Славный вечер с мистером Хопкинсом

Глава 1

В этот вечер Марк не смог уснуть. После получения корочки об образовании каждый вечер задавался вопросом: «А как жить дальше?». Работа журналиста тяжелая, где тебе нужно замять свои принципы и идти на поводу, как услужливая собачка своего омерзительного босса, что жаждет заполучить статейку, набив свои карманы зелеными купюрами, исчезнув в закате небытия. Но пока в его жизни такого не произошло, он будет орать на своих сотрудников, что они бесполезные и в своей жизни ничего не получат. Деньги нужны всем, но и про самоуважение нельзя забывать.

Марк скитался по городу, не понимая, куда же ему примкнуться? Многие компании требуют многого от обычного стажера, а уходить в сольник невыгодно без ресурсов. И жизнь повела нашего журналиста куда только можно: почтальон, мойщик машин, кассир, грузчик. Любая мелочная работа ему была по душе из-за принципов не быть униженным на столбе позора. Никому не хочется находиться прямо на штыке, разрывая себя на две части.

Шли годы, Марк много читал и познакомился с писателем, чья работа запала прямо в душу. Роман «Убийство в отеле “Броди”» Д. Хопкинса. Название могло звучать как типичный детектив Королевы данного жанра, но она была совсем о другом.

Книга новая, что вышла недавно, и Марк сам не заметил, как пролетели те недели, читая ее. Он начал перечитывать данное произведение, каждый раз пребывая в восторге. Приходили осознания многих моментов; ответы на вопросы, которые могли бы кричать о сюжетных дырах, самим собой закрывались. Книга пугала… К ужасам ее можно было отнести, который уходит в более абстрактную форму. Книга таила в себе кучу загадок, недосказанностей и проявляя сочувствие к персонажам. Марк неохотно делился содержанием с окружением, называя книгу на 642 страницы лучшим, что мог сотворить человек.

С прошествием времени книга начала терять свой вид: обложка тускнела, страницы желтели, а корешок изнашивался, обнажая куски картона, из которого состоял сам переплет. Желание вернуть книге первозданный вид только увеличивалось, но мир жесток, и вкусы у людей тоже меняются. Книги больше не существовало в продаже.

Интересовавшись биографией автора, чудом Марк познал, что об авторе известно абсолютно ничего. Выпустив свою первую и, как выяснилось, единственную книгу, Марк пребывал в смятении. «Как такой автор, написавший такую историю, просто взял и исчез?» – спрашивал себя, листая страницы сайтов одну за другим. Бессмысленные попытки нарыть хоть что-то его все больше огорчали. Все же Марк не простой человек. Он журналист. Ни дня не проработав по профессии, решил во что бы то ни стало найти контакты Хопкинса. Даже если придется продать душу дьяволу.

У автора был сайт, что создали его преданные фанаты, которые разделяли такое же восхищение, как у Марка. Мистер Д. даже отвечал кому-то на сообщения, но последний раз выход в свет был почти десять лет назад. Как же поздно Марк познакомился с автором, так и не сумев спросить о чем-то…

На других сайтах контактов не было. Адрес почты не существует, а единственным способом коммуникации был его друг, который сам отвечал неохотно, кормя завтраками, каждый раз откладывая просьбы Марка о звонке. Несколько раз в месяц он мог побеспокоить его друга, но тот без желания заходил в чат и медленно, не торопясь писал каждый раз: «На следующей неделе. Он не берет трубку». Марк понимал, что Пол (друг мистера Д.) не обязан помогать и в любой момент может заблокировать его. Но та надежда, которую давал Пол, как-то помогала душевно. Рано или поздно мистер Д. возьмет трубку и тот сообщит, что рад встрече или что-то на подобии. И он ждал…

Прошло много времени. Марк уже успел поседеть, и его мозг вовсе позабыл, что когда-то ждал какого-то ответа. Пол перестал выходить на связь, а дергать человека лишний раз не хотелось. Все же он тоже человек и имеет право на личную жизнь. Но почему нельзя было отказать сразу же?

И вот мы пришли к тому, с чего все началось. Просто представьте картину: Марк возвращается ночью домой после тяжелой смены. Все его мечты и старания стерлись в прах, лежав тонким слоем пыли в квартире, где про уборку не слышали долгие годы. Смотря в кусок стекла, что криво забита в раму, заменяющая окно, он думал о смысле. Смысле собственного бытия.

Выйдя на балкон и облокотившись о перила, с которых можно легко вогнать занозу, Марк закурил сигарету. Здоровье уже не то, но эта проклятая привычка осталась. Каждый раз, вдыхая этот злосчастный дым, его пробивал кашель. Может, Марку бы не помешало сходить к врачу на обследование, но эта мысль не гуляла по его разуму. Ему было плевать. «Умру – значит так тому и быть», – твердил он всякий раз, когда проступали мысли о смерти. Это могло его успокоить на какое-то время, но эти мысли посещали все чаще. Страх умереть был не от факта, что его не станет, а от того, что он не успеет.

Не успеет что? Вопрос хороший. Может, не успеет свершить то, ради чего сходил с ума долгие годы? Тот самый ответ от Пола по поводу мистера Д.? Скорее всего… Но эти попытки он бросил еще давно, а продолжать сил нет.

Скинув окурок, он наблюдал, как тлеющая частичка мусора медленно и волнообразно падала. Может и ему свершить эдакое? Жизнь утеряла свой смысл с того момента, как он получил образование. Почему же люди гонятся за ним? Что оно дает-то? Люди за копейки горбатятся на таких работах, благодаря которым человек остается таковым. Но всех все устраивает. Люди привыкли терпеть и хавать унижения. Что-то немного сбилось это повествование…

Марк, войдя в комнату, свалился на кровать. Она была старой и знатно скрипела, но никто не жаловался. Значит, все нормально.

