Боевой хомяк Вершистик

Глава 1. Знакомство и таинственное послание

Полукруглый зал мимоходного удорожного постоялого двора производил путающе-пугающее впечатление. Как-никак вы находились именно во дворе, окружённом поднявшимися до неба стенами, окна в которых были заколочены, но через щели капала вода, а двери будто нарисованы. Знатоки обязательно бы просветили, что за окнами бушует безмерный океан, желающий затопить последний кусок суши на этой планете, а двери всё сплошь – порталы, порталы в иные миры.

В один из дождливых дней, а других здесь словно и не водилось, на постоялом дворе появился ещё один гость. Хозяин места Адней не спешил приветствовать, ожидая, что это просто “проходимец” – существо, спешащее по своим делам из одной двери в другую. Грустно опущенный хвост Аднея говорил много обслуге и те не торопились попадать на глаза. Гость подождал, пока усталый взгляд хозяина остановился на нём и приблизился. Проворным языком рептилии Адней прочистил глаза. Чешуйчатая морда и в добрые времена не выражала никаких эмоций, сейчас тем более. Если приглядеться, то за пухловатой фигурой гостя угадывалась скрытая сила воина.

– Боевой хомяк Вершистик.

“Шерстяной, никакого доверия теплокровным”, – по привычке проворчал у себя в голове Адней. Вершистик ждал, когда собеседник соберётся и сможет поговорить с ним. Капли грустно нависали с широкополой плетёной шляпы и, недолго думая, присоединялись к подругам в лужах.

– Хозяин здешнего двора Адней. Проход, места, артефакты? – на автомате перечислил рептилоид и протёр сырой тряпкой барную стойку. По случаю непогоды все стаканы стояли вверх дном.

– Работы.

– В любом разе рано или поздно спрошу – ты вынужден был уйти из родных мест и за тобой охотятся?

– Да, – снова коротко ответил боевой хомяк и подвигал носиком, чтобы с усиков ушла вода.

– Банд много, в любом из миров. Это тебе к ним.

– Я за справедливость. Она просила.

Хомяк вытащил из-за запаха своего халата свёрток и положил на стойку.

– Ааааар, – Адней прохрипел и повалился мимо стула, роняя за собой посуду и пару бутылок. Слишком знакомая вещь, да и с родовым узором. Платок выглядел целым, опрятным, по нему нельзя сказать, что прежняя владелица была в беде или поделилась им не добровольно.

– Она просила передать.

– Разверни сам, я не смогу. Деяния чёрные мои, за них мне воздаяние.

Хомяк опустился рядом с сидящим на полу Аднеем и положил на упавшее блюдо платок, развернул его бережно. Внутри лежал эр-дракончик во втором возрасте, когда они прозревшие выползали из гнезда и обзаводились крыльями. Неизвестный мастер был настолько хорош, что фигурка казалась настоящим животным, а не поделкой из камня. Адней дрожащими руками поднял фигурку.

– Она сделала это! Родная моя, зачем! Милая!

Рептилоид кричал, как торри, попавший в капкан, как раненая медведица, идущая в последнем рывке на убийцу своих малышей. Эти всхлипы и возгласы были знакомы вселенной с тех пор, как появились разумные и научились понимать потери. Вершистик поднял фигурку и провёл по ней своими коротенькими пальцами. Два крыла точного были отломаны и не хватало одной ноги. Нет, не отломаны, отпилены. Кто-то хотел их целенаправленно отделить. Вершистик поднял голову и узнал узор платка. Именно такой красовался в гербе этого места.

Глава 2. Через лес рук

Боевой хомяк Вершистик решил довести дело до конца: найти потерю, помочь и вернуть. Среди одиннадцати дверей в иные миры предстояло выбрать одну. Велико искушение начать с того, где случилась встреча, но оттуда она точно уже ушла, Вершистик в этом уверен полностью. Ощущения, что время уходит и нужно успеть к сроку, не было, оттого решено повторить весь путь.

Адней раскрыл старенький потёртый зонтик над хомяком, спасая от усиливающегося дождя. Только грустное шлёпанье лап рептилоида нарушало тишину.

— Пришли. Вот сюда она ушла. Есть у меня идея.

Она заключалась в помощнике. В этот мир боевой хомяк Вершистик переместился вместе с одним из работников Аднея — Кэем. Четырёхрукий, заросший короткой шёрсткой на манер волос самого хомяка, Кэй мог выпрямившись достать до второго этажа, но чаще всего перемещался, согнувшись дугой. Не особо приятное ощущение, когда над тобой нависает такая громадная туша. Другой особенностью титана, а Кэй был из них, являлось подселение сущности. Обычно добродушный гигант спал по полсуток, и стоило только ему сомкнуть глаза, как его телом овладевал дух. Заметить это можно было по смене радужки — вместо привычного неба появлялась темнота. Второй в голове старался себя не выдавать и оставалось только выжидать, когда наступит время и тайна раскроется. Пока было важно другое.

