Анна Александровна Быкова

У всех дети как дети… А у меня? Книга ответов на вопросы родителей дошкольников

Анна Быкова, Юлия Малафеева

Введение

Есть такой абсолютно современный феномен – родительский невроз. Это не медицинский диагноз, но в нем тоже мало хорошего. А чего много? Много чувства вины и стыда. Много беспомощности. Много напряжения. Много сомнений: «А хороший ли я родитель?», «А как в этой ситуации правильно поступить?», «Как найти золотую середину?»

Почему прежде такого не было? Потому что критерии хорошего родителя сильно изменились. У поколения бабушек ведь как было? Дети родились и дожили до совершеннолетия – ты хороший родитель. Потом появился критерий «чтоб человеком стал, полезным обществу; чтоб не стыдно было людям в глаза смотреть». И с этим критерием тоже было все достаточно понятно: нужно дать образование и нравственное воспитание. Рассказать, что такое хорошо и что такое плохо. Цель оправдывала средства, поэтому допускались жесткие ограничения и физические наказания.

Время шло, развивались психология и гуманная педагогика. Появилась идея «все проблемы из детства» – и возникло желание обеспечить беспроблемное детство ради беспроблемного будущего. Критерием хорошего родителя стало стремление вырастить счастливого человека. И вот тут мы зашли в тупик. Потому что четких критериев счастья нет. И четких правил его достижения тоже. Даже если будем придерживаться определенных критериев, вопросов меньше не станет.

Нужно, чтобы ребенок был здоровым. Как этого достичь? Заставлять есть полезную пищу и делать зарядку? Насильно вытаскивать на прогулку? Но такие методы не сочетаются с критерием психологического здоровья. Воспитывать своим примером? А что, если пример не работает? Мама ест брокколи, папа ест брокколи, а ребенок хочет чипсы: «А моему другу родители разрешают есть чипсы». Это все влияние социума. Но нельзя же изолировать ребенка от социума!

Нужно, чтобы ребенок был успешным. А что такое успех? А разве «погоня за успехом» не равно «невроз»? Пусть лучше будет расслабленным. Но тогда он ничего не добьется. А как может быть счастлив человек, который ничего в жизни не добился? Как найти золотую середину?

Или счастлив тот, кто не испытывает негативных эмоций? А что для этого мы можем сделать? Потакать всем желаниям? Но тогда мы получим избалованного ребенка.

Как правильно? Да кто ж знает! И вот эта необходимость ежедневного выбора без четкого критерия правильности невротизирует и выматывает.

В прошлом родители многие решения принимали на автопилоте, не обдумывая их, не затрачивая время. Отдел мозга, который занимается принятием решений, выработкой стратегии и оценкой, самый энергоемкий. А современный родитель целый день принимает решения. Разбудить ради соблюдения режима или дать поспать еще ради хорошего настроения? Покормить с ложки или пора прекращать баловать? Уложить спать с собой или не укладывать? Пойти гулять или остаться дома? Взять с собой в отпуск или нет? А еще огромное количество мелких решений: разрешить или не разрешить? Дать или не дать? Сказать или не сказать?

Сложно быть родителем! Сложно еще и потому, что все дети разные. Поэтому невозможно написать для родителей универсальную инструкцию, как выходить из сложных воспитательных моментов. То, что работает с одним ребенком, не всегда срабатывает с другим. Почему? Потому что за внешней схожестью поведения могут стоять разные причины. Потому что у детей разные особенности характера, обусловленные разной генетикой. Разные особенности здоровья и развития. Разные особенности семейных отношений.

И хотя эта книга построена как последовательность вопросов и ответов на них, мы ставили задачу не снабдить вас готовыми решениями, а помочь направить мысли в нужное русло. Научить искать причины того или иного поведения. И видеть золотую середину – уметь балансировать между крайностями, не впадая ни в одну из них. Научить видеть «красные флаги» – симптомы, с которыми лучше обратиться за помощью к специалисту.

Отвечать на эти вопросы мы будем вдвоем: я, Анна Быкова, и моя коллега Юлия Малафеева, клинический психолог.

Правила и запреты

Как не сломать психику ребенку, но при этом сделать так, чтобы он слушался родителей?

«Сломать психику» – это популярная родительская страшилка. Но в профессиональной терминологии такого диагноза, как «поломанная психика», нет. Есть понятие «психотравма» (психологическая травма). И вот чтобы такая травма случилась, ситуация должна расцениваться психикой как угроза жизни и здоровью. То есть если за непослушание вы будете лупить ремнем или каким-либо другим образом причинять физическую боль, психика воспринимает это как угрозу жизни и здоровью, а значит, определяет ситуацию как психотравмирующую. Поэтому психологи давно и настойчиво говорят о необходимости исключить физические наказания. Но это не единственный способ создать психотравмирующую ситуацию.

Маленький ребенок один, без взрослых, в этом мире не выживет – это понятно даже на бессознательном уровне. Поэтому все ситуации, в которых ребенку кажется, что он теряет своих взрослых, равносильны угрозе жизни, а следовательно, являются психотравмирующими. Это значит, что к запрещенным методам воздействия относятся также все манипуляции, воспринимаемые как потеря родителей. Это такие угрозы, как «Я тебя в детский дом отправлю», «Я сейчас тебя чужому дяде отдам», «Я уйду от тебя». Когда родитель ничем не угрожает, но начинает ребенка игнорировать, как будто тот перестал быть видимым, делает вид, что не слышит, не отвечает на вопросы, – это тоже символическая потеря родителя.

Но, думаю, родители, которые задаются вопросом о сломанной психике, подобные методы точно не используют. Такой вопрос формулируют те родители, которые считают, что любое давление на ребенка причинит непоправимый вред его психике.

Однако это не так. Если ситуация ни сознательно, ни бессознательно не оценивается ребенком как угроза жизни и здоровью, то травмирующей она не будет. Даже если ребенок не согласен с решением родителей. Даже если это решение вызывает сильные негативные эмоции. Например, папа выключил мультфильм и говорит: «Все, время мультиков вышло, теперь умываться и спать». Ребенок кричит и требует снова включить, отказывается идти в ванную.

В этой ситуации современные родители часто оказываются в ловушке вынужденного шпагата. Это когда одной ногой мы стоим на ценностях гуманистической педагогики, приняв за правило, что мы не поднимаем на ребенка руку и не повышаем голос, а другой – на родительском ожидании, что ребенок должен слушаться, и решении, что именно ребенок должен сделать прямо сейчас. Было бы очень результативно

Есть педагогические приемы, способствующие смягчению протестной реакции, но стопроцентной гарантии радостного послушания они не дают.

Прием «Предупреждение».Предупреждаем заранее обо всех изменениях, которые ждут ребенка, чтобы он успел подготовиться, настроиться, завершить начатое дело: «Это последний мультик, потом мы выключаем и идем умываться».

Прием «Переключение».Переключаем внимание ребенка на ожидание чего-то желаемого: «Умоемся, и я тебе книжку почитаю. Помнишь, вчера дочитали до места, где они сундук откопали. Интересно узнать, что в этом сундуке? Ты как думаешь?»

Прием «Подкрепление».Хорошее поведение желательно подкрепить эмоциональным поглаживанием: «Да ты ж моя умница, зубки почистила, сама пижаму надела. Дай я тебя обниму». В ситуациях, если эмоциональное поглаживание неэффективно или ребенок на него не реагирует, можно подключать систему поощрений и игровые элементы. Например, преподносится наклеечка за то, что вовремя лег спать. Собрал семь наклеечек за неделю – нарисованный персонаж поднимается по нарисованной лестнице на одну ступеньку выше. Задача – подняться до самого верха лестницы. А что там? Либо реальный материальный приз – подарок. Либо (этот вариант мне нравится больше отсутствием материальной стимуляции) рыцарь доберется до окна принцессы и спасет ее от дракона.

Правда, потом предстоит схватка с ним. Чтобы победить дракона, надо совершить какой-нибудь трудовой подвиг, допустим, сделать генеральную уборку в детской (с родительской помощью). Это ужеприем «Геймификация»– различные игровые моменты, которые как бы невзначай поддерживают воспитательные цели. Ведущий вид деятельности дошкольника – игра. Если получится превратить нужную вам деятельность в игру, то вовлечь ребенка будет значительно легче.

А что, если ни один прием не сработал? А что, если у родителей нет ни сил, ни фантазии придумывать игровые формулировки?

Тогда есть другой прием.

Прием «Присоединение».Присоединяемся к эмоциям ребенка. Проговариваем, что нам тоже знакомо это состояние. А потом говорим что-нибудь совершенно неожиданное, вызывающее удивление и любопытство. «Очень хочется дальше смотреть мультик? О! Как хочется смотреть мультик! Почему нельзя смотреть мультик столько, сколько хочется! Как я тебя понимаю! Я тоже люблю смотреть, только не мультики, а сериалы. Я бы села и смотрела десять серий подряд. Но надо выключить телевизор и отправиться спать, чтобы проснуться утром и идти на работу. Если бы у меня была волшебная палочка, я бы остановила время. Чтобы время не шло, пока я смотрю сериалы. Или сделала бы себя человеком с суперсилой. Эта суперсила в том, чтобы вообще не спать. А какую суперсилу ты наколдовал бы себе?» И вот уже за руку ведем ребенка в ванную, пока он фантазирует про суперсилу.

Успех при применении этого приема тоже не гарантирован. Возможно, ребенка придется просто крепко взять за руку и увести в ванную, несмотря на его недовольство и протест. Но «недовольство» не равно «травма»!

На то мы и родители, чтобы иногда что-то требовать. Или не иногда. С некоторыми детьми требовать приходится чаще.

Есть дети более сговорчивые, более покладистые, более послушные. Это зависит не только от воспитания. Если вам кажется, что у вас какой-то особенно упрямый ребенок, присмотритесь к себе и своим родителям. Скорее всего, кто-то из близких родственников такой же упрямый, и это наследственная черта характера. Применение различных педагогических приемов и других секретов воспитания не меняют натуру ребенка, а лишь помогают сгладить острые углы.

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Важно учитывать индивидуально-психологические характеристики ребенка, особенности его нервной системы и этап возрастного развития. Есть очень чувствительные дети, для которых уже небольшое повышение тона голоса, изменившееся выражение лица значимого взрослого – это повод запаниковать, а есть те, которые мало реагируют на практически любые педагогические приемы.

Чувствительным детям желательно подбирать более спокойные условия, договариваться с ними, объяснять причины тех или иных действий, но при этом все же необходимо придерживаться установленных в семье правил. Облегчает положение то, что чувствительным детям обычно нравятся режимные моменты и правила, так как они делают мир более предсказуемым и снижают чувство тревоги, которая свойственна таким детям.

Бывают дети, которые остро сопротивляются любым попыткам взрослого настоять на выполнении обычных бытовых требований (лечь спать, почистить зубы, выйти из комнаты, когда родители заняты и просят играть в другом месте). Эгоцентризм в целом свойствен этому возрасту, но у таких детей он становится основой характера, и собственные желания крайне мало соотносятся с желаниями и потребностями окружающих. Дети настойчиво стремятся добиться своего, и это прекрасно: есть большая вероятность, что они вырастут настойчивыми, целеустремленными людьми, однако успешность, степень их адаптации будет напрямую зависеть от развития способности думать не только о себе. В этом случае родителям стоит быть еще более настойчивыми в привлечении к выполнению значимых в семье и обществе правил и регулярном напоминании о своих чувствах и желаниях: «Ты сейчас громко кричишь и бьешь маму, потому что не хочешь ложиться спать. Мне очень неприятно, больно, грустно». И о чувствах других людей: «Ты отнял у мальчика его машинку, он очень расстроился, тебе же тоже будет неприятно, если твою вещь заберут».

Важно помнить, что любые крайние проявления характерологических (индивидуально-психологических) особенностей – и сверхчувствительность (нельзя прикоснуться, повысить голос и т. п.), и абсолютная невосприимчивость к чувствам и потребностям других (родитель рассказывает, как ему больно или грустно, а ребенок, например, смеется или с нейтральным выражением лица продолжает свои действия) – повод обратиться к специалисту (клиническому психологу, неврологу, психиатру), так как это может быть связано с нарушениями на уровне центральной нервной системы и без своевременной коррекции высока вероятность сохранения и усиления данных особенностей до степени нарушения социальной адаптации.

Иногда за «характер» (настойчивое требование желаемого) мы принимаем трудности переключения. При наличии такой особенности нервной системы, как слабая переключаемость, может наблюдаться фиксация на какой-то эмоции (начал плакать и не в состоянии успокоиться, даже когда ситуация разрешилась), деятельности (играет в одну игру долгое время, не вовлекается в другие, не идет обедать, спать…), способе решения задачи (начал обводить заданные фигурки и не получается начать выполнять новую инструкцию с ними, например раскрашивать). Это бывает связано с функциональной незрелостью зон мозга, ответственных за кинетический фактор (фактор переключаемости), но может быть и нарушением. Все зависит от возраста и степени проявления трудности. В таком случае необходимо обратиться к специалисту (нейропсихологу для начала). Родителям, которые замечают

Теперь подробнее о возрастных этапах. Есть такие возрастные периоды, когда большинство детей становятся очень «характерными»: часто проявляют негативизм и оппозиционность, раздражительность, делают все наоборот, на любое предложение первый ответ – «нет!» Если подобные проявления ранее не были свойственны ребенку и актуализировались в возрасте около трех лет, то, скорее всего, мы имеем дело с кризисом развития. На протяжении всего детства и особенно ярко в кризисные периоды перед ребенком стоит внутренняя задача – сепарация (отделение) от родителя. В этом случае «нет» – это возможность отделить свои желания и намерения от желаний и намерений родителя. Очень важный и нужный период! И чем больше давление на ребенка в это время, тем сильнее он станет сопротивляться и настаивать на своем, а если родитель все время «выигрывает» в этом соревновании с ребенком («Неважно, что ты хочешь, будет как я сказал!»), то у одних детей это приведет к усилению и закреплению проявлений негативизма, а у других – к подавлению инициативы и трудностям принятия собственных решений в будущем. И у тех и у других детей не произойдет адекватного разрешения возрастной задачи. Во взрослом возрасте мы получим либо постоянных оппозиционеров (со всеми борются, непрерывно отстаивают свои права), либо зависимых, слабо понимающих свои желания и ориентирующихся на мнение авторитетов людей.

Что же делать, если это возрастной кризис? Помнить о режиме и основных правилах общения, а в остальном давать возможность выбора. И радоваться, что ребенок взрослеет.

Как найти золотую середину между авторитарностью и вседозволенностью?

Как не стать тираном, но и не потерять авторитет? Когда материнская любовь превращается в мягкотелость и потворство? Это лояльность по отношению к ребенку или попустительство? Как не уйти ни в одну крайность: ни в чрезмерную мягкость, ни в чрезмерную строгость?

Сложность поиска золотой середины возникает там, где существует убеждение, будто любовь – с одной стороны: там, где всё разрешают. А строгость – с другой: где не разрешают. Такая «лента» с двумя концами: тут любовь, а тут строгость. Берем эту ленту, соединяем концы, получаем кольцо.

Больше нет никакой середины, не нужно ее искать. Есть любовь, и есть строгость. Одновременно. Строгость соблюдения режимных моментов и правил – из любви к ребенку. Травмирует строгость без любви, суть и мотивация которой – сделать так, чтобы ребенок просто не мешал, чтобы его не было видно и слышно, а потребности самого ребенка абсолютно не волнуют. Травмирует не строгость, а отсутствие любви. Если же мы проявляем строгость из любви к ребенку, из внимания к его потребностям (пусть даже он их сам не осознает, сопротивляется, сердится), это не является травмирующей ситуацией. Запрещать, ограничивать ведь можно по-разному. Если образно: железная клетка под напряжением или мягкое тяжелое одеяло, которым нежно, но уверенно укутывают. И в том и в другом случае – куда-то не пустили, обездвижили, но ощущения и последствия разные. Когда вы что-то запрещаете ребенку, спросите себя: «Действую ли я сейчас из любви? Есть ли в этом запрете потребность?» Чья эта потребность? Какая это потребность? Потребность в безопасности? Потребность в поддержании здоровья? Потребность в формировании границ? Но выстраивать границы необязательно жесткими методами. Образно говоря, достаем мягкое одеяло и заворачиваем, приговаривая: «Нет, мы так не делаем. Нет, так нельзя». Нам важно остановить нежелательные действия, объяснить, обнять, отвлечь, переключить внимание, выдержать эмоции – и все это с любовью.

Стоит ли потакать ребенку, когда он в истерике? Может, немного строгости не помешает?

Строгость – в соблюдении правил. А любовь – в атмосфере, в которой эти правила вводятся, и в том числе в контейнировании эмоций[1]: важно только правильно понимать термин «контейнирование». Потому что с профессиональными терминами так случается, что, когда они уходят в народ, первоначальное значение меняется. Срабатывает эффект испорченного телефона.

В семейном лагере, который я организую на Урале, шестилетний ребенок как-то два часа громко рыдал от разочарования, что в том месте, куда его привезли, оказывается, нет моря. До этого его всегда возили на отдых к морю. А тут привезли на Урал – и море не налили. Мама не знала о его ожиданиях, растерялась, ушла в чувство вины, оттого что не предупредила, не выяснила потребность ребенка. Два часа извинялась, объясняла, почему нет моря и почему нельзя прямо сейчас улететь туда, где оно есть. Но чем больше она говорила, чем дольше извинялась, тем сильнее негодовал разочарованный сын. Настолько, что в порыве злости даже стукнул маму. Когда мы потом с мамой Катей обсуждали этот случай, она произнесла фразу: «Но я думала, контейнировать – это уговаривать ребенка до тех пор, пока он не успокоится».

Смысл контейнирования в том, чтобы помочь прожить непереносимые эмоции. Родители помогают справиться с тем, с чем ребенок сам пока справиться не в состоянии. Гнев, ненависть, разочарование бывают настолько сильными, что он может испугаться своих чувств. Задача родителей – своим поведением дать понять, что испытывать эмоции – это естественно, к ним нужно относиться с вниманием, но они проходят.

Быть «контейнером» для чувств другого человека – это значит помочь ему разобраться с переполняющими его переживаниями, но не вовлекаться эмоционально самому. Иначе возникает эффект эмоционального заражения и усиление общего напряжения.

И вместо успокоения – нарастание аффекта. Если вернуться к примеру, можно было бы сказать следующее: «Ты думал, что тут будет море? Расстроился? Мне жаль, что я не догадалась тебя предупредить. Я не знала, что ты ожидал море. Но я думаю, когда ты переживешь это разочарование, то сможешь увидеть что-то положительное в этой поездке. С тобой посидеть или ты быстрее один успокоишься?» И дальше, если он не попросил посидеть с ним рядом, можно оставить ребенка одного на какое-то время, убедившись, что онв безопасности сам и не представляет опасности для других (не швыряет в гневе тяжелые предметы во всех, кто рядом). Оставить («Ладно, я вернусь к тебе позже») можно и

Детям, при прочих равных вводных, требуется разное время для успокоения. Это не только от действий или слов родителей зависит. Если ваш ребенок долго успокаивается, то это вовсе не потому, что вы что-то делаете не так. Просто у него такая натура. Если вы на какое-то время оставляете его наедине с эмоциями, это не означает, что в этот момент вы его игнорируете. Вы в принципе в контакте с ребенком? Внимание ему уделили? Показали, что видите его эмоции и принимаете их? Объяснили, что происходит? Дали понять, что с этим все в порядке и он справится? Значит, процесс контейнирования состоялся. Не состоялся, если вы игнорируете ребенка, запрещаете проявлять эмоции, ругаете за их проявление или высмеиваете.

Строгость при воспитании детей, конечно, нужна. Но строгость – это не грубость, не агрессия. Строгость – это способность устанавливать правила там, где это необходимо, и требовать их соблюдения. Это способность сохранять устойчивость при попытке ребенка продавить границы. В моменты, когда он встречается с нашей строгостью в виде правил и ограничений, важно, чтобы он продолжал чувствовать себя принимаемым и любимым.

Как грамотно помочь ребенку выстроить свои границы и не вырастить при этом эгоиста?

Одно другому не мешает. Помогая ребенку понимать и чувствовать личные границы, мы не формируем эгоиста. Эгоиста мы формируем в том случае, если забываем ему рассказывать о личных границах других людей. То есть к осознанию своих границ и способам их защиты важно добавить понимание, что у других людей тоже есть границы и с этим нужно считаться.

Границы нужны. Это одна из основных задач воспитания – сформировать понимание «можно», «нельзя», «плохо», «хорошо». Вседозволенность – это отсутствие границ и отсутствие понятий «что такое хорошо и что такое плохо». Вседозволенность или отсутствие понимания границ не является благом ни для ребенка, ни для семьи. Необходимо сформировать в нем понимание не только личных границ, но и личных границ других людей. «Безграничный» ребенок растет, нарушая личные границы близких. Им при этом не очень комфортно, но, допустим, они терпят. И «безграничный» ребенок выходит в социум. А социум не будет терпеть. Если родители не делают замечания своим детям, то они могут столкнуться с тем, что это будут делать другие. Не факт, что в щадящей, корректной форме.

Показать, как выстроить границы, легче и эффективнее всего на личном примере, сообщая ребенку, когда он нарушает ваши границы, и настаивая на их соблюдении. Конечно, формулировку «Ты сейчас нарушаешь мои границы» лучше не использовать, потому что она непонятная и неконкретная. Заменяем на конкретные и понятные: «Это моя расческа. Пожалуйста, не бери мою расческу», «Это моя тарелка. Я не разрешаю есть из моей тарелки», «Ты делаешь мне больно. Мне так не нравится. Я так не буду играть».

Если без наказания не обойтись, то какие способы допустимы?

Прежде всего считаю нужным заметить, что наказание – это не обязательный элемент воспитания. Старайтесь избегать наказаний, прибегая к ним только как к крайней мере. Потому что чем чаще вы их используете, тем меньший эффект они имеют. То, с чем сталкиваешься каждый день, перестает быть чем-то значимым. Ребенок, который часто стоит в углу, адаптируется к этому времяпрепровождению.

Знакомый мужчина как-то рассказывал, что, стоя в углу, представлял автогонки. Как будто линии узора на обоях – это автотрассы. Необходимость долго стоять в углу лицом к стене хорошо способствовала развитию воображения, но меньше шалить он от этого не стал. А почему шалил? Из любопытства. То, что взрослые называли «шалостями», было желанием познавать мир. А что будет, если мамину герань полить зеленкой? Станет ли от этого белый цветок зеленым? Поднимется ли зеленка от корней к соцветиям? Хотел проверить и нечаянно зеленку опрокинул, залил подоконник и паркет. Отругали, поставили в угол. Была у него потребность лить зеленку на паркет? Нет. Можно ли наказывать за непреднамеренные действия? Нет. В чем состояла его потребность? Проверить, можно ли окрасить цветок изнутри. Если бы родители об этом знали заранее, они могли бы помочь ему в организации эксперимента. Купить срезанную белую хризантему. Поставить ее в воду, подкрашенную пищевыми красителями. Наблюдать за происходящими изменениями.

Можно предотвратить многие шалости, если ребенок своими идеями до осуществления будет делиться с вами. Редкий ребенок творит зло умышленно. Чаще проступки случаются от незнания, неумения, неспособности предвидеть негативные последствия.

Нельзя наказывать за непреднамеренные действия с непредсказуемыми последствиями! Если ребенок не знал, что так получится, не хотел таких последствий, то это произошло нечаянно. Объясняем, помогаем установить причинно-следственную связь. Можно показать, что мама расстроена случившимся, если она действительно расстроена. По возможности подсказываем, как устранить последствия.

Нельзя также наказывать за действия, совершенные в аффекте. Например, дети в пылу ссоры что-то не поделили, сломали, устроили драку. Одна мама наказывала детей-погодков лишением игрушек за драки. Подрались – забирает игрушку, из-за которой подрались. К концу дня уже игрушек не осталось, а драки продолжаются. Наказания не работают. В дошкольном возрасте детям сложно контролировать свое поведение, особенно когда ситуация эмоционально накалена, поэтому, сколько ни наказывай, конфликты продолжатся. Наказание только усилит негативные эмоции, но не изменит поведение в будущем. К обиде на брата добавится обида на маму. Наказанный ребенок будет чувствовать себя никому не нужным, а мир – враждебным. Что делать? Можно развести по разным комнатам, обсудить произошедшее, проговорить эмоции, желания. Научить, как можно избежать конфликта. Обсуждая случившееся, мы помогаем устанавливать причинно-следственные связи и развиваем эмоциональный интеллект. От этого в долгосрочной перспективе пользы будет больше, чем от наказания.

Наказание не должно быть без предупреждения. Ребенку нужно объяснить, что так делать нельзя, потому что существуют такие-то последствия. Далее мы рассказываем, какие конкретно последствия могут наступить для него, если он еще раз так сделает. И выполняем свои обещания.

В идеале наказание должно быть естественным следствием поступка. Например, ребенок ел конфеты и раскидал фантики, а убирать за собой не хочет. «Хорошо, – говорит мама. – Я сама сейчас уберу, но месяц конфеты покупать не буду, потому что не люблю, когда по квартире разбросаны фантики». Если после этих слов ребенок фантики не убрал, то мама убирает сама, но обещание сдерживает и конфеты не покупает. Здесь прямая логика: не убираешь фантики от конфет

Нет конфет – нет фантиков – нет проблем. А если ребенка наказали за разбросанные фантики тем, что лишили мультиков, то здесь нет логики прямых последствий.

Нельзя наказывать, если ребенок не знал, что так нельзя, и не был предупрежден о наказании. Представьте, что вы в гостинице решили задернуть шторы, потому что свет уличного фонаря мешает спать. Но только вы потянули за штору – на вас упал карниз. И тут же в номер заходит администратор и говорит: по нашим правилам шторы трогать нельзя, с вас штраф. Вы возмутитесь? Скажете: «Почему не предупредили?» А теперь представьте, что вы полностью зависите от администратора. Со спокойной ли душой вы останетесь в этом номере? А вдруг у них еще и стул переставлять нельзя, за это тоже штраф? Хотите тревожного и неуверенного ребенка – наказывайте без предупреждения за любую инициативу. (Это не главная и не единственная причина тревожности, но возможная.)

Наказание возможно как крайняя мера, если ребенок уже точно знает, что так нельзя. Понимает, что будут последствия. Предупрежден о наказании и в состоянии себя контролировать.

Но даже в этом случае наказание может не работать, если соблазн что-то сделать сильнее. Или если ребенок начинает «бороться с родителем». Одна моя знакомая делилась воспоминаниями из детства. Она росла в деревне, где дети дошкольного возраста гуляли одни и им разрешалось компанией уходить далеко от дома. Компании, как правило, были разновозрастные, с младшими детьми гуляли старшие братья и сестры. Родители моей знакомой в то время установили единственное требование относительно прогулок: приходить домой в девять вечера. Но у семилетней девочки были подружки восьми, десяти, двенадцати лет, и они гуляли летом до десяти и даже до одиннадцати часов вечера. Так что она возвращалась домой всегда позже девяти. За это ее наказывали.

Лупили по попе резиновым шлангом от стиральной машины. Поэтому, уходя на прогулку, та девочка прятала шланг. Мама шланг все равно находила и лупила вдвойне: и за опоздание, и за спря-танный шланг. Однако на следующий день все повторялось: «Я уже с утра думала, куда сегодня спрячу шланг». А мысли прийти вовремя не возникало. Тогда наказание ужесточили. Лишили прогулок на три дня. Не выпускали со двора. Гулять разрешили только по огороду, с подружками через забор разговаривать. Но как только срок заточения закончился, первое, что сделала девочка, – спрятала шланг. Потому что знала: опять вернется поздно. Почему она не слушалась родителей? Потому что, если ты гуляешь со сверстниками, играешь с ними, очень сложно прекратить игру, прервать веселье, отделиться от всех и одной идти домой. Потребность дочери – быть в компании детей, получать удовольствие от общения. Потребность родителей – в спокойствии за дочь. Если наказание совсем не работает, нужно искать новые решения на пересечении потребностей. Поговорить со старшими детьми из компании, чтобы вечером провожали до дома. Иногда угощать печеньем друзей дочери, повышая их лояльность к просьбе. По вечерам за чаем подолгу беседовать с дочкой о том, как прошел ее день, чем занимались, куда ходили, чтобы быть в курсе происходящего. А резиновый шланг доставать только для стирки.

Если говорить про виды наказания, то однозначно исключаем все, что связано с причинением боли или унижением. Это недопустимо. А что допустимо?

Наказание в виде естественных последствий.«Если ты сейчас не начнешь одеваться, мы опоздаем в кино». Не начал. Опоздали. Естественные последствия наступили. Расстроился. Выводы сделал.

Наказание в виде устранения естественных последствий.«Не вертись. Уронишь что-нибудь со стола». Уронил. Рассыпал. «Ну что ж, теперь собирай».

Наказание в виде лишения каких-то бонусов, удовольствий.Это не следует применять часто, чтобы ребенок не был постоянно лишен удовольствий. Если вы наказываете ребенка каждый день, то возникает вопрос, а не слишком ли вы требовательны к нему. Может быть, ваши требования не соответствуют возрастным нормам развития?

Что делать, если ребенок совсем не слушается, не реагирует на слова, обращенные к нему?

Ребенок не слушается – такое бывает. Это нормально, если временами он хочет делать то, что хочет. У меня бы вызвала настороженность обратная ситуация, когда ребенок во всем и всегда слушается, во всем и всегда соглашается. Все ли с ним в порядке? В контакте ли он со своими желаниями? Желания двух людей могут не совпадать. Во взрослой жизни кто-то кому-то уступает. Или люди расходятся. Я сейчас не про развод супругов, есть менее драматичные примеры. Например, я хочу в магазин одежды, а подруга – в магазин игрушек. Она может пойти со мной, а потом я с ней. Либо мы в целях экономии времени расходимся каждая по своим делам. Никто ни на кого не кричит, никто никого не принуждает, никто ни на кого не обижается, никто ни за кого ответственности не несет. Но в данном случае мы не зависим друг от друга. А в детско-родительских отношениях есть взаимозависимость. Родитель несет ответственность за ребенка и потому не вправе уйти и оставить его. Так же как не вправе всегда потакать ребенку. Не может позволить ему вести себя неподобающим образом в общественном месте. Портить имущество. Оставить ребенка в опасной ситуации. То, что нравится и вызывает положительные эмоции, не всегда является допустимым поведением. Ребенку сложно отказаться от удовольствия, поэтому сложно остановиться по первому требованию.

