О чём молчат глубины.

Глава 1

Дневник Роберта Ансона, капитана Форт Розали.

27.09.1925 Конец сентября на самом юге, Южной Америки, мне как европейцу непривычно что это весна. Несмотря даже на то, что это не первое кругосветное плавание. Мы прибыли в эти края перед зимой и остановились, нам нужен был этот перерыв, команда устала и кораблю требовался ремонт. Хотя мы могли бы попытаться найти причал получше, в более тёплых и людных местах. Но на удивление жизнь здесь бурлила, а именно благодаря британской научной экспедиция, что изучала данную часть континента. Поначалу я не понимал что они ищут здесь, разве можно было здесь отыскать, что нибудь стоящее?. Но общение с ними сулило нам хорошую сумму, за перевозку грузов в Британию, не возвращаться же нам пустыми. Надо было только дождаться конца исследований. И я, как и моя команда ждали этого. Здесь были странные но живописные заливы, они напоминали мне что-то неземное и я завёл себе привычку иногда выбираться за город. Пару раз выбирался с учёными, они то мне и поведали, что изучают местную геологию и не только. Пару лет назад они нашли странное поселение высоко в горах. Местные сторонились этих гор и говорили что там живут жестокие люди которые поклонялись огню. Не знаю, поклонялись или нет, но как мне рассказали там были десятки и сотни останков которые сжигали в жертвенниках. Множество останков, людей и не только людей. А ещё, как мне сказали по секрету, этому древнему городу, что сокрыт высоко в горах, может быть не один миллион лет.

Мы отплывали из южной части огненной земли, ледяной пронизывающий ветер и брызги холодной воды. Где-то акватория была всё ещё покрыта льдом, но мы наконец то покидали порт. Загрузив все товары и необходимые для длительного плавания вещи ещё вчера, сегодня я забрал самый ценный предмет. Группа археологов заплатила огромную сумму денег, что бы мы доставили эту крупную статуэтку прямиком в Британию. Сейчас данная статуэтка стояла сейчас передо мной и я наконец-то мог её внимательно рассмотреть. Сделанная из странного камня, мутного фиолетового цвета, казалось что сам камень пористый с бирюзовыми прожилками. Работа древнего мастера поражала деталями и мельчайшими подробностями. Высоту она была около двух футов, и представляла из себя, антропоморфную рыбу, с крепкими руками покрытыми чешуёй, острым гребнем идущим от затылка до лопаток, между пальцев были перепонки, стояла она на таких же чешуйчатых крепких ногах. Взгляд постоянно возвращался к огромным холодным но при этом будто живым глазам, казалось излучающим глубинный холод и какую-то непонятную пустоту. Голова существа была странным слиянием человеческого и рыбьего, а именно глубинной рыбы, что-то вроде рыбы-чёрта или удильщика, но на удивление выглядела гармонично. Профессор Стокер с восторгом поведал, что эта находка очень ценная, и что она меняет представление о происхождении человека ибо ей больше миллиона лет в довесок он передал вместе с ней отчёт о находке и разрешил с ней ознакомится. Конечно это всё было интересно, но у меня она не вызывала восторга, а скорее возникало чувство лёгкой тревоги. И что бы не вселять страх в команду корабля, я спрятал её у себя в каюте подальше от посторонних глаз. Определённо нам предстоял долгий путь. Матросы которых мы здесь наняли в команду, оказались суеверными даже для матросов. Хотя возможно это и не так плохо. Я не первый год в море и могу сказать, что иногда приметы работают. Надеюсь удача нам будет благоволить в плавании. Но сейчас я испытываю несвойственное беспокойство и всё из-за этой статуэтки. И мне внезапно захотелось ещё хотя бы недельку побыть здесь, но к сожалению нам нельзя было затягивать.

