Фанат

Глава 1

Сквозь густые заросли дикого леса проблескивает огонь. На мрачной поляне, со всех сторон окруженной уносящимися в небо стволами вековых деревьев, корчатся в ритуальном танце три фигуры. Кроваво-красные балахоны развеваются от конвульсивных движений, слова древнего чужого языка словно камни падают на жухлую траву поляны. Безумная пляска заканчивается и три фигуры стягиваются к потрескивающему в середине лужайки костру. На земле разбросаны кости, огарки свечей, пучки какой-то дурно пахнущей травы. Культисты аккуратно перешагивают магический рисунок, неровными линиями расчертивший лесную проплешину.

- Все готово, братья, - из-под балахона раздается низкий неприятный голос, - Сегодня ночью мы станем свидетелями конца!

Говоривший молитвенно заломил руки в черное небо. Другие два культиста благоговейно молчат, не смея перебивать.

- Наш жалкий мирок созрел для Его прихода! Ибо стал он плодом, налитым болью, напоенный реками слез и крови! Плодом, что достоин сорвать Он и вкусить тысячью свои ртов!

- Вхту’ммАхштааа! – в один голос восклицают два культиста, ритуально извиваясь под набиравший силу голос предводителя.

И снова три фигуры в балахонах пускаются в свой жуткий танец. Выкрики становятся еще яростнее, дикая пляска набирает силу, воздух дребезжит от злых древних слов. Пламя костра вздымается выше вековых крон, опалив и разметав листья. Ритуальные конвульсии затихают и три фигуры вновь стягиваются к пылающему потусторонним жаром костру.

- Настоятель, - говорит один из культистов, - Я так благодарен Вам, за то, что удостоили меня чести присутствовать в такой исторический момент! Ведь для ритуала достаточно и двух участников.

- Ах да, брат мой, ты прав, - снова неприятный голос скрипит из-под балахона, - Ты абсолютно прав, достаточно только двух.

В отблесках пламени взмывает кривой ритуальный нож, расчерчивая горло благодарного культиста поперек. В глазах умирающего человека мелькает недоумение. Тело грузно падает прямо в костер, языки которого тут же поглощают плоть, словно сухую веточку. Второй культист хранит напряженное молчание, глаза его блестят из-под сбившегося от плясок капюшона.

Пламя костра набирает силу, ревущий огонь взмывает под самые небеса. Поляну укутывает густой туман, границы лесной проплешины размываются, изламываются, воздух гудит от напряжения. А безумные культисты все выкрикивают слова древних черных молитв, призывая в свой мир вестника и исполнителя последнего приговора.

- Настоятель! Воздух наполнен силой, огонь сжигает небеса, жертва принесена! Когда же мы станем свидетелями Его прихода? – оставшийся культист в исступлении падает на колени перед настоятелем и хватает его за мантию.

Капюшон сбился с его головы. Под мантией оказалась девушка, бледная кожа сияет в отблесках ревущего пламени, широко распахнутые глаза в ритуальном экстазе смотрят на настоятеля, длинные каштановые волосы рассыпались по спине.

- Ах, дитя мое, - сквозь рев и треск доносится голос настоятеля, тихий, но вкрадчивый, - На самом деле для проведения ритуала достаточно и одного участника, но я слишком стар, чтобы столько отплясывать.

Росчерк кривого ножа. Бездыханное тело девушки валится к ногам последнего культиста, в глазах ее так и не исчез безумный блеск ритуального экстаза.

- Приди же, Разрушитель! Приди же Бурлящий Хаос! УфхштрааАхрммв! – выкрикивает пронзительным голосом настоятель.

Воздух взрывается от энергии. Пламя костра наливается чернотой, как будто оно не излучает свет, а поглощает его весь без остатка. По поляне пляшут огни чужих миров, через зияющую дыру в пространстве Нечто проникает в наш мир. Огромные клубы черного склизкого тумана формируются в гротескную массу. Пасти, руки, головы, глаза – чудовищное слияние из самых глубин кошмаров. Листья деревьев чернеют и осыпаются золой, земля бурлит под ногами культиста. В хаосе пространства из черного тумана материализуется Он.

- Да! Да! КхвалеШфхтгн! Разрушитель миров, Скорбь Мироздания, Бурлящий Хаос! Поглотитель планов Амнул Ар и КретаНиа! Палач и Судия! Как же я долго ждал этого момента! Наконец-то я смогу!...

- Опять ты?! – тысяча глаз Бурлящего Хаоса уставились на настоятеля, рты презрительно искривились, а конечности недовольно задвигались, - Сколько можно?! Каждые 20 лет ты призываешь меня на эту забытую всеми планетку! Выкрикиваешь мои забытые имена, убиваешь своих культистов! Сколько на этот раз? Пять?

- Нет, всего двоих…

- Двоих! Странно, что кто-то еще ведется на твои проповеди! – Палач и Судия яростно хлестал по исказившемуся пространству поляны своими конечностями, - Я же тебе еще в прошлый раз сказал – мне не интересен этот мирок! И ты не интересен! Хватит меня преследовать!

- Но я же…

Настоятель не успевает договорить. Пространство снова приходит в движение, свистопляска огней усиливается, а аморфное чудовище из кошмаров обращается в едкий дым. Разрыв в пространстве затягивается и с громким хлопком закрывается, взметнув листья и комки земли под самые небеса.

На пустой и мрачной поляне понуро стоит старик. Балахон слетел с его седой головы. Из безвольно опущенной руки выпала карточка с изображением Бурлящего Хаоса, как будто заготовленная для автографа.

- Ох… - кряхтит старик, - ну и где мне опять искать последователей?