

- Мы же хотели избавиться от девчонки!

- Успеется. А пока пусть послужит нашему делу. Библиотеке нужна свежая кровь!

Глава 14

Внутри у меня что-то отчётливо ёкнуло: уж очень зловеще прозвучала фраза. Однако, быстро перебрав в памяти словарь фразеологизмов, я успокоилась. Не всё так страшно, молодые читатели библиотеке и вправду нужны! Вот только справлюсь ли я с ними? И что вообще нужно делать, книжки им, что ли, вслух читать?! Ладно, главное – ввязаться, а там видно будет. Зато от моего прикида отстали! Но придётся всё же ещё и юбку прикупить, незачем гусей дразнить, точнее, гусынь!

Расстояние от кабинета до кабинета я преодолела едва ли не вприпрыжку. Возле открытой двери методического кабинета, однако, градус настроения моментально свалился до нулевой отметки. «Настоящая фея никогда не покажет виду, если огорчена или раздражена! Спокойствие, только спокойствие, - вот девиз каждой волшебницы!» - припомнила я слова Феи-Наставницы. Впрочем, мне почему-то казалось, что этот самый девиз был ещё у кого-то, и он точно не являлся феей…

Так что в кабинет я вошла с гордо поднятой головой, чем сильно удивила методистку. Любопытство у неё пересилило, и, переборов гонор, она с деланным участием поинтересовалась:

- Что, уже и первое замечание схлопотала?

Я непонимающе захлопала ресницами и премило улыбнулась в ответ:

- Что вы! Как раз наоборот! Кажется, я только что получила повышение!

У Подложкиной отвисла челюсть. Подобрав её наманикюренной дланью, она уточнила с явным сомнением:

- Повышение? В первый день работы? Не может быть!

- А вот и может! - любуясь ошарашенным видом вредной тётки, я дружески кивнула ей. – Буду работать с молодёжью!

- А-а-а, вот оно что, - протянула методистка, явно успокаиваясь и даря мне улыбку сытого аллигатора. Сейчас она была такая довольная, что в мою голову закралась мысль, что мне предложили нечто крайне сомнительное. Ну, уж точно не повышение. Решив не расстраиваться, я послала Подложкиной контрольную улыбку и углубилась в пополнение читательской базы. Больше попыток общения методистка не делала, что меня очень и очень устраивало. Чем занималась сама Подложкина, я так и не поняла, но делала она это крайне активно и с видом английской королевы. Пару раз она выходила из кабинета и застревала где-то достаточно долго, чтобы я успела втихаря уничтожить припасы, собранные заботливой бабушкой Машей. Заодно проинспектировала сумку и убедилась, что новых предметов там не добавилось.

Остаток дня пролетел незаметно. Наученная горьким опытом, я быстренько смахнула наработанное на флешку, подхватила сумку и успела проскочить мимо подкрашивающей губы методистки. Сегодня точно не закроют!

Шагая по уже знакомой аллее, я даже начала потихоньку напевать, хотя музыкальным слухом похвастаться не могла никогда. В отличие от обычного. Он-то меня и спас.

Обернувшись по самой непонятной причине, я увидела в нескольких метрах настоящее чудовище! Шерсть на спине у зверюги стояла дыбом, глаза горели жёлтым огнём, из пасти клочьями слетала пена! Глухо зарычав, тварь присела на задние лапы, готовясь прыгнуть…

Рука сама собой нырнула в сумку, схватив первое, что подвернулось, и швырнула в нападающего! Что-то небольшое просвистело в воздухе и ударило чудовище прямо в лоб. Издав душераздирающий вой, кошмарное создание рухнуло на тротуар. А непонятный предмет, сделав своё дело, снова ткнулся мне в ладонь. Машинально опустив глаза, я поняла, что держу в руке деревянную ложку, расписанную под хохлому. Могу поклясться, что секунду назад она представляла собой настоящий боевой бумеранг! Которым, само собой, я в жизни своей не пользовалась.

Любопытство, как вы помните, моя характерная черта. Справившись со страхом, я подошла к валяющейся на земле твари и присела рядом на корточки. Ну и жуть! Собака Баскервилей отдыхает! Неужели я её того… ухайдакала? Однако, приглядевшись, я поняла, что бока чудища еле заметно вздымаются. И что делать? Добить? Ну уж нет, феи на такое не способны! Приняв единственно верное, с моей точки зрения, решение я, подхватив сумку, со всех ног кинулась к спасительному домику бабушки Маши.

Глава 15

Нормальным феям кошмары не снятся. Видимо, я – исключение, поскольку мне-то как раз доводилось во сне становиться невольной участницей триллеров. Как правило, они относятся к двум категориям. Первая – я стою у доски и понимаю, что ничего не выучила. Вторая – за мной гонится кто-то очень нехороший и целеустремлённый, а я не могу взлететь. Если честно. Кошмары первого типа гораздо страшнее, однако и второй неприятен настолько, что я не раз просыпалась в холодном поту. А сейчас это происходит ещё и наяву! Безобразие! Я жаловаться буду!!!

Кому и в какой форме я собираюсь пожаловаться, придумать не успела, поскольку, услышав за собой хриплое дыхание очухавшейся псины, я всерьёз разозлилась. Так, да?! Мало тебе? Ладно, добавлю! Где там моя боевая ложка?!

Похоже, вид у меня был решительный, поскольку адский пёсик замер в нескольких метрах от меня и завыл. Вокал получился впечатляющим, полчища мурашек ломанулись по моей спине, похоже, спасаясь бегством. Я медленно, стараясь смотреть прямо в полыхающие алым глаза моего преследователя, достала ложку и продемонстрировала её. Заодно и сама лишний раз полюбовалась. Красивая, яркая. И многофункциональная к тому же: хоть щи хлебать, хоть от врагов обороняться!

- Мало тебе? Добавки хочешь? – угрожающе поинтересовалась я. Пёс заскулил, шерсть у него встала дыбом. Видимо, воспоминания о прямом контакте с данным предметом были ещё свежими и явно не оптимистичными. – А ну, пшёл отсюда!

Псина попятилась, но в бегство обращаться не собиралась. Напротив, справившись с собой, пёс начал вновь надвигаться на меня, демонстрируя не слабые клыки.

- Ну, чего тебе надо-то? – нервы у меня всё же не железные.

«Уезжай отсюда!» - отчётливо прозвучало у меня в мозгу. Я недоверчиво глянула на собаку. Тот пару раз мотнул головой сверху вниз, словно подтверждая, что мне не послышалось.

- Это ты сказал? – на всякий случай уточнила я. Пёс рыкнул и преодолел ещё несколько метров. Расстояние между нами сокращалось, ещё немного, и оно станет критическим. Я замахнулась ложкой. Пёс заскулил.

- Да куда я уеду-то? Я же не своей волей, меня на практику послали! – с чего-то взялась я оправдываться. Спохватившись, вновь приняла грозный вид и замахнулась ложкой: - Нечего мне тут угрожать! Убирайся, кому сказано!

«Дурёха!» - отчётливо пролаял пёс. Я обиделась. Мало того, что напугать пытаются, так ещё и обзываться?! Не на ту напали!

- Бросаю! – предупредила я и замахнулась. Пёс прижался к земле, а я почувствовала, что ложка вырвалась у меня из рук! Причём не самостоятельно, а при непосредственном участии матерого ворона, в котором я без труда опознала Генриха Наваррского.

- Ах, так, да?! – возмутилась я. – Я тебя, значит, спасала, а ты неблагодарностью отплатил! Чёрная твоя душа!

Ворон на критику не отозвался, а развернулся и полетел по направлению к дому бабули. Я пробежала несколько шагов и встала, поняв всю бесполезность своих маневров. Нормально! А я-то как теперь? Магичить нельзя, голыми руками мне с чудовищем не справиться… Ну, всё, Ленца, пиши пропало, быстро же закончилась твоя практика! Ну, что ж, без боя я точно не сдамся! И я повернулась к псине, чтобы встретить врага лицом к лицу. Ну, точнее – к морде, но суть от этого не меняется!

Биться мне было не с кем, поскольку, пока я гонялась за вороватым вороном, мой преследователь как сквозь землю провалился. А может, так оно и было? Аллея хорошо просматривалась в оба конца, однако никакой живности на ней не наблюдалось. Прохожих, впрочем, тоже. Пожав плечами, я продолжила путь, надеясь, что больше приключений на сегодня не запланировано. А то что-то уже и проголодалась, и отдохнуть после трудового дня не помешает!

Размышляя таким образом, я ускорила шаг и вскоре оказалась возле приметного домика.

Меня встречали. На крыльце с независимым видом сидел ворон, иронично поглядывая в мою сторону. Рядом с ним лежала деревянная ложка, расписанная под хохлому.

Глава 16

- Ты зачем ложку утащил? – укорила я нахальную птицу. – Если б не вмешался, я б точно с той псиной справилась!

Генрих смерил меня взглядом с ног до головы (так ему было удобнее по причине малого роста, однако ощущение всё равно оказалось не из приятных!) и хрипло подытожил:

- Дур-р-рёха! По хор-р-рошемуу прр-р-редупреждали!

- Сам такой! – огрызнулась я. – Ишь, моду взял, критиковать!

А потом что-то такое сложилось у меня в голове, и я подозрительно глянула на ворона.

- Так вы что, заодно?! Ах ты, мелкий ренегат! – и я, быстро подобрав ложку, замахнулась на коварного птаха… всё-таки сумкой, передумав в самый последний момент. Ложка, по-видимому, является оружием, а за вредность не убивают. К тому же мы, феи, в принципе пацифистки. Если, конечно, не злить…

Ворон с карканьем взлетел на ближайшую яблоню, а я деловито прошествовала в дом.

- Леночка вернулась! Да в обновках, вы смотрите! – обрадовалась мне бабушка Маша, отрываясь от своего занятия. – Сейчас ужинать будем, а ты мне расскажешь, как день прошёл, какие впечатления. А то я под старость совсем домоседкой стала, никуда не хожу, ничего не знаю!

- Ой, а что это? – я подошла поближе к столу, изучая расклад. – Пасьянс?

Бабушка усмехнулась, глядя на меня поверх очков.

- Грешна, балуюсь иногда. Вот, решила «Могилу Наполеона» раскинуть, а он не сходится.

- И что это значит? – поинтересовалась я, разглядывая карты. Вместо ответа старушка перемешала все карты и решительно поднялась из-за стола. Я вспомнила о важном и полезла в сумку, торжественно извлекая новенькие купюры.

- Вот! Это за проживание и стол, за месяц! Хватит?

Старушка приняла деньги, отсчитала половину, остальное вернула мне:

- Вот так хорошо будет. Денежки тебе пригодятся ещё. А мне много не надо, мне живой человек – только в радость. А то и поговорить не с кем. Одна я. Разве что Наваррский прилетает навестить…Но с ним особо не поговоришь.

- Как бы не… - начала я и запнулась, сообразив, что едва не призналась, что понимаю язык птиц. – Как бы мне хотелось выразить вам свою признательность! – выкрутилась я, бодро закончив фразу.

- На ужин картошка с грибами. Будешь? – донеслось с кухни.

- Буду! – отозвалась я. Все перипетии долгого дня остались где-то позади, и вскоре я уже радостно уплетала жареную до румяной корочки картошку с бабушкиного огорода, накалывая на вилку ускользающие солёные грибочки. Так вкусно мне не было даже на пиру в честь Праздника Летнего Солнцестояния, а готовят в Школе Фей ой как вкусно. Точнее, готовили. С запоздалым сожалением я поняла, что, скорее всего, больше никогда не увижу ни саму Школу, ни своих однокурсниц, ни учителей… Чтобы отвлечься от печальных размышлений, я принялась рассказывать о том, что мне поручили набирать читательскую базу, а потом пообещали назначить руководителем молодёжного объединения! Об инциденте с флешкой, Безликом и встрече с адским пёсиком я, естественно, умолчала, хотя очень хотелось выложить всё-всё и попросить совета.

- Ну, что ж, доброе дело, - констатировала бабушка Маша, внимательно разглядывая меня. – А справишься с ребятишками-то? Озорные они стали, да и не читают совсем. Я-то совсем в другое время работала. Тогда книга в каждой семье в чести была, а малышам родители сказки читали… - и старушка тяжело вздохнула.

- Справлюсь! – лихо ответила я и, в свою очередь, пустилась в расспросы.

- Баб Маш, вы же в школе работали? Наверняка и тех, кто в библиотеке работает, учили?

- Не всех, - покачала головой старушка. – Директриса, Глафира которая, так она приезжая, и та, что методическим отделом сейчас заведует – тоже. Про них и в городе почти ничего не известно, кто, откуда… А вот Маргариту я учила. Сама удивилась, когда узнала, где она теперь работает.

- Это отчего же? – навострила я уши. Бабушка Маша покачала головой:

- Да никогда она читать не любила, чаще у подружек списывала, а тут нате вам! А с Васей наоборот вышло….

- Вася – это кто? – тут же уточнила я.

- Сейчас-то он сторожем при библиотеке, - вздохнула бабушка, погружаясь в воспоминания. – А раньше такой способный мальчишка был! Сочинения писал – зачитаешься, стихи какие сочинял! И добился весь своего, выучился на журналиста, в газете местной работал. Как подменили человека, случается же такое… - бабушка Маша замолчала так внезапно, словно решила, что сказала лишнее. Жаль, я только понадеялась разузнать побольше про библиотеку и её обитателей.

С молчаливого одобрения хозяйки я убрала со стола, перемыла посуду и только задумалась, чем бы ещё заняться, как меня неудержимо потянуло в сон. Заметив, как я отчаянно зеваю, старушка улыбнулась:

- Видать, городская ты, к нашему воздуху непривычная. У нас вроде тоже город, только сама видишь, деревня деревней, и дома деревянные, и сады у всех. Ты не майся, а ложись да поспи, - напутствовала она меня.

Сил хватило только на то, чтобы раздеться, а потом я провалилась в глубокий сон…

Глава 17

Оказалась я прямо у себя дома, в кабинете отца, причём явно в разгар семейного совещания.

- Мам, пап, это я! – бодро воскликнула я, однако родители отчего-то не обратили на меня ни малейшего внимания. «Ага, я же сплю!» - сообразила я и устроилась на диванчике, наблюдая со стороны. Мама казалась взволнованной, отец то и дело трогал кончик носа, что служило у него признаком волнения.

- Но как они могли! – возмущалась мама, рассеянно проводя рукой над чашкой с чаем. В воздухе отчётливо запахло валерианой. – Она же совсем ребёнок! Да ещё и без всякой подготовки, без права использовать волшебство! Это неслыханно!

- Успокойся! – призвал папа, машинально отнимая у мамы чашку и осушая её в два глотка. – Ты же понимаешь, что только так можно было внедрить её... ну, ты понимаешь.

- Нет, я отказываюсь понимать! – мама вскочила из-за стола и принялась мерить комнату из угла в угол. – Разве нельзя было послать кого-нибудь более опытного?!

- Опытный выдал бы себя в первые же минуты, - объяснил папа, следя глазами за передвижениями матери. – К тому же она наверняка уже обнаружила артефакты и догадалась, как их применять. И потом, ты же помнишь – её прикрывают опытные агенты. Плюс координатор, давно законсперированный и очень надёжный.

«Координатор? – навострила я уши. – Кто бы это мог быть?»

Подслушивать, конечно же, нехорошо, зато полезно. Я переместилась на самый край дивана. Однако разузнать что-либо ещё помешало появление в комнате нового персонажа. Триумфальное появление, я бы сказала. Дверь распахнулась, пропуская внутрь помещения мою бабушку. Забыв на секунду, что всё это происходит в моём сне и что я – невидимка, я вжалась в диван и замерла, как мышь под веником…

В этом месте стоит отвлечься и объяснить наконец, что это за одиозная фигура. Ну, вобщем, вы уже поняли, что семья у меня не простая, а магическая Так вот бабуля занимает в ней совершенно особое место. Она, как бы это помягче выразиться…. Короче, она ведьма. Профессиональная, опытная, с многовековым боевым стажем. Нет, я не оговорилась, именно многовековым. Про неё написано во всех учебниках, по её биографии сдают зачёты и экзамены, и я ни разу не слышала, чтобы кто-то схлопотал двойку. Интересная у бабуси биография, запоминающаяся. Про Бабу-Ягу слышали, так? Ну, вот. Это она. Грозная, вспыльчивая, боевая моя бабка стояла сейчас посреди комнаты и критически рассматривала заметно оробевших родителей, уперев руки в бока. Кстати, если вы сейчас представили вредную согбенную старушонку на костяной ноге и в платочке – забудьте. Бабуся предпочитает кожаные штаны, высоченные берцы, а под спецназовской курткой у неё кольчуга. Передвигается на мотоцикле марки «Восход», других не признаёт принципиально. А тому, кто намекнёт ей на возраст, она моментально объяснит, что женщин обижать не рекомендуется.

- Здравствуй, мама, - подала голос мать.

- Э-э, как поживаете? – подключился папа.

- Благодарствуйте, не жалуюсь! – рявкнула бабуся. – Вы мне тут зубы не заговаривайте! Где Ленца?!

- Эм-м-м… - отозвались родители, смешавшись под грозным взглядом, как нашкодившие школьники.

- Будите мекать – в козлят обращу! – намекнула бабка.

- Но мама! – запротестовала мать и тут же умолкла, сообразив, что эмоциями бабусю не прошибёшь.

- В Коврово её отправили, на практику, - собравшись с духом, хмуро выдал отец. Бабка сдвинула густые брови и топнула ногой:

- Конкретнее!

- В библиотеку… - упавшим голосом объяснила мать.

В комнате громыхнуло, сверкнули две молнии, вырвавшиеся из глаз бабуси. Папа едва успел их поймать у самой стены, иначе пришлось бы менять обои.

- Она не одна. Там наши агенты и координатор! – поспешил добавить отец.

- Кто?! – вопросила бабка. Отец, оглядевшись по сторонам, подошёл и шепнул ей что-то на ухо. Я, как ни старалась, ничего не услышала. Однако это возымело действие: лицо у бабуси разгладилось, а в комнате запахло озоном. Похоже, гроза прошла стороной.

- Ну, при таком раскладе, может, и справится, - протянула моя любимая бабушка и неожиданно улыбнулась: - А ну, хорош нюни распускать! Она – Ветер! Ей в любом месте помогут, стоит попросить по-хорошему или на меня сослаться! А будет край, - тут бабуся посмотрела прямо на меня, - Ветер и поможет!

Я едва не переспросила, что она имеет в виду, но тут всё исчезло. Больше мне в эту ночь ничего не снилось, а может, просто не запомнила.

Глава 18

Проснулась я задолго до будильника. Вообще-то нам, феям, присуще чувство времени, но лучше подстраховаться. Хотя, если уж совсем честно, то… Ну, ладно, люблю я поспать, люблю! Могут быть у молодой и перспективной волшебницы ма-а-аленькие недостатки?!

