Трель вакуумной нанолампы

Глава 1

Айронвик был довольно спокойным городом. В городе были разные районы: богатые, средние и бедные. Как, в принципе, в любых других городах. Здания были одного типа: светлый кирпич, узоры из тёмных камней, металлические крыши и т.д. Здесь рождались уникальные изобретения, а улицы кишели умельцами и инженерами. В небе плыли облака дыма и пара, выброшенные системами выработки света и отопления домов. Над улицами, среди облаков, летали дирижабли, между домами неспешно проезжали паровые кареты. Правда, в городе было полно и тех, кто в механизмах не разбирался от слова совсем, но за починку готов был заплатить монеткой или двумя.

На одной из улиц Айронвика, в относительно небогатом районе, находилась мастерская музыкальных шкатулок. Музыку слушали многие, но шкатулки стоили как дорогой и хрупкий фарфор из-за моря, который был у немногих и которым пользовались не так часто. Из-за этого в мастерской было мало посетителей.

В мастерской было темновато, несмотря на включённый свет. На многочисленных полках стеллажей вдоль стен лежали детали для шкатулок. Большинство из них треснули либо проржавели из-за ненадобности. Надо было бы их уже давно выкинуть, но мастер Гидеон Белл настаивал, что детали всё ещё могли быть полезны.

Гидеон сидел у себя в кабинете, перебирал счета за аренду помещения. Прямо над его столом находилась труба пневматической почты, которая связывала весь город. Из трубы на стол мастера выпало письмо. Гидеон поднял письмо и раскрыл его. Почерком жены было написано:

Привет, дорогой! Сегодня приезжает моя мать. Можешь, пожалуйста, прийти домой пораньше и помочь с приготовлением ужина? По пути домой зайди в магазин и купи:

- Хлеб

- Яйца

- Морковку

- Лук

- Картошку и что-нибудь к чаю.

Люблю, Маргарет.

Гидеон лишь устало вздохнул. Приезд тёщи его не очень радовал. Он поднялся из-за стола и направился в зал, где работал его ученик.

Элиан Кроу — обычный парнишка лет семнадцати. Однажды просто зашёл в мастерскую с желанием научиться ремонтировать механизмы. Гидеон понятия не имел, зачем, но взял на работу, увидев стремления Элиана.

Зайдя в зал, мастер увидел, что парень работает на верстаке над шкатулкой, которую принесли день назад, — первой за пару недель. Он направился к парню. В углу у верстака щебетала механическая птичка. Над прилавком тихо тикали настенные часы.

— Элиан? — позвал Гидеон своего ученика.

Элиан не отозвался, погружённый в работу с головой.

— Кроу! — мужчина снова позвал парня, на этот раз громче.

Элиан оторвался от работы и повернулся к своему мастеру, который уже стоял за его спиной.

— Господин Белл? — наконец отозвался парень. — Простите, я немного заработался.

— Ничего страшного, — успокоил Гидеон. — Слушай. Мне надо сегодня пораньше уйти. Мастерская остаётся на тебе. Будешь уходить, закроешь ключом. Он лежит на моём столе в кабинете.

— Хорошо, сэр, — кивнул Элиан.

— Ну всё. Я пошёл. Удачи!

Мастер надел свой пиджак и направился на выход, оставляя парня одного. Элиан вернулся к работе над шкатулкой.

Прошла пара часов. В мастерскую так никто и не зашёл. Элиан посмотрел на часы. Рабочий день подошёл к концу. Парень собрал инструменты и сложил их в ящик, поставив тот на полку одного из стеллажей. Прибрав верстак и приведя рабочую зону в порядок, он направился в кабинет Гидеона, чтобы взять ключ.

В это время в мастерскую зашёл мужчина.

— Есть кто-нибудь?

Элиан вышел из кабинета и вежливо спросил:

— Здравствуйте! Могу помочь?

— Да, — кивнул мужчина. — Нужно починить шкатулку. Если можете.

— Конечно, но мы уже закрываемся. Можете завтра подойти?

— Вот чёрт, — выругался мужчина. — Я завтра, скорее всего, не смогу подойти.

— Можете оставить шкатулку здесь, — предложил Элиан. — Я оформлю так, будто вы завтра принесли её.

— Хорошо, спасибо.

Мужчина оставил шкатулку на столе и ушёл. Элиан убрал её на нижнюю полку и тоже направился к выходу.

Закрыв мастерскую, он отправился на остановку, чтобы сесть на трамвайчик, идущий на другой конец города.

Район, где жил Элиан, сильно отличался от того, где находилась мастерская. Улицы утопали в грязи и мусоре. Квартиры здесь были маленькие, оттого и дешёвые.

