Дед Феликс. Время зубов

Дед Феликс. Время зубов

— Я вам еще вот что расскажу, — продолжил Тихон, попивая зеленый чай из чашки с надписью на трапецком «Мое солнце — Взихх!». Чашка — подарок Фи Ли, сувенир из Трапеции Ориона.

— Во все времена у людей болели зубы. Но так, как их лечил мой дед, еще надо было додуматься. Тут ведь штука в чем. Пока болят зубы, есть и зубные доктора. А пока есть зубные доктора, у людей будут болеть зубы. Зубы и доктора — они связаны какой-то просто мистической связью. В точности как волосы и парикмахеры — никто не понимает, что появилось раньше, а что позже, но одно без другого не бывает.

И главное, времена-то какие! Времена — новые! Кругом искины, кругом техника. Что там говорить: каждый кораблик, уходящий в дальний космический полет, обязательно оборудован кибердоктором. Ложись себе, и тебя продиагностируют, просветят, подсчитают все болтики-гаечки в твоем дряблом космонавтском тельце, найдут где какая отвинтилась… И выдадут справку. Мол, а лечить я не имею права, я ИИ, а нам законом запрещено заниматься хирургией — мало ли что, отрежем лишку, аль пришьем третью ногу на лоб. Обидно, дескать, мы — честные ИИ, и глючит нас не чаще чем разок-другой в год, но — нельзя. Вот вам выписка о состоянии здоровья, будете в порту — я вам адреса дам, куда идти к живым докторам.

А доктора… А доктора, братцы мои зеленые, это такие люди, которых хочется прибить на месте, и тут же построить им памятник. Потому что грамотные, потому что лечат, потому что учат их не как прораба-бетонщика на курсах, а десятки лет, и все такое. Но и деньги они умеют грести как не в себя, как будто их всех на тот свет отправляют не пассажирским лифтом, а открывают для них специальный, грузовой, как обычно в больницах — чтоб бабло свое могли увезти с собой.

Я так думаю, закон этот, что «ИИ не хирург» — они же и протолкнули. Никак иначе, потому что ИИ по определению лечил бы бесплатно, а такие варианты им, хапугам, как кость в горле.

Нет, ИИ-то им нужен как воздух: кто вам так диагноз поставит, как не тот, кто помнит всю медицину от сотворения Земли? Но вот на пути большого бабла не вставай, кремниевый мозг! За одним исключением, и это было оговорено в законе особым параграфом. В долгих рейсах, где не было вокруг ни портов, ни колоний, ни завалящей заправки с ФАПом на заднем дворе — киберу все-таки дозволялось лечить своего человека ПОЛНОСТЬЮ. Но только с этими вот оговорками.

А у деда — восемь душ детей, своя собственная семейная колония на далекой планете, и лететь туда на их первой «Матрене-рукодельнице» чуть ли не год. Это потом уже дед себе космоцикл прикупил, с коляской, шустрый — за четыре недели оборачивался туда-обратно, дед успевал и дубовые шкуры с шерстистого дуба отвозить на Чертозон, на рынок, и оттуда с медом и сгущенкой обратно домой вернуться. С коровами у них там в Звездулино плохо было, молоко привозили или порошковое, вусмерть всем надоевшее, или сгущенку в больших бело-синих баррелях по 600 кг. А в полете дед делал в одном из баррелей две дырочки, вставлял тоненькую кишечку и проводил напрямую себе под шлем. А по второму шлангу из коляски подавался кофе.

Вот потому и зубы того… раньше времени начинали прощаться.