Дети бегают в магазине, играя в догонялки. При этом иногда роняя товары с полок и задевая других посетителей. Мама говорит: «Перестаньте! Прекратите бегать! Быстро идите оба сюда!» Дети ее слышат, но не могут остановиться. Возбуждение очень сильное, резко его погасить не получится. Нужно детей переключить на что-то другое, заинтересовать иной деятельностью, привлечь к выбору товара или предложить называть все товары на букву К.

Вам кажется, что ребенок намеренно вас игнорирует и делает все назло? Вы задали вопрос, а он демонстративно отвернулся? Но, может быть, он действительно вас не слышит? Может быть, он слишком погружен в свои мысли, в свой мультик или игру. Установите контакт глазами. Задайте вопрос, на который он даст ответ: «Ты меня сейчас видишь?», «Ты меня сейчас слышишь?» Повторите простую инструкцию, что он должен сейчас сделать.

Реже бывает, когда ребенок не слушается принципиально. Когда хочет как-то наказать взрослых и тем самым восстановить справедливость. Вы меня обидели – теперь я вас обижу. Вы мне сделали плохо – я вам сделаю плохо. «Сделали плохо» в его

В общем, как всегда, нет простого ответа. Опять требуется разбираться в причинах «плохого» поведения. Слишком возбужден, не может остановиться, не может переключиться, не слышит, обиделся и хочет отомстить или хочет привлечь внимание. На каждую причину – свои способы реагирования и свои способы предупреждения непослушания.

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

В некоторых случаях непослушание ребенка бывает обусловлено не желанием поступить по-своему, а невозможностью воспринять или понять, чего хочет от него другой человек.

Так, например, при расстройствах аутистического спектра ребенок большей частью погружен в свой внутренний мир и лишь изредка «выныривает» из него. Такие дети избегают визуального контакта, сосредоточены на собственных переживаниях, часто играют в одиночку в стереотипные игры, но иногда могут неожиданно выполнить простую просьбу, ответить по существу или повторить только что сказанное им, однако долго находиться в контакте для них невозможно. Упреки и наказания с ними не работают – наоборот, могут усилить стремление избегать взаимодействия с миром. Аутизм, к сожалению, не проходит сам по себе, нужна помощь специалистов: психиатра, клинического психолога, дефектолога.

За «непослушанием» часто могут прятаться симптомы нарушения слуха и/или речевого развития. Если ребенок в целом отстает в развитии, позже начал держать голову, сидеть, ходить, говорить по сравнению со своими сверстниками, то обычно от него и не ожидают такого же следования инструкциям, как от нейротипичных детей[2]. Но бывает, что ребенок вполне сообразительный, у него хорошо развита моторика, однако добиться от него, чтобы он сделал то, о чем попросили, практически невозможно. В таких случаях имеет смысл проверить слух и понимание обращенной речи. У детей с сенсорной алалией (расстройством речи, обусловленным запаздыванием созревания нервных клеток в определенных областях коры головного мозга), например, при сохранном интеллекте отсутствует связь между звуковой оболочкой слов и их смыслом. То есть они слышат, что им говорят, но не понимают, в лучшем случае улавливают отдельные простые знакомые слова и реагируют на них. Для таких детей значимы интонации, жесты, контекст ситуации, но сами слова они понимают плохо, еще хуже – длинные предложения, включающие сложные логико-грамматические конструкции («Не мог бы ты сходить на кухню и захватить мне пару капкейков, лежащих справа от плиты»), которые звучат для такого ребенка как иностранная речь, поэтому он оказывается «непослушным», то есть никуда не идет, а если и идет, уловив слово «кухня», то ничего не приносит. Родителям, чтобы быть понятыми, важно упрощать свою речь, использовать жесты, четко артикулировать. И, повторим, нужна помощь специалистов, прежде всего невролога или психиатра, сурдолога и логопеда.

Еще один «клинический» вариант непослушания могут демонстрировать дети с СДВГ (синдромом дефицита внимания и гиперактивности). Это чрезмерно активные, неугомонные дети, которым трудно сосредоточиться и, соответственно, воспринять просьбы окружающих. Как правило, это умные дети и у них нет злого умысла в нарушении правил, но им трудно удерживать одновременно несколько инструкций, их нервная система в моменты быстро наступающего утомления перевозбуждается, что проявляется в хаотической нецеленаправленной активности (везде лезут, на все натыкаются, громко кричат, смеются…). Они бы и хотели быть внимательнее и спокойнее, так как им важно одобрение окружающих, но не получается. Помогает в таких случаях соблюдение режимных моментов, умеренная и целенаправленная физическая нагрузка, а также нейропсихологическая коррекция и медицинское сопровождение.

Как объяснить ребенку, почему другие люди делают то, что нельзя (особенно если это делают близкие)?

Нельзя переходить дорогу на красный, но папа иногда так делает. Нельзя курить, но дедушка курит. Нельзя купаться в фонтане, но другие купаются.

Если это посторонние люди, то нарушение ими правил обычно вызывает у ребенка удивление и вопросы: «А почему тетя пошла на красный свет, ты же говорила, что нельзя?», «А почему мальчику можно конфету до еды, а мне нет?» В таких случаях правила становятся поводом для обсуждения. Можно поговорить с ребенком, почему они придуманы. Объяснить, что в основе правил лежит забота о жизни и здоровье, посочувствовать тем, кто об этом не знает или забыл. Но если речь идет о близких людях, то ситуация сложнее. Мы, конечно, можем подобрать какое-то объяснение, но оно не окажется убедительным, потому что перед глазами другой пример, и не постороннего, а значимого взрослого. Каким образом для ребенка разрешится амбивалентность «нельзя, но можно» – неясно. Может быть, решит для себя, что курить не так уж и плохо. Может, решит «перевоспитывать» взрослого.

Я в детстве, в возрасте пяти лет, увидела мультфильм про каплю никотина, убивающую лошадь, – шедевр советской мультипликации. Впечатлилась. На тот момент у меня был курящий папа, которому (как я поняла из мультика) грозила опасность черных легких. Я поняла, что папу нужно спасать. Каждый раз, когда он на улице закуривал сигарету, я повисала на его руке и ныла: «Папа, выбрось, выбрось, капля убивает лошадь, а три капли – слона!» Я была несносным ребенком. Папа через какое-то время устал слушать про лошадь и бросил курить. И вот тогда гармония в моей детской душе восстановилась, потому что исчезло противоречие: у моего хорошего папы не было плохой привычки. Нам, взрослым, нужно стараться, чтобы то, что мы говорим детям, совпадало с тем, что они видят в нашем поведении.

Если наказывать детей за проступки, есть ли разница, кто из родителей это делает?

Наказывает, делает выговор, серьезно разговаривает о случившемся с ребенком тот, кто в данный момент рядом. Мне не нравится игра родителей в «плохого и хорошего полицейского». Потому что таким образом формируется двойственное представление о правилах. Как будто если что-то нельзя, то не потому, что это объективно плохой проступок, а потому, что его таким считает папа (если карающим, «плохим полицейским» в семье назначили именно его). Речь в этой книге идет о детях дошкольного возраста. А чем младше ребенок, тем меньше времени должно проходить между событием и обсуждением произошедшего, потому что к вечеру он может с трудом вспомнить события утра.

В период формирования нравственности, понимания, что такое хорошо и что такое плохо, ребенок должен стремиться совершать хорошие поступки и не совершать плохие не для того, чтобы избежать наказания, а потому, что так велит его совесть. Когда близкие взрослые едины в требованиях, одинаково

Как приучить ребенка убирать за собой игрушки?

Для того чтобы приучить к чему-то ребенка, сначала родители должны приучить к этому себя. Например, приучить себя соблюдать порядок и контролировать процесс наведения порядка.

Мама заглянула в комнату, потребовала прибрать игрушки. Потом ушла на кухню. Вернулась – игрушки раскиданы. Поворчала, что поздно. Уложила спать. Сказала: «Чтоб завтра обязательно прибрались!» А завтра история повторилась. Потому что зачем делать сегодня то, что можно постоянно переносить на завтра?

В процессе воспитания ребенка опираться нужно на принцип трех «П»: постоянство, постепенность, поддержка.Это значит, что, если мы хотим сформировать привычку убирать игрушки, нужно требовать это постоянно, а не время от времени. Постепенность – это постепенное увеличение объема самостоятельных действий. Сначала помогаем ребенку прибираться. Потом постепенно помощь сокращается. Поддержка – это мягкое напоминание о том, что необходимо сделать, это подбадривание («Давай, мы сейчас мигом все сделаем»), это похвала («Вот видишь, как красиво стало. Ты молодец»).

Можно добавить еще одно «П» – позитивные эмоции. Ребенок легче осваивает какую-либо деятельность, если в процессе у него возникают положительные ассоциации. Поэтому уборку желательно проводить весело. Можно включить подходящую песенку, которая будет впоследствии соотноситься с уборкой. Песенка заиграла – сигнал, что пора прибираться. Добавить элемент игры: «Успеть прибраться до окончания песенки».

Что усиливает сопротивление и мешает формированию навыка?

1. Когда требования порядка со стороны родителей не постоянные, а хаотичные. Это всегда внезапно, в разгар игры. Как будто у родителя настроение испортилось и он решил еще кому-нибудь испортить.

2. Когда за требованием не следует контроль исполнения. Потребовали прибраться. Ребенок начал уборку, но отвлекся. А потом и взрослые забыли о своем требовании. Зачем в следующий раз стараться? Вдруг опять забудут?

3. Ситуация неуспеха. Когда критики больше, чем поддержки. Ребенок прибирается как умеет. А на него сыплются замечания.

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Создание беспорядка может являться символической формой выражения протеста, когда нет возможности выразить его напрямую. Ребенок с чем-то не согласен и поэтому отказывается подчиняться правилам и требованиям. Допустим, родители постоянно нарушают его личные границы. Игнорируют его стеснительность, открывают дверь без стука и приводят в его комнату гостей. Или распоряжаются его игрушками: заставляют поделиться с гостями или даже дарят другим детям. В таком случае ребенок как бы занимает пространство родителей своими вещами в ответ на их «захватническое поведение». Или, зная, как важен его маме порядок, после развода родителей начинает намеренно устраивать хаос, выражая таким образом свою злость на нее. То есть проблема беспорядка может выходить за рамки обычного освоения навыка уборки. Ребенок умеет и может прибирать игрушки, но демонстративно их разбрасывает, отказывается прибирать, потому что внутренний эмоциональный хаос требует внешнего выражения. Как будто ребенок хочет, чтобы через беспорядок родители увидели его и его потребности. В этом случае у проблемы должно быть другое решение. Сначала нужно наладить психологический комфорт в семье, возможно, с помощью семейного психолога, и только потом требовать от ребенка порядка.

Это нормально, что ребенок не видит беспорядка?

На самом ли деле у детей отсутствует понятие порядка? Как объяснить им, что разбросанные вещи – это плохо?

У взрослых людей критерии порядка тоже могут различаться. Немало бытовых конфликтов бывает у людей, которые начинают жить вместе, например студентов в студенческих общежитиях или молодых супругов. Для одного порядок – это когда ничего на полу не валяется. Поэтому гора вещей на стуле тоже относится к понятию «порядок». Для другого эти вещи, даже убранные в шкаф, не создают ощущение порядка, если не лежат там аккуратной стопочкой. Для одного порядок – это когда нет пыли. Другого слой пыли не смущает, но очень раздражают ключи, которые лежат на комоде, хотя для них есть специальная ключница. У человека с идеальным порядком в документах может быть завал на столе.

Откуда берутся такие разные представления о порядке? Только ли в силу воспитания примером и родительских объяснений? Даже в одной семье у одних и тех же родителей при одинаковом воспитательном подходе у детей может сформироваться разное чувство порядка. Одному разбросанные вещи не мешают, а другой испытывает дискомфорт, даже если книги на полке стоят неровно.

Одна моя знакомая рассказывала про свою дочь, уехавшую жить в студенческое общежитие: «Звонит мне и рассказывает: "Мама, у меня такая соседка хорошая, она разрешает мне прибирать ее вещи"». Есть такая особенность у ее дочери: порядок любит, на беспорядок смотреть больно. Поэтому действительно повезло с соседкой, которая разрешает прибирать свои вещи, не выдвигая претензий о нарушении личных границ. Мать удивляется: «Откуда у нее это?» У второй дочери такой мании к порядку нет. Мы, правда, достоверно не знаем, а можем только строить гипотезы, что и в какой степени повлияло на особенности характера.

Мы можем объяснять, что разбросанные вещи – это плохо. Можем учить детей наводить порядок, требовать его соблюдать, однако как организует свой быт выросший ребенок, неизвестно. Знаю взрослых людей, которые считают, что их любовь к порядку привита родителями. Знаю взрослых людей, которые говорят: «Меня так сильно напрягали дома с этим порядком, что сформировали отвращение к нему. Сейчас у меня дома беспорядок, и я кайфую от того, что могу не прибираться, если не хочу». Знаю взрослых людей, которые рассказывали, что в детстве дома никогда не было порядка и родители никогда с этим не напрягали, но когда они стали жить самостоятельно, отдельно от родителей, вдруг появилась любовь к порядку.

Полагаю, что к порядку приучать надо, даже если это окажется «бесполезным» в долгосрочной перспективе и выросший ребенок в своем жилье порядок поддерживать не будет. Польза в другом – это помогает развитию целенаправленной деятельности. Но важно следовать основным педагогическим принципам, применяемым при формировании любого навыка: постепенность, постоянство, поддержка.

Вопрос «как объяснить?» предполагает, что существуют какие-то правильные слова, после которых другой человек сразу поймет, проникнется идеей. Увы, нет таких волшебных слов. Поэтому объясняем как можем, не ожидая, что с нами согласятся.

Помним, что у родителей есть право требовать выполнения правил, даже если ребенок с ними не согласился.

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Порядок важен не только с точки зрения удобства родителей, но и полезен для развития

Самостоятельность и ответственность

Самостоятельный ребенок просит покормить с ложечки. Как реагировать?

И в этом случае, чтобы изменить поведение ребенка, также важно понять причину нежелательного поведения. Почему ребенок просит покормить с ложечки, хотя уже может есть сам?

Если это происходит не постоянно, а периодами, нужно выявить закономерность. Например, это всегда происходит вечером или перед дневным сном? Причиной может быть усталость. Умеет сам, но прямо сейчас нет сил. Или это происходит с утра, ребенок не выспался? И есть хочет, и глаза трет. Тогда лучше покормить его с ложечки и поразмыслить над режимом дня. Перестроить его так, чтобы ребенок не засыпал над тарелкой.

Возможно, он таким образом оттягивает какой-то нежелательный для себя момент? Например, не хочет идти спать днем. Знает, что голодным его не положат, поэтому тянет время. Противоборство «покорми меня» – «нет, ешь сам» может длиться долго, отнимая время от тихого часа, а именно этого ребенок и добивается. Тогда можно попробовать положить спать без обеда, предупредив: когда время обеда выйдет, что съел, с тем и спать пойдет.

Часто бывает, что так проявляется ревность к младшему брату или сестре, которых кормят с ложечки. Старший ребенок хочет, чтобы его тоже кормили, хочет равных условий. В этом случае можно покормить и старшего тоже, но пересмотреть все остальные моменты дня и условия взаимодействия со старшим ребенком. Есть ли у него некая выгода от того, что он старший? Какие-то права старшего? Что можно ему такого, чего нельзя младшему? Аргумент «ты большой» только тогда будет принят позитивно, когда ребенок будет чувствовать еще и личную выгоду от такого распределения. Если же «ты большой» в его восприятии всегда будет касаться только обязанностей («Должен уже понимать!») и каких-то лишений («Уступи младшему!»), то протесты и желание быть маленьким преумножатся.

Возможно, через акт кормления с ложечки ребенок хочет получить внимание, хочет близкого общения с мамой. Когда мама его кормит, она на него смотрит, с ним общается. А когда он ест сам, мама отворачивается, уходит к плите или даже выходит из комнаты. Согласится ли ребенок есть самостоятельно, если при этом мама останется с ним в контакте? Будет сидеть напротив, тоже есть, но смотреть на ребенка и что-то спрашивать.

Еще одна причина – желание заботы. Хочет почувствовать себя любимым. Часто такое «малышковое» поведение сопутствует началу посещения детского сада, периода первичной адаптации или адаптации после длительного перерыва. Обстановка даже в самом хорошем садике все равно отличается от домашней. Ребенок испытывает стресс, и у него возникает потребность сбалансировать его заботой близких. Если есть эта или какая-то другая причина для возникновения стресса у ребенка, то в этот период можно смягчить требования. Проявить необходимую заботу в той форме, в которой ребенок ее запрашивает. Скажите: «Хорошо, давай поиграем, как будто ты снова моя лялечка и я тебя кормлю», таким образом давая понять, что это исключение, а вообще-то вы помните, что он умеет есть сам. В другой раз можно будет сказать: «Извини, сегодня мне некогда играть с тобой в лялечку».

А может быть, это борьба за власть. Ребенок хочет, чтобы его слушались и делали, как он сказал. Если вы точно уверены, что это борьба за власть, вашего внимания сегодня было достаточно, обстановка не стрессовая, ребенок не устал и не болеет, а его тон явно приказной, то нужно обозначить границы: «Я не могу тебя сейчас кормить. Если хочешь есть, бери ложку. Если нет, иди играй». А дальше, возможно, придется выдержать истерику.

Ребенок не делает ничего за просто так, даже одевается за конфетку. Как с этим бороться?

Убрать конфеты. Признать, что этот метод однажды выручил, но потом завел в тупик. Подкупа как метода лучше избегать именно по причине того, что все остальное потом перестает работать. Если я что-то делаю и мне за это приходит вознаграждение, то смысл делать это «даром» теряется. Пообещали конфету – убрал игрушки. Не будешь прибираться – не дам конфету. Допустим, конфет не жаль, конфет много и аллергии на них у ребенка нет. А что, если однажды ребенок скажет, что не надо ему конфет, прибираться он не будет? Пусть не прибирается? И одеваться не будет. И вообще ничего делать не будет. Не хочет он больше конфет. Подкуп больше не работает. И тогда наступает время шантажа: «Если не сделаешь, мультики вечером смотреть не дам!» А что, если скажет: «Ну и ладно. Не надо мне мультиков»?

Основа воспитания – это все-таки не подкуп и шантаж, а хорошие отношения, основанные на любви. В гуманистической парадигме сейчас даже подход к дрессировке собак меняется. Раньше были кнут и пряник. Выполнила собака команду – получила лакомство. Не слушается – щелчок по носу. А недавно мне знакомая рассказала, что в клубе собаководов кинологи теперь учат, что собака должна бояться не щелчков и ударов поводком по бокам, а того, что хозяин с ней играть не будет. И команды выполнять она готова не за лакомство, а за ласковые поглаживания. Собаку надо гладить и играть с ней, чтобы сами отношения были для нее ценностью. И тогда она будет слушаться хозяина, только чтобы не потерять эту ценность.

В теории красиво. Не знаю, насколько работает на практике и со всеми ли собаками работает. Но люди умнее собак, а значит, ценность отношений для них должна быть более очевидна.

Я это так плавно подвела к тому, что убрать конфеты будет легче в том случае, если есть ценность хороших отношений, совместные игры, интересный досуг, внимание и ласковые прикосновения. Чтобы одеваться хотелось не за конфету, а потому, что на прогулке будет что-то интересное и это интересное не хочется пропустить.

С конфетной зависимости можно слезать постепенно. Объясните новые правила. Теперь конфета не в течение дня за выполнение каждой просьбы, а в конце дня, если ребенок слушался (пусть не всегда, но в большинстве случаев). Упрямится, не хочет одеваться – напомнить: «А как же вечерняя конфета?» Без острой необходимости лишний раз о конфете

С какого возраста можно прививать ребенку навыки самообслуживания (налить чай, подогреть еду в микроволновке)?

Это зависит от способностей ребенка. Дети одного возраста могут сильно различаться по своему развитию. Кто-то начинает ходить в десять месяцев, а кто-то – в год и три месяца. Даже если и тот и другой ребенок в четыре года одинаково быстро бегают, новые навыки они тоже будут осваивать в своем темпе. Поэтому ориентироваться лучше на интерес и возможности вашего ребенка, не забывая о правилах безопасности. Все новые навыки ребенок должен осваивать под пристальным вниманием взрослого, готового в нужный момент вмешаться, подсказать, помочь.

Прежде чем учить ребенка наливать горячий чай, нужно научить его наливать негорячие напитки. Чтобы в случае неудачной попытки было достаточно переодеться, а не лечить ожоги.

Прежде чем дать ребенку в руки острый нож и твердый сыр, нужно убедиться, что он ловко режет вареную морковку пластиковым ножичком. Прежде чем оставить ребенка наедине с микроволновкой и желанием разогреть обед, нужно объяснить ему (да не один раз) все тонкости эксплуатации. Рассказать, как взрываются яйца и лопаются помидоры. Какие искры летят от тарелочки с золотой каемочкой. И что будет, если пленочку с упаковки не снять. И про обжигающе горячую посуду из микроволновки тоже не забудьте рассказать.

С какого возраста у ребенка должны появляться обязанности по дому?

Это решается индивидуально и зависит от разных факторов. Во-первых, от особенностей быта семьи. Помыть за собой чашку – чем не обязанность? С ней даже трехлетка справится. Но эта задача перестает быть актуальной, если в семье есть посудомоечная машина. Обязанность пылесосить свою комнату отпадает с появлением робота-пылесоса. Во-вторых, все зависит от степени развития ребенка.

Важно понимать, что возникновение обязанности автоматически не влечет за собой формирования ответственности. Поэтому посильные обязанности могут появляться довольно рано, но выполнение нужно контролировать. Например, трехлетке вполне можно поручить поливать цветочек или кормить питомца, но нельзя перестать контролировать выполнение обязанности. Существует риск, что ребенок про обязанность забудет, и цветочек завянет, а питомец погибнет. Нужно напоминать.

Когда же ждать ответственности? С ней еще сложнее, чем с самостоятельностью. Ребенок может освоить навык, но при возможности избегать действия. Чистить зубы умеет, но если не проконтролировать, с радостью проигнорирует процедуру. Посуду за собой со стола до раковины доносит, но если не напомнить, непременно оставит на столе. Ответственность тесно связана с мотивацией. Чем выше личная мотивация, тем легче быть ответственным. Мотивацию в дошкольном возрасте можно усилить позитивным подкреплением, каждый раз отмечая выполнение действия улыбкой и добрым словом.

Ребенок очень хочет домашнее животное. В каком возрасте можно завести ему питомца, чтобы сам ухаживал?

Когда старшему сыну было два года, у нас дома жил декоративный кролик. Сын кормил его морковкой и капустными листьями. Иногда даже сам вспоминал, что кролика надо покормить. Доставал из холодильника морковку. Приносил с прогулки листья одуванчика. К уходу за домашними животными ребенка можно привлекать довольно рано. Но заводить домашнего питомца нужно, только если вы сами этого хотите. Одного желания ребенка недостаточно. Потому что ответственность за питомца все равно будет на вас.

Многие дети хотят домашнее животное, но редкий ребенок действительно сможет нести за него ответственность и ухаживать за ним регулярно. Пожалуй, рассчитывать на это можно, только когда ребенок уже в подростковом возрасте. Младших школьников все равно придется контролировать, что уж говорить о дошкольниках! Поэтому, заводя домашнее животное с подачи ребенка, родители должны понимать, что питомца они берут прежде всего себе. Так что если ребенок очень хочет питомца, родителю важно спросить себя: «А я хочу? А есть ли у меня на это время и силы?» И если ответ отрицательный, то не стоит заводить. Казалось бы, хомячок – чего проще! Кормить хомяка и дошкольник может. А убирать за ним? Мыть клетку, менять подстилку, следить, чтобы не сбежал. Рыбки… Раз в день насыпать корм, все остальное время любоваться. Но аквариумисты знают, сколько с ними хлопот. То вода зацвела, то фильтр забился, то какие-то вирусы завелись, и рыбки дохнут одна за другой, а ребенок рыдает. Палочники… Ну, тут-то все просто. Даже кормить не каждый день надо. Веточку зеленую им воткнул – и они ее неделю обгрызают. Потом можно на свежую заменить. Если хорошо кормить, то и размножаться начнут. Ребенок веточку на новую менял, потом террариум марлей неплотно прикрыл – и расползлись новорожденные палочники по всей квартире. На каждом подоконнике то роза, то традесканция – еды много. Палочникам, может, и комфортно, но вот хозяевам… Мало приятного засыпать в своей квартире, зная, что ночью по тебе могут ползать палочники.

Даже если ребенок все будет делать сам, необходимость в контроле сохраняется. У моих знакомых было два хомячка, которые жили в разных клетках. Ребенок их сам кормил. Насыпать корм в миску и поставить в клетку – очень простая задача. Семья на неделю уезжала в гости. Родители попросили ребенка насыпать корма побольше. Полную миску с горочкой каждому – этого хватит на неделю. Вернулись через неделю и обнаружили хомяка, умершего от голода. Ребенок-то две миски с горочкой насыпал, вот только по ошибке обе поставил в одну клетку. «Это очень грустная история», – сказал мне ребенок, когда я спросила, почему теперь в его комнате одна клетка.

Сколько времени нужно уделять игре с ребенком 5–6 лет?

Нет такого норматива. Этот норматив семья может сформировать самостоятельно, учитывая свои возможности. Если у папы ненормированный рабочий день, а на маме полностью все домашние дела и еще забота о младшем ребенке, то очень сложно выкроить время еще и на игру со старшим. В этом случае раз в неделю, в субботу, пока папа гуляет с младшим, уделять персональное внимание старшему, поиграть с ним в то, во что он сам захочет, – уже отлично. А в воскресенье у него будет час игры с папой – прекрасно. Если при таком же составе семьи и рабочем графике папы у мамы есть помощница по хозяйству, а с младшим каждый день приходит гулять бабушка, то у мамы появится возможность играть с ребенком по часу в день.

А сейчас открою страшную тайну: с пятилетним ребенком можно вообще не играть.

Игра – ведущий вид деятельности дошкольника. Через игру он развивает

Но обязательно должно быть полноценное времяпрепровождение с родителями.Это могут быть прогулки, посещение музеев, подходящих по возрасту, творческие занятия и мастер-классы. (Это я пишу для родителей, которые не умеют, не любят играть, и вынужденная игра из чувства родительского долга для них подобна пытке. Лучше заменить игру на другой вид совместной деятельности, чтобы сам формат общения с ребенком не вызывал раздражения.)

Как привить ребенку уверенность в себе, но не вырастить излишне самоуверенного человека?

В этом вопросе я вижу наивную веру во всемогущество воспитания. Как будто степень уверенности зависит исключительно от воспитательного подхода и из патологически неуверенного ребенка мы можем сделать излишне самоуверенного! Если бы это было так, то в крайнем случае можно было бы ручку настройки уверенности «подкрутить обратно», если показалось, что вот, уже излишне.

На практике воспитанием мы можем не менять радикально, а немного корректировать проявления характера. Это значит – добавить уверенности неуверенному ребенку. Или добавить адекватности самоуверенному.

Что касается конкретно дошкольников, то в этом возрасте иметь завышенную самооценку и быть самоуверенным – это вариант нормы. Никакого специального вмешательства пока не требуется. Скорее всего, корректировка произойдет естественным образом в школьном возрасте.

А вот неуверенность в себе всегда связана с повышенной тревожностью. То есть если снизить степень тревожности, это благоприятно скажется на уверенности.

Что могут делать родители? Создаватьситуацию успеха. Обращать внимание ребенка на моменты, когда у него что-то получилось. Не забывать хвалить.

В данном случае похвалой ребенка не испортить. Невзначай рассказывать о его успехах родственникам и знакомым. Так, чтобы он слышал, но при этом не смущался от пристального внимания.

Что усиливает тревожность ребенка? Чаще всего тревожность родителей. Поэтому в этом, как и во многих других вопросах воспитания, родителям нужно начинать с себя. Возможно, походить на психотерапию, чтобы снизить собственную тревожность.

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Тревожность бывает разной: ситуативной, связанной с каким-то событием (посещением нового места, долгим отсутствием значимого взрослого, необходимостью освоения новой деятельности и т. п.), и личностной, то есть являться индивидуально-психологической особенностью (независимо от ситуации человек всегда настороже и обеспокоен). И та и другая формы могут иметь патологические проявления, которые мы, как правило, связываем с нарушением социальной адаптации.

Оказавшись в новом месте, ребенок сначала прячется за маму, оглядывается по сторонам, отказывается поздороваться и выглядит обеспокоенным. С этим все в порядке, более того, вероятно, у этого ребенка хороший социальный интеллект: он способен понять разницу между разными социальными ситуациями. Он сначала наблюдает и осваивается, а потом уже включается в новые процессы. Но если в этот момент он начинает убегать, громко кричать и плакать, забирается к родителям на руки и вцепляется в них мертвой хваткой, если мы видим соматические изменения: ребенок бледнеет или краснеет, у него холодеют руки или он, наоборот, начинает потеть, задыхаться, его сердце учащенно бьется и состояние не меняется вплоть до окончания события (ушли из нового места), то эту реакцию можно рассматривать как патологическую.