Сон вспомнился сразу весь и до малейших деталей. Полное ощущение, что и вправду побывала дома и присутствовала при очень странном разговоре. А может, грибочки виноваты? Вкусные были, но мало ли… Человеческий мир полон опасностей, нужно держать ухо востро! Хотя, по-моему, так говорят про эльфов, а они в нашей части света не водятся.

Размышлений о смысле поговорки мне хватило на пару секунд, после чего я бодренько вскочила, заправила постель, с некоторым сожалением глянув на неё (ещё бы часик поспать, эх!), облачилась во вчерашние обновки, расчесалась пятернёй, напомнив себе купить расчёску и прочие нужные в хозяйстве штукенции, без которых любая фея обойдётся с лёгкостью (волшебство же!). Умылась, почистила зубы и вскоре, жмурясь от удовольствия, уплетала бабушкины блинчики со сметаной. Хозяйка улыбалась, поглядывая на меня, но сама есть не стала, отговорившись, что уже позавтракала, поскольку встаёт рано.

- Стариковская привычка, - посетовала она.

- Да вы ещё ого-го! – польстила я. Впрочем, душой кривить не пришлось, бабушка Маша обладала куда большим, чем красотой: она прямо-таки лучилась внутренним тёплым светом, держалась со сдержанным достоинствам, к тому же являла собой прекрасного собеседника и слушателя. Не будь я уверена, что она человек, заподозрила бы в ней волшебницу. Хотя, по моему глубокому убеждению, чтобы воспитывать детей, обучая их при этом доброму, мудрому и вечному, нужно ангельское терпение и настоящее волшебство!

- Ох-охо, скорее, - пошутила старушка. – Что, Лена, кажется, у тебя сегодня встреча с твоими юными подопечными?

Я едва не поперхнулась блинчиком. Сегодня? Уже??? С чего это она взяла?

- Ты же вчера говорила, - ответила на невысказанный вопрос бабушка Маша. – Или я неправильно поняла, но мне так показалось.

- А-а, точно, - отмерла я, хотя совсем даже не была уверена, что называла конкретные сроки вступления в должность.

- Желаю удачи, - напутствовала бабушка Маша. – Она тебе точно понадобится. Молодёжь сейчас не та, что в моё время…

«А я и вовсе не знаю, какая сейчас молодёжь! – сообразила я. – Какая была раньше – хотя бы в книжках читала. Там они все такие восторженные, готовые к подвигам и свершениям, прямо ух! Ну, ничего, вряд ли всё так грустно. Разберусь по ходу дела! Жаль, магичить нельзя, этим бы я точно смогла завоевать всеобщееуважение и расположить к себе…»

На яблоне сидел Генрих Наваррский, нахохленный и скучный.

- Что, попало от бабушки? – догадалась я. – Так тебе и надо, не будешь ложки воровать!

- Кра! – сварливо отозвался ворон, демонстративно поворачиваясь ко мне хвостом. Показав ему язык, я отправилась на работу.

Меня ждали. В методическом кабинете обнаружилась не только мадам Подложкина, но и Маргарита Ивановна. По тому, как обе при моём появлении замолчали, я сделала вывод, что дамы только что обсуждали мою скромную персону.

- А мы как раз тебя поджидаем, Леночка! – голос Маргариты был прямо-таки медоточивым. – Пойдём-ка со мной! У тебя теперь будет другое место работы!

«Ура! У меня будет свой кабинет! И без всяких вредных методисток!» - мысленно возликовала я.

- Сейчас, только ноутбук возьму! – радостно согласилась я. Библиотекарши переглянулись. Маргарита добавила в голос ещё и патоки:

- Думаю, сегодня он тебе не понадобится, тем более что ты уже почти всю базу набила. Ты молодец, вот и Глафира Сигизмундовна так считает. Ну, пойдём, пойдём, дела не ждут!

Глаза методистки блеснули торжеством. Ещё бы, вытеснила всё же Ленку-подселенку с суверенной территории. Хотя мне показалось, что был там ещё какой-то подтекст, но разбираться сейчас времени нет. А что касается читательской базы, так я её скопировала на флешку. Ноутбук, правда, жалко, я к нему привыкла, опять же, не всякая техника владельца поддерживать станет, смайлики ему рисовать!

Еле успевая за летящей по коридору (в какой-то момент даже показалось – на метле) Маргаритой, я уже представляла себе самые радужные перспективы. Конечно же, комната для молодёжи должна быть светлой, просторной, нестандартной, с самыми интересными книжками, всякими играми, и чтобы техники всякой куча! Ух, мы и развернёмся!

- Вот! – торжественно произнесла Маргарита Ивановна, открывая дверь в самом конце коридора. Я заглянула внутрь, обозрела помещение… Мда… И что мы здесь забыли?

- Это что, кладовка? – на всякий случай уточнила я. Ожидаемых веников и вёдер вроде не было видно, но в хозяйственном назначении данных «апартаментов» я ни на секунду не усомнилась.

Маргарита поджала губки, покачала тщательно уложенной башенкой из крашеных волос и пропела всё тем же сладеньким голоском:

- Шутница ты, Леночка! Это же она и есть! Наша «молодёжка»!

«Ой, мама, - подумала я, более тщательно рассматривая свои новые владения. – Ну и жу-у-у-уть!»

Глава 19

Комнатёнка выглядела неуютной и какой-то подслеповатой. Впрочем, было заметно, что над её убранством потрудились местные дизайнеры. Хотя если таким образом они претендовали на современность и молодёжность интерьера, то лучше было и не начинать. Полёт безудержной фантазии свёлся к созданию уродливой, кривобокой мебели, представленной всё тем же книжным стеллажом и неким подобием трёхступенчатых нар. Ах, да, на стенах, выкрашенных жутковатой зелёной краской, обнаружились картиночки с потугами на мотивацию. Типа, брось мышку, возьми книжку, заряди мозги и т.д. Вот я, к примеру, читать люблю с детства, причём без всяких понуканий. Так вот, я бы на такуюрекламу не повелась! Вряд ли местные подростки более покладистые…

- Вижу, ты впечатлена! – радостно затараторила Маргарита Ивановна. – Обживайся пока, устраивайся, а через часок у тебя первая встреча с будущими подопечными. Убеждена, что вы поладите! – и с этими словами библиотекарша упорхнула, а я осталась, во все глаза разглядывая этот каземат и пытаясь найти во всём этом ну хоть каплю позитива!

«Та-а-ак.. Стены перекрасить и разрисовать, на потолок звёзды наклеить, вместо стульев – пуфики всякие накидать, циновочки. Аппаратуру завести, коврик танцевальный, например», - вслух прикидывала я размер свалившегося на мою голову бедствия. Может, хотя бы книжки спасут положение?! А-а, нет, не спасут, - сделала вывод, проинспектировав содержимое стеллажа. И что мне со всем этим делать?! Через час… о, нет, уже через сорок минут я опозорюсь на весь город, и прощай, практика!!!! А опозорюсь непременно, поскольку в таких условиях я ничего экстраординарного предложить юным читателям не смогу. Или всё-таки смогу?»

Сидеть просто так всё равно было скучно, так что, прикинув возможности, я принялась за дело и так увлеклась, что даже не заметила, что моё гордое одиночество прервано.

- Это ты, что ли, новая библиотекарша?

Вопрос застал меня врасплох. Я медленно оглянулась и отступила к стене.

Их было с десяток – мальчишек и девчонок в возрасте от 13 до 15. когда они вошли, точнее, ввалились, в комнате стало тесно. Больше всего мне хотелось бы сейчас вылететь в окно или просочиться сквозь пол. В принципе, оба варианта для меня приемлемые, только есть одно «но» - магия мне запрещена! Так что я ограничилась тем, что молча кивнула.

- Прикольно, - я так и не поняла, относилось ли это к моей должности или к результатам моих же стараний. В ход пошли книги, газеты, шторы, стулья и вообще всё, до чего смогла дотянуться. Больше всего «молодёжка» сейчас напоминала пещеру начитанного неандертальца, сильно не дружащего с головой. Эх, сюда бы свечей ещё, но библиотека плохо сочетается с открытым огнём, а то было бы уютненько.

- Старалась, - констатировала я. На меня посмотрели с некоторым интересом. – Да вы устраивайтесь, устраивайтесь! – подбодрила я.

Они устроились, причём кому где взбрело в голову. Моему паникующему сознанию померещилось, что в комнате находится целая толпа народа. Снова захотелось сбежать.

- Ну? – вопросил долговязый юноша с наружностью, далёкой от понятия интеллигентности. – Об чём байда будет? На фига собирали-то?

Лихорадочно переведя новое для меня слово на общепонятный, я выудила из личного арсенала самую обаятельную улыбку и промямлила:

- Э-э-э… Познакомиться, поговорить о книгах…

- Отстой! – дружно ответствовали несколько голосов сразу. – Мы чего, ботаны, что ли?

- А насчёт познакомиться – это можно! – прищурился долговязый. Похоже, у местной прогрессивной молодёжи он занимал положение неформального лидера. Народ откровенно заржал. – Тебя как звать-то, подруга?

Я вдохнула побольше воздуха и досчитала до десяти. Разговор явно уходил в какую-то неправильную плоскость.

- Ле… Елена Алексеевна, - как ни старалась я представиться по-взрослому, чтобы сразу обозначить статус кво, голос меня выдал. Самое скверное, что они почувствовали, что я их боюсь! Сейчас, чтобы исправить ситуацию, мне отчаянно требовалось чудо! Ну хотя бы маленькое! Иначе пиши пропало, и плакал мой авторитет, Пока же плакать хотелось мне самой, но хуже варианта придумать было бы трудно даже с моей богатой фантазией…

Глава 20

Стемнело так внезапно, будто кто-то завесил окно снаружи чёрными шторами. Тёмный прямоугольник окна перечеркнул зигзаг молнии, следом громыхнуло, разом опровергая любые сомнения насчёт намерений природы. А потом обрушился ливень, да такой, что сама идея выйти на улицу не посетила бы и самые безбашенные головы.

- Попали… - выразил кто-то общий настрой.

- Хуже не бывает, - поддакнул ещё кто-то.

- А хотите, я вам книжку почитаю? Интересную! - очень вовремя предложила я.

Меня оглядели настолько скептическим взглядом, что мне стало не по себе.

- Мы сами. Шли бы вы, Елена Алексеевна, - так старательно выговорил долговязый парнишка в футболке с ухмыляющимся черепом, что я поняла: издевается, - поработали бы.

Подростки уселись кружком вокруг обшарпанного стола. Появились карты, обычные, игральные, порядком затёртые. Вряд ли они собираются раскладывать пасьянс!

- Уберите, пожалуйста, - попросила я. – Азартные игры запрещены.

- Так мы вяло, без азарта, - нахально произнёс длинный. Девчонки захихикали. Парни заржали откровенно.

- Всё равно нельзя! – я добавила в голос строгости.

- А если с вами? Тогда можно? – прищурился белобрысый.

Я задумалась. Надеюсь, вы не испытаете сильный шок, если я признаюсь, что в карточных играх феи разбираются? Для нас это те же задачки на логику. Но если меня застукают за этим высокоинтеллектуальным занятием, моя практика может оказаться совсем короткой. Запретить? Они только этого и ждут, вряд ли так я добьюсь их расположения… Нужен компромисс, и, кажется, я его нашла.

- Со мной можно, - народ обрадовано загалдел, но я тут же добавила: - но только фокусы.

- Хрень! – констатировало молодое поколение.

- Кому как, - пожала я плечами и протянула руку: - Карты дайте.

Дали! С некоторым сомнением, с прищуром, но всё же протянули зашорканную от частого использования колоду! Пожалуй, это был первый успех в моей новой карьере.

Дальше было просто. Как там говорят? Ловкость рук – и никакого мошенства? Фокусы – точно не магия, никаких запретов я не нарушала, карты самостоятельно перемещались по столу, раскладывались по мастям, исчезали и появлялись, как по заказу. Народ удивлённо гудел, а я поглядывала на ливень за окном и всё яснее понимала: фокусы не удержат их внимание вечно.

«Помоги!» - шепнула я червонному валету, неуловимо похожему на моего Вацлава.

А потом… потом погас свет. Вот теперь стало по-настоящему темно и отчего-то жутко.Взвизгнули девчонки: похоже, кто-то из парней не преминул воспользоваться ситуацией.

- Фонарик есть? – надеюсь, мой голос прозвучал достаточно твёрдо.

Зажглись сразу несколько огоньков. Ну понятно, телефоны же. Получилось красиво, огоньки напоминали светлячков. Вспомнились походы далеко за территорию школы. Лес, палатки, перешёптывание деревьев, любопытные русалки, непременно собирающиеся со всей округи, чтобы послушать сказки. Сказки… А это ведь тоже идея!

- Истории знаете? Страшные? – зловещим голосом произнесла я.

- Сама не испугайся! – немедленно вспылил кто-то из мальчишек. Крутые, ага! Ну, поглядим, поглядим… Читала я много, память хорошая, а если сказок не хватит, могу вспомнить что-нибудь из боевой бабулиной биографии!

Сперва они фыркали. Потом перешёптывались. Потом я заметила, что круг слушателей становится всё более узким. Не в том смысле, что кто-то нас покинул (да и некуда особенно, поливает по-прежнему), а в том, что слушатели вместе со стульями переместились поближе. Кажется, мне удалось завоевать их внимание. Теперь надо закрепить успех, и можно поставить себе пятёрку за первое занятие.

- А вы знаете, - проговорила я с таинственным видом, - что в библиотеке порой совершаются самые настоящие чудеса? По ночам книги оживают, по залам бродят призраки героев известнейших произведений…

- Гони… те! – долговязый исправился, перейдя на «вы» в последнюю секунду. Это тоже хороший знак. Вот только отступать мне теперь некуда.

- Хотите убедиться? Пожалуйста! Всего-то и дел – нужно пробраться ночью в библиотечное хранилище – и сами убедитесь! – небрежно произнесла я. И поняла, что самолично загнала себя в угол.

Глава 21

Народ воодушевлённо загудел. Что ж, если я хотела их заинтересовать, то мне это удалось! Дело за малым – выполнить собственное обещание. А это означает, что теперь мне необходимо каким-то образом снова оказаться в библиотечном подвале, причём ночью, да ещё и в сопровождении живописной группы местной молодёжи. Я попыталась представить себе лицо директрисы, когда я озвучу ей данное предложение. Скорее всего, на этом моя практика и завершится… Значит… Придётся действовать без её ведома! Кажется, в человеческом мире проникновение в закрытые помещения не слишком приветствуются? Похоже, мне придётся узнать это на практике. Ох уж эта практика!!! Ну вот почему всё это происходит именно со мной?!

- Чё, слабо? – вывел меня из оцепенения чей-то ехидный голос. Они все смотрели на меня, ожидаю, что вот сейчас я начну юлить и выкручиваться. А вот фигушки!

- Не слабо, - машинально отозвалась я в том же ключе. – Только не стоит всем сразу идти, засекут.

Я мысленно ойкнула, но слово уже было произнесено, к тому же народ кивнул, видимо, так им было понятнее.

- Дело говорит. Толпой нас точно накроют, - резюмировал долговязый. – Втроём пойдём. Я, Лёха и…

- Я пойду, - тоном, не терпящим возражений, заключила высокая девочка. Троица оказалась примерно одного роста, то есть я им была где-то по плечо. Им бы в баскетбол играть – самое то! – А то ты там без меня точно дров наломаешь!

- Что, Некит, строит тебя Настёна? – хихикнули девчонки. Настя одарила насмешниц выразительным взглядом, и те примолкли. Итак, команда была собрана, отступать, стало быть, некуда.

- Встречаемся возле библиотеки, около полуночи, - зловещим тоном произнесла я. Бесполезно! Теперь их лопатой не прогонишь! «Может, сторож на месте окажется и всё само собой разрулится?» - мелькнула робкая надежда – и тут же развеялась. Не с моим счастьем!

Трио синхронно кивнуло. Народ зашумел, обсуждая детали предстоящей экспедиции. А я погрузилась в размышления, главным из которых было: где достать ключ? Может, снять отпечаток? Ага, так мне директриса и позволила!

- Дождь кончился, - удивлённо пробасил кто-то. – Айда на улицу!

- А мы не прощаемся, - строго глянула рослая Настёна. Ну и девица! Настоящая валькирия! Зато с любым призраком управимся!

И тут я поняла, что мне отчаянно хочется вернуться в подвал и разобраться, что там не так. А теперь у меня есть команда! Так это же… да здорово!!!

Народные массы вывалились в коридор, и почти немедленно дверь открылась заново, и Маргарита Ивановна сунула внутрь любопытный нос.

- Ну, как? Познакомились? – обманчиво-сладким голоском пропела она. – Так и знала, что вы сразу же подружитесь! Только на будущее, Леночка, учти, что здесь всё же библиотека, очаг культуры, так сказать. А у вас было несколько шумно.

- Я учту, - отозвалась я, усмиряя горячую волну возмущения. Неужели здесь кто-то предполагал, что это племя немирных орков будет молчать в тряпочку и смиренно играть в шахматы?! Ну-ну…

- Вот и замечательно! – кивнула библиотекарша и добавила: - Время ещё есть, разбери газетки в кладовке.

До конца дня я торчала в пыльной кладовке и раскладывала по номерам целые вороха пожелтевших от времени газет. Дело продвигалось медленно, не из-за моей лени, не подумайте. Не подумайте. Просто у меня привычка: читать всё, что написано, напечатано, вырезано на дереве и даже написано на заборе. А из газет проще всего узнать что-то новое о жизни этого странного городка.

На второй объёмистой пачке газет что-то показалось мне странным. Мысль мелькнула, но так и не сформировалась во что-то определённое. На третьей я поняла, что меня смущает. В подшивке за каждый год непременно появлялось объявление с заголовком «Пропал человек». Причём если 10 лет назад такие заметки были единичными, то ближе к дню сегодняшнему попадались с нехорошей регулярностью. А вот и вовсе знакомая фамилия!

Я ещё раз перечитала объявление, оно было коротким: «21 сентября ушёл из дома и не вернулся Иван Сергеевич Нахахаль. Возраст – 37 лет. Особые приметы…»

Я внимательно вгляделась в портрет. На меня смотрел грустный мужчина, совершенно не соответствующий столь звучной фамилии. Однофамилец? Инициалы, кажется. Совпадают… Странно всё это. А чего гадать? Адрес в базе читателей есть, телефон – тоже. Так что мне стоит проверить?

Глава 22

Прежде чем начинать расследование и ворошить прошлое городка, я решила провести разведку и обратилась к надёжному источнику – бабушке Маше.

- Интересные у горожан фамилии, - заметила я, устраиваясь с вязанием в кресле. Я уже заметила, что старушка крайне одобрительно относится к моему увлечению. А поговорить за вязанием – милое дело!

