"Смерть в холодильнике"

***

ВНИМАНИЕ ПОИСК!!!

Мария П., семь лет, [...] область, г. [...], м-рн N., улица [...]

Пропала 29 мая 2018 года, в 15:00 вышла на улицу и больше не вернулась.

Местонахождение неизвестно.

Приметы: рост 90 см, телосложение среднее, глаза карие, волосы темно-русые.

Одежда: толстовка серая, трико спортивные черные, сапоги резиновые коричневые, шапка вязаная желтая с белыми полосами.

Сообщить любую информацию можно по номеру [...]

[Фото девочки с уставшим выражением лица]

– А-а-а!! Где моя дочь?!

Громкий крик раздался по всему дому. Молодая женщина бегала по комнате с телефоном.

– Абонент недоступен, – холодно ответил автоответчик в который раз.

– Да почему?! – воскликнула женщина еще раз и бросила телефон на пол. – Почему она не берет трубку?!

– Может, гуляет, – мужчина пожал плечами.

– Ей же сказано возвращаться в семь. А сейчас уже полночь! Где она?!

Еще одна женщина, постарше, подняла глаза.

– С ней что-то случилось. Что-то нехорошее. Я чувствую…

– Когда она пропала?..

Среднего возраста полицейский записывал все на листок бумаги А4.

– Надо вызывать полицию!.. Срочно!..

Родные засуетились. На небо уже взошла полная луна, освещая бледным светом пустые улицы. Звезды окрасили мрачный фон.

Стояла гробовая тишина.

Даже деревья не шевелились.

– Нужно что-то делать… Нужно что-то делать…

Пока молодая женщина суетилась, ища среди бесчисленных цифр номер телефона местного участкового, другая женщина, бабушка, сидела в кресле и качала головой, роняя на старый халат тяжелые слезы.

– Нету ее… Нету моей Машеньки…

– Что ты такое говоришь?! – закричала женщина помладше.

– Не время, – одернул ее мужчина. – Мы ищем Машу. Потом разберемся.

Родители вышли на улицу.

Мама – та самая кричащая молодая женщина – огляделась.

Тихо.

Вокруг ни одной души.

Даже птицы не поют.

– Маша!!..

Крик эхом отразился по всей улице, пролетел между деревьями и вернулся ни с чем.

– Маша!!..

Птицы взмыли вверх.

Собаки громко залаяли.

В соседних домах включился свет.

– Маша!..

Мать вышла за ограду, потянув на себя калитку. Остановилась посреди дороги. Вгляделась в темноту, ожидая когда во тьме появится знакомая маленькая фигурка.

– Маша!..

Мужчина потер предплечья.

Это был отчим девочки.

– Тишина-то какая… гробовая… И холод… как в начале декабря…

Мама подняла голову.

По небу плыли облака. Они заслонили собой луну, и стало совсем темно.

– Если ты слышишь, Боже… верни мне мою дочь…

– Надо звонить в полицию! – воскликнул отчим. – Чего мы ждем?

– Давайте пройдемся по улицам, – предложила мама девочки, – может, и без полиции ее найдем…

Соседи начали выходить на улицу.

– Что за шум?..

– Где кричат?..

– Что случилось?..

– Дочь моя пропала, – объяснил им отчим, – вы ее не видели?..

Соседи удивленно переглянулись.

– Маша?..

– Маша пропала?..

– Да… В три часа ушла… и все…

– Так давайте искать! – соседи переглянулись и дружно кивнули. – Вы в полицию-то звонили?

– Нет… Решили сами…

– Звоните в полицию! Мало ли что случилось!

Отчим бросился обратно в дом.

Мама осталась на улице. Она шла по поселковой тропинке, иногда спотыкаясь об ямы и кочки. Смотрела на густые ветви деревьев, что уже покрылись яркой зеленью, останавливалась у кустов и, раздвигая их руками, тщательно все осматривала.

Ничего…

Мать бросилась дальше.

Она не замечала, насколько далеко ушла от дома.

Ноги сами ее несли куда-то.

– Маша!!..

И снова – тишина.

Лишь сторожевые псы громко заверещали, пытаясь сорваться с цепей.

