Бутылка в Восточном экспрессе

Одна бутылка, один вагон

Борий подвинул кресло к экрану. В виртуальной комнате, куда Арман позвал их утром, были только стол, три кресла и светлая стена; каждый из троих всё ещё находился у себя дома. На стене Арман набирал ответ незнакомцу. После приветствия появилось: «Боюсь, вы не совсем правильно поняли…»

— Подожди. Мы ему сейчас отказываем?

— Я объясняю, что вчера было.

— Он вчерашнее видел. Спроси про поезд.

Арман убрал руки от текста.

— Он думает, что мы специалисты.

Борий ещё раз прочитал сообщение незнакомца. Каждый день уже много лет с одной и той же станции грузовой поезд увозил бутылку алкоголя в неизвестном направлении. На приложенном снимке ящик с сиротливой емкостью почти терялся в пустом вагоне. Хозяин вопроса предлагал деньги даже не за решение, а хотя бы за попытку разобраться.

Вчера на корпоративном празднике они участвовали в конкурсе, где им пришлось искать штопор в фэнтезийном мире. Нашли они его последними, зато рассказали так, что теперь интернет пересылал их выступление вместе с падением Бория со сцены. Его громогласное «Любые вопросы решим!» в каждой нарезке звучало особенно уверенно.

После угнетающего просмотра этих записей, на что троица потратила всё утро, предложение денег было неожиданно приятным. Борий пока не понимал, что именно они смогут сделать и чего точно от них ждут, но отказывать человеку за одну только готовность платить казалось преждевременным.

— Ардея, ты же берёшь такие заказы?

— Нет, конечно, я вам не детектив. Я проверяю игровые системы. Обычно мне заранее говорят, что нужно изучить и какой отчет в итоге предоставить.

— Ну вот он сейчас и скажет. Ты посмотришь, Арман поговорит с людьми, я…

Он растерянно замолчал. Вчера у него хотя бы был щит. С Ардеей он несколько лет пересекался по работе, Арману помогал с заказами для блога; те двое давно играли вместе. А вот втроём за чужую задачу они ещё ни разу не брались, если не считать вчерашнего конкурса.

— А ты рассчитаешь бюджет и выяснишь, сколько времени мы собираемся на это потратить, — сказала Ардея. — Я бы начала с этого.

Борий благодарно посмотрел на неё.

— Правильно. И, главное, что будет, если мы ничего не найдём. Он пишет, что готов оплатить время, но лучше сразу договориться.

Арман перечитал своё начало, стёр его и составил короткий ответ. В каком мире находится депо, что известно о поезде и кто уже пытался проследить маршрут. В конце добавил, что они могут предварительно ознакомиться с задачей, но результата пока не обещают. Ардея дочитала и сказала, что можно отправлять.

— Цену не написали, — напомнил Борий.

— Сначала узнаем, куда нас зовут.

Ответ пришёл почти сразу, пока Арман закрывал лишние окна. Отправитель представился Гастоном, управляющим проектом, и прислал ссылку на мир. Поезд, по его словам, уже проверяли технические специалисты. Неисправностей не нашли: отправляется без багов, доставка проходит нормально. Что именно происходит, удобнее показать на месте. Если троица готова приехать, он встретит их лично.

Борий открыл ссылку с демкой мира. Над широкой улицей плыла тень дирижабля, за крышами поднимался дым, по мостовой ехала паровая карета. Промотав красивую часть, он добрался до сведений о проекте. Гастон действительно числился управляющим. На другой странице нашлось старое интервью с ним — длинное, с обсуждением каких-то изменений, которые теперь вряд ли кого-нибудь волновали. Для утреннего розыгрыша всё выглядело слишком обстоятельно.

— Настоящий, — сказал Борий. — Во всяком случае, человек с таким именем существует и работает.

Ардея читала ответ Гастона.

— Если доставка проходит нормально, система знает, куда он едет.

— Значит, узнаем у системы?

— Может быть. А может, эти сведения недоступны. Пока непонятно, что именно уже изучили.

Слово «проблема» теперь выглядело неточным: поезд работал, его проверили, управляющий не жаловался ни на задержки, ни на убытки. Ардея передала уточняющий вопрос Арману — переписка шла от его имени. Гастон подтвердил: аварии нет, срочно спасать ничего не требуется. Его интересует сам маршрут и причина ежедневных отправлений в рамках ревизии мира. Первичный осмотр он готов оплатить отдельно, а дальнейшую работу они обсудят после встречи.

— Вот так уже можно, — сказал Борий. — Один день. Приехали, посмотрели, вечером сказали, что думаем. Если согласимся продолжать, будем договариваться о следующем платеже.

— Ты уже решил ехать? — спросил Арман.

Борий хотел ответить, что пока лишь обсуждает условия, но это было бы неправдой.

— Если заплатит нормально, да. А ты?

Арман увеличил одно из изображений мира. Ряды тёмных труб уходили далеко за город; над ними лежала широкая полоса дыма, подсвеченная низким солнцем. Выглядел пейзаж необычно и интригующе.

— Я бы посмотрел.

— Мир или поезд?

— И то и другое. Давно не был в стимпанковых мирах, сейчас они непопулярны.

Он задержался на изображении, потом свернул его. Ардея улыбнулась. Ей была знакома эта пауза: Арман ещё участвовал в разговоре, но часть внимания уже занимал будущий кадр.

— Только я не хочу с утра давать ещё одно представление, — сказала она. — Давайте сначала поймём, что там происходит.

— Никто тебя не заставляет.

— Вчера тоже никто не заставлял.

Арман закрыл изображение окончательно.

— Хорошо. Сначала посмотрим сами, потом вместе решим, будем ли что-то публиковать.

Борий подождал, не добавит ли кто-нибудь ещё условий, и вернул их к оплате. Ардея назвала свою обычную ставку за консультацию. Он прикинул стоимость дня для троих и спросил Армана, устраивает ли его такая сумма. Тот согласился почти сразу.

— А что мы обещаем за эти деньги? — уточнила Ардея. — Кроме того, что придём.

— Разобраться, что уже известно, попробовать проследить поезд и сказать, есть ли смысл копать дальше. Ты сама сейчас это предлагала.

— Да. Я хочу, чтобы заказчик это прочитал и согласовал.

