За чёрной дверью

Глава 1

— Молодой человек, экспонаты руками трогать нельзя! — гаркнула на меня смотрительница музея, выудив из приятной пучины полусна.

И вот я уже был не в стране грёз, где царил мой недосып, а в павильоне музея, прямо перед витражом с изумительной красоты рубином. Ниже, на табличке, было написано, что камень этот был найден в 2003 году, в Южной Америке...

Я зевнул. Спать больше не хотелось. Я сфотографировал рубин, хотя был почти уверен, что перед тем, как задремать, уже сделал это. Моя группа экскурсии ушла далеко вперёд, скрывшись за поворотом в другой павильон. Если бы я напряг слух, я бы смог услышать, как наш экскурсовод — старичок в потёртом твидовом пиджаке — рассказывал о трагической судьбе экспедиции, пропавшей во время добычи окаменелостей. А если бы я подошёл чуть поближе, то услышал бы ещё, как он назвал ту экспедицию вторым перевалом Дятлова.

Я неспешно двинулся вперёд, взглядом пробегая по экспонатам. Справа и слева красовались драгоценные камни, сияя своим завораживающим блеском. Их сияние манило и отрывало от реальности...

Так отрывало от реальности, что я не заметил, как передо мной выросла чёрная дверь с надписью «WC». Под надписью красовался человечек в чёрном костюме, обозначавший мужчину. Из-за двери послышался шум воды, а затем она отворилась, и в павильон вышел немолодой мужчина в серой футболке. Он был не толстым и не худым, он был не старым, но и не молодым, он был серьёзным и весёлым одновременно.

С одной стороны мужчина совершенно ни чем не привлекал внимания, а с другой — вселял в меня небольшую долю жгучей тревоги.

Мои размышления прервал сам мужчина — к тому же самым необычным способом — он вдруг замахал руками, завертел ногами, и шлёпнулся на пол, погребя под собой табличку, информирующую о мокром полу.

— Вот чёрт! — воскликнул мужчина. — Моя спина...

Капля тревоги, прежде пребывавшая во мне, мигом испарилась. Передо мной, на кафельном полу лежал самый обыкновенный мужчина

Я подал ему руку, и он улыбнулся.

— Спина в последнее время... — начал он, не торопясь взяться за мою руку и встать с пола, — Ужас, а не спина. По утрам вообще кошмар, понимаете? Не понимаете, дык... — он снова улыбнулся. Его глаза сверкнули. — Спасибо, парень. — он наконец взял меня за руку. — Выручил.

То, что произошло дальше, произошло так быстро и молниеносно, что я не успел ничего предпринять.

Мужчина, вместо того, чтобы встать, взял и впился зубами в мою руку. Острая боль прошлась по всему моему телу, и я попытался вырваться из хватки мужчины, но тот крепко держал меня, продолжая яростно работать зубами. Он рвал мою плоть кусок за куском, заливая пол и себя самого моей кровью.

Перед глазами начало темнеть. Меня замутило.

Последним, что я успел услышать, стал мой голос, зовущий на помощь...

***

— Молодой человек, экспонаты руками трогать нельзя!

Я распахнул глаза.

Я снова в музее... Снова в зале с рубином. Снова на меня ругается смотрительница.

Я шумно выдохнул. Сон? Наверняка. А что ещё? Бредятина какая-то получается... Мужик-людоед, упавший на пол перед туалетом. Да... нужно сильно набраться, чтобы видеть такие сны — а у меня вышло просто так, стоя в музее.

Я посмеялся над собой и присел на скамейку. На меня всё ещё недовольно поглядывала смотрительница, в зале кроме нас никого не было.

Какое-то время мои мысли были заняты странным сном, а потом вдруг эти мысли прервались. И прервались самым неприятным для меня образом.

Я услышал скрип двери в конце коридора.

Я не смел пошевелиться. В тот момент мне показалось, что я разучился дышать. Сердце забилось с бешеной скоростью, глаза выпучились, а лоб стал влажным от пота.

Но дальше — хуже. Следом за скрипом двери я услышал гулкий шлепок об пол. Я повернул голову и совершенно не удивился, увидев распластанного на полу мужчину в серой футболке...

В тот момент мне захотелось закричать. Но вместо этого я на трясущихся ногах встал и пошёл прочь от рубина за стеклом, недовольной смотрительницы и, конечно, упавшего мужчины.