Соседи шли следом. Уходили дальше, исчезали за деревьями, прочесывали кусты, траву, что уже была выше человека, даже на местную мусорку зашли…

Ничего.

Мама сорвалась с места и побежала обратно домой.

А вдруг она вернулась?..

Вдруг ее маленькая девочка сидит в доме и ждет ее?..

Нельзя терять ни минуты!..

Надежда гнала ее вперед.

Ноги сами несли ее обратно в дом.

Дыхание от сильного бега перехватывало, но она не останавливалась.

Сердце бешено билось.

Только бы Машенька была уже дома…

Дома ее встретил участковый.

– Проезжал мимо, когда вы мне позвонили, – объяснил он.

– Маша дома?!

Отчим развел руками.

– Увы…

Мама всплеснула руками.

– Да что же это… где она…

А потом неожиданно села на стул и разревелась.

– Маша… Где ты…

Отчим бросился к ней.

– Все будет хорошо… Она вернется… обязательно…

– Так когда она ушла? – повторил свой вопрос участковый.

– Сегодня. В три часа дня.

– А… Ну да… Сегодня же каникулы… И… В чем она была?

– Ну…

– Толстовка серая, резиновые сапоги, куртка летняя такая, легкая, в шапке, – встряла мать, – сегодня днем было прохладно, дождь обещали…

– А он и шел, сегодня днем.

– Да. Она бы вернулась домой…

– Но она не вернулась…

– Мы ее поищем и обязательно найдем. Фотография ее есть? Я передам информацию в “Лизу Алерт”, пусть ищут, и я лично тоже присоединюсь. Мало ли дураков на свете…

Мама вытащила из старого серванта фотоальбом и достала из него снимок девочки в розовом платье и с длинным хвостом на боку.

Соседи вошли в дом.

– Ничего!.. Мы все обшарили!..

– Ничего, – утешил их полицейский, – мы найдем. Это точно.

Она не могла заснуть. Время медленно подходило к цифре пять. Уже вовсю пели птицы. Солнце светило. Голова болела от слез, от тяжелых мыслей.

Мама простояла у окна всю ночь.

А если ее девочка вернется?..

А она проспит этот момент?..

Хотя дверь в доме скрипучая. Давно она просила мужа починить ее, да руки у него не доходили…

Так что…

Она бы все равно услышала…

Но ее это мало утешало.

Она даже выходила на улицу и смотрела по сторонам.

Вдруг появится?..

Вдруг из ниоткуда возникнет силуэт маленькой девочки?

Уставшей?

Заплаканной?

Она ведь ходит где-то…

И зовет ее…

Мама так живо это представила, что даже услышала голос собственной дочери в своей голове.

– Мамочка…

Она дернулась.

Неужели она ее действительно слышит?..

Или это игры разума?..

Нет…

Должен же быть какой-то выход…

Прошло много часов…

Много часов тишины…

Бабушка девочки плакала в углу комнаты и тоже не спала. Старенькая женщина без конца вытирала слезы и говорила:

– Она далеко от нас… Очень далеко…

– Ты что-то знаешь? – мать наконец обратила на нее свое внимание. Хоть и ее слезы ее раздражали. – Я тебя знаю, ты никогда не ошибаешься…

– Ничего не знаю… Я, как и ты, надеюсь на лучшее… Что она вернется…

Мама тяжело вздохнула.

– Да… Я тоже…

Уже спустя пару часов в дверь их дома постучали.

Мама открыла дверь и увидела несколько молодых женщин, чуть ли не ее ровесниц, на пороге.

– Мы из поисковой группы. Пришли узнать кое-какую информацию…

Мама отошла в сторону.

– Проходите…

Женщины прошли.

– Вам разве не передали информацию?..

– Передали. Но мы хотим узнать кое-что еще…

– Да?..

– Я понимаю, что вы очень сильно переживаете, и я пойму, если вы откажетесь в участии поисков…

Мама взяла куртку с вешалки.

– Идем. Я готова.

Женщины переглянулись и пошли следом за матерью.