Они сформулировали условия в нескольких строках. Борий отдельно указал, что плата за возможные расходы внутри мира в стоимость работы не входит. Арман чуть задержался перед отправкой, просматривая сумму.

— Что? — спросил Борий.

— Думаю, не много ли за «посмотреть».

— Нас трое, и это целый день.

— Я понимаю.

Борий не стал убеждать дальше. На работе он не раз видел, как люди долго стеснялись назвать цену, а потом ещё дольше сердились на согласованную. Он просто протянул руку и нажал кнопку «Отправить».

Гастон согласился. Он предложил встретиться у главной площади столицы. Несколько секунд никто ничего не говорил. Борий перечитал ответ, проверяя, не пропустили ли они важного. Пока всё было просто: им платили за день, не требуя заранее разгадки. И теперь надо было действительно идти смотреть поезд.

— Мне нужно предупредить дома, — сказал он. — Я обещал, что ненадолго подключусь.

— Я ещё не завтракала. — Ардея посмотрела на время.

— Я тоже, — сказал Арман. — Встретимся через час?

— Через два, — попросил Борий. — Дайте мне спокойно поесть. Без вас.

Ардея рассмеялась. Борий тоже улыбнулся, хотя просьба была совершенно серьёзной. Утром он собирался позавтракать с женой и пока не видел причин отказываться от этого плана из-за поезда, который прекрасно обходился без него.

— Через два, — согласилась она. — И пришли мне условия. На всякий случай перепроверю.

Арман переслал переписку обоим и записал время встречи. На стене ещё висел мем со скрином из вчерашнего выступления, где Борий падал со сцены. Он закрыл его вместе с остальными окнами. Борий вышел первым. Ардея уже потянулась к отключению, когда Арман остановил её:

— Ты правда думаешь, что мы сможем что-нибудь выяснить?

Она задумалась.

— Пока не знаю. Мне скорее интересно, почему связался именно с нами.

— Я тоже хочу спросить.

— Тогда спроси. Только не наседай, дай человеку ответить.

Арман кивнул. Она исчезла, оставив его одного в комнате с тремя креслами. До встречи было почти два часа. Он ещё раз посмотрел на приглашение Гастона и отключился завтракать.

На странице входа Арман задержался у короткой рекламы. Паровоз выходил из-под стеклянного свода, над городом разворачивался дирижабль. Старый коммерческий мир предлагал строить, торговать, путешествовать и осваивать профессии. Судя по дате ролика, предлагал уже давно.

Арман открыл условия. Местная валюта была связана с реалом. Игровой счет можно было свободно пополнять настоящими деньгами. Хорошо, что расходы по заказу обещал оплатить Гастон. Воплощение было телесным, с ограниченной болью и временными последствиями травм. Гибель персонажа возвращала к точке возрождения. Арман проверил, что запись и групповая голосовая связь разрешены, и принял приглашение в приватный канал троицы. Теперь можно было слышать друг друга вне зависимости от того, что происходило в игре.

Пальто он выбирал дольше, чем профессию. У одного был хороший воротник, но слишком много пряжек. Другое прекрасно смотрелось спереди и почему-то заканчивалось двумя длинными фалдами. Он повернул своё изображение боком.

— Вы уже вошли? — спросил Борий в общей связи.

— Сейчас.

— Мы тебя ждём.

Арман оставил тёмное пальто без украшений. Вместо привычного боевого класса здесь выбирали профессию; с ней он определился ещё до одежды. «Авантюрист» давал начальную подготовку в лазанье, равновесии и обращении с простыми приспособлениями. И крутой стильный револьвер. Вероятно, он и поспособствовал выбору.

Под общим уровнем шли отдельные шкалы навыков. Развивать их предлагалось практикой. Все были почти пустыми, и смотреть подробную схему дальнейшего роста Арман пока не стал.

После подтверждения он оказался под каменным навесом. Перед ним лежала залитая солнцем площадь, по краю которой неторопливо двигались кареты. В одной было две лошади, другая обходилась без них: из короткой трубы над местом кучера вырывались белые клубы. Арман проводил её взглядом, пропустив первые слова Бория.

— Что?

— Говорю, вон он, наверное.

Борий стоял рядом в короткой кожаной куртке. У пояса висел свёрнутый чехол с инструментами. Ардея была одета в длинный серый жакет и высокие ботинки; на ремне небольшой сумки поблёскивала круглая оправа лупы.

— Исследователь? — спросил Арман.

— Да. Измерения, сравнение образцов, записи. На первое время подходит. Борий взял механика.

— Тут хоть понятно, что делать, — сказал тот. — А у тебя?

— Авантюрист.

Борий оглядел пальто, но комментировать не стал: через площадь к ним уже шёл невысокий полный дварф. Его борода была разделена на несколько кос, перевязанных цветными лентами. Между лентами виднелись серебряные кольца и небольшая эмалевая птица. Дварф придерживал одной рукой шляпу, другой приветствовал кого-то у газетного киоска.

— Арман? Очень рад. Гастон. Как добрались, никаких затруднений со входом?

Он пожал всем руки. Голос оказался глубоким, хорошо поставленным; говорил Гастон без ожидаемой от такого облика хрипоты и не торопился заполнять паузы.

— Всё нормально, — ответила Ардея. — Спасибо за приглашение.

— Тогда прошу. До вокзала пройдём пешком, если вы не против. Здесь недалеко, а подъезжать к нему с главной улицы сейчас неудобно.

— Успеем к отправлению? — спросил Арман.

— Успеем. Поезд каждый день примерно в одно время уходит.

— И давно так?

— В обсуждениях можно на несколько лет назад отмотать. Всё с нашего вокзала, всё по одной бутылке. Пропусков я не помню.

У края площади его остановила женщина в широкой шляпе. Она извинилась перед троицей, сообщила, что у торговых рядов опять не убрали ограждение, и спросила, сколько ещё придётся ходить через двор. Гастон выслушал, уточнил, с какой стороны перекрыт проход, и записал что-то.

— Спасибо. Я узнаю, почему оставили. Обещать, что снимут сегодня, пока не буду.

Женщина кивнула и поспешила к каретам.

— Вы и такими вещами занимаетесь? — спросил Борий.

— Время от времени. Я здесь ещё и мэр.