Новый мир ворвался болотными испарениями и клоками тумана. У входа их встретил привратник и повязкой на глазу:

— Ничего из живности отсюда не тащить, местный высший хищник — кощей, который числился исчезнувшим, появился вновь, рекомендую прятаться от него на деревьях, он чисто наземный. Робот-пылесос криволапый.

Последний эпитет Вершистик не понял, видимо, местное ругательство.

— Вот так выглядит, очень бесшумный. Вам куда?

— Болотный город. Больше же с чужаками тут никто не общается?

— Нет, местные пугливые, а в Болотном до звезды размером равнодушие на ваш вид и вид. Внешний вид и вид как существа.

Кэй кивнул и почесал брюхо. Почудилось, что ещё немного согнуться и он окажется на шести лапах, да так и пойдёт.

— Я Лихо, если что, живу в том домике, портал активирую на дорогу назад. Надолго к нам? Обычно гости тут нечасто.

— Наше путешествие туда и обратно, Лихо.

— Кольцо не потеряйте.

Так как кольца у них не было, Вершистик расценил последнюю фразу как пожелание удачи и крикнул в ответ:

— И ты кольцо не теряй!

Дорога, выполненная как возвышение из инертного металла, вела без развилок через лес.

— Лес рук, — отметил молчаливый титан и был прав. Толстые стволы деревьев завершались четырьмя-пятью увесистыми ветками-пальцами с клоками торчащей зелени. Судя по пожухлой траве и опадающим листьям наступила местная осень. Внезапно без предупреждения, Кэй схватил, пусть и осторожно, Вершистика и стал подниматься на кривой ствол ближайшего дерева.

— Робот-пылесос! — шепнул титан и задержал дыхание.

Приглядевшись, Вершистик заметил то существо, называемое Лихом как кощей. Внутри малой искрой вспыхнула обида, что инстинкты воина не распознали опасность, но затем она погасла. Такого врага сложно заметить. Приближающаяся фигура напоминала склейку двух существ сродни кентавру. Верхняя, по пояс часть, выглядела как изможденное существо, покрытое кожей почти сразу на кость, этакий живой скелет, внизу, под широкой юбкой, расположилось множество ног. Споро перебирая ими, кощей добивался бесшумной ходьбы, настолько ровной, что юбка-накидка практически не колыхалась.

Кощей спешил, очень спешил и совсем не оглядывался по сторонам. Понятно, почему от него легко спрятаться на дереве: множество ног мешало зацепиться, а руки были слишком слабы, чтобы подтянуть хилое тельце.

Дорога из металла вели их дальше. На ладонях деревьев-рук они стали замечать поселения леших. Молодняк бегал как белки по стволам, похожие на барсуков взрослые тащили корзинки ягод и грибов.

— Зима близко!

— Да, Кэй, — холодный ветер подтвердил общую догадку, захотелось скорее в тепло.

Болотный город они обнаружили недалеко от портала, ровно на окраине леса. Перестроенно-достроенный, покрытый по самую макушку лишайником он высился громадой над округой. Ворота из старого потрескавшегося дерева открыты.

– Она там, я на стене видел фигуру, – шепнул Кэй и тут со всех сторон донеслось:

– Растяни меха, гармошка, эх, играй-наяривай!

– Вот уж врун искусный!

– Жаль, что он невкусный!

– Это кикиморы болотные! Спешим!

Вершистик с товарищем поспешили скрыться в городе, хомяка привычно закинули на загривок. Воин оглянулся и увидел, как одноногие кикиморы вскакивали на металлическую дорогу и шлёпая, принялись их догонять. Грязь летела во все стороны и в их спину тоже.

– Стой, ты не пройдёшь! – преградила им топором проход стоящая у ворот железная, проржавевшая фигура.

– Болванка! Ты их останавливай, а не нас! – посоветовал Кэй и, мимоходом подвинув стража в сторону, ворвался в Болотный.

– Касатики мои! Да ещё и крупненькие. Вкуснота!

За воротами тоже оказались кикиморы и связанные домовые, лешие и люди.

– Эта битва будет легендарной! Спускай меня на землю.

Глава 3. Лучшая битва

– Мой учитель говорил: “Лучше выигранной битвы только та, что не состоялась”. Приветствую, болотный народ.

