Легенды высоких гор.

Глава 1. Непокорённый перевал.

Старые легенды всё врут.

Не врет из них только одна – самая старая. Но и она не помнит всей правды.

Старые легенды сами забыли, что хотели сказать и о ком.

Их память заблудилась и уснула на пушистом мхе.

Слушай старую легенду – засыпай и мечтай. Не смотри, куда она ведет – качайся в её снах. Пой её песню – закрывай глаза крепче.

Соври мне, старая легенда, я хочу услышать сказку.

Непокорённый перевал.

Часы показывали без пяти два, когда раздался звонок. Ночью, в палатке на склоне горы? Сотовой связи не было уже два дня пути, и поэтому Степан решил, что ему приснилось и, поправив спальник, закрыл глаза. Однако звук не прекращался. Степан посмотрел на своих товарищей, спокойно спавших рядом – не может быть, чтобы он один это слышал. Звонок стих, и, успокоившись, Степан начал мягко погружаться назад в теплый сон. Сквозь дрему он услышал уютный перестук дождя. Стук нарастал, становился громче и чаще. Степан с ужасом понял, что это вовсе не дождь и окончательно проснулся. Кто-то снаружи настойчиво скребся об ткань палатки.

Пока он спешно расстегивал спальник и искал фонарик, его слух отчетливо улавливал шаги, удаляющиеся вниз по склону. Ночь встретила холодом и звездами, бродившими до этого в темноте галактик, но сейчас крупными и близкими, смотревшими прямо на него.Ледяным взглядом своим они освещали лагерь альпинистов. Идти никуда не хотелось, и Степан уже решил списать странные звуки на тревожный сон после долгого и трудного перехода и пойти обратно в палатку, как вдруг он услышал свое имя.

Фонарик задрожал в его руке. Он узнал голос, и сердце забилось где-то в горле. Кровь разнесла страх по всему телу, мгновенно ставшему неподвижным, но не пойти на этот голос он не мог. Все самое лучшее, счастливое и светлое связывало его с этим голосом, только звучать в этот час в ледниковых горах он не мог. Он неизменно каждый год возил его обладательнице цветы на старое сельское кладбище, убирал с могилы полынь и вьюн, и сидел долго там, рассказывая новости и прося совета.

Черная трава обняла ботинок. Степан осторожно ступал по ней, выхватывая фонариком острые камни. Вдруг голос стих и Степан испугался, что больше его не услышит. Поэтому, когда он зазвучал вновь, обрадованный, кинулся сквозь тьму, не разбирая дороги. Голос слышался все громче и ближе, Степан совсем перестал смотреть себе под ноги, и, когда земля начала уходить под ним, то не сразу понял, что случилось. Ноги, не находя опоры, поехали вниз, мелкие камни быстро разбегались в разные стороны. Склон затягивал его вглубь своей темноты. Обдирая руки, он хватался за траву, ища твердую почву, Степан закричал, но звезды, лениво наблюдавшие сверху, не ответили ему.

– Не бойся, я с тобой. – произнес родной голос.

Утром, едва туман отступил, туристы нашли тело Степана. Похоронили его там же, в чёрных острых камнях и ушли назад, прервав восхождение.

С давних пор этот затерянный перевал из всех пришедших за красотой седых гор забирает себе тех, кто думает о мёртвых чаще, чем о живых. Не прячь свою боль, не глуши её усталостью – перевал слышит плачь твоего сердца. Найдёт тебя и не отпустит.

Не ходи за старой легендой, не топчи свои ноги.

Легенда соврала и растаяла.

Да и не было её никогда, только пыль.

Глава 2. Лидушкина гора

Старые легенды всё врут.

Не врет из них только одна – самая старая. Но и она не помнит всей правды.

Старые легенды сами забыли, что хотели сказать и о ком.

Их память заблудилась и уснула на пушистом мхе.

Слушай старую легенду – засыпай и мечтай. Не смотри, куда она ведет – качайся в её снах. Пой её песню – закрывай глаза крепче.

Соври мне, старая легенда, я хочу услышать сказку.

Лидушкина гора

Впрочем, это не гора совсем – так, увал небольшой. Как и сама Лидушка была девушка тихая, неброская. Мимо пройдешь – не заметишь, не поздороваешься. Несмотря на это, счастья Лида хотела большого. Громкого и яркого. Такого, чтобы все видели и не сомневались – вот оно, настоящее счастье о котором все говорят и мечтают.