Взяв телефон в руки, в шторке висело уведомление. От Пола. Спустя столько лет.

- Он готов с тобой встретиться. Созвонись с ним, – написал Пол.

Марк чувствовал тревогу. Неужели то, чего он так желал, наконец исполнится? Та самая надежда, которую он закопал почти с десяток лет назад, воскресла. По правде говоря, она может выглядеть как уродец, но кому до этого есть дело? Он долго не мог нажать на экран, чтобы войти в чат. Но сделал. Спустя около получаса.

- Привет! Рад, что написал мне. Ты не врешь? Он правда готов? Черт, мужик, спасибо тебе. Я так рад! – написал в ответ Марк.

Его порыв не сильно понравился Полу. Он так думал. Такая реакция на обычное сообщение странная. Особенно спустя столько лет.

- Вот номер. Позвонишь сам, – ответил Пол. Больше он ничего не писал.

Марк тоже не стал отвечать. Все же собеседник из него такой себе и, чтобы не усугубить, решил промолчать.

Он записал номер отдельно на бумагу и с дрожащими руками держал телефон с оной вещью. Пальцы неохотно тянулись к экрану, будто специально промазывая, пытаясь нажать на цифры. Но Марк справился. Шли гудки… Затем еще… Нет ответа… Неужто Пол обманул Марка? Какая сегодня дата? 1 апреля... Кто бы мог подумать, что тот старый мерзавец решил вспомнить о Марке и так глупо подшутить над ним? Он обесценил просто все то, до чего Марк стремился. Можно бы так было подумать, но Марку перезвонили, а тот взял трубку…

- Я сейчас звоню Марку? – проговорил старый хриплый и еле слышимый голос.

- Да, все верно, – ответил Марк четко, будто бы пытался таким образом сказать по ту сторону, чтобы собеседник отвечал так же.

- Простите, что не ответил сразу. Возраст, если понимаете… Меня зовут Джимми. Может, мое имя вам ничего не говорит, но фамилия Хопкинс что-то дает?

И оно дало. Марку в грудь что-то ударило. Небольшая тревога от неожиданности, так как прямо сейчас с ним говорит человек, с которым тот мечтал встретиться.

- Д-да, говорит… – слегка заикнувшись, ответил Марк.

- Успокойтесь, пожалуйста. Я не мировая звезда, чтобы так реагировать, а всего лишь старик, что пытается прожить свою жалкую жизнь до конца, без боли и таблеток. Простите за такие подробности…

И в душе Марка все слегло. Такое краткое объяснение смысла своего бытия от Джимми будто кричало: «Он как я». Почему-то это радовало Марка, ведь он тоже недолюбливает свое существование, как он сам выражается.

- Мне очень нравится ваше творчество. Ваша книга стала открытием в моей жизни. От каждой прочитанной строчки меня вгоняло в дрожь, и каково было мое удивление, когда я обнаружил отсутствие других работ в вашей биографии. Эта книга все еще у меня, правда, время берет свое, но вполне читается хорошо.

- Радует, что кто-то еще помнит о моей книге. Очень радует. Дайте-ка угадаю… Вы журналист? Просто мы с Полом гадали, для чего вы хотели встречи со мной и пришли к такому итогу. Буду честен, я не хотел этого звонка или встреч, но боюсь, что мое здоровье кончается и вскоре меня не станет. Если вы хотите эксклюзива, то я буду рад, пока у меня еще есть возможность говорить и мой мозг не ушел в маразм.

- Спасибо вам огромное!

- Вам спасибо. Пол скинет вам мой адрес. Доброй ночи.

И мистер Д. сбросил трубку. Марк сидел еще какое-то время, держа телефон, прижатый к уху, пока по щеке не проступила капля слезы. Слезы радости? Пусть оно будет так. Марк человек не робкий. Все же у человека исполнилась мечта, а это уже о многом говорит…

Утром уведомление Пола разбудило Марка, хотя некогда добиться ответа от него стоило нервов. Адрес мистера Д. был почти у выезда с города. Этот выезд был один и спутать точно нельзя с чем-либо. Марк даже толком ничего и не приготовил. Все же старые мечты остались таковыми, и должного оборудования не имелось. По дороге он прикупил диктофон, недорогую камеру и несколько флешек, на случай если разговор будет долгим.

Приехав на место, Марк, взирая на кроны деревьев, приметил одиноко стоящий дом, как во многих фильмах ужасов. «Громадные особняки, которые обычно продают по дешевке семье, что неожиданно для себя встретятся со злом, древним культом, приведениями или подобной хренью», – произнес Марк, глядя на дом. Каждое приближение к дому сопровождалось мелодиями природы: сдавленная ногами трава, хруст палок, пение птиц или далекие трески чего-то. Утреннее марево слегка обманывает зрение, и четко разглядеть, что творится впереди трудно, но это не столь важно. Хотя важнее то, что Марк оделся легко, из-за чего холод пронизал его тело, проявляя желание побыстрее войти в теплое помещение, если оно теплое, конечно.

Подойдя ближе к дому, Марк заметил, как в окне зримо проступала тень, будто приближаясь для того, чтобы узреть ожидаемого гостя. Эта тень прельщала его, чуть ли не выжигала все вокруг своим вниманием. Она не пугала его, а наоборот, стала желанной. Эта новая загадка для него. На секунду он позабыл о мистере Д., но затем быстро вернулся к своим мыслям.

В дверь он постучал, но она отварилась перед ним. С мерзким скрипом, слегка слетев с верхней петли, она открылась с ударом о стену. Марк не понимал, куда ему идти. Вокруг все было покрыто паутиной, половина пола сгнила, а мебели практически не было. Лишь белые квадратные следы, словно силуэты забытых воспоминаний. «Поднимайтесь наверх», – услышал Марк голос, что разносился эхом по дому. Поначалу найти источник звука было сложно. Наверх это понятно, но куда именно? Скорее всего, чердак.

