Закулисье

16.04.2001

Вонючие обои, мокрый ковёр, вечный гул ламп. Больше здесь ничего нет. Коридоры, коридоры, коридоры. Что же это такое? Мое последнее воспоминание… Я еду в метро на день рождение своей дочери. Я что-то несу в руках, а потом... На этом все обрывается. В ушах стоит звук толпы, проезжающего поезда. Сколько же здесь я уже нахожусь? Быть может час. Или два. Два максимум. Не больше.

Ни дверей, ни окон. Все это похоже на мой офис. На мой ужасный офис, только ковролин там так не воняет. Смахивает на девять часов вечера, когда все уже ушли домой, и дальние закоулки, где находятся туалеты и вестибюли уже не освещены. Ни единого звука, кроме ламп. Они гудят без умолку и иногда мне кажется, что этот гул усиливается и затихает. Мне было бы куда комфортнее слышать работающие телефоны, разговоры коллег, но тут ничего из этого. Сплошные желтые обои.

Я прошелся от одной стены к другой. Тупики, пустые комнаты. Все это абсолютно бессмысленно. Где же все двери и окна? До этого момента я не понимал весь уровень моей патовой ситуации. Я ведь не помню, как попал сюда. Но теперь на меня накатывает страх. Страх безвыходности. Я дотронулся до стены, убедился, что все настоящее. Обычные обои, на полу обычный мокрый ковер. Подпрыгнул, попробовал дотронуться до ламп, но потолки уж слишком высокие. Коридоры ведут куда-то далеко, во все стороны. Да тут множество развилок!

Пишу это через пол часа после первой записи. Я уронил свой блокнот, и его край слегка промок. Я поднес к носу мокрый лист, меня чуть не вырвало. Это просто отвратительный запах!

Итак, никакой структуры коридоров у этого здания нет, от слова совсем. Я не архитектор, чтобы объяснять письменно, как здесь все расположено, но любой поймет, что это точно не естественно, странно, настолько не естественно, что даже пугает. Коридоры могут петлять, могут уводить в тупики, сводить с ума, нагонять паники. Бессмысленные углы и завороты, колонны посередине огромных залов. И больше ничего. Быть может я под землей? Или в небе? В небоскребе? Точно не в небоскребе.

Я присел отдохнуть, бродил битый час. Эти люминесцентные лампы… Их звук… Он клонит меня в сон. Но я поднялся и продолжил идти.

Я наткнулся на зал с колоннами по бокам. И можно представить, что до этого коридор петлял, но вел меня в одном направлении, несмотря на свою обширность. Отсюда уходят лестницы и другие коридоры. Я выбираю лестницу, ведущую на верх, быть может я выберусь отсюда.

Мой расшатанный разум надломился ещё сильнее. Я стоял на краю бесконечного обрыва. Вниз уходили массивные колонны. Край, на котором я находился, вел в обе стороны, оттуда можно было подняться на лестницы, которым не было конца. Они вели также бесконечно вниз и вверх. Это безумие! Самое настоящее! На секунду я задумался о том, чтобы шагнуть, сделать шаг навстречу пустоте. Но я пока сохраняю частички здравого смысла. Я, единственный, где он остался в этом месте.

Спустившись по лестнице обратно, я вернулся к желтизне. Она уже начинает действовать на меня как, красная накидка на быка. Хоть и понятно, что бык злиться не на цвет, а на саму дергающуюся накидку, так и я злюсь больше на эти стены и ковры, на это офисное пространство. Ещё днем, почти в такое же обстановке, я мог сидеть в офисе за компьютером, попивая чай с лимоном. Уверен снаружи уже ночь. Как глупо получилось, я обещал Кристине прийти на её день рождения. Повидаться с её матерью. А теперь мне вовсе не до этого.

Уверен, прошло уже больше суток. Я брожу среди этого однообразия. Ничего не меняется. Это я нахожусь на одном месте? Или это место не дает мне уйти? Хочется пить и есть.

Я практически не слышу гула ламп, я к нему привык. Моя паника поутихла. Сейчас я прижался к стене, сижу и пишу это, оглядываясь по сторонам. Я здесь один и больше никого. Хоть бы одна муха и или даже человек… Но нет.

Я, офисный планктон. С утра до вечера офис. Разведен, есть дочь, Кристина. Ей девять. Вспомнил, как после работы успел зайти к владельцам собак, и взять одного щенка. Кристина всегда мечтала… Но видимо я уже никогда не вручу ей его. Я очнулся без него. Похоже он остался там, в подземном переходе. Бедный пес, так и не доедет до своего хозяина. И даже не узнает, почему он не увидит своего хозяина. Может он подумает, что его резко бросили, оставили прямо там, среди множества незнакомых людей. А Кристина даже не узнает. На все это я смотрю со слезами на глазах. На хрен мой офис! Он занимал слишком моего времени, которое я мог провести вместе с Кристиной. К черту эту работу! Но сколько бы я не ругался, я по-прежнему в этом месте. И ничего нельзя вернуть.

Я заснул с блокнотом в руке. А проснулся от жуткого гудения этих проклятых ламп! Я не могу унять этот шум. Он везде, внутри меня, внутри моей головы. Как сильно бы я не сдавливал руками голову, я все также слышу этот гул! Я кинулся прочь. Дальше, наугад. Пусть будет, что будет.

Не увидев спуск, я покатился по лестнице. Подвернул ногу. Не хватало сделаться инвалидом в этом месте.

Я с самого начала не понимал где я, но теперь я не уверен не в чем. Я проснулся от какого-то скрежетания за углом. Что-то мелькнуло, стоило мне взглянуть вперед! Может, я видел длинные черные пальцы, или чей-то глаз? Я здесь не один... Мне страшно.

Все продолжая идти, я периодически слышу шарканье у себя за спиной, будто кто-то босой шел за мной. И записываю я это, как раз после очередного шума. Я снова что-то видел, что-то дышало прямо за углом в тупиковой комнате без лампы. Не уж то оно думало, что я его не замечу? Я не осмелился заглянуть, а просто побежал дальше, не оглядываясь. Пробежав коридор, я посмотрел назад, но не высмотрел там никого. Оно все ещё там, прячется или успело скрыться?

Не могу выкинуть у себя из головы, то, что за мной кто-то следит. Шум прекратился. Кто бы это ни был, я надеюсь он меня потерял. Здесь есть эхо. Потому, любой мой шум разнесется на несколько углов. Я бы не хотел, чтобы меня услышало это нечто, это явно не человек. Человек в этом месте будет молить об ещё одном человеке, точно не об одиночестве.

Засыпая, я надеюсь оказаться где угодно, но только не здесь. Пусть в шумной кафе или на дне океана, но я не хочу больше слышать и видеть все это.

У меня не осталось сил. Я только и делаю, что иду вперед, не размышляя над тем, куда мне нужно. Какая разница. Один коридор, один поворот. Все одно и тоже.

Не знаю, сколько я провалялся на мокром полу, но очнувшись, в стене я увидел окна! И из них бил свет. Вот только они не настоящий. Их не разбить. Подделка, фальшивка для меня. Что это за место? Где я оказался? Как отсюда выйти? Я больше не могу. Это место издевается над мной!