– Мы разобьемся на несколько частей. Одна группа будет искать рядом с вашим домом. Другая будет прочесывать ближайшие дворы, третья – деревья и кусты. Четвертая пойдет на местное кладбище и будет искать там…

Мама удивилась:

– Что ей там делать?..

– В последнее время дети туда зачастили. Нашли себе игровую площадку. Мы не можем исключить и эту версию…

– Ясно.

– Через несколько часов встречаемся в вашем доме. Все понятно?

Мама кивнула.

– Я везде пройдусь. На всякий. Мне так спокойнее…

– Я вас понимаю…

– Хорошо, что понимаете…

Возле дома собралась большая группа людей. Дети. Взрослые. Соседи. Знакомые. Друзья. Родственники. Просто неравнодушные люди.

Мама смотрела на них и в глубине души была им благодарна.

Одна бы она не справилась…

Отчим положил ей руку на плечо.

– Пойдем…

Они двинулись по дороге от дома.

Сколько часов прошло, она понятия не имела. Шла со всеми вместе и смотрела застланными слезами глазами. На душе скреблись кошки, сердце беспощадно билось в груди, а разум рисовал картинки – вот ее девочка, под кустиком… За деревцем…

На лавочке… Или у кого-нибудь в гостях…

Но это были просто фантазии.

Под кустиком сидела испуганная людьми кошка.

За деревцем валялся мелкий мусор.

На лавочке сидели подростки и громко кричали.

А в гостях…

Все искали ее девочку…

Уже поздним вечером истощенные они вернулись в дом.

После обеда выглянуло солнце – это такой знак, что девочка отыщется?..

Погода с прохладной резко изменилась на теплую.

Солнечные лучи приятно согревали, давая кроме тепла еще и надежду.

Тучи разошлись.

Небо стало таким чистым…

Проверив большой кусок прилегающей к поселку территории, поисковые группы вернулись в дом ни с чем.

Участковый присоединился к ним позже.

– Я опросил всех. Никто ее не видел…

– Как сквозь землю провалилась… – отчим нахмурился.

– Возможно, ее и похитили. Я отправил своим всю информацию, что у меня есть, они пообещали проверить. Но пока что… ничего…

– С ней были ее подружки, – вспомнил вдруг отчим, – она ушла гулять вместе с ними…

– А чего ты раньше не сказал?! – набросился на него участковый. – Возможно, они что-то знают!..

– Я и сама забыла, – заступилась за мужа мама, – в этой суете… я думаю только о ней…

– Хорошо. – Полицейский тяжело вздохнул. – Я завтра поговорю с ними.

– Несмотря на то, что скоро ночь, – влезла в разговор командующая поисками женщина, – я думаю, останавливаться не стоит…

– Плохая идея. В темноте нихрена не видно…

– У нас есть фонарики.

– Тогда хорошо. – Участковый успокоился. – Я на связи. Сообщите мне, если будут новости.

Мама проводила его пустым взглядом.

В голове только одна мысль…

Где ее девочка?..

Что с ней случилось?..

Почему она все никак не вернется?..

– Я очень сильно надеюсь, что она жива, – одними губами сказала мама – истерика ее снова застала, – иначе зачем мне жить, если ее… не будет…

– Не говори так!.. – одернул ее отчим. – Все будет хорошо, слышишь?..

Мама только тяжело вздохнула.

Шло время.

Она старалась не смотреть на часы.

Стоя перед иконой святой богородицы, молилась за здоровье и возвращение домой дочери.

Крестилась и склонялась перед нарисованной человеческой рукой святой матери, надеясь, что та понимает ее муки, потому что сама мать. Мать ребенка, которого убили…

Она сама старалась не допускать этой мысли.

Маша жива.

Жива, и все!..

И никто ее в этом не переубедит!..

После обеда ей на телефон позвонил участковый.

– Я поговорил с теми девочками, что были с Машей в день ее пропажи, – без обиняков начал он, – в общем, они решили поиграть в прятки, и все…

– Что – все?..

– Они разбежались, и больше ее не видели. Они искали ее и не смогли найти…

– А почему они ко мне не пришли?! Почему мне не сказали?!

– Побоялись… они мне так сказали…

– Больше никто ее не видел…

– Увы…

– Ясно…

– Мы обязательно ее найдем, слышишь?! Не сдавайся!..

