Замёрзший ад

Глава 1

Уже третий день идёт снег там, где уже веками забыли, что такое прохлада. Земля под ногами больше не обжигает пятки, воздух не кажется тяжелым. Огненное озеро, что ещё недавно источал крики, обреченных в пекле, стал замёрзшим прудом. Чувство вины, чувство одиночества сменяет холод в душе. Уже третий день не видно зарева, которая смотрела на нас с высока, насаждая бесконечную жажду. Мёртвые не в силах даже ощутить этот холод, их тела не прекратили пылать огнём, что был спутником их бренности веками. Души повалились на землю, им не приходит даже то, что их мукам дали отпуск. Они больше не те, что желают спасения, они узники огня, что так быстро испустили дух, как и они сами в миг до прибытия в обитель пустоши. Нет сожаления, ибо крики последняя их мысль. Крики давно перестали быть отчаянием, и стали лишь подобием дыхания, кое и не замечаешь до того момента, пока не задумаешь об этом. Их жизнь уже не наказание, а лишь быт, что было и до.

Весь ад замолк. Никто не знает, что это значит. Традиция кричать под огнём тысячелетия переменилась непонятливыми ощущениями. Холод затронул каждого и постепенно разум их возвращался к этому. Тела начинали один за другим дрожать, а плоть деревенеть. Что же это? Святая благодать? Или новая кара, за бессмысленную жизнь? Мало пытать жгучим теплом, да теперь и лёд пробирает нутро. Справедлив ли тот, кто всё это устроил? Наверняка для всего есть объяснение.

Вся тягость отчуждения упало на плечи бесов. Они созданы из огня, по их жилам течёт раскалённая сталь, но пыл их иссякал. Разум мутнел, или на самом деле приходил к тому, из чего они начинали своё существование. Ад наполнялся криками, но кричали уже бессмертные. Чувство вины, чувство справедливости, что подавляли людские страдания, вырывались наружу. Неужели те, кто на протяжении всей своей жизни не знавал никакой музыки, кроме хруста ломаемых костей, имеют чувства, что так близки к сердцам обычных людей? Кто кого пытал всё это время? Бесы людей, или люди бесов? Они не имеют воли, нам говорили, что они не имеют чувств, нам говорили, но здесь и сейчас отчаяния было столько, что даже самые ужасные грешники не могли воздать это смятение. Они кричали. Крик их был полон отчаяния. Животные вопли медленно отдавали звуки настолько знакомые, настолько близкие к сердцам людей, что слышали те же крики самых близких людей. Людские крики, именно они. Именно людские, в отголосках их стенаний.

Лёд пробирался всё дальше и дальше, охватывая каждый угол проклятого места. Висящие скалы с громом падали ниц, разметясь на сотни льдинок. Земля содрогаясь испускала свои томящие вопли о спасении. Весь мир перестал быть таковым, каким был прежде, ибо не нашлось истинного грешника среди людей, и не было истинного праведника среди бесов. Старый мир забирал всё. Воспоминания, любовь, страх, смех, горе. Прежний ад сулил лишь страдания. Огонь в сердце ущелья, словно сердце, питал гнев для рода осуждённых. Умы народов, актёры миров, любовники королей, огня хватало на всех. Разум туманом улетал из души, оставляя место лишь боли. Какова их вина? Для чего они здесь? Их жизнь лишь игра. Игра для тех, кто именует себя выше всего этого, но всякая игра приходит к концу, занавес опускается, а герои уходят в небытие. Страдали ли они в аду на самом деле? Нет! Их плоть привыкла источать боль, душа разрываться в криках, но искренность ушла с последним вздохом человечности, что было еще тогда, когда их грудь наполнялось не серой, а чистым дыханием жизни. Сейчас, холод напавший на царство бесцветного огня опустил кукол на землю. Души без души, люди без человечности. Лишь тени прошлого, потерявших себя испустившись дух. Тела лежали на земле. Огонь не заставлял их танцевать пирует мучений. Лишь холод, извечный холод.

Был ли шанс того, чтобы все произошло по другому ? Надежда, надежда на то, что все могло закончиться по другому. Мир, где правил бы любовь, а не боль. Но игра, всё это игра большого безумца. Каждый ход, каждая мысль и действие, все уже было раньше. Все это совершалось до немыслимого конвейера судеб, кое не могли выдавить из себя что-либо иное. Иной путь, ведущий к иному выходу. Тропинка, разветвление. Есть тысяча названий этому, но исход все тот же. Неминуемая пустота. Лишь последние мгновения существования, заправленной тысячелетиями страданий, не взирая ни на что обречены во мрак. Мрак судеб, чьё предназначение родиться и погибнуть. Осторожно, искоса ведя, дав туманную идею и идиллии, беспрекословно выронят в ничто. Самое высшее, что способно придумать.

Он покинул нас. Окончательно. Потерял всякий интерес продолжить ту игру, исход которой было предрешено изначально. Лёд стал чернеть испуская звонкий треск разрушающихся частиц, покрывая бездной пустоты, опустошая и те искры зарождавшихся чувств слуг ада. Спасение ? Какое может спасение от того, чего на самом деле нет. Неминуемый тлен, исчерпавшего себя ада, обрушиваясь забирает всех. Стоны бесов звучали все больше и больше. Верные слуги потеряли всякую силу и то самое, что различало их от мирских душ, искушенных грехами человеческого сознания. Накроет печаль, но без слёз. Камень глубин души мучителей предательски начинал биться. Стуки все чаще и чаще разрывая нутро вырывал очередные порывы горя. Огрубевшая кожа слезала как с ошкуренного борова, обнажая за слоями твёрдой плоти нежные тела. Бесы становились человекоподобными, отступая от вида зверя того. Люди. Они такие же люди как и другие. Лишь окаменевшие от гнева и жара зарева, пламя которого истратила весь свой пыл. В пекле остались лишь люди, с разницей в том, что старые души обитавшие здесь, души которые всегда были людьми, погрязли в пустоте еще до его наступления. Тени, оболочка, ничего.

Прошло всего пара дней. Пустота поглотила большею часть ада. Крики прекратились. Бывшие бесы, хоть и обретя человечность, но были лишены всего остального, что и делало людей ими самими. Горе ушло, но не было ничего что придёт на его место. Привратники ада лежали на разрушающемся льду. Царство огня пало, как и тысячи империй людей, но не было ни звука об этом. Ни слова. Города умирают не с громом, а с тишиной забвения.

Пустота поглотило все вокруг. Ничего не осталось….