Ардея посмотрела на него внимательнее.

— Это официальная должность управляющего внутри игры?

— Нет, меня выбрали игроки. Управляющий я в реале. А здесь мэр — так уж сложилось. У мэра свои обязанности, и, поверьте, большинство из них связано с тем, что кому-нибудь неудобно ходить.

— А как управляющий вы можете посмотреть маршрут? — спросила Ардея. — Утром вы писали, что доставку проверяли. Что именно вам показали?

— Что маршрут действующий, перевозка оплачена, груз доезжает. Но адрес получателя — это системная информация, она просто отсутствует в доступных интерфейсах. И никто не станет городить новые костыли, чтобы ее посмотреть. Нужно основание серьёзнее простого желания.

— Аварии нет, жалобы нет, — сказала она.

— Именно. С транспортом всё в порядке. А зачем он ездит — непонятно.

Он повёл их дальше вдоль площади. На солнечной стороне играли музыканты; у открытых дверей кафе официант поправлял скатерти. Выше, между двумя ступенчатыми башнями, медленно проплывал дирижабль. Буквы рекламы растянулись по его боку так, что с земли сначала читалась только половина названия. Арман включил запись в интерфейсе и убрал значок к краю поля зрения. Руки оставались свободными; кадр он выбирал движением взгляда. Дома, рассматривая изображения, он ожидал, что город будет тёмным, покрытым копотью. Здесь же свет отражался от окон, латунных ограждений и мокрой после уборки мостовой. Трубы виднелись далеко за крышами, но дым до площади почти не доходил.

— Можно ведь снимать? — спросил он для соблюдения политеса.

— Разумеется. Только отсюда кадр против солнца, свет неудачный будет. Давайте чуть дальше, к углу.

Гастон остановился там, где между домами открывался вид на башню с часами. Дирижабль как раз выходил из-за её шпиля.

— Вот сейчас хорошо, прям на рекламный плакат, — негромко улыбнулся он и отступил, оставляя Арману место.

Арман дождался просвета между дирижаблем и шпилем: поворот корпуса, блик на башне, скользящая по окнам тень. Борий тем временем рассматривал башенные часы: за стеклом под циферблатом вращались большие колёса, а раз в несколько секунд тяжёлый рычаг опускался и снова поднимался.

— Оно всё действительно нужно? — спросил он, показывая на механизм.

— Для часов? Не всё, — охотно признал Гастон. — Но убрать лишнее нам не дают. Однажды предложили закрыть механизм панелями — такое возмущение было. Люди специально приходят сюда посмотреть, как он работает.

Борий ещё немного понаблюдал за рычагом.

— Да, закрывать жалко.

— Вот и граждане так сказали. — Гастон улыбнулся и двинулся дальше.

— А поезд остановить пробовали? Загородить путь, сцепку разбить? Взорвать, наконец?

— Пробовали. У этого состава нет обычной разрушаемости. Он часть транспортной системы. Если поставить поперёк пути повозку, её уберёт с дороги, а поезд пойдёт дальше.

— То есть дело не в том, что мало пороха?

— Именно.

— Это всё есть где-нибудь одним списком? — спросил Арман. — Не хочется в ролике выдавать за уникальное достижение то, что здесь уже десять раз проверяли.

Гастон отправил несколько ссылок. Арман открыл первую: кто-то пытался набросить на вагон цепь. Та соскользнула, даже не зацепившись за открытый поручень. Автор не обрезал конец, где приятель долго смеялся и требовал вернуть одолженную цепь.

— Не смотри на ходу, — сказала Ардея и придержала его за рукав перед ступенькой.

Они остановились у гостиницы с двумя парадными входами. Гастон показал на лестницы.

— Здесь прежде два хозяина были. Один хотел встречать гостей со стороны площади, второй — с улицы. Каждый заказал лестницу. Потом один выкупил долю другого, но лестницы оставили.

На широких ступенях сидел мальчик-газетчик. Когда Арман задержал на нём взгляд, рядом с именем появилась маленькая отметка NPC. У женщины, которая прошла мимо с дорожным сундуком, стояло «пользователь». Поведение было схожим: оба одинаково щурились на солнце.

— А теперь хозяин кто? — спросил Борий.

— Даже и не знаю. Тот игрок давно не заходит. Гостиницей управляет NPC, с ним можно договориться о комнате.

Гастон поднял голову. На втором этаже были открыты двери на балкон, между ними стояли сложенные стулья.

— Мы там после первых моих выборов сидели. Пришлось ещё из зала нести, всем места не хватало. Хорошо было.

Он помолчал, потом показал Арману, откуда в кадр попадут обе лестницы. У шляпной лавки Гастон приподнял шляпу перед пожилой эльфийкой за стеклом. Та помахала ему ножницами и ткнула рукой в разноцветные ленты, висевшие рядом со шляпами.

— Отсюда? — спросил Арман, указав на синюю ленту в его бороде.

— Да. Когда лавка только открылась, я заказал у неё шляпу. Вместе со шляпой подарила мне первую мою ленту.

Он придержал косу, показывая вышитые на конце ленты крошечные ножницы. У следующего поворота Гастон хотел свернуть под арку, но проход оказался занят ящиками. Двое рабочих разгружали повозку. Он остановился, и прежняя неторопливость исчезла.

— Простите. Почему это лежит здесь?

Один из NPC-рабочих показал на открытую дверь склада.

— Товар принимают здесь.

— Товар принимают со двора. Здесь должен оставаться проход. Вам кто сказал выгружать у этой двери?

Ответ Гастон выслушал, сжав губы. Потом быстро продиктовал кому-то сообщение, назвав улицу, дверь и номер повозки. Рабочий попытался что-то добавить.

— Я понял. К вам претензий нет. Только эти два ящика поставьте вдоль стены, пожалуйста. Не поперёк. Вдоль.

Они протиснулись через освободившийся проход. Некоторое время Гастон молчал, затем извинился перед гостями.

— С утра договорились, что эта арка будет свободной. Видимо, каждый понял по-своему.

Он снял шляпу, пригладил волосы и снова заговорил о вокзале, уже обычным голосом. Арман стер последние несколько минут. Погрузка и раздражённый мэр ему для ролика не требовались.

— Через арку ближе всего к грузовым дворам. Оттуда пути уходят между домами, потом по полям, к горам.