Парень зашёл в квартиру, прошёл в единственную комнату и включил свет. Одинокая лампочка из последних сил горела под потолком. Комната была довольно уютной. В углу комнаты находилась компактная кухня, посреди комнаты стоял обеденный стол, а в другом углу — кровать. Рядом с ней стоял старый разобранный аппарат, под которым валялись чертежи. На столе лежала пара инструментов, детали от аппарата и масленка, с которой упала пара капель. На стене в комнате висела фотография семьи Кроу. Мать — ещё молодая и красивая, рядом отец — молодой и бодрый, а между ними — Элиан лет двенадцати-тринадцати.

— Привет, пап! — произнёс Элиан в пустую комнату.

Не переодевшись, парень подвинул стульчик к аппарату и взялся за инструменты. Изобретение было собрано отцом Элиана до того, как тот исчез. До сих пор ни мать, ни сам парень не знали, куда. Но машина так и не заработала. Единственное, что осталось от отца, — это фотография, незаконченный проект и просьба:

«Элиан, если я не успею доделать его… Ты должен будешь закончить за меня».

Прошло полчаса. Всё это время Элиан был погружён в работу, пытаясь разобраться в старых чертежах и шестерёнках. Даже забыл поесть, пока живот не заурчал.

— Надо поесть.

Парень встал со стула и открыл холодильный шкаф, где хранилась большая часть еды. Шкаф был почти пустой. Остались только небольшой кусок сыра, два помидорчика и огурчик, одно яйцо и немного молока.

Элиан тихо вздохнул.

— Забыл в магазин сходить. — Он достал то, что есть, и сделал омлет с простым салатом.

*** Часть второго этапа ***

Он отрезал кусок серого чёрствого хлеба и быстро съел с ним омлет, запив чаем. Через пару минут в животе закололо.

— Надо начать нормально питаться.

Элиан уже в который раз говорил это себе, но всё доступное время постоянно отдавал аппарату. Он убрал тарелку и направился к тому, над чем корпел днями, месяцами.Уже скоро год.Он напрягся, всматриваясь в стрелочный индикатор отклонения. Он никак не мог заставить его работать. Слева была буква «M», справа — «H».

— И что это значит? — Он задавался этим вопросом каждый раз. Но, перерыв все бумаги, ответа не нашёл. Лишь предположил: датчик должен был улавливать какой-то звук, излучение или что-то в этом роде.

Элиан положил всё необходимое на стол и принялся за работу. Он уже понял наполовину, как устроен аппарат и как всё в нём взаимодействует. Помогло увлечение радиоэлектроникой, с которой он начал знакомиться с самого детства вместе с отцом.

Он провёл дополнительные расчёты, чуть изменил положение одной шестерёнки, заменил успевшую перегореть одну вакуумную лампу, в цепи которой был завышенный ток. Немного исправил схему, чтобы это не повторилось. Возможно, его отец просто торопился и не учёл все моменты. Остальную часть аппарата Элиан уже собирал почти вслепую — не хватало знаний.

На часах уже было три ночи. Аппарат был почти собран, но глаза слипались. Успеха Элиан не ждал и в этот раз — решил закончить завтра. И прямо в одежде завалился на кровать.

Прозвенел будильник — Элиан резко распахнул глаза. Он встал, быстро выпил чай с остатками сыра и, пока ещё было немного времени, взялся снова за аппарат. Первым в руку легла латунная трубка, которую он умело присоединил. На её конец он закрепил небольшой раструб-улавливатель. И последнее — паровое реакторное ядро модели Mini-B2, всё ещё довольно популярное, но за десять лет уже устаревшее. Размер — чуть больше куриного яйца. Его производством занималась компания VaporSun Tech — один из крупнейших технологических гигантов страны, известных на весь мир.

Элиан заправил ядро специальным топливом, аккуратно, чтобы не пролить ни капли. Во-первых, оно было довольно ядовито. Во-вторых, небольшая бутылочка объёмом сто миллилитров стоила половину его зарплаты. После установки парового ядра оставалось самое важное — проверить. Палец Элиана завис над чёрной кнопкой. Сердце забилось чуть быстрее. Он нажал. И — ноль реакции.

— Как всегда, — удручённо произнёс парень и отошёл от аппарата. Получить нагоняй от Гидеона Белла за опоздание совсем не хотелось.

Накинув пиджак, он бросил взгляд в окно. Айронвик, как обычно, был серым. В паре кварталов чадили огромные трубы заводов. Где-то там были порт и море. Но из этого конца города их не было видно. Вдруг в комнате раздался лёгкий щелчок. Элиан вздрогнул.Тумблер? Он метнулся к аппарату. Стрелка чуть колебалась возле нулевого положения.