Легкие проявления личностной тревожности нередко проявляются у интеллектуально развитых и ответственных детей. Они могут переживать по поводу еще не случившихся событий (так как у них уже сформирована способность к апперцепции – предвосхищению), трепетно относятся к высказываниям о себе (так как уже есть критичность к своему поведению). Иногда немного заикаются в моменты волнения или начинают крутить в руках предметы. Застенчивы, в непривычной обстановке больше молчат и отстраняются, но с близкими людьми эмоционально открыты и непосредственны. Это вариант нормы. Но если ребенок все время настороже, часто оглядывается, если у него на протяжении длительного времени дополнительно проявляются гиперкинетические симптомы (учащенное моргание, ритмичные раскачивания телом или головой, гортанное покашливание, обгрызание ногтей), навязчивые состояния и ритуалы (нужно три раза присесть, перед тем как начать рисовать, или, переступая через порог, нельзя думать о плохом, а если подумаешь о плохом, нужно вернуться обратно и опять переступить порог, и так неоднократно и т. п.), или он не разговаривает ни с кем, кроме близких, то в этом случае особенности характера препятствуют нормальному общению и развитию, и без помощи специалиста не обойтись. Клинический психолог, проведя специальную диагностику, поможет разобраться с механизмами возникших трудностей, а невролог или психиатр при необходимости назначит лечение.

Агрессия, нытье, истерики

Это нормально, что ребенок капризничает? Как вести себя в такие моменты?

Капризничая, ребенок дает понять, что что-то не так, что-то ему не нравится. Не та каша, не в той тарелке подали, вообще есть не хочу и гулять не хочу. А у взрослых похожее поведение бывает? Бывает, только про взрослых мы говорим не «капризничает», а «ворчит». Вот мама пришла с работы (или папа), и все не так. Не туда сели, не так ответили. Аналогичный вопрос можно задать про взрослого. Почему? Почему мама ворчит? Потому что устала, плохо себя чувствует, ее что-то тревожит, у нее плохое настроение, потому что с самого утра все пошло не так или днем на работе случилась неприятность. Разные бывают причины. И у детей причины для подобного поведения бывают разные.

Как вести себя с капризным ребенком? Попытаться понять, чем такое настроение вызвано, а потом по возможности постараться устранить причину. Отнестись с пониманием, эмпатией.

Сложнее, если очевидных причин нет: ребенок не болеет, не устал, не перевозбудился от избытка событий, не находится в незнакомой обстановке. Ребенок «просто всегда ноет без повода» и «такой характер». Вот он с утра встал – и сразу ноет. Носки не такие. Футболка не такая. Чай горячий. Каша не сладкая. Погода противная. То слишком сыро, то слишком жарко. И так каждый день. Сначала списывали такое поведение на кризис трех лет. Но вот уже пять, а регулярное нытье продолжается. Родственники говорят: «Избаловали, вот и капризничает».

Возможно, что дело тут не в каком-то неправильном воспитательном подходе, а в особенностях восприятия самого ребенка.

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Раздражительность, недовольство всем вокруг могут иметь разные механизмы.

Социальный

Может быть, ребенок просто копирует поведение кого-то из значимых взрослых. Так бывает, когда мама, папа или

Биологический

Раздражительность, эмоциональная лабильность могут быть симптомами дефицитарности структур мозга, отвечающих за уровень наполнения организма энергией. Образно говоря, ребенок родился с батарейкой маленькой емкости. Таким детям просто не хватает ресурсов, чтобы справляться с разнообразными задачами адаптации, они быстро утомляются и часто чувствуют дискомфорт. Кроме того, у них обычно наблюдаются проблемы с иммунитетом и слишком слабый или, наоборот, повышенный мышечный тонус, что также доставляет неприятные ощущения.

К биологическим факторам отчасти можно отнести повышенную сенсорную чувствительность, когда даже относительно нейтральные раздражители вызывают негативную реакцию. Таким детям давят резиночки на одежде, они не выносят шума, им тяжело в обстановке, где много предметов разных цветов и форм. Они нуждаются в сенсорной нейтральной, привычной обстановке, часто ищут место для уединения, могут избегать общения, так как даже приятные люди быстро их утомляют.

Индивидуально-психологический

Бывает, характер обусловлен врожденными задатками и типом темперамента. С раннего детства такой ребенок очень раним, обидчив и, кажется, начал ворчать, как только обучился говорить.

Все три уровня – социальный, биологический и психологический – могут быть в разной степени представлены у одного и того же ребенка. В зависимости от того, какой из них является ведущим, подбираются разные варианты воздействия. Социальный фактор преодолевается за счет изменений в среде: здесь все зависит от ближнего окружения, поэтому важно менять стратегию поведения в семье. С биологическими механизмами можно справиться с помощью выстраивания распорядка дня, включающего больше моментов отдыха, расслабления, эмоциональной разрядки, а также с привлечением помощи медицинских специалистов, например невролога. Что же касается типа темперамента, который мало поддается воспитательным воздействиям, остается только понять, принять и поддерживать положительные моменты в таком поведении ребенка (например, умение заботиться о себе), помогая выражать недовольство социально приемлемым способом («Да, суп действительно горячий, хорошо, что ты это заметил, но давай вместо того, чтобы кричать и плакать, вместе на него подуем»).

У ребенка случается истерика, если нарушается привычный порядок действий. Как реагировать?

Дочке четыре года. На все события в жизни в ее головушке складывается определенная цепочка действий и закрепляется. То есть в садик идем только определенной дорогой, алгоритм одевания только один. Если вдруг я ей надену сначала штаны, а потом кофту, то случается истерика, так как у нее «правильная» цепочка: сначала кофта, потом штаны. Если что-то выходит за пределы ее стабильного мира, то сразу истерика. Место в трамвае не у окна, кто-то опередил в подъезде и раньше, чем она, нажал кнопку в лифте – тысяча и один повод для слез. Как же это все выматывает!

На определенном жизненном этапе дети склонны к упорядочению окружающего мира. Кто-то в большей, кто-то в меньшей степени. Это происходит тогда, когда мозг ребенка дозревает до способности удерживать в памяти события прошлого и воспроизводить действия по образцу. В этот же период формируется ощущение Я. Ребенок начинает выделять себя из окружающего мира. Есть Я и есть не-Я. Я маленький, а мир огромный. Чтобы снизить степень тревоги, надо подчинить себе этот мир через его упорядочение.

Когда все идет так, как всегда, мир становится понятным, предсказуемым, стабильным. Поэтому, когда что-то идет не так, ребенок сталкивается с экзистенциальным переживанием, что этот мир ему не подчиняется. Здесь важно не уйти в крайности. Не игнорировать потребность в ритуалах, по возможности их соблюдать, давая ребенку понять, что его потребности для вас важны. Но и не пытаться подстроить под него весь окружающий мир, сдерживая соседей, чтобы не обгоняли в подъезде и не нажимали кнопки лифта, иначе это только замедлит прохождение кризиса. Да, это кризис, и он нормативный. А прелесть любого нормативного кризиса в том, что он рано или поздно проходит. Но если ребенок растет, а стремление к соблюдению ритуалов не уменьшается, а, наоборот, увеличивается, приобретает какие-то гротескные формы, то имеет смысл обратиться к специалисту.

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Критерием того, что ритуалы вышли за пределы нормы, прежде всего является невозможность их контроля и связанные с ними нарушения социальной адаптации. Многие из нас немного суеверны: меняют траекторию движения, если дорогу перешла черная кошка, или не прощаются через порог, или кладут под пятку пятак перед экзаменом. Все это тоже ритуалы, призванные сохранить наше спокойствие, снять тревогу и напряжение, предотвратить возможные неприятности. Если они не слишком мешают нам жить и проявляются время от времени в соответствии с ситуацией, то все в порядке. Но если они занимают большую часть времени, если в случае неисполнения ритуального действия проявляются острая тревога, напряжение, навязчивые мысли о возможных последствиях и непреодолимое желание это действие совершить и повторить, – это уже показатели патологического реагирования. Как правило, в таких случаях мы будем наблюдать постепенное нарастание симптоматики. Из клинической практики: ребенок семи лет ходил в школу самостоятельно (школа в пяти минутах ходьбы от дома). Однажды учителя сообщили, что ребенок в школе не появился. Выяснилось, что к этому моменту он регулярно опаздывал уже несколько недель. Сначала опоздания были небольшими – на несколько минут, – но каждый раз он приходил все позже и позже. Ребенок объяснил это тем, что обходил «плохую дорогу». На момент первого опоздания по дороге в школу он встретил черную кошку и решил обойти тропинку, чтобы не случилось неприятностей. На следующий день кошки не было, но по «плохой дороге» идти не хотелось: появилась мысль, что кошка могла пройти не только по этой тропинке, но и где-то рядом, поэтому нужно сделать дополнительный крюк. Так каждый день траектория обхода «плохой дороги» все увеличивалась, и, чтобы дойти до школы, нужно было пройти несколько кварталов. В этом случае речь уже идет о патологическом уровне реагирования.

Как научить ребенка справляться с гневом?

Прежде всего – личным примером. Как ведут себя сами родители, когда злятся? Как они выражают свой гнев? В равной степени

Нежелательную форму выражения гнева нужно пресечь. Остановить руку, занесенную для удара. Физически удержать ребенка, помешав ему крушить имущество. Учить проговаривать эмоции. Лучше пусть ребенок кричит «Я злюсь на тебя», чем старается ударить.

Чтобы сбросить напряжение, можно предложить порычать, сильно сжимая кулаки, или потопать ногами.

Только не ждите быстрых результатов. С момента, когда вы решили учить ребенка неагрессивно выражать свой гнев, до момента, когда он сможет сдержаться и не ударить брата, а порычать на него, может пройти несколько месяцев. Это зависит не только от педагогических усилий родителей, а еще от способности ребенка сдерживать импульсы. Но педагогические усилия тоже нужны. Вода камень точит.

Как относиться к тому, что ребенку нравятся агрессивные игры, например «в войнушку»?

Вроде это в норме, но где грань?

Грань, которую переходить нельзя, – это опасность нанесения реальных повреждений. Если дети играют в мушкетеров и машут палками – это игра. Если они этими палками реально друг по другу колотят – это уже не норма. Такую игру надо остановить и объяснить детям, что игра – это имитация. Их задача – получить взаимное удовольствие от придумывания сюжета и проигрывания его, а не покалечить друг друга.

Элементы агрессии есть во многих спортивных играх. Есть даже термин «спортивная злость». Вспомните старые дворовые игры: «вышибалы», «горячая картошка». Возможно, в вашем регионе они назывались как-то иначе, но мячиком по товарищам в этих играх вы тоже лупили с радостью. Или зимняя забава – игра в снежки. Или бой подушками – тоже игра с элементами агрессии. Как совсем без агрессии взять и кого-то ударить подушкой? Игровая агрессия – это то, что добавляет игре интереса. Исключать подобные игры нежелательно, потому что в них есть важный развивающий потенциал. Через подобные игры ребенок лучше понимает свое тело, улучшает координацию.

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Агрессивные эмоции свойственны человеку с раннего детства. Через агрессию мы отстаиваем свои границы, отвоевываем себе место под солнцем. Вряд ли незнакомый с этой эмоцией человек сможет выжить. Задача воспитания заключается не в том, чтобы выключить, подавить агрессию ребенка, а в том, чтобы научить его выражать ее социально приемлемым способом. В общем-то, игра «в войнушку» – отличный вариант выразить накопившиеся потребности в проявлении активности и отстаивании себя. Игра позволяет проживать разнообразные состояния, знакомиться с ними, их выражать, не нарушая границ окружающих.

Какие тревожные признаки могут указать нам на значимые проблемы в процессе такой игры?

• Ребенок играет только «в войнушку», и его не интересует больше ничего. Он играет «в войнушку» со сверстниками, взрослыми, на компьютере или телефоне, его рисунки и выбор мультфильмов длительное время только на эту тему.

• В процессе игры ребенок причиняет боль, физический вред другим людям, не испытывая по этому поводу никакого сожаления, а иногда даже смеется или с наслаждением наблюдает, когда другому больно.

• В процессе игры ребенок часто испытывает раздражение, обиду, чрезмерно остро реагирует на игровые действия других, активно защищает себя даже от воображаемой угрозы.

О чем могут свидетельствовать такие признаки? Ответ неоднозначен. За агрессивными действиями могут скрываться разные механизмы.

• Агрессия как выученный способ поведения. Если родители часто применяют физические наказания, для ребенка это становится нормой, и он также будет «наказывать» тех, чье поведение кажется ему неправильным.

• Агрессия как дефицит коммуникативных навыков. Такую картину мы часто наблюдаем у доречевых детей (детей, которые еще не умеют говорить): они толкаются, могут укусить, ударить, что-то отобрать, поскольку пока не хватает речевых средств для выражения своих желаний и намерений. Такая агрессия часто уходит с появлением речи. Но и у некоторых говорящих детей мы можем наблюдать подобную картину. Поэтому важно учить не только говорить, но и договариваться.

• Агрессия как реакция на фрустрацию. Когда ребенок постоянно чувствует себя несчастным, когда он проживает крайне дискомфортную для себя историю (развод родителей, потерю привычного места жительства, близких, друзей, когда он часто подвергается критике, ему не хватает внимания и принятия…), уровень его жизненных ресурсов снижается и появляется постоянная раздражительность, обидчивость, подозрительность. Такие дети вечно настороже и готовы ответить агрессивным действием даже на внешне нейтральный стимул. Кроме того, они злятся на тех, кто, по их ощущениям, является причиной дискомфорта, и стремятся причинить ответную боль. Такие дети могут до крови ранить товарища в процессе обычной игры «в войнушку», а дома (случай из практики) вылить в унитаз приготовленный мамой борщ, потому что мама развелась с папой, а «папа лучше готовит».

• И наконец, чрезмерная агрессия может быть симптомом нарушения в работе центральной нервной системы (ЦНС). При некоторых текущих органических заболеваниях ЦНС или последствиях травм, инфекций, интоксикаций, повлиявших на работу мозга (обычно это уровень подкорковых структур), агрессия проявляется по типу нарушения влечений. Агрессивные импульсы становятся чрезмерно выраженными, слабо поддаются контролю и могут приобретать садистические формы. К проявлениям садизма у таких детей могут добавляться и другие симптомы: снижение обучаемости, стремление к бродяжничеству или поджиганию, нарушения пищевого поведения. Очень важно вовремя обратить на это внимание и начать лечение.

Как реагировать, если ребенок грубит старшим?

Ребенок, например, может сказать бабушке: «Сама и убирай». В семье так никто не разговаривает, в садике тоже.

Возможно, такую речевую формулу ребенок услышал на улице или она прозвучала из телевизора. Но также есть вероятность, что он слышит это в семье или в садике по отношению к себе и просто «зеркалит» в адрес старших. По отношению к ребенку это взрослыми членами семьи не воспринимается как грубость, а если та же самая формулировка адресована взрослым, то становится маркером хамского поведения и неуважения.

Конечно, ребенку надо сказать, что так разговаривать нельзя, показать мимикой свое недовольство. (У вас ведь есть способ показать лицом свое недовольство? Умеете хмурить брови?) Но потом нужно внимательно прислушаться к тому, что вы сами говорите ребенку. Потому что аргумент «Это грубо! У нас так не принято общаться!» будет не сильно убедителен, если с самим ребенком так разговаривают.

Бывает, что, когда ребенок выходит в социум, за пределы домашнего мира, оттуда он приносит грубые слова, выражения и

Ребенок будет продолжать их использовать только в том случае, если он не просто где-то услышал нехорошие слова, а существует более глубокая проблема в отношениях. Например, в семье отсутствует иерархия, уважение к старшим. То есть с ребенком общаются как с приятелем. Родителей и бабушек-дедушек ребенок воспринимает так же, как приятелей по играм в садике. Соответственно, если он приятелю в садике может сказать: «Ну ты и болван!» – и они над этим вместе посмеются, то и дома он с такой же легкостью скажет дедушке: «Ну ты и болван!» (А что такого, мы же приятели!)

Причиной могут быть конфликты в семье, разногласия. Они неявные, но напряжение присутствует. У взрослых в семье функция саморегуляции хорошо развита, они способны контролировать свои порывы. Поэтому общаются вежливо, даже если раздражены. Следуют принципу «худой мир лучше доброй ссоры». А ребенок, живущий в этой обстановке, не успевает тормозить возникающие импульсы и говорит все то, что хотели бы сказать друг другу остальные члены семьи.

Еще одна возможная причина: ребенка замечают только тогда, когда он говорит «плохое слово». Тогда он получает порцию внимания. А пока все хорошо, он никому не интересен.

Реже случается, когда ребенок таким образом борется за власть: «Вы мне не разрешаете, а я буду! Не буду вас слушаться!» Но тогда он будет не только грубить, но и во всех других случаях бунтовать, не слушаться, делать наоборот. С такой проблемой лучше обратиться к семейному психологу.

Если ребенок так проявляет себя не только дома, но и в садике, иными словами, не признает никаких авторитетов, ведет себя развязно, может даже нахамить постороннему человеку, то нужен уже не обычный психолог, а клинический.

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

В подавляющем большинстве случаев подобное поведение ребенка связано с воспитательными моментами (см. выше) и/или кризисами развития (очередной момент сепарации с попыткой переустановить правила и обозначить свои, новые права). Но иногда речь идет о патологии в развитии характера. В этом случае особенности характера проявляются и раньше, но до 6–7 лет родители все же имеют больше вариантов влияния, и многие из неприятных поведенческих проявлений можно списать на возраст («он же еще маленький»). С 6 лет возрастают требования к произвольности (способности делать не только то, что хочется, но и то, что надо). Произвольность – необходимое условие возможности обучения в школе. Уже в 3 года малыш может принять, что сначала нужно съесть кашу, а потом можно сладкое, что нужно ждать своей очереди в общественном месте, и вместе с мамой способен раскрасить картинку почти в пределах контура. С взрослением ребенок учится решать все более сложные задачи произвольного характера: прибрать за собой, потерпеть до туалета, заполнить пропись. Детям с патологией характера свойственна большая выраженность и стойкость аффекта. Им нужно немедленно получить желаемое, они требуют сделать так, как они хотят, а не как попросили. Крик, слезы, ругательства, порча имущества – все идет в ход. Иерархию, личные границы других они почти не воспринимают. Договориться, переубедить, отвлечь бывает крайне сложно. Проще дать, чем выдержать такую бурю эмоций. В результате патохарактерологические реакции еще больше закрепляются. Как правило, такие дети умны и быстро находят всё новые способы манипуляции.

Что делать в таком случае? Конечно, обратиться к специалисту, чтобы исключить органическую патологию, но также необходимо усиленно работать с подобным поведением ребенка. Зоны мозга, которые отвечают за контроль эмоциональных импульсов, имеют самый долгий период развития. До 25 лет еще есть шансы научиться регулировать эмоции, выражать их безопасно для себя и окружающих. Лобные отделы ЦНС хорошо развиваются при условии очень четкой внешней организации: наличия режима дня, правил, которых придерживаются все члены семьи, порядка в пространстве. При этом важно, чтобы ребенок усвоил, что добиться желаемого он сможет только через соблюдение правил, а не через грубость, физическую силу, крики.

Как быть, если ребенок матерится, плюется, дерется?

Как родителям реагировать, если в семье такое поведение не принято, а в садике некоторые дети так себя ведут?

Если источник негативного примера установлен достоверно, если вы точно знаете, что грубые слова, а также варианты поведения, которые вам не нравятся, ребенок приносит из садика, то хорошо бы понаблюдать, как ребенок ведет себя во время прогулки в моменты, когда вас не видит. Я еще не встречала ни одного родителя, который сказал бы: «Это мой ребенок пришел в садик и всех научил плеваться, драться, материться». Родители всегда уверены, что это какой-то чужой ребенок, у которого дерутся в семье, пришел и стал драться в садике.

Драться и плеваться в садике могут начать даже те дети, которые не дрались дома. Потому что дома у них не было такой необходимости. Не нужно было отвоевывать ресурсы. Не было необходимости постоять за себя, защитить свои интересы доступными способами.

Поэтому важно понаблюдать, чтобы сложилась более полная картина. В каких случаях он дерется? Когда у него пытаются отнять игрушку? Когда его бьют и ему необходимо защитить себя? Или он затевает потасовку просто так, от скуки? Безопасна ли в целом обстановка на детской площадке? Или больше напоминает дикие прерии с вечной борьбой за выживание? В этой обстановке можно не драться вообще или умение драться – важный навык для адаптации к здешним условиям? Во втором случае невозможно перевоспитывать одного ребенка, необходимо проводить работу со всем детским коллективом и педагогическим составом. Только, конечно, заниматься этим родители не могут и не должны, это уже не в их компетенции. Вы можете только сходить к психологу, который работает в детском саду (если он вообще в садике есть) или к заведующей – пусть принимают меры.

Дерется ли ребенок дома после садика? Возможно, что таким образом он потом сбрасывает напряжение. Это тоже говорит не в пользу обстановки в детском саду. Как реагировать? Говорить о своем отношении, объяснять, что так нехорошо, объяснять, почему вам это неприятно и почему дома так себя вести не надо. Не факт, что проникнется и сразу перестанет. Но не сказать, не дать поведению оценку тоже нельзя. Почему не перестанет? Потому что на эмоциях не сможет проконтролировать свое поведение.

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Если это не постоянно, а появилось после какого-то события (пошел в детский сад, родители начали конфликтовать или развелись, родился младший ребенок), то с точки зрения клинической психологии в большинстве случаев данные проявления чаще

• Ребенок кому-то подражает. Если он подражает поведению, даже плохому, в целом это скорее повод для радости, так как свидетельствует о возможности подстраивания к новой социальной ситуации и об умении учить новые языки (ну, нецензурный, но язык же!). При аутизме, например, такой способности нет. Особенно часто подражают «плохому» поведению дети из интеллигентных семей, так как они встретились с чем-то новым, незнакомым и, естественно, вызывающим любопытство. Они осваивают новые способы взаимодействия с теми эмоциями, которым мало места в близком окружении (в семье все вежливые, избегают агрессии, а тут, оказывается, есть возможность выразить злость напрямую, ну как не попробовать?!).

• Реакция на фрустрацию. У ребенка очень много сил уходит на переживание дискомфортной ситуации, он чувствует себя обделенным, нелюбимым, виноватым и выражает эмоции как может: ругается, плюется, дерется.

Однако (крайне редко) уже в возрасте 6–7 лет может проявиться такое психическое нарушение, как синдром Жиля де ля Туретта: у ребенка появляются непроизвольные подергивания разных частей тела (по типу тиков) и вокализмы (выкрикивания неречевые и/или речевые, в том числе и бранные). Специфика данной проблемы в том, что ребенок понимает, что это неправильно, пытается сдержаться, но чем больше сдерживается, тем сильнее вновь и вновь проявляется симптоматика, так как заболевание развивается по типу обсессивно-компульсивного невроза (невроза навязчивых состояний). В данном случае основной специалист – психиатр, хотя в легких случаях и психотерапия может дать хороший результат. Точно не работают в этом случае, а скорее усугубляют ситуацию попытки пристыдить, запреты, наказания.

Как правильно реагировать на детские истерики в магазине?

Когда малышка требует своего, она не слышит никаких доводов и объяснений, приходится просто уносить. Как поговорить с ней, чтобы она услышала?

«Как поговорить?» Это запрос на волшебное заклинание, после которого ребенок становится покладистым, удобным. В каком-то волшебном мире, наверное, такое заклинание есть. В реальном таким заклинанием раньше была угроза: «Сейчас ремень достану». И тогда испуганный ребенок замолкал. Но если вы все-таки придерживаетесь гуманистического воспитания и не хотите, чтобы он вас боялся, тогда придется признать, что иногда нужно просто брать его и уносить из магазина. К счастью, выносить на руках семилетнего ребенка вам, скорее всего, не придется. В норме такие истерики заканчиваются в 3–4 года. Если даже четырехлетний ребенок для вас тяжеловат, тогда стойте рядом и ждите, когда истерика закончится. Она не будет длиться вечно. Никакая эмоция не длится вечно. Вспомните ситуацию, когда вы сами были охвачены сильной эмоцией. (Бывало же такое?) Например, вы расстроены и плачете. Рано или поздно вы успокоитесь сами, даже если рядом никого не окажется и никто не будет утешать. А может быть, вы успокоитесь даже быстрее, если никто не станет пытаться успокаивать. В моменты истерики ребенок действительно не слышит никаких доводов. Он слишком захвачен собственными эмоциями. Обсуждать инцидент можно уже после того, как он успокоился и успокоились вы сами (чтобы в сердцах не наговорить лишнего).

Приемы, которые помогут быстрее проскочить период истерик.

• Договариваемся на входе. Еще до того, как вы с ребенком зайдете в магазин, обсудите, готовы ли вы ему что-то купить, и если да, то в пределах какой суммы. С ребенком, который еще не ориентируется в суммах, проговорите количество и размер. Например: «Одну маленькую шоколадку – и больше ничего не берем. Если тебе еще что-то понравится, мы это обсудим и, может быть, придем за этим в другой раз». (Если ребенок выберет то, за чем вы и в другой раз не придете, тогда не обнадеживайте, рассчитывая, что он забудет. Обманывать не надо.)

• Если ребенок выбирает что-то, с чем вы не можете согласиться, предлагайте разумную, на ваш взгляд, альтернативу. Два-три варианта, чтобы у него была возможность выбора. Это важно, чтобы его выбор присутствовал. Можно, кстати, на входе договариваться, что продукты берет только мама, но можно сейчас высказать свои пожелания. («Возьми мне что-нибудь сладкое». – «Хорошо, я покажу тебе, что именно я готова взять, а ты выберешь из того, что я предложу».)

• Если же истерика все же случилась, пробуем проговорить: «Я вижу, что ты это хочешь, но сегодня я не могу это купить. Себе я тоже не могу купить все, что хочу». Если причина отказа в другом, не в нехватке денег, то и аргументы подбираем другие: «Я вижу, что ты это хочешь, но там ужасный состав, я свою любимую дочку не хочу этим кормить». Не факт, что поймет и успокоится. Но хотя бы услышит, что для отказа есть причина.

• Не надо подкреплять такое поведение. То есть не идем на уступки после начала истерики.

• Если ребенок выполнил условия договора и вышел из магазина без истерики – отметьте это поведение. Похвалите, скажите, что он вел себя как взрослый. Ну, или в другой формулировке, в стиле вашего общения.

Если же истерики не прекращаются даже в старшем возрасте и случаются исключительно в магазине, можно заподозрить не просто эмоциональное реагирование на отказ, а способ манипуляции. Но манипулятивное поведение формируется в определенных условиях. У ребенка должен быть длительный опыт позитивного подкрепления: «Когда я пла́чу и кричу, мне всё покупают».

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Истерика истерике рознь. Далеко не всегда истерика – это манипулятивный способ добиться желаемого. Возможно, что-то из происходящего действительно очень важно для ребенка и он не видит, что у него есть шанс быть понятым. Например, любимая игрушка ребенка подвергается поползновениям со стороны младшего брата. Взрослым кажется, что это ерунда, и они учат уступать младшим. Но что, если для ребенка это не просто игрушка, а его «переходный объект»? Может быть, символ любви отца, с которым ребенок после развода родителей почти не видится? Или именно эта игрушка вызывает особые чувства, идентификацию с ней, и когда младший ее грызет, ребенок чувствует это как свою боль. Старайтесь всегда понять причину эмоций, поставить себя на место ребенка, посмотреть на ситуацию его глазами. Спросите: «Я вижу, что тебе плохо. Скажи, чем я могу тебе помочь?»

Бывают истерики, которые служат проявлением заболевания. При эпилепсии, например, один из симптомов – застревание[3] аффекта. Ребенок не может переключиться на другую эмоцию, даже если ситуация уже разрешена, так как имеет место эпилептическое повреждение с локальными или генерализованными электрическими изменениями в головном мозге (аномальная, периодичная и чрезмерная нейронная активность мозга). В такие моменты ребенок

Это нормально, что ребенок всегда хочет быть первым?

Ребенок хочет выигрывать в настольные игры и вообще везде. При проигрыше всегда истерики. Объяснения не помогают.

Взрослые люди тоже хотят выигрывать и быть первыми. Мы с друзьями часто собираемся, чтобы испытать это. Никто не садится за партию в «Коднеймз» или «Мафию» с желанием проиграть. Отличие в том, что взрослые уже умеют выдерживать фрустрацию. То есть ситуацию разочарования, когда исход игры не совпал с желаемым. Мы тоже расстраиваемся, когда проигрываем, но без истерик. И уже умеем смещать фиксацию с проигрыша на процесс. Да, проиграли, но вообще-то удовольствие от процесса получили!

Ребенку такие объяснения не помогают, да. Поможет только опыт переживания проигрышей. С каждым разом истерики будут короче. Можно играть в командные настольные игры. Там либо выигрывают, либо проигрывают все вместе. Проигрыш, разделенный с командой, переживается легче.

Когда хочется всегда быть первым в спорте – настолько, что второе место воспринимается как трагедия, – родителям бывает сложно выдержать детские слезы. Еще сложнее выдерживать собственное бессилие от невозможности на эту ситуацию как-то повлиять. Уже все аргументы использованы. И про «главное – участие», и про «второе место – тоже хорошо», и про «другие вообще ничего не заняли», и про «в следующий раз». Прямо сейчас ребенок расстроен, и слезы с подбородка капают на медаль за второе место. Представим, что есть волшебное средство, убирающее эти негативные эмоции. Ребенок не расстроился. Ему все равно, первое у него место или второе. Ему все равно, есть у него медаль или нет. Но тогда и желание первого места пропадает, и стремиться не к чему, и мотивации нет. Если ребенок расстраивается из-за второго места, значит, его амбиции выше. Ребенок без амбиций расстраиваться не будет. Но и в спорте не задержится. Тут, как у той самой медали за второе место, две стороны. И важно видеть обе. Так становится легче выдерживать какие-то особенности характера ребенка. Не любит проигрывать – значит, будет стремиться к победам. Вредный, упертый, вечно стоит на своем? Вырастет – назовем целеустремленным.

Сложные эмоции при общении с ребенком

Как маме справиться с эмоциями и не кричать?

Крик бывает разный. Порой крик – это способ привлечь внимание. Если сказать тише – дети просто не услышат, настолько они в данный момент шумны или находятся далеко от мамы. То есть это крик не на ребенка, а крик ребенку.