— Значит, за поездом можно просто ехать следом? — спросила Ардея.

— До технических тоннелей. Дальше закрытый транспортный слой, игрока туда не пустит.

— А метку на бутылке ставили?

— Какую метку? Тут нет такой возможности.

Один из рабочих протиснулся мимо них с пустой тачкой. Борий посторонился, Ардея проводила рабочего взглядом.

— А если устроиться на погрузку? Получить доступ по работе?

— Наняться на вокзал можно. Получить чужие маршруты — нельзя. Роль транспортного агента игроку не выдаётся.

За аркой улица стала шире. Вдоль неё шли одинаковые чёрные фонари; между ними стояли скамьи, почти все пустые. При этом город не выглядел безлюдным. Проезжали экипажи, газетчик спорил с покупателем, из подвального окна тянуло музыкой. Арман несколько раз проверил отметки прохожих. Игроков оказалось мало. NPC продолжали торговаться, назначать встречи и торопиться по своим делам; пустые стулья гостиницы им не мешали.

— А этот поезд не часть какого-нибудь скрытого редкого квеста? — спросил он, догоняя Гастона. — По описанию очень похоже на завязку.

— Всё может быть. На вокзале есть цепочка про контрабанду. Игроки искали связь с поездом, но подтвердить, насколько я знаю, так и не смогли. В ссылках, что я скинул, есть эти обсуждения.

— Вы сами эту цепочку проходили?

— Нет, я больше по экономическим и управленческим квестам шел. Я когда начал разбираться с поездом, посмотрел несколько обзоров, но в детали не погружался.

— Кстати, а почему вы позвали именно нас? — Арман убрал присланные ссылки, чтобы не отвлекаться. — Я хотел ещё утром уточнить.

— Вам нужен честный ответ? — Гастон повернулся к нему.

— Желательно.

— Мне понравилось, что вы довели дело до конца. И как об этом рассказывали. Было видно, что вам самим интересно. С этим поездом так уже давно никто не работает: проверяют очевидные варианты и уходят. А мне хочется, чтобы кто-нибудь всё-таки докопался до истины.

— Да, судя по вашим ссылкам, все явные причины уже проверили и неоднократно, — сказала Ардея.

— Поэтому я и предложил приехать, посмотреть самим. До поезда мы, кстати, почти дошли.

— Мы к вокзалу сейчас идём? — Борий сверился с картой.

— Да, конечно. Ещё один поворот.

— С площади же было ближе пройти.

Гастон посмотрел в его окно и без спора согласился:

— Было. Но тогда вы бы увидели заднюю стену почты и стоянку, а мне хотелось показать вам город.

Борий убрал карту. Арман поймал его взгляд и чуть развёл руками: ему тоже хотелось. Он уже присмотрел на противоположной стороне улицы лестницу, с которой можно было снять трубы над крышами.

— Я на минуту, — сказал он и попытался подняться, чтобы было видно всё, но в кадр попадала только верхушка облака. Пришлось спуститься.

Гастон указал на поднимающийся над городом холм: оттуда котельные видны целиком. Арман сохранил отметку на будущее.

— После вокзала, — сказал Борий.

В конце улицы показалась широкая стеклянная крыша. Под ней стояло здание с двумя башнями и несколькими входами, над которыми висели отдельные таблички. У центральной двери носильщик разворачивал тележку с чемоданами, заставив выходящих пассажиров разделиться на два потока. Гастон остановился перед ними, пропуская тележку.

— Вот и вокзал. Нам в грузовой терминал.

Он указал на боковой проход, и Борий сразу направился туда. Арман оставил запись включённой и пошёл следом.

В грузовую часть они попали со второй попытки. Первый переход вывел их к кассам, хотя стрелка над лестницей обещала платформы. Гастон остановился перед следующей развилкой, где указатель отправлял мелкие грузы направо, срочные — налево, а мелкие срочные предлагал сдавать этажом ниже.

— Нам к поезду, — напомнил Борий. — Мы ничего не сдаём.

— Это я понимаю. Здесь раньше можно было пройти насквозь.

На карте переходы сливались. Служащий в бордовой жилетке предложил платное сопровождение, и Гастон согласился. Проводник тут же повернул к лестнице, по которой они только что поднялись.

— Вокзал достраивали по частям, — пояснил Гастон. — Я каждый указатель отдельно понимаю. Вместе — уже не всегда.

Арман снимал таблички. Ардея поторопила его: Борий уже держал дверь в конце перехода. За дверью оказалось спокойнее. Узкая платформа тянулась вдоль кирпичной стены; слева, у лестницы, стояли весы и тележки. Справа рельсы выходили из-под навеса и сворачивали между городскими зданиями. У платформы ждал закопчённый локомотив с одним крытым вагоном. Его дверь была открыта, и с того места, где остановились герои, просматривался почти весь пустой пол. Проводник указал на состав.

— Вот он — Восточный экспресс.

Арман посмотрел сначала на него, затем на короткий вагон.

— Он так называется?

— Нет, это игроки решили его так назвать.

Служащий пожелал им приятного дня и ушёл обратно к лестнице. Гастон остался возле стены, пропуская грузчика с небольшим открытым ящиком. Тот нёс его без всякого усилия, одной рукой придерживая край.

— Смотрите, — сказал Гастон. — Сейчас погрузит.

Борий заглянул в ящик, когда грузчик проходил мимо.

— И правда одна! Больше ничего?

— Всё здесь.

В стружке торчало горлышко бутылки. Грузчик поставил ящик у открытой двери вагона и поправил сбившуюся кепку. На мгновение стала видна простая бумажная этикетка, затем он снова прикрыл стекло. Ардея подошла ближе.

— Можно посмотреть, что везёте?

— Смотрите. Только не вынимайте.

Он убрал стружку с одной стороны. Внутри действительно лежала одна бутылка. Ардея прочитала название, но оно ничего ей не сказало.

— Арман, сними этикетку.

— Уже. Борий, чуть в сторону.

Тот отступил, и на стекло сразу лёг свет. Арман присел, выбирая угол без блика. Ардея придержала торчащую полоску стружки.

— Так видно?

— Да. Подержи ещё… Всё, спасибо.