30.09.1925 Третий день плавания. Море встречало нас, оно ожидало уже давно, но в этот раз встреча была холодной, будто некто ждал тебя что бы забрать с тебя долги. Многие из нас торопились на родину и на их лицах было воодушевление. Сейчас, выходя в море, мы чувствовали себя как дома. Правда странности нас преследовали, лишь мы покинули порт. Матросы видели по ночам кого-то в воде, больших и странных рыб, что выплывали к поверхности и плыли будто следуя за нами. Но когда я выходил на шум и крики команды, они уплывали в морскую пучину, а меня встречали лишь удивлённые лица и морской холодный воздух. И мне снились странные сны, они были липкие и холодные. Эти видения приходили казалось из самих морских глубин. Меня окружали человекоподобные рыбы отдалённо похожие на эту самую статуэтку, они держали меня за руки и тянули в чёрную морскую бездну, куда никогда не попадали солнечные лучи. И мне на встречу из этой бездны двигались огромные холодные глаза, наполненные голодом и злобой. Но затем я просыпался у себя в каюте в холодном поту. Сон был пугающе реален, проснувшись ощущал качку и понимал, что нахожусь где то в море. В эти мгновения впервые в жизни начинал жалеть, что связал свою жизнь с морем. Не знаю откуда взялись эти ощущения, но с каждой ночью я всё сильнее и сильнее понимал что морская глубина таит в себе угрозу.

2.10.1925 Пятый день плавания, мы выплыли в открытые воды Атлантики, берег исчез в дымке вчера вечером и сейчас мы взяли курс на север. Воды были неспокойны, что было удивительно, для Атлантики в это время года. Команда взволнованно шепталась, так, как течения будто сходили с ума, меняясь спонтанно. Навигация давала сбои мы неоднократно теряли направление. Если так продолжится, я буду вынужден сменить курс и зайти в ближайший порт. Будем находиться там пока море не успокоится. Но всё же, я надеюсь что это судьба испытывает наше упорство и скоро нас за него вознаградит. Хуже будет если она проверяет наше благоразумие. Сны всё так же продолжают меня мучить. Странные создания, которым кажется нет места на земле, затягивают меня в холодную, беспросветную бездну откуда на меня смотрит кто-то, и он огромен, он голоден, его холодные блестящие глаза кажутся чуждыми для этого мира. Я услышал его голос, шепчущий, гортанный с предыханием, слова произносимые им рождались прямо в сознании. Я не знал, что мне пытаются сказать, но просыпаясь испытывал дикое желание повернуть судно в ближайший порт. Не знаю, что за чертовщина происходит, видимо эта статуэтка так меня впечатлила, что теперь начинает снится всякий связанный с ней бред. Отчего я не высыпаюсь и потом целый день хожу помятый и сонный. Команда смотрит на меня с пониманием и сочувствием. Но всё же стоит начать принимать что-то для сна. Команда должна видеть собранного и уверенного в себе капитана.

5.10.1925 Восьмой день, мы попали в шторм, навигация сошла с ума, мы пытались придерживаться заданного курса, но я не был уверен на сколько он верный. Волны поднимались перед нами казалось стальными серыми стенами, уходящими в свинцовые тучи. Волны подбрасывали наш корабль, будто он крошечный и бумажный и иногда создавалось впечатление, что стены и пол меняются местами. Нескольких матросов чуть не утянуло в море. Всё это время пока мы боролись с непогодой я не покидал командный пост. Иногда мне чудилось, что на мгновения в этих волнах появляются рыболюди из моих снов, но стоило мне вглядеться повнимательней, я понимал что это лишь белая морская пена. Но эта пена иногда двигалась в воде так, как она не должна была двигаться по всем законам. Я списывал это всё на усталость и недосып. Даже когда на девятый день шторм затих, я продолжал держать свой пост, отправив помощников отдыхать. Пускай я стоял на ногах уже чуть больше двух суток, но им нужен был отдых. Внезапно я услышал тот самый голос, разносившийся в моей голове тихим шепотом. На секунду зажмурился и голос пропал. Не знаю что происходит, но определённо мне нужен отдых. Чёртова статуэтка, неужели она настолько меня впечатлила. Настолько она выглядела живой, а эти глаза, наполненные злобой и голодом, от этих мыслей по спине пробежали мурашки. Спустя пару часов после моей слуховой галлюцинации, меня сменил помощник, а я отправился в каюту. Когда проходил мимо пары матросов, что курили папиросы и не заметили, что я прохожу мимо. Их уставшие лица смотрели куда-то за горизонт, к серым волнам что всё ещё покачивали наш корабль. Внезапно один из них произнёс с сильным русским акцентом. - Мне постоянно снятся эти рыболюди. Как мы только покинули порт, они приходят во сне и тянут меня в какие-то морские глубины. - Мне тоже. Мне кажется мы не вернёмся на землю. Рассказывал мне один рыбак, что соседнюю от его городка, одну прибрежную деревню вырезал какой-то культ. Они выгоняли всех из домов, а затем потрошили жителей, заходя по пояс в воду, а затем мертвые тела уносили эти твари. А потом они вместе устраивали пляски под луной на песчаном берегу. - Да врёт небось. Откуда он это мог видеть? - Его рассказ очень похож на те сны, что я видел. - Господи спаси и сохрани. Но мне кажется, что он просто нагонял жути, как это делаешь сейчас и ты сам. Они внезапно замолчали увидев меня и вытянулись по струнке. Я устало им кивнул и пошёл спать. Но внутри меня зарождался липкий и холодный комок страха, который готов был вот вот вырваться наружу.

