Зло прорастает из жалости

Глава 1

ЭПИГРАФ

Маленькая жалость может перерасти в большое равнодушие, равнодушие порождает безнаказанность, безнаказанность рождает зло

Старая фотография

Зло летит над ночным городом, оно ветер. Холодно, внизу горят огни, сверкают ленты проспектов. Внизу пролетают крыши высоток. Большой город живет бурной ночной жизнью. Жизнь кипит. В такую погоду над готическими мрачными крышами, в темноте может летать только злой дух. Куда он обратит свой взор нам не ведомо, но в нашей власти в критический момент отвести взгляд от бездны, что бы бездна не смотрела в нас. Темный фасад дома, большинство окон потушены. Подлетаешь к одному из светящихся окон. За окном, внутри, девушка сидит за компьютером. В полумраке комнаты видно ее лицо и экран монитора.

Девушка со скучающим видом просматривает переписку в соц-сетях и попутно разглядывает сайт-каталог с описанием картин. Она небрежно перелистывает иллюстрации, но вот она немного запнулась, что-то ее остановило, нет не остановило, встревожило нет, нет, она что-то вспомнила. Вернулась к уже просмотренной картине.

Её звали Лиза. Она художник, но не такой успешный, чтобы прокормить себя, поэтому сотрудничает с картинной галереей, консультирует, и сейчас она просматривала каталог малоизвестных авторов в поисках оригинальных работ. Сама, не осознавая, она остановилась на этой картине, еще четко не понимая, что именно в ней привлекло ее внимание. Да поп арт, да сюжет больше похож на картинку из комиксов, да несколько мрачно, но в тоже время банально. Что же тут привлекло ее внимание. На картине, скорее рисунке, изображен какой-то шабаш. Черти и прочая нечисть, окружили колыбель, в кроватке младенец. Лицо ребенка прописано с особой тщательностью - это девочка. Как всегда, в таких случаях, он, его величество – дьявол, саркастически улыбается. Лиза не понимала, что ее остановило, сама композиция картины или эта миленькая девочка в центре.

Она несколько минут внимательно разглядывает картину. Потом у нее промелькнула догадка. Кажется, она видела уже подобный сюжет, и ребенок, этот ребенок, что-то в нем было до боли знакомым. Она стала лихорадочно искать по всем доступным ей ресурсам похожую картину. Лиза искала, и сама над собой подтрунивала, чего это я занялась поиском какого-то сомнительного творения, да еще с каким-то чертовым самоанализом. Что меня так заинтересовало в этой картине? Наконец она остановилась передохнуть, вернулась к первоисточнику и решила разобраться с автором. Нетипично, автор неизвестен, указан только E-mail коллекционера.

Заправившись сухариками и заварив кофе покрепче, она снова принялась за поиски. К утру, когда уже стало светать, она с чувством выполненного долга разглядывала уже 4 картины с похожим сюжетом. И что самое главное, ребенок, этот ребенок, она никак не могла отогнать от себя эту мысль что именно, первоначально, привлекло ее в этом миленьком ангельском личике. Да и сама эта компания чертей и ведьм, было в ней что-то странное, неуловимое, но сил уже не было, и она заснула.

Уже к обеду, проснувшись, Лиза подкрепилась и снова села за компьютер. Она думала, как это часто бывает, все, что происходит под вечер, оставляет гораздо более заметный эмоциональный след, чем любое событие, произошедшее утром. Вот и сейчас ночные поиски ее уже не так волновали, осталось лишь смутное сомнение, что главного она так и не узнала, не поняла. Спокойно Лиза рассматривала четыре картины по очереди. Несомненно, они были выполнены в одном стиле и технике, можно было даже утверждать, что у них один автор. Но зачем нужно было так настойчиво повторяться, и что же все-таки в них, черт возьми, задело ее за живое, привлекло внимание, Что же это, постепенно у нее стало прорисовываться понимание этой ситуации, ответ становился все более очевидным. Именно Он -черт, его выражение глаз и ухмылка. На одной из картин он даже воздал руки к небу и там, в своих руках, держал этого ангелочка с той же хамской - ехидной улыбкой. Тут она уже четко поняла сам сюжет работы, который привлек ее внимание. Что это? Радость перед жертвоприношением или радость приобретения, радость рождения. Вся эта оргия больше напоминала ей ликование от рождения, обретения этого нежного существа. Внимательно разглядывая лица прочей нечисти, она с удивлением обнаружила, насколько тщательно и точно были переданы эмоции на их, если можно так сказать, лицах. Да, несомненно, они ликовали и радовались и, что самое непонятное в их выражениях, не было чувства ненависти по отношении к ребенку. Да она сделала это. Теперь можно было успокоится, но все-таки ощущение какой-то недосказанности осталось. Лиза дала себе слово позже вернуться к этим работам, и может быть поискать, что-то подобное, оригинальное, как ей тогда показалось, для своей галереи, в которой она трудилась.

Шло время. Как-то банально звучит, тянулось и, вот как-то раз…. Лиза проводила генеральную уборку, на глаза попалась папка, а в ней всякие важные и неважные документы. Папка чрезмерно распухла и, наверное, пришло время ее перебрать. Лиза присела на диван. Посмотрим, что у нас там? Листочки стали разлетаться на две стороны. Вроде все просто и понятно. Лиза с улыбкой думала, странное это дело, когда бумаги попадали в эту папку, они всегда казались важными и нужными. Но пролежав тут несколько месяцев, а иногда и лет, вдруг превращались в совсем ненужные. Так это сюда, а это сюда, вот фотка, ее к нужным. И тут Лиза задержалась, да фотка старая, да это она. По крайней мере все так твердили. Она не любила вспоминать то время. Детский дом не самое лучшее воспоминание ее жизни. Лиза оказалась в приюте еще совсем маленькой. Ее подкинули к дверям больницы ночью. Все было как в романах. Опуская подробности, можно сказать что детских фотографий у Лизы было не много, а в юном, младенческом возрасте и подавно. Но эта фото сохранилось только потому, что в том свертке, в котором ее нашли, была эта фотография и на обратной стороне небрежно написано ее имя. Когда ее приняли в приют, имя дали по надписи на фотографии. Лиза никогда не любила эту фотографию, но хранила, так как эта была единственная ниточка, которая связывала ее с матерью. С той матерью, которую она никогда не видела. Сейчас, когда она, скорее равнодушно, чем с тоской в сердце, она рассматривала эту фотографию. Она почувствовала, как в ней нарастает какое-то волнение. Волнение росло и причину его она не могла понять. Прошло еще несколько минут. Лиза думала о чем-то своем, мысли путались. Но вот девушка отбросила от себя фотографию, вскочила и подбежала к зеркалу. Она пыталась увидеть в себе те детские черты, которые она только что изучала на фото. Но, что самое страшное, она поняла, что, то ночное приключение с картинками о шабаше было не случайным. Она в страхе подняла с пола фотографию, на нее смотрело то самое детское личико с тех картин, что она так усердно изучала несколько месяцев ранее.

Да, это маленькое открытие было для нее шоком. Как же сразу она не поняла, чего не хватало ей в том пазле, что еще ее тревожило, кроме нестандартной трактовки образа. Теперь все встало на свои места. На душе у Лизы было противно от самой мысли, что она, ее образ, оказался в такой компании, да еще в такой двусмысленной, как ей казалось, ситуации. Немного успокоившись, она с некоторой нервозность, села за компьютер. Те четыре работы она конечно сохранила, и теперь с некоторым страхом и трепетом стала изучать внимательнее. Глубокое проникновение в замысел автора ничего хорошего не сулило. Трясущимися руками она взяла свою фотографию, положила перед экраном и стала сравнивать с младенцем на картинах. Все это ей совсем не понравилось и это будет мягко сказано. Мало того, что на неё с экрана компьютера и с фотографии глядело одно лицо, так еще и мелкие детали, в плоть до родинки прописанные художником, совпадали с фотографией. После такого, обессиленная и в жутко отвратительном настроении Лиза подошла к шкафчику и выпила почти залпом пару стаканов мартини. Наверное, в этой ситуации, лучше подошло бы что покрепче, но сейчас она плохо соображала, что делает. Лиза вышла на балкон и решила собраться с мыслями. Она надеялась, что свежая, скорее промозглая погода, приведет ее в чувство. Сделав несколько глубоких вздохов, она осознала, что теперь она просто обязана найти автора этих «творений» и прояснить для себя эту ситуацию по максимуму. Как одержимая, она принялась искать автора.