Поднимаясь по ступенькам, каждый шаг давался с трудом. Дом, по всей видимости, давно прогнил, и каждая ступень пошла по тем же стопам, прогибаясь под тяжестью ног Марка. Хватаясь за перила, чтобы хоть как-то держать равновесие, Марк вогнал занозу. Резко отдернув руку, он оступился назад, и дерево треснуло, создав небольшую ямку, о которую тяжело было не споткнуться. Дряхлое тело начало сваливаться под аккомпанемент треска дерева, по которому он ступал вверх. И тело приземлилось, подняв всю пыль, что годами скапливалась в этом небольшом квадрате. Пыль висела в комнате, схожая с утренней дымкой. Правда, дышать было сложнее, и частицы дольше находились в воздухе, но это не мешало нормально встать, прикрыть рот рукой и снова попробовать подняться.

На этот раз шаги были увереннее, но не теряли бдительности. Любой треск или скрип мог повторить неудачную попытку подъема, а второе падение может дать травмы. Благо, это происшествие не усугубило ничего и не повредило что-то важное. Минут пять похромает и пройдет. А на подходе дверь. Такая же старая, потресканная, со сколами, но дверь. Дверной ручки не наблюдалось, но она была не нужна. Она уже была приоткрыта и войдя, Марк увидел в темноте одиноко сидящего мужчину. «Прошу вас, проходите», – тихо произнес голос во мраке. Подойдя ближе, картина стала яснее: в темноте сидел не абы кто, а сам мистер Д., который вовсе не шевелился или так просто казалось. Напротив стоял стул, будто бы кто-то готовился к этой встрече. Марк сел, и удивительным образом он не трещал. Наоборот, на нем даже было удобно сидеть. Когда-то этот чердак был уютной мансардой, но необычный образ жизни мистера Д. показывает, как затворничество может изменить такое чудное место: осколки стекла от бутылок, сломанная мебель и сонм сигаретных бычков, разбросанных по углам. Наконец эта встреча свершилась, и Марк начал разговор, который ждал добрую половину своей жизни:

- Я до сих пор не верю…

- А вы поверьте! – с радостью ответил мистер Д. – Понимаю, что мои долгие ответы терзали вас, но я вам уже говорил, почему так. В любом случае, сейчас вы здесь.

- Мне тяжело будет все записывать вручную… Я могу использовать диктофон?

- Разумеется! И камеру тоже можете включить. Не каждый день ко мне приходят брать интервью.

- Камера… – с сомнением сказал Марк.

- Та сумка. В ней разве не она? Такие сумки я не видел лет двадцать.

- Ах, да, точно… – видимо, Марк забыл про нее. Не удивительно. Все же такое потрясение может сбить с головы все что угодно.

Марк поставил штатив, установил камеру, включил диктофон, и их беседа продолжилась.

- Как я могу к вам обращаться?

- Как вам угодно, Марк, – спокойно ответил мистер Д.

- Мистер Хопкинс?

- Уж лучше Джимми, – слегка недовольно произнес писатель.

- Хорошо. Джимми, как вообще вы пришли к писательству?

- Не знаю, на какой объем вы рассчитываете, но я постараюсь давать ответы удовлетворительные для вас. Я был очень глупым и незаинтересованным к жизни человеком. Сейчас это все только усугубляется, но тогда это были, как еще называют: «Подростковые проблемы». Такое обычно никто не воспринимает всерьез, мол: «С возрастом пройдет». Но в моем случае так не работало. Если быть максимально вкратце, то писать я начал из-за своей любви. Я не хочу рассказывать эту “милую” историю любви, так как она не имеет смысла. Вспоминать не сильно приятно, да и все это пустая трата. Во всех смыслах…

- Даже в смысле, что отношения пустая трата? – Марк решил спросить, так как словил удачную паузу в речи Джимми. Кажется, что он не сильно зол на то, что его перебили. Казалось, что ему нужна была легкая передышка.

- Да, вы правильно поняли, я все еще прибываю в одиночестве. После того опыта я словил эмоциональный срыв, а за ним и ангедонию, и с того момента мало что чувствую. Процесс написания книги начался во время прибывания в этом состоянии глупого ребенка, которого любили. Но все конечно, и кое-как удалось дописать ее. Если вы помните, то конец был очень эмоциональным, что сильно выбивалось от основного повествования. В этот момент мы и разошлись, оставив друг друга в забвение. По крайней мере, в ее голове это явно так, но мне порой по сей день тяжело… Думаю, такой ответ вас устроит.

- Вполне, – слушая, скрестил ноги. – Джимми, почему ваша карьера разорвалась на одной книге? Да, с ваших слов ответ приходит сразу же, но, может, у вас в планах есть или были другие книги? «Убийство в отеле “Броди”» очень необычная книга и каково же было мое удивление и одновременно тоска, что от вас больше не выходило книг.

- Конечно, они были. В начале любого своего хобби ты проявляешь юношеский максимализм, но через какое-то время твои планы проваливаются, и ты смотришь трезво на происходящее. Когда начинал я, мысли о книгах всегда кружили мою голову. Особенно когда под ухо тебе льстят, и ты правда веришь, что станешь лучше. Но, как я уже говорил, все планы проваливаются, и ты сбавляешь обороты. Тем более на тот момент я не написал и первой книги. Да и первую дописывать не хотел. Желание все сжечь не покидало мою голову, но меня переубедил Пол. Книга обрела свою дольку популярности, но эти дольки закончились, не принеся новый урожай. Вкусы у людей меняются, и моя книга просто была отложена в архив до лучших времен, которые уже не наступят. Книги – моя страсть! Но с этими уродами из издательств ничего не сделаешь. Им не нужно что-то новое и уникальное. Только деньги. Я был лишь одноразовым исключением.