Грузчик забрал ящик, поднялся в вагон и поставил его у дальней стены. Там имелись крепления; он затянул ремень, проверил, не двигается ли груз, и вернулся к двери. Между ящиком и выходом осталось столько места, что Борий невольно заглянул внутрь ещё раз.

— А с вами проехать можно? Нам туда же.

— Пассажиров не берём.

— Я вижу, что грузовой. Без удобств обойдёмся. Нам бы только до конечной.

— Игрокам входить запрещено. Это служебный состав.

Борий, игнорируя очевидное, взялся за поручень. Перед ним появилась короткая надпись о недоступности посадки; подняться на ступеньку не получилось. Он отпустил поручень и отошёл, освобождая грузчику спуск.

— Даже посмотреть не дают. А сверху забраться и проехать нельзя?

— Увы, — ответил Гастон. — И под ним. Пробовали уже.

— Снизу я и не собирался.

Борий обернулся к Арману, но тот был занят съемкой и не заметил его выражения. Ардея заметила. Ей тоже показалось, что крышу он успел оценить вполне серьёзно.

Грузчик закрыл вагон. На локомотиве коротко свистнули, под колёсами что-то лязгнуло. Они отступили к стене, и состав медленно потянулся вдоль платформы. Арман шёл за ним до конца навеса. Ардея осталась возле весов: отсюда было видно, как локомотив сворачивает в городской квартал, а следом исчезает вагон.

Борий вернулся к краю платформы. На рельсе поблёскивала явно выделяющаяся зона с мелкими вмятинами и царапинами. Он присел, прочитал пояснение в интерфейсе и провел над участком своим рабочим инструментом.

— Тут колёса проверяют. Перед отправкой.

Ардея подошла к нему. Контрольная полоса сохраняла отпечаток последнего состава: повторяющиеся неровности, сколы, царапины. Рядом отмечалось время прохода. Её классу была доступна информация о поезде, но заказчик или маршрут, очевидно, оставался неизвестен.

— Сохрани, — попросил Борий. — По крайней мере узнаем, тот же вагон вернулся или другой прислали.

Она сняла профиль. Через вставку прокатилась пустая тележка, и поверх рисунка колёс легли две тонкие полосы.

— Снимать надо быстро, — добавила Ардея.

После отправления поезда платформа выглядела пустой: длинный перрон, весы, никому сейчас не нужная тележка. Борий посмотрел в сторону ушедшего состава.

— Целый локомотив ради бутылки. Её же можно в карман положить.

— Здесь старая грузовая система, — сказал Гастон. — Вы видели самый маленький состав. Вагон да локомотив. Обычная отправка.

— Доставка не дороже ли самой бутылки?

— Нужно смотреть, но вполне может быть, что и нет. Старые тарифы бывают очень низкими.

Ардея нашла справку о железной дороге. Ей хотелось отделить странность, которую они только что увидели, от странности, за которую им платили. Маленький груз в большом вагоне сам по себе ещё ничего не означал. В старом мире могли годами сохранять неудобный способ доставки просто потому, что он работал.

В справке рядом с правилами перевозки был раздел достижений. Ардея, как опытная охотница за редкими ачивками, открыла его почти не задумываясь и задержалась на благородного цвета значке: человек перепрыгивал с насыпи на вагон. Для получения требовалось участие в захвате грузового поезда. Достижение давно никто не получал, процент активных игроков, имевших его в своем арсенале, был таким маленьким, что она пересчитала количество нулей после запятой.

Потом открыла изображение покрупнее. За фигуркой тянулся дым, на краю вагона виднелась крошечная клёпка. Ардея представила этот значок среди своих достижений и почувствовала знакомый трепет. Она уже потянулась к условиям, забыв, что искала совсем другое.

— Что там? — спросил Арман.

— Посмотри, какая редкая. За захват поезда.

Он придвинулся, и она показала ему долю получивших.

— Мы даже залезть в него не смогли, не то что захватить.

— Это из старого режима. Сейчас, судя по истории получений, достижение недоступно.

Ардея вчиталась в условия, но те отсылали к правилам гильдейских войн, правила к условиям, условия к стандартам, а стандарты вновь зацикливались правилами. Она задержалась над ссылками, затем сохранила страницу целиком.

— Потом посмотрю.

— Думаешь, сможешь получить?

— Вряд ли, но проверить хочется. Тебе вот достаточно красивого окружения, чтобы снимать и радоваться, а я чем хуже?

— Ничем. Я бы и сам от такого достижения не отказался.

Ардея улыбнулась и ещё раз взглянула на картинку, прежде чем убрать её. Выходить из мира ей уже хотелось меньше. Она отправила Арману ссылку. Борий тем временем вернулся от края платформы.

— А если этот поезд вообще ни для кого не ездит? — спросил он. — Остался от чего-нибудь. Раньше был нужен, а сейчас его не убирают, чтобы другое не сломать. Просто старый костыль.

Ардея как раз думала о похожем.

— Может быть. Мир долго достраивали. Иногда проще оставить старую доставку, если на нее завязаны какие-то балансирующие механизмы. Помню, в одном мире была гора, с которой NPC ежедневно скатывали сани. Никто не понимал зачем, а потом выяснилось, что если их не скатывать, то раз в неделю случаются лавины. Разрабам проще было настроить сани, чем менять физику снега.

— Если это старый процесс, у проекта должны быть расходы на него, — сказал Борий. — Найдём, откуда платят, и спросим, что он поддерживает.

— Надо проверить, — кивнула Ардея. — Только сначала понять, какую именно операцию смотреть.

Арман всё это время читал присланные ссылки.

— Я нашёл обсуждение того квеста, — сказал он. — Про контрабанду. У них в цепочке уходит груз, который надо отследить.

Борий оглянулся на пустую платформу.

— Бутылка?

— У кого как. Один нашёл ткани. Другой — вино, но целый ящик. Игроки думали, что наш поезд — скрытое ответвление квестовой цепочки. Надо дойти до задания про поставку, а дальше, вероятно, выполнить какое-то условие.

— И никто не выполнил?

— Неизвестно, я покопался в архивах, но точного подтверждения не нашел. Можем сами взять квест и изучить. Правда, цепочка каждый раз собирается под группу: другие сообщники, документы, груз. Поэтому просто по гайду не пройдёшь.