Используя все свои связи и навыки Лиза перелопатила горы материала. Она просмотрела, наверное, все каталоги по современному искусству и поп-арту в особенности. Почти все ответы на ее письма и запросы по галереям и адресам коллекционеров так или иначе сводились к тому, что картины имеются в наличии, но автор работ неизвестен.Но как всегда водится в таких случаях, упорство дало некоторые результаты. Несмотря на то, что 4 найденные работы попали на обозрение в разное время, цепочки их перемещения от хозяина к хозяину, несколько раз попадалось одно и тоже странное для Лизы имя Руслан.Но были и печальные для Лизы моменты. Во время своих изысканий она наткнулась еще на пару подобных произведений искусства, с уже известным нам содержанием, но принадлежащие перу уже известных мастеров. Наконец, после нескольких недель поиска, девушка получила ответ от одного из коллекционеров более точную информацию об этом Руслане. Оказалось, что в разные моменты времени, Руслан выставлял пару злополучных картин в одной небольшой галерее в Милане. У Лизы созрел четкий план, надо разыскать данного Руслана и выяснить у него, кто или что скрывается за этими работами.

Пришла весна. У Лизы выпало пару недель свободного времени, и она собралась разыскать, а лучше найти этого Руслана. Поездка до Милана стала для Лизы приятным дополнением к ее не очень приятной миссии. Уже на месте, в картинной галерее, от владелицы арт салона она получила более точную и подробную информацию. Оказывается, Руслан, профессиональный фотограф, живет и работает в России, много путешествует. Те работы, что он привозил в Милан, судя, по его словам, принадлежали «перу» его родственницы. Вероятно, и другие подобные картины были вывезены им из России. По мнению Лизы, подобные творения не были по достоинству оценены на родине автора. Большой художественной ценности они не представляли и гонорар за эти работы, по словам владелицы Миланской коллекции, был выплачен весьма скромный. У Лизы оставалось еще несколько свободных дней, но поездку в Россию, к Руслану, она торопить не стала. Она решила лучше подготовится, чтобы наверняка встретится с юношей и выудить из него информацию по максимуму.

Вернувшись домой девушка развернула бурную деятельность. Она засыпала запросами все арт салоны и галереи, где так или иначе могли встречаться подобные картины. Разумеется, она отправила запросы и в уже известные адреса от имени вымышленного коллекционера, инкогнито, которому ужасно понравились данные работы, и он решил собрать соответствующую коллекцию Подобные предложения естественно никого не шокировали, разве что иногда вызывали ухмылку владельцев, которые в душе очень сильно сомневались в их художественной ценности. Дело сделано, подготовительная работа закончилась и, наконец, Лиза, спустя некоторое время отправила свой запрос напрямую Руслану, в надежде на долгожданную встречу и готовилась к этому как к захватывающему приключению. Лиза не могла себе позволить приобрести хотя бы одно из полотен, они заметно подорожали в цене в результате своих путешествий по миру. Но с другой стороны составила подробный каталог в котором пыталась, застолбить расположение картин их владельцев.

Но вот наступило подходящее время, и Лиза оказалась в Москве. Опустим ее впечатления от далекой Москвы, все эти штампы и условности, главное, она наконец смогла договориться о встрече с Русланом. Наступил этот волнующий ее момент, она назначала встречу в баре, в холле гостиницы. Ей казалось, что встретиться с Русланом лучше в людном месте, так будет для неё спокойней и безопасней.

Руслан оказался вполне симпатичным интеллигентным человеком. Выглядел не старше 30 лет. Общаться с ним было приятно. У него был обычный не приметный вид, и это особенно контрастировало с теми стереотипами, в которых люди искусства как правило выделялись из толпы своим внешним обликом. Лиза представилась как доверенное лицо одной из галерей, владелица которой хотела бы побольше увидеть работ автора, а может и приобрести некоторые работы. В свою очередь Руслан рассказал, что автором работ является его родственница, уже пожилая женщина, которая не является профессиональным художником. Столь странное увлечение поп - артом и сама тематика работ объясняется ее давней любовью к тем временам, когда все иностранное с запада казалось таким смелым, откровенным, и по тем временам, несомненно оригинальным. Талант художника проснулся в ней уже в зрелом возрасте. Женщина ведет затворнический образ жизни. Те несколько работ, которые она нарисовала, Руслан, по-родственному, пытался продать в России, но не смог, поэтому вывез их за рубеж. А те скромные деньги, что он выручил от продажи, почти целиком передал своей родственнице. На просьбы Лизы получше ознакомится с работами Софьи, так звали художницу, Руслан категорически отказался. По его словам, тетушка сейчас больна, никого не желает видеть, а все более-менее интересные работы уже распроданы, а новых работ она уже давно не пишет. Первая встреча несколько расстроила Лизу, но естественно, она не собиралась сдаваться и была полна решимости добиться-таки от Руслана встречи с Софьей.

В конце концов Лиза решила сыграть на честолюбии Руслана. Она сообщила ему что известный коллекционер и меценат заинтересовался работами Софьи и не прочь приобрести пару другую ее работ. Все сработало и вот они уже обсуждают вместе с Русланом детали предстоящей поездки. Оказывается, нужно лететь в какой то, далекий Казахстан, и уже там, с пересадками, да еще и по морю в дом к художнице. Будем откровенны Руслан сознательно предложил своей новой знакомой путь по длиннее, в конце концов Лиза была девушка весьма симпатичная и вполне во вкусе Руслана. Придумывая маршрут Руслан пытался поразить воображение молодой девушки. К удивлению Лизы поездка в Казахстан оказалась не такой хлопотной, ни каких визовых формальностей не потребовалось из Москвы их путь лежал в Астану, а от туда в город Актау. На последнем этапе Руслан обещал незабываемое путешествие на кораблике до дома художницы. Ну а море впечатлений, включая само море Руслан гарантировал.

Тамшалы

Судьба часто бросала семью Софьи по разным уголкам необъятного советского союза. Но последние годы они осели в Западном Казахстане. По роду своей деятельности, родители часто бывали на выезде, работали в полевых условиях. В одной из таких летних командировок, отец оказался в командировке в Мангистау, и Софья, которой было лет 7-8, увязалась за отцом. Он не возражал, чтобы дочка проводила время на свежем воздухе, тем более, что и мама частенько бывала в разъездах. Вот в один из таких летних дней случилось следующее.

В том районе они проводили противоэпидемиологические работы. Травили сусликов, переносчиков чумы и холеры. Базовый лагерь разбили в урочище Тамшалы. Под вечер, охваченные каким-то непонятным волнением, большинство взрослых покинули лагерь. Софья осталась одна в вагончике. Как все нормальные дети ей захотелось погулять. Девочка она была не робкого десятка, и поэтому стараясь быть незаметной, покинула лагерь и стала подниматься по камням наверх, подальше от лагеря. Она не собиралась уйти далеко, просто хотела взглянуть на водопад, который на днях обещал показать папа. Сама того не замечая, она поднялась повыше и нашла вход с расщелиной.

В это время большинство взрослых кинулись помогать местному пастуху в поисках детей. У пастуха пропали из юрты маленькая девочка и совсем еще младенец. Их мать сходила к ручью за водой. В это время пропали дети. Сами родители найти своих детей засветло не смогли, поэтому под вечер, обратились за помощью в лагерь противочумной станции.

Пока взрослые искали малышей в ущелье и внизу у берега, Софья, как истинный путешественник, пыталась изучить окрестности. Ее внимание привлек отдаленный плач. Она пошла на звук. Среди камней, в просвете, она увидела силуэт маленькой девочки и удивилась. Девчушка стояла на краю обрыва, а в руках держала сверток, в котором что-то ворочалось. Сонечка не успела вскликнуть от удивления, как девчушка обернулась и улыбнулась. Соня, улыбаясь в ответ, направилась к ней на встречу. Но тут ее что-то остановило. В улыбке девчушки она почувствовала что-то недоброе, пугающее. Еще несколько секунд и она почти подошла к незнакомке. В это время та отвернулась и вытряхнула содержимое свёртка с обрыва. Потом повернулась к Соне и закричала со всей мочи. Тогда первый раз в жизни в глазах у Сони потемнело, и она упала в обморок. Буквально через пару минут она пришла в чувство. Та девочка сидела рядом на корточках и гладила по лицу Соню и улыбалась! Соня от ужаса, увиденного и от столь не уместной на ее взгляд реакции со стороны незнакомки закричала. Обе испугались и крича, как бешенные, побежали назад, вниз. Соне было страшно, она даже не пыталась бежать вместе с незнакомкой, для нее было важнее как можно скорее вернуться в лагерь, вагончики которого виднелись внизу ущелья.