- Да, что есть – то есть, улыбнулась хозяйка. – Помнится, у меня в одном классе, да ещё и за одной партой сидели Зайцев и Лисицына, а в другом училисьВалюша Некусайло и Илья Непейвода…

- Коренные жители? – удивилась я.

- Приезжие, - пояснила бывшая учительница. – Городок у нас маленький, зато многонациональный.

- А мне, когда базу набивала, попался читатель с такой смешной фамилией, - я решила, что пора. – Представьте себе: Нахахаль!

Что-то звякнуло. Бабушка Маша наклонилась, поднимая упавшую спицу. Лицо у неё стало задумчивым и грустным.

- Фамилия смешная, а история печальная, - вздохнув, поведала она, поднимая спустившуюся петлю. – Пропал Ванечка…. Пять лет тому назад это случилось. Ушёл из дома и не вернулся.

- А куда ушёл, неизвестно? – осторожно поинтересовалась я. Значит, никакой не однофамилец! Вот только почему он в читательской базе за этот год?! Хотя… он же пропал, значит, считается живым. «Условно живой» - мелькнула у меня в голове страшноватая формулировка, и я поёжилась.

- Неужели такое могло произойти в Коврове? Городок маленький, все на виду, - сейчас я чувствовала себя рыбаком, осторожно подтягивающим к берегу рыбку – только бы не сорвалась! – Его же наверняка искали?

- Искали, а как же, - бабушка Маша отложила вязание и пригорюнилась, видимо, припоминая подробности пятилетней давности. – Жена сказала, в библиотеку он собирался. Вот только не дошёл. И больше никто его не видел…

«А может, и дошёл!» - мелькнула шальная мысль. Я вспомнила, что рядом с незаурядной фамилией в графе, обозначенной большой буквой П, стоит ещё и маленький значок, похожий на руну. Нужно непременно узнать, что она означает. Вот только действовать нужно осторожно, иначе рискую вызвать подозрение. Так! Бабушка Маша говорила, что Глафира Сигизмундовна – приезжая. Вряд ли библиотека работает со дня её появления в городе!

- Бабушка Маша, - я подняла на старушку глаза, исполненные жаждой знания. Учителя против такого взгляда устоять не могут, проверено! – А кто раньше работал в библиотеке?

Сегодня мне везло – старушка ничего не заподозрила. Пару минут она молчала, видимо, вспоминая, потом удивлённо проговорила:

- Странно. Получается, что сейчас в Коврове никого не осталось из тех, прежних. Кого-то уже и на свете нет, кто разъехался…

Я приуныла.

- А тебе зачем? – бабуся заметила перемену в моём настроении.

- Так… Спросить кое-что хотела, - уклончиво отозвалась я.

- Так и спроси, хоть у той же Маргариты, - удивилась старушка.

Наверное, что-то такое мелькнуло у меня в лице, что бабушка Маша засмеялась:

- Что, нравные у нас тётушки? Ничего, привыкнешь. Просто у нас ни разу практикантов не было, может, и опасаются, как бы ни потеснила.

«Я? В библиотеке остаться? Да ни за что?!» - мысленно ужаснулась я.

- А что спросить-то хотела? – внезапно продолжила хозяйка. – Может, я чем помогу? Я ведь тоже работала в библиотеке. Давно, правда, и недолго. Но, может, не всё там сильно изменилось?

Вот это действительно удача!

- Понимаете, я набиваю читательскую базу, - затараторила я. – Адреса, категория – это понятно. Но есть ещё графа, помеченная буквой П. Это что?

- Ну, это просто, - пожала плечами Бабушка Маша. – Это перерегистрация. Каждый год, когда читатель приходит в библиотеку, ему присваивается новый номер.

- А вот такой значок что означает? – я пододвинула к себе газету, ручку и нарисовала на краешке то, что видела совсем недавно. Старушка нацепила очки, чтобы лучше рассмотреть нарисованное, издала тихий возглас и побледнела.

- Вам нехорошо? Может, воды? – забеспокоилась я. Однако моя собеседница уже справилась с собой и покачала головой:

- Ничего страшного, давление, видно. Уже прошло. Нет, милая, такие знаки раньше не ставили. Скорее всего, так задолжников обозначают. Ванечка же не успел книжки сдать, пропал.

- Возможно, не стала спорить я, мельком глянув на часы, и старательно зевнула. – Я сегодня пораньше лягу, хорошо?

- Конечно, отдыхай, - с нескрываемой радостью согласилась бабушка. Уже уходя, я быстро обернулась и успела заметить, как она зачем-то оторвала краешек газеты с нарисованной руной. Это было странно, но я решила, что подумаю об этом позже. Сейчас мне нужно дождаться, когда бабуся уснёт, и потихоньку выбраться из дома. Дверь на ночь закрывается на засов, стало быть, придётся лезть через окно. И кто меня только за язык дёрнул! Теперь отступать уже некуда, на кону мой авторитет!

Глава 23

Время текло медленно. Так всегда бывает, когда ждёшь чего-то. С другой стороны, это и к лучшему – можно поэкспериментировать с варежкой-порталом. Само собой, я ни капельки не сомневалась, когда потянула за резиночку, забрасывая артефакт в другое измерение, что внутри кажется ключ! Мне же дверь открыть надо, так?

Видимо, тот, кто снабдил меня волшебными предметами, имел на этот счёт какие-то свои представления. Поскольку ключа в варежке не обнаружилось. Там лежал свисток, как вы понимаете, совершенно мне не нужный. Признаться, я растерялась. Пробовала второй раз – результат оказался тем же. Обычный такой, синий свисток на шнурочке. И что мне с ним делать?! А время уже неуклонно двигалось к 11. Ладно, на месте разберёмся!

Прихватив с собой драгоценную сумку, в которую был брошен и злосчастный свисток, я аккуратно вылезла в окно, благо опыт у меня был. Ну, да, да, доводилось выбираться таким способом из учебного корпуса, дабы ускользнуть из-под бдительного надзора фей-наставниц. Только никому, ладно? Хотя бабуся, например, точно бы одобрила… Ладно, с этим потом, сейчас нужно решать, как проникнуть в библиотечный подвал. А может, ребята сами не придут? Вот это бы решило все проблемы, и я вроде как ни причём…

- Кра! – послышалось с ветки. Я вздрогнула и шикнула на вредную птицу:

- Не шуми! А то сладкого лишу!

- Ха! – явно выговорил ворон и взлетел с дерева, кружась над моей головой. Кажется, есть такая песня с мрачноватым содержанием… Так, не отвлекаемся, не хватало ещё в приметы начать верить! Что-то я как-то слишком быстро очеловечиваюсь, скверно это. А всё потому, что магию применять запретили!

Махнув рукой на ворона (причём буквально), я поспешила обратно на работу. Надеждам не суждено было оправдаться – меня уже ждали. От стены отделились три молчаливые рослые фигуры и шагнули мне навстречу. Ну, всё… Придётся признаваться.

- Пошли? – деловито произнёс Некит (Никита, получается?) Я набрала воздуха, чтобы сказать им о том, что ничего не получится и всё такое, но не успела. Второй парнишка (кажется, Лёха), потянул дверь за ручку. Послышался противный скрип – и дверь приоткрылась!

- Ни фига себе! – прокомментировал Лёха. – Когда это вы успели? Мы же раньше пришли!

Я сделала вид, что так оно и было задумано. В голове же трепыхались возмущённые мысли. Что это такое, в самом деле?! Забыли закрыть?! Выдающееся разгильдяйство! А если воры?! А там столько единиц хранения!

Поймав себя на мысли, что рассуждаю, как заправский библиотекарь, я легонько отодвинула Лёху в сторону и гордо прошествовала по ступенькам вниз. Едва не навернувшись на первой же… Сзади вспыхнули сразу три тоненьких лучика и зашарили по стенам, подсвечивая мне путь. Ага, на телефонах сейчас чего только нету… Удобно! Но сперва всё равно ноут куплю!

Я всё-таки споткнулась и полетела через оставшиеся ступеньки. «Ну, всё! Придётся синяки замазывать, и это в лучшем случае, если не переломаю себе чего-нибудь!» - обречённо подумала я и зажмурилась, ожидая неизбежного удара. Которого, впрочем, не последовало, поскольку свалилась я на что-то большое, мягкое и живое!

- Эй, вы там как? – мой полёт явно не остался незамеченным.

Надо же, беспокоятся – машинально отметила я, поднимаясь на ноги. – Тут кто-то есть! Похоже, спит или в отключке.

- Валим? – неуверенно предложил Лёха.

- А если помощь нужна? – вмешалась Настя.

Охотники за привидениями спустились вниз и направили свет фонариков в одну точку, прямо на лежащего ничком человека. Ну вот почему оно так?! Пошли за приключениями, их и огребли… по самую маковку! Сейчас я предпочла бы встречу с привидениями, честно!

- Дышит? – спросил Никита.

- Вроде да, - ответила я, хотя сомнений не было. Когда уходит искра жизни, феи чувствуют такое на расстоянии. Лежащий на полу был жив, но что-то с ним точно было не так! Как будто из него потихоньку тянули энергию, медленно и неумолимо. Я решилась.

- Ребята, помогите его перевернуть! Только аккуратно!

Возражений не последовало, и через секунду я уже всматривалась в смутно знакомое лицо. Да это же Дайдадай! Сказочник! Как он здесь очутился? А главное – зачем?

- Фу! Гадость! – неожиданно вскрикнула Настёна, брезгливо отряхиваясь. – Что это за хрень?!

Я пригляделась. И правда, всё тело городского сумасшедшего было опутано подобием паутины. Нити были повсюду, уходя к стеллажам. И по этим серым, липким нитям капля за каплей уходила из бедняги жизнь…

Да фигушки! Раз мы оказались здесь, в этом подвале, это вряд ли случайно! Я должна вмешаться! И, присев возле Дайдадая, я принялась рвать паутину. Ребята, переглянувшись, присоединились ко мне.

Глава 24

- Вот гадство! – с чувством высказался за всех Лёха. – И не рвётся, тля!

Ладно, не рвётся, это ещё полбеды. Похоже, полчища неведомых тварей прибывали с каждой секундой. Глянув вниз, я ахнула: трудолюбивые паучки уже оплетали паутиной мои ноги! Оглядев ребят, поняла, что и с ними та же история. Всё внутри похолодело и сжалось. Не считайте меня трусихой, но я испугалась. Не за себя даже – за подопечных. Получается, невольно втянула их в такую историю, что любой квест отдыхает. Там-то всё понарошку, а это гадство реально силы вытягивает. И что, я должна на это спокойно смотреть, лишь бы не нарушить запрет на магию?! Вряд ли мои наставницы могли предположить, что их воспитанница влипнет в такое вот, иначе наверняка бы разрешили! А значит, запрет – не считается!

Приняв решение, я потихоньку потянула волшебную силу. Обычно её повсюду пруд пруди, стоит только попросить – и черпай, как из бездонного колодца! Но… не в этот раз. Магию-то я нашарила, только была она… ну, неправильная какая-то. Как будто зачерпнула ковшиком чистой водицы, а там – болотная жижа или чего похуже. Ощутив холодное, злое, разрушительное Нечто, охотно метнувшееся ко мне, я мгновенно отрезала ментальную нить. Ну уж нет, такого нам и даром не надо! Словно в ответ на мои мысли, там, наверху, что-то лязгнуло.

- Дверь! Нас закрыли! – громким шёпотом констатировал Никита. И тут до меня дошло. А ведь они не боятся! Удивлены – это да, но при этом ни капли ужаса, скорее даже азарт появился. Им интересно. Ещё как интересно! И ещё – они меня не бросят. От этой мысли потеплело на душе, ледяные оковы распались, так что я снова могла дышать свободно и думать, как выпутаться из этой ситуации. А думать надо быстро. Паучки своё дело знают, знай себе плетут-опутывают!

В этот момент фонарики на мобильниках, печально мигнув, погасли, оставив нас в полной темноте.

- Народ, держитесь рядом, не разбредайтесь, - скомандовала я. – Попробуйте на ощупь эту мерзость стряхивать.

- Да их тут, что грязи, - откуда-то снизу проговорил Никита. Сперва я удивилась, парень выше меня почти на две головы, а потом сообразила: это же он Дайдадая отряхивает, чтобы совсем в кокон не оплели! Вот только надолго ребят не хватит, силы не равны. Да не может быть, чтобы никакого выхода!!!

Уже не думая, что я делаю и зачем, я нашарила свисток и дунула в пластиковую безделушку.

И… ничего не произошло! В подвале стояла всё та же напряжённая, тоскливая тишина!

- Бракованный, что ли? – вслух возмутилась, прислушиваясь уже не слухом, а тем самым шестым чувством.

Нет, не бракованный. Что-то явно изменилось. Помещение наполнилось шорохом, показалось, что кто-то то ли шепчет, то ли вздыхает. И как будто светлее стало? По крайней мере, настороженные лица ребят я уже могла различить.

- Что это? – спросила Настя совсем рядом.

- Не знаю, - честно ответила я и добавила. – Но чувствую – нам обязательно помогут!

- Откуда вы знаете? Может, совсем наоборот! – в голосе Лёхи звучал вызов. Ну, погоди, колючка! Всё равно ты хороший, я это точно знаю!

- Потому что я… - начала было я и запнулась, едва не выговорив «фея» - библиотекарь! – завершила я тираду и сама себе удивилась. Чего-о-о? А кто ещё вчера давал себе слово, что это занятие точно не для тебя, а? Так или иначе, а слово произнесено.

А в воздухе, приближаясь к нам, слышался шорох невидимых крыльев.

Глава 25

Белая стая, еле видимая в темноте, налетела сразу и отовсюду! Острые клювы и когти рвали паутину, мелкие твари, питающиеся живой энергией, в панике разбегались кто куда. Вот только ускользнуть не удавалось никому, наши нежданные помощники знали своё дело…

- Они же бумажные! – ахнула Настя.

Это была чистая правда. Птицы оказались сделанными из тщательно сложенных бумажных страниц, тут и там на белых крыльях проглядывали напечатанные типографским шрифтом строки!

- Этого не может быть, - неуверенно произнёс Никита. Я его отлично понимала: трудно отрицать то, что видишь собственными глазами. Бумажный голубь слетел к нему на плечо и, кажется, заворковал. Хотя больше это напоминало хихиканье.

Покончив с пауками, птицы облепили всё так же безмолвно лежащего на полу, хотя уже и освобождённого от пут Дайдадая. Голуби льнули к нему, ворковали что-то ласковое, словно старались докричаться до несчастного.

- Может, прогнать? – неуверенно предложила Настя.

Я покачала головой:

- Не надо. Похоже, они знают, что делают.

И точно: Дайдадай неожиданно пошевелился раз, другой, а потом и вовсе сел на полу. Машинально поглаживая льнувших к нему птиц, он вертел головой, силясь понять, как он здесь оказался. Затуманенный взгляд уставился на меня, сфокусировался…

- Дай! – умоляюще произнёс бедолага, протягивая ко мне руки. Бумажная стая, потревоженная движением, вспорхнула в воздух и закружилась над нами.

- Чего ему надо? – спросил Лёха.

- Понятия не имею, - призналась я. Сердце сжималось от жалости, но чем я могла помочь?!

Мальчишки шагнули вперёд, прикрывая нас с Настей. Хотя, если по-честному, рослая девица и сама управится, если надо. За себя не поручусь, без магии я не очень боец. И, хотя опасности я больше не ощущала, стало приятно, что я теперь под надёжной защитой.

- Извините, я правда не знаю, о чём вы говорите, - призналась я.

Ищущий взгляд остановился на свистке. Дайдадай уставился на него, не отрывая глаз. Пожав плечами, я решила, что попробовать стоит – и снова свистнула.

Что тут началось! С полок полетели книги, захлопали створки шкафов, сами собой выдвинулись ящики, битком набитые карточками, старыми формулярами и прочим добром.

- Клёво! Полтергейст! – обрадовано завопили ребята. Подумалось, что пугать их – дело бесполезное, им за счастье такие приключения.

- Пригнитесь! – я успела ухватить старый стенд, стоящий, на наше счастье, прямо у лестницы. Мальчишки сообразили быстро, и у нас появилась надёжная крыша, которую мы держали над головами не хуже атлантов с кариатидами. Мой край, сказать по совести, немного кренился вниз. Чтобы уравновесить его, пришлось вскочить на вторую ступеньку.

Бумажные голуби взметнулись с пола и ринулись отражать атаку. Сражение шло нешуточное, пол покрыли клочья разодранной бумаги. Однако наша маленькая армия знала своё дело. Птички бились не на жизнь, а на смерть! Внезапно Дайдадай высунулся из-под щита и с невнятным криком схватил пролетающий мимо формуляр. Я успела заметить на нём ту же самую руну, которой он был отмечен в читательской базе. Формуляр вырывался из рук и шипел, как рассерженная кошка. Дайдадаю приходилось перекидывать его из ладони в ладонь, как раскалённый уголёк.

- А ну, спокойно там! – не выдержав, шикнула я. – Запрет запретом, так бывают и исключения! Сами виноваты! Сеяли ветер – заполучите бурю!

Сама не знаю, почему сказала именно так. Однако сработало не хуже заклинания. Бумажная груда рухнула на пол. Руна погасла, будто на неё плюнули.

- То-то! – заключила я и запнулась, увидев нашего спасённого. Опустившись на колени, он бережно собирал с пола неподвижных бумажных голубков… По его щекам стекали крупные слёзы.

Не сговариваясь, мы отбросили ненужный уже щит и принялись помогать ему.

- Может, их можно как-то … того… оживить? – нарушил тишину Лёха. – Посвистеть опять или ещё как?

Я покачала головой. Магии, оживившей бумажные создания, больше не существовало.

Глава 26

Настя, присев на корточки, принялась помогать Дайдадаю собирать бумажных птичек. Их набралось столько, что они не умещались в руках, и бывший сказочник торопливо распихивал их по карманам. Я задумчиво вертела в руках формуляр, уже не казавшийся таким зловещим. «Николай Порфирьевич Корюшкин», - прочитала я на обложке этого важного читательского документа. Надо же, сколько раз он перерегистрировался, даже места не хватает… Преданный читатель! «Преданный – слово многозначное», - мелькнуло в голове. Ладно, с этим разберёмся потом, а сейчас главное – выбраться отсюда. Думаю, ребятам достаточно приключений, к тому же в существовании библиотечных привидений они убедились достаточно наглядно. Я обещание выполнила, теперь – ходу! Вот только бы знать, как именно. Дверь-то захлопнулась!

Я оглядела свою команду. Глаза у мальчишек горели огнём приключений, так что своей волей они отсюда не пойдут ни за какие коврижки. Придётся схитрить.

- Народ, - шепнула я, убедившись, что Дайдадай увлечён своим занятием. – Он и так натерпелся, надо быстрее выводить. А то мало ли!

