Давай поиграем

Глава 1

Это случилось во время парада планет. Родители – все четверо – разбежались по делам, и Гав-Гау заскучал.

Пытаясь развлечься, малыш поскакал по полянке и поиграл комплексными экспонентами. Потом извлек в уме квадратный корень из 2 с точностью до тысячного знака. От нечего делать стал описывать класс двойных когомологий на комплексных проективных многообразиях, но снова загрустил. Все не то.

И тут по небу пролетел сфероид. Со звезд, наверное, – на родной планете таких точно не водилось.

Звездный сфероид не имел идеальной формы: расположенные снизу конусы, также выступы по бокам разрушали стереометрическую гармонию. Гав-Гау захотелось точнее интерпретировать форму летающего объекта, но он пришел к выводу, что определение выйдет чересчур многословным, и отказался от мысли.

Внезапно звездный объект начал снижаться, как раз в его направлении. О, это уже любопытно! Малыш немедленно оставил в покое двойную когомологию с проективными многообразиями и занялся исследованием летающего сфероида.

Для начала его просканировал – для этих целей у Гав-Гау имелся соответствующий орган. В итоге выяснилось, что сфероид неоднороден: внутренние полости соседствовали с конструктивными – в основном, машинными – элементами. В их назначение малыш не стал вдаваться, потому что обратил внимание на другое.

Помимо машин, в сфероиде находились мыслящие шарики. Хотя не вполне шарики: тела этих биологических существ были, скорее, цилиндрическими. Но мозг хранился в шарообразных утолщениях, поэтому Гав-Гау и употребил название «мыслящие шарики».

Методом тройной параметрической аналогии Гав-Гау вычислил умственный уровень мыслящих шариков, который оказался запредельно низким. Все равно – наличие в сфероиде интеллекта, пускай зачаточного, обнадежило.

«А если это головоломка?» – подумал Гав-Гау.

Больше всего на свете он обожал физико-математические головоломки. Если это одна из них – да еще посланная с самого края Галактики! – тогда… От одной только мысли, что займется сейчас разгадыванием незнакомой головоломки, Гав-Гау взвизгнул от восторга и со всех десяти ног припустился к предполагаемому месту посадки.

К тому времени, как малыш добрался до звездного сфероида, тот уже приземлился. Гав-Гау стремглав кинулся к аппарату, но стукнулся лбом о невидимую преграду.

Защитное силовое поле!

Последние сомнения, что перед ним головоломка, отпали. Звездный сфероид с мыслящими шариками внутри, – чем это может быть, как не головоломкой?! Сфероид – это сама головоломка, а мыслящие шарики – управляющий контур, реагирующий на действия игрока, одновременно конечная цель игры. Если добраться до мыслящих шариков и лопнуть их – это же так весело! – головоломка будет пройдена. Но сначала нужно преодолеть первый квест – силовую преграду. Чего непонятного?!

Счастливый открывшимися перспективами, Гав-Гау приступил к разгадыванию. У малыша имелось множество великолепных идей на этот счет. Какой метод испробовать для начала?

Пока Гав-Гау размышлял, в звездном сфероиде образовалось отверстие, из которого на поляну выскочили несколько мыслящих шариков. Они среагировали на игрока: принялись махать верхними отростками и всячески привлекать внимание. При этом мыслящие шарики находились по ту сторону силового поля, вне досягаемости Гав-Гау.

Он так и думал! Мыслящие шарики объясняют, что необходимо преодолеть преграду – в этом состоит первый квест. Сейчас, сейчас! Дайте сообразить, что оптимальнее: отключить силовое поле или проникнуть сквозь него, – и какой конкретный метод отключения/проникновения использовать. Вероятно, следует перебирать методы последовательно, по мере усложнения.

Простейшим вариантом Гав-Гау посчитал кодовое слово, с него и начал. А где кодовое слово взять? В головоломке же – именно в ней должна содержаться подсказка.

Не мешкая, малыш исследовал звездный сфероид с помощью девятого ощущения и обнаружил, что тот испускает излучения на разных частотах. Сигналы были идентичными и повторялись, что свидетельствовало об их значимости для решения. Отлично, просто отлично!