- Может ли наша беседа как-то повлиять на ваш выбор и вернуть вас обратно в писательство?

- Марк, я понимаю ваше желание, но не забывайте сколько мне лет. Как уже говорилось в нашем телефонном разговоре, я пытаюсь кое-как существовать на пенсии, пытавшись забыть о боли, глотая таблетки. Рубцы на душе уже не излечить и внутренние боли тоже не поддаются лечению, но я страдаю от другой болячки. Врачи не шибко говорят мне о ней, чтобы не вызвать больше стресса. Но, если я правильно понимаю, то у меня аутоиммунная болезнь. Чего именно сам не знаю. Но каждый новый день дается мне с большими усилиями, так как что-то уничтожает меня изнутри, и я буквально гнию.

- Простите…

- Не нужно извиняться. Вы ничего не сделали такого, чтобы просить прощения. Люди привыкли извиняться за каждую мелочь, выставляя себя нежными. Это сильно бьет по восприятию к этому человеку и отношениям. Это не относится конкретно к вам, хотя может в вашей жизни были такие же случаи. Такие люди вызывают жалость и какое-то неясное желание понять, почему они такие. Если у вас имеются такие проблемы, то я бы пожелал справиться с этим недугом, пересмотрев свои взгляды на жизнь. Да, прозвучит грубо, но врать не вижу смысла.

- Что ж… Может у вас есть какие-то достижения? Участвовали ли в каких-нибудь конкурсах?

- Да. Когда я дописал книгу, у меня не было понимания куда мне идти. Случайно нашел какой-то отбор, где искали новых авторов. Суть отбора в том, что ты можешь прислать от одной до трех работ, а кучка идиотов будут читать это и оценивать. Почему идиотов? Администрация прямо сказала: «Не воспринимайте близко к сердцу то, что они говорят. Это лишь их мнение, что никак не влияет на сам отбор». Да, только от этих идиотов и зависело, попадешь ты или нет. Именно они оценивали, давали баллы и писали микроотзывы. Раз в неделю нам скидывали документы, где эта кучка высказывала и блистала своим умом. Пол в этом больше разбирался, и мы с ним сидели и читали все. Благо отбор был анонимным, но столько нового я про себя узнал. Я думал, что пришел в адекватный отбор, где оценивают идею, сюжет и саму работу, но подводные камни везде. Прошлись полностью, облив меня грязью с ног до головы. Оценили мое мышление, отсутствие мозга и множества другой подобной ереси. Зато они без проблем оценивали на высокие баллы иные работы, что полностью выбивались от общих правил и требований. Позже выяснилось, что эта конторка выдвигает своих же, вытесняя новичков. А эти новички просто для вида и иллюзии толпы. Так у меня и появилась ненависть к ним на долгие годы. Надеюсь, что они там все уже подохли, а я тварь еще живучая. Ха-ха.

Марку стало слегка некомфортно после таких слов. Желание смерти людям было чересчур, но это его жизненные взгляды. Все мы люди и у каждого свое мнение на людей. Кто-то их менее ненавидит, а кто-то, как мистер Д.

Марк не хотел как-то ругаться с писателем и не стал как-то выдвигать свою позицию на этот счет. Лучше принять чужое мнение, чем пытаться выставить себя правым. Ваша правда никому не нужна, кроме вас.

- Я хотел кое-что спросить у вас, – слегка растерянно сказал Марк.

- Я весь во внимании.

- Когда я подходил к дому, в окне виднелся некий силуэт. Это были не вы?

- Давайте упустим это и вернемся к интервью. Лучше забудьте то, что видели, – с некой опаской проговорил мистер Д. Что-то пугало его самого.

Какое-то время, находясь в темноте, глаза привыкли к ней. Некоторые участки чердака стали более зримыми. Позади мистера Д. находились чучела. Не манекены, что так же могут напугать до мурашек, а чучела. Хотя разница между тем и другим мала, но она имеется. Правда, из-за темноты нельзя дать 100% уверенность в том, чучело ли это, так как если даже и так, то Марку следовало бы сбежать отсюда как можно дальше. Ведь не отменяется тот факт, что он может стать следующей жертвой. Если бы это были чучела животных, то вопрос отпал бы. Но они были человеческими.

Манекены же имеют свою разницу по виду и материалу, из которых их сделали. Но отличия будут видны сразу же, а здесь нет четкого видения, что это. Сердцебиение Марка участилось, но он старался показать спокойствие на своем лице, но проступающий на лбу пот выдавал тревожность Марка.

- Вас что-то беспокоит? – не побоявшись, спросил мистер Д. – Вы так пристально смотрите мне за спину. Что же вы там такого увидели?

- Ничего такого, от чего я мог бы переживать, – выдал Марк. – Замотался я, и в глаза слегка плывет. Вот и кажется мне всякое.

- А может, и нет… – прошлось по тонким губам мистера Д. с едва слышным шепотом.

- А может, и нет… – повторил Марк, сам того не понимая.

Эта неловкая ситуация только усугубляла и меняла внутреннюю напряженность. Атмосфера в этих стенах поменялась, закрасив палитру более мрачными красками. Вероятно, Марк уже сходит с ума или что-то обитает в стенах этого места. Иначе как можно дать объяснение тому, что чей-то смех разносится вибрациями по дому. Будто кто-то завел игрушечную куклу, которая без конца смеется, раздражая своим гадким голосом. Но стоило мистеру Д. посмотреть своими уже слегка мутными глазами на Марка, то вся эта бессмыслица сразу же прекратилась. Безумием можно это назвать, но что-то Марка все равно останавливало. Что-то мешало ему встать и сбежать отсюда. Или кто-то, держа своими мерзкими, но бесплотными отростками…

- Не обращайте внимания на них. От этого они только сильнее веселятся и все больше наглеют. Просто сидите и дальше задавайте свои вопросы, пока они не поняли, в чем дело, – со спокойствием сказал мистер Д.