Но бывает крик на ребенка. Целенаправленный. Крик как инструмент подавления. Вот такого крика, конечно, стоит избегать. Потому что чаще всего он не помогает в долгосрочной перспективе, эффективен только первые несколько раз. Ребенок пугается от неожиданности и прекращает нежелательное поведение. Но если в семье часто кричат, то ребенок перестает на это реагировать. Как будто просто радио включили погромче.

Многие мамы это понимают, хотят воспитывать детей без крика, тем не менее в их общении с детьми это случается. Как выражение эмоции. Неуправляемая реакция, за которую потом стыдно. Крик бессилия вырывается, когда «сил моих уже нет», когда «сто раз тебе сказала».

Что можно сделать для того, чтобы уменьшить частоту таких срывов? (Обратите внимание, я пишу «уменьшить», а не «совсем избавиться». Такая формулировка ближе к реальности. Потому что мы, взрослые, тоже не на сто процентов можем контролировать свои эмоции.)

• Иметь возможность восстанавливать силы. Чем меньше мама отдыхает, тем меньше способна сдерживаться. Контроль проявления эмоций – процесс энергозатратный.

• Проанализировать, куда утекают силы. Можно ли где-то снизить нагрузку ради улучшения эмоционального микроклимата в семье.

• Прежде чем решить, что ребенок не слушается назло и из вредности, вспомните, что у него, может быть, просто недостаточно силы воли, чтобы удержать себя от соблазна и нежелательного поведения. Вам же тоже бывает сложно сдержаться? А у ребенка способность к контролю поведения гораздо меньше. Ему нужно создавать условия для послушания. Например, вы не хотите, чтобы он купался в городском фонтане. Запрещаете лезть в фонтан. А он видит, что в фонтане много детей и им там весело. Очень хочется так же. Не может сдержаться. Тогда лучше не искушать, а пойти гулять в другое место.

• Не повторять сто раз. Три раза – максимум. После второго замечания должно прозвучать предупреждение, что будет, если ребенок не прекратит. После третьего – «Это последнее предупреждение». А дальше должны быть действия, после которых невозможно продолжать нежелательное поведение.

Если взрываетесь по мелочам, то имеет смысл показаться неврологу, терапевту, сдать общий анализ крови. Потому что физическое состояние влияет на эмоциональное. Например, низкий гемоглобин способствует ощущению «нет сил». А когда «нет сил», сложно контролировать эмоциональные реакции.

Почему ребенок иначе ведет себя с мамой?

Ребенок с другими людьми ведет себя хорошо. Как только появляется на горизонте мама, начинает баловаться, беситься, пакостит, очень эмоционально реагирует на запреты. Читала у психологов, что это нормально: мама для ребенка – самый близкий человек, он себя чувствует защищенным и не сдерживает свои эмоции. Но все равно есть ощущение, что я что-то упустила в воспитании.

Мы, взрослые, с близким человеком тоже ведем себя не так, как с остальными. Сравните свое поведение с мужем, с начальником, с пожарным инспектором, с водителем такси. Если со всеми вы держитесь абсолютно одинаково, можно заподозрить наличие проблемы в неспособности выстраивать близкие отношения.

То, что ребенок выделяет маму среди остальных людей, – это хорошо. Но если вас такое поведение ребенка напрягает, вам с ним трудно, нужно что-то менять. Можно понаблюдать за собой, сравнить, как реагируете на поведение ребенка вы и как другие близкие (папа, бабушка, дедушка). Попробовать реагировать иначе. Отношения – это система, где каждый влияет на каждого. Меняется поведение одного участника – меняется поведение другого. Не устраивает поведение ребенка – думаем, как нам изменить собственное. Если взрослый не меняет свою модель поведения, то и ребенку нет необходимости делать это. Как именно одно повлияет на другое, покажет только

Что делать, если в ответ на замечание ребенок только улыбается?

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

В некоторых случаях имеет место неадекватность эмоционального реагирования; часто проявляется несоответствие эмоции и ситуации. Смех, когда больно, или агрессия без видимой причины. Долго не видел маму, соскучился, обрадовался, но вместо того чтобы обнять, изо всей силы ударил. Бабушка споткнулась и упала – ребенок смеется, вместо того чтобы выразить сочувствие. Это связано с патологией на уровне подкорковых отделов нервной системы. Если есть подозрение на неадекватность эмоционального реагирования, обратитесь к клиническому психологу. Но основания должны быть достаточно веские, не один-два эпизода.

Но все же в большинстве случаев улыбка в моменты критики или угрозы может быть рассмотрена как индивидуальная защитная психологическая реакция, которая помогает ребенку выдерживать такие моменты. Присмотритесь внимательно к его мимике, когда высказываете недовольство его поведением. Вряд ли это искренняя открытая улыбка, сопровождающая моменты радости, – скорее всего, это улыбка-«маска», за которой прячутся растерянность, смущение, стыд, а может быть, презрение, гнев, недоверие. Никому не нравится критика. Она воспринимается как нападение и порождает желание защититься. Улыбка – это вариант психологической защиты. Как будто, улыбаясь, ребенок сам себя поддерживает: у него все хорошо, все под контролем. А может быть, он старается улыбкой обезоружить нападающего взрослого. А может быть, зная, что маму такая улыбка раздражает, использует ее как способ «дать сдачи», чтобы немного выровнять баланс и подняться из уязвимой позиции. Какая из этих гипотез наиболее верна, можно понять, поставив себя на место ребенка. Попробовать посмотреть на ситуацию его глазами. Что он чувствует и чего старается достичь улыбкой? Может быть, стоит делать замечания в другой формулировке? Как он будет реагировать на другую формулировку?

Как научить ребенка не мешать маме отдыхать?

Я могу делать какие-то бытовые дела – готовить, мыть, гладить, когда он рядом. Но если сажусь отдыхать, беру в руки книгу или пытаюсь заниматься работой на ноутбуке, то он начинает привлекать мое внимание.

Если ребенок способен занять себя на время, когда мама готовит, гладит, но не дает ей почитать или посидеть за ноутбуком, значит, в его восприятии сформировалось представление о том, что есть важные дела и неважные. То, что он относит к неважным, он прерывает, переключает внимание на себя. Здесь можно отметить, что представление о границах все-таки есть, раз уж он не мешает маме готовить. Но эти представления нужно подкорректировать, чтобы чтение книги тоже относилось к важному делу, с пометкой «не беспокоить».

Чтобы правило «не беспокоить» было легко соблюдать, такие дела нужно чередовать с возможностью совместной деятельности. Чтобы между «важными» мамиными делами было время, проведенное с мамой. Иначе, если потребность в общении не удовлетворена, очень сложно держаться и не отвлекать.

Можно попробовать договариваться: «Сейчас я приготовлю обед, а потом мы с тобой поиграем»; «Мы сейчас с тобой поиграем, потом я сяду поработать, а после работы сходим погулять».

Помогает наглядность – схема, рисунок, опираясь на который ребенок выстраивает картину дня и понимание, когда можно маму отвлекать, а когда нельзя. Можно ввести «правило светофора» – вывешивать на холодильнике красный, желтый или зеленый кружок на магните. Если там зеленый – это время, когда мама всецело с ребенком, делает с ним то, что он выбрал. Желтый – мама занята, но ее можно беспокоить вопросами или что-то ей рассказывать. Красный – мама очень занята, и отвлекать ее сейчас нельзя.

Конечно, чтобы «светофор» заработал должным образом, потребуется время и терпение. Много раз объяснить, напомнить, выдержать границы, похвалить за соблюдение правила.

Как объяснить мужу, что не надо обижаться на ребенка?

Возможно, нужно рассказать о возрастных особенностях развития ребенка. Возможно, стоит напомнить о том, что он взрослый. Обида на ребенка – это выпадение из взрослой позиции на уровень ребенка. Когда отношения строятся не как «родитель – ребенок», а по-приятельски. Приятель на приятеля обиделся. Почему обидеться не может взрослый? Обида приходит, когда поведение человека не соответствует моим ожиданиям: «Я ждала от тебя другого поведения». И если мои ожидания не оправдались, я могу выйти из общения. Находясь в позиции родителя, я не могу перестать общаться со своим ребенком. Если его поведение не соответствует моим ожиданиям, значит, мне есть с чем работать. Либо работать над своими ожиданиями. А что, если я требую от ребенка невыполнимого? Что, если в силу возраста ребенок просто не может вести себя так, как я это представляю?

Либо работать над поведением ребенка, выполняя свою прямую родительскую функцию. Обида – это прекращение контакта, а тут как раз нужно объяснять, рассказывать, приводить примеры.

Это нормально или пора к психологу?

Что делать, если ребенок сам себя бьет?

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Аутоагрессия – серьезный симптом и повод обратиться к психологу. Это ни в коем случае не показатель «ненормальности» ребенка, наличия у него психических отклонений. Но это всегда показатель его психологического неблагополучия, наличия сильного чувства вины и нарушения ощущения самоценности. У таких детей повышен индекс суицидальных рисков в подростковом возрасте, а также высока вероятность развития невротических состояний. Чем раньше будет проведена психологическая коррекция и семейная психотерапия, тем больше вероятность предотвращения возможных негативных последствий.

Что делать, если ребенок избирателен в одежде?

Если бы было можно, ходила бы голышом. Колготки «кусаются», резинки от трусов натирают и давят. Любое платье сковывает движение. Начинает плакать: ей неудобно. Спит исключительно голышом, потому что одежда под одеялом закатывается, слезы: «Я так не могу уснуть». В носках шов неудобный, футболка длинная, штаны колючие, сапоги обувает исключительно без носков, иначе «носок сползает». Покупаем все хлопковое, на несколько размеров больше, позволяем самостоятельно выбирать вещи в магазине, но это не спасает. Потому что выбранные с вечера носки утром превращаются в инструмент пыток.

Все чаще я встречаю родителей, которые говорят: «У меня высокочувствительный ребенок». При мне две знакомые мамы высокочувствительных девочек обменивались марками проверенных «неколючих» носков и лучших кондиционеров для белья. Стало ли на самом деле в мире больше высокочувствительных детей? Думаю, раньше их было столько же, просто

Когда я была маленькой, я точно была «высокочувствительным ребенком». Помню, как ненавидела колготки и носки после стирки. Такие они становились тугие, жесткие, кусачие. «Потерпи, – говорила мне мама, – надо чуть-чуть потерпеть. Привыкнешь – перестанешь замечать». На самом деле так и было. Некоторое время ощущался дискомфорт, но потом ощущения пропадали. Так в норме работает наш мозг. Обрабатывает сигнал от одежды, а потом перестает, потому что нет необходимости, ничего же не меняется.

Любая одежда доставляла мне дискомфорт. Резиночки и пояски давили, платье сковывало движения, от шапки чесался лоб, а варежки были колючими. Но всегда работало правило: «Потерпи, привыкнешь, перестанешь замечать». Худшее из еженедельных испытаний – стрижка ногтей. Всегда до слез, настолько некомфортным было ощущение «лысых пальцев» – так сразу после процедуры я их называла. Я совсем иначе чувствовала собственные пальцы после того, как с них пропадало по одному миллиметру ногтей. И опять меня утешали словами: «Надо чуть-чуть потерпеть».

С каждым годом становилось все легче, моя адаптивность росла. В школьном возрасте я уже не помню, чтобы какая-то одежда вызывала сильный дискомфорт. Если бы мне не предлагали потерпеть (кстати, мягко, с любовью, сочувствием), возможно, не было бы роста адаптивности.

В вопросе одежды, как и во многих других вопросах, важно не уйти в крайность. Постоянно создавая максимальный телесный комфорт, мы препятствуем развитию адаптивности и переносимости, и «высокочувствительность» сама по себе с возрастом не уменьшается. Знала девочку-подростка, которая отказывалась носить вещи после стирки, потому что менялось ощущение от ткани. Ей в детстве не говорили: «Потерпи». Ей покупали десять новых футболок на лето. Когда очередная футболка всем своим видом начинала умолять о стирке, ее выкидывали и доставали из запасов новую.

Позиция «у меня высокочувствительный ребенок» грозит опасностью не заметить психическое заболевание. Если мы время от времени предлагаем ребенку потерпеть дискомфорт (в другую крайность тоже не впадаем, не создаем дискомфорт специально), то возможны два варианта. Первый: ребенок адаптируется и перестает ощущать дискомфорт. Второй: не адаптируется, позитивной динамики не наблюдаем. В этом случае лучше показать ребенка психиатру.

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Избирательность в одежде и повышенная сенсорная чувствительность (ощущение дискомфорта даже от небольших воздействий разного характера, когда для ребенка все слишком шумно, слишком ярко, слишком давит, слишком колет и т. п.) в некоторых случаях бывают симптомами неврологического неблагополучия или психического заболевания.

В норме особенностью всех сенсорных рецепторов является их способность частично или полностью адаптироваться к любому постоянному стимулу после некоторого периода его действия. Это означает, что наша нервная система в основном доводит до уровня сознания только новые или изменившиеся ощущения. Попробуйте смотреть на что-то пристально, не двигая зрачками, – очень быстро изображение станет расфокусированным, размытым. Зрачки глаз должные постоянно совершать микродвижения, чтобы ощущения от изображения менялись и мы могли его воспринимать. Точно так же с телесными ощущениями: давление, нажатие, воздействие новой фактуры воспринимается только первые несколько секунд или только если мы на них специально сосредоточимся. В остальных случаях мы перестаем их замечать, так как сигнал от соответствующих рецепторов перестает поступать на центральный уровень. Исключение составляют сигналы от рецепторов, которые передают жизненно важную информацию (например, от болевых рецепторов). Таким образом, в норме мы ощущаем одежду в момент ее надевания и некоторое время после (конечно, если она не доставляет болевых ощущений), а потом просто перестаем замечать на себе. Если этого не происходит, то в первую очередь стоит обратиться к неврологу.

Если подобная повышенная чувствительность сочетается с особыми идеями и стереотипами (надевать только белое или не больше трех вещей, или одеваться в определенном порядке, или носить одежду только определенного фасона), необходима консультация психиатра.

Случай из практики: ребенок с признаками аутизма очень привязан к одной куртке, другую одежду на улицу не надевает, но куртка стала мала. Родителям пришлось изучить большое количество сайтов и объехать несколько ближайших городов, чтобы купить ребенку точно такую же куртку на размер больше. Не сделать этого было нельзя, так как он просто сидел дома, отказываясь надевать что-либо другое. Это признак нарушенной социальной адаптации. Если присутствуют такие проявления, то это указывает на наличие заболевания, которое необходимо лечить.

У ребенка начало проявляться заикание. Что могут сделать родители?

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Заикание (логоневроз) – речевое нарушение, которое проявляется изменениями плавности и ритма произношения слов и звуков.

В основе расстройства лежат спастические сокращения структур, которые обеспечивают речевую функцию (мышцы гортани, языка, мягкого неба, губ). Спазмы обусловлены чрезмерным возбуждением соответствующих центров (речевого и эмоционального) в головном мозге.

Провоцирующим фактором при возникновении заикания часто является испуг, но точные причины, почему у одних детей в ответ на испуг развивается заикание, а у других – нет, неизвестны. Можно лишь выделить группы риска по развитию заикания.

• Дети, склонные к судорогам. Если ребенок начал заикаться, грамотные неврологи порекомендуют сделать ЭЭГ для исключения патологической активности, характерной для эпилепсии. Если дополнительно у ребенка отмечаются сноговорения и/или снохождения, он склонен закатываться в истерике и не может остановиться, то велика вероятность, что дело именно в этом и необходимо лечение.

• Дети с превышающими норму интеллектуальными задатками, опережающими развитие речи. Ребенок умный, быстро соображает, и этот быстрый мыслительный поток не успевает выразиться через пока ограниченные в силу возраста речевые возможности. Если при этом родители увлечены ранним развитием, с раннего детства обучают ребенка нескольким языкам, ситуация усугубляется. Таким детям помогает обучение дыхательным техникам и замедление темпа речи, а также снижение обучающей нагрузки.

• Дети, имеющие повышенную тревожность, особенно социальную. Как правило, их родители – перфекционисты, склонные предъявлять высокие требования как к себе, так и к своим детям. И дети тоже обретают такую особенность – постоянного внутреннего критика. Помогает психокоррекция, направленная на развитие самоценности, преодоление социальных страхов, развитие навыков эмоциональной саморегуляции.

• Дети, у родителей или близких родственников которых есть подобные нарушения. В данном случае частично играет роль наследственный фактор, частично – фактор среды, так как дети обучаются через подражание. Поможет совместная работа с логопедом.

Существует универсальный прием, применимый при любых видах заикания, который логопеды обычно рекомендуют на ранних этапах проявления симптома. Это режим молчания и избегания сенсорной нагрузки. Как только у ребенка замечают запинки в речи (особенно важны первые несколько дней), рекомендуется снизить его речевую активность и исключить новые впечатления. Желательно, чтобы как минимум неделю ребенок находился в спокойной, привычной обстановке,

Тут очень важно понимание и слаженное взаимодействие всей семьи. Коллега-логопед, работающая с заиканием, поделилась историей о девочке, у которой недавно проявилось заикание. Родителям были даны соответствующие рекомендации, и состояние ребенка постепенно улучшалось до момента, пока дедушка не «пожалел» внучку, лишенную всех развлечений, и не сводил ее в зоопарк. Девочка опять начала заикаться.

Как успокоить ребенка с повышенной возбудимостью?

У ребенка повышенная расторможенность и возбудимость. Невролог никаких диагнозов не ставит, но иногда ребенок кричит, скачет и не слышит, что ему говорят. Спотыкается, зацепляет кучу вещей вокруг, скидывает все на пол, роняет, разливает. У невролога проверялись, все нормально. Что делать?

В случае ситуационной перевозбудимости можно переключить ребенка на более спокойный вид деятельности. Например, предложить почитать книгу, при этом держа его на коленях и тихонько покачивая. Если взрослых двое, покачать на покрывале, как в гамаке, постепенно замедляя скорость и уменьшая амплитуду. Искупать в теплой ванне с седативными травами. Сделать расслабляющий массаж (легкие постукивания и поглаживания). Можно сыграть в игру «Море волнуется раз». Простая, но полезная игра. В ней тренируются произвольность поведения, способность останавливать себя, замирать.

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Время обследования неврологом составляет от 15 минут до 1 часа, в среднем обычно около 30 минут. Для того чтобы установить наличие или отсутствие симптомов, свидетельствующих о неврологических нарушениях, специалист наблюдает за ребенком: соответствует ли рисунок поведения возрастным нормативам; задает вопросы, оценивая запас знаний и словарный запас; проверяет рефлексы, определяет, нет ли стигм дизэмбриогенеза (особенностей внешности, свидетельствующих о нарушениях на этапе внутриутробного развития, например низко посаженные уши, укороченный мизинец и др.). Невролог также собирает анамнез (историю, как развивался ребенок до момента обращения) и расспрашивает о том, что беспокоит родителей. В процессе ограниченного по времени неврологического обследования ребенок не всегда демонстрирует поведение, которое беспокоит родителей, поэтому у специалиста для оценки есть только свидетельство близких без возможности непосредственного наблюдения, что не дает права объективно диагностировать специфику состояния ребенка в такие моменты и выделить факторы, вызвавшие такое поведение.

Ребенок четырех лет может таким образом просто играть; это может быть признаком перевозбуждения нервной системы или (в исключительных случаях!) проявлением психотического состояния. Поэтому желательно перед посещением специалиста сделать видеозапись моментов, вызывающих тревогу родителей. Имеет смысл понаблюдать за ребенком и попробовать оценить ситуации, в которых «ураганное» поведение проявляется чаще. Например, он чаще бегает и кричит после того, как пропустил дневной сон или длительное время смотрел телевизор и играл с телефоном; или, может быть, после шумных активных игр со сверстниками; или когда дома много людей, или перед переменой погоды (как правило, она связана со сменой атмосферного давления, и люди, склонные к повышенному внутричерепному давлению, реагируют на это); или такое поведение возникает совершенно неожиданно и сопровождается необычными проявлениями: смех без видимой причины, оглядывание по сторонам, закрывание ушей, разговор с самим собой… Возможно, подобное системное наблюдение позволит справиться с ситуацией без привлечения специалистов через изменение режима дня, поддержание дома более спокойной обстановки, минимизацию взаимодействия с гаджетами. Если же складывается впечатление, что медицинская помощь все же необходима, то видеозапись и подробная характеристика ситуаций, в которых ребенок ведет себя «ураганным образом», поможет специалисту квалифицировать имеющиеся нарушения.

Трехлетний ребенок почти не разговаривает. Нужно ли бить тревогу?

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Можно, конечно, подождать, что вырастет, пойдет в садик и разговорится там, тем более что большинство детей в настоящее время начинают разговаривать позже по сравнению с их ровесниками лет 20–30 назад. Существует гипотеза, что современные родители стали очень хорошо понимать детей, предугадывать их желания, уделять больше внимания, и поэтому речевая функция не так востребована и, соответственно, созревает медленнее. Помню консультацию, когда девочку, которой было почти 5 лет, привела на диагностику практически вся семья: мама, папа и бабушка. Девочка симпатичная, сообразительная, но очень плохо говорит, половину слов разобрать невозможно. Семья озабочена этой трудностью и хочет разобраться, что с этим делать. Проводим диагностику, и вдруг девочка видит в шкафу куклу, которая ей очень понравилась. Она вскидывает руку в направлении игрушки и издает мычащий звук, все трое взрослых членов семьи тут же быстро поднимаются с дивана и бросаются за игрушкой. Зачем ребенку преодолевать трудности, выговаривать звуки, припоминать название игрушки, если его и так понимают?.. Но это только один из механизмов задержки речевого развития. За словами «ребенок плохо говорит» может скрываться самая разнообразная симптоматика.

• Описанная выше: зоны мозга, ответственные за речевые функции, формируются с задержкой в связи с недостаточной востребованностью извне. Такова особенность развития центральной нервной системы: развивается то, что востребовано.

• Задержка речевого развития – лишь одно из проявлений общего недоразвития. Если это так, мы увидим и иные признаки: ребенок позже начинает держать голову, переворачиваться, ходить, осваивать горшок; он в целом хуже соображает, чем другие дети его возраста.

• Избирательно нарушено развитие зон мозга, ответственных за восприятие и/или воспроизведение речи, как это бывает при алалии[4]. При сенсорной алалии ребенок слышит звуки, но не различает в них слова, не может понять, что ему говорят. В случае моторной алалии он понимает речь, но не может ее воспроизвести и заменяет речь мимикой и жестами. Самый сложный вариант – сенсомоторная алалия, при которой нарушается и восприятие речи, и возможность осуществления акта речи. В таких случаях чем раньше подключатся специалисты – невролог, логопед-дефектолог, нейропсихолог, – тем больше возможностей для компенсации имеющихся нарушений.

• Ребенок может говорить, способен издавать звуки, произносить слова, иногда даже фразы или четверостишия, но все они не выполняют коммуникативной функции. Такие дети, как правило, либо когда-то (в год-полтора) начали говорить, а потом замолчали, либо речь сохранилась, но так и не превратилась в диалогическую. Так бывает при аутизме. Кроме проблем с речью, у таких детей зачастую наблюдается стереотипное поведение с элементами одержимости (раскачивание, потряхивание руками, серия замысловатых движений, повторяемых из раза в раз) и стойкое избегание контактов с окружающими.

Если ребенку три года

• Насколько хорошо при этом он понимает обращенную к нему речь? Может ли выполнить речевую инструкцию вне контекста ситуации («Принеси мне синее ведерко из маленькой комнаты и поставь его на обеденный стол») или выполняет только те просьбы, которые подкреплены жестами, непосредственными указаниями («Сядь на стул» с указанием на стул)? Может ли показать на картинках знакомые бытовые предметы, животных?

• Насколько он сообразителен в невербальной сфере (самостоятельно надевает шапку и натягивает носки, откручивает крышку бутылочки, вкладывает стаканчики разных размеров друг в друга) и насколько в целом интересуется окружающим миром? Коллега рассказала историю, как она своих детей (двух и четырех лет) привела к бабушке, у которой на тот момент гостила подруга со своими внуками примерно того же возраста. Вечером, забирая их, выслушала жалобы от бабушки: везде лезут, то им порисовать, то мультики, то книжки. Вот у подруги внуки послушные – посадили их на кровать, они и сидят, никуда не лезут. Потом, когда дети подросли, оказалось, что внуки подруги имеют диагноз «умственная отсталость».

Как реагировать, если ребенку нравятся отрицательные герои?

Ребенку в мультфильмах нравятся отрицательные герои: бандиты, мошенники, разрушители. Рисует исключительно монстров. Многоглазых, зубастых, со злыми мордами, с когтями. В играх – тоже сплошные воображаемые монстры, монстры то, монстры се. Сам их не боится, иногда изображает очередного монстра. Вроде бы никакого негатива, но немного беспокоит, что почти все его игры и творчество связаны с монстрами. Подскажите, это нормально или надо как-то корректировать?

В каждом есть светлые и темные стороны. И если ребенок ведет себя хорошо, послушный и добрый, то где-то же он должен «выгуливать» темные грани своей личности? Поэтому он может любить отрицательных героев, рисовать монстров, в сюжетно-ролевых играх играть отрицательных персонажей.

Во взрослом мире существует уголовная ответственность, и она наступает в том случае, если противоправное действие совершено и вина доказана, а не когда человек любит смотреть фильмы про ограбления или просто помечтал: «А вот бы ограбить банк. Что бы я тогда купил на такое количество денег?»

В детском мире так же. Пока у вас нет никаких претензий к ребенку, можно довольно спокойно относиться к его предпочтениям. Скорее всего, он просто перерастет увлечение монстрами и разрушителями. Но продолжать рассказывать про добро и зло и читать сказки, в которых добро побеждает, надо.

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Увлечение монстрами и бандитами в редких случаях может быть рассмотрено как признак развития патологии характера. Чаще это связано с потребностями ребенка на данном этапе его жизни. Возможно, ему не хватает каких-то качеств, которые есть у этих антигероев; возможно, они ассоциируются у него с какими-то возможностями, которыми он хотел бы обладать. Например, все в его жизни подчинено строгим правилам, день расписан по минутам, а мошенники – это те, кто делают все, что им хочется. А может быть, это стеснительный ребенок, в реальной жизни ему трудно постоять за себя, и через идентификацию с монстрами он осваивает пока недоступную ему агрессию.

Пока ребенок просто смотрит и рисует монстров и отрицательных персонажей, можно не переживать. Но стоит насторожиться, если появятся первые предвестники развития патологии характера. Если вы заметите, что ребенок сознательно и с каким-то садистским удовольствием причиняет боль другому живому существу. Не в пылу ссоры, не в аффекте, а делает больно специально, развлечения ради. Злятся во время конфликта все дети. Могут и укусить, и толкнуть, но садистическая агрессия с удовольствием от причинения боли живому существу – это патологический признак. Особенно в комбинации с отсутствием эмпатии, чрезмерным эгоцентризмом, с полным игнорированием чувств и потребностей других людей. Вообще эгоцентризм – норма для дошкольного и младшего школьного возраста, но уже в три года малыш способен понять, что причинил маме боль и маму нужно пожалеть, погладить. Уже в этом возрасте ребенок может обратить внимание на того, кто плачет, и посочувствовать ему. Если же нет таких проявлений, нет ни жалости, ни сочувствия и есть ощущение, что ребенок специально причиняет боль, мучает кошек, сворачивает шеи голубям, имеет смысл показаться психиатру.

Как бороться с тем, что ребенок берет чужое?

Ребенок приносит из садика чужие игрушки. Объясняли, ругали – все равно приносит. В магазине может взять конфету и сунуть в карман, хотя если бы попросил, мы бы ему купили.

Важно понять причины, которые приводят к такому поведению.

Зависть, желание обладания(«Очень хочется такую игрушку, но мне такую не купят»). Бывает, что финансовые возможности семьи не позволяют удовлетворять многие желания ребенка. В его понимании он так восстанавливает справедливость («Я хочу. Всем покупают, а мне не покупают. И если мне не покупают, я возьму сам»). Здесь нужна длительная работа по формированию нравственных ценностей и смена приоритетов с обладания материальными вещами на удовлетворение («Зато я честный»). Усиливаем бдительность, чтобы взять чужое было сложно. Если увидели дома чужую игрушку, создайте условия для возвращения. Оставлять чужую игрушку у ребенка нельзя: сформируется успешный опыт, и в дальнейшем захочется повторить. Если ребенок говорит: «Мне ее подарили», это может быть как правдой, так и неправдой. Уточните, кто подарил, и смотрите на его реакцию. Легко он это скажет или задумается, стушуется, глаза отведет. «Маша подарила? Я спрошу у родителей Маши, не против ли они такого подарка». Ребенок может сказать: «Я ее нашел». Где и когда нашел? Ребенок в этом возрасте обычно не бывает на улице один. Значит, должен быть свидетель находки. Если говорит: «Нашел в садике», – объясняем, что нужно вернуть в садик. Значит, хозяин игрушки ходит в тот же садик и есть возможность вернуть ему игрушку. Если говорит: «Нашел во дворе», а двор у вас закрытый, ребенок там гуляет один, игрушка не выглядит так, как если бы ее выкинули за ненадобностью, – пробуем найти хозяина через домовой чат. Это важно, чтобы украденная игрушка возвращалась к хозяину. Иначе у ребенка накопится позитивный опыт негативного поведения. Он совершил плохой поступок, но ему от этого хорошо, он получил желаемую игрушку.

Невозможность противостоять соблазну(«Знаю, что нельзя, но очень хочется»). Слабая волевая функция. Принцип действия тот же самый. Усиливаем бдительность. Чужую вещь возвращаем. Работаем над формированием нравственных ценностей. Читаем сказки про то, как человек взял чужое и был наказан. Не стал брать то, что ему не принадлежит, и был вознагражден за

Привлечение внимания(«Вы будете меня ругать, но я все равно это сделаю. Чтобы показать вам, что я есть»). Нужно обратить внимание на взаимоотношения с ребенком. Что можно изменить в поведении взрослых, чтобы у ребенка не было необходимости привлекать к себе внимание таким поведением?