На крик девчонок откликнулись внизу взрослые. Скоро Соня стояла в окружении взрослых и рыдала. После коротких расспросов часть взрослых отправилась на поиски второй девчонки. Ее почти сразу нашли недалеко от лагеря и отвели к родителям в юрту. Уже ночью Соня всхлипывая, рассказывала отцу о своей странной встрече. Отец выслушал ее, а потом передав в руки сотруднице, снова ушел. Отец понял, что поиски младенца могут значительно сузится и ждать до утра нет времени.

Через несколько часов, примерно в том месте, которое описала Соня, внизу, ближе к ручью, нашли младенца, но было уже поздно. Позже следствие установило, что малышка с братиком на руках поднялась в гору, и уже там, испугавшись от встречи с Соней, выронила братишку. Для Сони это событие оставило глубокий след, неподдельный ужас у нее вызывали те несколько секунд, когда незнакомая девчушка с улыбкой смотрела на Соню, а потом как мусор вытряхнула своего братишку в ущелье.Соня, несмотря на свой возраст, не хотела рассказать взрослым об увиденном в деталях, она понимала насколько ужасен был поступок девочки и какие последствия мог бы иметь для окружающих. Поэтому она старалась не описывать детали увиденного. Но вид улыбающейся девчонки, вытряхивающей сверток запечатлелся в её мозгу навечно. Уже встав взрослой, Софья молила бога никогда не встречаться с той незнакомкой.

Устюрт

Жаркое лето, те кто бывал в Казахстане понимают, что это не жара, а пекло. Воздух в кабине УАЗ липкий, а глаза застилает пот. Ветер в окно, единственная радость в эти мгновения. Засыпающий от усталости и замученный зноем парнишка вел машину на скорости. В воинской части нужно быть вовремя. Поворот за поворотом спуск тормоз, вверх газ. Когда же это кончится. В мыслях у солдатика всплывали картины из фильма «Золото Макенны». Да, там ковбои скакали по этой пустыне на лошадях, а здесь, за тысячи километров, он едет по такой же пустыне -прям как на машине времени. Вокруг те же каньоны, только у нас в Казахстане и приключения иного рода. Так слегка отключаюсь от реальности, в полудреме, его УАЗ летел по давно разбитой, когда то асфальтированной дороге.

Навстречу Уазику мчался Газ, до встречи им оставалось еще 15 минут. Серега ехал с одной мыслью, какого черта он задержался на работе. Ушел бы чуть раньше, был бы уже дома, а теперь вот этот срочный груз, который нужно было доставить в порт из соседнего аула. Он ругал себя последними словами, не забывая свое начальство и свою безпонтовую работу. Перспектива застрять в порту до вечера ему не «улыбалась». Дома ждали друзья. Проездом на пару дней вернулся закадычный друг и все летело к черту. За час до поездки на работу, как снег на голову, свалился лучший друг. Поскольку в конторе никого не было, а начальство Сергей видел крайне редко. В их конторе весь производственный процесс был отлажен и годами все шло на автомате. Все знали свои обязанности и выполняли их по мере необходимости. Поэтому бутылка, которую принес друг, не сильно напрягла Сергея. А тут на тебе поездка, хорошо хоть ГАИ в этих краях сущая диковинка. Сергей давил на газ, пытаясь обогнать время, выжимая из своего грузовичка последние силы.

Вот скоро поворот, за ним уже будет краешком видно море. Удар, а дальше все как в плохом кино. Грузовик Сергея покачиваясь, от бокового удара, заковылял по краю дороги. Уазик с солдатиком, как в замедленном кино, медленно сползал в обрыв на глазах Сергея. Все, приехали, пронеслось в голове, и сразу мысль, что делать? Сергей остановился, осмотрел свою машину, не зная почему. Наверное, в это мгновение, он отгонял от себя мысль, что все реально и что могло случится со второй машиной.Со слезами на глазах он подошел к краю обрыва. Внизу почему-то без всякого огня дымилась машина, а в голове клокотал дурацкий вопрос, когда же она взорвется? В кино всегда падает и взрывается. Сергей простоял в оцепенении несколько минут. Потом успокоился, инстинкт самосохранения подсказывал, что до Баутино уже недалеко, но на дороге никого. Он снова бросил взгляд на свой грузовик, надо же почти никаких следов. Да какие следы, если машину уже тысячу лет никто не красил, а борта держались на честном слове. План созрел мгновенно, - скорее в порт, а потом домой, никто ничего не видел и значит, я тоже ничего не видел. Такой простой план показался ему в ту минут совершенным.

Соня уже подросла. Папа с мамой уже на несколько лет застряли в этом маленьком городишке Форт-Шевченко, который и городом то назвать было невозможно, только из-за уважения к его историческому прошлому. Здесь когда то было место ссылки известного поэта Тараса Григорьевича Шевченко. Сегодня она просто возвращалась домой из школы. Сейчас и Форт-Шевченко, и порт Баутино стремительно «угасали», жизнь в них замирала. Наверное, на тот момент, остаться в этих краях было их главной ошибкой, но они тогда этого не осознавали.

Соня шла не спеша по улице, а сейчас остановилась напротив дома подружки. Та должна бросить портфель, а потом вместе планировали искупаться в море. В соседнем доме, за забором было шумно. Соседка громко отчитывала своего непутевого сына, при этом со слезами на глазах хлестала его простыней после стирки. А парень огрызался и говорил - Никто ничего не видел. Все будет нормально. Никто ничего не докажет, он сам виноват, летел как сумасшедший, ну а свалился тихо-тихо. Заметив стоявшую за забором Соню, Сергей повернулся к ней и не двусмысленным жестом показал – заткни уши и закрой рот на замок. Причитая – Кто будет кормить семью, чтобы сказал отец, если бы был жив, мать затолкала сына в дом. В эту минуту Соня второй раз в жизни на минуту потеряла сознание. Она не упала, но в глазах все поплыло, и она как бы отключилась стояла как вкопанная с минуту потом все прошло.

Уже вечером, за ужином, отец рассказал, что в соседней воинской части произошла авария. Солдатик на машине свалился в пропасть, наверное, не справился с управлением. Нашли машину не сразу, так как пожара не было, а вот солдат истек кровью, спасти не смогли. Тут перед глазами Софьи всплыла картина того парня, которого отчитывала мамаша. А у ворот стоял грузовик.

Тут в Соне два события сплелись в одну цепочку. Ей все стало понятно, конечно ей было жалко погибшего солдатика, но тут она, уже как взрослая, осознала всю свою ответственность за судьбу другого паренька. Ей казалось, что попади он в милицию, а оттуда в тюрьму, жизнь его будет перечеркнута, а судьба матери станет еще печальнее. А если у него братья и сестры, а ведь женщина сказала, кто будет кормить семью, значит и семья есть? Наверное, братишка или сестренка, да и сам парень симпатичный… Софья почувствовала на себе какой-то не по-детски тяжелый груз ответственности. С этими мрачными мыслями она встала из-за стола и пошла на улицу. Чем больше она думала о последних событиях, тем больше понимала, что-то не так в ее рассуждениях о добре и зле, но что не так? Тут как нож ее пронзило воспоминание, она уже один раз пожалела ту девочку на краю обрыва, она тоже была такая беззащитная. Тогда еще своими детскими мозгами Соня понимала, что та суровая правда, которую она знала, никому не нужна. Главное, чтобы всем было хорошо или по крайней мере не становилось хуже. Расскажи тогда взрослым всю правду, разве лучше было бы отцу девчонки? Как рассказывал потом отец, пастух сильно переживал свое горе, он рано потерял свою первую жену. Погибший младенец был для него подарком, вторая молодая жена принесла ему сына, а тут такое несчастье. А что стало бы с самой девочкой, какое пятно осталось бы на ней на всю жизнь. Нет она поступает правильно, с такой четкой установкой она пыталась заснуть. Главное - чтобы всем было лучше.