Боевой хомячок Вершистик спустился с горба товарища и выпрямился во весь свой рост. Ровными спицами топорщились усы, меч завораживающе пел, пока его доставали из ножен. Более концентрированной готовности не знала Вселенная с момента своего рождения.

– Не, ну а мы чё? Вот они – это завсегда да! Еже ли нет, то да, нет зачем?

Болотный народ потерял решительность и почёсывал нервно пересыхающую кожу, словно ощущая себя в меньшинстве. Честно говоря, вот прям между нами, по сумме массы они были почти равны хомяку и титану, какое тут меньшинство!

– Зачем вам сухой город, полный других народов? – вопрошал Вершистик и был он суров в своей решительности.

– Древний бог призвал нас! Негоже болотного народу отдавать родные холмы всяким сухарям!

– Я сражусь с ним! – Вершистик выдвинулся вперёд, и никто не смог возразить ему. А затем он увидел того, кто направлял кикимор. Действительно, его было легко принять за одного из болотных, разве что требовалось перевернуть картинку. Одна нога тогда станет длинной шеей с жующей мордой, а торчащие руки – четырьмя ногами. Пятнистый предводитель двинулся вперёд, и послушный ему народ расступился, даже связанные пленники старались отползти в сторону.

– Кто ты такой, чтобы рушить мои планы?

– Вершистик, воин-берсерк. Назовись и ты.

– Йосаринарильо, коротко Йося.

– И для твоих целей нужно пленить целый город, и мучить сухостью болотный народ?

– Такова плата.

– Сядь, – голос Вершистика не терпел возражений. Жираф сложил свои ноги и оказался уровнем глаз уже хотя бы наровне с Кэем.

– Кто послал тебя сюда?

– Она. Больно.

Вершистик достал из-за расшитого пояса веер и провёл им вдоль тела жирафа. Ничего не происходило, пока не дошло дело до ног. Ткань веера завибрировала как хищница и сорвавшись, обтянула одну из ног. Йося начал уменьшаться, тая на глазах, пока от него не остался только один кусок: отпиленная ножка от статуэтки.

– Я думать это совсем не кончаться! Молодца ты! – кикиморы резво образовали шеренгу и дружно вышли из города, похлопал по плечу воина-берсерка. Так, радость от подвига смешалась с мокрым следом на одежде от десятка грязных рук.

– Поражён, мой друг! Развязывать?

– Только двоих, они помогут остальным. Я полагаю, искать её тут уже смысла нет. Успеть бы.

Как бы Вершистик и Кэй ни бежали к порталу, они не успели. Создатели Йоси уже ушли в другой мир, оставив рядом с входом оглушённого Лихо.

– Попробуете повторить? Я продублирую цепочки координат, но финальный мир мне неизвестен. Рискнёте?

– Не потеряй кольцо, мы готовы!

Вспышка поглотила две фигуры, Лихо обессиленно упал на землю. День выдался крайне тяжёлым. Повязка с глаза совсем сползла, открыв чёрный провал, очень напоминавший цветом моменты подселения духа в Кэя.

– Один из трёх они нашли, нашли!

Глава 4. Тайна от мира Красного Солнца

Последний переход между мира дался совсем тяжело. Сложилось ощущение, что пришлось выходить из комнаты, резко уменьшающейся в размерах. Боевой хомяк Вершистик не жаловался, а вот по лицу титана Кэя было заметно, что тому нелегко. Пока Кэй отдышивался, хомяк осмотрелся.

Мир встретил их неярким светом красного солнца на небе. Местность напоминала чащу со стенками-горами и разлитым на дне озером. Вечерело и в местных поселениях зажигались огни. Никаких оруших частушки кикимор и рёва хищников. Идиллия!

— До сих пор воюют. — вслух отметил титан, объясняя раскиданность и удаленность селений.

— И давно?

— Ещё прадеды начали. Странно всё это, обычно так долго не длится. Словно кто назло сталкивает.

— Бывает. Но стоит подумать об этом позже.

Боевой хомяк расправил усы и положил руку на меч. В этот раз чужому тихо подобраться не удалось.

— Здесь иномирцы не ходят. Странно, что вообще проход сработал. – заговорил с ними желтоватый призрак. По морде – родственник Аднея, только надбровные кости заметнее и кожа зелено-желтая.

— Два раза подряд прошли в один день?

— Нет, вы первые за десятки лет.

Расплывчатый контур подобрал кружащий вокруг него желтый туман и стал обретать объем.

— Значит мы промахнулись, тогда не смею задерживать, хотелось бы назад.

— Не откажу. С другой стороны… Редки гости. Может быть дело терпит отлагательство?

— Если только что-то приоткроет тайну и мы перестанем идти вслепую по остывающим следам. Как звать стража портала?