Не знаю, не могу уснуть не смотря на то, что чертовски устал. Мне кажется что из шкафа куда спрятал статуэтку, доносится странное бормотание и сквозь щель, я вижу странное свечение, такое глубокое фиолетовое и мне кажется, что это свечение впитывает свет. Собравшись с духом я открыл шкаф. И да, действительно проклятая статуэтка излучала этот странный свет. В начале накрыл её постельным бельём, а затем замотал покрепче. Внезапно вместе со странным светом пропал и шёпот. Проклятая статуэтка! С трудом поборов желание вышвырнуть её за борт, задумался о дальнейших действиях. И самое очевидное, это было причалить в ближайший порт. Я решил ознакомится с прилагающимся отчётом, так как до этого момента мне не было особого дела до научной ценности. Но я решил вскрыть документы которые были написаны специально для научного сообщества. Статуэтка была найдена в городе, который был вырублен прямо в скале. В комнате закрытой огромной каменной плитой. Комната была испещрена странными письменами, которые не удавалось расшифровать. Было видно что статуэтку обкладывали дровами и долго поддерживали этот огонь. Статуэтка не была им никак повреждена, видимо это были какие-то странные ритуалы. Камень из которого была сделана статуэтка был неизвестной породы, предположительно из метеорита, так как на земле пока не удалось найти известных аналогов. При изучении города смогли найти барельефы на которых изображается сражение людей и козлоподобных гуманоидных созданий против подобных рыболюдей. А так же упоминаются находки соженных останков всех этих существ. И почему они не рассказали мне об этих маленьких нюансах! У меня такое ощущение, что меня обманули. Надо сворачивать к ближайшему портовому городу, а дальше связаться с учёными и отказаться от перевозки этой диковины. И только засобиравшись отдать приказы, на меня тяжким грузом навалилась усталость и с большим трудом я шатаясь добрался до кровати и провалился в глубокий беспробудный сон.

7.10.1925 Десятый день плавания. Из сна меня выдернули крики. Кто-то громко кричал на палубе, из слов которые я мог разобрать была лишь понятна брань. Матросы всегда отличались в сквернословии, но даже сейчас я отметил про себя весь богатый лексикон ругающегося и то как он умудрялся сплетать между собой слова. Я выскочил из кровати и выхватил револьвер из письменного стола. Из криков понял что случилось что-то ужасное. Выбежав на палубу первое что увидел, это лужу крови растекающуюся около борта, а затем я увидел как скручивают матроса. Он сопротивлялся но к тому моменту, как я подбежал к толпе, и он уже перестал брыкаться и лишь злобно сопел. Неподалёку от него лежал окровавленный нож. Из слов собравшихся, они увидели как Франц, а именно так звали матроса, выйдя на палубу без предупреждения напал на другого матроса по имени Генри, вонзил кинжал ему в сердце и сбросил за борт тело. Когда окружающие опомнились и попытались скрутить нападавшего он оказал им сопротивление и некоторых успел ранить ножом. Выслушав их доклад я приказал связать его и отвести в нижний трюм для допроса.