— Неужели! — радостно воскрикнул Элиан. — Но почему?

Раструб как раз был направлен на него. Неужели аппарат реагировал на самого парня? Элиан встал позади аппарата перед раструбом, чуть наклонился и скосил глаза на табло: стрелка прижалась к самому краю, где была «H».

Тайна пропажи отца стала на шаг ближе к раскрытию. По крайней мере, так посчитал Элиан. Довольный, он схватил аппарат, чёрный, размером и формой с чемодан для документов. Если бы он и привлёк внимание, то окружающие бы просто подумали, что очередной инженер или учёный тащится со своими побрякушками.

Элиан ехал в набитом утреннем трамвае, шёл по улицам. Зайдя в мастерскую музыкальных шкатулок, он заметил одну деталь: аппарат реагировал только тогда, когда рядом были люди. Причём стрелка стремилась к «H» чуть чаще.

— Доброе утро, мастер, — сказал Элиан, заметив Гидеона, который рассматривал шкатулку, принесённую вчера после закрытия.

— Доброе, Элиан. Сегодня весь светишься. Случилось что-то хорошее? — спросил тот.

Элиан кивнул.

— Это хорошо. Но вот что меня интересует. Как ты мог принять её по документам сегодня? Если подошёл только сейчас.

— Я… — Элиан потупил глаза.

— Ладно, — Гидеон махнул рукой. — Иди работай. А я попробую разобраться, что с ней.

День прошёл как обычно. За день было всего два посетителя. На них аппарат показал «H». В чём причина такой реакции, Элиан не мог понять. Пока не мог. Но обязательно поймёт.

— Элиан, — раздался голос мастера Гидеона из соседней комнаты. — Подойди.

Парень отложил дела, которые совсем не клеились из-за тяжёлых дум, и направился к мастеру.

— Вроде починил шкатулку, которую ты принял как бы утром, — сказал Гидеон с лёгким упрёком.

Он вставил в неё небольшой ключик и несколько раз прокрутил. Через несколько мгновений крышка откинулась. Из шкатулки поднялась крошечная птичка из металла, покрытая разноцветными перьями. Она крутилась, открывала клюв, хлопала крыльями и невероятно красиво пела трелью, будто живая.

— Очень красиво, — сказал Элиан, когда мелодия закончилась.

Раздался стук. Почти закрылись, и опять кто-то пожаловал, — недовольно подумал он и пошёл к прилавку. Возле него стоял мужчина, который заходил вчера.

— Мастер вот только закончил ремонт вашей шкатулки. Можно сказать: вам повезло.

— Я услышал её. Вот и зашёл.

Услышал?— Элиан удивился.

— Немного подождите. Сейчас принесу.

Мужчина в ответ кивнул.

Возвращаясь с музыкальной шкатулкой в руках, Элиан бросил взгляд на аппарат своего отца. Стрелка на табло показывала «M». Элиан поставил шкатулку на прилавок и сел на стул. «M» — что же это?Мужчина достал бумажник и стал отсчитывать деньги за ремонт. Он делал это по купюре: доставал одну, вторую, третью. И так по очереди, ровно, даже как-то машинально, как бухгалтерская машинка.

И тут Элиан почему-то вспомнил один разговор с матерью: «Однажды твой отец спросил: “Дорогая, если бы появились люди-машины, ты бы что подумала?”»

— Люди-машины, — прошептал задумчиво Элиан и через мгновение ощутил резкую боль.

Мужчина сжимал руку парня так сильно, что хотелось кричать.

— Что ты сказал?

— Г-г-господин, — выдавил из себя Элиан с искажённым от боли лицом, — мне больно.

— Прости, — сказал тот и отпустил руку. — Что ты сказал?

— Просто вспомнил одну книжку, — соврал Элиан. — Ничего важного.

— Понятно. — Мужчина заплатил, забрал музыкальную шкатулку и ушёл.

Из соседней комнаты выглянул Гидеон Белл.

— Элиан, всё нормально?

— Нормально, мастер. Просто немного сложный клиент попался, — ответил он, хотя было совсем не нормально.

— Ясно. Слушай. А не хочешь к нам на ужин сегодня?

— А ваша жена и тёща не будут против? — с сомнением спросил Элиан, хотя он был бы и не прочь — миссис Белл готовила очень хорошо. Гидеон несколько раз угощал его домашними пирогами: ягодными, с рыбой, с мясом. И на вкус они были просто объедением.