Наказание обидчика.При наличии конфликта в детском саду, когда ребенок не может дать обидчику прямой физический отпор, он может мстить через пассивную агрессию. Выкрасть игрушку из шкафчика. Хозяин игрушки будет расстроен – так ему и надо. Так как в этом случае сама игрушка ценности не представляет, выигрыш в том, чтобы обидчик плакал. Ребенок может спрятать игрушку дома и не доставать ее. Родители даже не узнают о факте воровства. На эту причину можно выйти только при наличии хорошего контакта с ребенком, когда он сам будет вам рассказывать о том, что его волнует. Посочувствовать, сказать: «Я понимаю твое желание наказать обидчика. Но не каждый метод подходит. Совершая плохой поступок, вредишь себе. Совесть перестает быть чистой».

Как возвращать украденную игрушку? Аккуратно и бережно по отношению к своему ребенку. Не маркировать поступок воровством, не навешивать на ребенка ярлык вора, не привлекать внимания других детей к этому факту. Если доверяете воспитателю, можете взять его в союзники. Проще всего вернуть игрушку через воспитателя. Или через родителей ребенка, у которого пропала игрушка. Попросить, чтобы эта история не стала известна самому хозяину игрушки и остальным детям. В крайнем случае можно незаметно подбросить в шкафчик. Почему незаметно? Чтобы другие дети не стали называть вашего ребенка вором.

Если кражи происходят в магазине, нужно усилить бдительность. Для ребенка это может быть игрой: заметят? Не заметят? Важно сделать такую игру невозможной. Какое-то время не ходить с ним в магазин, пользоваться доставкой, ходить без него или просить его что-то держать в магазине. Когда обе руки заняты, сложно еще что-то брать и незаметно прятать.

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

В возрасте, о котором идет речь в книге, – от трех до семи лет – конечно, рано говорить о клептомании, так как еще нет полноценного понимания права собственности и достаточной возможности контроля своих эмоциональных импульсов (соответствующие отделы мозга не созрели). Навязчивое желание присвоить чужое имущество может проявляться в комплексе с другими нарушениями и редко является ведущим симптомом. Так, например, при аутизме некоторые типы игрушек оказываются сверхценными для ребенка, и он будет забирать их себе при любом удобном случае (например волчки, так как ему нравится все раскручивать, или игрушки, издающие определенный звук). При оппозиционно-вызывающем расстройстве ведущая потребность – делать все вопреки указаниям взрослых, и тогда украсть – это еще один способ нарушить запрет. В большинстве случаев воровство в дошкольном возрасте – это скорее не симптом психического нарушения, а проявление непонимания границ своего и чужого и/или признак психологического неблагополучия.

Энурез – это возрастная норма?

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Энурез – непроизвольное мочеиспускание. Может произойти в состояния бодрствования (условно дневной энурез) или во сне (ночной энурез).

Термин «энурез» применим для детей старше четырех лет; до этого возраста считается возрастной нормой. Это физиологическое явление, связанное с незрелостью соматовегетативной регуляции.

Контроль мочеиспускания зависит от уровня нервно-мышечного, эмоционального и когнитивного развития ребенка. Значимым является и генетический фактор. У 75 % страдающих энурезом отмечается наследственная отягощенность этим расстройством. Если у вашего сына энурез, расспросите свекровь, не было ли такой проблемы у отца ребенка. А если была, то в каком возрасте прошла.

В любом случае лучше не просто ждать, когда явление пройдет само, а обратиться к врачам для исключения заболеваний. Энурез может быть органическим (связанным с заболеванием мочевыделительной системы, чаще всего с повреждением работы мочевого пузыря) и неорганическим (причиной является нарушение связи «головной мозг – мочевой пузырь»).

Если уролог, нефролог, невролог исключат нарушения, ребенок здоров, присмотритесь к психологической обстановке вокруг него. Нет ли провоцирующих психологических факторов, особенно если был длительный, более шести месяцев, «сухой» период, а потом вдруг ребенок стал мочиться в постель. Не было ли перед этим психотравмирующих событий? Не связано ли это с тяжелой адаптацией к садику, появлением маленького ребенка в семье или конфликтами родителей?

Нервные тики у ребенка: перерастет или требуется лечение?

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Нервные тики – это непроизвольные сокращения отдельных групп мышц, чаще на лице, хотя они могут затрагивать и другие части тела. Как правило, тики проявляются у детей в возрасте трех-пяти лет. Выглядеть они могут по-разному: подергивание века, учащенное моргание, повторяющиеся движения губ или сморщивание носа, подергивание конечностей… Если это временное явление (непроизвольные движения держатся не больше нескольких недель и постепенно исчезают), то их можно отнести к возрастным симптомам и просто подождать, пока ребенок перерастет. Но если они приобретают хронический стойкий характер, длятся более полугода, то это, несомненно, повод обратиться к специалисту.

В формировании тиков имеет значение как органический фактор (нарушение передачи нервных импульсов на уровне подкорковых отделов ЦНС), так и психологический (тревога, эмоциональное неблагополучие).

Тики обычно имеют мультифакторную природу, поэтому может потребоваться помощь специалистов разного профиля – невролога, психиатра, нейропсихолога, клинического психолога и в некоторых случаях хирурга. Начать лучше с посещения невролога, а он при необходимости направит к психиатру, хирургу или психологу с комментарием: «Лечить не нужно, это что-то психологическое».

К психологическим особенностям, способствующим закреплению нервных тиков, относятся в целом повышенный уровень личностной тревожности, трудности понимания и вербализации своих эмоций, негативный эмоциональный фон окружающей среды.

Как помочь ребенку пяти лет избавиться от сосания пальца?

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

В данном случае важно разобраться, что стоит за этой привычкой у конкретного ребенка. Каждый случай индивидуален, соответственно, помощь будет нужна разная. Приведу несколько случаев из практики, где за одним и тем же внешним поведением (ребенок сосет палец) крылась своя причина.

• Девочка, 4 года. Обратились с жалобами на сосание пальца (до посинения). Из анамнеза: после неожиданной смерти папы, когда ей было три года, нашла среди игрушек старую соску и стала ее сосать. С соской практически не расставалась, за исключением периодов, когда находилась в садике (прятала ее в свой шкафчик, так как воспитатель запрещал пользоваться). После смерти отца стала с большим трудом расставаться с мамой, плакала, когда вели в детский сад, не отпускала в магазин, вместе с мамой ходила в туалет. Соску мама в конце

• Мальчик, 5 лет. Когда находится дома, палец почти постоянно во рту, на замечания реагирует кратковременно, убирает, но уже через пять минут опять продолжает сосать. В садике такое поведение проявляется гораздо реже, в основном когда с кем-то поссорится или во время дневного сна. Из анамнеза: примерно год назад родился младший брат, а через месяц у этого мальчика появилась привычка сосать палец. Периодически стал просить, чтобы его заворачивали в одеяло и качали, иногда писается в кровати, хотя до рождения младшего навыки опрятности были сформированы. Здесь, вероятно, основным механизмом выступает сиблинговое[5] соперничество (конкуренция с братом за внимание родителей) через бессознательную попытку подражания способам поведения младшего. В данном случае помогла семейная терапия, направленная на выстраивание сиблинговых взаимоотношений и привнесение в сознание ребенка понимания преимуществ старшего возраста по сравнению с младшим.

• Мальчик, 4 года 10 месяцев. Сосет палец с момента прекращения грудного вскармливания в возрасте 2 лет 9 месяцев. Мама поясняет, что кормила бы и дальше, но пришлось лечь в больницу и принимать антибиотики, поэтому вскармливание пришлось прекратить. Ребенок в садик не ходит: у мамы есть возможность находиться с ним дома; она переживает, что в садике ребенку будет плохо. Мальчик и мама очень привязаны друг к другу, ребенок постоянно на руках, мама кормит его с ложки, сама одевает, спят они тоже вместе. С другими детьми он общается на развивающих занятиях, куда они ходят вместе с мамой, но там она постоянно следит, чтобы его никто случайно не обидел, и во всем помогает. Так как по результатам обследования у ребенка интеллект сохранен, возникло предположение, что «малышковая привычка» может являться следствием «малышковой среды» и чрезмерной связи с матерью. Помощь в данном случае будет заключаться в изменении среды: чтобы ребенок взрослел и избавлялся от «малышковых» привычек, ему нужно решать соответствующие возрасту задачи и постепенно сепарироваться от родительских фигур.

Эти примеры не описывают всего многообразия причин, по которым ребенок может сосать палец, в каждом случае стоит разбираться отдельно. Общими, как правило, являются только элементы тревоги и депривации (нехватки чего-то значимого): аутостимуляция (а именно так мы обычно рассматриваем привычки что-то делать со своим телом – сосать палец, грызть ногти, мастурбировать, раскачиваться и т. п.) помогает успокоиться и доставить себе удовольствие, которое не удается получить другим способом. Привычка пройдет сама, как только ребенок начнет чувствовать себя более комфортно и уверенно. Исключение составляют клинические случаи, когда привычки обусловлены патологическим состоянием нервной системы. Так, при недоразвитии или повреждении мозговых структур настойчивое желание все тянуть в рот не может быть преодолено только за счет педагогических приемов и психотерапевтических интервенций.

Как избавить ребенка от привычки грызть ногти?

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Привычки, в которых прослеживается элемент навязчивости (ребенок ковыряет в носу, грызет ногти, карандаши, накручивает волосы на палец, пощипывает себя за шею и т. п.) без возможности полноценного контроля данных проявлений (то есть он чаще всего сам не замечает, когда их осуществляет), часто начинают появляться в дошкольном возрасте. Их можно отнести к возрастным симптомам. Возрастные симптомы – проявления нормального онтогенетического реагирования, но утрированные или патологически искаженные. В возрасте 3–5 лет перед ребенком встает множество новых социальных задач: из домашней среды он переходит в систему дошкольного образования, достаточно жесткую, со строгими правилами. Кроме того, в этом возрасте у ребенка постепенно формируется самокритичность, он уже способен сам оценить результаты своей деятельности и соотнести их с результатами других детей: кто быстрее бегает, кто лучше прыгает. Это часто порождает тревогу.

Все эти действия (сование пальцев в нос, пальцев или предметов в рот с их покусыванием, накручивание волос на палец, пощипывание себя и т. п.) выступают как бессознательный способ справиться с тревогой. Попытка их прекратить как извне (ребенка ругают, стыдят, держат за руки или даже их забинтовывают), так и изнутри (ребенок пытается следить за собой, сдерживается изо всех сил) не устраняют причину тревоги, а лишают возможности ее проявлять. Результатом явится усиление тревоги и, соответственно, усиление или смена симптома.

В моей практике был случай, когда ребенок очень сильно грыз ногти на руках, вплоть до появления ранок. Причем делал это даже при засыпании, поэтому на ночь ему стали надевать на руки перчатки, а чтобы не снял, фиксировали бинтами. Тогда гуттаперчевый мальчик стал грызть ногти на ногах.

Другой случай из практики по поводу ногтей: мама девочки была очень строгой, постоянно контролировала, стыдила ее и мазала пальцы горьким соком алоэ. Через некоторое время девочка перестала грызть ногти, но стала накручивать волосы на палец.

Хороший вариант справиться с плохими привычками – работать с причинами, а не со следствиями:

• обучить ребенка способам эмоциональной саморегуляции:

• почувствовать тревогу и признать ее («мне страшно», «я тревожусь»);

• позаботиться о себе: попросить помочь, попросить маму обнять, прижать к себе любимую игрушку;

• по возможности устранить источники тревоги:

• дома на период адаптации к садику снизить требования в отношении навыков самообслуживания. Когда-то можно и покормить, и с уборкой игрушек помочь.

• помочь ребенку подружиться с детьми из группы (действовать через воспитателя или психолога в детском саду, приглашать детей в гости, а также родителей вместе с детьми сходить погулять или посетить в выходные развлекательный центр).

Что делать, если ребенок врет?

Наиболее вероятная причина того, что ребенок врет, – страх наказания. Ребенок нечаянно что-то сломал, испортил и врет («Это не я»), чтобы избежать негативной реакции. Чем строже родители, тем чаще врет. Что делать: не ругать, не наказывать за провинности. Спокойно объяснять, почему так делать нельзя. Можно показать, что вы расстроились, но не наказывать.

Пример. Девочка часто теряла вещи. То варежки, то шарфик. За это девочку дома наказывали: «Опять варежки потеряла! Вот придем домой, будешь в углу стоять!» А в углу стоять очень не хочется. Тогда девочка стала врать, что варежки унесла собака. Что в шарфике другой ребенок домой ушел, потому что решил, что это его

Чтобы такого вранья не было, нужно не в угол ставить за потерянные вещи, а искать причину такой рассеянности. К нейропсихологу сходить, к неврологу.

Еще одна причина для вранья – желание получить какое-то удовольствие. «Я сегодня еще не играл на телефоне! Нет, мне мама не давала», – и играет второй раз за день, оставшись с папой. «Нет, мне не давали конфету. Я в туалет ходил, когда всем раздавали конфеты!» – и кладет вторую конфету в карман. Тут важно не создавать благоприятную возможность для вранья. Спрашивать, играл ли ребенок сегодня на телефоне, не у самого ребенка, а у мамы. Если знаете такую особенность за своим ребенком, помогите ему избежать соблазна сказать неправду.

Особый вид вранья – вранье как развлечение. Перепугать всех и смотреть на реакцию. Как мальчик из притчи, который ради развлечения кричал: «Волк! Волк!» Кстати, эту притчу можно рассказать ребенку. Чтобы знал, что у вранья есть негативные последствия.

Для устранения вранья важно формировать правильное отношение: врать – плохо, говорить правду – хорошо. Об этом есть много притч, сказок, рассказов. Но еще более важно, чтобы в семье был положительный пример. Чтобы родители не обманывали детей, не врали друг другу, не делали ребенка соучастником вранья («Только маме не говори»).

Есть еще причина. Ребенок привирает ради интереса. Фантазирует. Придумывает события, которых не было. Это безобидная разновидность детской игры. Можно подыграть.

Как реагировать на придуманные истории?

Мальчик пяти лет много фантазирует: о том, что ему воспитательница в садике давала водить свою машину; о том, что в садике кормят одним луком; о том, что ходили с бабушкой выкапывать кости на кладбище, чтобы собачек покормить, и так нон-стоп. Это нормально? Как реагировать? Умысла в фантазиях нет, но и поощрять «параллельную вселенную фантазий» не хочется.

В этом возрасте фантазирование – возрастная норма. Оттуда потом вырастут те черты характера, о которых можно будет писать в резюме «творческая личность», «креативность», «способность к нестандартному решению задач». Фантазия – это разновидность игры, игровое переосмысление действительности. Так интереснее. Поэтому пусть остается параллельная вселенная фантазий. Главное, чтобы ребенок не ушел туда полностью, потому что тогда мы уже будем иметь дело с патологией.

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Патологическое фантазирование характерно для некоторых психических заболеваний. В этом случае фантазии носят стойкий характер, могут продолжаться месяцами, а иногда и годами. Зачастую они полностью оторваны от реальности. Ребенок ведет себя неадекватно внешней ситуации. Как будто находится не здесь и не с вами.

При обычном игровом фантазировании ребенок в своих действиях часто подражает знакомым людям или персонажам мультфильмов, с удовольствием включает в свои игры сверстников или родителей, легко переключается с игры на обычную бытовую деятельность или другую игру. При патологическом фантазировании играет один, его игровой сюжет мало связан с текущими событиями, он полностью погружен в мир своей фантазии. Например, перевоплотившись в своем воображении в кошечку, ребенок перестает разговаривать, только мяукает, ест из миски и спит на полу, и эта игра не имеет окончания.

На что еще стоит обратить внимание: ребенок всегда играет в полном уединении. Не потому, что ему другие дети не нравятся, а потому, что он их не замечает. В его мире их нет. Он полностью погружен в свою реальность. Молчит во время игры либо, напротив, громко и экспрессивно реагирует на что-то свое, неожиданно начинает бегать или смеяться.

Нужно ли тревожиться, если появился воображаемый друг?

Бывает, что в дошкольном возрасте у ребенка появляется воображаемый друг. Это бывает следствием потребности в идеальном реальном друге, который «в беде не бросит и лишнего не спросит». Если с реальными друзьями не складывается, то потребность может удовлетворить придуманный друг. Фантазии могут родиться после чтения книг о вымышленных персонажах, с которыми общается только главный герой, а для остальных они остаются невидимыми, несуществующими. Таким другом был Карлсон у Малыша. Такими друзьями являются маленькие Фиксики. Ребенок, который любит читать, слушать книги, иногда переносит сказочную реальность в свою. И в этой игре у него есть собственные Фиксики. Или он придумывает своих сказочных персонажей.

Тут хорошо бы понять, какая потребность ребенка скрывается за этой фантазией, чего ему может не хватать в реальном общении.

Порой воображаемый друг выполняет очень удобную функцию. Ребенок все шалости и проступки сваливает на воображаемого персонажа и таким образом снимает с себя ответственность. Может быть, хочет избежать наказания или сохранить для себя идентичность с «хорошим» собой, а условно плохое вытеснить в воображаемого персонажа. Как будто в этот момент он перестает быть целостным, разделяясь на две части, две субличности: светлую, хорошую, и темную, которая тоже есть, но может быть не принята родителями.

Если это продолжается длительное время, больше месяца, имеет смысл обратиться к семейному психотерапевту, чтобы проанализировать специфику своих взаимоотношений с ребенком. Возможно, ребенок не уверен, что родители готовы принимать его и любить его любым. Как родители реагируют на его ошибки? Преднамеренно он делает эти шалости и проступки или они выходят случайно?

Воображаемое домашнее животное – повод для беспокойства?

У нас есть кот, но сын придумал себе хомячка, это продолжается уже год. Норма или пора обратиться к специалисту?

Возможно, что ребенок просто хочет хомячка. И через эту игру удовлетворяет свое желание. Можно не переживать, если, кроме наличия этой фантазии, ничто в поведении ребенка не настораживает. Он активен, по возрасту развит и любопытен, играет в разные игры, идет на контакт с другими детьми. То есть игра с воображаемым хомячком не заменяет другие игры, не вытесняет другое общение.

У четырехлетнего сына моих друзей был невидимый котенок. При этом дома жила очень даже видимая кошка. И собака, и рыбки. Нельзя сказать, что ребенок тосковал без питомцев. Но захотелось собственного маленького котенка. Как-то семья пошла гулять, и ребенок взял с собой невидимого котенка. А когда устал его нести – попросил папу подержать. И так всю дорогу. Возьмите котенка. А теперь дайте мне его обратно. Котенок хочет ногами идти. Не идите так быстро, котенок не успевает. Котенок устал и хочет на ручки. В какой-то момент старшей сестре эта игра наскучила (а может быть, надоело, что столько внимания достается брату с его невидимым котенком). Она взяла у него с рук невидимого котенка – и выкинула в мусорный бак. Бедный ребенок чуть не нырнул в этот

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Возраст 5–7 лет – время активного развития воображения. Дети увлеченно играют в сюжетно-ролевые игры, придумывают свои миры, друзей и даже питомцев. Вспомним советский мультфильм «Варежка», который очень хорошо отражает специфику этого возраста. Но обращайте внимание на длительность фантазии. Если игровая фантазия длится год и более, то имеет смысл обратиться к психологу, чтобы разобраться, чего же так не хватает ребенку на протяжении всего этого времени.

С какого возраста разрешать гаджеты и соцсети?

С одной стороны, хорошо держать ребенка подальше от гаджетов, но ведь к школе он должен уметь с ними обращаться, чтобы быть не хуже других.

Социальные сети в дошкольном возрасте – это больше рисков, чем какой-либо пользы. Не вижу проблемы, если в первом классе навыки общения ребенка в интернете окажутся «хуже, чем у других». Главное, чтобы его навыки обычного общения были не «хуже, чем у других». Для легкой адаптации к школе в большей степени пригодится способность отпроситься у учителя на уроке в туалет, чем умение «гуглить» свежее видео популярного блогера.

Полноценное и разностороннее знакомство с реальным миром должно случиться в жизни ребенка раньше, чем погружение в мир виртуальный. Иначе может возникнуть искаженное представление. Я видела трехлетнюю девочку, которая картинки в книжке пыталась увеличить, делая характерное движение двумя пальчиками, как по экрану смартфона. Разводит пальчики – а картинка под ними не меняется. Снова пытается увеличить – а результат тот же.

Познакомить с гаджетом в современном мире легче, чем не познакомить. Когда ко мне в семейный лагерь приезжает семья с ребенком в возрасте 7 лет, который до сих пор не знает, что телефон можно использовать для игр и просмотра видеороликов, а не только для звонков бабушке, мне всегда интересно узнать у родителей: «Как вам это удалось?»

Для родителя есть определенный плюс в том, чтобы иногда «выключить» ребенка, дав ему в руки гаджет. Сидит, не бегает, никуда не лезет, ничего не просит. Но этот плюс сразу превращается в минус, когда приходит время забирать гаджет. Редкий ребенок сам принесет его родителю со словами: «На, мне надоело». Чаще приходится забирать «с боем». Ребенок кричит, требует: «Дай, я еще не доиграл!»

А может, пусть сидит в этом гаджете сколько хочет? Все равно же когда-то надоест. Увы, не надоест. Это не энциклопедия с конечным набором картинок. Контент в интернете бесконечен. После просмотра одного ролика система предлагает несколько подобных. Конкурировать с гаджетами за внимание ребенка очень сложно. Гаджеты легко перетягивают внимание. Если на детской площадке оказывается ребенок с телефоном, то вскоре вокруг него собираются много других детей. Они сидят слева, справа, стоят сзади и спереди, и все смотрят в экран.

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Гаджеты стали одним из значимых факторов окружающей среды. Они сопровождают нас в повседневной жизни, мы используем их для развлечения, общения, работы, поэтому исключить их из жизни своих детей крайне сложно. Тем более что в современном обществе гаджеты уже играют значительную роль в обучении. Однако важно понимать, что чем младше ребенок, тем интенсивнее развивается его нервная система и тем больше формирование его мозга зависит от непосредственного окружения и тех видов активности, которые ему доступны. Существуют особые сенситивные (чувствительные) периоды развития различных психических функций. Чем больше мы нагружаем эту функцию в соответствующий период, тем больше шансов сформировать ее в полноценном виде. Так, сенситивный период для развития речи – возраст до двух лет. Если на протяжении этого времени ребенок вообще не слышал человеческой речи, как это описано у детей-маугли, оказавшихся среди животных, то впоследствии полноценного владения речью уже достичь невозможно.

В возрасте от трех до семи лет происходит активное развитие моторных навыков, разных видов восприятия, формируются способности к произвольному вниманию и запоминанию, ребенок учится общаться и управлять своими эмоциями. Теперь подумаем о том, что с ним происходит, если он целый день проводит с гаджетами: как при этом взаимодействии востребованы разнообразные движения, есть ли необходимость сосредоточиться на каком-то объекте и выделить его из остальных (функция произвольного внимания) – или сам гаджет яркими красками и звуками задействует только ориентировочный рефлекс; какие виды общения возможны посредством телефона или планшета, и т. д. Возможно, в будущем ученым удастся выделить зону мозга, ответственную за взаимодействие с гаджетами, и возможно, когда-нибудь именно эта зона будет самой востребованной в успешной адаптации, однако на данный момент погруженность в цифровой мир лишает ребенка видов активности, важных для развития центральной нервной системы. Как следствие, у таких детей плохо развивается координация движений, им сложно овладевать сначала простыми бытовыми навыками, а потом и навыками письма; они слабо ориентируются в пространстве и, соответственно, им сложнее научиться читать, считать и писать; им трудно сосредоточиться на не всегда ярком и привлекательном, но нужном для обучения материале и запомнить его; они зачастую не знают, как в реальности общаться и играть со сверстниками. Так что с гаджетами ребенка, безусловно, стоит познакомить, но не в ущерб другим видам активности. «Негаджетная» активность должна составлять не менее 90 % времени бодрствования.

Как ограничить пользование смартфоном, избежав скандалов?

У ребенка сильная зависимость от смартфона, каждый раз скандал, когда забираем. Как поступить?

Чем сильнее удовольствие, тем сильнее огорчение от потери этого удовольствия. Физиологический механизм пресыщения в этом случае не предусмотрен. Это мороженым можно объесться, и желудок подаст сигнал: «Больше не поместится». С компьютерной игрой такого не происходит. Ощущение «мне достаточно» возникает редко. Скорее это волевое усилие взрослого, понимающего, что теперь нужно переключиться на важные дела. Либо на другое дело, которое доставляет больше удовольствия. Но что по силе вовлечения может конкурировать с компьютерной игрой или просмотром смешных роликов? Если нет ничего, на что с радостью можно променять удовольствие от общения с гаджетом, неминуемо возникает истерика.

Что же в этом случае делать? Стратегии могут быть разными в зависимости от сопутствующих факторов. Например, техническая опция «Родительский контроль», когда телефон сам блокируется спустя определенное запрограммированное время. Огорчения в этом случае тоже не миновать, однако не будет прямого агрессивного противостояния родителя и ребенка. Никто ни у кого телефон не забирает, но ограничение срабатывает. Ограничения воспринимаются как обстоятельства непреодолимой силы. Мама может даже поддержать ребенка, посочувствовать: действительно жаль, что время на удовольствия так скоротечно. Она не становится

С ребенком, который имеет представление о времени (6–7 лет), уже можно договариваться: если после сигнала он продолжает играть, то все последующее время отнимается от времени игры на следующий день. Допустим, договорились, что ребенок играет 20 минут. Но он вернул телефон через 30. Значит, завтра играет всего 10 минут. Вернул через 40 – завтра телефон не получает. При таком подходе приходится постоянно контролировать, напоминать, строго следить за лимитом времени. Потому что если сегодня ребенок вернул телефон через 40 минут, а завтра опять получил на 20, то стимула возвращать вовремя нет. Может, завтра опять «прокатит» и родители забудут вычесть временной излишек?

Дети разные, поэтому приходится перебирать стратегии в поисках наиболее подходящего варианта. Некоторым детям больше подходит вариант «редко, но метко» – играть по часу, но только в выходной день.

Прибегая к любому варианту ограничений, нужно искать альтернативные удовольствия и увлечения, чтобы гаджеты не были единственным интересом ребенка.

Если ребенок слишком перевозбуждается, развлекаясь с гаджетом, имеет смысл вообще исключить его из жизни ребенка хотя бы до школы (в школьном возрасте сложнее контролировать, но, с другой стороны, устойчивость психики повыше).

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

У младших дошкольников и у большинства детей, имеющих минимальные мозговые дисфункции, специфика нервной системы такова, что процессы возбуждения преобладают над процессами торможения. Это означает, что переутомление будет проявляться не в постепенном расслаблении и переходе на режим отдыха, а в перевозбуждении, чрезмерной хаотичной активности, эмоциональной неустойчивости. Длительный просмотр телевизора и компьютерные игры способствуют перевозбуждению нервной системы. В некоторых случаях это может запустить внезапное неконтролируемое изменение электрической активности головного мозга, если имелась предрасположенность к эпилепсии. Но даже если этого и не произойдет, перевозбужденное состояние неблагоприятно скажется на здоровье ребенка, поскольку в таком случае единственный шанс перейти на режим торможения – практически шоковое состояние, когда мозг как бы «выключается от перегрева». В таком случае ребенок бесится, кричит, впадает в истерику, а потом вдруг неожиданно отключается и засыпает. Каждый такой «перегрев» приводит ко все большей неустойчивости нервной системы. Для таких детей максимальное исключение гаджета в дошкольный период – шанс для нервной системы хотя бы частично восстановиться.

Как правильно реагировать на манипуляции детей?

Если ребенок так реагирует на отказ: «Не купишь игрушку – не любишь»; «Не разрешаешь – не любишь»?

В своей реакции на фразу ребенка «Значит, ты меня не любишь», важно не уйти ни в одну из крайностей. Не сваливаться в чувство вины и тревоги. Но и не отвечать равнодушием. Не игнорировать эту фразу. Потому что не факт, что это именно манипуляция. Возможно, в момент отказа или запрета ребенку действительно кажется, что его не любят. Скажите: «Мне жаль, что ты так думаешь. Я тебя люблю».

В таких случаях можно рассказывать истории, сказки, где запрет или отказ демонстрируют именно любовь и заботу. Есть мультфильм, в котором мама-курица и лиса, переодетая курицей, делят цыплят. И дети-цыплята не могут по внешнему виду определить, кто из них настоящая мама. И тогда самый умный цыпленок, с перевязанной шарфиком шеей, сиплым простуженным голосом говорит: «Кто разрешит нам мороженое, та и мама!» – «Конечно, – говорит лиса. – Мороженое – сколько угодно». – «Нет! – говорит курица. – Можете не считать меня своей мамой, но мороженое вам я не разрешу!» – «Вот наша мама!» – И радостные цыплята бегут к курице под крыло.

Как помочь, если у ребенка беспокойный сон, если он часто просыпается ночью?

Сон в меньшей степени поддается какому-либо контролю. Мы, конечно, можем создавать необходимые условия для засыпания и комфортного сна, но существуют и внутренние факторы. Что-то создает дискомфорт, мешающий сну.

Почему ребенок просыпается ночью? Он хочет в туалет, хочет пить, ему жарко, холодно, душно, страшно или что-то болит?

Для начала стоит обратить внимание на режим. При соблюдении режима дня, когда сон всегда в одно и то же время, он становится крепче. Попробуйте пересмотреть режим дня. Если ребенок поздно встает, дневной сон сдвигается на вечер, и, проснувшись в 17 часов, в 21 час он еще не хочет спать, он не устал.

Пробуйте изменить условия сна. Проветривать комнату. Поставить увлажнитель. Заменить одеяло на более тяжелое.

Если ребенок ложится рано и поздно встает, днем активен и весел, возможно, длительный ночной сон покрывает все потребности в отдыхе и дневной сон ему не нужен. Если же он без дневного сна капризен, плаксив, ухудшается координация движений, значит, дневной сон необходим, а сопротивляется сну он по причине наступившего кризиса негативизма. Что делать? Помогите ему заснуть днем. Чтобы обойти сопротивление, предложите просто полежать в кроватке: «Просто полежим, а спать не будем».