Такое Марка не сильно устраивало. Он не мог с точностью понять: это все ему кажется, и все это бредовый сон, либо же это происходит наяву, и он и вправду сходит с ума.

- После такого сложно что-то произносить… Я потерял нить понимания, что происходит вокруг меня… Я и про свои вопросы позабыл… – неуверенно отвечал Марк.

- Понимаю, но это дело привычки. Не призываю вас привыкать к этому, но давайте попробуем закончить все это. Вам же станет легче, как только покинете эти стены. Я же вижу, что вам здесь некомфортно.

- Х-хорошо… Было ли такое, что вы брали под свое крыло писателей-новичков?

- Честно, я ожидал другой вопрос. Не смогу сказать точно какой, но все же. Ожидания для человека самое тягостное, разрывающее его разум. Да и вас понять я тоже могу. Лучше поскорее свалить отсюда, чем сидеть за одним столом с безумцем. Ведь так? – слегка улыбнувшись, произнес мистер Д.

Его улыбка была жутковатой и неестественной. Как раз сравнимо с искусственной мимикой у марионеток. Если и пантомима совпадет с бездушьем, то сомнений никаких уже не будет.

- Если вам прям так интересно, то да, я брал учеников, кто так же хотел стать писателем. Скорее даже не как учитель, а наставник. По мелочи обучить какими-то литературными приемами я мог, так как эта база, которую никто не знает. Не буду лукавить, я сам многого не знаю, но старался делиться тем, что мне известно, дабы не загонять людей в заблуждение. Люди в начале допускают очень много ошибок, пытаясь показать свой мир, историю, задумку как можно скорее. Это уже потом они уделяют тексту больше времени, когда точно понимают, что готовы отдавать этому должное количество своих ресурсов. Но в основном это какие-то незначительные мелочи, на которые я обращал внимание.

- А было такое, что вас просили что-то поменять в тексте? Автор сам чувствовал, что что-то не то, и попросил вас что-то поменять.

- Конечно, да, но я этого не делал. Я яро отказывался это делать, так как любой текст важен для человека, создавая его привычки, личность и стиль. Если бы я туда влез, то это бы стерло всю индивидуальность в человеке. Каждая история создается внутри человека, и именно он решает, как и что выглядит. Я понимаю, почему они просят о такой помощи. Все мы одиноки в этом мире, и спросить банального совета о смысле жизни просто некого. А тут речь про писательство. То, о чем мало говорят. Хотя большинство советов это больше про личный опыт и тогда человек идет по стопам другого, разрушая свою идиллию. Так что не слушайте никого и просто творите. Это база, которую мало кто понимает. Всем нужно чье-то плечо, – с небольшой грустью ответил мистер Д.

- То есть конкретных учеников у вас не было?

- Именно! Я всегда работал один, и брать на себя такую ношу не был готов. Да, я любил читать разные истории от начинающих, делясь своим ненужным мнением. Тогда я любил этот ваш интернет… А дальше, сами понимаете – здоровье.

- Понимаю. А другие писатели обитают в вашей библиотеке?

- Формулировка забавная. Обитает… Прямо как в этих стенах, – слегка неудачно пошутил мистер Д. – Нет. На данный момент моя библиотека пуста. Около пяти лет назад я сжег все книги. Было грустно это делать, но и отдать кому-либо было некому. Мне предлагали книги как подарок, но я сразу предупреждал, что сожгу их. Ранее читал. Мало, но читал. Прямо так и не вспомнишь… Но прям из классики это По, Лавкрафт и… черт, даже стыдно как-то… Он из немногих ныне живущих авторов, правда он давно не пишет. Вроде Лиготти была фамилия. Да, Лиготти. Автор странный и необычный, несмотря что его часто сравнивали с Лавкрафтом. Они сильно отличаются по мышлению и взгляду на мир, хотя по началу так и не скажешь. Я мало читал, повторюсь, поэтому больше авторов вам не скажу. Мимолетно как-то приходилось читать других, но, если я не смог их запомнить, значит, они не смогли выделиться на фоне остальных, так и оставшись сливаться с единой природой в глубокой темной яме небытия.

- А как вам Кинг?

- Не интересный, – словно плевав в его сторону, произнес мистер Д. - Пишет посредственно и скучно. Больше про него ничего не скажу.

- И последний вопрос, чтобы не утомлять вас: Какой совет вы дадите начинающим писателям, кто только начинает?

- Не торопиться, не строить огромных ожиданий и главное, в начале напишите что-то небольшое. Так вы поймете: нравится вам писать или нет. Опять же, вы вправе не слушать меня и двигаться, как сами пожелаете. Но прошу, не повторяйте чужой опыт – выстраивайте свой.

- Спасибо большое за ваши ответы. Приятно было поговорить.

Стоило Марку только встать со стула, как тут же его остановил мистер Д.

- Стойте, это все? Вы так долго ждали встречи со мной, но ни разу не спросили за мою книгу. Вы правда готовы уйти прямо сейчас и остаться в дальнейшем со многими вопросами, ответы на которые не сможете получить дальше? – очень недовольно спрашивал мистер Д.

А ведь действительно. Столько лет ждать ответа, сдувая пылинки с самой заветной мечты, которую ждал Марк. Ответ здесь прост – Марк не готовил вопросы для интервью. Его настолько ошарашила новость об одобрении в общении, что времени не хватило на вопросы. Какие-то базовые смог накидать по дороге, но сюжет самой книги, хоть она и приносила восторг во время чтения, подзабылся в голове у нашего интервьюера. Но кое-что другое он не забыл. Ту самую книгу, которую он взял в первых тиражах.