— Гоолх. Тут мелкота моя будет кружить, не отвлекайтесь, но касаться нельзя. Для вас они сродни кислоте.

Вершистик кивнул в знак благодарности:

– А пока мы разговариваем, портал не закроется?

Гоолх продолжил:

– Порталы вещь не простая, а очень даже живая. Хотя многим неприятно думать, что они проходят через норы. А за всем, что не используется, приходит разрушение, ткань пространства затягивается.

Кэй выдвинулся вперед и при свете костра палкой сделал рисунок на утоптанной земли:

– А черви, капающиеся в пространстве выглядят вот так?

– Истину говоришь. Но я их видел в последний раз когда был совсем молодым. Тогда дно море было сушей.

Вершистик пригляделся к рисунку и узнал знакомые очертания.

– Если всё верно, то нам нужно очень сильно спешить! А тут отпиленный кусочек крыла никто не терял? Ах, да, тут никого кроме нас и не было. Гоолх, открой портал!

Когда пришельцы ушли, Гоолх подробнее рассмотрел каракули титана. Интересно, он рисовал по записям или по рассказам? У изображенного эр-дракона явно не хватало важной детали.

Глава 5. Нечестный обмен

— Расставаньям и потерям я не верю, я не верю… Я встречу свой страх и приму его. Я позволю ему пройти надо мной и сквозь меня. Сознание путалось и выдавало неверные сочетания. Это иномирье если и было обитаемо, то очень и очень дано. Великая пустыня раскинулась от горизонта до горизонта. От жары боевой хомяк уже начинал бредить. Завернутые в обрывки одежды ноги запекались в собственном соку как в духовке. Вот если бы был Кэй рядом, если бы был… Титан остался там! — …верю и в бессмертие души. Страх убивает разум. Вершистик просто упал, перегревшись и лишь оставалось ждать, опустится ли местное солнце до того, как случится непоправимое. Очнулся Вершистик уже от ночного холода. Висевшая в воздухе влага выпала местами росой, редкие жители пустыни оживились. Что ж, теперь он сможет выполнить обещанное. Вершистик решительно стряхнул навившие на усиках капли в ладони, выпил воду и поспешил к порталу-проходу между мирами.

День назад Кэй и Вершистик попали в этот мир, преследуя похитителей, гонясь за ними уже в третьему мире. Бунтовщики, не справившись с артефактами, оставили один из них, превратив в жирафа Йосю, создавшего бунт кикимор. Да, сложная история. Миров всего одиннадцать, это уже четвертый. Движущийся песок барханов заметал все следы, обнажая изредка растрескавшуюся плитку земли умирающего мира. Портал выплюнул их не рядом с собой, а на приличное расстояние. На беду, на горизонте появилась стена песка, гонимая по направлению к ним. Пришлось отступать в полуутонувшее в песке строение, словно специально оставленное там для укрытия промахнувшихся путников. Кэй сразу заметил огоньки внутри, и они поспешили, надеясь здесь остановиться свои прыжки по мирам и найти похитителей. Когда они вбежали внутрь, то сверху на них упала клетка. Старинная ловушка сработала? Но сверху раздался голос, стены завибрировали, словно составляя рот громадного чудовища. — Попались, новые воры! Вершистик оценил размеры клетки и просто прошел между прутьями: — Мы не воры, просто спрятались тут от бури. — Все так говорят. Гостеприимство велико, все тут остаются. Вершистик некстати задел череп неизвестного существа на полу. — Отпусти! — Не пущу! — А обмен? — А ты можешь? Наступила тишина, словно владелец голоса совсем вышел погулять. Летящий в воздухе песок удар в здание, свистя разбойником и царапал снаружи стены. — Я хочу вернуть лишь то, что у меня украли. Вот у нас есть нога. Хочу её вернуть. Кэй развел руками, изображая «Я не при делах, не понимаю, откуда он знает». — Верни украденное и я верну тебе этого. Кэй потряс решетку, но та даже не шелохнулась. — Я не знаю, в каком мире похитители. Они двигаются слишком быстро, — возразил Вершистик. — Это я беру на себя, — бодро заверил голос. — Они не смогут больше перемещаться. — А можно их переместить в определенный мир? Внезапно под потолком образовалось ожерелье из одиннадцати жемчужин, между которыми постоянно вспыхивали спицы разноцветного огня. — Можно. Скажи мир и при любой попытке они будет сказываться там снова и снова.

Это был день и ночь назад. Вершистик верил, что все сдержат свои обещания, а выбранный мир поспособствует спасению. Боевой хомяк крепко сжал кулачки и шагнул в портал.

Там, где был страх, не будет ничего. Останусь лишь я.