Форт Шевченко

Шли годы. Софья уже выросла. Страна советский союз стремительно мчалась в никуда. Семья Софьи тоже катилась под откос, как частенько говорил её папа. Мама ушла из жизни, когда Софья училась в школе, и отцу пришлось поднимать дочку в одиночку. Софья окончила школу, и обладая определенными художественными способностями, решила поступать в художественное училище. Окончив обучение, Софья, как примерная и любящая отца дочка, решила вернуться домой к отцу. Отец, в условиях развала союза, испытывал трудности с работой. Поэтому, чтобы как-то выживать в сложившейся обстановке, по совету знакомых, в качестве контрактника устроился в воинскую часть в качестве радиста. Благо имел многолетний опыт работы на радиостанции. В результате, после художественного училища, Софья снова оказалась в городке Форт-Шевченко. Софья устроилась работать в местную школу учителем рисования.

Шло время и как обычно бывает в школах, на выпускном вечере устраивают дискотеку. Вот в один из таких дней произошло следующее. Праздник был в самом разгаре, даже скорее уже все шло к концу. Ребята в спортзале уже разбрелись по кучкам. Несколько парочек и кучка продолжали танцевать в зале. Местный диск-жокей возился с цветомузыкой под оглушительные аккорды группы Status Quo.

Раздевалка для девочек была в соседнем помещении, рядом со входом в спортзал. Соня, проходя мимо, обратила внимание на красивую и статную фигурку в черном облегающем платье с люрексом, которая спиной подпирала стенку на выходе. Это оказалась новенькая учительница. -Какая она классная, эта Гулька, хорошенькая, модная - подумала Соня. Да и как могла выглядеть сноха местного икорного короля. Как говорили учителя, Гуля скорее присматривает в школе за своими младшими домочадцами, чем деньги зарабатывает. В женской раздевалке явно что-то происходило, раздавалась какая-то возня и крики, похожие на драку. Соня остановилась, чтобы спросить, что там происходит, но Гуля посмотрела на Соню с улыбкой и сказала. – Иди, иди, все под контролем, мальчишки мускулами играют. Соня прошла мимо, в конце концов, не она отвечала за порядок на мероприятии. Да и портить настроение ей сейчас тоже не хотелось.

Когда мероприятие уже закончилось и все расходились по домам, Гуля поджидала кого-то на выходе из школы. Софья проходила мимо Гули, та сказала – Дураки наши пацаны, тащатся от Status Quo, а сами не понимают, что их ждет тоже самое, скоро станут героями их песни. Гульке - «англичанке» было конечно виднее, но поддержать разговор Софья не хотела. – В любом случае, твоих это не касается, - заметила Софья. В это самое время на пороге школы появился очередной выпускник – Азамат, племянник Гули, он слегка обнимал девушку старшеклассницу. Вид у старшеклассницы был весьма красноречивый, она была вся заплаканная, платье испачкано в белёшке, каблук сломан, косметика размазалась по лицу. Но весь ее позор прикрывал наброшенный на плечи пиджак Азамата. При этом было видно, что девушка явно стесняется своего вида и не рада своему кавалеру.

Софья, обернувшись, хотела спросить у этой парочки, что произошло. Но в это самое время ее взгляд упал на Гулю. Она как-то странно улыбалась, развела руками и произнесла - Ну что же, просто дети стали взрослыми. Тут уже не по себе, почему-то стало самой Софье. Она застыла на мгновение, вглядываясь в глаза Гуле. Опять все перед глазами потемнело и по коже пробежал холодок, и что-то мокрое и склизкое проникло внутрь. В это время Гуля пристально смотрела на Софью ледяным нечеловеческим взглядом. Софья очнулась, развернулась, и быстрым шагом направилась прочь. В висках пульсировала кровь, а перед глазами стояло нагло улыбающееся лицо Гули. Бог с ней, с этой испачканной старшеклассницей. Наплевать что там произошло, в раздевалке, и кто что там потерял, и с чем распрощался. Главное - это жест руками! Она не просто развила руками, а как будто что-то выпустила из рук. В этот самый момент она споткнулась, а в голове четко всплыла из памяти другая картина. Та самая маленькая ужасная девчонка, бросившая своего братика в пропасть. И ее жест точь в точь как сейчас у Гульки. Боже мой, как бы ей хотелось, чтобы это было не так, но чем больше она думала о произошедшем, тем больше склонялась к мысли, что Гуля и есть та самая девчонка из прошлого.

С того дня Софья всячески избегала контактов с Гулей, и незаметно пыталась узнать от своих коллег и знакомых побольше информации о Гуле. Все что ей удалось выведать - это то, что она из простой бедной семьи, родом из этих же краев. Сыночек местного «олигарха», познакомился с ней в Гурьеве, где та заканчивала пединститут, а выбрал он ее потому, что была очень хороша собой и по-видимому доступна, и вообще там была какая-то темная история. Для Софьи этой информации было достаточно, чтобы окончательно утвердится в своей правоте, призраки прошлого вернулись. Софья, встречая Гулю, так для себя и не решила, как к ней относится. Ненавидеть? Бояться? А может быть завидовать?

Баутино

Приближались лихие 90-ые. Софья продолжала работать в школе, а отец в воинской части. Поскольку отец не молодел, ему уже не раз намекали, что скоро он может остаться без работы и держали на службе скорее из жалости, чем по необходимости. Отцу казалось, что он незаменим и никто лучше него не справился бы с узлом связи. Софья тоже работала, скорее по инерции, чем с удовольствием. С развалом союза и обретением независимости Казахстаном, русских в Форт-Шевченко и Баутино становилось все меньше, многие уехали в Россию к своим родственникам, или на новое место. Софье с отцом ехать по сути было некуда. Родственники отца в Астрахани, жили сами не богато, а с работой и жильем у них также были большие проблемы. Та квартира, которую занимала Софья с отцом, представляла собой две комнаты в старом саманном бараке, рядом с портом в Баутино, Сам порт Баутино расположен вблизи Форт-Шевченко. В Баутино несколько улочек примыкающих к порту, создавали иллюзию какого-то покоя. Софья часто ловила себя на мысли, что местные домики с резными наличниками выглядят почти также, как и в России, на родине у папы. Софья уже привыкла к своей красивой бухте, горам и ущельям вокруг, а море оно всегда скрашивало пейзажи. Поэтому Софья внимательно изучала рисунки Тараса Григорьевича Шевченко и постоянно сравнивала их с тем, что она видит. Ей казалось занимательным, смотреть на его и свои пейзажи, как в машине времени, находить, что-то общее на расстоянии целого века.

Пришла зима, наступил Новый год. Софья не очень любила крупные праздники. Именно в эти дни она более остро ощущала какую-то тоску, и грустные мысли об одиночестве накатывали лавиной. С личной жизнью у Софьи как-то не складывалось, подходящих парней вокруг было не много, а с годами терялась последняя возможность найти близкого по духу человека. Даже дядя Аман, хороший друг их семьи, не раз говорил Софье – чего сидишь тут у нас. Бери отца и уезжай в большой город, ты художник, тебе здесь не место. В канун Нового года Софья навела порядок у себя в квартире, приготовила праздничный обед, и чтобы как-то поднять настроение отправилась к дяде Аману. Его дом находился на возвышенности и телевизор показывал значительно лучше, чем у Софьи дома. Кроме того, у дяди Амана было много детей, и дома, под Новый год, собиралась «тусовка» ее сверстников. В этот раз Софья сидела за столом у дяди Амана как на иголках. Ее не покидало чувство что отец, сидя у телевизора, наверняка скучает и даже бутылочка Амаретто навряд ли скрасит его одиночество.

На часах было 11, когда Софья бросилась назад домой. Новый год в Баутино - это грязь и слякоть, в сопровождении пронизывающего влажного ветра, оттого еще более мерзкого. Прыгая между лужами, Софья заметила невдалеке компанию. Тут было все ясно, подвыпившие мужики что-то не поделили и явно уже произошла какая-то разборка, один уже лежал, а еще один вставал сильно шатаясь. В темноте трудно было кого-то узнать, кто и с кем разбирается, но вот саму Соню, в свете уличного фонаря, было хорошо видно. Судя по их крикам, одного из них звали «Серый», неприятный тип, которого все знали, как местного алкаша. Чтобы ни накликать беду, Соня свернула за угол и побежала к дому другой улицей. Когда она уже почти подбежала к своему дому, на повороте из-за угла неожиданно возникла знакомая образина. Его звали «Серый», на вид ему было лет 50-60. Он появился в их краях лет 10 назад и неизвестно чем занимался. Софья конечно испугалась, но сам факт, что вокруг почти все друг друга знали, давал ей какую-то надежду. Серый ничего не сказал, только сделал жест руками, закрой рот на замок и молчи. Софья оттолкнула его и бросилась к дому. Открыв дверь дома, она почувствовала, что случилось что-то не ладное. Телевизор работал, но дома отца не было, на всю квартиру из телевизора раздавалось веселье «Голубого огонька». Соня присела на несколько минут, чтобы собраться с мыслями. Дурные мысли лезли сами в голову. Пробежав по соседям и не обнаружив отца, Софья с мрачным предчувствием отправилась к месту, где недавно наблюдала драку.