— Начинается в бюро пропавшего багажа, — подсказал Гастон. — Хорошая старая история. Там несколько помещений, которые просто так вообще недоступны.

Арман показал описание этапов. Ардея прочитала спор внизу: один игрок утверждал, что условие надо искать после завершения, другой — что завершать как раз нельзя, иначе скрытая ветка закроется. Обоим уже несколько лет никто не отвечал.

— Сколько идти до точки, когда можно проверять условия? — спросил Борий.

— Несколько поручений. Потом склад.

— «Потом склад» — это сколько?

Арман нашёл длительность чужой записи. Борий посмотрел, вздохнул и передвинул чехол с инструментами на бок.

— Ладно. До задания о поставке. Целиком нам проходить не нужно.

— Я и не собирался, — сказал Арман.

Гастон проводил их до лестницы. Там ему пришлось ответить на вызов; он показал, где находится бюро, и попросил написать, если понадобятся сведения по перевозке. Арман дождался конца разговора, поблагодарил и первым направился к указателю.

В бюро пропавшего багажа Арман сразу спросил о подозрительной поставке. Служащая выслушала его, достала из-под стойки женский ботинок и предложила сначала найти второй.

— Это начало? — спросил Борий.

— Это чужая обувь, — ответила Ардея. — Начало было, когда мы вошли и сказали, что хотим помочь.

Она приняла поручение за всю группу. В описании стояло предупреждение: обстоятельства дела создавались отдельно для участников. Следующий кабинет находился за дверью, но это уже был инстанс, войти в который вслед за ними посторонний игрок не мог.

Ботинок нашёлся быстро. Труднее было доказать, что чемодан, из которого его достали, вообще приезжал на вокзал и им должна заниматься именно железнодорожная служба. Багажная квитанция существовала, а рейса с таким номером в тот день не было. Борий хотел сразу отнести расхождение квестодателю; Ардея настояла, чтобы они проверили соседние квитанции. Оказалось, выдуманным рейсом прибыли ещё три места багажа.

— Теперь можно? — спросил он.

— Теперь есть что нести.

Женщина забрала обувь и документы с одинаковым облегчением. Через некоторое время у них появилось новое поручение: выяснить, кто разрешал выдавать груз по поддельным квитанциям. Чужое прохождение почти не помогло. В записи, которую нашёл Арман, сообщником был ночной кассир. Их кассир целый вечер провёл в лечебнице после ссоры с пассажиром, и это подтверждалось не одним его словом. Зато подпись на разрешениях совпала с подписью начальника вокзала. Арман всё же дочитал подсказки до конца.

— Люди пишут, что ключ обычно у него.

— У нашего тоже может быть, — сказала Ардея. — Но кассира мы бы по их совету ещё час допрашивали.

— Поэтому я читаю, а не предлагаю идти к нему в кабинет и на месте арестовывать.

Но идти в кабинет всё же пришлось. Они попали туда под предлогом сверки. Начальник оказался сухим человеком с тщательно причёсанными усами. Увидев квитанции, он не стал спорить и предложил оставить их для проверки.

— Нам бы получить подтверждение, — сказал Арман. — Чтобы не вышло, что мы унесли чужие бумаги, а теперь никто не знает, куда.

Начальник достал бланк. Пока он писал, Ардея заметила на столе раскрытую книгу выдачи ключей: напротив подземного склада стояла его фамилия. Самого ключа на крючке за спиной не было. Служащий, заглянувший в дверь, позвал начальника к задержанному грузу. Тот велел подождать и вышел, прихватив квитанции.

— Сейчас вернётся с охраной, — сказал Борий.

— Может быть. Дверь придержи.

Ардея обошла стол. Ящики были заперты. Арман присел у шкафа, откуда наискось выступал угол дорожной сумки, и остановился: из коридора донеслись голоса. Борий прикрыл дверь, оставив щель.

— Он идёт не сюда.

Ардея проверила книгу ещё раз. Ключ числился выданным утром, начальник никуда не выходил: его пальто так и висело возле окна.

— В кармане? — спросил Арман.

Она уже нащупала тяжёлую связку. К маленькому ключу была прикреплена медная пластина с номером склада. Ардея сняла только его, вернула остальные и успела отойти к столу, когда Борий распахнул дверь.

— Мы, пожалуй, пока в бюро, — сказал он вошедшему начальнику. — Там ещё ботинок ждали.

К складу вела лестница из служебного коридора. За первой дверью гудел вентиляционный вал; дальше начиналась зона, где квест предупреждал о вооружённой охране. Борий прочитал предупреждение и пошёл обратно.

— Ты куда?

— За оружием. Или ты ключом собираешься воевать?

В лавке у входа продавали снаряжение для новичков. Борий взял короткую дубинку и наручный излучатель электромагнитного щита; Арман — запас патронов к своему револьверу. Ардея выбрала такой же револьвер, но сперва настояла на пробной стрельбе в галерее за лавкой. Борий тоже проверил снаряжение: раскрыл дуги излучателя и развернул перед собой прозрачное поле. Продавец показал, как менять его ширину, и предупредил, что заряд не бесконечный; от пули поле защитит, а в рукопашной лучше не подпускать противника.

На второй мишени Ардея уже начала попадать. Борий пригляделся.

— Это ты куда целилась?

— В центр, разве не очевидно?

— Не совсем. Хорошо, что пристрелялась.

У двери склада договорились держаться вместе. Борий идёт первым, остальные стреляют; если охраны слишком много, отходят на лестницу. Арман заправил полы пальто под ремень, чтобы не зацепились за что-нибудь в горячке боя.

За дверью был длинный низкий зал. По левую руку тянулись штабеля тюков, справа — узкие рельсы для грузовых тележек. В дальнем конце поднимался решётчатый подъёмник. Возле него двое носильщиков укладывали ящики; ещё один тащил к ним узкий короб. Между входом и подъёмником стояли трое охранников. Ближайший повернулся на скрип двери.

— Склад закрыт.

Он увидел ключ в руке Ардеи, затем щит Бория. Ружьё поднялось прежде, чем кто-либо успел ответить. Борий толкнул Ардею влево, за тюки, и сам присел за щитом. Удар отозвался в руке тяжёлой дрожью. Арман выстрелил; пуля выбила щепу из стойки, за которой спрятался охранник. Он двинул направо, чтобы обойти стойку.