Мама положила трубку.

На календаре тридцать первое мая.

– Я боюсь, что она попала к не очень хорошим людям…

– Сейчас такое время. И на органы продать могут…

– Несколько лет назад в этих местах поймали маньяка, педофила. Нам повезло, что пострадал только один ребенок, и остался жив…

– Вы хотите сказать, что она могла попасть в лапы насильника?..

– Запросто. Надо проверять разные версии…

– А у вас еще есть родственники? В других городах?

– Нет. Все здесь. Рядышком.

– А сама она уехать могла? Дети же разные бывают…

– Нет…

– А вы ругались с ней накануне пропажи?

– Нет. Она пришла со школы и сразу на улицу. У них же двадцать девятого каникулы начались…

– Первый класс закончила?

– Ну, да…

Участковый задумался.

– Мы обыскали большую часть. Мои ребята проверили всех, кого только можно, и ничего…

– Поблизости мы тоже никого не нашли. Ее никто не видел…

– Я не хочу каркать, но ситуация… она печальная…

– В смысле?.. – отчим побледнел.

– В прямом. Прошло три дня. Вывод напрашивается сам собой…

– Не говорите так! – заорала мать девочки. – Она жива! Я это знаю!

– Ты посуди сама. Где она может прятаться эти три дня?.. – участковый нахмурился.

– А давайте к экстрасенсам обратимся, – предложил отчим.

– Хреновая идея, – ответил полицейский.

– Почему? – удивился отчим.

– Ты разве им веришь? Они же врут ради денег!.. – воскликнул полицейский.

– В нашей ситуации это последняя надежда, – заметила мама.

Участковый развел руками:

– Делайте что хотите… но я предупредил.

Уже на следующий день приехала высокая темноволосая женщина в черном балахоне. На вид ей тридцать лет, темный и одновременно загадочный макияж, в руках колода карт Таро.

Мама вышла ей навстречу.

– Это вы – мама пропавшей девочки?

Мама кивнула.

– Да, я.

Экстрасенс протянула руку.

– Очень приятно! Я Эвелина. Помогу вам в ваших поисках.

Участковый фыркнул:

– Поможет… Как же…

– Ты чего? – мама посмотрела на него.

– Она запросила у моих ребят все данные по поискам!.. – воскликнул полицейский. – Точнее, ее агенты! Ты разве ничего не понимаешь?

Эвелина подняла руки вверх:

– Успокойтесь. Для меня это нормально. Да, я могла бы и сама все узнать, но решила сэкономить ваше время. – Она улыбнулась маме.

Та улыбнулась в ответ.

– Я вам верю.

Что-то было в этой Эвелине такое… доброе… хорошее…

И она начала ей доверять.

– А теперь послушайте, – когда воцарилась тишина, Эвелина продолжила, – дело серьезное. Пропал ребенок…

– Простите…

Отчим тихо это сказал…

Руки его дрожали.

– Что случилось?.. – заволновалась мама.

– Милая… Фото…

Мама недоуменно посмотрела на мужа.

Тот протянул ей снимок.

Вместо радостной и слегка уставшей маленькой девочки на фотографии появилось черное пятно.

Оно почти полностью залило снимок.

Эвелина выхватила снимок из рук отчима.

– Это плохо…

Все побледнели.

– В смысле?..

– Дело дрянь… Я…

Эвелина открывала и закрывала рот словно обезумевшая. Из сдавленного непонятно чем горла раздавались странные хрипы.

– Не могу… сказать…

Участковый оттолкнул ее.

– Все ясно. Актриса погорелого театра…

– И что нам делать?..

– Есть идея. Мне придется обратиться к кинологам, которые ищут трупы…

– Что?.. – ужаснулась мать. – Моя… дочь…

– Это придется сделать! – повысил голос полицейский. – Другого выхода нет!

Мать в ужасе на него смотрела.

– Да пойми ты!.. – он грубо встряхнул ее. – Времени прошло много, целых пять дней! И ее нигде нет! Как ты думаешь, жива она или нет?!

Она не могла в это поверить.