На том месте уже никого не было. Осмотревшись вокруг, Софья обнаружила отца лежавшего у забора. Отец не шевелился. Софья хотела закричать, но у нее пропал голос и все поплыло перед глазами. Очнулась Софья через несколько минут. Она лежала рядом с отцом. Падая в обморок в третий раз в жизни Софья поняла, что это, наверное, она виновата в том, что вовремя не пришла к отцу на помощь. Она встала и только теперь стала звать на помощь и стучаться в ближайшие окна, в которых горел свет. Дальше все дни поплыли как в плохом сне. Софья разрывалась, давая показания местному следователю и навещая отца в больнице. Отец остался жив, но в результате тех ночных разборок его ударил инсульт. Позже, как выяснило следствие, в предновогодний вечер отец, в память о матери, захотел приготовить ее любимый салат с зеленым горошком, но его не оказалось дома. Отец пробежался по соседям, у них тоже не было. Он побежал на ночь глядя в ближайший магазинчик, в надежде, что он еще открыт. Там напоролся на компанию местных хулиганов, ищущих приключение в Новогоднюю ночь. Следствие быстро установило участников стычки с отцом, но так как инсульт отца нельзя было напрямую связать с пришествием, все участники инцидента получили минимальное наказание. Софья была в отчаянии. Знакомые, как могли, помогали ей. Но отец за несколько месяцев превратился в немощного старика на руках своей одинокой дочери.

В один из вечеров, ухаживая за папой, Софья вспомнила ту сцену с «Серым» у дома. После чего, у нее, где-то глубоко внутри возникло какое-то чувство собственной вины в происшедшем. Несомненно, Софья проклинала тех подонков, которые довели отца до инсульта, но в чем ее вина. Жизнь ее саму мягко говоря не баловала, но в данной ситуации она впервые с тревогой почувствовала, что она как-то причастна к случившемуся. Уже во сне ей привиделась та сцена из детства, когда она наблюдала за парнем, который возможно был причастен к аварии с солдатом. Если раньше она, по-детски, отгоняла от себя мысль, что тот парень был виновен в гибели солдата, то теперь она была просто уверена в этом. Проснулась Софья уже с 100% уверенностью, «Серый» тот самый паренек, которого двадцать лет назад она по-детски пожалела. А сейчас он превратился в «серого волка», который наверняка причастен к ее горю. С этого момента Софья люто возненавидела этого «Серого», который изредка маячил у нее перед глазами.

На берегу

Жизнь Софьи и ее беспомощного отца вызывали у всех окружающих искреннее сочувствие. В один из дней, теперь уже скорее дедушка Аман встретил Софью и завел разговор про ее нелегкую долю. Он предложил ей поправить ее семейное положение. – Дочка, вижу, как ты маешься, хочу тебе помочь. Есть вариант, тут знакомый ищет человечка, который бы приглядывал за его хозяйством. На берегу есть заброшенный рыбзавод, рядом с ущельем Тамшлы. Там есть старый цех. В нем сейчас склад оборудовали и ищут надежного сторожа. Вот я и подумал, что для тебя это хороший вариант. Он обещает тебе комнату отремонтировать, платить будет хорошо. Он сможет и доктора для отца организовать, если понадобится. Потом там площади большие, сможешь свои картины писать, как Рембрандт, на стенку будешь вешать. А то твои рисунки в тетрадках уже все полки заняли. Воинская часть будет под боком, никто тебя пальцем не тронет, местных ты всех знаешь.

Поразмыслив несколько дней, Софья приняла его предложение. Действительно, а почему бы и нет, можно попробовать начать писать что-то масштабное, серьезное, кроме того, судя по разговору, может с помощью хорошего врача удастся поставить отца на ноги, да и просто лишние деньги не помешают. Но Софья не предала значение одной фразе из разговора, - Только будь умницей, дочка, не лезь в их дела и не задавай лишних вопросов.

Софья знала место описанное Аманом. Но сама не была там уже много лет. Софья, в сопровождении хозяина, как его представил дядя Аман, поехала познакомится с объектом и условиями проживания. Хозяином оказался, как и следовало догадаться, свёкр Гули, местный икорный король. Старый цех с виду выглядел скорее, как заброшенный двухэтажный жилой дом. Территория не огороженная, на берегу пирс, на верху утеса серпантином уходила дорога а слева от нее просматривался вход в урочище Тамшлы. Внутри дома несколько комнат были уже отремонтированы, а большие помещения рядом только предстояло привести в порядок. Хозяин четко разъяснил Софье ее обязанности и сообщил условия оплаты, сказав, что никаких формальностей от нее не требуется. Деньги ей будут передавать ежемесячно один и тот же человек, через него она может передавать свои просьбы хозяину. Отлучаться в райцентр за продуктами и по прочим делам Софья может в любое время, главное - это поддерживать порядок, за сохранность объекта она может не переживать, это не ее забота. Если понадобится, хозяин позже наймет охрану. Что будет происходить в цеху и на территории, ее не касается. Софья может выбрать для себя с отцом любые пару комнат, на свое усмотрение.

Софья перевезла на новое место отца и свои вещи. Жизнь начиналась с чистого листа. Наверху, извиваясь между ущельем и воинской частью, проходила дорога. Автобус по расписанию ездил в районный центр Форт-Шевченко, а оттуда уже и в областной центр - город Актау. С первой получки Софья купила в Актау краски, холсты и прочее. Все, что может понадобиться для занятий живописью. Отцу тоже на новом месте стало относительно комфортно, в помещениях оборудовали санузел, установили спутниковое телевидение, которое в поселке было еще в диковинку.

Первые полгода, жизнь на новом месте, казалась просто сказкой. Ни в чем не нуждаясь, Софья постепенно успокоилась, смогла целиком уйти в живопись. В это время шел ремонт в производственных помещениях. Софья постоянно удивлялась тому что, несмотря на ремонт в здании, снаружи оно по-прежнему выглядело ветхим и заброшенным. Перебирая свой архив рисунков, Софья с улыбкой смотрела на свои старые работы. Все ее пейзажи и этюды казались ей такими наивными и несерьезными, в них она не видела никакого смысла. Сейчас ей все больше хотелось создавать что-то оригинальное, в ногу со временем.

Призраки возвращаются

Освоившись на новом месте, жизнь ей даже начала нравится. Тихо, минимум забот, работы практически никакой, зарплата в два раза, больше чем в школе. Отца дважды осматривал врач, хозяин сдержал слово. Он прописал отцу хорошие новые лекарства и в сочетании с массажем постепенно приводили отца в нормальное состояние. Правда Софья так и не понимала, почему здание снаружи никто не собирался ремонтировать, более того, половина по-прежнему оставалась полуразрушенной. Как-то, уже в апреле, приехал автобус с рабочими, они притащили какое-то оборудование: котлы, бочки. Отдельно установили большие холодильные камеры.

В мае, когда началась путина и пошла красная рыба, нагрянул хозяин и целый автобус рабочих. Большую часть приехавших Софья даже в лицо не знала, наверное, не местные. Все разместились в пустующих комнатах. А дальше началось то, что и следовало ожидать. Ежедневно приходили к пирсу катера, выгружали тоннами красную рыбу, в цеху ее перерабатывали, закатывали икру в банки, разделывали рыбу. В полуразрушенной части, за обвалившимися стенами, подальше от посторонних глаз, висели на солнышке балыки. Готовую продукцию, чаще под вечер, грузили на такие же катера и увозили в неизвестном направлении. Поскольку отец сохранял трезвость сознания, он постоянно говорил дочке во что ты ввязалась, что с нами будет. Софья успокаивала его. - Сейчас период «дикого» капитализма, сейчас все можно, а что законно, что нет - грань расплывчатая, были бы деньги. Местные рабочие, в основном женщины, Софье не досаждали, они сами готовили еду и себя обслуживали.