Да, возможно, то, что мне привиделось, было лишь сном. Скорее всего, так и было. Но сон повторялся точь-в-точь, и это пугало...

Нет, не пугало, это, чёрт побери, приводило в ужас. В отчаянный ужас.

Я шёл и шёл, смотря себе под ноги, пытаясь не думать о том мужчине (если это вообще был человек), что остался позади. Я поднял голову и вдруг понял, что стою прямо перед дверью в туалет. Перед той самой дверью.

Чёрная деревянная дверь с золотой надписью «WC» и человечком в костюме.

Я отскочил в сторону и застыл. Дверь медленно открывалась.

От страха я не мог пошевелиться. Ноги не слушались, руки тряслись, а во рту пересохло.

Дверь открылась. На пороге, за белоснежным туалетом, стоял мужчина в серой футболке. Он хищно улыбался, скаля свои грязные зубы.

Только тогда я закричал...

***

— Молодой человек, экспонаты руками трогать нельзя!

— Вот чёрт!

— Что вы сказали? — смотрительница подозрительно вглядывалась в меня.

— Ой, простите, я просто... — я понял, что не знаю, как объяснить смотрительнице то, что со мной происходило. — Мне нужно поскорее отсюда уйти.

Смотрительница промолчала. А я напоследок оглянулся в сторону туалета и быстрым шагом пошёл в противоположную сторону. На этот раз я буду решительнее, на этот раз я знаю, что надо делать.

Я уже понял, что происходит что-то, что нельзя назвать обычным сном или видением. Я понял это, но пока не давал панике себя атаковать.

В конце коридора не было такого же, абсолютно зеркального туалета. Выход в общий зал. Я облегчённо выдохнул.

Теперь нужно было найти выход на улицу.

Вроде бы, дверь находилась в той стороне, за поворотом... Я уже не мог доверять своей памяти.

Осторожно, но в то же время быстро, я дошёл до угла. В коридоре никого не было, и то хорошо. Не думаю, что все с пониманием смотрели бы на странного парня, с опаской передвигающегося по музею.

Я зашёл за угол. И закричал. То ли от страха, то ли от безысходности.

Я снова был в том самом павильоне, в конце которого находился злополучный туалет. Обернувшись, я понял, что попал в западню. Сзади был тот же самый коридор.

Вдруг я вспомнил, что коридор этот был гораздо больше, и где-то там, вдалеке должен находиться поворот...

Вот только поворот этот находился рядом с туалетом.

Времени мало.

Чертовски мало.

Но либо сейчас, либо никогда.

Я побежал.

Я нёсся вперёд, смотря прямо на чёрную дверь туалета. Мне казалось, что она уже открывается. Что через секунду оттуда выйдет оно. Но это были лишь причуды моего разума. Запуганного, загнанного в угол разума.

Я добежал до поворота. Дверь туалета так и не открылась. Странное дело. Я подумал, что если бы дверь открылась, и там стоял бы мужчина в серой футболке, я бы не так сильно испугался, если бы дверь не открылась.

Я повернул за угол. Моей экскурсионной группы и след простыл.

Вдруг сзади скрипнула дверь, и я поспешил спрятаться за стеной, прильнув к витрине с украшенной изумрудами короной. За стеной послышался удар об пол. Итак, мужчина упал. Пока всё идёт по плану. Но сможет ли он встать? Думаю, да...

С одной стороны, мне лучше было бы бежать куда глаза глядят — подальше от этой чёртовой чёрной двери. Но любопытство пожирало меня изнутри, вынуждая остаться на месте и узнать, что произойдёт дальше.

— Вот чёрт! Моя спина... — донеслось из того коридора.

Спустя минуту молчания, мужчина заговорил снова.

— Спина в последнее время... Ужас, а не спина. — с кем он говорит?! Я снова оказался в цепких лапах страха. — По утрам вообще кошмар, понимаете?

Я осторожно высунул голову из-за угла. Так, чтобы меня не заметили.

Когда я увидел, с кем разговаривает мужчина в серой футболке, мне захотелось закричать. Захотелось понять, что всё это — всего лишь сон, и я ворочаюсь сейчас на своей кровати.

Но всё происходящее было абсолютно реальным.

Мужчина в серой футболке был на полу, а над ним, протянув ему руку, стоял... я.