Проанализируйте, как проходят дни перед спокойной ночью и перед беспокойной. Возможно, нужно отказаться от слишком возбуждающих мозг видов деятельности, после которых нарушается сон. Перед сном следует стараться не перегружать психику мультфильмами или шумными играми. Сходить к неврологу, чтобы исключить неврологические проблемы, мешающие сну.

Если в семье родители и старшие дети «совы», то ребенку сложно уснуть, когда вокруг атмосфера активности, громкие звуки и много яркого освещения. Желательно вечером отказаться от яркого верхнего света, предпочитая мягкий теплый свет торшеров и бра.

Что делать, если ребенок плачет перед сном и во сне?

Возможная причина – сильное перевозбуждение. День был насыщен эмоциями и событиями. Ребенок не может переключиться из состояния напряжения в состояние расслабления. Через слезы напряжение выходит, обессиленный ребенок засыпает.

Что делать? Искать способы расслабления. Успокаивающая ванна. Легкий поглаживающий массаж. Тихая колыбельная.

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Плач во сне может быть следствием какой-то стрессовой ситуации, пережитой ребенком в течение дня. В фазе быстрого сна мы видим сновидения, в которых в символической или непосредственной форме происходит переработка и интеграция информации, полученной за день. Другая причина криков во сне – перевозбужденное состояние нервной системы на момент засыпания. Так бывает после активных игр, избытка общения перед сном или просмотра мультфильмов, игр с телефоном или на компьютере. В отдельных случаях плач или сноговорение может являться формой ночных пароксизмов, как это бывает при эпилепсии. Если ребенок часто плачет или разговаривает во сне, посетите невролога.

Любые гаджеты перевозбуждают нервную систему, поэтому полноценного переключения на режим отдыха при засыпании под мультики не происходит. Тело может спать, а мозг полноценно не отдыхает, продолжая обрабатывать поступающую информацию. Кроме того, для качественного сна необходима достаточная выработка такого гормона, как мелатонин.

Как быть, если ребенок отказывается засыпать в своей кроватке?

Привык спать с мамой, сопротивляется «отселению». Нужно набраться терпения. Первое время можно посидеть рядом, пока ребенок не уснет. Потом сидеть какое-то время, уходить и возвращаться. Когда ребенок привыкнет к своей кровати, достаточно будет поцеловать его на ночь перед сном и уйти.

Ребенок уже спал в своей кровати, но что-то его там напугало, и теперь он отказывается спать один. В возрасте 6–7 лет у детей активно развивается способность к воображению, и тени на стене, которые раньше не вызывали никаких эмоций, вдруг начинают обретать форму страшных чудовищ. Можно предложить ребенку игрушку для укрепления храбрости, ночник, отпугивающий страхи, ловец снов или другой подобный талисману объект, призванный защищать от страхов.

Моим знакомым помог такой способ. За каждую ночь, когда ребенок проспал в своей комнате, не приходя к родителям, они рисовали смайлик на календаре, висевшем на стене детской комнаты. Ребенку было четыре с половиной года, он еще был не силен в днях недели и названиях месяцев, но мог визуально оценить количество смайликов. Они его радовали, потому что каждый показывал, какой он уже большой и смелый. Смайликов становилось все больше и больше.

Пищевое поведение

Как относиться к избирательности в еде?

Вкусовые предпочтения есть у каждого человека. Что-то мы любим, что-то терпеть не можем, на что-то аллергия. Но максимальная избирательность в еде наблюдается в детстве. Чем меньше ребенок, тем с большей настороженностью он относится к незнакомым блюдам. Если ребенок ест ограниченный набор блюд, но при этом его рацион сбалансирован, присутствуют и фрукты, и овощи, и крупы, и мясо, то можно не переживать. Будет расти – будет соглашаться пробовать новые блюда.

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Избирательность в еде перестает быть нормой, если приобретает сложный прихотливый характер, нарушает социальную адаптацию и негативно влияет на здоровье. Продукты, например, могут исключаться из рациона по цветовому признаку (ребенок ест только продукты белого цвета, а от остальных отказывается) или по типу приготовления (ест только протертую пищу, или только жидкую, или только обжаренную во фритюре). Также нужно обратить внимание, если для питания остается очень ограниченный рацион, не дающий возможности получить все разнообразие белков, жиров и углеводов, необходимых для роста и развития (ребенок ест только йогурты, или только растительную пищу, или только чипсы). Бывают особые формы избирательности, когда ребенок не ест в присутствии других людей или ест только в определенных местах (дома на кухне, в конкретной точке фастфуда и т. п.). В таких случаях стоит обратиться к психиатру.

Как реагировать на отсутствие аппетита?

В норме аппетит должен быть. Ребенок должен проголодаться и с аппетитом поесть. Но в некоторых семьях ребенок ни за что сам не поест, его непременно надо уговаривать.

При детальном разборе дня оказывается, что у него просто нет шанса проголодаться. Каждый час ему что-то попадает в рот. Вот его уговорили съесть две ложки каши. Через час предложили кефир с пряником (он же мало каши съел, голодный). Еще через час уговорили скушать яблочко. Еще через полтора часа подошло время обеда. Но от обеда он отказывается. Что поделать, совсем нет аппетита! Уговаривают поесть супа. Хотя бы несколько ложечек.

Попробуйте дать ребенку возможность действительно проголодаться. Предлагайте еду, но, если не ест, не уговаривайте. Если не съел ничего на завтрак, ждите обеда, не допуская никаких перекусов.

Если же ребенок весь день на самом деле ничего не ел и при этом равнодушно реагировал на то, как едят другие, тогда его надо обследовать, чтобы понять причину отсутствия аппетита.

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Потребность в еде относится к витальным – связана с выживанием. Но все же медицинская статистика показывает, что у дошкольников случаются отказы от еды. В возрасте до трех лет это проявляется через прекращение сосательных движений, отворачивание от ложки, в возрасте четырех-шести лет – через отказ от пищи без жалоб на самочувствие, игры с едой без попыток взять ее в рот; кроме того, могут наблюдаться нарушения сна, слишком сильная возбудимость или вялость, замкнутость в общении со сверстниками, частые запоры, энурез. При подобных проявлениях важно исключить нарушения здоровья, в частности кишечные инфекции. Если ребенок здоров, возможно, отказ от еды является следствием пережитого стресса или длительного влияния психотравмирующих факторов и выступает одним из симптомов депрессивных переживаний. Чаще отказ от еды наблюдается у детей, у которых есть наследственная предрасположенность, для которых характерны повышенная эмоциональная чувствительность и негативное самовосприятие. Иногда отказ от еды наблюдается при психических заболеваниях, например при аутизме.

Что делать, если дочка решила худеть?

Бывает, что девочки, насмотревшись на принцесс и моделей, уже в шесть лет начинают беспокоиться, что они толстые. Складочку кожи между пальцев зажмут: «Смотри, сколько жира. Мне надо худеть». Если объективно у ребенка нет лишнего веса, то худеть ему, конечно, не надо. Расскажите о моде на здоровое тело. Здоровое тело – это тело, в котором комфортно жить и двигаться. Бегать, прыгать танцевать. А художники создают нереалистичные образы. Глаза ведь в жизни у людей тоже не такие большие, как у мультяшных персонажей.

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Нарушения образа тела, характерные для анорексии, могут проявляться и у дошкольников. Даже в три года ребенок, разглядывая себя в зеркале, может сообщить, что слишком толстый и надо бы похудеть. Чаще всего они внушены извне: например, мама недовольна своими формами, и дочка идентифицирует себя с ней и присоединяется к поведению, близкие высмеивают какие-то телесные особенности – животик, форму носа и т. д., – и ребенок убеждается в своей некрасивости. Если ребенок не знаком с безусловной любовью и видит необходимость заслужить ее, уверен, что любят только красивых или только спортивных и т. д., он легко находит недостатки своей телесности, страдает из-за этого, предпринимает попытки себя изменить. К счастью, в этом возрасте волевые процессы развиты еще не в той мере, чтобы сознательно поставить себе цель похудеть и жестко контролировать свой вес, но моменты отказа от еды все же обычно проявляются.

Можно ли разрешать есть под мультики?

Мне приходилось присутствовать

Вот только это нефизиологично. Обычно пугают ожирением. Это наиболее очевидные последствия, потому что, если в момент поглощения пищи мы не сконцентрированы на своих ощущениях, мы рискуем пропустить стоп-сигнал насыщения и заглотить лишнее. Это не так страшно, когда дело касается худощавого вертлявого ребенка. Но последствия механического заглатывания пищи этим не ограничиваются.

В условиях, когда еда не основной, а сопутствующий процесс, не формируется здоровый пищевой интерес. Внимание ребенка приковано к экрану, вкусовые рецепторы не развиваются.

А еще существует риск формирования условного рефлекса, как это было у собак Павлова, у которых желудочный сок выделялся на звук колокольчика. Представляете, увидел ребенок мультфильм – и началось активное слюноотделение, желудок подключился.

Еда под мультики значительно вреднее несъеденной каши.

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Распределение внимания – способность быть включенным одновременно в несколько видов активности (слушать учителя и рисовать в тетради, разговаривать по телефону и одновременно обдумывать, что приготовить на ужин, есть и смотреть телевизор) формируется не ранее старшего дошкольного возраста, полноценное же развитие этого свойства и не всем взрослым доступно. Ребенок трех-пяти лет физически не может одновременно концентрироваться на сигналах своего тела (вкус еды, степень насыщения) и мультфильме. Выиграет в плане концентрации, конечно, мультфильм, так как сигналы от него более яркие и занимательные. Соответственно, зоны мозга, отвечающие за восприятие вкуса, утоление голода и жажды, на момент просмотра мультфильма задействованы мало, формируется меньшее количество нейронных связей по сравнению с нормой, и в будущем велика вероятность плохого понимания своих телесных нужд в этой сфере.

Половое воспитание

Чем вызвано навязчивое внимание ребенка к половым органам?

Наблюдаем навязчивое внимание ребенка к половым органам. Как помочь, как отвлечь, к кому обращаться?

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Согласно исследованиям отечественного сексолога Льва Щеглова, половое самосознание дошкольника в своем развитии проходит ряд стадий, каждая из которых закономерна и необходима для полноценного формирования здоровой взрослой сексуальности.

3–4 года: определение пола через внешнюю атрибутику.

К трем-четырем годам ребенок начинает замечать половые различия. Они для него связаны чаще всего с внешней атрибутикой: у девочек – бантики, а мальчики коротко острижены, девочки в платьях, а мальчики в штанишках. Половые органы в это время ребенка интересуют в той же степени, что и остальные части тела. Он знает, что у него есть руки, ноги, живот и «пися» (пенис, вульва, если родители используют эти термины)… В это время он интересуется частями тела в основном в плане эстетичности и функциональности («У меня красивые ножки», «У меня сильные ручки») или вследствие болезненных ощущений, если они вдруг появились. В это время уже можно сообщить ребенку о простых правилах, касающихся границ его тела («Без твоего разрешения никому нельзя тебя трогать», «Свою писю можно показать только родителям или доктору», «В обществе нужно ходить одетым» и т. п.). И конечно, важно поддерживать позитивное отношение своего малыша ко всем частям тела и отвечать на возникающие вопросы по их поводу, в том числе и по поводу гениталий.

4–5 лет: осознание, что половые различия – в области гениталий.

Ребенок пытается рассмотреть все поближе, активно интересуется своими гениталиями и гениталиями противоположного пола. Именно в это время дети начинают подглядывать за другими в туалете и ванной. Возникает игра «покажи – посмотри». Если в семье есть разнополые дети-погодки, то с этого возраста их нужно учить переодеваться и мыться отдельно друг от друга.

Нередко в этом возрасте ребенок начинает мастурбировать. Это естественные проявления. Не нужно ругать, стыдить и наказывать за интерес к своему телу, так как это может спровоцировать внутренний запрет на сексуальные отношения в будущем. Можно мягко переключать внимание. Можно говорить, что в обществе не принято трогать половые органы в присутствии свидетелей. Можно сказать, что нельзя касаться их грязными руками.

Если ребенок заинтересовался, чем мальчики отличаются от девочек, стал увлеченно разглядывать собственные гениталии и, возможно, время от времени мастурбировать – это скорее повод порадоваться, что с психосексуальным развитием все в порядке. Это время, когда можно почитать с ним книгу, откуда берутся дети, обсудить гендерные роли, напомнить «правило трусиков»: «То, что скрыто трусиками, можно показывать только родителям и врачам». Рассматривание картинок в книгах, созданных специально для детей, поможет удовлетворить естественное любопытство и снять необходимость в подглядывании.

Начинать беспокоиться нужно только в том случае, если обнаруживается сверхценность «генитальной темы», если мастурбация приобретает навязчивый, непреодолимый характер, занимает большую часть времени, проявляется в открытую, невзирая на любые воспитательные воздействия. В этом случае имеет смысл сходить к семейному психологу, чтобы вместе с ним постараться понять причину такого поведения. Может быть, у ребенка повышенный уровень тревоги и мастурбация – один из способов снять ее. Тогда родителям нужно способствовать снижению тревоги, чаще общаться, уделять телесное внимание (объятия, массаж), переключать ребенка на другие удовольствия.

Но может быть и так, что причина не в повышенной тревоге. Причина не психологическая, а физиологическая. Привлекает внимание ребенка к области гениталий имеющийся там зуд, дискомфорт, раздражение, воспаление, паразиты. И тогда лучше начать с педиатра, а потом по направлению посетить детского гинеколога или уролога.

Нужно ли рассказывать ребенку, откуда берутся дети, если он не спрашивает? И в каком возрасте?

Лучший возраст для рассказа, откуда берутся дети, – тот, в котором ребенок этот вопрос задал. Обычно это бывает, если мама ожидает его младшего брата или сестру, или в возрасте пяти-семи лет. Если ребенок у вас так об этом и не спросил, возможно, он узнал об этом из другого источника. Но в таком случае, к сожалению, мы не можем судить о степени достоверности полученных им сведений. Возможно, ваш сын или дочь стесняются обсуждать с вами эти темы, так как у вас дома не принято делиться переживаниями, или именно в сексуальной теме ребенок ощущает ваше напряжение. Бывает

В каком возрасте маме пора перестать мыть мальчика?

В том возрасте, когда она сама или сын начинает испытывать смущение. Обычно после трех лет ребенок уже в состоянии самостоятельно почистить зубы, вытереть попу, помыть половые органы. Конечно, на первых порах это может быть сделано не очень качественно, но надо начинать формирование навыков. Желательно, чтобы после трех лет вопросами гигиены мальчика больше занимался папа. (Вообще желательно, чтобы папа активно участвовал в воспитании, не только в вопросах гигиены.) Но некритично, если сына помоет мама. Какой-то вред психосексуальному развитию ребенка можно нанести только если делать это грубо, причинять боль, сознательно или бессознательно выделять гениталии как постыдную часть тела. Во всех остальных случаях – это просто часть обыденной жизни. К семи годам ребенок нуждается лишь в небольшом контроле в вопросах гигиены, и ему не нужна помощь родителей.

Мальчик растет не мужественный. Это повод для переживаний?

Когда мальчик шумный, шустрый, много бегает и часто дерется, это доставляет родителям много хлопот, но при этом они спокойны: мальчик похож на мальчика. Беспокойство родителей вызывают «домашние» мальчики. Мальчики тихие, мальчики робкие, эмоционально ранимые, не любящие шумных игр и больших компаний. «Какой-то он у нас не мужественный растет…»

Мужественность не в том, чтобы быть сильным, бойким и шумным. Есть разные концепции мужественности. Если конкретному ребенку не подходят примеры ярко выраженной маскулинности, ему можно показывать другие. Есть мужество педагога Януша Корчака. Есть мужество ученого Стивена Хокинга.

На одном детском празднике запускали китайский небесный фонарик. По логике ведущих, все загадывают желание, ведущий поджигает фитилек – и красный бумажный фонарик, наполняясь горячим воздухом, поднимается высоко в небо, постепенно превращаясь в яркую точку. Но все пошло не по сценарию, добавив празднику огонька совсем другого рода. Порыв ветра отбросил фонарик на дерево, фонарик зацепился за ветки, сухая ветка начала гореть. А рядом с деревом – деревянная веранда. Нарисовалась перспектива большого пожара. Ведущие растерялись. Но среди участников праздника был папа-десантник. Он ловко залез на дерево, обломил сухую ветку и вместе с фонариком скинул на землю. После чего, повиснув на другой ветке, спрыгнул ногами на фонарик и затоптал огонь. Все присутствующие с облегчением зааплодировали. Сильный, ловкий, решительный – мужественный. «Никитин папа спас всех от пожара», – рассказывал потом своей маме мальчик Дима. – «Молодец Никитин папа, – ответила Димина мама. И добавила: – А твой папа спас бы всех от пожара по-другому. У него другая суперсила. Он просто запретил бы запускать такой фонарик». Димин папа – пожарный инспектор. Он не такой сильный и высокий, как папа Никиты. И не такой ловкий. Но тоже спасает людей. Требованиями соблюдать правила. Правила противопожарного режима, которые, кстати, и для таких ситуаций с фонариками прописаны: «На территории поселений, городских округов и внутригородских муниципальных образований, а также на расстоянии менее тысячи метров от лесов запрещается запускать неуправляемые изделия из горючих материалов, принцип подъема которых на высоту основан на нагревании воздуха внутри конструкции с помощью открытого огня». Перефразируя С. Михалкова, «папы разные нужны, папы разные важны». И вот такие разные нужные папы вырастают из разных мальчиков.

Конечно, корректировать поведение можно. Я думаю, что любые изменения в поведении, не ограниченные функциональными способностями мозга, гипотетически возможны. Но предварительным этапом изменений должно быть принятие. Принятие его «таковости»: «Наш ребенок такой. Мы любим и принимаем его таким. Таким эмоциональным, тихим, ранимым». Любая коррекция поведения ребенка должна иметь в основании принятие, любовь и заботу. И должна происходить не через критику, а через поощрение. Не упрекать за робость, а замечать и хвалить в те моменты, когда он демонстрирует более смелое поведение.

Как относиться к тому, что девочка хочет быть мальчиком?

Скажите, это нормально, что девочка решает, что она не девочка, а мальчик, придумывает себе мальчишеское имя и соглашается отзываться только на него? И одевается, и ведет себя соответствующе?

В моем детстве был период, когда я очень хотела быть мальчиком. Мне было пять лет. В подтверждение серьезности своего намерения я придумала себе мужское имя и поставила родителей и родственников перед фактом, что теперь отзываюсь только на это имя. Какое-то время мне даже подыгрывали. Все это продолжалось не больше недели, ибо являлось не нарушением гендерной идентичности, а бурным протестом. Просто в какой-то момент взрослые меня очень сильно замучили фразой: «Ты же девочка». «Ты же девочка» должна непременно лишать себя удовольствия лезть на забор («Анечка, ну куда ты лезешь? Ты же девочка! Девочки по заборам не лазают!»). Три моих брата сидят на заборе, а я что, должна одна на земле стоять? И по деревьям, по мнению взрослых, девочки тоже не лазают. А что делать, если с нижних веток черемухи, которые можно достать с земли, уже все ягоды объели?

Наверное, «правильные» девочки сидят на лавочке, ножками болтают, песенки напевают и ожидают, пока прекрасные рыцари слезут с дерева с ягодами на ветке. Не так я рыцарей использовала. Я их просила научить меня залезать на дерево. И это был более ценный навык, потому что он открывал доступ к черемухе всегда, когда захотелось ягод, а не только тогда, когда братья были рядом.

Но когда взрослые видели меня на дереве, они говорили: «Ты же девочка!» И мною был сделан вывод: девочкам многого не разрешают, мальчиком быть интереснее. Справедливости ради надо сказать, что с дерева меня хотели снять не потому, что девочкам так себя вести неприлично. Убеждение было другое: девочки не могут лазать по деревьям так же ловко, как мальчики. Взрослые боялись не того, что я вырасту «неправильной» девочкой, а что я свалюсь с дерева. Но я сделала вывод, что мальчиком быть гораздо интереснее, так как им можно больше, чем девочкам.

Если ваша девочка вдруг изъявляет желание быть мальчиком, то прежде всего надо проанализировать причины такого желания. Не сделала ли она вывод, что у мальчиков больше привилегий, прав, возможностей? Не показалось ли, что мальчиком быть веселее? Жестко ограничивая арсенал игрушек, игр, занятий гендерными рамками, родители могут нечаянно усложнить принятие своего пола ребенком.

Вторая причина непринятия своего пола может скрываться в неоправданном ожидании родителей: хотели мальчика, а получилась девочка. И вроде бы прямо не говорят, но невзначай транслируют, что лучше бы родился мальчик. В

Чтобы не создавать ребенку сложностей с принятием своего пола, важно в явной и неявной форме транслировать следующие послания.

В случае с девочкой: «Ты девочка. Мы рады, что ты девочка. Быть девочкой хорошо».

В случае с мальчиком: «Ты мальчик. Мы рады, что ты мальчик. Быть мальчиком хорошо».

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Данные проявления в некоторых случаях могут указывать на изменение полоролевой идентификации, что характерно для трансгендерных/транссексуальных людей (по МКБ-10 диагноз F64.2 расстройство половой идентификации у детей). Такие нарушения не поддаются психологической коррекции. Однако и встречаются довольно редко. Трансгендерные люди составляют не более 1–2 % в популяции. Более чем за 20 лет работы в психиатрическом стационаре только один раз в моей практике встретился случай, когда мальчик шести лет вел себя как девочка: играл в куклы, говорил томным голосом, общался преимущественно с девочками, а дома любил одеваться в мамины платья, на всех его рисунках персонажи были женского пола. При этом он отзывался на мужское имя и не пытался никого убедить, что он девочка. Но поведение, жесты, манера разговаривать – все это выглядело очень естественным именно для девочки.

Выбор противоположной гендерной роли может случиться после психотравмы. Но в дошкольном возрасте это встречается нечасто, такое более характерно для детей школьного возраста. Например, после пережитого сексуального насилия девочка стремится минимизировать все признаки женской привлекательности, выбирает быть мальчиком, чтобы чувствовать себя в большей безопасности. Либо мальчик, наблюдавший неадекватное агрессивное поведение отца, решает идентифицировать себя с более безопасной женской фигурой. Обычно мы можем выявить четкую связь с пережитым событием и наблюдать положительную динамику в результате психотерапии и прекращения воздействия травмирующих факторов.

В дошкольном возрасте в большинстве случаев проявляется не выбор гендерной идентичности как таковой, а выбор поведенческой модели, которая кажется более привлекательной.

Отношения в семье

Что делать, если ребенок возомнил себя главным и считает, что все должно быть так, как хочет он?

В норме такой период проходят все дети в раннем в возрасте. Малыши эгоцентричны, им кажется, что весь мир вращается вокруг них. Они ожидают, что их прихоти должны моментально исполняться. И это совершенно нормальное желание! (Признайтесь, разве вы бы этого не хотели?) Период эгоцентризма обычно быстро проходит через столкновение с реальностью, в которой далеко не все так, как хочется. Взрослые уже примирились с тем, что в мире восемь миллиардов человек и каждый живет со своими желаниями, потребностями, интересами. И нужно уметь считаться с интересами других. А тот, кто главный, тоже не получает все, что хочет, зато принимает на себя ответственность за других.

Если сейчас для вас стало очевидно, что иерархия в семье нарушена, ребенок отвоевывает у родителей власть, значит, пора внимательно присмотреться к себе и к своему реагированию. Ребенок в семье получает власть только тогда, когда взрослые ему эту власть отдают.

Часто такое происходит в семьях, в которых родители опасаются превратиться в тиранов, свалиться в авторитарный стиль воспитания. Из страха впасть в одну крайность они уходят в другую – авторитарность ребенка. В маленького тирана превращается ребенок. А эта крайность тоже не является благом для него. Хотя бы потому, что тирана сложно любить.

Главный в семье – это не тот, кого все слушают и чьи желания выполняют. Главный – это тот, у кого ресурсы и ответственность. Поэтому его и должны слушать. Ресурсы и ответственность у родителя. Мы не можем переложить ответственность на ребенка.

Но тот, кто главный (или, условно, правитель), может использовать разные стили правления. И авторитарный стиль далеко не единственный. Можно быть добрым, разумным, любящим, но требовательным правителем. С правителями не всегда соглашаются. Но правитель способен выдержать недовольство.

Ребенок чего-то хочет. Вы в своей коронованной голове взвесили все «за» и «против». Пришли к выводу, что готовы удовлетворить желание ребенка: «Хорошо, я разрешаю».

Если пришли к выводу, что не готовы, тогда отказываете, приводите аргументы, почему «нет». А дальше выдерживаете эмоции ребенка. Скорее всего, они будут бурные, если раньше он с отказом не сталкивался. Со временем привыкнет. Ему придется принять, что нужно считаться с желаниями и возможностями родителей.

Как объяснить ребенку, что мама устает и хочет иногда побыть одна?

Если ребенок не может оставить маму в покое, скорее всего, он не знает, что ему делать без мамы, не может себя занять. Хорошо, если в семье несколько взрослых. Если мама легла отдыхать, то папа сдерживает ребенка, переключает на себя, предлагает чем-то заняться, подчеркивая, что маме сейчас мешать нельзя. Если папы нет вообще или в данный момент нет дома и некому взять ребенка на себя, значит, нужно придумать, на что переключить его внимание: «Я полежу, отдохну, ты пока полепи, порисуй, собери пазлы, посмотри мультик (в конце концов!)». Объяснить сложно, потому что для того, чтобы это понять, нужно поставить себя на место другого человека. А это сложный мыслительный процесс, недоступный маленькому ребенку. От пяти-шестилетнего еще можно ожидать такого уровня эмпатии (но не от каждого), а от трех-четырехлетнего – точно нет.

Как вести себя, если ребенок ни на шаг не отходит от мамы?

Дочь в четыре года не может себя ничем занять, во всем требует участия мамы. Время, которое она

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Чрезмерная привязанность к матери в возрасте четырех лет редко свидетельствует о наличии психических нарушений, но, если имеются трудности социальной адаптации, полное отсутствие интереса к взаимодействию со сверстниками, это, несомненно, повод насторожиться, так как указывает на задержку эмоционального развития. Взросление, эмоциональное развитие – процесс постепенной сепарации: плод выживает в утробе матери, младенец – на ее руках, годовалому ребенку нужна мамина рука для поддержки, трехлетка может уже убежать и самостоятельно исследовать мир, но следит, чтобы мама была в пределах видимости, шестилетка уже сам зачастую просит маму не мешать, когда занимается своими делами, и способен позаботиться о простых бытовых нуждах (приготовить себе бутерброд, налить компот). Если процесс сепарации задерживается, следует разбираться в причинах: есть ли нарушения в работе ЦНС, признаки тревожности, проявления патологии характера. А может быть, дело в каких-то особенностях семейной системы, где ребенку нужно все время быть при маме, и тогда следует решать этот вопрос с семейным психологом.

Что, если девочка предпочитает общение только с папой?

Это нормально, что девочка в три года хочет общаться, спать, есть, купаться, жить только с папой, а маму прогоняет?

Это может быть как вариантом нормы, ярким прохождением эдипальной стадии[6] развития по Фрейду, так и признаком сложностей в семейной системе. Зависит от того, как долго эта стадия длится и как на это реагирует папа.

В норме это длится недолго. Папа не включается в эту игру отстранения мамы. Папа с мамой в этом вопросе солидарны, дают понять ребенку: «Мы твои родители. У тебя есть и папа, и мама. Купать, кормить, гулять будет тот из взрослых, кто в данный момент свободен. Иерархия в семье такая. Решения принимают взрослые».

В искаженном варианте папа подыгрывает дочери, исключает маму из отношений, вступает с ней в конкуренцию за роль лучшего родителя.

Во-первых, нужно внимательнопроанализировать особенности взаимоотношений «мама – дочь» и «папа – дочь». Нет ли такого, что подходы у родителей сильно различаются? У папы попустительский стиль воспитания, то есть папа все разрешает. А у мамы авторитарный. Мама слишком строга, резка, а рядом с папой не жизнь, а праздник.

Во-вторых,проанализировать супружеские отношения. Скорее всего, там тоже разлад. Потому что, если между партнерами есть договоренность, есть согласие, им легко договориться о единстве требований. Сильного контраста во взаимодействии с ребенком не возникает.

Что касается эдипальной стадии, то с мальчиками она проходит примерно в этом же возрасте, но мальчик стремится прогнать папу и остаться с мамой: «Мама меня искупает, мама мне почитает, и спать я буду с мамой, а ты, папа, уйди!» Как действовать? Аналогично. Показать ребенку его место в семейной системе.

Не надо путать этот возрастной этап с ситуацией, когда ребенок любого пола предпочитает маму просто потому, что крайне редко видит папу (например, в силу его занятости на работе). В этом случае дело не в эдиповом комплексе. Объяснение более прозаическое: ребенок привык все делать с мамой, все рутинные ритуалы завязаны на маме. Внезапное появление папы (с работы раньше вернулся, неожиданно) рушит привычные ритуалы. Папа радуется возможности пообщаться с ребенком, а ребенок его отвергает. Обидно для папы, но объяснимо с точки зрения детской психологии.

Как подготовить ребенка к рождению младшего брата или сестры?

Ребенку шесть лет. Скоро родится еще малыш. Старший категорически не хочет брата или сестру.

Родители имеют право иметь столько детей, сколько хотят, не спрашивая согласия у детей. Это только их решение и их ответственность. Детям остается смириться с этим фактом. Да, они не всегда рады появлению младшего.

Как-то одна девочка, старшая из четырех детей в семье, сказала мне: «Опять мальчик. Еще один брат. Нет чтоб сестра для разнообразия. А я у них четыре года прошу собаку. А они говорят: „Ты что, не понимаешь, сколько с собакой хлопот!“ Можно подумать, с новорожденным хлопот меньше». Сколько в ее голосе было недоумения и обиды на несправедливое устройство мира! Тут можно только объяснить, что справедливость не в том, чтобы получить собаку тогда, когда ты ее хочешь. Справедливо, когда решение принимает тот, на кого ляжет ответственность. Когда ты вырастешь и будешь нести ответственность за животное, содержать себя и собаку, тогда и сможешь завести себе питомца. А может, даже нескольких. А пока родители имеют право родить еще ребенка и не брать собаку.