Путина закончилась, производство свернули, и старый цех, по-прежнему, казался заброшенным, по крайней мере снаружи. Вот тогда и появился снова хозяин. Как настоящий барин отблагодарил Софью за службу и поведал о своих планах расширить бизнес. Теперь он планировал организовать здесь нечто вроде гостиницы, но с особым уклоном. Софья робко пыталась заметить, что внешний вид здания не внушает доверия, но тот ответил, что для этих посетителей внешний вид не главное, им нужна экзотика. Через несколько дней появились первые гости. Иногда они приезжали на катере, иногда подъезжали на джипах. Как правило маленьким составом, непременно богатые, статные мужчины, в компании молоденьких девушек. Иногда гостей сопровождала Гуля - сноха хозяина.

Эта публика, признаться, была более беспокойной, и после очередной пирушки, когда Гуля увидела результаты веселья, она пообещала обеспечить охрану объекта. Софья и представить не могла, что в качестве охранника, с гостями, теперь будет приезжать «Серый». Вид этой образины, хоть и в модной куртке, вызывал отвращение и ненависть у Софьи. Желание отомстить у нее только крепло. Отец более спокойно относился к подобному соседству, он пытался оправдать его! Так как огромной личной неприязни к нему он не испытывал, ну а что было, то было. Больше отца злила та мерзость, которая происходила рядом, но он, как и Софья, старался закрывать на это глаза. Навещая старых знакомых в Форт Шевченко, Софья узнала, что Гуля теперь планирует открыть в областном центре модельное агентство и обещает, местным красавицам работу за границей. Девчата стоят в очередь.

Наслаждаясь покоем на берегу моря и рассуждая о своей жизни, Софья все чаще приходила к выводу, что, если бы она в свое время как-то остановила череду событий, наказала бы зло. То сейчас это зло в лице «Серого» и Гули не росло и не множилось. Все чаще в ее душе крепло желание отомстить и остановить происходящее. Но при этом она никак, не рассматривала себя как пособницу происходящего, все ее настоящее благополучие она воспринимала как заслуженное, богом данную благодарность за все ее испытания в прошлом. Мысль о мщении все чаще посещала ее сознания, наверное, поэтому в картинах, которые она стала писать в этот период, все чаще появлялись сюжеты с нечистой силой, адом, прочими муками и наказаниями. Теперь ее работы уже висели на всех стенах «заведения», в ее жилых и гостевых комнатах, включая коридоры. Во время одного из визитов, хозяин в шутку предложил Софье повесить самые «страшные» в цеху на стенах. Пусть работницы смотрят и боятся - это укрепит дисциплину. Софья так и сделала. Места для ее работ уже не хватало.

Дефектоскоп

Снова пришла весна, поздняя весна, остатки чахлого снега тонким слоем покрывали землю. Софья, вынося мусор на свалку рядом с домом, обратила внимание на следующую картину. На ровном участке земли снег растаял быстрее других мест, как будто его больше пригревало солнышко. Форма пятна была похожа на конус или треугольник. Неделя за неделей, вынося мусор на свалку, Софья заметила, что в границах данного треугольника и трава не растет, земля как будто мертвая. Мысль о мертвой земле и недавние передачи по «тарелке» о выброшенном на свалку рентген аппарате натолкнули ее на мысль о возможных причинах этой аномалии. А вдруг и у нас такое возможно? По части бардака окружающая действительность везде была одинакова. Вооружившись лопатой, Софья стала копать в вершине конуса, предположив, что именно отсюда идет источник радиоактивного излучения. Через десять минут работы на поверхности показался какой то цилиндрический прибор, изрядно проржавевший но с угрожающей табличкой «Осторожно радиация». Уже гораздо позже Софья вспомнила как вовремя одного из визита, на работу к отцу, когда он подрабатывал дефектоскопистом в рем-базе порта, она видела нечто подобное. Но тогда отец даже близко не подпустил ее к этому оборудованию. Оценив данную находка, Софья решила наконец осуществить свой коварный план мести.

Прежде чем приступить к делу Софья решила проверить эффективность источника излучения на своей домашней кошке. Большая коробка, а внутри любимая кошка стала жертвой эксперимента. Домашняя питомица выдержала три дня, после чего облезлая и резко похудевшая навсегда осталась на свалке. Тайно от отца Софья уже спокойно рассуждала о принесенной жертве. Только отец сильно переживал о пропаже общей любимицы. План у Софьи был простой, разместить капсулу дефектоскопа в стене в гостевых помещениях. Так, чтобы излучение «било» по кроватям, где отдыхал охранник, а иногда останавливался хозяин и Гуля. Реализовать свой план Софья смогла легко, объяснив Отцу необходимостью сделать косметический ремонт. Софью не пугала ни близость радиации, ни другие какие-то, другие риски. На карту было поставлено все, она должна отомстить, иначе жизнь не имеет смысла. Софья осталась довольна, теперь каждый раз посетители «борделя» могли получить запредельный уровень облучения.

Как ни странно, первой в ее ловушку попала Гуля. Она редко оставалась на ночь в этом доме, уровень комфорта здесь не соответствовал ее требованиям. Но однажды, когда она привезла очередных гостей, прошел дождь, дорогу размыло и ей пришлось остаться на ночь. Тогда возмездие и свершилось. Гуля уехала домой, сопровождаемая приступами рвоты и головной боли. Позже Софья узнала, что у Гули случился выкидыш, а сама она постоянно болеет и мотается по больницам. «Седой» чаще ночевал в свободной гостевой комнате, но однажды осмелев решил воспользоваться относительным комфортом в комнате хозяина и сразу стал жертвой рентгена. После очередного визита и ночевки «Седой» заболел и слег. Так как родных у него не было, о его самочувствии мало кто заботился, а в местной больнице диагноз поставить не смогли. Софья практически не задумывалась о судьбе тех несчастных, которые случайно могли попасть под действие излучения. Она рассуждала так – Я все хорошо продумала, облучается только одна комната, в которой, кроме хозяина и охраны, никто не имеет право останавливаться. Она уже решила свернуть свою инквизицию, так и не дождавшись появления хозяина, который в сущности ничего плохого ей не сделал. Но в мозгу у Софьи он также был в разряде злодеев, подлежащих уничтожению.

Однажды к ним в дом пришло известие, что в Астрахани у отца скончалась сестра и родственники ждут их на похороны или хотя бы на поминки. Быстро собравшись, на ближайшем судне, Софья отправилась в Астрахань. Во время своего короткого визита она там узнала о существовании своего племянника, который жил в столице и работал в одном из музеев. Разговорившись с Софьей, Руслан, так звали племянника, предложил ей показать свои работы. Софья пообещала отправить ему фотографии или рисунки по почте.

Вернувшись с поминок, прямо с порога, Софья не обнаружила отца в своей комнате. Она стала звать его, раздеваясь и раскладывая вещи. Отец откликнулся из коридора. – Дочка, я тут, в хозяйских хоромах телевизор смотрел, да видать задремал, у нас «тарелка» что-то барахлит. Вот я и пристрастился включать хозяйский Panasonic. Одна только мысль о том, что отец мог попасть под действие облучения свалила Софью с ног. Она медленно сползала на пол, а в это самое время откуда-то снизу, в нее вползало что-то шершавое и противное, оно ворочалось внутри, она чувствовала это спинным мозгом. Ужас сковывал ее. Она закрыла глаза, и тут отключилась в четвертый раз в своей жизни. Очнувшись, женщина стала интересоваться самочувствием отца, пока все было в порядке. Но случилось страшное. Отец все-таки сильно пострадал и стал угасать буквально на глазах у Софьи. Прошло два месяца и отца не стало. Врачи ничем помочь не смогли, сказали это старость. Излучатель Софья выкинула в море, посчитав это самым надежным способом спрятать улики. Все последние дни Софья ходила как призрак, перестав следить за собой и ни с кем не разговаривая. Для себя она решила, что сама того не ведая, она превратилась в источник зла. Теперь ее саму следовало наказать, но наказать ее должен человек светлый, безгрешный, чистый, а иначе это не обрубит цепочку зла. Зло должно победить доброта. А так как она сама источник зла, значит она сама не имеет права наложить на себя руки. Самоубийство - это слишком простой выход, который не остановит шествие зла по земле. С такими мыслями она стала ждать возмездия.