- Прошу прощения за такую оплошность. В качестве извинений хочу вам дать в руки вот что, – протянул мистеру Д. ту самую книгу «Убийство в отеле “Броди”».

- Да, время берет свое, – аккуратно проводя рукой по корешку, пробормотал мистер Д.

- Может, зачитаете что-нибудь оттуда? Как раз вспомним оттуда что-то.

- Если просите…

Мистер Д. открыл книгу, изумляясь от ее сохранности. Да, ее знатно потрепало, но все же это лучший показатель того, что о книге хотя бы пытались заботиться. Он получал удовольствие от каждого перелистывания страниц, шуршание которых приносил экстаз на короткое время. Вернувшись к началу, откашливаясь и сделав пару глотков воды, началось чтение того, ради чего произошла эта встреча.

- Кхм-кхм… «Это был хороший день. Войдя через эти двери, небольшой скрип вернул меня в реальность. Мне свойственно погружаться в свои переживания или какие-то другие глубокие мысли, которые приходят в мой мозг через иные источники звука. Нет, я не про внешнее что-то, а именно иные. Чуждые мне голоса, которые явно никогда не пересекались с моей жизнью, а тем более произнесенные слегка искаженным языком, пугали меня. Мне с трудом удавалось понять их и из-за этого жить становилось куда тревожнее. Мне бы хотелось избавиться от них, но они будто стали частью меня. Как вторая семья, но куда роднее…».

Что-то странное начало происходить в этом помещении. Прочтенное начало становилось явью прямо на глазах. Те самые голоса, что упоминались в оном отрывке, исходили из стен. Эти отголоски и ранее блуждали вокруг, но именно после чтения они стали вести себя более нагло, будто бы ожидали своего звездного часа. Марк знатно испугался, но вспомнил слова мистер Д., которые ранее предупреждал о них. Все же интерес к произведению был куда выше страха, но и страх давил тоже неплохо. Нужно было его лишь перебороть и дождаться конца чтения. Негоже отвлекать человека от занятного дела.

- «Подойдя к стойке, за ней стоял очень странный парень. Он очень неестественно улыбался и смотрел своими стеклянными глазами, будто вовсе не моргая. Мне нужен был ключ, просто ключ, чтобы поскорее скрыться от этого безумия. Может эти голоса как-то искажают мою реальность и в самом деле этот парень нормальный, но внутренняя чуйка молила скрыться как можно скорее. Войдя в свой номер и заперев двери, за ней послышался смех. Он был истеричным и безумным, убеждая меня дальше оставаться в стенах этой комнаты…».

И снова начали происходить странности. Сзади Марка была дверь, что была входом на чердак, а за этой дверью послышался тот смех, что описывался в книге. Такой же безумный, будто повторял точный сценарий. Может, мистер Д. решил подшутить над гостем и специально подготовил весь этот цирк? Все же не зря он настаивал Марка спросить за его книгу. Это просто часть представления. Не нужно принимать то, что все это реально. Возможно, реально…

- Может, стоит прекратить чтение? Я смотрю, вы сильно разнервничались, – подметил состояние мистер Д.

- Нет, все нормально, – приврал Марк. – Можем продолжать.

- Как вам угодно. «В коридоре стало тихо. Настолько, что казалось я один находился в этом отеле. Его назвали в честь Броди. Он же Эдгар Броди. Один из основателей одноименного отеля. Где-то писалось, что основателей около пяти, но именно Эдгар выделился на фоне остальных своими достижениями. Загадочным образом пропали все, кроме самого Броди. Вскоре и он исчез, как только начали появляться слухи об этом месте: загадочные исчезновения, убийства, рабство, торговля людьми… Якобы где-то в подвале есть целая сеть туннелей, через которые перевозили все, что можно. Но это опровергло правительство. Хотя, а можно ли им доверять? Кто знает. В любом случае это место привлекает туристов из-за своих легенд. Но есть еще в ней странное… Стоило хоть раз переночевать тут, то ты становишься узником этого места. Неведомая нить связывала тебя, создавая ломку. Это очень странно… Ломка от места, в котором ты был единожды… Сиди же дальше в своих страданиях, разрывая обои в своем собственном доме из-за денежных ограничений. Одна ночь в отеле дорогого стоит, а внутренний ребенок желает посетить это место любой ценой…».

- Охренеть…

- Что такое? – обеспокоенно спросил мистер Д.

- Все хорошо. Просто… я чувствую радость от услышанного, будто сам читаю это… Я множество раз перечитывал книгу, получая каждый раз дикое удовольствие. А слушая эту историю голосом самого писателя, вызывает только восторг. Только автор знает, как именно звучат его персонажи и какую эмоцию он заложил в определенную сцену.

- Я польщен, – слегка радостно ответил мистер Д., затем продолжил чтение. – «За окном начал бушевать ветер. Ветер, который принес за собой огромные клубки серых облаков. В прогнозе погоды не говорилось об изменениях, но для этого места играет своя природа. Серые облака превратились в сплошную черную массу, затмив все вокруг, поглощая все огромной тенью ужаса. Вспышки зарницы разрушали тьму на какое-то время, предвещая скорый приход дождя. Стены комнаты будто трескали или шуршали, теревшись друг о друга. Это сложно объяснить, но слышится именно так…».