Из-за того, что я не знаю, какой сейчас час, мне все время кажется, что мир застыл на одной минуте. Он не двигается. Здесь царит вечный вечер пятницы, когда все ушли по раньше. Лампы постоянно горят. Ну и пусть. Лучше при гулком свете, чем при темноте в таком месте, зная, что где-то может бродить оно.

Я пишу это в надежде, что этот блокнот найдут. Может такой же оказавшийся здесь по счастливой случайности. Пусть мой труп не показывают моей бывшей жене и дочери. Они не должны это видеть.

Я вышел к очень длинному коридору, по длине он был, верно, километр, больше. На той стороне, в дали я увидел черную фигуру. Черную точку, сначала я подумал, что кто бы это ни был, он стоит на месте, но потом заметил, что эта черная точка занимает все больше пространства и приближается. И рванул со всех ног в противоположную сторону, затерялся в однообразии. Сейчас я не знаю, где я, и далеко ли я от того коридора? Что это было? Что управляет этим местом?

Сил совсем не осталось…

Помогите мне…

Я больше не могу чувствовать этот ковер под собой и видеть эти стены!

Кто все это строил? Чей отвратный ум соорудил это место? Я не поверю, что это создал человек. Может мой разум? Он на такое не способен! Все это вполне реально. Запах и обои. Нечто за углом и лампы. Все реально! Только покинуть это место совершенно невозможно.

Закрыв глаза, я вижу желтые обои. Желтые обои! Сколько можно! Страшнее ужаса не представить. Это место – сама преисподняя. С люминесцентными лампами и грязными коврами.

Лучше кричать, лишь бы не слышать этот шум! Кричать, чтобы высвободить последние силы.

МИЛЛИОНЫ КИЛОМЕТРОВ КОРИДОРОВ! МИЛЛИОНЫ КОМНАТ! И НЕ ЕДИНОГО ВЫХОДА

15.12.1999

О Давиде никто не вспомнит. Не вспомнит и не упомянет. Потому, что он провалился за грань нашего мира. Пять минут назад он был на парковке. Думал о том, как будет отмечать Новый год. Строил планы. Предновогодние дни сменились желтыми стенами и люминесцентными лампами. Теперь он обречен ходить по этим одинаковым комнатам, пока не умрет от жажды. Его никто не ждал и в том мире. Он был одинок. Давид высокий, коренастый мужчина в зимней куртке. Через пол часа пребывания в этом месте, он вспомнит о ней и снимет. Ещё через полчаса у него начнется дичайшая паника, которой никогда не было до этого. Он всегда отдавал смелостью. Такой последний его смелый поступок был в баре, несколько дней назад. Подрался с одним завсегдатаем, после этого его уволили. Здесь же придется забыть свои прошлые смелые дела. Никому ничего здесь не докажешь. Ни лампам сверху, не ковру под ногами.

Как же он попал сюда? Парковка, автомобили, неконтролируемое падание. Заметил ли это кто-то? Обратился в полицию? Давид пожалел, что у него никого нет. Никто за него не забеспокоится. Ни через час, ни через неделю. А на парковке он был, потому, что работает там. Вернее, работал. Давид – как многие считают, гнусный человек. Со своими принципами, готов лишний раз вломить.

Прошло уже несколько часов. Давид бегает и мечется в растерянности, пытаясь пробить стены, найти хоть какую-нибудь дверь. И он находит её. Он думает, что ему повезло. Потому, что от неё не несет такой желтизной, как все здесь вокруг. Вниз по лестнице, в сырой темный подвал. Вместо ламп, здесь гул труб. Приходится идти наощупь. Холодные стены, шершавый пол, туман. Кажется, впереди что-то есть. Но это не очередная дверь. Давид присмотрелся. Огромная двухметровая тонкая тварь, поднялась на ноги, глянула на него, через плечо, она что-то ела, глодала как косточку. Морда этого существа растянулась в крике, оно кинулось через трубы, пытаясь схватить своими длинными руками Давида. Тот бежал в обратном направлении в полной темноте, боясь запнуться. Дверь, та самая дверь. Он вырвался на лестницу, вбежал в желтизну, хлопнул дверью. Попятился назад, не срывая взгляда с двери. Твари не слышно. Она осталась там, внизу. Снова гул ламп, снова желтые стены. Здесь его никто не достанет. Кроме отвратного запаха ковров.

В этом месте быстро забывается все остальное. В голове остаются только желтые стены, которые стоят здесь, чтобы свести тебя с ума. И в правду, зачем помнить о мирских делах, когда вокруг одно и тоже.Тело медленно покидает разум.

И ведь не подравшись тогда в баре, не окажись на парковке в ту минуту… Жизнь могла чуточку иначе. Здесь не ловит связь, эхо расходится на многие метры вокруг. Никого не слышно, и тебя не слышно. Коридоры ведут во все стороны. Казалось, выбери да иди. Вот только идти можно ВЕЧНОСТЬ. И никуда не прийти.

Хочется чего-нибудь крепкого – подумал Давид. Руки трясутся. Что за чувство, когда кажется, что чтобы ты не делал, ничего не приведет к тому результату, который хочешь? Это безысходность. Она самая. Она медленно расплывается по мозгам и телу, сковывая Давида. Отсюда недалеко и до сумасшествия.

Сам того не желая, по щекам и бороде покатились слезы. Когда он в последний раз плакал? Наверное, в подростковом возрасте. Тогда отец схватил его за руку, и сказал, что он крепок, и должен оставаться таким. Оставаться…

Но только не в этом месте! Оно обезоруживает с первых секунд. Потом ты понимаешь, что здесь и умрешь. Либо от жажды, либо от монстров, рыскающих среди этих коридоров. И жалеть Давида некому. Потому можно и расплакаться по полной.

Он прикорнул у одной из стен, смерившись с лампами. Во сне он слышал непонятные завывания, невнятные слова, словно кто-то мычал. А открыв глаза он был снова все в тех же желтых коридорах, глаза резали желтые лучи. Вот только теперь над ним стояло вытянутое мычащее существо. Крик Давида разнесся ещё на несколько коридоров, и так и остался никем не услышанным.

Отчет #0

17.03.1998

Д-р Чарльз Рид

Исследовательский комплекс «Сирена»

Кому: Руководителю исследовательского проекта «16»

___________________________________________________

Внимание! Документ предприятия. Распространение и публикация третьими лицами строго запрещена

___________________________________________________

Д-р Шоу, если вы это читаете, то скорее всего уже начали первые эксперименты. И я зря вам пишу. Военные все равно все засекретят. Но вы должны знать. Мои результаты не дали никакой информации. Мы не знаем, с чем имеем дело. Магнитное поле изучаемого объекта весьма нестабильно. Что может произойти, если туда войдет человек? Я знаю, что вы мне ответите: ученым полагают, это открытие может вести нас к ключу понимания мироздания, военные считают, что смогут использовать «комплекс» в своих целях. Но это не так. Я вынужден скрыть тот факт, что пишу это. Эта бумага придет к вам, как «Отчет #0». И вы прочитаете это и послушаете меня. Отключите врата, не пускайте туда людей. Природа «комплекса» устроена куда сложнее, чем вам может показаться. Мы НИЧЕГО не знаем о том, что там. Надеюсь, вы это понимаете? Это намного сложнее всего того, с чем вы когда-либо сталкивались. Когда восемь месяцев назад, мы впервые открыли портал, что-то произошло, мы впустили частичку «комплекса» в наш мир. Не знаю даже, как это объяснить. В общем, я беспокоюсь насчет безопасности завтрашней экспедиции. Нам ещё нужно многое проверить и понять, прежде чем, туда кто-то войдет. Не говоря уже об освоении «комплекса» и о полном развертывании исследований. В скором времени, военные озвучат свои мотивы попадания в «комплекс», а я при всех сделаю заявление, в котором расскажу, почему эта идея так опасна. Настоятельно советую меня послушать, доктор Шоу. Это может стоить вам жизни, и моей тоже.