Вернисаж

После нескольких лет успешной деятельности «заброшенного» рыбзавода ситуация в стране стала меняться, и однажды хозяин, посетив Софью, предупредил, что это последняя путина и на будущий год все прекратится. Она сама должна о себе позаботится. Из занимаемых комнат ее выгонять не будут, но помощь с большой земли прекратится, так что думай. Дни тянулись своей чередой. Софья стала совсем другой, она сильно постарела, носила какие-то старушечьи платья, больше похожие на «ночнушки», сильно посидела. Стала очень молчаливой и мрачной. Она с головой ушла в творчество, рисовала как одержимая, как накануне перед концом света. При этом Софья не забыла отправить фотографии своих работ и рисунки племяннику по почте.

Не прошло и пару месяцев, неожиданно приехал племянник. Он был поражен увиденными фотографиями. На них предстал настоящий вернисаж работ. Крупные полотна, которые заполняли заброшенный цех, и от этого выглядели еще более устрашающе и «привлекательнее». В мыслях племянника рисовались картины успешных инсталляций и выставок, где работы Софьи могли иметь оглушающий успех. Антураж, где были представлены работы, еще больше раззадорил молодого человека. Племянник был поражен работами уже немолодой художницы. Софья в свои сорок пять выглядела на шестьдесят. Племянник сразу забрал с собой с десяток работ, наиболее интересных по его мнению. Щедро, по мнению Софьи, заплатив гонорар, превышавший ее годовой доход.

Софья осталась снова одна. Племянник пообещал навестить ее снова, через годик примерно, чтобы у той было время пополнить свою коллекцию новыми работами. Софья была на распутье, что делать: оставаться здесь и продолжать работать, или перебраться на большую землю и там искать конца и искупления. Несмотря на то, что, прожив в Казахстане более 20 лет, Софья почти не говорила по-казахски и виной тому были обстоятельства. Жизнь никогда не вынуждала ее учить казахский язык, а в ее окружение почти всегда говорили на русском языке, из уважения к ней, а иногда и просто как само собой разумеющиеся. Поэтому Софья все эти годы жила в Казахстане, как у себя на родине, она немного понимала, о чем говорят окружающие, скорее она догадывалась по смыслу, о чем шел разговор. но сама, кроме примитивных фраз, разговор подержать не могла. Софья сделала свой выбор, решила остаться здесь, в Казахстане, на берегу Каспийского моря. Решающим были обещания хозяина оставить за ней комнаты, а лучше, чем эти мастерские, она найдет вряд ли.

В результате на свет продолжали появляться картины, пронизанные, с одной стороны, грустью, с другой, какой-то необъяснимой энергетикой. Красивые пейзажи Устюрта и Каспийского моря на закате сочетались с мрачными, если не сказать апокалиптическими, сюжетами. На картинах постоянно присутствовали какая-то нечисть. Но что, самое загадочное было в этих полотнах, это зло. На ее картинах порок и зло не просто торжествовали, они ликовали. Зло на этих полотнах как бы рядилось в «приличные одежды», оно пыталось выглядеть респектабельным и красивым. Если дьявол, то не противный, а скорее красивый, мечтающий, задумчивый. Иногда, вполне милые и привычные персонажи сочувствовали, или даже помогали, жалели представителей другого темного мира. На ее картинах иногда возникали грешница или распутница, но почему-то в образе школьницы или невинной девушки. Если вурдалак, то в образе красавца. Если шабаш, то не вокруг костра с кипящими грешниками, а у колыбельки новорожденного. Любой персонаж на ее полотнах, при тщательном рассмотрении, оказывался с той, черной стороны. С годами, в ее сюжетах, все чаще появлялся лик младенца. Софья сама не понимала почему она рисует этого младенца, может быть это ее душа находилась в плену у дьявола?

Старая знакомая из Форт-Шевченко навестила затворницу, и сообщила что для нее на почте лежит заказное письмо. Племянник писал, что ее работы вызвали определенный интерес, но пока расходятся плохо, тем не менее он хочет досрочно посмотреть ее новые работы. Племянник лукавил. Его гонорар от 7 проданных работ ровно в десять раз превысил ту сумму, которую он выплатил Софье. Еще 4 работы, самые лучшие на его взгляд, он оставил себе, в надежде, что со временем цена на них вырастет многократно, просто еще не пришло время.

Море

Казахстан встретил Лизу и Руслана жаркой погодой. Лиза понимала, что такое лето, но в такой жаре оказалась впервые. Выйдя из самолета в Актау, жаркий воздух пахнул на нее, отогнав последнюю надежду на занимательные прогулки. В таких условиях только и думалось, как бы оказаться в прохладе под кондиционером. Приехав в гостиницу в Актау, Руслан оставил Лизу в одиночестве на некоторое время. Ему нужно было встретится со своим хорошим знакомым Бауржаном. Бауржан имел небольшой бизнес, связанный с прокатом катеров и яхт, прогулки по морю и рыбалка, шашлычок на берегу. Поездки на джипах и многое - все это было по плечу Бауржану и его команде. Руслану не составило труда убедить старого приятеля организовать небольшой тур в сторону Баутино и обратно.

Когда на следующий день Лиза, в сопровождении Руслана, приехала на базу к Бауржану, она была приятно удивлена гостеприимству новых знакомых. Путешествие началось с обильного застолья, во время которого все окружающие пытались ухаживать за молодой и красивой иностранкой. Лиза, в свою очередь, опытным глазом чувствовала, что Руслан несколько напрягается и явно ревнует ее к окружающим. На борт катера молодые люди поднялись в сопровождении капитана и еще одного матроса ближе к вечеру. Их предупредили, что ночное плаванье не самый лучший вариант в открытом море. Капитан, по внешнему виду больше похожий на персонального водителя с огромной фуражкой, загадочно улыбался и предложил провести ночь на рейде Актау. Лизе такая перспектива не очень понравилась. Она спросила у Руслана, а возможно ли как-то скрасить вечер и подольше задержаться на берегу, например, в каком-нибудь ночном клубе. Оставаться на ночь один на один в маленькой каюте потрепанного катера ей не хотелось.

Позже, уже под шум ритмичной музыки в ночном клубе, Руслан спрашивал у Бауржана, что это за сюрприз с ночевкой на рейде. Бауржан-весельчак, отшучивался и говорил, что только не сделаешь, чтобы устроить личную жизнь своего друга. Уже ближе к утру парочка вернулась на катер. Путешествие началось. Первые несколько часов Лиза откровенно дремала на плече Руслана, а он как настоящий джентльмен, боялся пошевелится, чтобы не разбудить свою попутчицу. Когда Лиза открыла глаза, то была приятно удивлена. От испепеляющего зноя не осталось и следа, приятный теплый ветерок приносил с моря прохладу. Брызги от волн романтично падали на ее лицо, она то и дело закрывала лицо руками или отворачивалась, падая лицом на грудь Руслана. Единственное, что чуть портило атмосферу идиллии - это запах солярки из выхлопной трубы катера, который не был похож на круизный лайнер.

За бортом проплывали вначале бесконечные пляжи с изредка встречающимися базами отдыха и рыбацкими поселками. Потом ландшафт стал меняться и показались, вначале холмы, а потом и утесы вдоль берега. Лиза попросила капитана двигаться поближе к берегу, чтобы лучше рассмотреть детали пейзажа. В этих местах была какая-то своя, особенная красота. Эти берега, абсолютно не похожие на утопающие в зелени утесы Адриатики, выглядели ничуть не хуже. Полное отсутствие зелени делало пейзаж более запоминающимся. Сочетание желтых и оранжевых цветов на берегу, с тёмно-зелёным цветом воды у берега - безумно понравилось Лизе.

Лиза начала понимать, что именно вдохновляло таинственную художницу на творчество. Она даже сама представила, как здешние пейзажи могут сочетаться с картинками из ада, особенно в лучах закатного солнца. Море наверняка будет заполнено красной краской, а пустынные скалистые берега будут смотреться как какие-нибудь картины с другой планеты. С такими приятными размышлениями они приближались к намеченной цели. Капитан сообщил, что до конечной цели еще часа два-три и предложил отведать ухи из только что пойманной кефали. Руслан пытался изображать из себя старого морского волка. При участии действительно бывалого матроса, он поймал приличную рыбину, сантиметров на 50, вес которой Лиза определить не могла. Но получившуюся уху оценила по достоинству.