— Не переживай. Моя жена тебя приглашает. Давно хотела познакомиться. — Гидеон вздохнул. — С приездом тёщи стало всё как-то странно. Но она тоже не против.

На том и порешили. Вскоре они уже стояли на остановке. Подъехал паровой автобус — «Маршрут 24». Он с лёгким свистом затормозил. На крыше была большая конденсаторная камера, где отработанный пар обратно превращался в воду. Они зашли внутрь, сели.

Автобус тронулся. «Люди-машины», — повторил про себя Элиан. Слова не выходили из головы. А что, если M — это на латыни Machina, а H — Homo?Догадка звучала фантастически. Он какое-то время смотрел в окно, где мелькали люди, идущие по своим делам. Или уже не люди?

И тут Элиан вспомнил известного учёного и лауреата нескольких премий Хоула Энтшейнера. Он ещё около двадцати лет назад писал, что теоретически можно создать электровакуумные нанолампы, которые будут в миллионы раз меньше и одновременно на порядок эффективнее. Это ознаменует настоящую революцию в радиоэлектронике и, возможно, повлияет на человечество больше, чем изобретение колеса. Он писал о вычислительных модулях, которые будут быстрее человеческого мозга.

Многие набросились на него с критикой. Сам Энтшейнер вскоре бесследно пропал. К настоящему времени о его статьях уже почти никто не вспоминал. А писать — так вообще никто. Отчего-то теперь они показались ещё правдивее. Элиан навёл аппарат на человека впереди — показало «H». Женщина левее — «H». Дальше мужчина — «M».

Нужная остановка. Элиан и Гидеон вышли. Парень нёс аппарат и наводил то на одного человека, то на другого. «M» показывало часто. Офицер полиции у магазина. Какой-то чиновник с цилиндром на голове. Впереди молодая женщина вела за руку мальчика. Она — «M». Мальчик повернулся, глаза заплаканные. Элиан навёл аппарат чуть ниже, на него — «H».

Могут ли они все быть машинами? Половина города — не люди? Отец пропал, потому что узнал эту тайну?От этих мыслей по спине пробежал холодок.

— Элиан, всё хорошо? — спросил Гидеон, заметив волнение парня.

— Да, мастер. Просто вспомнил отца.

Гидеон кивнул. Они шли дальше. Скорее всего, я просто накручиваю себя, — решил Элиан. Аппарат показывает что-то другое. Или просто сбоит.

***

Элиан сидел за столом и уплетал запеканку с мясом и овощами. Так вкусно он не ел уже очень давно. Маргарет была довольно милой женщиной в годах, но говорила она многовато. Её матушка, Кэтрин, напротив, в основном молчала — совсем старенькая, волосы полностью седые.

— Элиан, ты учишься? — спросила Маргарет.

Он хотел бы ответить, но рот был набит едой.

— Нет, — ответил за него Гидеон. — Но собирается.

— Я хотел поступить в техникум на схемотехнику, — прожевав, ответил Элиан. — Но там большой конкурс. Я решил поступить на обычного электрика.

— А как же ты будешь работать? — Маргарет слегка вздохнула. — Гидеон так хорошо о тебе отзывался. Ты ему сильно помогаешь.

— Я поступаю на вечернее отделение. Так что вам не стоит волноваться. Я продолжу работать. — Элиан улыбнулся.

Маргарет улыбнулась в ответ и повернулась к Кэтрин.

— Мама, а ты что не ешь?

— Не хочу, — коротко ответила та.

— Но, мама. — Маргарет пододвинула ближе к ней тарелку.

— Маргарет, не суй мне эту морковку и картошку. Мне они не нужны, — ответила Кэтрин холодно.

— Мама, но ты не ешь почти ничего уже второй день, — беспокойно сказала Маргарет.

Кэтрин отодвинула тарелку назад, не поведя и бровью. В комнате на пару мгновений повисла какая-то давящая тишина.

— Элиан, а что за аппарат был у тебя в руках? — спросила Маргарет.

Парень задумался. Он вкратце рассказал о нём, о своём предположении и о людях-машинах. Может, потому что хотел узнать мнение других или, может, просто выговориться. Маргарет рассмеялась.

— А как ты думаешь: я машина или нет?

Элиан сконфузился.

— Так давай проверим, — предложила Маргарет.

Он взял аппарат и навёл на неё. Показало «H».

— Ну, так что?

— Человек, — ответил он и навёл на Гидеона. Тоже — «H». Потом навёл на Кэтрин. Стрелка аппарата резко перескочила на «M». Он нахмурился.

— Все люди? — Маргарет усмехнулась.

Элиан кивнул, хотя это было не так. Если, конечно, аппарат вообще умел определять людей-машин.