Я капитан и я представляю здесь закон. Я никогда не упивался этим, особенно в подобных обстоятельствах. А с учётом того, что в последнее время матросы были пропитаны марксисткой идеологией и духом революции, мне не хватало только бунта на корабле. Поэтому приходилось строго следить и спрашивать за проступки, но не перегибать, искать здоровый баланс. Франц сидел на стуле нервно ёрзал и напряжённо сопел. За всё время он не произнёс ни слова, губы его были разбиты, а под его глазом расплывался огромный синяк. Мне неприятно вспоминать, как его глаза впивались в меня. Они были наполнены безумием и злобой и лишь иногда из глубин его серых глаз выплёскивался ужас. Я долго пытался разговорить его. Он лишь молчал и надменно поджимал губы. Я уже отчаялся и подумывал оставить его в трюме, до того как мы прибудем в порт. Как и планировал до этого. Но внезапно он заговорил. И от слов его меня будто окатило холодной водой. Он говорил не сбиваясь, медленно и спокойно, с лёгким злорадством. Я записываю в свой дневник их подробно, так как они отпечатались в моём сознании. «Капитан, ты же знаешь что они ищут свою священную реликвию, и не делай вид будто не понимаешь о чём я. Этот подводный народ в гневе, что мы, люди, захватили в свои руки то, что по праву принадлежит им. И то что ты взял эту проклятую вещь на борт, ты обрёк нас на смерть. Я видел во снах, бездонные глубины, не из нашего мира. Они вели меня через свои пирамиды сделанные из чёрного, будто ночь обсидиана, но излучающего бледный мёртвенный свет. Они вели меня сквозь свои подводные города. Их жрецы мне говорили, говорили что если. Ха, я вижу в твоих глазах, что ты понимаешь о чём я. Если я принесу кровавую жертву и скину их реликвию в воду, то они выпустят меня на берег. Меня и тех кто примкнёт ко мне. Их бог, даст нам шанс уйти. Присоединись.» Я знаю, что не должен был этого делать. Но охвативший страх подтолкнул меня на это. Выстрел оглушительно прогремел и позади матроса развеял веер кровавых брызг. Я осунувшись присел на край стола. Никто не должен узнать причину почему я это сделал. Нам необходимо в ближайший порт.

9.10.1925 Двенадцатый день плавания. Я сидел и размышлял над произошедшим. Тело убитого матроса так и не нашли. Среди команды стали шептаться, будто видели как чьи то руки ухватили его и утащили под воду. Я не сомневался в истинности этих слов, но всё не подавал виду. Мы взяли курс на запад, что бы выйти к берегам Южной Америки. Пока что всё шло по плану. Но что-то внутри меня не давало покоя, постоянная гнетущая тревога. Навигация периодически выходила из строя, за последние почти две недели она давала сбои столько, сколько не было за десять лет плаваний. Я не знал насколько далеко нас вынесло штормом. По звёздам не получалось сориентироваться, так как небо было постоянно закрыто низкими свинцовыми тучами. Я вышел на палубу и посмотрел за горизонт. Внезапно на большом отдалении я увидел как в воде плескаются люди, они махали мне руками. Их движения были плавны и грациозны, но в то же время какие-то неестественные, картина напоминала сон. Выхватив бинокль и всмотревшись я увидел, что это были рыболюди. Они насмехались, они дразнили их жуткие оскаленные пасти казалось усмехались в кривой ухмылке. Они будто говорили что мы в их владениях и нам не уйти. Бинокль чуть не выпал из моих рук, когда одна из тварей провела пальцем по горлу. Давая мне прекрасно понять, что нас ждёт. Они внезапно нырнули обратно в глубину. Исчезая не оставив и следа на волнах. Тревога не отпускавшая меня стала нарастать, доходя до нестерпимого предела. Едва сдерживая накатившую панику, отправился в каюту, сжимая до побелевших костяшек револьвер в руках.

Сегодня я возненавидел слабость человеческого тела. Пока я размышлял над тем, как нам спастись я уснул. Но Господи, что же мне принёс этот проклятый сон. Мне никогда уже не вернуться в привычную жизнь и мой разум не будет прежним.