Наконец, когда уже Руслан и Лиза несколько утомленно всматривались в даль, капитан сообщил, сейчас за поворотом будет конечная точка их путешествия. Разглядывая в бинокль заброшенное здание, Лиза не могла поверить, что именно там творит таинственная художница. Окрестности вокруг показались Лизе знакомыми, несомненно она видела их на ее полотнах. Ближе, подплывая к пирсу у берега, она разглядела у входа в здание силуэт одинокой женщины. Ее пепельно-белые волосы развивались на ветру, а сама она была одета в какой-то светлый балахон. У Лизы стали возникать какие-то ассоциации с фильмами ужасов. Именно так выглядели там ненормальные старухи-маньячки.

Катер пристал к берегу. Капитан сказал, что согласно указаниям своего шефа, он должен будет вернуться за ними ровно через сутки, а пока они переночуют в порту Баутино, который здесь недалеко. Лиза и Руслан спустились на берег по трапу. Руслан очень бережно держал Лизу за руку, при этом всем своим видом давая понять, что она за ним как за каменной стеной. Лизу такое положение дел вполне устраивало.

Знакомство

Молодые люди подошли к женщине у входа. Руслан обнял Софью, скорее формально, чем нежно. Та с равнодушным лицом выслушала приветствия, внимательно разглядывая Лизу. Софья произнесла - Я чувствовала, что ты приедешь. Лиза смутилась и растерялась, не зная, что ответить. Поддерживать разговор с этой мрачноватой и немногословной особой было сложно. Пока обустраивались в комнатах, которые указала Софья, Лиза все время думала, как она могла почувствовать их приезд? Руслан говорил, что нагрянем как снег на голову. Уже с порога, пока разбирали вещи, на Лизу произвело впечатление обилие картин на стенах комнаты и коридора. Сюжеты были примерно те же, что она видела по интернету, но здесь они были более разнообразные. Встречались и пейзажи, и жанровые сценки. Хозяйка, скорее равнодушно, встретила гостей, хотя и предложила им отужинать с дороги.

Перед ужином Руслан, подмигивая, предложил пари Лизе, что на ужин хозяйка подаст свое любимое блюдо – Манты, к которому она всегда была неравнодушна, и готовила его очень часто, иногда даже с рыбой. За ужином больше разговаривали Руслан и Лиза. Руслан рассказывал о местных достопримечательностях, как будто жил в этих краях сто лет. Софья слушала его, все время снисходительно улыбаясь. При этом внимательно и бесцеремонно разглядывала Лизу. Во время разговора Лиза, чтобы хоть как-то разговорить Софью спросила, – а почему готовите манты, а не пельмени? Софья ответила, как отрезала – Манты делать быстрее и воды меньше уходит. Лиза смутилась и решила оставить попытки вести светскую беседу. Девушка решила сразу перейти к делу и изложила цель своего визита. Руслан от такой решительности чуть не подавился и засмущался, а Лиза выложила, что картины Софьи заинтересовали известного коллекционера, интересы которого она представляет и она хотела бы обсудить вопрос приобретения нескольких полотен. Софья ответила – Хорошо, после ужина посмотрим на мои работы.

Закончив ужин Лиза попросила Руслана оставить их вдвоем с художницей, чтобы по-женски ей было легче наладить контакт. Руслан согласился и расположился на диване у телевизора. Время вагон, сам все осмотреть еще успею, подумал Руслан.Софья поочередно подводила Лизу к своим работам и молча ждала вопросов от Лизы. Лиза, с видом опытного искусствоведа, не стесняясь давала свою оценку работе, не боясь обидеть автора. Все работы Лиза фотографировала на свою цифровую камеру, которые только входили еще в моду. В конце концов, когда они подошли к картине с подходящим сюжетом, Лиза спросила – кто эта малышка, которая так часто встречается на ее работах в окружении всякой нечестии? Софья задумалась, как бы собираясь с мыслями, и задумчиво ответила – Не знаю, мне этот образ так понравился и запал в душу, что теперь она постоянно к нему возвращается. Лиза покопалась в своих карманах и достала копию своей детской фотографии. На Софью с фотографии глядело то же самое детское личико с ее полотен. Тут уже Софья вздрогнула и слегка зашаталась, но удержалась за стенку. Обе присели на диванчик поблизости.

Внимательно разглядывая, то Лизу, то ее фотографию, Софья произнесла – Я давно ждала тебя девочка, нам действительно есть, о чем поговорить. Давай продолжим разговор завтра, сейчас я устала. Софья действительно чувствовала себя обессиленной, она как будто предчувствуя конец, хотела собраться с мыслями.

На краю

Лиза никак не могла уснуть. Открывая глаза, на нее со стен глядели мало приятные персонажи. В комнате отца спал Руслан. Его храп был слышен даже в коридоре. - Богатырь Руслан, с улыбкой подумала Лиза. В этот момент дверь в комнату приоткрылась. На пороге стояла Софья, почему-то одетая в платье и с собранными волосами. – Если не спится, пойдем подышим свежим воздухом, мне нужно тебе многое рассказать. Лиза была шокирована таким предложением и странным видом Софьи, но любопытство взяло верх. Она натянула джинсы, футболку и проследовала за Софьей. На улице стояла звездная ночь, веял теплый ветерок с моря. Софья, обращаясь к Лизе, сказала – Если не боишься пойдем наверх к утесу, оттуда шикарный вид на море и ущелье. Завтра может быть не успеете посмотреть все окрестности, - потом задумалась и как бы подыскивая еще какие-то аргументы, добавила – Сейчас ночи коротки, скоро рассвет, вид сверху будет изумительный. Пойдем?

Лиза, слегка робея, подумала, - Черт его знает, что на уме у этой тетки. Но желание узнать подробности перебороло ночные страхи. До вершины утеса вела, извиваясь серпантином, грунтовая дорога. По ней, пешком, можно было подняться за час максимум. Софья надеялась, что успеет поведать Лизе то, что она должна сказать. Желание выговорится переполняло Софью. Лиза решила идти по дороге, следуя за Софьей. Полная луна освещала дорогу и подъем не был каким-то сложным испытанием.

Софья начала свой рассказ с самого начала, подробно описывая важные вехи и моменты своей жизни. Она старалась сделать акцент на тех судьбоносных моментах, которые мы уже описали выше. Софья говорила не переставая, и Лиза подумала, что она, Софья, в хорошей форме. Женщина, шагая на подъем, громко пересказывая свою жизнь, до сих пор не задохнулась и не сбила дыхание. Софья как завороженная излагала то, что годами копилось у нее в душе. Одновременно ощущая какой-то прилив энергии и как будто открывшееся второе дыхание.

Когда они уже почти поднялись на утес Лиза стала понимать всю трагичность ситуации, в которой находится Софья. У Лизы постепенно сформировался вопрос - Почему именно Я оказалась на этом месте и как так получилось, что Софья выбрала именно ее, чтобы излить свою душу. Софья в подробностях рассказала о том, как вынашивала и реализовывала свой план мести и почему она считает свои жертвы заслуженно наказанными. По мнению Лизы, все эти персонажи не заслуживали такого сурового наказания. Лизе трудно было понять Софью.

Когда они поднялись на самый верх, на востоке, за горизонтом, вставала заря. Ущелье Тамшалы, внизу было наполнено черными тенями и дно его почти не просматривалось. Софья стояла гордая и даже красивая на краю ущелья, Лиза же боялась подойти к краю, даже на пару метров. С чувством гордости и исполненного долга Софья, смотря в глаза Лизы, произнесла – Я долго ждала тебя, ты чистое создание. Именно ты должна прервать цепочку ужасных событий, ты должна разорвать порочный круг. Маленькая жалость может перерасти в большое равнодушие, равнодушие порождает безнаказанность, безнаказанность рождает зло. Помоги мне уйти на тот свет. Тогда все остановится, и зло дальше не пойдет бродить по миру. Сама я это сделать не имею право. Только добро должно остановить зло.

Лиза была в шоке от такой эпической сцены. Слова Софьи, сказанные в это мгновенье, не показались ей слишком пафосными. Лиза молчала, лихорадочно думая над происходящим. Софья продолжила – Если ты меня не остановишь, зло пойдет дальше но уже с тобой. Пусть все закончится там, где и начиналось. Лиза понимала весь трагизм ситуации, она была не готова столкнуть эту женщину с обрыва. Она не знала, как облегчить ее мучения. Но слова о том, что зло будет шагать с ней по жизни, сбивали ее смысли. Лиза заплакала, слезы катились по щекам, но она не знала, как поступить правильно. Имею ли я право поставить точку в этой истории, будет ли это точка или только запятая?

Автор –

Лахтин Валерий Юрьевич

Г. Атырау сентябрь 2019