– Маша…

– Мы должны все проверить, – полицейский отпустил ее, – так будет лучше. Я не хочу выносить вердикт раньше времени… но…

– Заткнись!..

Участковый замолчал.

– Хорошо.

– Она жива. Ты понял?

– Я тебя понял.

На следующее утро к дому подъехала машина. Мужчина в форме вышел из салона, а вместе с ним и собака, большая черная овчарка.

– Вещь девочки, – участковый протянул матери руку.

Мама дала ему майку.

Полицейский подошел к собаке и приблизил к ее носу вещь.

– Вперед!..

Собака принюхалась и, опустив морду, побежала в сторону соседского дома. Тот давно стоял заброшенный. Разная техника валялась на земле по всему огороду. Сухостой мешал взрослым людям пробиться, но собака на цепи тянула их всех за собой.

Остановившись у старого советского закрытого холодильника, собака залаяла, потом села и, подняв морду, жутко и протяжно завыла.

Взрослые в шоке остановились.

Мама побледнела.

Дыхание перехватило.

Взгляд от холодильника было не оторвать.

Участковый первым подошел к холодильнику и потянул за дверцу. Та заскрипела и отвалилась, открывая чужому взору жуткий вид.

Скорченный голый ребенок, уже заметно посиневший и в одних трусах.

– О нет…

Мама закрыла рот рукой.

– Моя девочка…

В это невозможно было поверить.

Нет…

Это какой-то обман…

Обман зрения…

Это не ее ребенок…

Это чужой…

Чья-то девочка…

– Ну-ка, помогите-ка мне…

К участковому подошли еще пара мужчин. Они помогли ему вытащить тело на свет божий.

– Вызывайте труповозку… И ребят из следственного комитета…

Девочка лежала с закрытыми глазами.

Поблизости не было ее вещей.

– Прости, милая… Мы опоздали…

Несколько дней назад

…– Ну что, поиграем?..

Маша похлопала в ладоши.

– Можно!.. А во что?

– В прятки!..

Девочки радостно заулюлюкали.

– Так, я считаю до ста…

– А ты умеешь?..

– Конечно!.. Меня мама научила!..

– Ладно. Водит на этот раз Ира. Маша нас сразу всех нашла.

– Ага. Машка у нас профи в прятках.

– Ладно, прячемся!..

Девочки разбежались кто куда.

Ведущая отвернулась к дереву.

– Раз…

Она еще слышала бег подружек.

– Два…

Слышала смех…

– Три…

Маша бросилась наутек. Остальные ее подружки побежали в противоположную сторону. Она же решила маленько подшутить над ними, вспомнив про старый холодильник во дворе заброшенного дома.

Они там много раз прятались, и только она одна знала про холодильник…

Вот же умора будет…

Девочка потянула на себя дверцу. Внутри оказалось чисто. Видно, что холодильник давно не рабочий, иначе бы не валялся здесь, среди сухостоя…

Маша огляделась.

Никого.

Она сняла одежду с себя.

В ней бы она внутрь бы не поместилась…

Сняв все с себя и оставшись в одних трусиках, Маша бросила одежду в ближайшие кусты и решительно залезла внутрь, потянув дверцу на себя.

Дверца хлопнула, заключая внутри себя маленькую семилетнюю девочку.

Та затаила дыхание, свернувшись в позу эмбриона.

Прошло немного времени.

Девочка почувствовала, как затекли руки и ноги, как начала болеть спина.

Воздуха категорически не хватало.

Маша попробовала оттолкнуть дверцу от себя рукой.

Бесполезно.

Она попробовала еще раз.

И еще раз.

Дверца была захлопнута намертво.

Маша не на шутку испугалась.

Что это?..

Почему не открывается?..

Все же шло так хорошо…

Маша била по дверце рукой до синяков, ощущая, как кружится голова от нехватки воздуха.

– А-а!!

Маша закашлялась.

– Мама!!..

Слезы брызнули из глаз.

– Мама!!..

Маше стало дурно.

Голова стала кружиться еще сильнее.

Сознание грозило оборваться в любую минуту.

– Мама… кхе-кхе… ма-а…

Стало все черным-черно. Силы оставили девочку. Рука болела, но когда отрубилась, ничего уже не чувствовалось.