Мне казалось что я парил в беспросветной мгле. Потом пришли ощущения, я чувствовал холодные подводные течения которые меня тянули в самые глубины. Я не мог двигаться и казалось был лишён этой возможности, я не видел своего тела и чувствовал лишь холод. Я не мог понять сколь долго это длилось, казалось я потерял счёт времени. Внезапно где-то внизу рассмотрел призрачное свечение, свечение странных оттенков, я бы мог сравнить его с полярным сиянием, оно всё усиливалось и казалось растекалось блеклым заревом внизу. И чем ближе тем чётче оно становилось, постепенно растекаясь и усиливаясь и я рассмотрел в этом свечении колоссальных размеров город. Странные циклопические строения, гигантские пирамиды и высокие шпили. И чем ниже меня уносило к ним, тем масштабней он становился. Уже заполняя пространство от горизонта, до горизонта хотя мне ещё долго было опускаться к его основанию. Моё сердце замерло испытывая страх, смешанный с диким любопытством. Внезапно от строений в мою сторону стремительно отделились силуэты. Вскоре я увидел что это были рыболюди. Они кружили вокруг меня, всматриваясь в меня своими холодными выпученными глазами. И ухватив меня под руки быстро устремились к вниз, я пронёсся по улицам колоссального города, здания были высечены из базальта и покрыты странными витиеватыми узорами и символами, от камней исходило это странное свечение хотя они и были покрыты слоем ила и казались осклизкими. Редкие водоросли росли среди камней и между ними проплывали странного вида рыбы которых я до этого никогда не видел, с огромными зубами и выпученными глазами. Где-то стояли статуи, вытесанные из диковинных камней, украшенные жемчугом. Пока сопровождающие мне ничего не говорили, но я был в полном ступоре от представленных картин. Где-то нас встречали жители, они холодно и без эмоций смотрели на меня своими холодными глазами. Меня вывели к огромной площади которая была выложена брусчаткой, из обсидиана. По нему пробегала призрачная зеленоватая рябь, будто лёгкие волны. Я взирал на всё это испытывая внутренний трепет, ко мне подплыл по всей видимости жрец, сжимающий в перепончатой руке обсидиановый кинжал, он смотрел на меня своими холодными глазами. Внезапно в мой голове возникла речь, он передавал мне мысли и образы. «Человек, мы решили отдать тебе должное прежде чем наш Древний Владыка поглотит тебя и твою душу, ведь сейчас ты владелец нашей реликвии, что была сотворена из минерала с нашего далёкого мира, что находится на самой границе вселенной, в огромном океане, чьи воды уходят в самую бездну и ничто, ты даже не можешь представить бесконечную глубину. Буквально бесконечную.» В голове возникали видения, разорванная планета, будто разрезанная пустотой, чьи воды бесконечны в своей глубине, древние города которые миллиарды лет стояли под толщей воды, высеченные из чёрного камня и миллионы и миллионы людей рыб, что кружили в хороводах, и приносили кровавые жертвы своему богу, который покоился в самой бездне. «Мы разрезали пространство и время, заселяя тысячи и тысячи планет. Сражаясь с другими народами. Мы прибыли на землю когда вы ещё не зародились. На ваше появление ещё не было и намёка. А мы уже строили под водами этой планеты города, они были тёплые. Мы бились с другими народами на этой планете иногда стирая всё под ноль с её поверхности. А недавно появились вы. И вы стали вкусной добычей, а некоторые из вас благоразумно стали поклоняться нашему владыке и он даже давал вам своё благоволение, даже несмотря на то, что вы ничтожество и ваше появление это случайность, не более чем разумные животные не способные познать истину.» Голос в голове наполнился снисходительностью и лёгким отвращением. И в то же время, я видел в посылаемых видениях как обсидиановые пирамиды разрезают своими лучами пространство и перемещаются на казалось бесконечные расстояния. Я видел сражения и поля залитые кровью, которую собирали чешуйчатые победители, начиная распевать гимны своему богу и выстроившись кругом и раскачиваясь, танцевали в трансе. И сотни людей уходили на заклание под обсидиановые ножи. И их горячая кровь преображалась в тонкие едва видимые человеческому глазу нити энергии что отправлялись прямиком Богу Сокрытому В Глубине. «И сейчас ты увидишь как бездна откроет свои врата, и мы сотрём вас с лица земли, мы давно копили кровь и знания. И скоро и твоя кровь покроет жертвенные камни и не увидишь ты конец своего мира, когда упокоишься на дне и заберём мы себе то что принадлежит нам.» К нам стали подплывать рыболюди, сжимающие будто в любовных объятиях в своих руках покойных матросов. Присмотревшись в ужасе обнаружил, что это экипаж моего корабля, среди них был мой помощник и связист. Я в ужасе пытался сбросить оцепенение. Но у меня не получалось, сон казался большей реальностью, чем вся моя жизнь до этого. Жрец занёс нож вспарывая тело матроса, он как мне даже показалось дёрнулся, и к моему удивлению, кровь не растеклась облаком в воде, она медленно заструилась на брусчатку, подобно тягучей смоле. Кровь ещё не успела выйти вся, как жрец продолжил вспарывать другие тела. Кровь струилась по брусчатке наполняемая призрачным сиянием, пульсировала оттенками бирюзового, фиолетового и какого-то странного красноватого. Я с замиранием сердца наблюдал за картиной. Как они встали вскинув руки к поверхности воды и извиваясь начали танцевать, жрец забормотал молитву. Огни под нашими ногами загорались всё ярче и ярче. Ослепительная трещина разделила площадь, и вмиг свет исчез с её поверхности, и под нами открылась бездна, из глубины на меня устремились два глаза, переполненных злобой. Они начали двигаться в мою сторону. Расстояние между глаз было колоссальное, существо должно было достигать футов двести в высоту, не меньше. Вместе с её приближением я ощущал что-то неестественное, неправильное, что-то что ломает саму реальность. Приближение этого нечто, ломало моё восприятие мира. Я проснулся рывком в своей каюте. В мокром поту. В мою дверь отчаянно ломились.