Подготовить– это рассказать, как изменится жизнь старшего с появлением еще одного ребенка. Только не стоит рассказывать, как «вы будете вместе играть». Потому что, во-первых, не надо преподносить решение родителей как заботу о старшем, которому рожают товарища по играм. Во-вторых, при такой разнице в возрасте (6 лет) они еще долго не смогут играть вместе. Разве что когда одному будет 12, а другому 18, станут играть вместе в настольные или компьютерные игры уже на равных.

Показать, как выглядят новорожденные.Что они первое время либо плачут, либо спят. Достать альбом с детскими фотографиями старшего. Показать, какой он был маленький. Как его и маму привезли из роддома домой. Как он рос, как делал первые шаги, как сказал первое слово. Проследить весь его путь роста и развития до настоящего времени. Рассказать, что младший брат будет так же расти и можно вместе с родителями наблюдать и радоваться, когда он скажет первое слово, сделает первый шаг.

Почему он обижает младшего?

У такого поведения две основные причины.

Первая – ревность, зависть к младшему, потому что кажется, что его больше любят. Хочется отомстить малышу, который забрал на себя внимание старших.

Что делать?Стараться не провоцировать ревность.

Понаблюдать за собой и другими взрослыми в семье. Нет ли такого, что малышом все восхищаются, а старшему достается много критики.

Вторая – пытается защитить себя. Чаще всего младшие нарушают границы старших детей. Они влезают в игру, тащат игрушки, ломают постройки, портят рисунки.

Что делать?Защищать игру старшего ребенка от вмешательства младшего.

Бывает, что взаимодействие сиблингов взрослые интерпретируют как «обижает младшего», а на деле отношения между детьми совершенно нормальные. Они ссорятся (но в пределах нормы) не потому, что между ними ревность или они чувствуют недостаток внимания, а просто потому, что соперничество –

Как реагировать, когда ребенок не хочет идти к одним бабушке и дедушке, а к другим хочет?

При этом если ребенка привести к первым, он не хочет потом от них уходить. В чем может быть проблема? Взрослые адекватные, не ругают, не наказывают.

Так бывает, что одни люди более симпатичны, чем другие. И к ним в гости больше нравится приходить. При этом причины предпочтения могут быть даже не в самих людях, а в бытовых условиях. Игры интереснее, блины вкуснее, телевизор больше, или тут есть кот, а там нет. Когда ребенок дома и ему предлагают поехать к бабушке, у него возникает иллюзия выбора. Не то чтобы он первую бабушку не любил – просто предпочитает вторую, поэтому настаивает на поездке к ней. Но если уже привезли к первой бабушке, то можно найти и в этом визите свои бонусы. Возможно, что никакой проблемы и нет. Есть предпочтения. Но причину предпочтений хорошо бы выяснить, задавая ребенку вопросы. Это поможет лучше его узнать.

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Важно понять, что конкретно беспокоит ребенка в общении с бабушками и дедушками и каковы механизмы возникших трудностей. Вот возможные варианты.

• Одни бабушки и дедушки более комфортны для взаимодействия, чем другие. Может быть, ближе живут, или у них есть питомцы, с которыми ребенок любит играть, или они менее требовательны, или, наоборот, у них более четкие правила и понятно, что от них ожидать, или их воспитательная система больше схожа с родительской… Меньше напряжения – проще общаться.

• Поведение ребенка может быть реакцией на сознательное или бессознательное отношение родителей к кому-то из бабушек-дедушек. Возможно, ребенок на чувственном уровне ощущает неприязнь к кому-то из них. Например, папа время от времени рассказывает о своем тяжелом детстве или мама напряженно воспринимает комментарии свекрови. В моей практике был мальчик, который «нечаянно» закрыл на балконе бабушку. Она была мамой мамы и регулярно конфликтовала с зятем, отцом ребенка (не при ребенке). Папа мальчика сдерживал свои ответные чувства в силу профессии (он был священником), и ребенок (на мой взгляд) отреагировал вместо него.

• Бабушки и дедушки могут быть настроены против кого-то из родителей и делиться этим с ребенком. В таком случае он испытывает амбивалентные чувства: ему важны все родственники, а его как будто заставляют выбирать. В большинстве случаев ребенок выберет родителя, и даже при очень теплом отношении к нему лично бабушек-дедушек станет стремиться избегать общения с ними. Случай из практики: девочка шести лет, которую регулярно, лет с двух, отвозили на неделю-две к бабушке, когда родители хотели съездить в отпуск, вдруг наотрез отказалась к ней ехать. Выяснилось, что, когда девочка находилась у нее в последний раз, бабушка рассказала внучке, что ее папа «непорядочный человек, раньше был женат на другой тете, она была очень толстой, и он с ней развелся». Девочка очень любила папу, много времени проводила с ним, и она больше не захотела общаться с бабушкой.

Что делать, если ребенок прогоняет бабушку?

Даже любимая бабушка может создавать дискомфорт маленькому консерватору, нарушая своим появлением привычный порядок. Села на мамино место. Налила компот не в ту кружку. Не так нарезала хлеб. Все, что не как обычно, малышу не нравится.

Что делать?Понаблюдать, какие действия ребенку не нравятся, что, с его точки зрения, происходит не так. Рассказать бабушке о привычках ребенка.

Если бабушка приходит посидеть с ребенком, только когда маме нужно уйти, то в его восприятии она очень скоро будет ассоциироваться с неприятным моментом разлуки с мамой. В его логике, чтобы остаться с мамой, надо выгнать бабушку.

Что делать?Разбить эту ассоциативную связь, добавив события, когда с ребенком одновременно и мама, и бабушка.

Как вернуть домой ребенка, если он решил жить у бабушки с дедушкой?

Шестилетний сын после рождения сестры предпочитает жить у бабушки с дедушкой. Раньше любил ходить в гости с ночевкой, а когда сестре исполнилось три года, отказался возвращаться домой.

Ребенок выбирает то место, где ему лучше. По разным причинам лучше. Может, бабушка менее строгая, больше позволяет. Может, вкуснее готовит. Может, дело даже не в бабушке, а в наличии младшей сестры. Дома она кричит, ломает его игрушки, мешает ему играть, рвет его рисунки. Нельзя ничего оставить – обязательно доберется и испортит. А у бабушки можно целый город на полу построить и оставить. И играть несколько дней, зная, что никто не придет и не сломает. Думаю, если сравнить условия, в которых ребенок живет дома и у бабушки, то станет понятно, почему ему хочется жить у бабушки с дедушкой. Но чтобы факт переезда состоялся, на это должны согласиться взрослые. Скорее всего, бабушка с дедушкой сами хотят, чтобы внук жил с ними. Потому что если бы не хотели, то разговор был бы примерно такой: «В выходные опять придешь в гости. А сейчас надо домой».

Возвращать ребенка домой нужно через разговор с бабушкой и дедушкой, и никак иначе. Взрослые должны прийти к общему решению, что он будет жить дома. А потом озвучить ему это решение. Иначе, если между взрослыми согласия нет, мама с папой будут уговаривать и обещать какие-нибудь бонусы от возвращения домой, а бабушка с дедушкой начнут уговаривать остаться и предлагать более крутые бонусы. Что сделает ребенок? Воспользуется бонусами. Станет манипулировать взрослыми. Ставить условия. Если что не по нраву – «А я тогда от вас уйду». Обиделся на бабушку – звонит маме: «Забери меня». Не понравилось, что мама что-то заставляет делать, – звонит бабушке: «Я к тебе хочу». Крайне невыгодный расклад для всех взрослых.

Как рассказать ребенку о разводе родителей, чтобы не травмировать психику?

То, как развод родителей отразится на детях, зависит от того, как через развод пройдут сами родители. Поэтому в первую очередь важно озадачиться своим психологическим состоянием. Тут вам в помощь психотерапия и поддержка родных и близких. То, какими словами вы расскажете о разводе, вторично. Первично – в каком состоянии вы будете это говорить. Если вы будете говорить, что

Лучше всего, если получится, на это время убрать ребенка «с линии огня» на нейтральную территорию. Например, увезти в гости к бабушке на тот период, пока между двумя супругами, которые готовятся стать бывшими, происходит эмоциональный разрыв. Не нужно допускать, чтобы ребенок был свидетелем выяснения отношений. В ссоре он невольно должен будет присоединиться к одному из родителей. У дошкольников мышление полярное, черно-белое. То есть если двое ссорятся, значит, обязательно один из них плохой, а другой хороший. Но каждому ребенку важно, чтобы у него было два хороших родителя. Возникает конфликт лояльности: «я с мамой против папы» или «я с папой против мамы». И этот конфликт отражается во внутренней реальности: нужно отвергать ту часть себя, которая связана с одним из родителей. Это старший школьник уже может быть способен отстраниться от конфликта родителей и сказать себе: «Это меня не касается. Это их отношения, их разборки. Мои родители – хорошие люди, просто сейчас в их отношениях возникло напряжение».

Дошкольник же со свойственным возрасту эгоцентричным мышлением может решить, что родители ссорятся из-за него, что он должен спасти если не обоих, то хотя бы кого-то одного, а второго – наказать. Один подросток, переживший развод родителей в пятилетнем возрасте, рассказывал на консультации: «Я тогда думал, что папа ушел, потому что я все время что-нибудь рассыпал и проливал. Думал, что если я буду стараться хорошо себя вести, то папа вернется». Представляете, в каком он был напряжении и как это сказалось на самооценке?

Итак, лучше, если родители, находящиеся на грани развода, отношения будут выяснять не при детях. И только когда эмоции утихнут, ясность относительно дальнейшей жизни сформируется, можно рассказать ребенку. Идеально, если при разговоре будут присутствовать оба родителя. Спокойные, договорившиеся между собой, имеющие одинаковый взгляд на будущую жизнь детей. Нужно постараться донести до ребенка главную мысль: «Мама и папа по-прежнему тебя любят». Мама и папа теперь будут жить отдельно, но это не из-за тебя. Дальше рассказать, как изменится жизнь ребенка в связи с разводом, каким будет порядок общения с родителями.

Если новость о разводе сообщает один родитель, и родители между собой не договорились, к согласию не пришли, предстоит суд и раздел имущества, важно очень точно подбирать слова, контролировать импульсы, чтобы не выдать своего отношения к бывшему партнеру. У ребенка должно остаться ощущение, что у него хорошие родители. Оба. Это нужно не ради бывшего партнера, а ради самооценки ребенка.

Как объяснить ребенку, что папа больше не может с ним видеться, поскольку страдает алкоголизмом?

Отец хочет видеться с ребенком, но постоянно приходит нетрезвый, никакие уговоры и обещания не действуют.

Алкоголизм – это болезнь, которая очень сложно поддается лечению. А бывает так, что излечению вообще не поддается. При тяжелой форме зависимости ни уговоры, ни обещания не помогают. Так и придется ребенку объяснить, что папа, к сожалению, болеет, прийти не может. И болезнь эта хроническая.

Мне кажется, что бывший муж настраивает против меня ребенка. Как быть?

С мужем в разводе. После посещения папы приезжает очень возбужденный и негативно настроенный. Что делать?

Негативный настрой может быть следствием утомления, перевозбуждения. Такое бывает, особенно если ребенок у папы бывает редко. Смена обстановки, другие правила, другие требования. Новизна и обилие впечатлений перегружают психику, и ребенок возвращается в плохом настроении.

Может быть, он слишком старался в семье папы вести себя хорошо. Из страха, что если будет вести себя плохо, то папа его в гости к себе брать не будет. Большое старание – большое напряжение. Сбрасывает это напряжение в безопасной обстановке, вернувшись домой.

Конечно, бывает и так, что бывший муж или его семья говорят что-то негативное о матери ребенка. Не прямо, но между собой («Ногти длинные. Мать что? Не видит? Зарос совсем. Подстричь давно надо, челка в глаза лезет. Совсем за ребенком не следит. Варежки какие-то рваные. В прошлый раз новые купил, а она его опять в старых привела»). А ребенок слышит, ему неприятно. Кажется, что критикуют не маму, а его самого: это он какой-то нехороший, но виновата мама, которая его хорошим не сделала. Поэтому он злится на маму.

Это не все причины, а наиболее вероятные. Настоящую причину можно выяснить, только пообщавшись с папой ребенка. Рассказать, что настораживает в его поведении. Что такое поведение говорит о каком-то психологическом дискомфорте. Что хочется понять причину и устранить дискомфорт. Но конструктивный диалог возможен только в том случае, если родители расстались не врагами.

Как поговорить с ребенком о моем новом мужчине?

С мужем в разводе. Появился новый мужчина. Как лучше провести знакомство и сказать, что теперь он будет жить с нами?

Между знакомством мужчины с ребенком и решением о совместном проживании должно пройти какое-то время. Это точно не должно быть в один день. Даже если вы для себя уже решили, что хотите жизнь прожить с этим мужчиной, все может измениться после знакомства с ребенком. Выстраивание отношений втроем сложнее, чем выстраивание отношений пары. И личность в этих отношениях раскрывается полнее. А что, если на практике выяснится, что мужчина терпеть не может детские истерики? Что, если он выходит из себя и начинает орать, когда ваш трехлетка слишком шумно играет? И орущий мужчина (а раньше вы его таким не видели) вам нравится гораздо меньше, чем его предыдущая версия. Что, если окажется, что у вас совершенно разные взгляды на воспитание, и вы начнете ссориться по поводу того, как нужно поступить? Очарование влюбленности в мужчину быстро проходит, когда возникает потребность защитить своего ребенка. Поэтому сначала – знакомство мужчины и ребенка. Для знакомства достаточно сказать: «Это мой друг». А потом нужен какой-нибудь совместный досуг. Не разовый и не однообразный. И необязательно что-нибудь феерическое развлекательное. Это может быть обычная прогулка. Вместе поехать на дачу. Вместе лепить пельмени. И вот когда вы будете уверены, что вам нравятся не только ваши отношения с мужчиной, но и то, как он относится к

Ребенок может быть не в восторге от этой идеи, даже если он в принципе не против общения с этим мужчиной. И это понятно. У него не было потребности в новом человеке, ему и с мамой было хорошо. А тут еще кто-то на его маму претендует. Одно дело – вместе куда-то ходить, и совсем другое – жить вместе. Непонятно, как это будет? Вот тут и надо рассказать как. Как изменится жизнь ребенка после того, как появится новый член семьи. Желательно, чтобы она не сильно изменилась. Чем меньше изменений, тем легче адаптация. Если у вас сложились привычные ритуалы пробуждения или отхода ко сну, то пусть они останутся. Чтобы не было такого: «Нет, я тебе перед сном читать не буду, меня Паша ждет смотреть кино». Если вы точно знаете, что с появлением в вашем доме мужчины что-то нужно будет изменить, то пусть эти изменения произойдут до, чтобы ребенок их не связал с мужчиной: «Это все из-за него!» Например, кровать ребенка стояла рядом с вашей или даже он спал с вами в одной кровати. Вы точно знаете, что, когда мужчина к вам переедет, ребенка надо переселить в отдельную комнату. Тогда лучше сначала сделать перестановку, переселить его в отдельную комнату и только потом сообщать, что мужчина будет жить с вами. Чтобы у ребенка не возникло ощущения, что мужчина выжил его из комнаты мамы.

Как одинокой матери говорить с сыном о семье?

Как показать сыну важность семейных ценностей, если семья неполная и отец абсолютно не участвует в его воспитании?

Семья – это не только муж и жена. Семья – это бабушки, дедушки, тети, дяди. Ребенок видит примеры взаимоотношений, поддержку, взаимовыручку, семейные традиции. При отсутствии отца ролевую модель он может получить через дедушку или дядю. Сложнее, если в семье мужчины отсутствуют. Если мама тоже росла в неполной семье, дедушки нет. Если у мамы две сестры, и обе не замужем. Но даже в этом случае можно найти пример ролевой модели. Ездить в семейные лагеря, чтобы ребенок имел возможность видеть и близко общаться с полными семьями. Смотреть фильмы, в которых вам нравится роль отца. Читать книги, в которых отец описан так, что с него хочется брать пример.

Разговоры на сложные темы

С какого возраста можно и нужно говорить с ребенком на сложные темы?

Говорить нужно тогда, когда возникла эта ситуация или ребенок сам пришел к вам с вопросом. Мы не можем поставить себе в график «Поговорить с ребенком о смерти в пять лет, о справедливости в семь, о разводе в девять, о сексе в одиннадцать», если в трехлетнем возрасте в жизни ребенка случилась смерть бабушки, в четыре он столкнулся в садике с несправедливостью, когда его наказали за то, чего он не совершал, а в пять спросил, почему у его друга Дани папа живет отдельно. Говорить об этом лучше тогда, когда это стало актуальным для ребенка: он с чем-то встретился и ему нужно объяснение. Если он не живет в информационном вакууме, в искусственном мире, как принц Сиддхартха Гаутама, для которого во дворце создали пространство счастья и благополучия, тщательно вычищая все упоминания о человеческих страданиях, то эти вопросы рано или поздно у ребенка возникнут. С темой смерти он может встретиться в разных вариантах. Это может быть смерть собаки, рыбки, хомячка, героя книги или фильма. Избежать этой темы все равно не получится, как и темы «откуда берутся дети».

Первая ошибкаи, пожалуй, главная, – это вообще не иметь привычки разговаривать с ребенком. Выполнять все, что необходимо по уходу, но не иметь времени на долгие разговоры. Есть такая шутка: «В год хочется, чтобы он начал ходить и говорить, в три – чтобы сидел и молчал». Правда, бывает тяжело, когда ребенок говорит не умолкая. Но если в четыре года не обращать внимания на его «пустую болтовню». В пять лет, в «возрасте почемучек», не отвечать на вопросы, почему небо синее, солнце желтое, а звезды не падают, то не факт, что в более позднем возрасте ему захочется делиться с родителями своими тревожными мыслями и сомнениями.

Вторая ошибка– вываливать на ребенка слишком много информации, превращая диалог в монолог: ребенок уже потерял интерес к теме – ему достаточно, а родитель продолжает грузить обилием непонятных терминов и примеров. Когда ребенок задает «неудобный» вопрос о рождении детей, это вовсе не значит, что он желает сразу выслушать все подробности об анатомии, физиологии мужчин и женщин и процессе зачатия. Возможно, ему просто надо встроить какой-то недостающий факт в его актуальную картину мира. Даем общее описание и смотрим за реакцией. Если ответ его удовлетворил, значит, пока этих сведений достаточно. Если последовали уточняющие вопросы, даем новую порцию информации. В разговоре о разводе родителей ребенку важно знать, как теперь изменится его жизнь. Знать все сложности взаимоотношений родителей ему необязательно.

Третья ошибка– врать. Врать не надо.

Стратегия разговора складывается в конкретной семье и потому всегда индивидуальна. На сложные темы желательно разговаривать примерно так же, как вы разговариваете на любые другие темы.

Чем больше привычного, тем меньше напряжения. В процессе непростого разговора о разводе или смерти у ребенка могут появиться эмоции – это естественно. Но с его эмоциями вы и раньше встречались, поэтому, скорее всего, умеете с ними справляться. Все как обычно: контейнируем эмоции, утешаем, поддерживаем ребенка.

Для этого родитель прежде всего должен справиться со своими эмоциями, чтобы во время разговора находиться в устойчивой взрослой позиции. Какими словами вы будете объяснять ребенку, это второстепенно. Важнее ваше собственное состояние во время разговора. Поэтому сначала приводим в эмоциональное равновесие себя и только потом идем к ребенку с разговором.

Если ребенок задал вопрос, а родитель не готов ответить сразу, можно честно сказать, что пока вы не готовы ответить. Что вам нужно время, чтобы подобрать слова. Что обязательно вернетесь к этому разговору, например сегодня вечером или завтра. Только не нужно откладывать на какой-то длительный или неопределенный срок. Иначе ребенок может почувствовать себя обманутым. Либо решит, что бесполезно к вам обращаться с такими вопросами, и будет пытаться найти ответ в других источниках.

Важно позаботиться о безопасном пространстве для переживания эмоций. Пусть

Смерть домашнего питомца: скрыть или сказать?

У меня нет однозначного ответа на этот вопрос: точно сказать или точно скрыть. Зависит от готовности родителя сказать правду и выдержать последующие эмоции ребенка и его вопросы. А вопросы, скорее всего, появятся не про конкретную ситуацию, а более общего характера. Далее ребенок может несколько дней оплакивать не только смерть питомца, но и собственную смертность.

Проще скрыть. Думаю, поэтому все бабушкины кошки (а их было четыре за мое детство) почему-то внезапно уходили из дома.

– А где кошка?

– Гулять ушла.

– Когда вернется?

– Не знаю.

Кошки не возвращались. Заводили нового котенка. В своем доме нельзя без кошки. Кто-то должен мышей ловить.

У варианта «скрыть» есть свои минусы. Ребенок может ждать, надеяться, что питомец вернется. В какой-то момент, возможно уже во взрослом возрасте, поймет, что его обманывали. Как он к этому отнесется?

Мы как-то обсуждали эту тему в семейном лагере, и один папа поделился своим детским опытом. У него умер попугай. Родители убрали трупик птицы, оставили открытой дверцу и сказали, что попугай как-то умудрился открыть клетку и вылетел на улицу. «Я потом несколько месяцев по району ходил, ветки деревьев разглядывал. Вдруг где-то попугай мой сидит? В дождь переживал, что он мокнет. А зимой переживал, что он замерзнет. Успокоился на время, когда папа сказал, что попугай в Африку улетел. Потом стал переживать, вдруг он не долетел и замерз по дороге. Лучше бы сразу сказали, что он умер».

Как поговорить с ребенком о смерти близкого родственника?

Как устранить страх смерти, который может возникнуть после таких событий?

Страх смерти нельзя устранить. Он есть даже у совсем маленьких детей, которые еще не сталкивались со смертью близких. Только этот страх они не осознают. Это базовый страх, в основе которого лежит инстинкт самосохранения. Это инстинкт самосохранения диктует остерегаться незнакомых людей, громких звуков, резких движений. Страх смерти не стоит однозначно воспринимать как то, что осложняет жизнь ребенка и родителей. У страха смерти есть важная функция – сохранение жизни. Именно он останавливает нас от опасных, рискованных затей.

Осознание своей смертности и смертности близких может тяжело переживаться, вызывая много чувств. Обычно это случается в возрасте пяти лет, и на переработку связанных с этим эмоций может потребоваться несколько дней. Я помню, как в свое время несколько дней задавала взрослым один и тот же вопрос: «Кто придумал, чтобы люди умирали?» Мне казалось, это чудовищная несправедливость, это неправильно, это надо изменить. У взрослых не было ответа на этот вопрос. Точнее, у них не было ответа, который мог бы меня устроить.

Если ребенок столкнулся с фактом смерти родственника в более раннем возрасте, тогда кризис принятия собственной смертности происходит раньше пяти лет. Либо (что тоже вероятно, так как системное мышление еще недостаточно развито) ребенок примет, что дядя умер и он больше никогда его не увидит, но это не перерастет в размышление о собственной смерти или смерти родителей.

Не существует универсального набора фраз для разговора с ребенком о смерти. Во-первых, потому что у взрослых разные системы убеждений и верований. Мы сами себе по-разному объясняем смерть. Кто-то верит в то, что после смерти ничего нет, а кто-то – в бессмертную душу. В свою очередь те, кто верит в бессмертную душу, тоже могут иметь разные взгляды. Одни верят, что душа отправляется в ад или в рай, другие – что ее ждет новое воплощение: душа снова приходит на землю, но в новом теле. В любом случае, можно сказать, что ушедший человек навсегда остается жить в сердце любящих его людей.

Я не могу учить вас, как вам говорить со своим ребенком. Могу сказать, что поговорить нужно обязательно. Замалчивание, ложь приводят к нарастанию тревоги и отчуждению. Лучше поплакать в обнимку, чем избегать общения. У вас точно найдутся правильные слова, которыми вы сможете объяснить ребенку произошедшее. Но нет таких слов, которые бы моментально сняли все переживания. И это хорошо. Это адекватное восприятие и признак наличия эмоционального интеллекта. Меня скорее насторожило бы, если бы подобные новости никак эмоционально не затронули ребенка.

Как спокойно ответить на вопрос, что когда-то и другие родственники, в том числе мама с папой, тоже умрут?

Для того чтобы спокойно ответить на этот вопрос, у самого взрослого должно произойти это принятие.

Можно взять семейный альбом, в котором есть фотографии прабабушек, прадедушек. Рассказать об их судьбе. Они жили, трудились, любили, воспитывали детей. Потом умерли, но оставили после себя детей, внуков, правнуков, добрые дела, добрую память. Память о них живет в сердце тех, кто их знал и любил.

Стоит ли брать с собой ребенка на кладбище?

Если вы хотите просто навестить могилы умерших родственников, то взять с собой ребенка можно. Приобщить к традициям. Рассказать, почему так принято делать. Объяснить, зачем чтить память умерших родственников.

На похороны брать ребенка дошкольного возраста, вероятно, не стоит. Все зависит от его впечатлительности и осведомленности. Семилетнего ребенка с устойчивой психикой, который уже пережил кризис принятия факта смертности, бывал на кладбище, можно взять с собой на похороны при условии, что вы сами в устойчивой позиции и при необходимости сможете его поддержать. Заранее расскажите, как будет происходить ритуал прощания и захоронения, чтобы ребенок имел представление, что его ожидает, и не был шокирован увиденным. Спросите у него, хочет ли он пойти на похороны. Если ребенку четыре года, он впервые столкнулся с фактом смерти, ранее никогда на кладбище не был, то, возможно, не стоит брать его на похороны. Впечатления могут оказаться чрезмерными. Особенно если во время похорон про него все забудут, не обратят внимания на его реакцию, не скажут вовремя нужных слов, не объяснят, что происходит и почему. Если потеря для вас слишком тяжела, если вы не уверены, что сможете

Как рассказать, что такое старость?

Мы живем не в идеальном мире. В нашем мире есть болезни и старость. Дети это видят. Но увиденное надо правильно объяснить. Если взрослые не объяснят, то ребенок придумает сам себе какое-нибудь объяснение, далекое от правды. Например, что бабушка просто вредничает, когда говорит, что не может наклониться и достать машинку из-под дивана. А дедушке стоит поменять шампунь, чтобы волосы на лысине снова выросли.

Мы легко и естественно рассказываем дошкольнику о младенце и его возрастных ограничениях. Говорим, что он еще маленький, что не умеет ходить и говорить, что может есть только жидкую пищу. Так же можно рассказать о возрастных ограничениях другого периода – старости. О седине, морщинах, снижении слуха, сложностях, с которыми, старея, сталкиваются люди. Важно только не сформировать представление, что старость – это ухудшенная версия молодости. Это просто другой жизненный период. В нем может быть меньше физической активности, зато много мудрости и жизненной стойкости. И много всяких историй. Поощряйте в семье разговоры о прошлом, когда бабушка была молодой, а мама маленькой. О том, как жила бабушка, когда ей было столько же лет, сколько внучке. Просматривайте вместе старые фотографии. Через такие истории укрепляется связь поколений. А в сознании ребенка выстраивается понимание о линии времени, связывающей прошлое и будущее.

Как рассказать детям о безопасности на улице, не напугав их?

Не получится ли, что ребенок просто станет всех бояться и будет некомфортно себя ощущать вне дома?

Это зависит от впечатлительности ребенка, его восприимчивости, уровня тревожности, индивидуального опыта, условий жизни.

Нет необходимости сразу обрушивать весь список гипотетических опасностей, которые могут ожидать на улице, особенно если ребенок не бывает один на улице, без сопровождающего взрослого (что вполне естественно в дошкольном возрасте). Ориентируемся на актуальные потребности.

Ребенок один пока в торговый центр не ходит? Значит, рано рассказывать о том, что злоумышленник может вытащить деньги из кармана, и о том, что нужно обращать внимание на эвакуационные выходы, чтобы в случае необходимости не растеряться. Но ребенок ходит в магазин вместе с родителями, значит, нужно объяснять, что нельзя отставать, уходить, так как можно потеряться.

Ребенок не ходит по улицам один, значит, нет необходимости сообщать о педофилах и маньяках, но важно рассказать о том, что нельзя выбегать на проезжую часть, что переходить улицу нужно рядом со своим взрослым, что перед перекрестком нужно сойти с самоката и велосипеда.

Если ребенок один не гуляет, познакомьте его с правилами безопасности поведения на площадке. Не тереть глаза руками, на которых песок. Не подходить близко к раскачивающимся качелям. Не облизывать на морозе металлические части игрового комплекса. Не кидаться ледышками. Но если ребенок уже гуляет один во дворе, к этому добавляется новая информация. Не уходить за пределы двора, не разговаривать с незнакомцами, не уходить в гости к кому-либо без разрешения родителей, в любой непонятной ситуации идти домой.

Информация должна быть актуальной и дозированной, чтобы ребенок успевал переваривать.

Ребенок и социум

Как помочь разорвать «неправильную» дружбу в саду?

Ребенок пяти с половиной лет понимает, что подруга ее обижает, но не может прекратить общение. Как помочь ей разорвать такие отношения, если эта девочка постоянно рядом?

Не может прекратить, скорее всего, потому, что в контакте с этой девочкой реализуются какие-то ее потребности. Получаются амбивалентные отношения. В какие-то моменты хорошо и даже очень хорошо, они весело играют, но потом что-то случается, и происходит ссора. В ссоре в более выигрышной позиции находится тот, кто менее нуждается в контакте. Тот, кто нуждается в нем сильнее, оказывается в позиции уязвимой. Если второй девочке все равно с кем играть, а ваша хочет играть только с ней, то неравная позиция создает условия для того, чтобы вторая девочка выдвигала свои требования: «Или ты делаешь так, или я с тобой играть не буду».

Разорвать такие отношения при всем их дискомфорте сложно. Даже взрослым бывает сложно, иначе бы не было так много страдающих влюбленных. Сложно, но можно. Потребуется время. Тут важно не разрывать отношения резко, а мягко переориентировать ребенка на других детей: «Присмотрись, с кем еще можно играть?»