Мальчишки переглянулись, потом глянули на ползающего на полу бедолагу. Вид у него был разнесчастный.

- Ладно, - произнёс Никита с явным сожалением. – Ему правда на воздух надо. Вот только дверь… Ломать будем? Мы справимся, если поднажать…

Я представила лица коллег, обнаруживших на утро выломанную дверь, а потом – неизбежное разбирательство с полицией. Статью, которая нам грозила за самодеятельность, вспомнить так и не смогла, но то, что она будет – это и на картах Таро не ворожи!

- Не надо ломать! – быстро проговорила я. – Сейчас, что-нибудь придумаем!

Несмотря на бодрое заявление, светлые мысли не желали приходить в голову. Зато странные лезли напропалую. Я успела додуматься до подкопа, когда наверху загремели ключами.

- Атас! – скомандовала я и тут же зажала рот ладонью. Это кто кого воспитывает, получается?! Да я уже выражаюсь, как дети! Однако указание подействовало. Подхватив находившегося в прострации Дайдадая под руки, мальчишки почти волоком утащили его за стеллажи. Настя спряталась самостоятельно. Я юркнула туда же и замерла, прислушиваясь. Кажется, сердце стучало так, что его непременно должны услышать за километр отсюда!

Дверь открылась со зловещим лязгом, в светлом прямоугольнике чернел силуэт.

- Кто здесь? – произнёс хриплый голос.

«Неужели были случаи, что злоумышленники отзывались?» - удивилась я, втираясь спиной в стеллажи. Спина, как всегда случается крайне некстати, отчаянно зачесалась. Воображение услужливо нарисовало картинку, в которой мерзкие паучки пробирались мне под свитер, чтобы продолжить свою зловещую работу. Усилием воли подавив желание завизжать, я всматривалась в вошедшего. Так это же сторож! От сердца отлегло, хотя ситуация не улучшилась не сильно. Всё же не Фредди Крюгер какой-нибудь, живой человек с непростой судьбой, Василием звать…

- Показалось, - решил сторож и, включив фонарь, посветил вниз. Я точно знала, что он сейчас видит: груду разбросанной макулатуры!

- Эт-то что ещё такое?! – удивился сторож и решительно щёлкнул выключателем. Помещение озарилось ярким светом. Ворча себе под нос, Василий спустился по лестнице, движимый тягой к порядку.

Я перестала дышать. Только бы не заметил!

И в этот момент раздался оглушительный звук «Апчхи!»

«Вот и всё», - мелькнула пессимистическая мысль. Сейчас нас всех тут и накроют…

Сторож застыл, словно каменное изваяние. Определив направление, откуда прилетел предательский чих, он решительными шагами Каменного гостя направился к стеллажу. Тому самому, где скрывались ребята и Дайдадай.

Время замерло…

- Странно, - услышала я голос сторожа. – Похоже, послышалось.

И, повернувшись к живописной группе спиной, Василий вернулся к прерванному занятию: стал наводить порядок.

Собрав кипу бумаги, сторож понёс её в дальний угол и принялся возиться там, повернувшись к нам спиной. Лучшего момента ждать не стоит!

Я осторожно выбралась из укрытия и на цыпочках полетела к лестнице. Не буквально полетела, конечно, но ног я под собою сейчас не чуяла точно. Ребятки оказались понятливыми: они двинули вслед за мной, почти таща на себе бедолагу.

Убедившись, что все скрылись за дверью, я по какому-то наитию задержалась и услышала бормотание сторожа:

- Одному поможешь – других не оставь. Здесь не все, только самые пропащие. Есть и заложенные души. Как моя…

Глава 27

Я выскочила из подвала следом за ребятами. В ушах всё ещё звучали странные слова, сказанные сторожем. Залог, значит. Надо как-то осторожно выяснить, что это такое и подумать, как справиться с новой напастью. Да что такое вообще происходит в этом городке?! Прямо не библиотека, а обитель зла! Но это уже утром, а сейчас неплохо бы замести следы. Ребятам давно пора быть дома, да и нашему пострадавшему покой нужен, натерпелся.

- Мы знаем, где он живёт. Отведём, - Никита правильно понял мой взгляд, брошенный на Дайдадая. Настя кивнула.

- Здорово было, - внезапно выдал Лёха. – Надо как-нибудь повторить!

- Если за этот раз не получим, - машинально отозвалась я, думая о своём.

- Это про сторожа, что ли? – Лёха ухмыльнулся. – Не выдаст, не боись! Он вообще нормальный мужик. Только заливает крепко, - и парнишка выразительно щёлкнул себя по шее. Я вспомнила, что на этот счёт говорила бабушка Маша. «Есть и заложенные души», - отчётливо прозвучало у меня в голове. По спине пробежались мурашки.

- Ладно, ребята, на сегодня приключения кончились, пора по домам, - я надеялась, что выгляжу достаточно строгой и убедительной.

- Может, вас проводить? – внезапно предложил Лёха. Предложение было заманчивым, поскольку меня до сих пор отчего-то поколачивало, но я решительно его отмела. Не маленькая, сама дойду!

- Ты лучше с ребятами иди, мало ли что, - я кивнула на поникшего Дайдадая. Бывший сказочник снова ушёл в себя и казался безучастным. Сердце сжалось от жалости – это ж надо такое с человеком сотворить!

Я подошла к нему поближе и тронула за руку:

- Николай Порфирьевич, вы держитесь. Всё хорошо будет!

Неожиданно в пустых глазах промелькнула искорка понимания. А в следующий момент Дайдадай крепко схватил меня за руку:

- Сбереги!

Судорожно выхватив из-за пазухи груду смятых страничек, бывших ещё недавно голубиной стаей, он принялся настойчиво совать мне их и успокоился только когда я засунула их в сумку.

- Будь осторожна! – выговорил писатель, а потом его глаза вновь опустели.

Распрощавшись со своими «подельниками», я бодро двинулась по аллее, ведущей к домику моей квартирной хозяйки. Надеюсь, она не спохватилась, что меня нет? Если окно закрыто, то мне предстоят непростые объяснения. А сил осталось совсем чуть-чуть, мне бы до кровати доползти… Ой, блин-н…

Последнее замечание вырвалось случайно, и мне бы здорово досталось бы, услышь его Фея-Наставница. Ну а как мне было реагировать, если в конце аллеи я увидела зловещий силуэт, светящийся во тьме?

- Хорошая собачка, - заискивающе произнесла я, бочком продвигаясь к обочине. Может, удастся проскочить?

- Р-р-р! – опровергло мои слова мохнатое чудовище. Собачка явно не считала себя хорошей, да и у меня на этот счёт были свои сомнения.

- Может, по-хорошему разойдёмся? – надежда, как известно, умирает последней. Пёс помотал головой. Вздохнув, я опустила руку в сумку, отыскивая боевую ложку. Ну, не хочешь мира – готовься огребать!

Псина, разгадав мои намерения, прижалась к земле, однако отступать точно не собиралась. К моей досаде, ложка не находилась. Это главный секрет всех женских сумок, независимо от размера: в них невозможно отыскать именно то, что нужно просто позарез!

Отчаявшись добыть искомое, я в сердцах вывалила на асфальт всё содержимое своей сумки. Ага, варежка на месте, карта здесь, свисток в наличии, рукопись Дайдадая тоже тут. Ложки нет!

Глаза у псины вспыхнули, и она огромными прыжками понеслась ко мне. Я приготовилась подороже продать свою жизнь, но ничего не успела предпринять. Лохматый ураган отшвырнул меня, как соломинку! Падая, я успела увидеть, как адский пёсик подгребает под себя странички, словно потерянного щенка. А потом… собака подняла к небу жуткую морду и завыла!

Глава 28

- Ты… это… отдай! – потребовала я. Есть вот у меня такая особенность: когда очень-очень страшно, то я внезапно... смелею. Отступать-то некуда, вот и иду напролом. – Это из книжки одного человека! Он мне доверил их, а ты тут разлеглась! Ну-ка, брысь!

Пёс уставился на меня с недоверием, приподняв одно ухо. Многие люди, незнакомые с поведением собак, обычно в таких случаях умиляются: мол, собачка такая смышлёная, слушает как внимательно! На самом деле такая вот поза означает совсем обратное: ваш пёс совершенно ошалел и ничего не понимает! Это мы ещё на первом курсе проходили, я хорошо запомнила. Потому что собак люблю.

- Я кому сказала?! – теперь я перешла в наступление. Надеюсь, голос у меня сейчас звучал достаточно грозно. – Дай!

Адский пёсик заскулил и попятился, сдвинув немаленькую тушу с книжных страниц. Я протянула руку. Собака оскалила жёлтые клыки.

- Но-но! – осекла я. – Ты мне ещё тут пощерься! Отдай, кому говорят! И так уже извазюкала, а мне их клеить, между прочим! Сперва довели бедного Николая Порфирьевича, что он сам себя не помнит, теперь ещё книжки последней лишить решили?! А фигу вам! С маком!

Произнося эту тираду, я продвигалась вперёд. Пёс же, напротив, отступал, поскуливая. Наклонившись, но не сводя с собаки внимательного взгляда, я решительно собрала листы и аккуратно вернула их в сумку. Удивительно, но руки мне при этом не откусили.

- Я же вижу, глубоко внутри ты хорошая, - продолжала я увещевать псину, стараясь закрепить успех. – Я же тебя ничем не обидела, правда? А листочки эти собрать нужно, будет книжка, может, и Дайдадай от этого поправится и прежним станет. Понимаешь?

Пёс кивнул. Сперва показалось – померещилось. Но нет, вот и шерсть на холке уже не стоит дыбом. Неужели убедила?!

Я протянула руку, чтобы погладить пса. В ту же секунду глаза у него вспыхнули прежним жутким огнём, он подобрался и… прыгнул!

«Ну, всё!» - успела подумать я, приседая. Над головой пронеслось что-то тяжёлое, смертельно опасное. Послышалось глухое рычание. Не веря, что уцелела, я открыла один глаз, другой… Лучше б я этого не делала!

В двух шагах от меня стояла жуткая собака, а прямо перед ней полукольцом выстроились десятка два манекенов. Тех самых, без лица, только в магазине их было явно меньше. Двигаясь с механической неотвратимостью, они брали нас в кольцо. Да надоело уже, честное слово! Я устала, я спать хочу! И вообще мне завтра на работу! Я… я… полицию вызову, вот что!

И совершенно безотчётно я поднесла к губам свисток. Звук я не услышала, зато увидела!!!

По аллее словно кто-то бежал навстречу нам, быстрый и невидимый, попутно собирая в общую массу листья, траву, пыль, ветки и всё, что можно отыскать на дорожке. Своеобразный такой колобок получался, подрастая с каждой секундой. Уже и не колобок, а скорее, шар для боулинга! Не знаю, почему так подумалось, я и боулинге-то ни разу не была… Но когда вся эта масса ударила в спину заторможенным манекенам, они попадали, словно кегли. Ждать, пока они поднимутся и займутся нами, почему-то не хотелось.

- Бежим! – скомандовала я собаке. Ждать повторного приглашения мой новый соратник не стал, хотя и воспринял его несколько своеобразно. Не спрашивая моего мнения, пёс поддел меня здоровенной мордой, так что я подлетела вверх, а потом осознала, что мчусь уже верхом на лохматой собачьей спине! Манекены остались далеко позади и теперь казались просто дурным сном. Минуты не прошло – а мы уже затормозили возле домика бабушки Маши. Пёс подождал. Пока я слезу, даже пригнулся, чтобы мне было удобнее.

-Спасибо тебе, - я осторожно погладила зверя, ещё недавно наводящего на меня такой ужас, по ужасной морде. Собака сверкнула жёлтыми глазами, но ласку приняла.

- Я пойду, ладно?

Если б мне ответили, я б не удивилась. С такими приключениями вообще удивляться разучишься! Однако пёс молчал и смотрел на меня, будто запоминая. А потом, развернувшись, рванул прочь. А я, на всякий случай пригибаясь, осторожно открыла калитку и скользнула в сад. Окно, на моё счастье, оказалось открытым. Подтянувшись, я влезла на подоконник и оказалась в комнате, такой уютной и спокойной. Придётся по- спартански, не умываясь. Ужас!

- Всё, спать! – скомандовала я сама себе. Впрочем, это было лишним. Глаза закрылись сами собой, и я откочевала в прекрасную страну сновидений.

Глава 29

Похоже, мои ночные похождения остались незамеченными, по крайней мере, для бабушки Маши. Она даже похвалила мой отличный аппетит и здоровый цвет лица.

- Вот что значит жить в экологически чистом районе! – отметила она, подливая мне молока. – Зарумянилась, глаза блестят! А приехала-то бледненькая, заморённая.

Возражать я не стала, хотя вообще-то наша Школа находилась в таком сказочном месте, что экологичнее не бывает. Оно понятно, каждый кулик хвалит своё болото, а каждый истинный ковровец – своё родное Коврово. Остаётся только порадоваться, что недавние передряги и в самом деле никак на мне не отразились, иначе объяснений точно было бы не избежать. А так – позавтракала, сумку на плечо – и снова здравствуй, дорогая практика!

- Ну, как тебе наши ребятки, Леночка? – таким вопросом встретила меня Маргарита. При этом в её голубых кукольных глазах явно читалась надежда, что я начну жаловаться. Пришлось разочаровать даму.

- Благодарю вас, ребята просто замечательные, мы сразу же подружились! – мило улыбнулась я, с трудом сдерживаясь, чтобы не хихикнуть: такое явное разочарование появилось на её лице.

- Да-а? – протянула она разочарованно. – Ты не расслабляйся всё же, первое впечатление обманчиво. Убеждена, что они ещё покажут себя!

- Посмотрим, - я пожала плечами и собралась было шмыгнуть в свой «кабинет», как вдруг вспомнила, о чём хотела узнать. Рискнуть? Ну, не съедят же меня за простой вопрос!

- Маргарита Ивановна, а что такое залог? – я постаралась, чтобы вопрос прозвучал совершенно невинно. Однако Маргарита резко переменилась в лице, вспыхнула, потом побледнела.

- А… почему ты спрашиваешь? Кто-то сказал тебе о залоге? – быстро спросила она, оглянувшись по сторонам.

Ну и ну! Стало быть, интуиция не подвела: здесь действительно многое скрывают! Нужно как-то выкручиваться…

- А разве в вашей библиотеке не выдают книги под залог? – надеюсь, у меня получилось сыграть удивление.

Маргарита явственно выдохнула.

- Ах, вот ты о чём! Да, конечно же, иногородним мы выдаём книги под залог. Но так как ты будешь работать с молодёжью, для тебя такой проблемы нет. Все ребятки наши, местные, да и не читают они, - наигранно вздохнула Маргарита. – Разве что ты сможешь их убедить.

- Попробую, - осторожно произнесла я. Абсолютно ясно, что Маргарита увела разговор в сторону, однако вопрос о залоге отчего-то поверг её в ужас. Если я правильно просчитала, сейчас она ринется докладывать. Стоит послушать, о чём пойдёт разговор.

Попрощавшись с успокоившейся коллегой, я бодро прорысила к себе в комнатёнку. Переждав несколько минут, я снова выбралась в коридор и двинулась по направлению к директорскому кабинету. Если попадусь, спрошу что-нибудь нейтральное по работе. Подслушивать, само собой, некрасиво, но согласитесь – здесь происходит что-то очень и очень странное, так что все способы годятся.

Затаив дыхание, я замерла у плотно закрытой двери кабинета. Что-что, а слух у меня уникальный! Я не про музыкальный, с этим напряги. Зато подсказки слышу с конца аудитории, а они у нас ого-го!

- Она спрашивает про залог! – взволнованно отчитывалась Маргарита.

- Возможно, случайность, - задумчиво отозвалась директриса. – Вы при ней точно ни о чём таком не разговаривали?

- Что вы! Как можно?! – ахнула Маргарита.

За дверью помолчали. Видимо, Глафира Сигизмундовна принимала решение.

- Девчонка лезет, куда не просят. Нужно её убирать, - жёстко произнесла она наконец.

- Как?! Совсем?! – ахнула Маргарита. Мне стало как-то не по себе.

- Из города! – рявкнула директриса. – Забыла, что за неё просили из РОНО? Нужно сделать так, чтобы ей самой захотелось быстренько покончить с этой практикой!

- Но как? – начала было Маргарита, но её прервали.

- Думаю, достаточно будет небольшой неприятности, которая приключится с кем-нибудь из её подопечных во время занятий. Она только рада будет убраться подальше!

- Но… что скажут родители, общественность? – заикнулась Маргарита. – Мы никогда раньше не трогали детей…

- Значит, настало время, - жёстко припечатала Глафира, хлопнув по столу. – К тому же можно выбрать того, с кем и так постоянно что-то случается!

Глава 30

«Меня, что ли?» - удивилась я. Хотя нет, речь явно шла про подростка. Значит, здесь есть кто-то, очень похожий на меня своим мастерством влипать во всевозможные истории! Скоро познакомимся. А пока пора оперативно вернуться на рабочее место. «Предупреждён – значит, вооружён!» - как любила говаривать бабуля, заряжая любимый дробовик. Так, на всякий случай. И солью, солью. Правда, заговорённой, так что я и не знаю, что выбрала бы, окажись на месте теоретического, но явно безбашенного супостата, рискнувшего огорчить мою боевую бабку: получить пониже поясницы заряд дроби или сглаженной соли, от которой потом бедолагу будут преследовать такие хвори, что ни в одной медицинской энциклопедии не сыщешь!

Едва я ворвалась обратно в «молодёжку» и приняла независимый и крайне деловой вид, как дверь отворилась, пропуская Маргариту Ивановну. Улыбчивую, вкрадчивую, разве что хвостом не метёт, а так лиса лисой…

- Леночка, совсем забыла, - начала она сладким голосом. – Раз уж ты так легко нашла общий язык с нашей молодёжью, может, проведёшь сегодня небольшую акцию, призывающую к чтению? Уверена, у тебя получится!

- А что нужно делать? – я навострила уши.

- Да ничего особенного, - мёд в голосе превратился в патоку. – Соберётесь на площади, покричите лозунги, с плакатами походите. Как видишь, всё просто.

Я живо представила себе картину из разряда «Мирная демонстрация». Неужели при виде плакатиков с книжками кто-то способен почувствовать безудержную любовь к чтению? Странные методы, я бы сказала. Однако отказаться, даже не попробовав, означало вызвать подозрение и дать врагу шанс списать отказ на мою профнепригодность. Ничего, управлюсь!

- Да ты не волнуйся, - увещевала Маргарита, улыбаясь заученной кукольной улыбкой. Глаза при этом оставались холодными, замороженными. – У тебя будут помощники! Мы уже позвонили Танюше, она у нас художница. Сразу после уроков и забежит. Остальных сама соберёшь, телефоны я уже выписала, - и она протянула мне небольшой тетрадный листочек. Ага, имена Алексей, Никита и Настя в списке фигурировали. Глядишь, и отобьёмся, если что!