Сопряжение

– Завтра у нас большой день. Не разочаруй нас. Помни, наши главные инвесторы – военные. Благодаря им проект держится на плаву. Если все пройдет удачно, наши исследования продолжаться. Пусть они описывают все, что видят. Пусть говорят все, что пришло в голову. Предоставь полные отчеты.

– А что если военных не удовлетворит результат?

– Шоу, проведите завтрашнюю экспедицию, а потом можете хоть голышом танцевать на столе. Может статься, потом это будет вовсе не наша забота.

– Что именно волнует военных в комплексе?

– Д–р Шоу, остальные вопросы зададите на конференции. Я знаю лишь, то, что проект может в любую минуту отойти им. А мы останемся с дыркой от бублика.

– Вас совершенно не волнует проект?

– Я лишь хочу получить свое – финансирование. Сам проект в должной мере меня не интересует.

В центре стены небольшой арочный проем, к которому подсоединены множества проводов разных размеров и толщины. За стекольной панелью стоят люди в белых халатах. Прямо перед проемом трое в желтых костюмах химзащиты. Заморгали лампы, задергались стрелки на приборах.

– Напряжение растет!

– Держи, чтобы так и оставалось.

Секунду спустя, в проеме возник «комплекс».

– Радиация в пределах нормы. Установите измерительные приборы и возвращайтесь.

Один в костюме показал большой палец вверх людям за стеклом. Они перешли порог.

– Сколько безопасно держать врата открытыми?

– Не больше двадцати минут.

Стрелки вновь задергались, показатели поползли вверх.

– Что такое?

– Нестабильность системы. Перегрузка!

Из панели долбанули искры, погасли огоньки на кнопках. Врата закрылись, обрубив шнуры, тянущиеся за исследователями. В зале повисло молчание.

– Что у вас там произошло? У меня телефон разрывается от звонков. Сообщают о выходе из строя подстанции на районе. Что мне ответить?

– Д–р Шоу, ответьте, связь с группой удалось установить?

– Мы потеряли их.

08.05.1998

Деревушка под подходящим названием «Дальние леса» славится своей скверностью и затхлостью. Пьяниц здесь больше, чем нужно такой пресловутой деревушки. На холме стоит лечебница, вдоль и поперек набитая сумасшедшими. При въезде мою машину облаяли собаки, будто сообщали мне, что ничего полезного я тут не найду. Я – частный детектив, меня наняла независимая организация, чтобы я раскрыл цепь исчезновений, произошедших в этом месте. Я с самого начала смотрел на это дело искоса. Посудите сами: несколько человек, ранее не судимых и не душевнобольных пропадают в течение пары месяцев, нет ни подозреваемых, ни следов. Подозрения падали на хищников, выходящих из леса, при сходе тумана с гор. Как никак, вся деревня находится на возвышенности. Но опять же, ни единой зацепки. Мне удалось ознакомиться с допросами жителей ещё до того, как я согласился на это дело. Никто ничего не видел, никто ничего не слышал. Один из пропавших, судя по отчетам полиции, пропал утром у себя на лужайке, его машина стояла заведенная у гаража, а его самого нигде не нашли. Остальные пропадали похожим образом. Гиблое дело – так я решил сразу. Но за ту сумму, что предложила мне организация, я наплевал на многое, сел в машину, и рванул в горы.

Деревушка эта, несмотря на психбольницу и пьяниц, весьма тиха. За все время убийств здесь было два или три. Сейчас весна, время туманов. Мне пришлось ехать по полностью затуманенной дороге и стараться не проглядеть знак или оленя. Свернув не туда, я бы потратил ещё добрый час, чтобы понять это и найти верный путь. В реки сливаются сточные воды, травящие местных животных, потому всякая охота тут давно была мертва. Особняки и поместья брошены. А цветущие оранжереи заросли сорняками. Исчезновения детей добавило глубокий порез к этой картине. Я практически ничего не знаю ни об организации, нанимающей меня, ни о том, с чем я имею дело. В данный момент у меня на руках, тонкие дела каждого пропавшего, включительно предположительное место и время исчезновения. И один очевидец – бездомный, который как написано в отчете ФБР, видел «все своими глазами».

Город выглядит каким-то пропавшим, брошенным. Туман будто нарочно прячет от меня разгадку пропажи людей. Я начал с опроса родственников исчезнувших. Все они обращались в полицию в течении двадцати четырех часов после исчезновения. Мужчина сорока трех лет, пропал во время прогулки с собакой в местном лесу, собака нашлась, мужчина нет. Я обошел все лесную тропу, по которой он обычно прогуливался с собакой и ничего не нашел. Девочка девяти лет, мама отлучилась на пять минут из дома, итог – исчезновение. Подросток, девятнадцать лет, пропал по дороге из школы, соседи говорят, что за несколько минут до исчезновения видели его. На дороге валялся брошенный велосипед. Пожилая пара – пропали вдвоем прямиком из своего дома, в отчете говорится, что они не выходили из дома три дня, и полиция наведалась их проверить. На столе стояла еда, будто они готовились к ужину, но внезапно пропали. Муж и отец двоих детей, секунду назад жена наблюдала его прямо на лужайке, он словно сквозь землю провалился. На место пропажи были найдены сумочки, телефоны и другие вещи. Одним словом, все то, что жертвы могли держать в руках перед самым исчезновениям. Чего я тут ищу? Бы ли бы тут следы, их бы нашла полиция, а я как стервятник после битвы. Ищу непонятно что. Меня начали посещать мысли, что они вправду пропадали на пустом месте. Покидая последний дом я уже чувствовал, что уперся в тупик.

Этот городок, Дальние леса, отравлен. В этом я уже убедился. Отравлен во всех смыслах. Эти таинственные похищения добивают его, равняют с землей. Заставляют забыть это место, выкинуть из головы, стереть с карт. Организация, нанявшая меня, работает на правительство и у неё тут есть офис. С какой стати госкомпании нужен филиал в такой глуши. В этом филиале я запросил дополнительную информацию о их деятельности, под предлогом надобности для дела, мне, естественно, отказали. Причем многозначительно, пригрозив снятием с этого дела. Я бы и рад, вот только они мне ни гроша не заплатят тогда. Ладно, пусть будет как они хотят. Я соберу всю имеющую информацию, которую наверняка знает и полиция, и отдам им полный отчет. Пусть сидят и зачитываются. Ума не приложу, на кой ляд им все это. Они в этом как-то замешаны? Пропала какая-то важная шишка? Или же их интересует сама суть пропаж? Если отметать маньяка и прочие догадки, получается они действительно провалились сквозь землю? Был ещё один, кого я не успел допросить.