Гав-Гау приступил к дешифрованию и вскоре, методом использования эллиптических кривых над конечным полем, получил перевод. В сообщениях, поступающих от мыслящих шариков, говорилось:

«Люди планеты Земля приветствуют вас, незнакомец! Мы хотели установить с вами дружественный взаимовыгодный контакт. Вы согласны?»

Дружественный! Взаимовыгодный! Контакт!

Разумеется, Гав-Гау был готов контактировать: только об этом и мечтал и, собственно, уже приступил к разгадыванию! Поэтому в ответном, зашифрованном теми же кодами, сообщении передал:

«Мыслящие шарики, именующие себя людьми с планеты Земля! Я с радостью контактирую с вами. Я проникну в ваш звездный сфероид и разгадаю тайны, которые в нем скрываются. А потом доберусь до вас и сделаю так, чтобы вы лопнули, – тогда игра завершится моей безусловной победой. Это произойдет очень скоро».

Мыслящие шарики, до того свободно разгуливавшие внутри силового поля, кинулись обратно в сфероид – Гав-Гау показалось, что в чрезвычайной спешке. Ничего удивительного, ведь малыш дал понять, что настроен серьезно. Жаль только, что к полученное от шариков сообщение не содержало кодового слова. Ничего, он вскроет защиту без подсказки – так даже интереснее.

От перебора паролей Гав-Гау отказался – это заняло бы слишком много времени, – а решил проверить, не является ли силовое поле лабиринтом. Для этого обошел приземлившийся звездный сфероид по периметру. Поле не подлежало сканированию, поэтому малыш ощупывал его короткими передними лапами, изредка даже приподнимаясь на задние, чтобы увеличить площадь: не отыщутся ли проходы.

Убедившись, что поле сплошное, Гав-Гау даже обрадовался. Это потрясающе! Головоломка не элементарная, а с секретом – все, как он любит.

Следующим пунктом в списке числилась волновая резка. Для этого талантливый малыш определил амплитудно-частотные характеристики силового поля, примененного для защиты сфероида. Поле оказалось электромагнитным, построенным по принципу эллиптического интеграла. Тем проще.

Увлекшийся Гав-Гау принялся экспериментировать с резонансными колебаниями на доступных ему частотах.

Первые две попытки оказались провальными: силовое поле устояло. Зато третья удалась на славу: защитное силовое поле поддалось, и Гав-Гау принялся методично прорезывать в нем широкое отверстие, сквозь которое рассчитывал подобраться к звездному сфероиду. Искры летели из-под когтей во все стороны.

В ответ мыслящие шарики заметно оживились – во всяком случае, излучаемый ими поток высокочастотных сигналов усилился. Но Гав-Гау устыдился и не стал их расшифровывать. Зачем кодовое слово, если с прохождением простейшего квеста можно справиться без подсказки?!

Резка закончилась. В невидимом силовом поле, до того цельном, образовалась электромагнитная дыра, сквозь которую можно было свободно проникнуть внутрь. Чем Гав-Гау не замедлил воспользоваться. Теперь он находился внутри защитного поля – ничто не отделяло его от звездного сфероида.

И сразу за первым квестом последовал второй.

Гав-Гау понял это, когда из сфероида высунулась трубка и, издав оглушительный хлопок, плюнула в его сторону свинцовым цилиндром. Мыслящие шарики предупреждали, чтобы малыш был осторожен: тому, в кого угодит кусок свинца, не поздоровится. Это очевидно, но не слишком познавательно: квесты на скорость реакции Гав-Гау приветствовал, но после преодоления силового поля ожидал чего-то более сложного и оригинального. А уклоняться от свинцовых цилиндриков – кто с такой легкотней не справится?!

Высунувшиеся из сфероида трубки продолжали плеваться свинцом. Затем попытались накрыть Гав-Гау горящей жидкостью, отчего на почве образовалась выжженная полоса. Гав-Гау легко всего этого избегал. Его феноменальная реакция основывалась на локальном замедлении темпорального потока посредством изменения метрического тензора по принципу близкодействия. Малыш даже заскучал, настолько второй предложенный квест оказался элементарным для прохождения.

Наконец квест закончился: обстрел из трубок прекратился.

С нетерпением Гав-Гау ожидал начала третьего квеста, когда сфероид вздрогнул и начал медленно подниматься вверх. Сфероид явно хотел улизнуть, не закончив игры!