Получить это счастье, казалось Лидушке, быстрее и надёжнее через любовь. Большую, чистую и взаимную. Объект любви она нашла быстро. Да и искать долго не пришлось. Первый парень на селе – красавец и весельчак Степан жил по соседству. Всё время друг у друга перед глазами. Но вот взаимности, вопреки Лидиным ожиданиям, не случилось.

Лида расстраивалась, плакала и бегала к старой черемухе у забора – поглядывать в соседний двор. И чем больше думала Лида о Степане, тем больше жалела своё непреходящее счастье и тем крепче влюблялась в Степана. Против воли, как-то само собой, следить за Степаном вошло у Лиды в привычку. Вечером, в сумерках Лида выходила со двора на улицу чтобы, прячась за пышной сиренью, проводить Степана взглядом до самого крыльца.

Однажды вечером застала её за неприглядным этим занятием Марийка. Девушка некрасивая, но бойкая и звонкая, любительница поговорить да попридумывать о других чего не было.

– Что, за соседом приглядываешь? – в темноте блестели зубы Марийки.

– Я Полкана домой гоню. – Лида покрутила головой, вроде разыскивая собаку.

– Ну-ну, Полкана. – Марийка, опершись об забор, разглядывала пылающие в густых сумерках щёки Лиды. – А ты знаешь про травку-полыньку? Мне то она ни к чему, у меня жених есть, а тебе, глядишь, и поможет.

– Какая травка? – Лидушка сердцем учуяла, что узнай кто – засмеют, но счастья хотелось нестерпимо. Степан по-прежнему её не замечал. Даже когда нечаянно налетал на неё в клубе, не извинялся, а отдвигал как помеху и бежал дальше.

– Да вон, на горе растёт, – похоже, не такая она уж плохая это Марийка, раз пожалела Лидушку и хочет ей помочь. – Вон, как раз сейчас цветёт.

И Марийка поделилась с Лидушкой тайным знанием по приготовлению приворотного зелья. Лидушка проснулась, как ещё не расцвело, сбегала босая на дальнюю гору за селом. Собрала в мелких росинках траву и окунула её в кипяченую родниковую воду. Через три дня прокравшись, опять же утром, на соседний двор она вылила отвар в ковш на крыльце из которого пил Степан. Первая эти днём попалась ему на глаза. Подгоняя телёнка вдоль забора сама, для надежности, поздоровалась со Степаном через забор и принялась ждать.

Ждать сказала Марийка надо столько, насколько сильно ты любишь парня. А значит быстро. Самое большое – неделю. Лида выдохнула и приготовилась встречать своё счастье. Однако через три дня Степан умер. Слёг внезапно и больше не встал.

Отчего умер крепкий и никогда до того не болевший Степан знали только Марийка и Лидушка. И молчали. Перепуганная Марийка подумать не могла, что её пустая шутка над Лидушкой так обернётся. Лидушка боялась смотреть родителям и соседям в глаза и скрывалась от всех на горе, где травку эту проклятую собирала. В дали от людей он плакала в голос, проклинала себя и Марийку, и день ото дня худела и слабела.

Родители, оберегая, перестали занимать её домашними делами. После работы уходила Лидушка, не скрывая больше свою утерянную любовь, на гору и полакала до темноты. Потом приходила мать Степана, брала её за руку и вела домой. Жалела тихую неприметную девушку, которую давно одобрила сыну в жены. Да он на такую серенькую, хоть и работящую, и смотреть не хотел.

Отчего умерла Лида – никто не понял. Слезой ушла. Пришли за неё – как спит лежит, только не дышит. Похоронили Лиду тихо, не хватило горя у деревни на две смерти подряд. На соседнем со Степаном участке.

А травки той, постепенно, год от года становилось всё больше. Каждой весной замечали люди, что покрываются склоны безымянного увала травкой-полынькой, пока он весь не зарос.

Красиво цветёт Лидушкина гора, но не ходят туда люди. Не ходи и ты, не лей слёз. Не проси не свой любви. Что ушло – не вернешь. Кто не твой – твоим не будет. Хоть плачь, хоть венок плети, хоть песни пой.

Не ходи за старой легендой, не топчи свои ноги.

Легенда соврала и растаяла.

Да и не было её никогда, только пыль.