На одной из улочек, копающимся в мусоре, я обнаружил бесхозного дурно пахнущего бродягу, который поведал мне, что видел, как толстый паренек вышел из машины и пропал прямо перед ним. На вопрос, как именно он пропал, он ответил, что тот действительно испарился прямо в воздухе, растаял. Больше вопросов я ему не задавал. Это был настоящий беспросветный тупик. Получается, в конце отчета, мне надо так и написать: «все пропавшие без вести испарились на ровном месте». Если это их устроит, то я готов.

От одного официанта в забегаловке, я узнал, что та правительственная организация устроилась тут недавно. И вроде бы глубоко в лесу, они построили целые большие здания, не понятно для чего. Ещё несколько месяцев назад они распространяли про себя ложную информацию, что они, якобы, горнодобывающая компания. Но в последнее время это как-то поутихло. Видимо решили, что эта ложь больше не сработает, и заявили себя как научная организация с финансированием от правительства. Что ж придраться практически не к чему. Однако, то чем они действительно занимаются, остается за забором с железной проволокой. Над Лесными далями часто пролетают вертолеты, вероятно предналежат именно организации.

Я внимательно изучил досье каждого пропавшего. Ни один не причастен к компании. Ни один, я уверен, о ней никогда и не слышал. Все они не связаны ни с чем и ни с кем. Пропали все в разное время, в разных местах. Я начинаю приходить к выводу, что это настоящее безумие. Мне не дали ответа ни очевидцы, ни записи с камер. Это дело неразрешимое. Чем больше я тут нахожусь, тем глубже я погружаюсь во все это. Я хочу поскорее забыть это дело и никогда не вспоминать. Во мне вспыхнула искра чего-то непонятного, чего-то вгоняющего в ужас. В ужас беспомощности и непонимания. Те, кто меня наняли, сами не понимают с чем столкнулись, поэтому им был нужен кто-то отстраненный, был нужен чистый взгляд на эту ситуацию. В конечном итоге, я взглянул. И ничего не добился, лишь ужаснулся.

Напоследок я заглянул в местную библиотеку, дабы найти вырезки и прочитать про дела двадцатилетней, тридцатилетней давности, которые были раскрыты и наверняка не относились к этому делу. Но попробовать стоило. До этого момента в городке происходило несколько малозначительных скандалов с управляющими кампаниями и ещё парочка драк и неумышленных убийств, все они были раскрыты и никак не связаны с сегодняшними днями.

Смерившись с поражением, я вышел из-за стола и направился вдоль полок, к выходу. Погруженный в свои мысли я понял только через минуту, что иду слишком долго и библиотека не может быть такой длинной. Оглянувшись, я понял, что по-прежнему стою среди полок с книгами. Никого нет. Горит лампа. В обе стороны уходили тени, и я не знал куда идти. Я, вовлеченный в темные мысли, и не заметил, как пропали голоса людей, и я потерялся среди множества книг. Посчитав ситуацию странным, я просто пошел дальше. И вот, пройдя ещё полторы минуты и не найдя не выхода я понял, что-то однозначно не так. Полки с книгами длились дальше и дальше. Им не было конца. Я перешел на бег и кинулся вперед. Я бежал, все в той же повторяющейся библиотеке, где не было ничего, кроме полок с книгами. Только они и я. На целую жизнь. Придя в себя, я, кажется, начал осознавать куда пропали все те люди, которых я должен был разыскать. Меня накрыл ещё больший страх. Я вскочил на читательский столик, встал на него ногами, чтобы увидеть все с высоты. Мной узренное, никогда больше не забудется. Полки с книгами продолжались во все стороны, им не было конца. Дальше была только чернота. Библиотека вечности. Я добился, чего хотел, нашел предел своего безумия в этом деле. Я присел за стол и достал все дела о пропавших. Перечитал. Теперь в отчет полиции занесут и меня.

15.06.1998

Своим любопытством Жанна обязана отцу. И своей невнимательностью тоже. Два дня назад она поругалась со своей семьей, а до этого бросила колледж. Она ушла в горы, подальше от всех. Где нет пустословных разговоров и раздражающих людей. В должной мере ей не удалось насладиться одиночеством. Идя по заросшей тропе, она вдруг почувствовала, что проваливается. Через секунду Жанна оглядывалась среди бесконечных коридоров и тупиков. Это не то одиночество, которым она хотела насладиться.

Какова была её паника, придя она в себя среди многообразия ламп и желтых обоев? Куда не кинь взгляд, кругом одно и тоже. Под ногами шуршит ковер. Все это, единственное, что встретило Жанну.

Вдоволь осмотревшись, она закинула свой рюкзак за спину и направилась в один из многочисленных проемов. Коридор, угол, ещё один коридор, комната, тупик, колонна, еще коридор и так много раз. Куда же идти? С час она бродила, пока не утомилась. Внутри её донимала пустота, но на её место постепенно приходила тревога и обреченность. По мере нахождения в этом странном месте она все больше погружалась из пустоты в страх и в чувство полной безысходности.

В её рюкзаке была палатка, вода и еда. Все для того, чтобы пробыть в этом месте подольше. Как-то в детстве она забегала к маме на работу, в офис. Так вот, он был точно в таких же желтых тонах. Не хватало кабинок и звуков телефонов. Воспоминание из детства, которое нарушал неприятный запах. Жанна вдруг ощутила на себе полную несвободу действий, не способность сбежать, потеря контроля над ситуацией. Даже в родительском доме было не так тягостно. Стены сдавливали, давили изнутри и снаружи.

Жанна прошагала добрый километр, прежде чем осмотрелась и поняла, что пейзаж вокруг неё не меняется. После ещё один километр. В конечном итоге, она сдалась, прибилась в угол и тихонько заплакала, прижав лицо к коленям.

Вдруг, она услыхала как колышется пол, словно кто-то бился об него лицом, из-за безысходности. БАМ, БАМ, БАМ. С периодичностью в пару секунд. Жанна высунулась из закутка, посмотрела в коридор. Никого. Звук был совсем рядом. Она старалась наступать на ковер как можно тише и нежнее, лишь бы не выдать себя. За углом справа никого не оказалось. Жанна выглядывала постепенно, сначала она заметила продолговатое тело, а затем вытянутую голову и нелепый костюм шута, сидевший на этом существе. Существо колошматило об стену труп в желтом комбинезоне, превращая его в труху. Жанна застыла от ужаса. Существо прекратило донимать тело, обернулось и тут же исказилось в предлинной улыбке. Черный рот и пустые глаза. Оно отпустило свою тряпичную куклу и бросилось за Жанной. При этом Жанна слышала, как оно завывает за её спиной. Этой твари не хватало места в полный рост даже в таком помещение. Она царапало своей шляпой лампы, билась о стены, лишь бы догнать Жанну. Казалось, в криках этого существа проскальзывала просьба остановиться.

Когда существо отстало, Жанна все бежала. Бежала и не заметила, как провались в отверстие в полу. Через мгновенье она почувствовала воду, увидела лазурную плитку и солнечный свет, бивший из неоткуда. Она выбралась из воды, отряхнулась. Рюкзак, на её удивление, был при ней. Когда она бежала, они и думать забыла о лишнем грузе у неё за спиной.