- Танечка тебе наверняка понравится, - с нажимом повторила Маргарита Ивановна, и в ту же секунду я поняла: практически наверняка это и есть та самая есть девочка! Ладно, буду знать, за кем присматривать особенно. Да я её в вату заверну и за руку держать буду!

- Спасибо за поддержку, Маргарита Ивановна, - бодро ответила я, старательно улыбаясь. – Мы справимся!

- Ни секунды в этом не сомневаюсь, - пропела Маргарита. – Только… один нюанс. Ребята у нас активные, за ними глаз да глаз нужен. Они же несовершеннолетние. Стало быть, во время занятий и мероприятий именно ты несёшь полную ответственность за их здоровье и даже жизнь. Это понятно?

- Это понятно, - в тон ответила я. Адресовав мне ещё одну улыбку, Маргарита скрылась за дверью, а я принялась придумывать, как бы так провести эту навязанную акцию, чтобы она не выглядела смешно или, хуже того, жалкой. Ребята мне этого не простят…

Девочка, определённая мной как потенциальная жертва библиотечного произвола, появилась после обеда. И, хотя я её ждала, ухитрилась застать меня врасплох, когда, чтобы отвлечься от размышлений на тему её предстоящего спасения, я на минутку решила почитать моего любимого «Ведьмака».

- Здравствуйте. Меня зовут Татьяна, - раздалось от двери. – Это вам нужно помочь с рисунками?

Прелестному существу, возникшему в неказистом, честно сказать, кабинетике, нужно было представляться иначе. Танюша, Танечка, но никак не официально – Татьяна. Белокурому кудрявому ангелочку было на вид лет 15, как ни старайся она выглядеть старше. С любопытством глядя на меня, Татьяна шагнула внутрь, немедленно задев при этом плечом кособокий стеллаж. Книжный град щедро посыпался на вновь пришедшую, и я успела порадоваться, что самую увесистую книжку держу как раз сейчас в руках, иначе травмы не избежать стопроцентно. А так вроде обошлось, ну, максимум пара синяков будет.

- Извините! – испугалась пострадавшая. – Я сейчас всё приберу! Со мной такое постоянно… Так помогать нужно вам или нет?

- Мне, - машинально ответила я и подумала: «Нет, голубушка, похоже, помощь понадобится нам обеим. С таким-то везением…»

Глава 31

- Нужно! – спохватившись, произнесла я и улыбнулась, старательно выкидывая все пораженческие мысли из головы. – Вот тебе ватман и краски, вот тебе полная свобода фантазии – и вперёд, призывать народ к чтению!

- Что, правда можно рисовать, как хочется? – удивилась Таня.

Я кивнула. Просияв, художница быстренько разложила на столе всё необходимое и принялась творить. Воспользовавшись временным затишьем, я решила разобрать те самые листы с текстом, что до сих пор терпеливо ждали своего часа в сумке. Страницы были пронумерованы, превращение в голубей не сильно им повредило, так что дело пошло быстро. Разложив всё по порядку, я погрузилась в чтение и сама не заметила, как увлеклась.

…Прежде чем превратиться в Дайдадая, Николай Порфирьевич Корюшкин был очень по-настоящему талантливым автором, хотя истории у него получались несколько странноватые и даже страшноватые. Сейчас я страницу за страницей поглощала сказку о волшебнике, сражавшемся со злой колдуньей. Вопреки сказочным канонам, победило зло, а бессмертная душа Сказочника оказалась заточённой в старинные часы: ждать восстановления справедливости и избавления. Последние страницы отсутствовали, так что мне так и не удалось узнать, чем же закончилась сказка. Однако прочитанного хватило, чтобы надолго погрузиться в размышления.

- Вот так годится? – голос Тани вернул меня с небес на землю.

Окинув взглядом её творения, я просияла:

- То, что надо! Молодец, Татьяна!

Плакатики и вправду получились замечательные: яркие, с выдумкой, красочные. Помучившись ещё с полчаса, мы придумали к ним подписи, нам обеим показавшиеся удачными: «Книги – витамины для ума, проверенные временем», «Читать - это модно, просто большинство отстаёт от моды», «Книга – друг, который никогда не предаст» и так далее. В результате я, не выдержав, тоже ухватила кисти, так что вскоре мы обе щеголяли пятнами краски на руках и даже щеках. Поглядев друг на друга, мы от души расхохотались. Глядя на кудрявую хохочущую девочку, я твёрдо решила защитить её от напастей любой ценой. Даже если придётся воспользоваться помощью тяжёлой артиллерии.

За дверью послышался топот, и в маленькую комнатку ввалилась целая толпа. Сегодня их число даже возросла, видимо, мои соратники по вчерашней вылазке что-то да разболтали, так что в «молодёжке» стало тесно. Галдя и здороваясь, народ устроился кто где, включая пол. Я набрала в лёгкие побольше воздуха, выдохнула, изобразила спокойствие, которого и в помине не было, и вышла в центр комнаты.

- Всем здравствуйте! Очень рада вас видеть. Сегодня мы проводим акцию на площади. Желающие есть?

Толпа зашумела, переглядываясь. Послышался явный ропот. Ага, они же наверняка решили, что и сегодня всем скопом мы отправимся на ловлю привидений! А тут – такой облом… Уловив общие настроения, я добавила:

- Понимаю, это ж какую смелость надо иметь. Не каждому под силу…

- Причём тут смелость? Мы что, лохи, строем с плакатиками ходить? – сформулировал кто-то из толпы общие претензии.

- Плакатики – так, отвлекающий манёвр! Для отвода глаз органов правопорядка! – я решила, что пора выкручиваться. – На самом деле мы будем искать…

Я сделала многозначительную паузу. Интересно, купятся или нет? Выгорит или нет?!

- Чего искать-то? – спросил Лёха. Я изобразила удивление.

- А я разве не сказала? Клад, само собой!

Глава 32

Ну, вот! Второй раз на те же грабли! Сказала, да? Да что там – сказанула! Осталось всего ничего – раздобыть этот самый клад. Причём именно на указанном месте. Иначе плакал мой и так на то-о-оненькой ниточке держащийся авторитет горючими слезами!

А поздно! Народ удивлённо загудел, нашлись и скептики. Однако моя троица (ага, уже моя, и это греет!) быстро навела порядок. Ребята были не только самыми высокими в этой разношёрстной гоп-компании, но ещё и самыми взрослыми. Не по годам – по поведению. К тому же их связывало нечто куда большее, чем стайный инстинкт, - настоящая дружба, взаимовыручка, и остальные это чувствовали. Спустя четверть часа, наполненных дебатами и попытками поострить на мой счёт (не на ту нарвались, на этом-то поле я отобьюсь!), приняли историческое решение встретиться в 17.00 на площади. Сперва – акция, потом – кладоискательство. И горе мне, если хотя бы самого завалящего клада не окажется на указанном месте – это я прочла в заблестевших от намечающегося приступа золотой лихорадки глазах местной незолотой молодёжи. Заключив соглашение, стороны разошлись восвояси. Они – готовить припасы, инвентарь и мешки для клада. Я – судорожно придумывать, как за оставшиеся пару часов реализовать обещанное. Я настолько погрузилась в невесёлые размышления, что совершенно забыла про свою юную помощницу и, когда она меня тронула за плечо, едва не подпрыгнула.

- Это будет обалденный квест! – воодушевлённо изрекла она. – Здорово! С нами ещё никто так не играл, а это правда круто, я в интернете видела!

Сказать или не сказать? А, ладно, скажу всё как есть!

- Понимаешь, какая штука… Придумать-то я придумала, а где эти самые сокровища взять – без понятия, - покаялась я.

Танюша погрузилась в раздумья. Однако оптимизма в ней было столько, что он прямо-таки выплёскивался наружу, не оставляя места унынию. Я даже позавидовала немножко: мне бы так, с такими-то способностями влипать в истории!

- Надо на свалку смотаться, - вынесла она вердикт. – Там полно всяких интересных штучек! Что-нибудь да сгодится на роль сокровища!

Предложение порыться на свалке выглядело несколько сомнительным, однако других как бы и не было. Так что через пару минут я уже отпрашивалась у директора, стараясь быть о-о-очень убедительной:

- Глафира Сигизмундовна, разрешите отлучиться! Нам с Таней нужно подготовиться…

- С Танечкой? – директриса едва не облизнулась, услышав имя намеченной жертвы. Действительно, вид у неё стал, как у сытой кошки, уже поймавшей воробышка, но решившей немного поиграть с перепуганной птахой, продлить, так сказать, удовольствие. – Рада, что вы подружились. Очень способная, милая девочка, но… крайне неприспособленная, крайне! Постоянно что-то случается неприятности просто липнут к ней. Будь с ней внимательнее, настоятельно рекомендую!

- Уж в этом будьте уверены! – видимо, последняя фраза получилась многозначительной, так что директриса бросила на меня острый взгляд. Но я уже спохватилась и теперь смотрела на неё, не отводя глаз, в которых сквозила преданность общебиблиотечному делу и готовность вести за собой читательские массы под книжными стягами, куда пошлёт руководство в лице многоуважаемой Глафиры Сигизмундовны.

- Хорошо… Иди, готовься, - не найдя, к чему придраться, обронила директриса, делая вид, что всецело поглощена лежавшими на столе бумагами. Однако, закрывая за собой дверь, я почувствовала спиной взгляд, исполненный таких эмоций, что мне стало как-то не по себе.

Добираться до «острова сокровищ» пришлось на автобусе, аж три остановки, по местным меркам – дальняя даль. Самая окраина, подальше от людских глаз. Я готовилась увидеть груды хлама, остатки продуктов, словом, всё то, что обычно представляется нам при слове «свалка». Однако картина, представшая перед нами, оказалась несколько иной.

- Ух ты! – выговорила я, озираясь кругом. Таня победно улыбнулась, как будто самолично создала это место.

- Ага! А я что говорила?

Глава 33

Больше всего местная свалка напоминала музей под открытым небом. Складывалось впечатление, что жители городка, решившись расстаться со старыми вещами, не выбрасывали их в мусорные контейнеры, а аккуратно свозили сюда: вдруг кому-нибудь что-то понадобится?

- Нужен сундук! Или хотя бы шкатулка! – девочка явно увлеклась идеей кладоискательства. Глаза у неё горели, она вертела кудрявой головой во все стороны. Усмотрев что-то в направлении большого лампового телевизора и грустной радиолы, она ринулась туда, перепрыгивая через россыпи покоцанной посуды, цветочных горшков, минуя диван с торчащими пружинами.

- Постой! Меня подожди! – спохватилась я, устремляясь следом. Мало ли что? Я отлично помнила, какую участь уготовили Татьяне библиотечные деятельности, и от души надеялась, что сумею её защитить, даже без магии.

- Вот! Это подойдёт! – Таня уже увлечённо копалась в хлапе, разрывая симпатичную шкатулочку, изрядно помятую, но вполне пригодную для наших целей.

- Лихо у тебя получается! – одобрила я – и тут же прикусила язык, вспомнив бабусину присказку: «Не буди лихо, пока оно тихо!»

- Ага, есть такое, - не стала возражать моя помощница. – Это у меня с детства! Я всегда первой всякие потерянные вещи разыскивала! Или денежку на улице находила, когда, например, мороженого очень хочется, а в кармане пусто, - довольная Таня победоносно глянула на меня и тут же добавила: - Теперь нужно туда чего-нибудь напихать, чтобы как будто сокровища были. О, тут и замочек имеется, правда, сломанный! - тут же добавила она, оглядев находку. – Эх, ключа нету, а то бы совсем отлично!

- Кажется, где-то у меня был ключик, - я решила ещё разок испытать варежку-портал. Производить необходимые манипуляции пришлось прямо в сумке, при этом Таня с интересом наблюдала, как я там копошусь. «Ну, пожалуйста, пусть это будет ключ, а не какая-нибудь фигня, с которой потом ещё решать, как применить!» - мысленно упрашивала я.

Получилось! В варежке обнаружился именно ключ, в чём я и убедилась, вытащив сжатый кулак на свет. Вот только к замку он не подходил совершенно, поскольку был куда больше, чем гипотетический ключик от шкатулки.

- Ничего страшного, - утешила меня Таня. – Мы замочек просто так повесим и скотчем замотаем. Всё равно интересно получится!

Ещё добрых полчаса мы посвятили поиску «сокровищ». На эту роль вполне сгодились несколько значков, запонка, бусы от ёлки, цветные стёклышки и прочая ерунда. Маленькие феи любят играть в «секретики», делая потайные ямки, в которых хранятся такие вот «драгоценности, а потом прикрывая их стёклышками и засыпая землёй. Наверное, обычные детишки в такое уже не играют? А зря!

Я немного замечталась и не заметила, что Таня осталась где-то позади. В чувство меня привело то, что я споткнулась обо что-то твёрдое. «Синяк будет», - машинально подумала я. Магии-то нет, само собой не полечится… И тут я повнимательнее разглядела то, обо что споткнулась.

Это был тот самый манекен из магазина! И, хотя остальные были похожи на него как две капли воды, отчего-то я поняла: это он, и никак иначе! Безликий! Внутри у меня похолодело. Оправдывая мои самые нехорошие опасения, манекен пошевелился и сделал попытку подняться!

- Таня! Бежим!!! – не своим голосом крикнула я и кинулась обратно, туда, где оставила девочку. Я неслась, спотыкаясь о сломанные стулья, старые кастрюли, под ногами путались пластмассовые пупсы, будто нарочно стараясь задержать меня! За какое-то мгновение старая свалка превратилась в подобие той самой Зоны Стругацких, где каждая вещь становится непонятной и враждебной!

До непонимающе глядящей на меня девочки оставалось несколько метров, как вдруг прямо передо мной поднялась колонна, собранная из всякого хлама – и всё же невероятным образом живая! Вокруг нас вещи приподнимались сами собой, земля дыбилась, расступаясь перед кем-то очень сильным, огромным и покуда скрытым от нас.

Глава 34

Таня растерянно взирала на это явление, машинально прижимая к груди шкатулку с «сокровищами», так старательно набранными по всей свалке. Колонна повернулась в её сторону – и я с ужасом обнаружила, что у неё имеется подобие головы и громадная пасть, которую страшилище сейчас охотно демонстрировало! Девочка замерла, оно и понятно, тут на любого столбняк нападёт! Костеря себя всевозможными словами, о которых воспитанная фея не должна и подозревать, я разом преодолела разделяющее нас расстояние и оттолкнула Таню так, что та отлетела на несколько шагов и врезалась в диван. Девчонка оказалась понятливой, не стала предъявлять претензий, а мигом укрылась за его спинкой. Поворачиваясь к врагу, я мельком увидела, как скрылась за хоть ненадёжным, но всё же укрытием белокурая кудрявая голова, и понадеялась, что моя подопечная сообразит, что надо потихоньку отползать отсюда.

Впрочем, раздумывать было некогда. Страж свалки, кем бы он ни был на самом деле, атаковал, нанося удар с высоты своего немалого роста. Во все стороны полетели щепки от поломанных стульев, сковородки, пружины и прочий хлам, я же едва успела увернуться. «Тут никакой прыгучести не хватит, измором возьмёт», с сожалением констатировала я. Словно подтверждая мои слова, Страж снова пошёл в атаку, при этом увеличиваясь в размерах и всё выше поднимаясь над землёй. Его туловище составляли части вещей, когда-то верой и правдой служившие хозяевам, а теперь отправленные на свалку. Их печаль, сожаление и злоба питали оживлённое чёрной магией существо, а мне даже нечего было ему противопоставить, даже имей я прежние возможности. Ну, не учили нас обороняться от кучи хлама!

Подавив в себе навязчивое желание кликнуть на помощь бабулю (сама управлюсь, не маленькая, а то она у нас женщина конкретная, от городка может в результате камня на камне не оставить!), я сунула руку в сумку. Авось да что-нибудь пригодится! И это будет…

…вновь объявившаяся в сумке деревянная ложка. Уже не удивляясь, я размахнулась и швырнула её со всей дури прямо в монстра! И… ничего не произошло. Ложка отскочила и, заложив крутой вираж, вернулась в руку. Разъярённый Страж атаковал, ударив в землю в нескольких сантиметрах от меня, торчащие из морды железяки расцарапали ногу до крови. Больно было ужасно, я закусила губу, чтобы не закричать. В голове стучала одна-единственная мысль: ну почему это происходит со мной?! И я ещё жаловалась на отсутствие приключений?! А эти, из РОНО, куда смотрели?! Бросили одну, на растерзание монстрам! И наставницы тоже хороши! А ещё феи! Помогли, называется! Нет чтобы оружие дать, так нет, иди, Ленца, на чудовище с одной дудочкой! Так… какой ещё дудочкой, у меня же ложка была?

Ещё раз убедившись, что сжимаю в руке подобие деревянной свирели, я пожала плечами и поднесла её к губам, не особенно надеясь на успех.

Полилась тихая, нежная мелодия. Не знаю, кто удивился больше – я или Страж. Мусорный змей застыл, прислушиваясь, а потом принялся раскачиваться в тон музыки. Чувствуя себя правнучкой Гамильтонского Крысолова, я принялась отступать спиной вперёд. Змей полз за мной, однако попыток нападать не делал. Таким способом я добралась до дивана, за которым пряталась Таня, и, не прекращая играть, сделала ей знак свободной рукой. Дальше мы двигались уже вместе, плечом к плечу. Я надеялась, что свобода движения Стража ограничена территорией свалки. Главное, выбраться отсюда, а там есть шанс убежать.

Если бы кто-нибудь наблюдал за нами со стороны, то решил бы, что здесь снимается фильм ужасов. Никогда не мечта о кинокарьере, тем более – такой. К тому же в кино по закону жанра непременно должно что-то случиться в тот самый момент, когда герои уже чувствуют себя в безопасности!

И зачем я об этом подумала?! Рядом за мной взвизгнула Таня. Покосившись на неё, я похолодела: девочку сжимал в объятиях манекен. Тот самый, из магазина. Опять Безликий! Да что ж за день-то такой!

Глава 35

Так, спокойствие, только спокойствие! На оживший манекен действует ложка! А на Стража – дудочка! Если я превращу дудочку в ложку, то смогу атаковать Безликого! Ага, а в это время нас прикончит змеюка. Замечательный выбор! Ну почему нельзя всё и сразу?!

Я разозлилась. А когда я злюсь, то совершаю странные поступки. Вот и сейчас, на секунду перестав играть, я повернулась к манекену и заорала:

- Да будь ты уже человеком!!! Видишь, не до тебя, и так пропадаем!!!

Этой секунды хватило, чтобы Страж свалки вышел из музыкального транса и ударил головой, будто молотом. Только не по наковальне, мы-то были куда мягче и уязвимее. Так что я просто стояла и смотрела, как на нас рушится груда запчастей от машины, мебели, жестянок и прочего смертоносного хлама. А потом меня сильно толкнули, и я упала, почему-то на Таню. Сверху посыпались банки, склянки, пружины, тряпьё и прочая дрянь, видимо, составляющая внутренности Змея. Стало очень-очень тихо…

Пару минут мы лежали, не двигаясь. Ничего не происходило. Я осторожно приподняла голову и огляделась. Вокруг была свалка, мирная, спокойная, как и полагается обычной свалке. И никаких следов Стража и Безликого! Куда они делись?! Нам что, приглючился весь этот кошмар?!

Рядом приподнялась кудрявая голова моей верной соратницы по свалочным боям.

- А что это было? – тихонько поинтересовалась девочка, будто опасаясь спугнуть наступившую тишину. В ответ я только пожала плечами. Объяснять долго, да и не поверит ведь.

- Ой, - Таня смотрела куда-то в сторону. Проследив её взгляд, я увидела ногу, торчащую из разрушенного кресла. Так вот куда подевался Безликий!

- Он был живой. И он нас спас, - с непоколебимой уверенностью заявила девочка. Отстранив мою руку, она решительно направилась к поверженному манекену и принялась разгребать доски и ветошь, оставшуюся от кресла, бывшего совсем недавно пастью Стража. Подумав, я присоединилась к ней, и сообща мы очистили Безликого, выглядевшего сейчас крайне жалко, как поломанная игрушка.

- Он спас нас, - заявила девочка, глядя туда, где должно было быть лицо. По её щекам катились крупные слёзы.

- Да. Он вспомнил, что был человеком, - еле слышно произнесла я и провела рукой по холодной щеке манекена, прощаясь с ним. – А теперь нам надо идти, - я встала и потянула за собой Таню. – Извини, сейчас я ничего не могу тебе объяснить! Дело ещё не закончено, но однажды виновные заплатят за всё! И за него – тоже! Ты мне веришь?

- Верю, - отозвалась Таня, вытирая глаза ладонью.

- Тогда давай ноги в руки – и на площадь! – распорядилась я, решив, что строгостью сейчас добьюсь больше, чем жалостью. – Сокровища не потеряла?

- Не-а, - Таня потрясла шкатулкой.

Я кивнула, и мы вместе понеслись к автобусной остановке.

На площади мы оказались как раз впритык, чтобы успеть спрятать 2клад» и разложить заранее заготовленные бумажки с подсказками. Когда мы, вытирая со лбов трудовой пот, упали на скамейку, появились наши участники. С плакатами, мешком и двумя лопатами! Да-а, народ здесь суровый, всё воспринимает крайне всерьёз.

- Ну, что, все готовы? – бодро поприветствовала я подростковые массы.

Мне ответили нестройно, но утвердительно.

- Клад будет? – поинтересовался кто-то из самых подозрительных.

- А как же? – удивилась я. – Точно знаю, что его именно здесь спрятали! Но сперва – акция!

«Искатели сокровищ» развернули плакаты, вытащили книжки – и понеслось! Сперва немногочисленные прохожие на нас смотрели диковато, потом заинтересованно, кое-кто начал присоединяться к «митингующим». Вобщем, народ даже вошёл во вкус и без клада…

Таню я всё это время буквально таскала за руку, помня, какая угроза над ней нависла. Между тем мои архаровцы, пройдя все этапы, обнаружили таки шкатулки и даже не побили нас, оценив «сокровища», а шкатулку вернули мне. Игра им понравилась, это было заметно. Я же была просто счастлива, тем более что с моей подопечной ничего не случилось. Решив, что будет лучше, если мальчишки проводят её до дома, я отправилась искать Некиту и Лёху. Долго разыскивать не пришлось – оба спешили мне навстречу, причём вид у них был крайне встревоженный.

- Что случилось? – спросила я. Сердце тревожно сжалось, почувствовав недоброе.

- Настя пропала, - ответил Некит. – Нет нигде, и на звонки не отвечает.

Глава 36

Настю мы искали до позднего вечера. Безрезультатно. Никита крепился, но я-то уже поняла, что эта девочка много для него значит. В конце концов договорились встретиться завтра. Надо ли говорить, что домой я вернулась с целым выводком скребущихся на сердце кошек?

По-видимому, настроение было написано на моём лице, иначе как объяснить, что бабушка Маша уже с порога пристально посмотрела на меня и скомандовала:

- Садись и рассказывай!

Я попыталась отделаться общими фразами, типа не всё пока получается, ребята не слушаются… Не тут-то было! Милейшая бабуся практически силой усадила меня за стол, налила большую чашку чая, по запаху – на травах, села напротив и произнесла серьёзным голосом:

- Не пытайся меня обмануть, сейчас не время для шуток. Рассказывай всё с самого начала, иначе беды не миновать!

И… я отчего-то послушалась! Да-да, я сидела и рассказывала почти незнакомой старушке всю эту запутанную историю, начиная от моего распределения и до исчезновения Насти. Умолчав о наиболее фантастических событиях, я сбивчиво делилась сомнениями, страхами, подозрениями, которые копились внутри меня всё это время. И чувствовала, как становится легче.

Выслушав меня, бабушка Маша не удивилась. Скорее, удивилась я, когда она, ни слова не говоря, извлекла из допотопного шкафа новенький ноутбук, включила его в сеть и скомандовала:

- Флешку неси. Скорее!

«А вы что, разбираетесь?» - едва не ляпнула я, однако вовремя прикусила язык и протянула ей флешку с читательской базой. Старушка открыла программу, быстро пробежалась по столбцам аккуратной таблицы, и я услышала, как она с явным облегчением пробормотала:

- Не заархивирован, живой! Значит, всё ещё можно исправить…

«Кто живой?» - хотела я переспросить, ведь речь вроде шла о девочке, Насте. Бабушка Маша ещё раз пролистала результаты моих трудов, покачав головой и что-то шепча себе под нос.

- Есть шанс. Правда, небольшой, - наконец, проговорила она и неожиданно спросила:

- Ты говоришь, третий артефакт – карта?

«Когда это я ей рассказала?» - изумилась я, поскольку вопрос о волшебных предметах мне всё же удалось обойти стороной. Видя моё смущение, старушка добавила:

- Ленца, ты можешь мне довериться. Пёс и ворон неслучайно привели тебя к моему дому. Я помогу тебе, а ты поможешь всем нам. Итак, это - карта?

- Да, - коротко ответила я.

- И наверняка - твоя личная карта Таро, - бабушка размышляла вслух. – И твоя фамилия – Ветер. Всё складывается, как в пасьянсе. А это может означать только одно…

- Что именно? – не выдержала я напряжения.

- Ты в карты играть умеешь? Например, в покер?

Ничего более странного в своей жизни я не слышала. Заподозрить благовоспитанную фею в пристрастии к азартным играм?! Ну, положим, немножко умею…

- Понятно, - сделала вывод моя квартирная хозяйка. – У нас есть один вечер, чтобы научиться. Запоминай хорошенько. На кону – многие судьбы, в том числе и твоя.

- Бабушка Маша, - не удержалась я от вопроса. – Что здесь происходит? В библиотеке, в городе?

- Страшные вещи, - вздохнула старушка, машинально перемешивая невесть откуда появившуюся в руках колоду карт. – Ты уже столкнулась со злом, но это – лишь видимая часть айсберга!

- Так почему никто не вмешивается?! – возмутилась я. – Есть же РОНО, чего они молчат?!

- Нет доказательств, - покачала бабушка седой головой. – Вот поэтому нам и понадобился агент под прикрытием. Ты.

Я помолчала, переваривая услышанное. Досада взяла своё, и я хмыкнула:

- Ага, под прикрытием… и где оно, это прикрытие? Где мой так называемый куратор?

Бабушка Маша раздала карты и посмотрела на меня поверх очков:

- Прикрытие всегда было и будет рядом, просто ты ещё недостаточно опытна и принимаешь друзей за врагов. А насчёт куратора… Что ж, нам придётся познакомиться ещё раз. Твой куратор – это я.

Глава 37

Я глубоко вдохнула и закашлялась, подавившись воздухом. Бабушка Маша (ах, да, извините, госпожа куратор!) обошла стол и постучала меня по спине. Когда я снова смогла говорить, слова отчего-то не шли. Точнее, их было много, они группировались в вопросы и норовили посыпаться все и сразу. Я не могла выбрать, о чём спросить в первую очередь, поэтому молчала.

- Как мне вас называть? – выдавила я наконец. Как будто это было сейчас самым важным!

- Называй, как называла, - ответила кураторша. – Ты ведь мне не совсем чужая. Мы с твоей бабушкой – лучшие подруги.

- Тогда почему она про вас не рассказывала? – ляпнула я и замолчала, вспомнив скрытный характер грозной моей бабуси. Бабушка Маша кивнула:

- Значит, к слову не пришлось.

- Но вы ведь фея? – продолжала я допытываться. Куратор отрицательно покачала головой. Я замерла. Как это?!

- Я – маг высшей категории, - спокойно продолжила милейшая старушка. – Много-много лет назад я основала РОНО.

Перед моим мысленным взором возник учебник по истории магии с женским портретом на обложке. Мария Крестовская!!!

- А почему… - выпалила я, но старушка приложила палец к губам и строго произнесла:

- Всему своё время. Сейчас важнее не то, почему я оказалась здесь, а то, что нам нужно сделать. Тебе нужно основательно подготовиться, а у нас всего-навсего несколько часов!

- Что нужно делать? – сейчас я чувствовала себя собранной и готовой впитывать любые знания.

- Ты должна научиться играть в карты! – торжественно произнесла кураторша.

Я опешила.

- Так я умею. Немножко… В подкидного дурака, - призналась я, покраснев. Кураторша покачала головой:

- Боюсь, в нашем случае этого будет недостаточно. Надеюсь, ты всё же унаследовала некоторые способности своей бабушки, - задумчиво произнесла она. – В любом случае, тебе потребуется самый лучший учитель.

- А разве не вы?.. – начала я, но старушка приложила палец к губам, призывая меня к молчанию, и трижды хлопнула в ладоши.

Окно распахнулось, и на спинку стула опустился чёрный ворон по кличке Генрих Наваррский. Не успела я удивиться, как скандальная птица обернулась неким господином с выдающимся острым носом, с ног до головы одетым в чёрное. Я честно попыталась определить наличие портретного сходства с одноимённым королём, но не смогла: династию Бурбонов мы, конечно, проходили… вот только на контрольной я втихую списала и благополучно забыла об этом. Получается, зря.

- Ты так и будешь глазеть на меня, разинув рот, или займёмся делом? – насмешливо произнесла коронованная особа. Я послушно закрыла рот, а кураторша укоризненно покачала головой:

- Генрих, оставь свои бурбонские замашки, не смущай девочку и приступай! Времени почти нет!

- Надеюсь, ты не такая бестолковая, какой кажешься, - скривился Наваррский. Похоже, припомнил, как я в него сумкой кидалась! Однако, глянув на нашу хозяйку, гонору поуменьшил и принялся втолковывать мне картёжные премудрости, так что через пару часов мне уже казалось, что в голове кто-то тасует колоду…

- Она уже спит, - услышала я сквозь вату, которой кто-то набил мне уши. Наверняка – Наваррский! Разберусь я с ним, не посмотрю, что коронованная особа!

- Я не сплю, - попыталась я протестовать, однако слова отчего-то не шли, а потом меня подхватили и понесли куда-то. Последнее, что я услышала, проваливаясь в сон, это:

- Остаётся надеяться на чудо. Может, кровь себя покажет всё же? Она же – Ветер!

Глава 38

Проснулась я до будильника и первым делом подумала: может, приснилось? Однако вчерашний вечер и ночь, проведённая за постижением карточных премудростей, помнились до мелочей.

К завтраку вышла, ощущая себя новобранцем, идущим на войну. Ворона не было. Карт тоже не наблюдалось, зато обнаружились нарядный чайник и чашки в синий горох, горка блинчиков и варенье. Стало повеселее.

- Готова? – спросила бабушка Маша. Надо бы её, конечно, величать как-то иначе, типа «госпожа куратор», но я уже привыкла, к тому же ничего такого магического в ней и нет вроде.

- Зови, как зовётся, - отозвалась она, дав понять, что ещё как есть, только демонстрировать не всякий раз нужно.

-Готова! – я вскинула подбородок. В самом деле, пора уже поставить все точки над Ё и прекратить этот библиотечный беспредел!

- Куда там… – вздохнула бабушка, не оценив мой боевой настрой. – Слушай внимательно и не перебивай! Если почувствуешь, что совсем край приходит, не н геройствуй, зови подмогу.

- Да я сама… - начала я и осеклась под строгим взглядом. Бабушка Маша вздохнула и присела за стол.

- Мне б с тобой, да нельзя, - покачала она головой. – Мою манию сразу распознают и так всё приберут, что вовек концов не найдём. И людей… А пока есть сомнения – есть и шанс, что вытащим заложников и пуще того – зачарованных.

- Бабушка Маша! – взмолилась я. – Я совсем запуталась! Что здесь творится?!

- Не сейчас, - глянув на часы, покачала головой старушка. – Спешить тебе пора. Не бойся, помощь придёт, даже если ждать не будешь. Наука вчерашняя тебе пригодится. Сумку не забудь! В ней подсказка отыщется!

- А Настя? Девочка, которую похитили? – быстро спросила я.

- Ей ничего не угрожает. Она – разменная монетка в большой Игре, чтоб на тебя надавить было чем. Не тронут они ребёнка, не переступят черту! – произнесла кураторша. Я вспомнила фразу про «свежую кровь» и отчего-то засомневалась, что она так уж уверена в собственных словах.

- Иди, - повторила бабушка, и я, подхватив сумку, ринулась в библиотеку.

На двери здания висела табличка «Санитарный день». Пожав плечами, я вошла внутрь и столкнулась нос к носу с Маргаритой. Похоже, она меня там караулила.

- Леночка! Ну, как прошло? – наигранно-бодро вопросила она. Я промолчала, впрочем, ей этого и не требовалось. Схватив меня за руку, она потащила меня по коридору:

- Сейчас мы тебе халатик подберём – и поможешь в хранилище фонд расставлять! Заодно и научишься, как это грамотно делать!

Деятельная библиотекарша буквально прилипла ко мне, не отпуская ни на секунду. Выдав халат, повисший на мне мешком, Маргарита потащила меня к лестнице, ведущей в подвал, без устали что-то приговаривая. И тут меня осенило: да она же боится! И того, что должно произойти, и той роли, которую должна в этом сыграть!

- Не бойтесь, Маргарита Ивановна. Я справлюсь, - зачем-то произнесла я. Маргарита дёрнулась, как от удара, но смолчала.

Тяжёлая дверь, недовольно скрипнув, пропустила нас внутрь уже знакомого помещения. Я вовремя вспомнила, что должна изобразить хотя бы любопытство, ведь считается, что я здесь впервые, и начала озираться по сторонам.

- Осторожно, тут ступеньки! – предупредительно проговорила Маргарита, вцепившись мне в запястье. Я невольно поморщилась: наверняка следы останутся.

Дверь за нами с грохотом захлопнулась. Я оказалась наедине с теми, кто ждал меня в хранилище, и вряд ли в их намерения входило расставлять книги.

Глава 39

Хранилище заливал мертвенный зеленоватый свет, настолько плотный, что я ощущала его почти физически, словно липкий, застывший студень. Хлама в углу больше не было, зато открылось то, что он маскировал до времени: возвышение с установленным на нём бюстом древнего божка с лысиной и злобным лицом. А у его подножия…

- Настя!!! – я рванулась вперёд, но не смогла даже двинуться с места. Девочка тоже не шевелилась, её лицо, насколько я смогла рассмотреть со ступенек, казалось замороженным…

- И каково это – чувствовать, что из-за твоей глупости другой человек оказался между жизнью и смертью? – раздался холодный голос. Привстав за столом, чтобы лучше видеть, на меня жадно смотрела Глафира Сигизмундовна. Две другие библиотечные дамы тоже были здесь, занимая места по правую и левую руку от начальства. Таисия не скрывала злобного торжества. Вторая, с абонемента, взирала на меня со смесью сожаления, укора и страха.

Я почувствовала, как невольно сжимаю кулаки.

- Вина на вас! Это вы похитили девочку, вы зачаровали многих читателей и взяли их души в залог!

Сидящие за столом переглянулись. Директриса снова перевела на меня взгляд, и я невольно содрогнулась. Нет, там не было злобы, только пустота, жадная, вытягивающая силы! «Да она же ведьма, самая настоящая!» - мысль оказалась такой отчётливой, словно её написали в моей голове крупными алыми буквами. Я посмотрела на Подложкину. И эта – тоже! Способностей наверняка меньше, так, сателлит, пробавляется крохами с барского стола, и всё же! Третья… пожалуй, нет. Просто злобная, уставшая от себя самой тётка, влезшая невзначай в чужую игру.

- Не далее как вчера практикантка Елена Вветер проводила акцию с молодёжью на центральной площади в городе Коврово, - проговорила Глафира так, будто читала газетные строки. – В результате несчастного случая одна из участниц получила серьёзную травму. Бездействие вышеуказанной практикантки привело к гибели девушки. Тебя устроит такая запись о практике?

- Не посмеете! – я снова рванулась – и с тем же результатом.

- Ты проиграла. Соглашайся на всё, тебя не тронут, - послышался сзади быстрый шёпот Маргариты. Ну, это мы ещё поглядим!

- Подойди сюда! – приказала Глафира, и ноги сами понесли меня к столу. До чего же это отвратительно – чувствовать себя марионеткой в чужих руках!

- Садись, - распорядилась директриса. Я попробовала сопротивляться, однако это ни к чему не привело. Пришлось сесть.

- Интересно, на что они рассчитывали? – задумчиво произнесла Глафира, всматриваясь в меня так, будто пыталась прочесть ответ прямо на моём лице. – Неужели на фамилию? Ветер… Да не тот, точнее, не та! Ах да, у нас же ещё бабушка имеется, гроза полей и лесов… Что ж, с данной особой я действительно не хотела бы столкнуться. Даже если легенды лгут вполовину, старушка способна поднять шум, а нам это не нужно. К тому же я ценю твою храбрость, детка! Решиться проникнуть сюда, в святая святых, не имея ни капли магии… Хитрые лисы в этом РОНО: знают, что мага в эти стены в лучшем случае не пропустят, а в худшем – вытянут всю магию без остатка, поменяв её знак. А что поделать, кушать-то хочется, а на аппетит Библиотека не жалуется. Ей всегда мало! Так что, по сути, тобой сыграли, как пешкой, да ещё вслепую. Ты храбрая, хотя и глупая…

Я никак не среагировала на сомнительный комплимент. Пусть болтает, возможно, пока она разглагольствует, что-нибудь да придумается. Глафира досадливо поморщилась.

- Итак, вот что я предлагаю. Ты забудешь всё, что увидела здесь, и не станешь ни во что вмешиваться. Получишь лестный отзыв о практике и вернёшься обратно. Думаю, тёпленькое местечко для тебя присмотрят, и впереди будет интересная жизнь и отличная карьера. При этом ты держишь язык за зубами – всего-то, заметь!

- А если я откажусь? – спросила я так, на всякий случай. Директриса скривилась.

- Вряд ли, поскольку второй вариант понравится тебе меньше. Твоя репутация будет запятнана, а когда девочка погибнет – то и совесть тоже, а это куда болезненнее. Так что выбирай, - Глафира демонстративно пожала плечами.

Я лихорадочно соображала, что же делать. Взгляд упал на часы, и мне показалось, что стрелка дёрнулась. Почему-то это вселило в меня уверенность, которой раньше не было и в помине.

- Я предлагаю третий вариант, - надеюсь, мой голос звучал сейчас достаточно твёрдо.

- Ты? Предлагаешь нам? – ведьмы переглянулись. Что ж, я их заинтересовала, это уже хоть что-то.

- Да. Я предлагаю разыграть души, которые вы обманом отняли у несчастных! – заявила я, не опуская глаз.

Глафира захохотала.

- Глупая девчонка! Твоё нахальство было бы забавно, ни будь у меня давних счётов с твоей семьёй… Какую же ставку ты можешь предложить, чтобы заинтересовать меня?

Я сглотнула. Слова давались с трудом, однако я выговорила.

- Я ставлю жизнь. Если проиграю, Библиотека заберёт меня. Думаю, ей хватит надолго, даже с её аппетитами…

Глава 40

По тому, как сверкнули глаза директрисы, я поняла: именно этого ответа от меня и ждали, подводя к нему, словно глупую рыбёшку. И всё-таки ведьмы просчитались. Где, как – понятия не имею, но отчего-то сомнений в том, что правда на моей стороне, не было. «А теперь, Ленца, выкручивайся. И да пребудет с тобой Сила!» - напутствовала я сама себя.

- Если ты надеешься, что потом сможешь взять свои слова назад, сослаться на молодость и неопытность – оставь надежды! – Глафира приподнялась за столом, продолжая сверлить меня взглядом. – Так что лучше уступи сейчас. Если ты вступишь в Игру, обратного пути не будет. Подумай об этом! Какое тебе дело до этой девчонки и других людишек? Уверяю тебя, большинство из них трусливы и мелочны. Они сами, своей волей, отдали души в залог в обмен на крайне сомнительные преимущества вроде денег, власти, красоты, женского или мужского внимания…

- Ага… А что просил у вас Сказочник? А Нахахаль сам попросился превратить его в манекен? – отступать мне было особо некуда, позади – закрытая дверь и Маргарита впридачу.

По тому, как побледнели лица приспешниц Глафиры, я поняла, что задела их за живое. Одно дело – уверить себя, что пострадавшие от твоих деяний вроде как сами виноваты. И совсем другое – когда ткнут носом в настоящее, без прикрас, злодейство. Директриса же осталась безучастной. Похоже, она давно уже погрязла в пучине злодейства, всякие там сантименты её не трогают.

- Ты знаешь слишком много. Думаю, книжки ты читала и точно знаешь, что бывает с нежелательными свидетелями, - ровно проговорила она. – Если надеешься, что древность рода даёт тебе привилегии – ошибаешься. Мне будет крайне приятно получить плату за деяния старого врага с его пра-пра-пра… Впрочем, количество приставок не имеет значения. Сядь, глупая девчонка! Теперь ты будешь играть, даже если успела передумать!

Ведьма ударила по столу, затянутому зелёным сукном. Лампа вспыхнула зловещим светом, и мне показалось, что идол над алтарём повернулся в нашу сторону и уставился на меня пустыми жадными глазами. Ноги сами собой понесли меня к столу, стул услужливо отодвинулся и поддал сзади, так что я не села, а рухнула.

- Объявляю ставки – жизнь за жизнь! – торжественно объявила Глафира. – Если выиграешь, твоя подопечная уйдёт отсюда невредимой, хотя, конечно, забудет обо всём, что случилось. Если проиграешь…

- Позвольте! – возмутилась я. – А как же остальные?

- Жизнь за жизнь! – рявкнула Глафира. – И не зли меня, девчонка! Здесь я устанавливаю правила! Если откажешься – она умрёт на твоих глазах! А потом настанет твой черёд, при этом никто из твоей семьи не сможет предъявить претензий к победителю. Ты согласна?

Я посмотрела на старинные часы. Здесь, в хранилище, куда эти ведьмы годами сносили самые злобные и страшные книги, описывающие невероятные вещи, противные сердцу и разуму, это была единственная вещь, не заражённая вирусом жестокости и Зла. И снова показалось, что стрелка дрогнула, будто пытаясь подбодрить, дать надежду. И я ответила:

- Согласна.

- Она согласна! Условия заключены! – взвыли четыре голоса. Маргарита успела присоединиться к игрокам, хотя особого энтузиазма я не наблюдала. Ей было страшно, очень, но Глафиру она боялась куда больше, чем мук совести. К этому моменту я уже поняла, что истинных ведьм за столом всего две – Глафира и Таисия. Две остальные – неофитки, жалкие и запуганные, с ними проблем не будет. А вот директриса – это серьёзно. Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Тем более что отвлекаться уже и некогда: на столе появилась колода карт. Глубоко вздохнув, я сосредоточилась и попыталась вспомнить хоть что-нибудь из того, чему учил меня ворон.

- Партию в покер? – издеваясь, произнесла Глафира, тасуя колоду. Не нужно было даже смотреть на карты истинным зрением, чтобы понять – краплёные, все до единой.

- Покер так покер, - тряхнув чёлкой, произнесла я. А что остаётся? Только надеяться. И верить.

Глава 41

Причём и надежды, и веры мне потребуется немало, поскольку первой оказалась шестёрка. Я присмотрелась к карте внимательнее, и на мгновение показалось, что это вовсе даже и не карта, а фотография человека, да ещё и в погонах. В знаках отличия я не очень разбираюсь, но, кажется, это был сержант полиции. Это что же получается – и местные органы правопорядка у ведьмы в кармане, то есть под залогом?! Тогда понятно, почему Зло процветает в городке махровым цветом! Наверняка души заложены-перезаложены! За звания, что ли?

Сержантик явно приуныл и шмыгнул носом, так что захотелось его приободрить, а заодно и себя. Что ж, шестёрка – тоже карта, и это ещё ни о чём не говорит! А может, удастся флеш собрать!

Следом пришла ещё одна шестёрка. Так, пусть не флеш, но пара уже в наличии. Однако нужно быть большой оптимисткой, чтобы предположить, что у остальных игроков дела совсем швах. Вон как переглядываются. Картишки-то чёрномагические, подменные.

Будто в подтверждение этих мыслей, на третьем круге я обрела десятку. С данным индивидуумом я не имела чести быть знакомой, однако перед мысленным взором отчего-то возникла чётко напечатанная (мною же) в списке читателей фамилия Ковшик. Седовласый гражданин покосился на меня и отвернулся. Ну и ладно, я тоже не настаиваю на более близком знакомстве! А вот от ещё одной десятки не откажусь. Две пары лучше одной!

«Однако сегодня точно не мой день», - решила я окончательно и бесповоротно, получая сразу целую даму. Дама прятала лицо, отворачивалась, но память у меня хорошая, так что продавщицу из магазина я вспомнила. Ты-то на что позарилась? На красоту? Или мужа богатого посулили? Ну-ну, жди от бобра бобра, стирай пыль с безмолвных манекенов! (Дама всхлипнула, и мне стало её жалко. Кстати, бобры-то к чему тут прицепились?) Бобры… дерево… свирель, она же ложка? Ну, и чем они мне сейчас помогут?

На всякий случай я осторожно запустила руку в сумку и погладила дудочку. Вынуть и начать музицировать? Вроде правилами не возбраняется. Только здесь светлая магия может поменять знак на противоположный, и кто его знает, чем дело закончится. Ситуация и так аховая, не сделать бы хуже. Но так или иначе, а страх куда-то делся, будто дерево втянуло его в себя. Даже дышать стало гораздо легче, и в голове прояснилось.

Рука наткнулась на предмет странной формы. Вроде ничего такого у меня не было? Хотя нет, это же ключ, добытый из чудо-варежки! А кстати, где она? Ничего такого, мягкого и шерстяного, в сумке не наблюдалось. Кажется, поняла: волшебных предметов может быть только три, и если я получаю новый, один из прежних исчезает. А вот третий предмет я точно ещё не использовала ни разу! Похоже, самое время. Вот только карты картам рознь, на столе-то вовсе не Таро!

- Руки на стол, чтоб я видела! Обе! – к сожалению, я слишком увлеклась ревизией сумки. Глафира заметила, что я там копаюсь. К тому же я не фокусник, чтобы незаметно подменить карту!

Ничего не оставалось делать, как вытянуть свободную руку перед собой и продемонстрировать пустую ладонь… Кажется, теперь точно – всё! Вот так-то, Ленца. Не получилось из тебя ни феи, ни библиотекаря. Может, манекен неплохой получится.

Приметив, что я приуныла, Глафира, напротив, воодушевилась. Ноздри тонкого, хрящеватого ведьминого носа трепетали, словно почуяв запах добычи, глаза пылали, щёки покрыл румянец. Азартная дама, что и говорить!

- Готова встретить судьбу, ученица? – спросила она издевательским тоном, протягивая мне карту. Вздохнув, я взяла её, не решаясь посмотреть. Кажется, восьмёрка. Ни к селу ни к городу, ни к посёлку городского типа. Вот и всё.

-Открыть карты!!! – торжествующе взревела Глафира. Свет замигал, запульсировал, лампа налилась зелёным огнём. Лица играющих сейчас казались потусторонними, вампирскими.

Первой легли на стол карты Маргариты. Две пары, как я и думала: семёрки и девятки. Даже ей повезло больше, чем мне, но вряд ли она станет сегодня победительницей.

У библиотекарши, имени которой я до сих пор не знала, на руках оказалось с бору по сосенке, сплошной разнобой. Так что и ей не перепадёт, хотя утешение, конечно, слабое.

Подложкина демонстрировала флеш на трефах: туз, валет. Восьмёрка, пятёрка и тройка. Методистка победоносно улыбалась, Однако все смотрели на Глафиру. Помедлив, ведьма небрежно швырнула на стол карты. Пики, от короля до девятки. Ну, само собой, кто же сомневался! Стрит флеш – кажется, так называл это Генрих Навваррский. Впрочем, уже без разницы. Я проиграла.

Мои карты сами выпали из рук и, покружившись в воздухе, упали на зелёное сукно. Повисла тишина. А потом я увидела, как исказилось лицо Глафиры. Ведьма со всей силы ударила кулаком по столу, расколов его, и завизжала, как банши.

Закрывая руками уши, я успела бросить взгляд на свои карты. На меня, весело подмигивая, смотрел мой любимый Повешенный. Вацлав! Откуда ты взялся?! Там же точно восьмёрка была!!!

Глава 42

С остальными картами тоже произошли метаморфозы, да ещё какие! Сержант недоверчиво ощупывал новёхонькую майорскую звёздочку, и вид у него был такой, словно он и вправду если не кроль, то уж его кум - точно. Второй полицейский, получивший сразу подполковника, пребывал в состоянии, близком к обморочному. Туз, да и только! Магазинная дама, оказавшись в столь благородном собрании блистательных офицеров, строила глазки направо и налево. Вацлав обернулся валетом, а десятка у меня уже была. Всё это богатство оказалось одной масти, что означало…

- Флеш рояль?! Откуда?! – взревела Глафира, наклонившись над пострадавшим столоми сграбастав все карты разом. – Этого не может быть! Ай!

Похоже, карты обожгли ей руки, поскольку она с криком уронила их обратно.

- Ты жульничила! – обвиняющий перст уставился на меня. – Играем снова!

- Это же нечестно! – запротестовала я. – Уговор был на одну игру! Освободите Настю! Немедленно!

- Молчать! – рявкнула директриса. – Здесь я устанавливаю правила! Девчонка наша! А ты пошла вон и радуйся, что легко отделалась!!!

- Но… Глафира Сигизмундовна… вы нарушаете договор! – неожиданно подала голос безымянная труженица абонемента, ошалев от собственной смелости. – Это может привести к нежелательным последствиям! Вы же сами говорили!

- Клавдия Ивановна? Вы что-то сказали? – Глафира повернулась к ней, и поборница справедливости тихо увяла.

- ПРОЧЬ! – это уже относилось ко мне. Внутри у меня поднялась горячая волна. Действительно, что за дела?! Я им что, собачка, которую ногой пнуть можно? А вот и не угадали! Не уйду! И Настю не отдам! Не знаю, как, но не отдам, и точка!

- Сами убирайтесь! Кончилось ваше время! – надеюсь, мой голос звучал достаточно уверенно, поскольку внутри я никакой особой уверенности не чувствовала. Демонстративно поднявшись из-за расколотого стола, я подошла к Насте и принялась её трясти, приговаривая: - Ну же! Очнись! Тебя все ищут, родители, Никита! Ты же сильная! Не поддавайся!

Веки у лежащей у подножия зловещего алтаря дрогнули. Она меня слышала! Я удвоила усилия, тормоша девочку изо всех сил. Мне удалось приподнять её и оттащить на пару шагов в сторону. А потом нас обеих потащило обратно, будто там включили громадный магнит! Я почувствовала, как мои силы стремительно уходят, выкачиваются из тела… Разом навалились дремота и безразличие. Вот и закончилась моя практика. Ну и пусть… Слабовата ты оказалась против зла, Ленца. А ещё – Ветер… Бабушка будет разочарована. А мама, наверное, расстроится

Сумка выпала из рук, оттуда выкатилась дудочка. Глафира, подскочив, наступила на неё каблуком…

Всё дальнейшее виделось мне в каком-то мареве. Страшно вскрикнула ведьма, подхваченная вырвавшимся из деревянной безделушки вихрем. Подложкина кинулась было на выручку, однако её отшвырнула в сторону невидимая рука, и она улетела куда-то в стеллажи, попутно обрушив на себя груду книг. Две оставшиеся не вмешивались, укрывшись за разваленным надвое столом, и наблюдали, как там, под самым потолком мечутся два торнадо, сталкиваясь и расходясь в разные стороны!

Почувствовав, что, кажется, могу не только дышать, но и двигаться, я утроила усилия, чтобы оттащить Настю подальше от проклятого алтаря. Идол раскалился добела, стараясь удержать добычу, однако теперь у меня появилась надежда и уверенность, что добро всё же победит!

Мы уже были у самых ступенек, когда дверь, в которую ударили снаружи из всех сил, сорвалась с петель и рухнула, пропуская стремительное чёрное создание с полыхающими яростью глазами! Испугаться я не успела, видимо, просто утратив эту способность.

Адский пёсик, перемахнув чрез нас, вздыбил шерсть и остановился, угрожающе рыча на Маргариту и Клавдию. А в дверь уже ломились какие-то люди. Я узнала сторожа Василия, моих знакомых мальчишек.. Кто-то подхватил на руки Настю, надо мной склонились лица, расплывающиеся в белые пятна…

Я повернула голову в сторону алтаря. Идол наблюдал за всем этим бедламом и злорадно ухмылялся!

Глава 43

И тут меня осенило!

- Бегите отсюда! Скорее!!! – не своим голосом крикнула я, упираясь обеими руками в грудь кому-то из мальчишек. Куда там… Увидев беспомощную Настю, Никита сжал кулаки и огляделся в поисках врага. Рядом встал Лёха. «Им только Ильи Муромца не хватает до полного комплекта», - машинально подумала я. Впрочем, дядя Вася явно готов был восполнить пробел. Они точно не понимали, что сейчас произойдёт, а я ничегошеньки не могла сделать, поскольку мужчин потянуло на геройство, и остановить их в этом не легче, чем стадо несущихся опрометью бизонов.

Древний божок налился алым, словно насосавшийся крови комар, и выбросил во все стороны энергетические жгуты, ухватив сразу четверых. Сторож отчаянно матерился, отбиваясь от хищника, невзирая на присутствие детей и возмущённо попискивающих из-за стола дам. Мальчишки вообще не поняли, что произошло. Похоже, они не видели проявлений магии и воспринимали всё происходящее как поиски немножко разбушевавшегося полтергейста. Я металась между ними, как ошпаренная кошка, пытаясь отодрать от них жгутики библиотечного чудовища. Кстати, о чудовищах. Чёрный фосфоресцирующий пёс носился по всему хранилищу, сшибая стеллажи. Обнаружив за одни из них мадам Подложкину, он накинулся на ведьму, пытаясь извлечь её из груды книг. Таисия верещала и закапывалась глубже, попутно кидаясь в собаку увесистыми томами трудов классика марксизма-ленинизма. Пёс сворачивался и продолжал начатое, явно желая довести дело до конца.

А под потолком шло сражение не на жизнь, а на смерть. Два вихря закручивались в спирали, стараясь вытеснить друг друга, однако силы пока что были равны. Там я ничем не могла помочь, оставалось положиться на судьбу и спасать людей.

Дядя Вася молотил врага гаечным ключом, пятясь назад, чтобы не коснуться алтаря. Мальчишки пинали невидимые щупальца, недоумённо поглядывая вниз в поисках препятствия. Идол пыжился, разбухал от усилий, но было понятно, что если со взрослым у него есть какие-то шансы, то на ребят он особого впечатления не производит. «похоже, иммунитет! – сообразила я. – Другое время, нет такой зависимости, да и не читают почти – труднее повлиять. Плохо, конечно, но вот сейчас нам на руку!»

Убедившись, что все заняты своим делом, я пошла туда, куда уже давно влекла неведомая сила. Назовите это догадкой, предчувствием – да что угодно! Оказавшись возле старинных часов, я открыла дверку, вытащила из сумки ключ, и… он подошёл! С первого поворота стрелки дрогнули, будто просыпаясь. Со второго двинулись по циферблату, а когда ключ повернулся в третий раз – раздался бой окончательно проснувшихся часов!

А потом время застыло. Замерли два сражающихся торнадо, замерли люди, и в наступившей тишине кто-то спустился по лестнице, прошёл мимо меня и встал рядом с часами.

- Всё получилось, как в моей сказке, - задумчиво произнёс тот, кого я знала под прозвищем Дайдадай. – Всё правильно. Сказки не лгут. Спасибо тебе, Ленца Ветер!

- Пожалуйста, - вежливо отозвалась я. – А за что?

Сказочник улыбнулся. Улыбка у него была хорошая, немного грустная.

- Ты разбудила часы. И вернула мне сердце. Теперь я снова живой, настоящий… И вполне могу постоять за своих друзей! – это прозвучало с явной угрозой.

Сказочник вышел на середину хранилища, поднял голову к потолку и крикнул:

- Ведьма! Ты второй раз нарушила правила! Я отдал тебе душу в обмен на то, что ты не тронешь других горожан – и ты не сдержала обещание! Ты проиграла девочке – и вновь нарушила слово! Я требую справедливости!

Время стронулось с места и пошло быстрее. С потолка раздался дикий хохот:

- Люди! Глупые создания! Как вы доверчивы! Да, я нарушила слово дважды и нарушу его в третий раз! А вы станете кормом для моего бога!!!

- Этого, что ли? – мальчишки небрежно ухватили пылающего возмущением идола с двух сторон и обрушили на пол. – Упс! Нечаянно получилось, - с притворным сожалением заявил Лёха.

Во все стороны брызнули осколки. Гипс. Просто гипс. И совсем не страшно…

Глава 44

Клубок из двух вихрей, сражающихся под потолком, распался. Глафира, на лету приобретая прежние очертания, сверзилась на пол и поползла к осколкам кумира, пытаясь сгрести обломки в кучку. При этом она подвывала и сыпала проклятиями, которым уже не суждено было сбыться. Зрелище было жалкое и мерзкое одновременно. Ни одна из бывших соратниц так и не рискнула присоединиться к ней, предпочитая оставаться в своём ненадёжном убежище. Пёс, пошуршав за стеллажами, вытащил за юбку упирающуюся Подложкину.

- Фу, Дружок! – скомандовал Сказочник, и адский пёсик послушно оставил Таисию и в два прыжка очутился у ног Николая Порфирьевича. Потёрся, встряхнулся – и сбросил жутковатый облик, превращаясь в дружелюбно помахивающую хвостом дворнягу. Ту самую, которая трепала Генриха Наваррского! Ну и ну!

Однако не эти метаморфозы интересовали меня сейчас. Я искала взглядом вихрь, вступившийся за попранные права Добра – и не находила его!

- Ищешь ветра в поле? – улыбнулся Сказочник. – Дело сделано, теперь он уже далеко. Нравный у тебя прапрапра… Впрочем, неважно. Главное, что кровь одна. Он бы тобой гордился, Ленца!

Я посмотрела на стол, на пол, ища среди разбросанных карт единственно нужную. Как в воду канула! Потом, по наитию, наверное, сунула руку в сумку – и наткнулась на ровный прямоугольник. Повешенный был на месте и по-прежнему залихватски подмигивал мне, как бы утверждая всей своей фигурой, что из самого затруднительного положения можно найти выход.

- Значит, мы родственники? – с некоторым сожалением спросила я у Вацлава. Тот, конечно, не ответил, но улыбка стала ещё шире. – Ну и пусть! – решила я, убирая карту на место. – Быть Ветром – это что-то да значит!

- Это значит очень многое, - серьёзно ответил писатель. – Например, то, что сегодня ты победила злобную ведьму, столько лет тиранившую наш город!

- Я?! – удивление было искренним, я не притворялась и не кокетничала. Такое мне и в голову не приходило!

- А кто же? – улыбнулся Сказочник. Однако улыбка исчезла с его лица, когда он обратился к всё также ползавшей по полу ведьме. – И сегодня она ответит за все свои злодеяния!

Глафира с трудом поднялась с колен и выпрямилась, дрожа от ненависти. Сейчас она напоминала змею, у которой вырвали жало.

- Николай, - позвал дядя Вася Сказочника, взглядом указав на ребят. Тот кивнул и обратился к ним с мягкой интонацией:

- Спасибо, вы нам очень помогли! Но сейчас вам не нужно видеть то, что произойдёт. Когда вы выйдете за порог, то всё забудете… Отдохните, сделайте уроки, почитайте хорошую книжку… Идите, ребята, мы справимся!

Это ни капли не было похоже на гипноз, однако все отчего-то послушались. Обняв окончательно очнувшуюся Настю, Никита увёл её вверх по ступенькам, следом, прикрывая друзей от неведомой опасности, шагал Алексей. Николай Порфирьевич посмотрел на сторожа. Тот попытался возразить, однако сдался и последовал за ребятами

Едва все они скрылись в дверном проёме, Сказочник неуловимо изменился. Он стал строже и словно выше ростом. Вытянув руку вперёд и указывая пальцем на Глафиру, он произнёс отчётливо

- Трина, ведьма из Нисы! Истинным именем твоим повелеваю: подчинись мне!

Глафира зарычала, на губах у неё выступила пена, тело сотрясала дрожь! Она отчаянно сопротивлялась, но ничего не могла поделать. Опустив голову, ведьма простонала:

- Твоя взяла! Я подчиняюсь… Приказывай!

Глава 45

Старинные часы отсчитывали секунды, слагая их в минуты. Николай Порфирьевич медлил, глубоко задумавшись о чём-то. Как же я его понимала сейчас! Это только кажется, что уничтожение Зла – дело лёгкое, поскольку благородное. Вон сколько дел наворотила эта Трина-Глафира! Да убить её за это мало! Только… чем тогда Добро будет отличаться от Зла?

- Ты права, девочка, - Сказочник смотрел прямо на меня. Я что, сказала это вслух?! Или мои мысли так просто прочитать? – Скажи, какое решение приняла бы ты?

Ого! Я оглянулась по сторонам, ища поддержки. Хранилище затаилось, разглядывая меня миллионом невидимых глаз. Книги… Создания человеческого разума, наделённые сознанием и волей своих создателей, впитавшие частицу их души… Герои, на которых нам хочется быть похожими – и те, кого мы искренне ненавидим за их злодеяния, забывая, что совершаются они на книжных страницах, а кровь, которую они проливают – чернильная. Книги… Артефакты, уходящие в небытиё. Сперва вас заменят электронные страницы, а увесистые тома съёжатся до убогого»краткого содержания». Появится поколения, твёрдо убеждённое, что чтение – пустое занятие, к тому же вредное для здоровья. Стихи станут ненужным атавизмом, слова обесценятся, обернувшись сжатой информацией. А то и знаками, типа смайликов. И тогда не понадобится злобная воля такой вот Глафиры – мы сами, своей волей, избавимся от чувств, эмоций и того, что было изначально – магии Слова.

Я поёжилась, представив себе этот мир. И посмотрела на ведьму, прямо в её горящие ненавистью глаза.

- Верни всё, что украла! Все заложенные души, всю жизненную энергию, которую выкачала своими перерегистрациями! Пусть все манекены станут теми, кем были! А потом – уходи!

Тонкие губы Трины искривила презрительная усмешка. Пёс у ног Сказочника показал клыки и глухо зарычал.

- Точно - Ветер… Яблоко от яблоньки… – прошипела она. – Все вы – слабые и ничтожные! Девчонка! Думаешь, ты победила? Это не первая наша встреча…

- Знаю, - кивнула я. – Ты снова попытаешься победить. Где-то в другом городе, возможно, в другой стране. Только знай, что мы будем готовы отразить удар. Может, это буду уже не я, а кто-то другой из моей семьи – дочь, внук, правнук – неважно. Но ты тоже помни, что Ветер на страже! А сейчас – повинуйся!

Глафира застонала в бессильной ярости и махнула рукой. Захлопали ящики, взлетели в воздух карточки, зашелестели страницы, стряхивая вековую пыль. Ожившие часы ударили раз, другой. После третьего удара наступила тишина.

- Простите… - послышался осторожный голос. Из-за обломков стала выбирались Маргарита и Клавдия. – Что будет с нами?

Вид у них был жалкий. Трина, оглядев свою бывшую свиту, презрительно сплюнула на пол. Там, куда попала слюна, зашипело, в бетонном покрытии образовалась дырка. И каково это – жить с такой-то кислотностью?! Поневоле озлобишься…

- Простим? – Сказочник посмотрел на меня. Я пожала плечами. Фея-Наставница часто говорила, что любой проступок должен быть исправлен, а наказание мы назначаем себе сами. Интересно, что бы она сказала об этой парочке? Кстати, их же три было…

Оказывается, мадам Подложкина, пользуясь тем, что всё внимание переключилось на Глафиру, всё это время потихоньку отползала к выходу. Пёс, не ожидая приказа, в три прыжка догнал голосящую методистку и прижал её к ступенькам, угрожающе ворча и поглядывая на нас.

Мы отвлеклись лишь на секунду… Трина, выпрямившись во весь рост, крикнула:

- Предательница! Ты уверяла в своей преданности! Вот тебе!!!

Дружок взвился в воздух, и заряд чёрной магии угодил в Таисию, не задев пса. Когда его лапы снова коснулись ступенек, Таисии больше не было. На лестнице сидела крупная жаба с разинутым ртом.

- Ква! – похоже, отныне методические рекомендации в данной библиотеке будут поступать лишь в такой конспективной форме. Хотя, конечно, можно попросить координатора. Бабушка Маша похлопочет – глядишь, и вернут неверной приспешнице прежний вид… А пока пусть так поскачет, ей полезно.

Маргарита и Клавдия, углядев такое дело, кинулись прятаться за спину Сказочника. Тот смотрел на бывшую директрису, и под его взглядом ведьма опустила голову и побрела к выходу. Её никто не задерживал.

Когда она оказалась у самого выхода, дверной проём закрыла чья-то фигура. При виде её ведьма съёжилась и шмыгнула наружу. А мы молча наблюдали, как по ступенькам деревянной походкой, на плохо гнущихся ещё ногах, придерживая раненую в недавней схватке с Мусорным змеем руку, спускается высокий мужчина с вислыми усами и смешной фамилией – Нахахаль.

Глава 46

Старинные часы окутались мягким сиянием, минутная стрелка качнулась чуть-чуть назад. Мир застыл, словно в стоп кадре… И я увидела…

…Бывшая директриса, радуясь, что так дёшево отделалась, успела сделать ровно два шага от дверного проёма, когда из ниоткуда появились трое: два мужчины и женщина. Двоих из них она знала. Усатый мужчина был постоянным читателем библиотеки, и она лично не так давно вытянула из него последнюю энергию, пополнив ряды манекенов. Женщину она ненавидела лютой ненавистью, но была уверена, что руки у той связаны кучей параграфов и подпунктов Соглашения. Третий, облачённый в строгий серый костюм, был незнаком ведьме, но именно он был здесь самым опасным.

- Глафира Сигизмундовна Пшистикова! Она же – ведьма Трина из Нисы! – торжественно объявил «костюм». – В своих злодеяниях ты перешла границы дозволенного Соглашением, чему имеются свидетельства! Гражданин Нахахаль, вы подтверждаете, что действиями вышеозначенной особы вам был нанесён вред?

- Подтверждаю! – кивнул бывший манекен. – До сих пор суставы на погоду как деревянные! И тварь эта, на свалке, едва не схарчила!

- Ты! Да я тебя! – зашипела Глафира, но «костюм» выбросил вперёд ладонь в предостерегающем жесте.

- Попытка лишить жизни человека зафиксирована! Координатор Крестовская, вы подтверждаете нарушение Соглашения?

- Подтверждаю! – холодным голосом произнесла преобразившаяся бабушка Маша. Я с трудом узнала в строгой седой женщине свою милейшую квартирную хозяйку.

- Ведьма Трина! За свои злодеяния ты дискредитирована и больше не имеешь права пользоваться магией! – объявил чиновник из Министерства. – РЕШЕНО И ПОДПИСАНО!

Полыхнула зарница. Ведьма в ужасе закрыла лицо руками, а когда отняла ладони – я увидела древнюю старуху, обезображенную злобой и ненавистью. Миг – и кошмарное видение пропало.

- Вы можете идти, - обратился чиновник к обомлевшему Нахахалю. Тот кивнул и двинулся в сторону Хранилища. Он не видел, как за его спиной «костюм» провел рукой на уровне его головы, стирая ненужные воспоминания.

- Как быть с практиканткой? – спросил Серый. Я внутренне сжалась, ожидая ответа Крестовской. Координатор посмотрела, кажется, прямо на меня и произнесла, чётко выговаривая каждое слово:

- Как ей Координатор, считаю, что она заслужила поощрение.

- Несомненно, - отозвался «костюм». – Однако воспоминания настоятельно рекомендую подкорректировать!

…Стрелка дрогнула. Часы снова пошли в привычном направлении.

По лестнице спускался мужчина с вислыми усами и смешной фамилией – Нахахаль. Сказочник шагнул к нему навстречу, обнял.

- Иван!Где ж ты был, душа твоя пропащая?! Мы ж с ног сбились, жена все глаза проплакала…

Гость смущённо улыбнулся, машинально потёр висок.

- Представляешь, какая штука странная… Память я потерял. Помни, что в библиотеку шёл, а дальше – провал. Где был, что делал – как корова языком слизала. Очнулся на лавочке, вспомнил, что книжки сдать надо. На абонементе, никого, а тут вроде голоса, - Нахахаль обвёл взглядом присутствующих, посмотрел на пустые руки и крепко задумался.

- Ты, Вань, домой иди, - мягко напутствовал его Николай Порфирьевич. – Да и нам всем пора.

- А мы? – напомнили о себе библиотекарши.

Сказочник посмотрел на бойко тикающие часы.

- И вы домой. Завтра новый рабочий день, - улыбнулся Сказочник.

Обе бросились к выходу, едва не споткнувшись о жабу на ступеньке.

- Только вы это… коллегу свою заберите, - укоризненно произнёс писатель. – Не бросать же на произвол судьбы? Может, исправится ещё. Я в сказки верю…

- А я? – подала я голос. Сказочник внимательно посмотрел на меня и неожиданно произнёс:

- А тебя, кажется, ждут. Ты иди, это важно.

Не задавая больше вопросов, я пошла к выходу.

Навстречу кинулся кто-то кудрявый, белокурый и крайне возбуждённый.

- Лен… Елена Алексеевна! У вас всё нормально?! А то я места себе не нахожу!

- Нормально, Тань, - улыбнулась я. Танюша выдохнула и пошла рядом со мной по дорожке.

- А чем завтра заниматься будем?

- Завтра? – машинально проговорила я и задумалась. И правда, чем? Пожалуй…

- Завтра у нас будет встреча с одним замечательным автором, - загадочным тоном произнесла я.

- Настоящим?! А он знаменитый? Я его знаю? – засыпала меня вопросами девочка.

- Знаешь, - кивнула я. – Но это будет завтра.

Глава 47

Сказала – и задумалась. А что, если Дайдадай… ой, то есть Николай Порфирьевич! Короче, что, если Сказочник не согласится встретиться с ребятами? А вдруг он позабыл все свои сказки?! Да нет же, не может такого быть! Всё равно, эта встреча нужна! Может, именно так, по капельке, и вернём молодёжи любовь к чтению? А то что-то очень уж мысли у меня по этому поводу скорбные были, там, в хранилище… Нельзя же вот так, без надежды совсем?

«Ох, Ленца… Ты уже рассуждаешь, как взаправдашний библиотекарь!» - подумала я. Однако идея мне очень понравилась. И та, насчёт встречи с Корюшкиным, и та, что про библиотекаря…

Попрощавшись с Таней, я едва ли не вприпрыжку отправилась к домику бабушки Маши. Или теперь мне нужно назвать её «госпожа координатор»? А-а, по ходу разберёмся! Ой… А это что?

В палисаднике обнаружился предмет, мало подходящий к местному ландшафтному дизайну, – навороченный байк, небрежно прислонённый к яблоне. То ли «Харлей», то ли «Ямаха», я не сильно разбираюсь, а у бабули их несколько! Бабушка?! Она-то здесь откуда?! Вроде сами разобрались… Мамочки, сейчас такое начнётся!!!

В дом я влетела пулей – и обнаружила пасторальную картину. Моя героическая бабуля, в боевом прикиде, и бабушка Маша, уже в домашнем платье и неизменном фартуке, шлёпали картами по столу, сыпля фразами, мало похожими на заклинания. Многие из них я уже знала, благодаря Генриху Наваррскому, который, впрочем, обнаружился тут же. Судя по нахохленному виду – продулся в пух и прах, то есть в перья. Хотя – чего с ворона возьмёшь? Даже если он когда-то был коронованной особой!

- О, Леночка пришла! - как ни в чём ни бывало произнесла Крестовская. – Ужинать будешь?

- Буду. Привет, бабуль. Ты как здесь? Вы что, знакомы? – вопросы посыпались из меня горохом.

Бабка оглядела меня насмешливым взглядом и кивнула:

- Привет, внуча. Да, есть немного… Знакомы, было дело.

С Крестовской они обменялись таким взглядом, что я поняла: дело было ещё то, и неоднократно!

- Вообще-то я за тобой, - невозмутимо продолжила бабка. – Я так понимаю, что здесь ты с заданием управилась, можно и в обратный путь!

- Как это?! – не поняла я. – А как же практика? А ребята мои? Они ж завтра придут, у нас планы…

- Другие напланируешь! – отмахнулась бабуся. – Уже в другом, так сказать, качестве. Благодарность тебе вышла из Министерства, так что можешь сама выбрать, где практиковаться хочешь. Можно в волшебстве, в ведовстве, а можно… - бабка сделала значительную паузу… - в боевой магии! В виде исключения, конечно.

Мне стало легко и весело, как всегда, когда принимаешь окончательное решение.

- Извини, бабуль, только я не поеду, - я даже руками развела для наглядности. – Практика у меня ещё не закончилась, а здесь ещё есть чем заняться. К тому же я обещала.

Обе дамы переглянулись. Ворон издал странный звук, словно подавился невзначай.

- Ты чего, внуча? Сдурела? – поинтересовалась бабуля. – Ты же всегда хотела магией заниматься! Да не бывало такого за всю историю нашего рода!

- Так, наверно, карта выпала, - я вспомнила подмигивающего Вацлава на карте Таро и улыбнулась: - На любое дело можно посмотреть под разным углом. Уверена, что я и в библиотеке смогу чудеса творить.

- Тебе ж запрещено! – прищурила глаз бабка. – На поблажку надеешься?

- На себя надеюсь, - покачала я головой. – И на вас всех. Кровь-то не вода. Глядишь, и я страничку в истории рода напишу. Бабуль, ты поверь – я здесь нужнее. Не надо неволить, ага?

Обе снова переглянулись. Мне показалось, что между ними происходит некий безмолвный диалог.

- Ладно, задержалась я что-то, - небрежно промолвила бабуся, поднимаясь из-за стола и прихватывая с вешалки у входа свою любимую кожанку. – Ну, пока… библиотечная фея! – и она залихватски подмигнула.

Вскоре со двора послышался рёв двигателя: глушители бабка не признавала.

- Вот и хорошо. А теперь – мыть руки и за стол! – скомандовала бабушка Маша.

Ужин был вкусным, вечер тёплым, а на душе царили мир и спокойствие. А завтра будет новый день, и он будет чудесным и полным новых открытий. Это я вам как библиотечная фея говорю!