— Арман, назад! — крикнул Борий. — Держись за мной!

Охранник передёрнул затвор. Пока он возился, Борий перебежал к первой тележке. Та стояла поперёк дорожки, нагруженная деревянными коробами, и закрывала его почти целиком. Арман обошел Бория и спрятался за тележку. После каждого выстрела наступала короткая пауза, в которой слышались гул вала и стук ящиков у подъёмника. Борий успел увидеть, как один носильщик потянул цепь. Подъемник дёрнулся вверх.

— Они уходят! — сказал Арман.

— Вижу. Здесь ещё трое!

Ардея положила револьвер на край тюка, за которым пряталась. Первый выстрел ушёл высоко. Второй попал ближайшему охраннику в плечо, и тот отшатнулся за штабель. Борий выключил поле, прикрытый ящиками, уложенными на тележке, и упёрся плечом в торец груза.

— Толкаем. До следующей стойки.

Арман встал рядом, они налегли вместе, но колёса не провернулись. Борий опустился на колено, нашёл тормозную педаль и ударил по ней пяткой. Тележка пошла так легко, что Арман чуть не упал.

Они продвинулись на несколько шагов. Из-за штабеля выскочил раненый охранник, уже с тесаком. Борий отпрянул; тесак застрял между досками ящика. Он ударил противника плечом, отжал к штабелю и опустил дубинку на руку. Со второго удара тот выпустил оружие.

Арман выстрелил в другого охранника, целившегося поверх тележки. Тот упал на колено, выронил ружьё. Арман шагнул вперёд, чтобы увидеть подъёмник, и в этот момент последний стрелок ударил по нему сбоку. Боль обожгла предплечье. Рука дёрнулась, револьвер стукнулся о каменный пол.

— Назад! — рявкнул Борий.

Арман отступил за тележку. Ему казалось, что он всего на секунду высунулся. Борий стоял рядом, закрывая обоих развёрнутым полем, и дышал так громко, что было слышно даже под стук подъёмника. Ардея высунулась со своей позиции за тюками. Стрелок сменил позицию и теперь был виден между стойкой и бочкой. Она дождалась, пока он поднимет ружьё, и выстрелила. Он осел за бочку. Арман подобрал оружие левой рукой. Ближний охранник, которого Борий прижимал к штабелю, попытался вырваться; вдвоём они повалили его и откинули тесак. В дальнем конце носильщик с узким коробом прыгнул на уже поднимавшуюся площадку.

— Стой! — крикнул Арман и побежал по дорожке.

Последний носильщик смотрел прямо на него, прижимая ящик к груди. Ни крышки, ни этикетки отсюда не было видно. Арман добрался до решётки, когда пол подъёмника уже уходил выше его головы. Из шахты потянуло холодным воздухом; наверху грохнули колёса тележки.

— Можно наверх! Там лестница!

— Арман, сюда, — сказала Ардея.

— Они сейчас…

— У тебя кровь. И он ещё встаёт.

Раненный у бочки охранник действительно пытался поднять ружьё. Арман прицелился, но рука дрожала. Борий, уже добежавший до него, вернулся к бочке со щитом. Пока он отбирал оружие, наверху захлопнулась дверь. В журнале появилось новое задание: установить маршрут ушедшей партии. Арман сел на край пустой тележки. Ардея достала купленный вместе с патронами перевязочный пакет. Он протянул руку, не глядя на неё.

— Если бы сразу к лестнице…

— Ты бы сейчас был там один, — сказал Борий.

— Я сказал «сразу». Пока они ещё грузили.

— А нас что, забыл?

Арман хотел возразить, но замолчал. Ардея затянула повязку; стало ощутимо легче.

— Я тоже на подъёмник поздно отреагировала, — сказала она. — Но мы теперь хотя бы получили задание, за которым пришли.

Борий выключил щит и ослабил ремень излучателя на предплечье. Заряда осталось меньше половины. Ему захотелось спросить, сколько ещё заданий они должны получить именно таким способом, но Арман уже убрал револьвер и подошёл помочь осмотреть склад.

В доступных книгах были перечни грузов без получателей. На столе возле шахты лежала сорванная с ящика наклейка; след уходил наверх, к общей погрузочной площадке. Среди товаров значилось вино. Какая-то из этих партий могла оказаться той самой бутылкой. Ардея еще раз проверила старые обсуждения: другие группы доходили сюда же. Одни ловили носильщика и получали номер вагона, другие находили накладную. Потом выслеживали свою поставку; связи с ежедневным поездом никто не доказал.

— Мы можем пойти за своими ящиками, — сказала она. — Но как поймём, относится ли к ним утренняя бутылка? По виду ящика нельзя.

— Нужен номер отправки, — ответил Борий. — Не догадки про ящики.

Арман написал Гастону. Уточнил место и время утренней погрузки, приложил снятый кадр и спросил, можно ли найти запись именно этой операции. Ответ пришёл уже у выхода из квестового коридора: у Гастона был доступ к обезличенным данным. Он прислал длинный бессмысленный код заказчика, но ни имени, ни адреса.

«Почему такую выписку раньше никто не получил?» — спросил Арман.

«У обычных игроков нет доступа к этим данным, они из контрольных логов управляющего. Но тут, кажется, ничего ценного, просто какой-то идентификатор, его нельзя привязать к игроку или гильдии, все эти данные скрыты внутри системы», — ответил Гастон.

На обратном пути Борий остановился у окна заведения, которое заметил ещё утром. За стеклом женщина защипнула пельмень и уложила его к остальным; на доске оставались несколько пустых кружков и миска начинки.

— Давайте зайдем, — сказал Борий.

Он открыл дверь, и изнутри потянуло чем-то ароматным и горячим. После вокзала здесь сразу захотелось сесть и никуда не торопиться. Внутри было всего пять столов. Над прилавком висела доска с тремя блюдами; возле пельменей мелом было приписано: «Крозаяц».

— Это кто? — спросил Борий.

— Заяц с кроликом, — ответила женщина, не переставая работать скалкой. — Местный. Вам со сметаной?

— Сметану отдельно, пожалуйста. А мясо само по себе сухое? Кролик ведь обычно…

— Так мы его одним мясом и не начиняем. Лук, немного бульона. Попробуете — поймёте.

Борий посмотрел на миску, потом на ряд готовых пельменей.

— Хорошо. Мне стандартную порцию. А вам?

Арман согласился, Ардея попросила чай. Она просматривала список найденных на складе грузов и не сразу заметила, что Борий продолжает стоять рядом.

— Точно есть ничего не будешь?

— Пока нет. Если что, у тебя попробую.

— Тогда берите большую тарелку, — сказала женщина Борию.

Они сели у окна. Арман положил перебинтованную руку на край стола. Борий заметил и подвинул к нему свёрнутую салфетку.

— Не слишком туго?

— Нормально. Спасибо.

Ардея положила рядом со своей чашкой медный ключ. Квест ещё ждал продолжения. Она убрала ключ в карман, чтобы не забыть его среди посуды.

Принесли еду. Борий освободил место, сдвинув к окну сахарницу, и поставил между собой и Ардеей маленькую тарелку. Первый пельмень он разрезал пополам: на дно вытек прозрачный сок. Борий подцепил половинку, подул и попробовал без сметаны. Арман что-то спросил о выписке. Борий поднял палец, дожевал и только тогда повернулся к нему.

— Погоди. Ты свои уже пробовал?

— Ещё нет.

— Попробуй сначала так. Сметану потом.

Он взял вторую половинку. Мясо было нежным, но не разваренным; во вкусе проступало что-то непривычное, чуть пряное. Борий попробовал следующий пельмень целиком, придерживая ложку снизу, чтобы не потерять бульон.

— Ну как крозаяц? — спросил Арман.

— Шикарно. Кулинария в вирт-мирах — отдельный вид искусства. То, что можно создать тут, в реале ты не попробуешь. Хотя там свои плюсы есть.

Ардея тем временем стащила пельмень с тарелки Бория и, читая, потянулась к сметане.

— Подожди, хоть один без неё, — попросил он. — Ты мне скажи, реально вкусные или я просто голодный.

Ардея убрала окно в сторону. Попробовала, не торопясь прожевала и взяла второй.

— Реально вкусные. Закажи еще. — Она наколола еще один пельмень с тарелки Бория. — А то у тебя ничего не останется.

Борий подозвал хозяйку и попросил ещё. Она ушла, и все трое сосредоточились на записи, присланной Гастоном. В ней были указаны время, станция, класс груза, статус оплаты и другая служебная информация. Получателем денег значилась транспортная служба. Имя покупателя было скрыто. Вместо него стоял постоянный хозяйственный номер.

— По этому номеру видна история операций, — объяснила Ардея. — Даты, тип покупки, примерная сумма. Ни имени, ни адреса. Но другую бутылку или платёжный псевдоним с тем же участником мы свяжем.

По полученной от Гастона ссылке сводка была доступна за весь период наблюдений. История покупок уходила на восемь лет назад.

— Восемь лет, — сказала Ардея.

Арман перестал есть.

— Этот поезд?

— Такая покупка. Каждый день.

В сводке не было перерывов. Ардея привлекла внимание к одной из строк с реквизитами поступления средств.

— Смотрите, это же не игровой банк, я не знаю, что именно это за банк, или счет, или фонд, но деньги точно пришли из реала. То есть это не расходы проекта. Кто-то осознанно тратит реальные деньги, регулярно закидывая их на счет.

Арман подался к ней.

— Значит, квест отпадает?

— Да. Для квестов и грузы, и награды логично завязаны на внутриигровые финансы. Никто не будет восемь лет переводить настоящие деньги, чтобы работала квестовая цепочка.

— А костыль или старый процесс?

— Может, конечно, работать автоматически. Но платит-то не игровая система, а кто-то настоящий.

Борий оставил вилку на тарелке.

— Значит, не та дверь. Техническая служба просто возит, что заказали.

— А покупает автомат? — спросил Арман.

— Может, и автомат, это неважно. Важно, что ему кто-то перечисляет деньги.

— И сколько тратит наш неизвестный?

Она показала примерную сумму. Борий прикинул расход за месяц.

— Немного. Если за восемь лет сложить, прилично, но каждый месяц вполне терпимо. Я и не такие подписки оформлял.

— И забывал отменить, — добавил Арман.

— Бывало. Только это не значит, что человек восемь лет не заглядывал в расходы.

— Это вообще пока ничего не значит.

Ардея смотрела на ряд одинаковых операций. До этого она могла убедить себя, что поезд — это часть системы, неважно, костыль или скрытый квест. Но теперь за расписанием возникла чужая воля, и с ней всё стало куда сложнее. Человек мог платить по причине, которой в справочнике не окажется. Борий, увидев ее растерянность, улыбнулся и переложил пельмень на ее тарелку.

— Давай ешь, пока тёплые. Если кто-то каждый день покупает вино, надо искать покупателя. На вокзале мы уже выяснили всё, что могли.

— Номер я сохраню, — сказала она. — Посмотрим, что будет дальше.

Арман открыл журнал квестов и посмотрел на оставшееся поручение отследить контрабанду.

— Жалко бросать задание на середине.

— Мы за другой квест деньги получаем, — ответил Борий. — Этот можно закончить потом. Если тебе захочется.

Арман свернул журнал. Рука уже почти не болела, но возвращаться к разборкам с охранниками не хотелось. Он открыл записи, которые сделал на платформе. Грузчик затягивал ремень вокруг ящика посреди пустого вагона.

— Хочу вечером сделать про это ролик. Показать отправку и рассказать, что известно. Может, кто-нибудь из старых игроков вспомнит то, чего в обсуждениях нет.

— Пришли нам до публикации, — сказала Ардея. — Номер покупателя не указывай, пожалуйста. Историю платежей тоже давать не нужно.

— Хорошо. Там и без этого есть что показать.

Борий забрал у него пустую тарелку и поставил поверх своей. За окном прошла женщина с двумя детьми; младший остановился у стекла смотреть, как лепят пельмени, и старшему пришлось вернуться за ним. Арман дождался, пока они уйдут, и посмотрел вверх, на дым над крышами.

— Пока не стемнело, я бы ещё на холм за городом сходил. Куда Гастон рекомендовал. Если сверху взять город целиком, внизу будут крыши, а над ними дымка. Только бы ветер не сменился, пока дойдём.