Ещё немного посидев, выпив чая с тортом, он попрощался и отправился домой. На улице уже совсем потемнело. Жил он не сильно далеко, поэтому рассчитывал добраться где-то за полчаса.

В небе непривычно светили звёзды. Редкие фонари. Ещё более редкие прохожие. Элиан шёл по дороге и вдыхал прохладный воздух. Думать не хотелось от слова совсем. Он свернул на небольшую улочку. Вскоре послышался звук позади. Элиан остановился. Повернулся. Никого.Пошёл дальше. Через пару минут — опять звук. Но уже похожий на шаги. Он сжал ручку аппарата, сглотнул. Повернулся. Никого. Чёрт! С этими «H» и «M» можно совсем сбрендить.Он глубоко вдохнул, выдохнул.

Элиан развернулся, чтобы продолжить путь, и — застыл.

— Миссис…

Он не успел договорить, как в его шею вцепились руки знакомой старушки — или уже нет. Кэтрин схватила парня и подняла вверх, легко оторвав от земли.

— Где ты взял этот аппарат? — холодно спросила она.

— О-о-о-т-т-т-е-е… — лишь выдавливал из себя отдельные буквы Элиан, кряхтя и задыхаясь.

Хватка Кэтрин не ослабевала. Краем глаза он уловил движение. Толстая доска на скорости ударила в голову Кэтрин. Посыпались искры. Её голова задрыгалась, стала медленно поворачиваться вбок. Там стоял Гидеон.

— Отпусти его, тварь! — закричал тот и ещё раз ударил доской.

Кэтрин качнулась, выпустила из рук шею Элиана и упала.

— Блядь! Она была какая-то странная все эти дни!

Гидеон подбежал к Кэтрин. Его руки дрожали. Он схватился за её голову. Бежала кровь. Дёрнул за волосы. Кожа слезла — там был металл. Гидеон осел на землю.

— Люди-машины. Как ты и говорил, — сказал он дрожащим голосом.

Элиан, держась за шею, осторожно подошёл, нагнулся. Из черепной коробки что-то торчало. И он узнал, что именно.Текстолитовая пластина.Он с трудом выдернул её. Подошёл с ней к фонарю, стоящему приблизительно в десяти метрах. На пластине мелким шрифтом было нанесено поблескивающее название «VaporSun Tech N487-VK74-LTA».

Потом они бежали. Всё — как в тумане. Гидеон ворвался в квартиру.

— Гидеон, твои руки в крови! — Маргарет подбежала к нему. — Ты ранен?!

Он замотал головой.

— Я… Я… — его голос дрожал. — Я убил.

Она осела на стул.

— Но кого?

В квартиру зашёл Элиан.

— Я защищал Элиана, — сказал Гидеон.

— Значит, ты не виноват. — Она выдохнула. — Я вызову полицию.

Гидеон схватил её окровавленной рукой, затем медленно повернул голову и посмотрел на Элиана.

— Что нам делать?

— Бежать. — Одно слово. Одно осознание. Один огромный ужас.

***

Через три дня в первых лучах солнца из-за горизонта показалась армада. Огромные военные корабли из стали шли на полном ходу. Тонны мазута ежеминутно превращались в огонь, затем — в энергию и дым. Паровые турбины с утробным гулом крутили винты.

Адмирал Грандель стоял на носу главного линкора «Гордость Варландии» и в подзорную трубу вглядывался вдаль. Портовый город Айронвик уже показался.

— Адмирал, — с почтением обратился адъютант, — неужели это маленькое государство представляет такую опасность? К войне присоединятся даже Редонский союз, ДСШК, Ирдия —

— Крайт, — отрезал адмирал, — ты даже не представляешь. То, чем они занимаются… — Адмирал тяжело вздохнул, развернулся и посмотрел в глаза адъютанту. — Ты не видел отчётов, данных разведки, и главное — их людей. Если их можно ещё так назвать. Это святотатство. Это вызов всему человечеству. — Адмирал положил руку на плечо адъютанта. — Не сомневайся. Бог с нами!

В Айронвике ревели сирены. Генерал Куброк заправил топливом своё паровое сердце. Полностью человеком он не был уже почти четыре года. Он снял трубку телефона и начал отдавать приказы. Рядом стояла музыкальная шкатулка, та самая, отремонтированная Гидеоном.

В это же время Элиан бешено мчался по песчаному пляжу, прижимая к груди аппарат отца. Его преследовали двое военных в тёмно-коричневой форме. Гидеон и Маргарет лежали позади. Не двигались. Из простреленных ран текла кровь.

Началась война.