И вот прилетает дед, стало быть, в Чертозонский порт, на 777-й километр (хорошая орбита, мусора почти нет!). И тут его любимый премоляр хвать за морщинистую щёчку — и давай болеть! А кибердок — вот он, в коляске коцика, в задней каюте, под койкой. Но в порту — «азизя», иди к бестолочи Дранику Тимченко, которого ты когда-то в озеро с пирса закидывал, пока с его папой пивко попивали под рака насущного. И Драник тебе и вылечит, и еще скидку сделает — все как у людей, ничего не скажешь. Не тыщу снимет за каждый "дыррр" своим перфоратором, а всего-то семь сотен возьмет. То есть не десять шкур снимет, в прямом смысле, потому что за одну дубовую шкуру перекуп Амиркадий как раз сотню и дает — а всего-то семь!

А бесплатный, твой личный, заряженный расходниками на многие тыщи кибердок улегся под койку и помалкивает, не отсвечивает.

Что? Как мы галактику освоили с такими порядками? А с такими бы и не освоили, честно говоря. Зубные врачи - колонисты хреновые, пахать-строить не обучены. Они привыкли за каждый грамм керапласта тыщ пять брать, а не за три тонны уложенного в опалубку за одну смену. Там, где на тонны, им не с руки.

А освоили потому, что такие, как мой дед, не переводились среди людей. Исключительно поэтому. Такие, которые смотрели на табличку «Запрещено», и не нарушая ни одного закона, делали по-своему, то есть по уму.

В общем, дед раз сходил, второй раз сходил к этому Драньке. А потом увидел, что тот себе новый "Чарли-Пениссон", коцик крутейший, прикупил (китайцы как раз тогда на рынок выходили, все марки копировали как могли, за полцены ты себе такой байк мог взять — ты в седле еще у Земли руль вертишь, а переднее колесо твоего чоппера уже за ту сторону Луны заворачивает!). А у деда нашего «Иж-Плутон» третий, едва вдвоем в каюте поместишься, и сгущенки больше шести тонн не привезешь.

И взяла деда обида. Думает, лучше я у своего кибердока буду лечиться, когда хочу и где хочу!

В общем, дед чего удумал, а зубная боль ему сильно в этом подмогнула. Прилетает он в порт, его коцик давай на радостях с местной сетью сношаться, так мол, и так, космоцикл Иж-Плутон Три прибыл. "Не был, не был, не имею, не нарушал... эээ… какой красный свет? Там же Бетельгейзе все засвечивало… вот, аннулируйте штраф, аннулируйте, нечего. Налоги? Вот налоги, все показано в программе "Тысяча и один С!"

В общем, освежил коцик свои контакты с миром, и дед ему разъем портового питания, легендарный ШРАП, берет своей коричневой дубленой рукой, и хрясь — выдергивает из борта. И вешает табличку, от которой последнего портового кибер-ремонтника перекосит, как от лимона: «Не включать! Работают люди!».

Киберы терпеть не могут, когда люди вместо них работают. Код у них такой, и в генотипе закрепилось за поколения. Но желтое с черными полосками у них — табу: руку себе отвинтит, а табличку не тронет, и штепсель портового питания обратно не воткнет, хоть и положено ему там быть. Положено, да не когда электрощит сзади коляски раскрыт, и оттуда плечи хозяина торчат. И вот пока собираются все окрестные портовые киберы на перекур у редкой таблички осиной расцветки, от которой их потряхивает, как вампира при виде осины, и сигареты — нагарочисты из манипуляторов падают, дед Феликс лезет тем временем в задний пульт к ИИ, и не спеша переводит тому системное время на пять дней вперед — после чего недалекий коцик уверен, что он уже давно летит в глубоком космосе!

А дед лезет в коляску, поднимает к потолку настил койки и укладывается под нее, в объятия кибердока, которому теперь все можно.

А дней через пять, когда уже реально кругом космос, дед тормозит у ближайшей туманности, поглядит чтоб вокруг не было сине-красных проблесков поблизости — и лезет позади коляски, вынимать из реле времени тонкую самодельную отвертку в синей изоленте. Потому что не должно время корабля отличаться от показаний пробега на спидометре — галактическая автоинспекция так штрафанет, на два рта кераморезиновых зубов хватило бы!