Это была точная моя копия, словно отражение в зеркале. Я смотрел на него, и с каждой секундой сердце билось всё быстрей и быстрей.

— Не понимаете, дык... — сказал мужчина, — Спасибо парень. Выручил.

Я обернулся обратно, уже зная, что сейчас произойдёт...

***

— Молодой человек, экспонаты руками трогать нельзя!

И вот я снова здесь.

Минуту меня охватывала безысходность, граничащая с безумием, а потом мне в голову вдруг пришла мысль. План.

Я улыбнулся и, не обращая внимания на смотрительницу, быстрым шагом направился в сторону чёрной двери туалета. Я должен был успеть. Должен был сделать задуманное и высвободиться из этой чёртовой петли.

Я остановился у самой двери. Где-то там, словно бы в другой вселенной, из крана полилась вода. Он уже близко. Пора.

Я прислонился к двери всем своим весом, так, чтобы мужчина не смог выйти. Я молился, чтобы это сработало, и чтобы этот кошмар наконец закончился. Дверь начала открываться. Я прижался к ней и закрыл глаза. На всякий случай.

— Эй! — донеслось из туалета. Ручка ходила из стороны в сторону, дверь тряслась — видимо, мужчина решил её выбить. — Откройте!

Я пнул дверь ногой, чтобы он хоть немного успокоился. Не помогло. Мужчина стал ещё яростнее выбивать дверь. Вдруг что-то хрустнуло... Дерево нехотя поддалось.

Я вздрогнул.

— Молодой человек, что вы себе позволяете?! — оборвал мои мысли голос смотрительницы, оказавшейся прямо передо мной. — Отойдите от двери!

— Я... не могу. — ответил я, выдерживая очередной удар мужчины по ту сторону двери.

Смотрительница взяла меня за локоть и силой начала оттаскивать от двери. Она что-то кричала, брызжа слюной, топала ногой, но я ничего не слышал и не видел. Весь мой мир теперь сузился до одной лишь чёрной двери с золотой надписью «WC».

— Отойдите! — взвизгнула смотрительница и сильно потянула меня на себя, так, что я не устоял на ногах, и мы вместе упали на пол. Я затаил дыхание. В тот момент я просто не смел дышать...

Какое-то время чёрная дверь туалета не двигалась. Но вдруг ручка несмело дёрнулась, и в коридор вышел Он. Мужчина в серой футболке. Мгновение он тупо стоял надо мной и смотрительницей, на его лице была победоносная улыбка гиены, настигнувшей наконец свою жертву.

Уже через секунду он бросился на меня...

***

— Молодой человек, экспонаты руками трогать нельзя!

На этот раз я не испугался. Я ничего не ответил смотрительнице и молча отошёл в сторону.

— Невежа. — буркнула она.

Вдруг до меня дошло, что я могу делать, что захочу. Исход всё равно один — мужчина в серой футболке.

Я снова подошёл к витрине с рубином. Поймал на себе грозный взгляд смотрительницы и улыбнулся.

В следующую секунду я водил руками по стеклу, глядя на обескураженную от такой наглости старушку смотрительницу.

— Что вы себе позволяете?! Отойдите от экспоната!

— Не-а. — я не знал, что ответить. Да и плевать. Всё равно я — труп.

Смотрительница подошла ко мне и попыталась остановить. Тщетно.

Я засмеялся.

А потом я увидел стоящую у стены роскошную алебарду. И засмеялся ещё громче.

— Я полицию на вас вызову! — кричала смотрительница, видя, как стекло летело во все стороны. — О боже! — старушка ещё раз попыталась отобрать у меня оружие, но я оттолкнул её в сторону.

— А давай! Вызывай полицию! — крикнул я. В тот момент в моей голове начал созревать план.

Смотрительница молча убежала в основной зал, за «подмогой» в виде администрации, директора музея и прочего сброда. Нет, это мне не надо — мне нужен наряд полиции.

Главное — чтобы полиция приехала раньше, чем из туалета выйдет мужчина в серой футболке.

Хотя... у меня же теперь есть алебарда...

Я зашёл за угол, прямо как в прошлый раз, и побрёл вперёд. Былое веселье куда-то улетучилось, оставив после себя серую усталость и раздражённость. Страха не было. Тревога и паника тоже исчезли.