Эти помещения отличались от других. Из стены били лучи, хоть и ненастоящие, но они не гудели как лампы! Синеватые стены в плитка. А каждая комната, и каждый коридор — это бассейн с бортиком. Проемы здесь арочные, пахнет хлоркой. Прямо как в настоящем общественном бассейне. Уж слишком тихо, для общественного бассейна. Через время запах хлорки источил нос, никакие другие запахи не воспринимались Жанной. Желтизны тут не было, но все та же ВЕЧНОСТЬ присутствовала. Что здесь, что там. Сплошное безумие, бесконечные стены.

Откуда-то льет вода. За двумя поворотами спуск, вода течет вниз. Словно река. Температура здесь такая же, как и в желтых помещениях. Ненастоящий свет из окон дает ложную надежду. Откуда он исходит?

Жанна бросила рюкзак на перекрестии четырех коридоров, и легла сама та твердую плитку. При каждом шуме она вздрагивала и осматривала все четыре проема. Надеясь не увидеть в них постороннюю фигуру. Когда на четвертый день у Жанны закончилась вода, она начала пить из каналов. Потом закончилась еда. А коридоры все продолжались. Они могли продолжаться отдельными крупными секторами, а могли целыми бассейнами, где можно плавать. Неизменным оставалась только сущность этого места. Жанна часами лежала на краю бортика, мотая рукой и создавая волны. Миновала…неделя. Целая неделя в этом потерянном месте. А может больше? Рюкзак остался позади. Жанна брела каждый день, а могла порой просто валяться на кафельной плитке. Это заменило ей поход в горы? Вряд ли. Хотела бы она вернуться к родителям? Да, боже мой, конечно! Здесь тишина и покой. Но сколько можно? Она повернулась к воде на бок и глядела на водную гладь. Она знала, что всегда есть выход. Однозначный выход. Сдаться. Сдаться и погрузиться под воду и не всплыть. И с каждый днем эта мысль подбиралась все ближе. Пока в одну минуту ей на глаза не попалась дверь. Настоящая дверь. Отперев её, Жанна встретила пещеру, из глубины шел монотонный гул, отражающийся от каменистых стен. Это хуже всего предыдущего — там была темнота. Жанна хлопнула дверью и больше никогда не приближалась к ней.

Когда Жанна была на пределе чтобы сорваться и прыгнуть, вода сама пошла к ней, перевалила за бортики, дошла до потолка. Стены исчезли, вокруг была лишь вода и мрак. Холодные потоки несли её, на миг ей показалось она видит Солнце, настоящее, и пляж. Воды унесли её.

Она лежала на чем-то мягком, греющем кожу, сверху бил свет. Солнце! Берег! Чайки! Она кричала в своем сознании, радуясь теплу. Глаза разомкнулись, и она смогла увидеть картинку вокруг. Жанна очнулась под гулом ламп и желтыми стенами…

Проект "16"

_____________________________________________

Информация предназначена для сотрудников уровня 4 и выше. Распространение материала исследований строго запрещено

_____________________________________________

В первой части я изложил, кратко, цель моей группы и кем я являюсь. Теперь затронем тему «комплекса». И чем мы собираемся заниматься. «Комплекс» – такое название дал наш отдел. Называйте, как хотите. Итак, «Комплекс» – физическая межпространственная структура, со своими магнитными полями и радиационным фоном. Она представляет собой «куски» нашего мира в своей реальности, которую видим мы, когда открываем портал. По большей части, если признаться, мы мало понимаем, что это такое. И зачем оно существует. Эта «структура» или же «Комплекс», служит своеобразным местом под нашим миром. Вероятно, оно и не существовало до того момента, пока мы не вмешались в эту процессию. Предположительно. Сам «Комплекс» – эта метафизическое пространство, которые не должно существовать по всем законам, мыслимым и немыслимым. Однако, мы, каким-то образом, создали его. И теперь в него попадают люди. Мы открыли точки уже в некоторых особо притягательных местах пропажи людей и продолжаем открывать по всей стране. Почему это место принимают вид каких-то коридоров? Почему оно так работает? Это уже из ряда вон выходящих. Некоторые называют это сущностью, нематериальной аномалией, которая создалась, когда открылся портал. А его визуальная составляющая, то что мы видим, желтые коридоры, взята из человеческих потоков мыслей. Природа этой аномалии очень сложна. Мы провели уже несколько экспедиций в «Комплекс». К сожалению, не все увенчались успехом. «Комплекс» представляет собой нестабильное пространство, абсолютно пустое, не имеющее никого внутри себя. Находится в нем, опасно из-за уровня радиации. Пока мы только начали, и большой части исследований предстоит случится. Военные также заинтересованы в «Комплексе».

В чем интерес военных? Два дня назад военные наконец отправили свои доклады. Теперь мы видим полную картину. С точки зрения некоторых ученых, ходят предположения, что раз люди могут попасть в «Комплекс», так скажем, естественным путем, совершенно случайно, то можно из него и выйти. Военные видят в этом свой интерес. Если так оно и есть, получается, с помощью «Комплекса» можно перемещаться в пространстве и времени. По-видимому, мы ещё слишком мало изучили. В дальнейшем, мы планируем развернуть в «Комплексе» псевдо-стабильные пункты исследований. Как на это отреагирует сам «Комплекс», остается только гадать.

Следующие отчеты не заставят вас ждать, господа. С уважением, доктор Шоу.

Под чужим влиянием

09.10.1998

Кому: Исследовательский центр «Сирена»

____________________________________________

Руководителей проекта просят немедленно среагировать

____________________________________________

Срочно сообщение дежурной бригаде. Экспедиционная группа номер 47. Сообщается о нападении в пределах «Комплекса». Не идентифицированный объект. Видеоданные прилагаются. Последнее сообщение, отправленное группой в 21:42:

«Срочно требуем открыть портал. Возникла внештатная ситуация».

В доступе было отказано. Высокий уровень угрозы. Рекомендуется не устанавливать мост с «Комплексом» в течении двадцати четырех часов.

***

–Сколько людей мы потеряли?

–Доктор Шоу не справляется со своими поставленными задачами.

–Сейчас главное удержать все в своих руках.

–Господа, думаю пора применить давно уже очевидные меры.

–Мы теряем контроль, из– за ученых и их медлительности. Так больше поступать мы не можем.

–Они не заинтересованы в наших целых.

–Вы не видел те записи, на них…

–Это уже не важно. Более мы играем по–другому….

Столкновение

Врата открылись после долгого томительного ожидания. С той стороны в Комплекс просочились несколько желтых комбинезонов с оружием в руках. Они медленно переступили порог, не желая нарушать покой Комплекса. Когда весь отряд оказался внутри, они ещё долго оглядывали ближайшие коридоры, прежде чем заговорить с друг другом. Оборудование вокруг было разбросанно, вдребезги сломано. Никого из членов экспедиции, которые должны были оставаться в лагере. Генераторы раскурочены, провода порваны.

– Трупов нет. Закройте шлюз. Ориентировочное время – десять минут.

Отряд разбился на группы по четыре человека, и они разбрелись по разные коридоры. Из глубины Комплекса исходил гул, какого прежде не было. Вдали проемов и коридоров сгущалась тьма. Что–то изменилось с последнего посещения. К тишине прибавилась головная боль, которая появлялась с порога этого места. Изнутри выплескивалась паника. Хотелось прибиться к воротам, молить открыть их заново, закрыть глаза и не всматриваться в эти бесконечные пути. Но отряд шел дальше, оставив за собой железный выход и смерившись.

