Автобиография начинающего писателя

Глава 1

Когда я был ещё совсем маленькой икринкой, меня съел Пракутривакистуратор. Как, впрочем, и всех остальных.

Кстати некоторые говорят, что Пракутривакистуратора нет, но тогда откуда вода? Ведь всем известно, что вода это желудочный сок Пракутривакистуратора. Тут на днях вылез один шибко учёный, щупальцами трясёт многозначительно, мол, вода она просто вода. Мол, океан, а в нем, стало быть, вода. А я у него прямо так спрашиваю «А докажи, что в желудке Пракутривакистуратора не вода?» И всё, сник этот учёный, клюв повесил и даже щупальцами размахивать позабыл. Но это я отвлёкся, вернёмся к автобиографии.

В общем, проглотил меня Пракутривакистуратор и началась моя жизнь.

Рос я, рос, тесно стало в икринке, пришлось вылезти. Ещё рос, рос, рос… и вырос. И встречаю однажды приятеля Фурмикса. Пообнимались мы щупальцами, клювами потёрлись, стали за жизнь говорить.

- Чем занимаешься? – спрашивает Фурмикс.

А я как раз на пороге выбора был - то ли дальше есть и расти, то ли делом заняться от нечего делать.

- А ничем, - говорю, - думаю вот…

Он так встрепенулся, достаёт книжку и мне показывает.

Кстати, надо сразу пояснить. Мы, жители желудка Пракутривакистуратора, книжки знаем, но не признаём. То есть безграмотные мы все поголовно, а память о книжках от предков досталась, как рудимент. А нафига нам грамота, если мы телепаты? Хотя телепатия не всегда в радость: встретишь, бывало, симпатичную девицу – ещё сказать ничего не успел, а уже в глаз получил!

Ну вот, разворачивает Фурмикс книжку, суёт её мне под нос и щупальцем в закорючки нарисованные тычет.

- Знаешь чего это такое? – спрашивает.

- Неа, - говорю.

- Это хорошо, - говорит он, - в тебе несомненно есть задатки писательского таланта. Рисовать умеешь?

Я так подумал: на днях вздумалось мне на детской горке прокатится, так я с неё вылетел, и такой барельеф своей физиономии на земле оставил, что залюбуешься. Клюв, правда, потом выправлять пришлось… но это детали.

- Рисовать, - говорю, - умею.

Фурмикс прямо засиял.

- У Пракутривакистуратора, как ты знаешь, желудок большой. Тут неподалёку, года 3-4 световых, есть такая планета Земля. Аборигены там с ума сходят от книжек. Будешь там писателем.

- А как это? – спрашиваю.

- Эта книжка – букварь с той планеты. Будешь отсюда значки перерисовывать и землянам втюхивать под видом романов.

Романистом быть это тоже ничего, попробовать что ли?

- А что если меня узнают на Земле? Или они на нас похожи?

- Не похожи совсем, только всё равно не узнают. Ты ведь рыжий?

- Ещё бы, от макушки до кончиков щупалец.

- Скажешь, что ты супер брюнет, и все дела, они всё равно не поймут. Они там своих супер пуперов таких напридумывали, что ночью приснится – с постели упадёшь.

- Звучит заманчиво, только я же не знаю, как из этих закорючек слова составлять. Не поймёт никто.

- Это только к лучшему. Ты им закорючки, а они гадать будут, что это значит. Через месяц у тебя толпа поклонников будет, а орды критиков найдут в твоих книжках любой самый сокровенный смысл, о котором ты и не догадывался. У них там Трынсбынз скульптором устроился. Ну, помнишь, с планеты Кубии прилетал, весь такой квадратный? Мы ещё повеселились неплохо, я неделю отходил… Объявил он себя сторонником кубизма, прибил полок на стенку и рассажал на них своих родственников. Земляне очумели от восторга! А как-то раз его восемнадцатый кузен по дедушкиной линии на третьей полке слева нажрался до состояния параллелепипеда, так народ чуть с ума не сошёл, углядели в нём одиннадцатое измерение сорок третьего параллельного пространства с прямым выходом в личную душу… Трынсбынза чуть живьем в Лувре не замуровали!

Я так подумал, а чего я хуже Трынсбынза? Вот с тех пор и перерисовываю закорючки из букваря, а народ млеет, что даже завидно становится. У меня даже крамольные мысли появились, а не узнать ли что значат эти закорючки, которые они буквами зовут?