Что это?..

Смерть?..

Или она просто потеряла сознание?..

Девочка ощутила странную невесомость в руках и ногах, во всем теле. Ее словно кто-то подбросил в воздух – она даже перевернулась и засмеялась. Какой-то сумасшедший вихрь затянул ее внутрь огромного сиреневого тоннеля. Она мчалась по нему с огромной скоростью…

Ее просто выкинуло.

Какое-то время она висела в воздухе, болтая ногами, а потом резко полетела вниз.

– А-а!!

Маша чертовски испугалась.

И вдруг замолчала.

Кладбище…

Похороны…

Она, лежащая в гробу…

Странный дядька во всем строгом – она видела такое только в книжках…

Что это?..

Видения?..

Предсмертные галлюцинации?..

Девочка не могла этого знать.

Она снова зависла в воздухе. И кто-то невидимый аккуратно вернул ее на землю…

Она даже ощутила землю под своими ногами…

– Приветствую…

Маша испугалась и обернулась.

Сзади стоял мужчина, точнее, старичок, опирающийся на трость. Красивый бежевый костюм. Шляпа. Усы, щетина. Даже очки на цепочке…

– Здравствуйте…

– Хорошо. Быстро же ты перешла…

– Простите…

– Ничего страшного. Ты еще ребенок. И будешь им на веки вечные.

– А?..

– Ты разве не понимаешь? Ты умерла. Задохнулась в том холодильнике. Ты этого не помнишь?

– Помню, как голова болела…

– Вот. А потом ты умерла.

Маша испугалась.

– Умерла?.. А мама?.. А папа?..

– Ты больше с ними никогда не будешь. Ты их будешь видеть… но жить с ними больше не будешь. Теперь ты мое дитя, и живешь по моим правилам.

– А вы кто?..

Старик выпрямился.

– Хозяин кладбища. И отныне твой отец.

– О-отец?..

– Да. Можешь звать меня батько. Меня все так зовут.

– Я-ясно. Я поняла…

– Это хорошо.

– Я уйду на небушко, батюшка?

Хозяин усмехнулся, но вместо ответа развернулся и ушел.

Маша поджала губы. Она осмотрелась. Вокруг кресты. Памятники. Один памятник привлек ее внимание. Черный. Мраморный. На нем изображение молодого парня. Его взгляд такой пристальный…

У основания памятника был мяч.

Футболист?..

– Миш, займись нашей постоялицей. Она совсем ничего не понимает…

Маша огляделась.

Звук шел отовсюду.

Но рядом – никого.

Маша грустно опустила голову.

Что ей здесь делать?..

Куда идти теперь?..

И действительно ли она умерла?..

Она же совсем маленькая…

На плечи легли чьи-то тяжелые руки.

– Привет, малышка…

Маша вздрогнула и повернула голову.

За спиной стоял молодой человек с памятника. С того самого. Черного.

– Ты новенькая, да?..

Она слабо кивнула.

– Не бойся. Здесь много других детей…

– Другие дети?..

– Да. Помладше и постарше. Ты здесь не одна.

– А ты кто?..

– Друг. Меня Мишей зовут.

– М-Маша…

– Я знаю. Давай я тебе все объясню, и я постараюсь тебе помочь.

– Хорошо.

– Ты теперь сущность. Душа без тела. Твое тело глубоко под землей. Вот здесь…

Он подвел ее к деревянному кресту, у основания которого было куча венков. Игрушки, куклы, свежие и искусственные цветы…

И ее фотография…

Маша открыла рот от изумления.

– Ты перешла грань очень быстро. И тебе повезло не быть на своих похоронах…

– Похороны…

– Да. Ты свободна. Но ты на небо не уйдешь. Ты будешь здесь, среди таких, как я.

Маша старалась все понять.

– Дети не уходят на небушко. Поняла?

Маша кивнула.

– Молодец. Я займусь твоим воспитанием. Люблю детей…

– А мама и папа?..

– Ты их будешь видеть. Но они тебя – нет. Ты можешь им сниться. Разговаривать с ними во сне. И все…

– А что я здесь буду делать?..

