АССИМИЛЯЦИЯ

Глава 1

АССИМИЛЯЦИЯ

Моему другу, киевлянину А.П., и всем, у кого «дедушка еврей», посвящается.

Давным-давно на киевской Руси, со столицей городом Киевом, жили русичи. Жили, периодически не тужили, а периодически – тужили. Согласно хорошо изученным объективным законам экономики и плохо изученным кармическим законам. Когда было хорошо, – не тужили и славили Г-пода, когда плохо – тужили, искали и находили крайнего или стрелочника. Которые на Руси появились задолго до краёв и стрелок, ибо основное их предназначение было, понятное дело, не края ограничивать и стрелки переводить.

Собственно говоря, так существовали и другие народы. И на деле тонком Востоке, и на просвещающемся Западе тоже экономические и кармические законы действовали, как положено. С некоторой поправкой, конечно, на менталитет и географические особенности. Там так же, в случае чего, искали крайних или стрелочников, может, только называли их по-другому.

В некоторых странах у местных жителей было преимущество в этом вопросе. Там жили евреи. Обычно они вкалывали, как и другие, на благо государства. В периоды расцвета народ радовался, что у него такие классные ювелиры, ростовщики, сапожники, портные, врачи, аптекари, юристы, министры финансов и многие ещё кто, добросовестно способствующие процветанию нации. В неминуемо наступающие периоды кризиса народ понимал, что причиной невзгоды является засилье инородцев в ремёслах, медицине, банках, юриспруденции, и даже в министерствах финансов.

Поскольку законы природы существуют независимо от нашего знания их, а скорее – незнания, то большинству населения такая причина казалась наиболее приемлемой. Тогда политикам было выгодно переводить стрелки на иноверцев и последних из страны образцово-показательно изгонять.

После чего кризис никоим образом не уменьшался. Ему, кризису, на национальность было объективно наплевать. Главам государств приходилось изыскивать другие причины для объяснений и способы преодоления напастей, но изгнанных евреев это уже не касалось. Они переселялись в другие страны, где делали то же самое: вкалывали, добросовестно способствовали и подставляли башку в дурное время, давая правителям передышку на подумать.

В один такой период и переселились евреи в Киевскую Русь.

В стольном граде они занялись обычными для себя делами. Народ относился к ним терпимо, ибо хороший кафтан, пошитый у портного-русича, ничем не отличался от хорошего кафтана, справленного у портного-еврея. Разве что у последнего в вышивке-орнаменте напрочь отсутствовали крестики. Плохо работать евреи просто не могли себе позволить, ибо, как пришлые, постоянно находились под подозрением и пристальным наблюдением.

Очередной расцвет стал постепенно угасать и переползать в очередной кризис. Народ затянул пояса потуже и начал роптать. Знать сразу же обратила внимание черни на субъективные причины, чтобы не заострять его на объективных. Ведь последние не всем доступны в понимании. И на них зло не сорвёшь. Однако до традиционного изгнания с массовыми погромами дело тогда не дошло.

Просто отношение стало хуже. Обзываться начали. Платить за работу меньше. Ну и всего по мелочи. С работой намного напряжённее, чем у других, у евреев не стало, ибо хороший кафтан, он у любого портного хорош (см. выше). Но всё равно было неприятно.

А неприятности имеют обыкновение накапливаться. Настал момент, когда притесняемые еврейские верхи не могли, а не менее, и даже более притесняемые еврейские низы не хотели жить по-старому. Или наоборот? Да не важно. Важно, что собрались они на совет, как жить дальше. В такие моменты обычно происходит раскол, разброд, шатания и оппортунизм. Не обошлось без них и в данном случае.

Одни говорили, что страдания народу дарованы Всевышним в искупление и очищение, и надлежит, следуя заветам, свой путь пройти, чашу испить, карму отработать. Дабы предстать на Страшном суде уже чистыми душою.

Другие утверждали, что в страданиях забываешь, зачем живёшь, теряешь духовность и зацикливаешься на бренном. А предназначение своё утрачиваешь. И чтобы сие не происходило, следует прикинуться тенью, раствориться в среде, мимикрировать, и спокойно дело делать. Выполнять, так сказать, свою кармическую задачу.

Споры продолжались не один день. Раввины и простые миряне дискутировали, потрясали бородами, активно возражали друг другу, ссылаясь на первоисточники Знания.

Но, в конце концов, каждый пошёл своим путём. Одни остались иудеями, то есть евреями в лучшие моменты жизни коренного населения и жидами – не в лучшие. Другие стали активно ассимилировать.

Ассимиляцию проводили очень добросовестно. Тщательно изучив обычаи, законы жизни и веры, быт и другие отличительные особенности народа, в гуще которого предстояло раствориться. Любую идею последовательно и трудолюбиво доводили почти до логического абсолюта.

В кухне стали не просто упирать на некошерное. Приготовление пищи велось именно вопреки правилам кашрута (иудейским религиозным признакам пригодности еды). Из всего некошерного самое большое внимание уделили ранее запрещённой строго настрого свинине, сделав сало национальным кулинарным символом.

Рубахи и порты свободного покроя, которые были в моде на Руси, модельеры-ассимилянты концептуально развили, превратив их в необъятные шаровары и широченные, расшитые крестами и петухами рубахи. А шапки-папахи сильно удлинили и загнули.

Бороды у иудеев являлись религиозно-обязательными для ношения, а у русичей – просто традиционными. Ассимилянты бороды начали брить, оставляя лишь длиннющие усы. К которым их имиджмейкеры добавили ещё и залихватские чубы.

Весёлые народные пляски с вольной импровизацией были доведены до совершенства по канонам танцевального искусства. Танцы чётко расписали по элементам и па, упорядочили и оформили в классику, каждый со своим названием. И до сих пор гопак восхищает весь мир, являясь обязательным для изучения в профессиональных танцклассах.

Самыми популярными невестами и женихами среди ассимилянтов теперь считались те, у которых волосы и глаза были светлыми, комплекция крепкая, кость широкая. И если поначалу в еврейской ассимилирующей среде таковых находилось немного, то после первой волны смешанных браков положение с этими признаками улучшилось. И продолжало улучшаться из поколения в поколение. Отголоски же крови выражались, с одной стороны, в симпатиях к евреям, а с другой, как это и свойственно всем перебежчикам, и сменщикам веры, в устойчивой неприязни к ним, то есть, в антисемитизме. Который в более поздние времена изредка принимал даже формы идеологии у отдельных исторических личностей.

В конечном итоге ассимилянты так преуспели в деле ассимиляции, что, видимо, даже слегка переборщили. Они постепенно оформились в отдельную нацию. Медленно, но верно у них и к русским появилась некоторая неприязнь, которая нелогично сочеталась с братскими чувствами. Ассимилянты потеснили русских с земель, на которых те тогда проживали. Основав на них своё собственное государство. Со столицей, конечно же, в городе Киеве.

Москва, 1999