Сейчас со мной в каюте сидели двое матросов. Они были изранены но стоически терпели боль, хотя тяжелее им было морально. Один из них, тот который был с сильным русским акцентом рассказал, что внезапно из воды на корабль вышли рыболюди и устроили охоту. Они хватали, стараясь оглушить людей и пускай кто-то и пытался дать отпор, на палубе в живых никого не осталось, люди из команды кто уцелел в первые минуты заперлись в трюмах и отбивались. Героически боролись за свои жизни. Но из тех кто попытался укрыться внутри корабля, остались в живых лишь они. Они были рады что я жив, но в то же время, смотрели на меня с подозрением. На вопрос почему они так косятся на меня, ответили, что на моей двери не было и царапинки, будто эти твари обошли мою каюту стороной. Хотя она и была на пути следования. Но вскоре подозрения отошли в сторону. Я предложил выбираться поскорее из этого морского ада. Статуэтку я решил оставить пока что в каюте, эти двое не должны узнать о ней. По крайней мере сейчас.

Ситуация оказалась хуже чем я думал. Моторное отделение было разгромлено, техника не подлежала ремонту. Да и механики которые могли бы это сделать уже наверняка покоятся где-то на дне. Сейчас я сижу и смотрю в море вместе с оставшейся командой корабля. Мы с содроганием смотрим, как море вокруг нас беснуется, темнеет и мне кажется что начинается какой-то водоворот. В воде мелькают чешуйчатые тела, и каждый из нас знает, что нас скоро заберут.

Они ворвались на палубу когда водоворот начал усиливаться, мы схлеснулись с ними в схватке. Но матросы получили тяжёлые раны. Один из них умер когда мы спустились в моторное отделение. Другой умирает на моих руках прямо сейчас. Я остаюсь один, но я не дам этим тварям забрать на дно и их. И свой корабль я так просто им не отдам. Мне кажется они отступили, но не думаю что на долго. Море становится всё не спокойнее.

Я добежал до своей каюты и забрал чёртову статуэтку. Сейчас её вид вызывал у меня ужас, но переборов свой страх завернул её в простыню и попытался побежать вниз. Обратно в моторное отделение. Внезапно я увидел, увидел как воронка начала ускоряться, а потом море вспучилось. Из его глубин возникла антропоморфная фигура, с огромной рыбьей головой, фигура была больше нашего корабля! Её рыбья чешуя отливала фиолетовым светом, а глаза пылали потусторонней силой. Я чувствовал, как мой разум сжимается в орущий комок. Миллиарды лет вселенной, но это существо было старше. И я чувствовал, как существо смотрит на меня. Этот злобный бог прибывший из бездны, из ничто, вместе с его проклятым народом! Я с ненавистью ударил статуэткой о стену. Нет я им не дамся! Сейчас я сижу в моторном отсеке, рядом со мной моя мёртвая команда. Я стараюсь скорее закончить запись, прежде чем я начну задыхаться от дыма или жарится от адского пламени когда загорится топливо или если ещё лучше оно рванёт. Статуэтка на удивление задорно потрескивает в пламени, наполняя пространство сиянием фиолетового. Я помню сводки о том, как её пытались сжечь в древнем городе и возможно это получится у меня. Море беснуется и сходит с ума. Но меня они не достанут, я сгорю вместе с кораблём. Я постараюсь сохранить дневник положить его в герметичный контейнер. Если вы это читаете, я надеюсь эта зараза убралась обратно в свою бездну. Пламя подходит к топливо хранилищу, мне пора, прощайте!