Малыш почувствовал себя незаслуженно обиженным и расстроился. Потом снизошло озарение. Как он сразу не догадался: это не окончание игры, а продолжение – тот самый третий квест! Мыслящие шарики проверяют, сможет ли игрок остановить взлет сфероида. Если нет, тогда головоломка действительно завершится, второй попытки не будет. А сможет – если игроку удастся удержать пытающийся взлететь звездный сфероид, – тогда за третьим квестом последует четвертый.

Все эти мысли в мгновение ока пронеслись в голове Гав-Гау. И он начал действовать, увеличив под сфероидом гравитацию, – ровно настолько, сколько требовалось для того, чтобы тот сохранил местоположение. По мере того, как звездный сфероид усиливал тягу в тщетной попытке взлететь, Гав-Гау в свою очередь увеличивал гравитацию – мастерски, по своему мнению, справляясь с третьим квестом.

Вскоре тяга прекратилась. Мыслящие шарики признали, что третий квест пройден. Приплясывая от нетерпения, Гав-Гау приступил к выполнению четвертого квеста: проникновению внутрь сфероида.

Для начала малыш приблизился к сфероиду вплотную и провел когтем по поверхности, оставив на ней глубокую борозду. Ну, здесь и возиться практически не придется! Гав-Гау приспособился и принялся скрести по сфероиду расположенными на передних лапах когтями. Когти оставляли на поверхности идеально параллельные линии, которые на глазах углублялись.

Гав-Гау еще и не разогрелся как следует, а мыслящие шарики уже признались в прохождении четвертого квеста. Малыш так решил, потому что в сфероиде открылось отверстие: им пользовались мыслящие шарики, когда покидали сфероид и возвращались в него. Отверстие словно приглашало игрока заглянуть внутрь.

Обрадованный Гав-Гау прекратил резку и кинулся к проходу. Тот оказался довольно узким: малыш с трудом в него протиснулся.

Нельзя сказать, что Гав-Гау этим обстоятельством сильно расстроился. Он обожал сложные головоломки: это так увлекательно! Поэтому без малейших колебаний пополз внутрь сфероида.

Вскоре лаз раздвоился. Гав-Гау принялся сканировать обстановку, чтобы сообразить, в какую сторону двигаться. И тут его снова обстреляли кусками свинца, причем с обеих сторон.

Проход был чрезвычайно узким, поэтому на обстрел со второй стороны среагировать не удалось. Гав-Гау отклонился от предметов, летящих в него слева, но – несмотря на применение метрического тензора с соответствующим замедлением темпорального потока – не успел отклониться от летящих справа, потому что отклоняться было некуда. В результате свинцовые цилиндрики угодили малышу в бок. Телесную оболочку они не пробили – их кинетической энергии для этого недоставало, – но Гав-Гау ощутил болезненные удары по телу и заскулил, не столько от боли, сколько от обиды и обманутых ожиданий. А как же техника безопасности?!

Между тем мыслящие шарики продолжали плеваться свинцом из трубок, причиняя малышу все новые и новые неприятности. Гав-Гау попятился.

Как назло, именно в этот момент звездный сфероид вздрогнул и, судя по увеличившемуся давлению, стал подниматься вверх, со всем находящимся на борту. А малыш, вследствие растерянности, утратил должную концентрацию, а с ней возможность контролировать величину гравитации под сфероидом.

Не на шутку обеспокоенный Гав-Гау заревел дурным голосом:

– Мама! Папа! Мамопап! Папомам!

На счастье, его истошный рев услышал Мамопап – Третий Родитель, рассчитывавший в этот момент полиномиальное время для дзета-функции одной из спектральных пространственных щелей ближайшей планеты.

Третий Родитель оказался скор на ногу, остановив улепетывавший вместе с его детенышем звездный сфероид на выходе в стратосферу.

Надо ли говорить, что злоумышляющий объект был принудительно посажен. Одним движением когтя Третий Родитель вскрыл бронированную оболочку, вытащив изнутри зареванного – так и не решившего головоломку – малыша.

Убедившись, что тот практически не пострадал, Третий Родитель гневно оскалился и воззрился на мыслящие шарики. Которые испускали отчаянные и суматошные вопли на всех мыслимых частотах. Пытались оправдаться, что ли?!