– Вы, Бернс, расскажите обо все что увидите, услышите, почувствуете. Мне понадобиться подробный отчет для штаба.

– Будет исполнено.

– И найдите пропавший отряд ученых. Скажем так, это будем им уроком, что здесь им делать нечего. Пускай сворачивают свои исследования, предоставят нам полную свободу действий.

– У меня ещё вопрос. Зачем нашему, поисковому отряду оружие там, по ту сторону?

– Бернс, найдите отряд. Вот и все. От вас больше ничего не требуется.

Бернс на секунду закрыл глаза, представил, как на него в тот момент смотрел генерал, когда он задал этот вопрос. Он явно что–то не договаривал. Умалчивал.

Отряд продвигался медленно, оглядывая тупики. Группа с Бернсом прошли метров сто, но ничего так не нашли. И вот они встали в начале длинного темного коридора, где не было ламп. Дальше продвигаться не имело смысла. Если ученые потерялись где–то дальше, то уже не вернуться. Экспедиции всегда сопровождались прочным эластичным шнуром, прикрепленным к поясу исследователей. Бернс не хотел всматриваться в тьму, боясь увидеть там встречный взгляд. Хотелось тут же все бросить и кинуться назад. Уж слишком давящая была атмосфера.

Раздались выстрелы, со стороны другой группы. Группа Бернса тут же бросилась навстречу выстрелам. Донеслись ещё залпы, кто–то стрелял очередями. Тяжело было сориентироваться в закрытом пространстве, громкие звуки исходили эхом. Однако, Бернс был уже почти рядом. Наконец, добравшись он увидел, как двое стреляют по темному коридору, судорожно перезаряжая магазины.

– Оно там! Утащило их!

И кажется, Бернс самолично увидел худощавую большую руку из–за угла.

– Хватить стрелять!

Группа встала напротив стены тьмы, направив в темный коридор оружие. Бернс поднял руку в кулаке, готовясь дать команду открыть огонь.

– Оно еще там! Оттуда нет выхода.

– Сигнальную ракету.

Один из группы отдал Бернсу ракетницу, и тот тут же выстрелил в темноту. Открывшаяся картину заставила всех присутствующих начать стрелять. Из освещенного красным светом проема вышло черное тонкое гуманоидное существо, ростом не меньше трех метров. Оно издавало булькающую звуки, быстро приближалось. Его тело начало расплываться по полу и потолку, заполняя помещение. Черная густая слизь поглотила лампы и обои, завладев помещением.

Врата в Комплекс открылись спустя тринадцать часов заточения. Обратно в реальный мир шагнул лейтенант Бернс. Костюм его был в черной жидкости, кожа побледневшая и холодная. Он шевелил губами, проговаривая себе под нос только ему самому понятные вещи. Он перешел порог лаборатории и рухнул мертвым грузом.

Во сне Бернсу снился гул ламп и существо. Оно стояло перед ним, а позади Бернса громоздились большие врата из Комплекса. Они были закрыты.

Бернс очнулся, когда рядом стоял генерал. Оказывается, во сне он слышал звук больничных ламп. Таких похожих на те, что в Комплексе. Он с опаской осмотрелся, пытаясь понять, не Комплекс ли это. Из–за двери слышались разговоры. Это явно был наш мир.

– Полагаю, сейчас вы слишком слабы чтобы говорить. Я зайду попозже.

– Постойте! – Бернс схватил руку генерала, – я видел нечто, оно говорило.

Его речь прервала вошедшая медсестра.

– Генерал, не уходите!

Было уже поздно. Он остался один в палате. Жутко болела голова. Тяжело было смотреть на все яркое и переливающееся. Когда он уснул, ему снова снился Комплекс. Эти коридоры, темнота вперемешку с желтизной. И оно, выглядывающее из этого мрака. А рядом закрытая бронированная дверь на выход. И как бы ты не стучался, она не откроется.

Через несколько дней, Бернс выписался из больницы. В голове у него оставались частичные воспоминания пребывания в Комплексе. И с каждым днем он вспоминал тот момент все хуже. Ему снились чудовища из темноты, пожирающие все вокруг. С ним случались приступы паники, его одолевала безысходность. Ему казалось, он снова вернулся в Комплекс. Каждая дверь, каждый закоулок ему чудился тем ужасным местом. Во снах ему являлись невиданные ранее в его жизни места. Они были прямиком из комплекса. Он видел желтые коридоры, и океан, ненастоящий, созданный Комплексом. Ему виделся торговый центр, но что–то в нем было не так. Он видел свою детскую комнату, которая оказалась в лапах того места. Казалось, Комплекс, нечто живое, роющиеся в его воспоминаниях, достает оттуда фрагменты и смешивает с безумием. И это невозможно остановить.

Бернс не работал уже месяц, похудел и словно постарел. Все его мысли были забиты Комплексом. Порой он выкрикивал пожелания туда вернуться своей жене, которая находилась в полном не понимании, что происходит. Он мог рассказывать часами о разных местах, которым нет конца. Во снах он снова попадал в Комплекс. И кричал, кричал.

Когда генерал приехал в последний раз увидеться с Бернсом, потому, что на следующий день его забирают в лечебницу, Бернс схватил его за руку и начал говорить:

– Я помню, что я видел. Помню. Когда я спросил у того существа, чего Оно хочет, Оно показало своей склизкой рукой на дверь, ведущую в наш мир, и улыбнулось. Так же как сейчас улыбаюсь я, Генерал.

Живая находка

Эта записка не для лишних глаз, поэтому, когда прочитаешь, выкини её.

Только что вернувшая группа принесла с собой подарок! Обратно через портал под руки экспедиция притащила живого человека! Девушка двадцати пяти лет, личность до сих пор устанавливается. Вероятно, попала в «Комплекс», как и все остальные – случайно, через секундную дыру в пространстве. Мы провели первичные тесты. Уровень радиации, как и предполагалось, у неё выше нормы. Её нашли в бессознательном виде и в крайней форме истощения. Судя по анализам, она провела в «Комплексе» месяц! Как это возможно! Ни один субъект не способен справляться с жаждой больше недели. Честно говоря, меня и д-ра Шоу это поставило в тупик. Мы не знаем, как она продержалась столько времени. Она ещё не пришла в себя. Из-за неё пришлось поставить на уши весь отдел. Никто не рассчитывал на такие случаи. Если говорить откровенно, её никто не отпустит в свободный мир. Только не военные и не правительство. Все, что угодно, но только не распространение информации об этом всем. Ей могут предложить миллионы, взамен на молчание, или же её запихнут в психушку, где-нибудь подальше от любопытных глаз. Мне страшно гадать, что с ней может быть. Я уверен, этот инцидент заставил удивиться и понервничать абсолютно все руководство. Как только она придет в себя, мы тут же опросим её. Сколько ещё людей, подобных ей? Сколько погибло, потерялось в этом лабиринте? Я занимаюсь этим проектом уже несколько месяцев… И мне страшно. Я абсолютно не понимаю, с чем я работаю. Что из себя представляет «Комплекс»? Все это рушит мои устои, формировавшиеся долгие годы. Подрывает мою стойкую уверенность в понимании мироустройства. Хорошо, что Д-р Шоу на моей стороне. Я уж точно не собираюсь покорно выполнять все их приказы. «Комплекс» – это нечто большее, чем игрушка военных в получении стратегически выигрышной позиции. И это всех нас погубит.