Как бы прискорбно это ни звучало, но прочитанное начало проявляться вновь. За окном резко потемнело, крича своими вспышками, что скоро все вокруг будет залито холодным душем отчаяния. С каждым разом слушать чтение страшно, и если смех на первом этаже еще можно было как-то оправдать, то настолько резкую смену погоды уже не выходит. Резкие сцены в голове у Марка возвращались спустя столько лет. Он многое позабыл, но какие-то куски знатно засели в его голове. Его впечатления достигали такого апогея, что он запомнил нумерацию страниц и строки, в которых это все писалось.

Если заметить, то мистер Д. читает только определенные куски. Он творец своего детища, знающий каждый уголок своего мира, где скрыты сакральные знания и смысл. Он понимает свое куда лучше, чем кто-либо еще. Все приходит со временем у других людей, а кто-то бездумно прочтет книгу и забудет про нее. Но сам мистер Д. понимает свое дитя и пытается выделять, может даже и простые, но интересные моменты с книги. Да, многое упускается, дабы проявить интерес человека к его работе, но не будем забывать, что его книги больше не существует.

- Скоро дождь, – подметил Марк.

- Удивительное совпадение, – поддержал мистер Д., делая вид, что он не знает об этом.

- Возможно, пора заканчивать и ехать домой. Может, у вас уже время сна, а мне еще завтра разбираться со всем, что здесь записалось.

- Вы готовы уйти просто так, пропустив самый интересный момент? Неужели вы не желаете послушать его из моих уст? Прошу, всего один кусок, и вы можете идти. Скажу вам по секрету, эта сцена была куда более расширенной, но издатели удалили ее, чтобы не пугать неопытных, но любопытных людей. Этот кусок я выписал себе отдельно, понимая участь этой сцены. Ну же, останьтесь еще на пять минут и послушайте ее.

Марка слегка пугало такое стремление удержать его, пытаясь завлечь внимание чем-то запретным. Человеческое любопытство однажды сыграет по-своему в этом мире. Разумеется, речь про плохую сторону. Также и здесь…

- Убедили, – выдавил с себя Марк.

- Прекрасно! – изумленно ответил мистер Д. тянувшись к тумбочке, где и лежала заветная бумажка. – «Крики, что не давали мне покоя, свели меня с ума. Не в том понимании, что моему рассудку пришел конец. Я не понимаю, почему никто не пытается узнать причину этих криков. Явно здесь есть еще люди, которые смогли обрести ночь в этом месте. Я не безумец, которого влюбило это место. Просто оно само тянет… Так же, как и других людей…

Смех того парня из ресепшена стих, или его глушил тот самый крик. С каждым разом он становился громче, словно этот голос входит прямо в тебя через ухо. Я не мог этого терпеть и отворил двери своего номера. И я просто встал. Встал посреди пустого коридора, в котором даже не играла бесящая отельная музыка. Было настолько тихо, что мое собственное сердцебиение отдавало в тело.

Крики той девушки прекратились так же внезапно, как и начались. Они усиливались с небольшим интервалом, давая тебе небольшое время на передышку перед новым заходом. Но теперь тишина… Вокруг было множество дверей, которые не поддавались. Я пытался найти малейший писк, который сказал бы мне, что именно здесь это происходит, но его не было… Но что-то мелькнуло в конце коридора. Номер, ключи которых не было за стойкой, был открыт. Я не решался подходить, и чтобы обезопасить себя, вернулся в свой номер. Дождался утра и удрал оттуда как можно скорее. Как бы сильно это место не манило меня и не разрывала мою душу, создавая незначительные порезы на моем теле, я твердо решил, что больше никогда снова не вернусь…».

- Так это же было в книге?! – возмущенно ответил Марк.

- Знаю, – с небольшой ухмылкой глянул мистер Д. на гостя. – Как вы помните, дальше были мысли героя и росписи его внутреннего состояния. Это моя часть, которую я писал на замену тому, что решили удалить. Я специально зачитал именно вышедший вариант, лишь чтобы, посмотреть на вашу реакцию. Она показалась мне весьма странной и забавной. Прошу не брать на свой счет. Все же жизнь в четырех стенах ужасна. Особенно на этом проклятом старом стуле.

Мистер Д. демонстративно подвигался на стуле, показав его скрипучесть и жесткость, но Марк слышал только скрип. Он все больше не понимал намерения мистера Д. и просто наблюдал за происходящим. Только потом стало ясно, что те же женские крики были, также гуляющие по первому этажу. Марк не заметил этого по той причине, что сильно увлекся процессом слушания, представляя всю картину как при первом чтении. Он думал, что все это у него в голове, но в самом деле крики были.

- Вы вообще выходите отсюда?

- Когда как… – тяжело вздыхая, сказал мистер Д. – Обычно я остаюсь здесь. Тут тихо и мало что мешает. Особенно эти вредители…

- Вы про…

- Тсс, – перебил Марка мистер Д. – Я же просил не говорить про них. Ко мне та они привыкли, но вы для них чужак. Может, отложим книгу и прочту то, что не вошло в изначальный вариант. Поверьте, оно вам понравится. Считайте самый мощный эксклюзив. Его даже в интернете нет. Больше скажу, что даже Пол не знает об этом. Начнем?

- Слушайте – это ваш вечер. Вам решать, что именно вы хотите рассказать. Не берите в тот оборот, что я какой-то злой. Просто еще тогда мы договорились об этом куске, и ваше право, читать или нет.