– Ты – жить. Вечность. Души не умирают, понимаешь?

– Да.

– Но ты – средство для убийства живых людей. Тебя могут использовать как оружие. Понимаешь?

– Да. Как пистолет?

Миша усмехнулся.

– Хуже…

– Хорошо…

– Я – рядом. Можешь прийти ко мне, если нужна будет помощь. Или когда просто плохо будет…

– Я поняла…

– Молодец…

Миша ушел, оставив маленькую девочку наедине со своими эмоциями и чувствами.

Она осталась одна среди крестов, могил и памятников.

– Привыкай… Так будет всегда…

Маша походила по кладбищу и тяжело вздохнула. Она остановилась посреди дороги и оглянулась.

Тишина…

Спокойствие…

Ни одной души…

Все словно попрятались…

Или она ничего не замечала?..

Но куда ей теперь идти?..

Обратно к кресту?..

Или к тому парню?..

Маша вернулась к памятнику, но обнаружила лишь пустоту.

Куда он делся?..

Маша тяжело вздохнула.

И просто пошла по полю вдалеке.

В это же время

Они вернулись домой.

После долгих поездок и бесчисленных допросов их наконец-то отпустили домой.

Дома их встретила бабушка.

Мама бросилась к ней и разрыдалась.

– Мама…

Бабушка тоже плакала.

Она поцеловала ее в макушку.

– Я знаю, милая… Я уже все знаю…

– Мама… Маша…

– Какое горе…

Участковый постучал по дверному косяку.

– Можно?..

Отчим слабо кивнул.

– Заходи…

Полицейский устало сел за стол.

– В общем… ситуация такая… Ребята из следственного комитета сказали, что насильственных следов на теле не нашли, она девочка, ну, по-женски…

Отчим с матерью его внимательно слушали.

– Я знаю эти чертовы советские холодильники! – от избытка чувств полицейский ударил кулаком по столу. – “ЗиЛ”, черт его подери!..

– Да, холодильник что надо, – бабушка вошла в кухню, – который изнутри не откроешь, там механизм тяжелый… он и убил мою внучку…

Она расплакалась.

Родители тоже.

– Завтра отдадут тело. Я помогу с похоронами…

И полицейский ушел, оставив родных с их горем наедине.

– В общем, это несчастный случай. Сначала подозревали меня, – отчим тяжело вздохнул, – потом жену, мою… и в итоге, сказали, что это просто несчастный случай…

Мама горько плакала.

Скоро привезут ее дочь…

В гробу…

– Она просто ребенок…

– Решила поиграть… и вот…

Мама отказывалась в это верить.

Этого не может быть…

– Я думаю… она жива…

Присутствующие удивленно посмотрели на нее.

– Я хочу верить, что она еще жива… Мне так будет лучше…

Отчим обнял ее.

– Успокойся… Время лечит…

– Нет, я никогда не смогу это забыть!.. Это же мой ребенок!.. Как?.. Как это забыть?..

Перед школой, где училась девочка, собрался народ.

Одноклассники.

Друзья.

Родители друзей и одноклассников.

Все пришли чтобы попрощаться.

Катафалк приехал и остановился возле ворот.

Молодые парни вытащили гроб и поставили у входа в школу.

Даже учителя горько плакали.

Мама не отходила от гроба и рыдала, уткнувшись носом в тело дочери.

– Прости меня, моя доченька… Прости, что не уберегла… Прости…

Отчим сдерживался, хотя в его глазах блестели слезы.

Над школой повисла тишина.

И никто не заметил маленькую девочку в джинсовом сарафане, стоящую в сторонке.

По бледному лицу катились слезы.

– Теперь тебе лучше?..

Маша повернулась.

Миша стоял за ее спиной, спрятав руки в карманы брюк.

– Да. – Девочка кивнула. – Теперь мне лучше. Я не должна была их пропускать. Эти похороны… Мама… Папа… Я всегда их буду любить…

Миша усмехнулся.

– Я тебя понимаю. Я когда-то был на твоем месте…

Маша взяла его за руку.

– Пойдем. У нас много дел.

Миша улыбнулся.

– Пойдем.