Итак, я тащился по коридору музея, волоча за собой древнюю алебарду, которой только что разбил витрину одного из экспонатов. За мной охотилось Нечто, принявшее облик мужчины в серой футболке. А ещё на меня хотели вызвать полицию...

Замечательно.

— Стойте! — услышал я голос сзади. Голос был мужской, басовитый и гулкий. — Молодой человек!

Я обернулся. Позади меня стояло двое полицейских: один постарше, лет сорок, второй помладше — видно, новичок, — лет двадцать, не больше. У того, что постарше, в руках красовался чёрный, как смоль, пистолет. Я улыбнулся. То, что мне нужно.

Позади полицейских стояло несколько смотрителей. Они тихо переговаривались между собой, несомненно, обсуждая меня.

Сзади тоже кто-то подошёл. Я не хотел оборачиваться. Я положил алебарду на пол и с поднятыми руками подошёл к полицейским.

— Стой, где стоишь. — проскрипел тот, который постарше.

Я подошёл вплотную к нему. Он был выше меня на полголовы, и мне пришлось поднять голову, чтобы смотреть ему в глаза.

Хоть моё лицо было донельзя спокойным, даже умиротворённым, но внутри я весь трясся от страха и растущего напряжения. Я не знал, как осуществить мой план. Я действовал наобум.

И у меня получилось.

Полицейский начал убирать пистолет в карман, тут то я и вступил в игру... Я схватил пистолет за дуло и с силой потянул на себя, отводя в сторону.

Грянул выстрел.

В ушах зазвенело, пуля ушла в ковёр. Молодой полицейский пытался что-то сделать, но я пнул его в живот, и он отскочил в сторону. Сзади тоже кто-то суетился. Но мне было плевать на это.

Я освободил одну руку и ударил полицейского в нос.

И вот пистолет уже у меня.

Я долго не думал — сразу же выстрелил. Полицейский упал на пол. Я обернулся: позади меня, метрах в десяти, стоял мужчина в чёрном костюме и испуганно смотрел на меня. Видимо, это был директор.

Выстрел. И вот директор уже лежал на полу в луже крови.

Я решительным шагом направился в сторону туалета. Из коридора давно выбежали смотрители и прочая администрация. Молодой полицейский забился в угол и что-то шептал себе под нос.

Я пожалел его. И пошёл дальше.

Итак, я стою у двери в туалет. Дверь чёрная, на ней золотыми буквами написано «WC», а под буквами — человечек в костюме. Дверь должна открыться. С секунды на секунду. И оттуда должен выйти мужчина в серой футболке.

Должен... Сколько раз он уже вышел из туалета. В этот раз тоже выйдет.

— Давай же! Чёрт побери! — прикрикиваю я и пинаю дверь ногой.

Тишина.

Сзади, в конце коридора, стоит большая толпа людей. Здесь и смотрители, и администрация, и подкрепление полиции, и врачи «скорой помощи». Здесь стоят экскурсовод и его группка. Зеваки, одним словом.

Их объединяет одно — они все боятся меня.

— Выходи! — кричу я. — Давай же!

Я оборачиваюсь. В соседнем павильоне лежат два трупа. Разбита витрина, рубин валяется на полу среди осколков.

Мне светит тюрьма. Я знаю. Я прекрасно знаю.

Но где же этот ублюдок в серой футболке?

Я пинаю дверь со всей силой, и она поддаётся. Срывается с петель и распахивается. В туалете никого. Пусто.

Я пулей залетаю в пустую белую комнатку и кричу. Он должен быть здесь. Должен затаиться где-то в углу, чтобы откусить мне руку. Внезапно я осознаю, что хочу, чтобы он сделал это — чтобы он откусил мне руку.

В таком случае я бы очнулся в коридоре, стоя у рубина.

Смотрительница сделала бы мне замечание.

Я бы нашёл выход отсюда.

Обязательно бы нашёл.

Но уже поздно.

Я начинаю плакать, сам того не понимая. Слёзы катятся по моим щекам, я ничего не могу с этим поделать. Я понимаю,что лежу на полу туалета, и, сжавшись, отчаянно плачу и кричу

Я слышу, как люди подходят ко мне. Я понимаю, что безоружен — пистолет лежит у входа в туалет. Я понимаю — больше шансов не будет. Понимаю — что попал в ужасную ситуацию...

Я понимаю — это конец.