Многоуровневый "Комплекс"

_____________________________________________

Только для уполномоченных лиц

_____________________________________________

Дальнейшее рассуждение будет вынесено как тема для обсуждения на ближайшем собрании. Вчера одна из экспедиций в «Комплекс» наткнулась на нестандартную среду в процессе исследования. То были уже не желтые обои, а нечто похожее на аквапарк или… бассейн? Так вот, этот вопрос заставил меня задуматься о том, что вероятнее всего, «Комплекс» – это не только смесь желтые обоев и вечности. Он сочетает в себе множество подвидов уровней, в которых человек также может находиться. Как именно туда попасть? Верного ответа я, увы, не предоставлю. «Комплекс» – непредсказуемое место. Количество этих подуровней нам также неизвестно. Возможно их десятки, а то и сотни. К сожалению, пока я не знаю, что нового мы можем обнаружить, попав на какой-нибудь такой подуровень. Отправлять людей в такие дальние места чревато смертью. Не достаточно просто найти вход, мы не знаем, как подуровень функционирует с основным местом. В любой момент может произойти искривление пространства или прыжок во времени, что уже случалось неоднократно. Жду мнений коллег по этому вопросу.

Предсмертная записка Бернса

Генерал, или кто-либо другой, читающий это, через два часа за мной приедут, чтобы упрятать в психушку, как ненужную отработанную вещь. Но скрыть те ужасы что я увидел и почувствовал у вас не выйдет. Я знаю, о чем говорю. То существо из Комплекса показало мне. Я собственными глазами видел невероятные пространства и дали, которое вы не способны увидеть. Комплекс – лишь малая часть непознанного и страшного. Когда вы сами все поймете, вы ужаснетесь. Комплекс – связующее звено между нашим ничтожным миром и миром тех, неописуемых существ, которые не могут представить наши умы. Единственное на что мы способны, так это на желтые обои и темноту. Но я вам так скажу, мы подобрались к бездонной яме мироздания. И лучше никогда не заглядывать туда. Иначе вы рискуете столкнуться с тем, что не в силах объяснить и понять. Пока не поздно, прекратите. Уничтожьте мост, ведущий в неизвестность, пока по нему вас не достали исполинские создания. Я же, больше не могу терпеть свои видения, донимающие меня каждую ночь. В каком-то смысли я даже рад. Моя жена, Роза, она все знает и после неё, на очередь осведомления выстроится весь мир. Пусть это будет вам уроком.

Пропавшие

___________________________________________

Только для уполномоченных лиц

___________________________________________

Сейчас читал и содрогался, д-р Шоу. Сколько же пропавших! Это же насколько страшно может быть… Оказаться в непонятном месте, откуда нет выхода. А ведь попадают и дети, и взрослые. И сейчас кто-нибудь ломает голову, куда пропал его родственник или знакомый. А мы все знаем. И знали все время. Но не могли сказать. Боже, какой кошмар! Оказаться в таком месте… По одним только рассказам из экспедиции меня бросает в дрожь. Мне все чаще снится, что я туда попадаю. И виню себя в том, что знал, что так произойдет, но ничего не сделал. И вправду, как спастись и не попасть в Комплекс? Попасть ведь может каждый. Я раздобыл отчеты, сделанные несколько месяцев назад и сравнил с настоящими. Люди не равномерно пропадают. Есть зоны, где количество пропавших вдвое, а то и втрое выше! Это один городок в горах, в лесах Южной Америки, в метро. А вдруг, тот, кто следующим должен попасть в Комплекс, буду я? Как знать наверняка? Никак, получается. Можно предостеречь себя и не ездить на метро, реже путешествовать и особо не двигаться… что ли? Точного ответа нет и не будет видимо. Но я боюсь, д-р Шоу. Весь этот проект выводит меня из себя. Я по ночам не сплю. Это даже больше, чем неизведанное… Это просто «беспросвет», если так можно выразиться. Когда я думал о работе в науке, я не представлял себе такое… Каждый раз просыпаясь и открывая глаза я молю всех богов на свете, дабы я не оказаться там… Меня уже пугают желтые обои у нас в одном вестибюле на втором этаже. Кто их там повесил? Знаете, когда мы отправляем экспедиции внутрь Комплекса, то обычно через ворота виден сам Комплекс, на одну минуту, пока они не закрылись. И вот в этот момент я, будто, каменею весь. Не могу представить, каково тем, кто там оказался. Оттуда веет ужасным запахом и ужасом, самым настоящим. И всех нас от ужаса отделяет какая-то металлическая затворка? Просто смешно. Кого она остановит? Только вонь. Однако, это лучше, чем нечего. В общем, Д-р Шоу, я держусь, потому, что вы держитесь.

12.09.1999

Я, д-р Шоу, работающий в исследовательском комплексе «Сирена», хочу поведать, что за ужас творится за стенами этого центра. Итак, если вы не знакомы с таким явлением, как «Комплекс», то вероятно где-то в открытом доступе уже будут сведения, хоть правительство их активно и подчищает, им все равно это уже не скрыть. Все вышло из-под контроля уже давно. Поначалу я прилежно выполнял свою работу, можно сказать потом я выступил в роли двойного агента, как бы устраивая саботажи, не впуская людей в Комплекс. За все время, в Комплексе пропали тысячи гражданских, это согласно засекреченной статистике по стране. Если не верите, взгляните на официальную статистику. Сравните 98-ой и 97-ой годы, посмотрите на цифры. Как резко увеличивается число пропавших. И это только в США. Сколько пропало по всему миру? Этого мы не узнаем. Из сотрудников мы потеряли больше сотни человек. Говоря о сотрудниках, я имею ввиду экспедиции, сошедших с ума ученых и всех остальных, причастных к проекту. Это надо остановить. А какие я слышал рассказы очевидцев, побывавших внутри Комплекса. Даже мне порой снятся кошмары и болит голова. А побывав там, у всех начинается все тот же список симптомов. Я приложу анамнезы. Так вот, не понимая с чем правительство имеет дело, оно не знает, что собственно скрывает. А скрывает она чудовищный факт, что мы открыли квантовый мост напрямую с неизведанным нам миром, но связанным с нашим. От этого пострадала уже куча людей и они не думают останавливаться. Военные уже решили взять на себе все дальнейшую работу. Это просто бессмысленно! Они отправят на верную смерть ещё десятки и сотни людей. Мне кажется, даже если все прекратить, люди по всему миру не перестанут пропадать. Потому, что уже слишком поздно. И пусть записывая все это, я грубо нарушаю правила, но я скажу, что возможно от неугодных лиц, правительство избавляется путем изгнания их в Комплекс. Я не уверен, но у меня есть предположения. За последние два месяца, бесследно пропали двое моих коллег, они также, как и я опасаются будущего. А экспедиция, отправившаяся недавно в Комплекс, принесла оттуда очки моего коллеги! Я уж их не спутаю. Как они там оказались? Думаю, понятно. Но хотелось бы ошибаться. Возможно они сделают такое и со мной. Я немедленно же отправлю это письмо куда нужно. В любом случае, я больше не участвую напрямую в проекте. Главное – истина.