Нельзя запрещать играть с этой девочкой. Взрослые иногда так делают: «Опять ты из-за нее плачешь! Не подходи к ней больше! Я запрещаю тебе с ней играть!» Если играть вместе хочется, то, скорее всего, играть будет, но ничего не скажет маме. И обиду будет переживать внутри, и поделиться будет не с кем. А если не запрещать, то появится шанс, что через множество утешений, разговоров, обсуждений, ситуация начнет меняться.

Можно рассказать историю о девочке, с которой случались подобные ситуации, и как о том, как она из этих ситуаций выходила. Можно читать сказки и рассказы, в которых показано, какой должна быть настоящая дружба, мягко подводя ребенка к выводу, что эта дружба какая-то неправильная и нужно попробовать подружиться с кем-нибудь другим.

Как помочь ребенку принимать отказы других детей в дружбе и играх?

Ребенок очень переживает, если на детской площадке хочет поиграть с кем-то, а дети отказываются.

Многое зависит от того, насколько сильно переживают отказы сами родители. Если очень больно за ребенка, то зеркальные нейроны ребенка отреагируют точно так же. Поэтому сначала сами легко принимаем отказ. Потом отвлекаем ребенка на другое занятие.

Однажды наблюдала такую сцену. Мальчики пришли на площадку и говорят другому ребенку: «А у нас есть жвачка, а мы тебе не дадим, ты маленький». Бабушка эту сцену заметила и моментально сориентировалась: «А у меня есть чокопай, я сейчас тебе дам». Не отозвала ребенка в сторону, а сделала это демонстративно, чтобы другие мальчики видели. Чокопай лучше жвачки, это любой ребенок поймет. Из уязвимой позиции ребенок с помощью бабушки перемещается в позицию превосходства.

Обычно на площадке всегда есть постоянные обитатели с устойчивыми межличностными связями. С любимыми играми, сформировавшимися микрогруппами, устоявшимися правилами, которые они просто соблюдают и даже не проговаривают. Новенький участник игры может их не знать, и поэтому с ним становится играть неудобно. Дети не всегда могут понять причину дискомфорта

«Не хотим с тобой играть» просто так, без всяких причин. Им вместе хорошо, никто другой не нужен.

Но если ребенок часто получает отказ в игре после взаимодействия, то можно предположить, что само поведение ребенка каким-то образом способствует тому, что его из игры хочется исключить.

Например, ребенок агрессивный. Или не соблюдает правила игры. Или хочет, чтобы играли только по его правилам. Или ребенок очень активный, подвижный и в игровом порыве часто нечаянно толкает, задевает других детей.

В этом случае лучше не просто отвлекать ребенка, а корректировать его взаимодействие с другими детьми: «Ты обзывался. Никто не любит, когда его обзывают. Поэтому и не хотят играть. Не надо обзываться».

Сын влюбился в девочку из группы. Посмеяться или волноваться?

Сын целует ее и обнимает, обещает жениться. Это повод для беспокойства?

Девочка вызывает особую симпатию. С ней нравится общаться, вместе играть. Мальчик выделяет ее среди всех других девочек. Чтобы показать эту особую симпатию, целует и обнимает. Это привычная в своей семье форма выражения симпатии. Это не взрослая влюбленность, не та, которая бывает в подростковом возрасте. «Жениться» – это такая игра и способ сказать о своей симпатии. В понимании ребенка из детского сада жениться – значит жить вместе и иметь возможность чаще общаться, чаще играть вместе. Волноваться тут не о чем, но и смеяться не стоит. Потому что не надо смеяться над ребенком ни в этом, ни в другом случае. Это может пройти, переместиться на другой объект, то есть через полгода у него будет другая «невеста». А бывает так, что люди, которые дружат с детского сада, действительно впоследствии создают семью.

А вот чему важно учить, так это умению соблюдать границы личности другого человека. Когда он обнимает и целует девочку, она с этим согласна? Ей нравится, что ее обнимают или она отталкивает? Научите ребенка вопросу: «Можно тебя обнять?»

Как помочь ребенку, если он боится других детей?

До четырех лет это можно отнести к возрастной норме. Дети в этом возрасте могут быть вполне удовлетворены компанией взрослых. Или предпочитать детей старшего возраста как более безопасных. Потребность в играх со сверстниками возникает позднее.

Возможно, что у ребенка есть негативный опыт взаимодействия с другими детьми. Например, однажды на детской площадке его толкнули, укусили или напугали громким криком. Малыши при общении могут вести себя импульсивно. Вполне естественно, что, имея такой опыт, ребенок предпочтет избегать других детей. Но не навсегда: этот страх подлежит коррекции. Главное – не изолировать после инцидента своего ребенка от других детей. Но и не давить, не заставлять идти знакомиться и общаться. Можно играть, гулять с ним так, чтобы другие дети попадали в его поле зрения, но не настаивать на общении. Приглашать в гости друзей и знакомых с детьми, чтобы ребенок привык играть с ними в своем безопасном пространстве. Когда он будет готов приблизиться к другим детям на прогулке, можно организовать совместную игру. Следить, чтобы это общение было комфортным, чтобы у ребенка появился позитивный опыт общения.

После четырех лет у детей в норме развивается сюжетно-ролевая игра. Им становится интересно играть со сверстниками. Но не со всеми. Это нормально, если ребенок избирательно подходит к выбору компании для игр. С кем-то готов играть, а от кого-то предпочитает держаться подальше. Не потому, что тот, другой ребенок, обижает (хотя и это может быть причиной), а потому, что с ним некомфортно. Он или слишком громкий, или слишком резкий, или играет только по своим правилам, а других не слышит. Если ребенок играет только с некоторыми ребятами из группы, а в их отсутствие – один, избегая контакта с другими ребятами, это тоже вариант нормы.

Насторожиться, присмотреться стоит тогда, когда ребенок всегда один, избегает любых контактов с детьми, когда проявляет беспокойство при приближении к нему другого ребенка без всяких оснований, не имея негативного опыта контакта в прошлом.

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Почему ребенок может предпочитать взаимодействие со взрослыми и малышами, а общения со сверстниками избегает?

Одна из причин в том, что его коммуникативные навыки развиты недостаточно, не сформировано умение играть по чужим правилам, учитывать мнение других людей. Так часто бывает, например, в гиперопекающих семьях, когда близкие постоянно подстраиваются под интересы и настроение ребенка. В результате он так и не научится общаться на равных, где интересы другого равнозначны его интересам. Ребенок привык, что взрослые обычно ему уступают, а малыши слушаются. Со сверстниками так не получается.

Возможная причина – высокий уровень личностной тревожности: ребенок все время настороже, окружающий мир кажется ему сложным и небезопасным, он склонен переживать по поводу еще не случившихся неприятностей. Для тревожного ребенка другие дети слишком непредсказуемы и активны, поэтому опасны, лучше общаться с более спокойными взрослыми.

Еще одной причиной избегания контактов со сверст-никами может быть наличие расстройства аутистического характера. В этом случае ребенок не боится других детей, скорее он их игнорирует. Даже находясь рядом, играет в свою отдельную игру, как бы не замечая окружающих, не подражает, может наступить, проходя мимо. Но если другие дети будут пытаться вовлечь его в общение, это может вызвать беспокойство и раздражение.

При любом варианте избегающего поведения стоит обратиться к специалисту, найти способы преодоления имеющихся трудностей, так как социальное взаимодействие является необходимым условием развития всех психических функций. В дошкольном возрасте сюжетно-ролевая игра и игры по правилам, подражание действиям сверстников, решение разнообразных социальных задач критически важны для всего последующего развития.

Надо ли бороться с тем, что ребенок слишком любит внимание окружающих?

У нашей дочери демонстративное поведение. Обычный ребенок, но, как только попадает в компанию других детей или взрослых, готова выпрыгнуть из штанов, чтобы привлечь к себе внимание, несет полную чушь бессвязным потоком.

Это другая крайность, которая беспокоит родителей не меньше, чем избегание общения. Что делать в этом случае? Использовать возможности для реализации этой потребности. Все варианты кружков, где можно и даже нужно привлекать к себе внимание. Театр, актерское мастерство, танцы, гимнастика. Параллельно постараться много читать, развивать эрудицию, чтобы ребенок не болтал чушь, а рассказывал стихи или интересные факты. Он будет расти, бессвязный поток превратится в интересную интеллектуальную беседу, а желание быть в центре внимания и способность это внимание удерживать могут привести к социальному успеху.

Что делать,

Ребенок пяти с половиной лет отказывается рассказывать стихи на утренниках в детском саду. Причем вместе со всеми и танцует, и поет, а рассказать стих не может или не хочет. Дома рассказывает прекрасно.

Так бывает. Не все дети хотят рассказывать стихи на публике. За годы работы в детском саду я видела немало таких детей. Дома рассказывает. Воспитателю наедине рассказывает. На утреннике отказывается. Чем вызвано такое сопротивление, непонятно. Спросить ребенка о причине можно, но не факт, что получите четкий ответ и рациональные доводы. Скорее он и сам не понимает, что именно является препятствием. Просто чувствует, что ему некомфортно. Можно оставить как есть, не давить на него. Задать вопрос себе: «А почему мне так важно, чтобы стихи в исполнении ребенка звучали на утреннике?» Это родительские амбиции или тревога, что с ним что-то не так? Если ребенок прекрасно рассказывает стихи дома, значит, с памятью и речью все хорошо, тревоги по поводу развития нет, но есть психологическая сложность. Эту сложность ребенок может перерасти. В школьном возрасте больше возможностей для исправления ситуации, потому что больше осознанности, особенно когда появляется личная мотивация на выступление.

Могу привести примеры, как подобные проблемы решались в моем опыте.

Случай 1.Мотивирование подарком. Родители накануне новогоднего утренника сказали: «Понимаешь, Дедушка Мороз на утреннике подарок за стишок дает». Ребенок до принятия прошел все стадии: отрицание, гнев, торг, депрессия. В итоге смирился, что придется рассказать, потому что очень хотелось подарок. У меня как психолога есть сомнения в гуманности приема. Цель оправдывает средства? Точно ли рассказанное «себе под нос» стихотворение на утреннике стоило таких душевных терзаний ребенка?

Случай 2.Тоже связан с новогодним утренником. Только ребенок был помладше – три с половиной года. Учил стихотворение про елочку с бенгальскими огнями. Спросил, что такое бенгальские огни. Родители ему и показали. Зажигали бенгальские свечи и рассказывали хором стихотворение. Ассоциативно в восприятии связались бенгальские огни и стихотворение. И заметили родители, что ребенок, когда горящий бенгальский огонь видит, словно на автомате начинает читать стихотворение, взгляд при этом от искрящегося стрежня не отводит. Проверили, на улице зажгли – стих читает громко, не замечая людей вокруг. Тогда они и подошли к воспитателю с вопросом: «А можно мы на утреннике бенгальский огонь зажжем? Всего один, его будет достаточно». На утреннике в момент, предусмотренный сценарием, мама ребенка, сидящая на первом ряду, достала бенгальскую свечу с зажигалкой. И ребенок рассказал стихотворение. А папа снял на видео.

Остается надеяться, что не ради этого видео все делалось. Что видео не просто на память, а как доказательство, как свидетельство того, что ребенок может читать стихи. И это свидетельство в первую очередь нужно самому ребенку: «Вот видишь? Ты смог! Ты можешь!»

Случай 3.В хоре вместе со всеми поет, стихи, те строчки, которые произносят все вместе, читает. А одной страшно. Значит, нужно создать мини-хор. Пусть прочитает стихотворение хором с подружками. Втроем выйдут – и расскажут. Читать стихотворение хором с подружками согласилась. И справилась. В следующий раз снова выходили втроем, но уже читали по очереди.

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Важно разобраться, что стоит за отказом. У разных детей мы найдем разные причины нежелания выступать на публике, читать даже хорошо знакомые стихи. Одна из причин – социальные страхи, когда ребенку кажется, что он будет как-то не так выглядеть, что у него не получится и над ним будут смеяться. Причем разубеждать в этом случае чаще всего бесполезно: внутренний критик сильнее внешних голосов. Подходящей стратегией в таком случае может стать предварительное знакомство ребенка с обстановкой, в которой ему нужно будет проявить себя, постепенное, в темпе ребенка, расширение его социальных связей. Чем больше людей, по его ощущениям, будут настроены к нему благожелательно, тем легче перед ними выступать. Социальные страхи чаще проявляются у детей, чьи родители тоже чувствуют себя неуютно в новом обществе и склонны к самокритике, а также у детей, которых постоянно стыдят и критикуют. Если мы наблюдаем дополнительные симптомы социальной тревожности, когда не только на публике при необходимости выступления ребенок сильно переживает, но и в целом, когда рядом с ним не самые близкие люди, он говорит тише, начинает заикаться, прячется за маму, теребит одежду, грызет ногти, сосет палец, часто моргает, краснеет или бледнеет, то тогда стоит обратиться к специалисту (клиническому психологу, неврологу, или психиатру), так как есть вероятность развития невроза.

Другой причиной отказа может быть протест. Чем больше окружающие настаивают, тем сильнее у ребенка проявляется сомнение: нужно ли делать то, что от него так настойчиво требуют? Иногда, чтобы лошадь пошла, надо перестать ее тянуть. В этом случае ребенку важно чувствовать, что он сам принял решение. В данном случае хорошей стратегией будет предоставить выбор: «Я знаю, что ты можешь, верю в тебя, но сам решай».

Причиной может быть также демонстративный радикал в характере ребенка. Таким детям нравится, когда внимание сосредоточено на них, когда их просят, уговаривают, дают обещание всевозможных поощрений. Для ребенка это возможность оказаться на вершине иерархии: все «танцуют» вокруг него. Для таких детей лучшая стратегия – показать, что больше всего внимания они получат в процессе выступления.

Как научить ребенка определять в конфликтах со сверстниками, когда стоит отступить, а когда – постоять за себя?

Как бы вы это решали на взрослом уровне? Скорее всего, соизмеряли бы свою силу и силу противника. Если силы неравны и сравнение не в вашу пользу, тогда разумно отступить, избежать столкновения. И это тоже вариант постоять за себя. Иначе и ресурсы свои потратите, и опасности себя подвергнете, и победа под большим сомнением. А вот если сила и правда на вашей стороне, или отступать некуда, или, отступив сейчас, вы гарантированно подвергнете себя повторным актам агрессии в будущем, тогда нужно ввязаться в конфликт. Сможет все эти факторы взвесить в уме ребенок пяти лет? Сомневаюсь. Более того, что бы мы ему ни транслировали, в стрессовой ситуации действовать он будет, скорее всего, инстинктивно. В качестве ведущего инстинкта могут быть реакции «бей», «беги», «замри». Ребенок с реакцией «бей» на агрессию ответит агрессией. Ребенок с реакцией «беги» будет убегать, избегать столкновения. Ребенок с реакцией «замри» – замрет. Его обижают, а он стоит как вкопанный. Что делать в этом случае?

У нас книга для родителей детей от трех до семи лет. Как правило, в этом возрасте дети редко остаются с социумом

Обычно в этом месте сразу говорят что-то вроде: «Он так всегда будет! Он не научится себя защищать! Как он будет жить в этом агрессивном мире?!» Но послушайте, если ребенок не умеет водить машину в пять лет, это же не значит, что он не сможет этому научиться потом! У школьника будет больше возможностей освоить разные стратегии поведения. И если что, проанализировать и взвесить сможет, как будет лучше в конкретной ситуации: вступить в конфликт или избежать его.

В дошкольном возрасте важнее сформировать нравственные критерии добра и зла. И чтобы он мог агрессию отличить от «мы просто так играем». Защищает от агрессии пусть взрослый. А для будущего, для времени, когда взрослого рядом не будет, можно уже в дошкольном возрасте начать ходить на какие-нибудь занятия по боевому искусству.

Скоро в школу

Когда лучше отдать в школу: пораньше или попозже?

Если ребенок родился осенью или зимой, в каком возрасте его лучше отдать в школу (почти в семь лет или почти в восемь)?

Ориентироваться нужно не столько на календарный возраст, сколько на степень развития ребенка. Приведу такую аналогию. По календарю ноябрь – это осенний месяц. Но на термометре минус десять градусов. Одеться по-осеннему или по-зимнему? Ориентируемся мы не на календарь, а на реальную температуру. Если оденемся по календарю, а не по погоде, рискуем замерзнуть. Дети развиваются в своем индивидуальном темпе. Одни уже в шесть лет готовы к школе. А другие и в восемь не готовы.

Если один двойняшка опережает развитие, а второй отстает, можно первого ребенка отдать в школу в шесть с половиной, а второго – в семь с половиной лет? Не будет ли у них конфликтов на этой почве? Не будет ли ревности, зависти?

Сложно сказать, как отреагируют дети, но на их реакцию точно можно влиять, объясняя каждому преимущества его положения. При любом варианте выбора будут свои плюсы и минусы. Задача взрослого – усиливать плюсы и сглаживать влияние минусов. Если оба идут в школу в шесть с половиной лет, тот ребенок, что отстает от брата в развитии, рискует столкнуться с ситуацией неуспеха, сравнением с братом (учитель, одноклассники все равно будут сравнивать). И в дальнейшей учебе может оставаться в тени брата. Если оба идут в школу в семь с половиной лет, разница в усвоении материала, способностях, мотивации к учебе может как выровняться, так и усилиться.

Когда мы ориентируемся на индивидуальные особенности детей, мы можем подобрать каждому ребенку оптимальные условия. Может быть, им и учебные программы подходят разные. Но в этом случае будет тяжелее родителям с организационными моментами. Все-таки возить одновременно в одну школу, водить в один класс физически проще. Один родительский чат лучше, чем два: экономия времени и нервов.

Чтобы укрепиться в своем решении, можно сходить с детьми на диагностику готовности к школе. Не самому проводить, даже если вы владеете методикой. Важно исключить предвзятость. У родителя может быть уже «замыленный» взгляд. Проводить диагностику должен другой специалист. Или даже разные специалисты, чтобы результат и вывод в отношении одного ребенка никак не влиял на результат и вывод в отношении другого. Возможен вариант, что оба ребенка по уровню своего развития готовы к школе уже в возрасте шести с половиной, но субъективно, сравнивая детей, родители делают вывод, что одному из них еще рано.

Как понять, что с психологической точки зрения ребенок готов к школе?

Ребенок должен уметь:

• слушать и слышать инструкцию;

• выполнять задания по образцу;

• удерживать произвольное внимание;

• понимать слово «надо», уметь регулировать свое поведение с учетом этого «надо».

Существуют готовые разработанные методики для диагностики готовности к школе. Вы можете найти их и провести диагностику самостоятельно. Но лучше доверить это профессионалу. Потому что по отношению к своему ребенку очень сложно быть объективным. Методиками диагностики готовности к школе обычно владеют психологи детского сада, школьные психологи, нейропсихологи и клинические психологи.

Что, если уже прослеживается «синдром отличницы»?

Перфекционизм во всем иногда проявляется очень рано. Взрослые перфекционисты могут в кабинете психотерапевта рассуждать, как на их становление повлияли родители, не слишком ли много от них требовали. Но бывает и так, что родители никакой идеальности вообще не требуют, но ребенок сам по себе такой. Хочет быть лучшим и расстраивается, если не получается. Такая вот акцентуация характера, с которой тяжело и самому ребенку, и родителям. Потому что им постоянно приходится утешать, подбирать слова, пытаться донести, почему быть не лучшей – это тоже хорошо.

У такого явления, как перфекционизм, разные корни. Если речь идет о взрослых, он может быть следствием некоторого травматического опыта, когда сложилось представление, что только лучшие занимают свое место под солнцем или заслуживают любви. Однако возможна и генетическая предрасположенность. Если ваш ребенок перфекционист, присмотритесь к себе: нет ли у вас такой же черты характера?

Если это генетическая предрасположенность, то что с этим делать? Принять. Как цвет глаз, как темперамент.

Не самая худшая черта характера досталась! Сглаживать, объясняя, что если не стараться быть «лучше всех», то остановившись на «необходимо и достаточно», можно успеть получить гораздо больше удовольствия от жизни. Сразу же эти объяснения, скорее всего, не подействуют, но вода камень точит.

Как относиться к тому, что ребенок рисует и правой и левой рукой?

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Однозначного ответа, почему так происходит, нет. Необходимо учитывать возраст ребенка, наблюдать, как он это делает:

• рисует двумя руками одновременно;

• перекладывает из одной руки в другую карандаш время от времени без видимых причин или потому, что рука устала;

• использует правую или левую руку в зависимости от ситуации, например, в зависимости от того, с какой стороны в настоящее время находится стол.

Необходимо изучить индивидуальный профиль латерализации[7] функций, так как ведущими могут быть не только рука, но и нога, глаз, ухо. Какой ногой предпочитает пинать мяч? Какой ногой отталкивается? Каким глазом прицеливается? К какому уху подносит телефон?

Имеет значение и степень сформированности межполушарного взаимодействия. В любой деятельности участвуют оба

В отдельных, редких случаях рисование и правой и левой рукой связано с хорошим развитием обоих полушарий головного мозга. Для этого даже существует специальный термин – амбидекстр. Амбидекстрия (от лат. ambi – «оба» и лат. dexter – «правый») – врожденное или выработанное тренировками равное развитие функций обеих рук, без выделения ведущей руки, а также способность человека выполнять двигательные действия правой и левой рукой с одинаковой скоростью и эффективностью.

Примерно у 1 % детей амбидекстрия бывает врожденной. С одной стороны, это преимущество, однако с другой – может вызывать определенные затруднения, так как функциональная асимметрия полушарий является одним из основных принципов работы мозга человека. Нарушение процесса прогрессирующей латерализации психических функций и установления доминантности полушарий неизбежно приводит к разного рода особенностям развития. Дети с врожденной амбидекстрией более склонны к языковым затруднениям, СДВГ, им труднее осваивать школьные навыки.

Более сложная ситуация связана с несформированностью латерализации функций. В норме склонность к «правшевству» или «левшеству» можно заметить уже у годовалого ребенка. При нейротипичном (нормативном, без отклонений) развитии профиль индивидуальной латерализации должен сформироваться к 7–8 годам. Его несформированность к этому возрасту (ребенок не выделяет ведущую руку; его рисование, выполнение действий и правой и левой рукой одинаково низкого качества) может свидетельствовать об отставании в развитии. В таких случаях необходимо обратиться к нейропсихологу, чтобы с помощью диагностики все же выделить относительно более предпочитаемую руку и следить, чтобы ребенок использовал именно ее во время еды, рисования, выполнения действий с игровым материалом.

И конечно, в обоих случаях стоит развивать межполушарное взаимодействие через выполнение упражнений, в которых задействованы одновременно и правые и левые части тела. Это может быть ползание, лазание по шведской стенке, катание на велосипеде.

Как помочь ребенку, если он плохо запоминает стихи?

Пересказать содержание своими словами может, а порядок слов и рифма упускаются.

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

За плохим запоминанием стихов могут стоять разные причины.

• Ограниченный объем слухоречевой памяти (связано с дефицитарностью на уровне определенных отделов центральной нервной системы).

• Отсутствие мотивации, слабое развитие произвольного компонента психической деятельности: ребенок выполняет задание формально, не хочет прилагать усилия, потому что ему это не нужно и неинтересно, а делать что-то потому, что надо (момент произвольности), он еще не научился.

• В стихотворении встречаются слова, смысл которых он не понимает, а именно они включены в ритмический рисунок произведения.

Понять, каков именно механизм имеющихся трудностей, и соответственно сформировать программу их коррекции поможет нейропсихологическая диагностика.

В каком возрасте нужно учить ребенка читать, писать, считать?

Идеально – в том возрасте, когда у ребенка появляется к этому интерес. Когда он сам начинает интересоваться буквами, спрашивать: «А тут что написано?» Когда смотрит, как пишут взрослые. Берет ручку с листочком и выводит каракули, имитируя процесс письма. Ребенок интересуется, и мы следуем за его познавательным интересом.

Можно стимулировать познавательный интерес, показывая азбуку, цифры. Но не стоит начинать обучение, если у ребенка нет ни интереса, ни желания, ему тяжело, он не может сидеть за столом и удерживать внимание. Тут правило «чем раньше, тем лучше» не работает. Гораздо важнее решать задачи данного возрастного периода. В дошкольном возрасте нужно освоить навыки самообслуживания и способность устанавливать социальные контакты. Гораздо легче будет проходить адаптация к школе у ребенка, который умеет общаться, дружить, просить о помощи, самостоятельно одеваться, собирать портфель, чем у того, кто умеет читать, но не умеет одеваться, боится вступать в диалог с другими людьми и пользоваться общественным туалетом.

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Важным критерием готовности к обучению чтению является достаточный уровень сформированности фонематического восприятия – способность без усилий различать близкие звуки [б] – [п], [г] – [к], [а] – [о] и т. д. Если ребенок еще не выговаривает многие звуки, то, скорее всего, фонематическое восприятие также не сформировалось. В таком случае обучение чтению и письму окажется слишком энергозатратным, что с большой долей вероятности нарушит развитие других психических функций, находящихся на этот момент в сенситивном периоде.

Как найти золотую середину в учебе, играх и дополнительных занятиях, чтобы не перегрузить ребенка?

Смотрим на ребенка. Если на занятия он ходит с удовольствием или хотя бы без сильного сопротивления (настроение может меняться, иногда ребенок может идти с неохотой), у него каждый день есть время погулять и поиграть, нет проблем со сном и аппетитом, значит, нагрузка посильная.

Симптомы перегрузки:

• ребенок вялый, сонливый или, наоборот, кажется перевозбужденным;

• у него есть проблемы со сном;

• у него не остается времени на свободную игру;

• мало двигательной активности на свежем воздухе.

Как помочь адаптироваться к новым условиям, к чужим людям?

Ребенок не ходил в детский сад. С ним дома сидела бабушка. Скоро в школу. Ребенок очень домашний.

За год до школы можно походить на подготовительные курсы. Но тут возникает вопрос, почему ребенок «очень домашний»? Это следствие условий, в которых он рос? Или в силу биологических предпосылок? Одно дело, когда ребенок не посещает детский сад, потому что у семьи нет в этом потребности, но при этом ребенок достаточно контактный, ему не составляет труда вступать в контакт с другими людьми, которые приходят в гости. Играет с детьми на детской площадке, не отказывается знакомиться с ними. Другое дело, если он не ходит в детский сад потому, что так и не смог к нему адаптироваться, за пределами дома у него возникает повышенная тревожность. В контакт с другими людьми не вступает. Если в дом приходят гости, он прячется от них в своей комнате. Тогда подготовительные курсы проблему адаптации не решат, а лишь острее обозначат имеющиеся сложности. В этом случае не обойтись без помощи психолога, а может быть, и психиатра.

ВЗГЛЯД КЛИНИЧЕСКОГО ПСИХОЛОГА

Для того чтобы определиться со стратегией поведения, нужно ответить на самый главный вопрос: почему ребенок не ходил в детский сад? Почему не смог адаптироваться, в связи с чем он там не удержался: вследствие соматической ослабленности (часто болел), нарушений развития (не мог быть на одном уровне со сверстниками, был аутичен, не вступал ни с кем во взаимодействие, вел себя неадекватно), индивидуально-психологических особенностей (был очень

Заключение

Как вы поняли, прочитав эту книгу, на большинство родительских вопросов у специалистов нет простых ответов. Есть пространство предположений. Профессию психолога можно сравнить с профессией детектива. Только психологу требуется найти не преступника, а причину. Причину «плохого» поведения ребенка. И для того чтобы найти эту причину, тоже требуется собирать факты, разглядывать улики и опрашивать свидетелей. Если мы докопаемся до причины, найдем ответ на вопрос «почему?», то сможем дать ответ на вопрос «что делать?».

За одним и тем же внешним проявлением могут скрываться разные причины. Например, время обеда, а ребенок не ест. Обычно родитель хочет получить ответ на вопрос: «Как сделать так, чтобы поел?» Мы предлагаем сначала задать вопрос: «Почему ребенок не ест?»

Человек – существо биопсихосоциальное. На формирование характера влияют биологические особенности организма, семейная система, социум. Причина какого-либо симптома тоже может лежать на любом из этих уровней.

Ребенок может не есть по биологическим причинам: болит зуб, болит живот, тошнит, не голоден, не успел проголодаться, сильно устал и хочет спать.

Может не есть по психологическим причинам: слишком напряжен, слишком возбужден, слишком расстроен, кусок в горло не лезет.

Может не есть из-за специфики взаимоотношений со взрослыми. Обиделся на маму и хочет ее «наказать», отказавшись от еды. Или привлекает к себе таким образом повышенное внимание, ожидая, что его сейчас будут уговаривать. Или надеется выторговать себе что-нибудь повкуснее.

В зависимости от причины действия взрослого в этой ситуации будут разные.

Порядок такой: сначала ищемпричину, потом решаем, чтоделать. Видим симптом – то, что нам хочется изменить в поведении ребенка, – делаем предположение о причине такого поведения. А дальше проверяем это предположение опытным путем. Убираем предполагаемую причину и смотрим, как это отражается на поведении ребенка, меняется ли оно в лучшую сторону. Если нет, строим новое предположение.

Таким образом, воспитание – это не комплект инструкций, а постоянный поиск причин и подходящих стратегий.

Примечания

Контейнирование эмоций – способность контролировать эмоции, напряжение, импульсы и инстинктивные порывы.

Нейротипичные дети – это дети, не имеющие отклонений в психическом развитии.

Под застреванием в психологии подразумевается состояние длительной задержки психики человека на конкретном событии либо чувстве.

Алалия – недоразвитие или полное отсутствие речи.

Сиблингами в психологии называют братьев и сестер, которые имеют общих родителей.

Стадия детского развития, когда ребенок проявляет влечение к родителю противоположного пола и враждебные чувства к родителю своего пола (эдипов комплекс).

Латеральность – это разделение функций между полушариями мозга: одни задачи выполняет левое, другие – правое. Самая распространенная форма латеральности – лево- или праворукость.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге