Дядя Миша

Глава 1

Посвящается дяде Мише,

гадкая же ты собака

Местный химик дядя Миша одним жарким летом поместил объявление в «Каменском рабочем» о своей новой разработке:

ДЯДЯ МИША ПРЕДСТАВЛЯЕТ НОВЫЙ ПРОДУКТ — ПОМАДКА ДЛЯ УКРЕПЛЕНИЯ И РОСТА ВОЛОС.

Как я и думал, этим заинтересовался наш лысый сосед — Аркадий Анатолич. Он нам как родня уже, часто по утрам приходит опохмелиться. Папка ему наливает вонючую настойку от дяди Миши, а взамен просит что-нибудь по хозяйству поделать: грядки вспахать, дрова наколоть, собаку покормить. Уж не знаю, как мама к Аркадию Анатоличу относится, но судя по её хищному взгляду...

Зато сосед после этой настойки как огурчик, а работы ещё больше просит.

И вот одним ясным утром он заявился, весь такой взъерошенный, но трезвый, даже не с похмелья.

— Слыхали про помадку новую-та? Что думаете, соседи?

— Дядя Миша спец. — Папа пожал плечами.

— Он же ведьма какая-та! Явно же заговоры читает над своими настойками...

— Ну, ведьмы у нас на другой улице живут. У дяди Миши всё по науке.

Да, это я помню, дядя Миша вроде как учёный. В том году у нас химия началась в школе и я хорошо запомнил, что наша химичка его племянница! Вряд ли это совпадение... Но для многих он «варщик» или «знахарь». Каких только слов не придумают! Можно ведь просто назвать Химиком?

— Как видите, дорогие соседи, с волосами беда. Никакие шампуньи и мази не помогают. Надо срочно исправлять положение. Вся надежда на дядю Мишу. А того и гляди с волосами и бабку себе заведу.

Аркадий Анатолич получил долгожданное благословение от папы (то есть сухой кивок) и отправился к нашему Химику. Тот жил на самом краю нашего посёлка, как и полагается таким личностям. Можно было сказать, что он почти живёт в лесу.

Этим вечером Аркадия Анатолича мы не видели. Мама даже забеспокоилась, не отравился ли он чудесной помадкой?

— Ты бы сходил к нему, — говорила мама, — проверил бы... Этот с дуру мог всю бутылку на башку выдуть.

— Дядя Миша подробные инструкции выдаёт, — папа кивнул на бутылёк с жидкостью от похмелья: рядом на тумбочке лежал тетрадный лист с аккуратным почерком.

— Откуда ты знаешь, травит он всех или нет? Исследования он никакие не проводит.

Папа вздохнул: он явно понимал, что смысл в маминых словах есть. Но ведь весь посёлок с радостью скупает все возможные мази, напитки и порошки! Да что там посёлок, его весь наш район знает!

Никто к Аркадию Анатоличу не пошёл. Ранним утром сосед явился сам.

И мы его не узнали...

— Анатолич! — папа не мог поверить своим глазам. — Анатолич, это ты?!

Сосед улыбался. Но его заметно потряхивало от радостного волнения. Голова была покрыта не весть откуда взявшимися короткими чёрными волосками. Местами даже не очень ровными... будто он только что самостоятельно машинкой побрил голову под 0.5.

— Сработало! Сработало!

— Я знал, что дядя Миша спец, — удивлённо сказал папа. — Но чтобы так... Так быстро!

— А я знал! Знал!

— У тебя же светлые волосы вроде были? — заметил папа.

— Да ерунда! Мне так даже больше идёт.

Мама с сомнением смотрела на обросшего соседа. И молчала.

Когда Аркадий Анатолич ушёл, она сказала:

— Это не совсем нормально. Это какая-то стимуляция гормонов... Или я не знаю...

— Это же сработало, — сказал папа.

— А вдруг у него завтра скальп слезет? Или кожа струпьями покроется?

Я представил это и вздрогнул.

Через день мы вновь увидели соседа: волосы удлинились ещё на пару сантиметров. Аркадий Анатолич явно помолодел. На другой день он ушёл в парикмахерскую, чтобы оформить непослушные волосы.

Все знакомые смотрели на него с удивлением. А все лысые бросились к дяде Мише и выстроились в огромную очередь.

Это явно был успех нашего Химика. Мне было интересно, что ещё у него есть? Спрятана ли у него лаборатория на заднем дворе? Я был у его дома лишь раз: когда папа покупал мазь от проблемы, о которой мне почему-то решили не говорить (что-то про какой-то геморрой или типа того). Мы приехали на велосипедах и я ждал папу у входа. Дом из блоков, одноэтажный, но длинный (в четыре окна!).

Из будки у забора на меня смотрела большая серая собака с безжизненными глазами. Она не лаяла: говорят, к детям она была равнодушна, только на взрослых могла немного поворчать. Тем не менее, папу пропустила без проблем.

У меня затаилась мысль, что дядя Миша её чем-то подпаивает. Эта мысль мне не понравилась.

В этот раз я вновь решил наведаться в этот край посёлка. Конечно, заходить к дяде Мише я не хочу, но попытаюсь объехать его участок. Там дальше поля и лес, тропинки должны быть.

Заехав на его улицу, я притормозил у его дома. Никого не было. Даже будка пустовала. Это странно, я ожидал очередей... Наверное, уже всё раскупили. А нового продукта дядя Миша пока не придумал.

Я проехал чуть дальше и свернул на тропинку между забором и невысоким искарёженным деревом. Мне открылся задний двор дяди Миши. Тут был небольшой огород, стайка и дровник. Посреди участка стоял железный бак с водой — явно для полива. Странность была в том, что в этой воде по пояс стоял дядя Миша. Седой мужчина в очках. Он стоял и... говорил. Да, я слышу, как он что-то говорил! Сам с собой?!

Я тут же умчался оттуда. Дядя Миша сошёл с ума?

Дома я вывалил всю информацию родителям. Они переглядывались.

— Ну он химик... — задумчиво сказал папа. — Наверное, он себе что-то запрещённое сварил.

— Это же преступная деятельность, — сказала мама.

— А ещё там собаки его не было! А когда мы с папой там были, она была какая-то еле живая!

— Так он наверное с ней и говорил, — сказал папа. — Смотри, на улице жара. Он забрался в бак остудиться. Собаку выпустил погулять на заднем дворе. Вот с ней и говорил.

— Зачем ж с собакой говорить?

— Одинокий человек. А ты с игрушками не разговаривал?

— А вдруг он её отравил?!

— Не говори ерунды!

В общем, ездить в ту часть посёлка мне запретили. Мол, и так слишком далеко уехал, так ещё и за человеком следил.

Следующую неделю мы видели Аркадия Анатолича цветущим. Он приходил каждый день и хвастался шевелюрой. Даже средство от похмелья не просил — просто приходил покрасоваться. Лет десять скинул! Волосы были чёрные, густые.

К концу недели было заметно, что рост явно усиливался, и соседу пришлось опять идти в парикмахерскую. Впрочем, многие жители теперь выглядели именно так (и тоже чёрный цвет). Видно, что помадка для роста волос оказалась довольно популярным средством.

Как-то прохладным утром Аркадий Анатолич не пришёл. Мы не придали этому значения.

Тем временем погода ухудшалась, а уже через пару дней начались дожди. Тогда-то мы и потеряли Аркадия Анатолича. Первым забеспокоился папа. Он вышел из дома и заглянул за соседский забор. Никого не было.

Мама предположила, что он уехал.

Но куда и к кому? Он бы явно предупредил, — считал папа.

И вот, когда родители уже думали идти в полицию, в дверь постучали. Папа открыл и от неожиданности громко выматерился.

— Анатолич?! Что это с тобой?!

Я выглядывал в коридор, чтобы посмотреть на нашего соседа. В его глазах читался страх. На голове был капюшон. А под ним выглядывал бинт.

— Скажи, что я крышей поехал, — сказал Анатолич, снимая капюшон. Бинт полностью закрывал его череп, местами он покрылся красными пятнами. Сосед чуть приоткрыл повязку у виска и...

К сожалению, я ничего не видел. А подойти ближе мне казалось невежливо.

Но папина реакция заставила меня вздрогнуть.

— Это черви? — Папа понизил голос.

— Буби! — воскликнул Анатолич. — Твою-та мать! Что же мне... Как же мне... Вот же дядя Миша, сука! Падла!

— Ты их выдергивал, я так понимаю?

— Да, но я сначала не понял... Просто кожа начала зудеть, а потом болеть... Смотрю в зеркало — а там кожа красная. Расчесал... Выпало пару волосков. А потом я пригляделся к ним... Шевелятся! Ты видел их толщину? Видел?! Я уж думал крыша поехала... Или белочка... Да хоть бы она!

Мы с мамой переглянулись.

— Успокойся. Сейчас навестим этого биотеррориста.

Папа с тревожным видом зашёл в зал и сказал:

— Слышали, да? Больше никакую дрянь у дяди Миши не брать. Все бутыльки и мази выкинуть к чертям.

Мама кивнула.

А ведь у нас было много разной продукции дяди Миши. Там и средство от головной боли, и успокоительное, и для огорода, и от простуды... И ещё от чего-то (о чём мне нельзя знать).

Папа и Аркадий Анатолич ушли. Мама пошла искать по квартире все средства, которые у нас были, чтобы всё убрать в коробку.

А я не мог отделаться от возникших в голове образов... И папин вопрос: «Это черви?»

Черви...

Холодок по спине. Я потряс голову, вырвал волосок и осмотрел. Нет, не шевелится. Обычный тонкий русый волосок.

— Мама, а вдруг у меня тоже такие червяки вырастут?!

— Не вырастут. Ты же этой гадостью не мазал голову! Сына, будь умнее. Всякую непроверенную ерунду не бери, не употребляй.

— Надеюсь, этого дядю Мишу в тюрьму посадят.

Я был очень зол. Тупой дядя Миша не умеет пользоваться своими пробирками! Намешал жижу, а там расплодились паразиты.

А вдруг... вдруг он всё умеет?

Мы долго ждали их возвращения. Я уснул на диване, а мама, как я понял утром, так и не сомкнула глаз. Вместо этого она читала последние два номера «Каменского рабочего». Звонить папе не было смысла — телефон он забыл на столе. Аркадий Анатолич не отвечал. А у дяди Миши не было общеизвестных телефонов — все покупки и консультации решались только у него дома.

Вскоре нам позвонили из полиции. Оказывается, случилась массовая драка. Ещё пятеро разъярённых и напуганных лысеющих мужчин пришли к дому дяди Миши требовать ответа. Тот сначала игнорировал толпу, но потом вышел и значительно огрёб от папы и Аркадия Анатолича (судя по всему, они были в первых рядах). Уж не знаю, почему так переживал папа, никогда бы не подумал, что он за нашего соседа так заступится.

Естественно, полиция быстро всех успокоила и увезла в отделение на ночь. К обеду всех отпустили, как потом рассказал папа, «решили всё полюбовно». Но полиция обратила внимание на последствия деятельности дяди Миши, на которую прежде она закрывала глаза. Да что тут говорить, получилось так, что несколько сотрудников (говорят, в том числе и начальник) воспользовались чудодейственной помадкой.

В общем-то, всё закончилось нормально: за ночь все волоски-червячки успешно выдавились. Несчастные обладатели гладких черепов без сожаления сожгли популяцию, для которой они стали инкубаторами. Папа говорит, что очень много червей уползло: кто в траву, кто в канализацию попал. Аркадий Анатолич после недолгих раздумий решил, что с лысой головой ему больше идёт — так он мужественнее выглядит.

А дядя Миша ночью в камере громко выл и плакал. Он говорил что-то про «них», которые «умоляли его это сделать». И что «они» всего лишь хотели сохранить и продолжить своё потомство. Твердил про какой-то спрятанный под землёй «биом»... И что там прячутся «вещи пострашнее псевдоволосков». Да уж, «псевдоволоски». Слово-то какое!