Конфронтация

_____________________________________________

Только для уполномоченных лиц. Проект «16»

_____________________________________________

Краткая сводка о существах за последние 24 часа.

Восемь столкновений.

Две экспедиции из восьми вышли на повторную связь.

Метод: огнеметы.

Количество функционирующих баз: четырнадцать.

Количество брошенных баз: сто сорок восемь.

Квадратных километров изученного пространства на момент записи: сто шестнадцать километров.

Количество найденных нестабильных кротовых нор: две.

Первая кротовая нора ведет попеременно в Сибирь и в Альпы.

Вторая кротовая нора, согласно данным из приборов ведет в пещеры, где-то под океанской толщей.

Проверить достоверность и функциональность нор, не представляется возможным.

Низкая целесообразность проекта.

Обострение

Я очень надеюсь, что это письмо попадет в нужные руки. Можно считать, автор этого письма не один человек, а весь научный состав.

После того, как сменилось руководство проекта «16», мне стало намного страшнее спать по ночам. Меня не оставляют в покое сны о извечном месте, которое мы называем «Комплекс». Мне только и видятся распахнутые настежь двери, за которыми лишь желтые стены. Я чувствую, как оттуда веет внеземной ветер, как нечто проникает сюда. И хочется в панике закрыть этот кошмар и больше никогда не заглядывать туда. Но военные… Они проблема. Думают, что контролирует совершенное неизученное пугающее измерение, связанное с нашим. Как же! Они знают, там обитает что-то. Что-то не поддающиеся изучение. Они не желают понимать или вникать. Даже, если хотели бы, это невозможно. «Комплекс» не для наших умов. Его вообще не должно было быть! Но мы создали. И что теперь? Всем нам угрожает опасность. Это не ураган, не цунами, от которого можно скрыться. «Комплекс» вездесущ. Затягивает людей в себя. Да ему даже не нужно, чтобы человек оказался там. Он сведет с ума. Заставит забыть о спокойных днях. Не даст запереть себя на цепь. Он как зверь, вырвется наружу. А военные, они ничего не контролирует, они только ему способствуют… И даже если, Комплекс окажется навсегда закрытым от нас, он некуда не исчезнет. Каждый будет помнить и знать о том, что что-то мрачное и недосягаемое нашими умами живет совсем рядом. Наш мир не то, чем кажется. В СМИ то и дело проникают различные слухи и доводы. Но это все всего лишь ветерок на фоне разрушительного урагана. Что знают СМИ? Они знают о секретных комплексах, о «секретном оружии», о пропажах людей. Но они и близко не подозревают, что здесь происходит. Я думаю, даже когда и узнают, если узнают, то они не будут понимать, как соотносить все эти новости. Это просто невозможно понять из утренней сводки. Это нужно увидеть, так, как это видим мы, те, кто был непосредственно втянут в это дело. Однозначно, военных ждет неудача и без внешних угроз. Как бы я не рисковал своей жизнью, не осведомлял журналистов, не ходил по краю лезвия, они сами сведут себя в могилу. Точно сказать трудно, что будет. Но проект закроется. Не сейчас, не завтра, не через год, может быть. Но они поймут, а когда поймут, я боюсь, будет поздно.

Существо

Сегодня из Комплекса принесли существо. Ещё не успев увидеть, я услышал достаточно от других и был готов. Но, то, что предстало перед мной… Не знаю, доктор, как я буду описывать вскрытие и вести отчеты. Это то же самое, если бы мне принесли пришельца с другого конца вселенной и сказали: «Опиши нам его, как будто это обычная кошка с улицы». Да пошли они! Я записываю это в лаборатории, и по другую сторону стекла лежит оно. Черное, вытянутое, твердое. Его руки, или щупальца, или как это ещё можно назвать? Они огромны, ели влезают на стол. Честно говоря, я побаиваюсь, что оно до сих пор живое. Страшно заходить туда, приближаться к этому… телу. Пусть сами делают отчет, если им так надо. На кой черт, военным столько нужно? Они хотят узнать его слабые стороны? Разузнать о своем противнике? Когда они притащили эту тварь, хоть они и были в защитных костюмах, готов поспорить, на их лицах не было того удивления, что было у меня. Сколько в данный момент в «Комплексе» людей? Пара групп, должно быть. И это, действительно, там обитает? Прошу вас, ответить, как можно скорее, доктор Шоу. Как я могу изучать это внеземное создание, принесенное… я даже не могу назвать это другим миров. Комплекс настолько необъяснимое явление, что само осознание его приводит меня в ужас.

Теория жёлтых коридоров

______________________________________

Только для уполномоченных лиц

______________________________________

Д-р Шоу и остальные оставили после себя немало научных трудов. По их собранным данным можно составить пять-шесть единых крупных трудов, объеденных под несколькими именами. Они описали «Комплекс» с научной и метафизической точек зрения, затронули существ и структуру измерения. А сколько у нас имеется отчетов замеров от датчиков внутри с полным развернутым объяснением. Многие последовали за Шоу и назвали это «Теорией желтых коридоров». Вообще там есть и не только желтые коридоры, но до этих мелочей нет дела. Эти работы ни в коем случае не должны попасть на глаза общественности. Военный совет наполовину проголосовал на уничтожение любых научных изысканий, включая небольшие отчеты. Однако, в проекте ещё достаточно здравомыслящих людей, которые пришли к выводу что такие труды уничтожать нельзя, а может даже и опасно. В крайнем случае, проделанная работа может облегчить нам трудности в дальнейшем. Всю информацию засекретят, и оставят пылиться в тайных архивах. Почти все хранится в едином экземпляре, многие цифровые копии уничтожили. Это меня настораживает, не планирует ли кто саботаж? Кто-нибудь из военного совета? Такое чувство, что они здесь для того, чтобы замедлять продвижение проекта, а не увеличивать его. Это будет рискованно, но я попрошу вас перенести на цифровые носители, все то, что только сможете. Любые отчеты, внутренние статьи и многое другое. Можете положиться на меня, я сохраню эти данные до лучших времен.

Трансцендентный ужас

Здесь не будет надписи, предупреждающей о секретности документа. Коллеги, я только что отправил во все Нью-Йоркские новостные газеты все наши отчеты и доказательства. Я предоставил миру лицезреть трансцендентный ужас. То, чего они никак не могли представить. Завтра утром, проект, вероятно, закроется. И меня убьют. Я, конечно же, попытаюсь этого избежать. Но ничего не имеет значения в этом мире. Мы столкнулись с бездной знаний и понимания нашего мира. Все научные труды ученых прошлого столетия лишь вели нас к этому моменту. Моменту забвения понимания реальности. Комплекс - лишь конец дороги, и мы подошли вплотную к её краю, а дальше неизвестность. Знания, непознанные нами. И вряд ли мы когда-нибудь с этим смеримся. До этого момента все достижения человечества были лишь игры в одной песочнице, когда вокруг мутный океан. Вы прочитаете это, скорее всего, вечером, когда откроете почту. И вот, что я вам посоветую. Немедленно уезжайте со своими женами и детьми подальше от больший городов, скрывайтесь. Такова цена знаний. Мне до сих пор снится, уверен вам тоже, открытые ворота, разделяющие наш мир с тем, что за гранью нашего понимание. И как нечто приближается… Очень надеюсь, вы прочитаете это вовремя, и будете со мной солидарны.