- Точно-точно… прошу прощения. Старость, не забываем про это. «…Номер, ключи которых не было за стойкой, был открыт. Свет проступал через дверной проем, но что-то не давало этому свету раскрыться полностью. Что-то находилось перед ним… Подойдя к проему у порога была лужа крови. Я был не богат, и моя обувь была плоха, из-за чего эта теплая, но густая масса влилась небольшим количеством внутрь. Липкая, с неприятным металлическим запахом жидкость покрыла мою стопу, но не мешала ходьбе. Приподняв свою голову через мерцающий свет, я увидел это… Голова начала кружиться, тянуло немного к рвоте, а устоять на ногах была той еще задачей. Света в самом номере не было – это был фонарь, стоящий у окна. Когда я смог более-менее прийти в себя и сфокусировать свой взгляд на этот ужас, мне все равно удавалось с трудом принять происходящее как что-то настоящее…

Перед фонарем висело тело… Без рук и ног… Тело было женским и оголенным, привязанным на веревке. На теле можно заметить множественные побои и ножевые ранения… Страшно то, что это происходило недавно. Эта девушка страдала от рук непонятных психов, пока все проявляли равнодушие. Жутко не то, что ее тело висит и качается на веревке. Ее привязали заранее в форме звезды, потихоньку отрезая части тела. Эти самые части лежат здесь, брошенные по тем углам, где привязаны веревки. Жутко то, что никто не пытался помочь этой невинной душе…Это люди, если их можно было так назвать, не пытались скрыть свое злодеяние. Они оставили все на местах, словно крича: «Посмотрите, что мы сделали».

Эти глаза… Эти пустые и мертвые глаза смотрели в пол. Веки ее не были закрыты, и пугало то, что она поднимет свой взгляд на меня, обвиняя в моей беспомощности. Я стоял, озирая происходящее, и не мог уйти отсюда. Что-то насильно удерживало меня, будто впиваясь в мою подошву. Но меня быстро приземлило в мир людей, когда я услышал нервный смешок из шкафа, находящийся справа от меня…». Конец, друг мой, – закончил такими словами мистер Д.

Но непонятно… Конец для кого? Он поставил точку в чтении или намекнул, что это конец для самого Марка? Такие доводы можно сделать из происходящего далее. Этот смешок повторился, но в потемках. Там, куда ни разу не пытался смотреть Марк. Чучела куда более заострили его внимание, из-за чего он потерял бдительность к другому окружению. Из темноты вывалилось тело. Оно прокатилось, оставив за собой кровавый след. Это тело было в точности такое же, как из отрывка: без рук и ног. Лишь голова неприятно ударялась об пол. Марк, как пугливая кошка, запрыгнул на стул. Мистер Д. посмотрел на это, будто все так и должно быть. Он никак не реагировал, а лишь наблюдал за представлением. Кусок тела подняло голову и пристально посмотрело на Марка. Рот начал раскрываться так, как человек снимает с себя капюшон, но вместо головы обнажались внутренности. Все выворачивалось наизнанку, а сама кожа пропадала, будто сливаясь единым целым с полом.

Чучела вокруг ожили, обхватив писателя своими руками, словно обнимая его.

Кто же еще стал жертвой, попав в его мерзкие лапы? Сколько таких же любопытных людей исчезли из-за рук этого старика? Марк об этом точно не узнает.

Дом начал трещать по швам, будто что-то огромное снаружи стоит и давит своими руками само здание. Марк выскочил со своего места и бежал к выходу. Лестница сама по себе была хлипкой, а после тряски вовсе развалилась, создав под себя бездонную пропасть. Марк пытался как-то спуститься, перебирая свои ноги по остаткам дерева, на которые еще можно наступить, но оно не выдержало, и тело свалилось вниз… опять…

В этот раз падение было неудачным, и Марк подвернул ногу. Жгучая боль сразу же пронзила его ногу, оставляя бедного человека в неприятной ситуации. Встать Марк по началу не смог, лишь облокотившись о выступ, на которой были ступеньки. Перелезая через, так скажем, ограду, он снова свалился, но покатившись вниз, собирая подбородком остатки ступенек. Встав на другую ногу, он похромал до выхода, пока не услышал в след: «Приятно было пообщаться, Марк». Этот голос был мистера Д.

Марк не желал оборачиваться и шел до своей цели, пока проход за ним не обрушился, обвалив весь дом подчистую, будто нечто под землей поглотило здание, свалив все в глубокий котлован. На улице так же шел дождь, а Марк, упав на спину после побега, наблюдал за тучами. Тяжелая одышка даже заглушала сам дождь. Эта ночь была особенно яркой, несмотря на облака. Все происходящее не укладывалось в его голове. Тяжело поверить, что все увиденное являлось правдой. Но, несмотря на все безумие, в его руках находилось то, что обычно называют ценным – запись. Показать всему миру все безумие, что произошло на его глазах. Доказать, что он не сошел с ума и в мире слепцов есть что-то чуждое.

Придя домой, Марк включил запись, но она была пуста. Он все перематывал и зажимал несчастную кнопку, надеявшись, что что-то там будет, но кроме своего голоса ничего не было слышно. Затем он потянулся за камерой, где на записи видно, как Марк сидит на стуле и общается сам с собой с другим, но пустым стулом. Ни смены погоды, смеха или чучел не было в кадрах. Просто ничего. Лишь непонятные вопли со стороны Марка в тех моментах, когда он что-то видел. Так и получается – все ценное, что у него есть, является пустышкой. Если показать это миру, то каждый посчитает его за психа. Тот момент с побегом был липовым. По крайней мере, так скажут люди, что увидят эту запись. Какой же удивительный фокус совершил мистер Д., делая из Марка дурака. Другого объяснения наш герой найти не мог и специально вернулся на то место утром, где, по идее, должны быть руины. Но там стоял дом: полностью заколоченные окна, двери и никакого намека, что там когда-то находилась чья-то душа.

С тех пор Марка запомнили на улице как местного больного, который каждый раз сбегает с психбольницы и пытается доказать всем, что таинственный мистер Д. существовал, бегая от человека к человеку, нервно пихая им в лицо свой диктофон, где кроме белого шума ничего не было. Вот так мечта может стать раковой опухолью души, превратив вас в полное посмешище. Будьте реалистами и не забывайте заземляться…