Запертый

Глава 1

Когда она в очередной раз спросила, всё ли у меня в порядке, я хотел закричать.

Хотел вывернуть наружу весь липкий ужас, что заполнил меня изнутри.

Я хотел протянуть руку, вырваться, попросить помощи.

Эти действия казались такими простыми, но одновременно с этим - невозможными.

Вместо этого я улыбнулся.

Я услышал свой голос — явно не свой, безжизненный:

— Всё хорошо.

Внутри я рвался на части, но ничего не смог сделать.

Он не дал мне.

Тот самый, что поселился где-то глубоко внутри.

Он стирал мои попытки, глушил мои порывы.

Я не знаю, когда это началось.

Не знаю, где я подобрал его.

Память размыта, как сны при пробуждении.

Но я помню, что пытался бороться.

Вспоминаю, как стоял в очереди к врачу.

Пальцы дрожали, будто не мои.

Я объяснял дрожащими словами:

— Я... что-то внутри меня... я не контролирую...

Доктор смотрел на меня, щурился сквозь очки, что-то писал в бумагах, попутно расспрашивая о личной жизни и работе.

Улыбнулся вежливо и сказал:

— Вам стоит отдохнуть. Это все из-за стресса.

Отдохнуть?

Когда внутри тебя растёт нечто чужое, медленно вползающее в твои мысли, в твои руки и в само твоё дыхание — ты не отдыхаешь,

а гниёшь изнутри, наблюдая за собой со стороны.

Нет.

Было не так... Что за провалы?

Я тогда пытался что-то сказать, но кто-то, опережая меня, говорил обо всем, кроме того,

что мне действительно было важно сказать.

В отрывках памяти осталось время, когда я был полон сил и мог делать то, что захочу.

Было дело, я мечтал стать музыкантом. Играть для людей песни, радовать их, даря

им свет в их жизнь. Когда в моих руках появлялась гитара, я сиял от радости,

наверное, в такие моменты я действительно ощущал себя собой.

Пришла работа, за ней сразу же подошла ответственность.

Ответственность не только за свои действия, конечно, но и за близких мне людей.

На меня рассчитывали.

Гитара превратилась в редкое развлечение, которое делало меня счастливым

в такие же редкие вечера.

Но и тогда...

Я вспомнил как руки начали сопротивляться зажимать аккорды.

Какой же я был глупый, повторяя себе, что это отсутствие практики.

Со временем второе 'Я' стало сильнее.

Я ощущал его больше не как часть себя — а как что-то отдельное, что сверлило мой разум.

Он приказывал молчать и я молчал.

Приказывал улыбаться и я улыбался.

Когда мне хотелось плакать — он заставлял меня смеяться.

Когда хотелось убежать — он кидал что-то под ноги, что заставляло меня падать.

Теперь, кажется, я уже не жил.

Я существовал.

Я был куклой, подвешенной на нитях, и, как муха в паутине, ожидал паука.

И однажды паук проснулся.

Сначала мир перед глазами стал тускнеть.

Цвета потускнели, лица стали безликими, звуки превратились в глухой, вязкий еле-разборчивый шум.

Я моргнул — весь мир отдалился, будто я смотрю за своей жизнью на телеэкране

Я моргнул снова — экран или я, неважно, но между нами точно существенно увеличилось расстояние.

Моргнул третий раз — и я начал падать в пропасть, смотря на мир, который отдалялся в пустоту.

Я пытался вцепиться в реальность. Пытался вжаться в неё пальцами своего сознания.

Это было бесполезно.

Передо мной остался только экран.

Экран моих глаз.

Я видел, как мир ускользает.

Я видел, как он исчезает, словно растворяется в тумане.

Я чувствовал, как нити, которые когда-то управляли мной, обрываются одна за другой —

и вместе с ними ходит тот самый паук, который покрывает меня в кокон.

Последнее, что я заметил, — крошечные отблески света, уходящие вдаль.

Экран тускнел.

Я был ещё здесь.

Я был ещё жив.

Но теперь я не мог двигаться.

Не мог даже моргнуть.

Я остался.

Остался в пустоте.

Остался один.

Кажется не мёртвый.

Но явно не живой.

Просто запертый в коконе.

Я чувствовал тяжесть собственного существования, как чувствует собака на цепи в течение всей жизни.

Я слышал тишину, да такую, что она будто разрывала мои барабанные перепонки.

Я чувствовал, как страх расползается внутри меня, как сырость в трещинах стены.

И понимал, что это будет вечно.

Вечная темнота.

Вечное одиночество.

Вечный крик.

И наконец, вечный напев выученных песен, лишь бы не сойти с ума...