Seasons: Дневники

Весна.

6 марта.

Привет. Я помню, как ты просила меня не оставаться в одиночестве. Говорила, что всегда будешь рядом. Но я один. А тебя нет.

7 марта.

Твой отец очень сильно расстроен. Я не могу смотреть ему в глаза, но я уверен, что они красные от слез. Я боюсь, что он винит меня. Может я правда виноват?

8 марта.

Началась подготовка к похоронам. Я до сих пор не могу поверить, что тебя больше нет. Наверное и никогда не поверю. Твоя семья спорит о том, хоронить ли пустой гроб или провести процессию без закапывания. Я не знаю что делать. Помоги мне.

9 марта.

Они не могут определиться. Ведут себя так, словно это их день а не твой. Мне сказали молчать. Молчать. Словно меня это не касается. Я разозлился.

11 марта.

Прости меня. Я не хотел. Это все он. Почему он ведет себя так, словно я не являюсь частью этого? Из-за того, что я его ударил, мне сказали не приходить на похороны. Я не смогу с тобой попрощаться.

12 марта.

Я не смог уснуть. Я все еще вижу твое лицо. Оно преследует меня везде. Ты продолжаешь наблюдать за мной даже так?

15 марта.

Видимо мы не распрощаемся… Эти твари не хотят мне говорить, где будут твои похороны. Что мне делать?

18 марта.

Я знаю, что ты бы этого хотела. Я нашел это кладбище. Нашел твою могилу. Я думал, что она будет красивей. Интересно есть ли под землей гроб?

19 марта.

Я не хочу, чтоб ты уходила. Я не хочу уходить. Охранники требуют уйти. Я не хочу.

19 марта.

Меня выгнали силой. Он сломал мне руку. Мне теперь даже нельзя навещать тебя. Пожалуйста помоги мне.

23 марта.

Я не могу спать я не могу есть я не могу никуда пойти… Я не могу ничего без тебя. Пожалуйста вернись…

26 марта.

Я проспал двое суток. Видел такие прекрасные сны. Там ты была со мной, поддерживала меня. Ты говорила, что все будет хорошо. Я до сих пор верю тебе.

27 марта.

Я вижу свои ребра. Нужно начать есть. Дай мне пожалуйста сил.

29 марта.

Вышел из дома. На улице ливень. Холодно. И внутри и снаружи…

29 марта.

Оказалось, что у меня нет денег. Придется искать работу.

30 марта.

Я попытался найти работу в магазине рядом. Не смог. Девушка там была похожа на тебя. Тот же цвет волос.

30 марта.

Пока шел домой, в каждой толпе и каждом уголке видел зеленый цвет. Твои яркие волосы я запомнил навсегда.

3 апреля.

Похоже я потерял сознание. Я все еще не могу нормально спать. Я просто теряю сознание от истощения. Мне звонил твой отец. Не дозвонился. Мне перезвонить?

4 апреля.

Я слышу, как ты шепчешь мне. Я понимаю, что это неправда. Что это результат истощения. Но я счастлив думать, что ты говоришь со мной. Пусть это и не твой голос. Я позвоню ему, как ты этого просишь.

4 апреля.

Он пытался извиниться. Говорил, что все мы были на нервах. Были. Он уже смирился. Мы договорились встретиться. Мне нужно идти?

Да.

5 апреля.

А ты очень разговорчивая. Всегда была. Мы встретились с твоим отцом. Он меня раздражает. Его дочь пропала, а он в полном порядке. Я слышу, как ты говоришь ему о любви. Но он не слушает. Не хочет слышать. Я слышу, как ты извиняешься перед ним. Это он должен извиняться. Что посмел забыть тебя.

8 апреля.

Он нашел мне работу, видимо мне придется писать реже. Прости, что я буду реже тебе отвечать, когда ты говоришь мне так много.

15 апреля.

Они смотрят на меня. Все они смотрят на меня. Словно я безумец. Что я делаю не так? Я просто хочу говорить с тобой. Почему они так смотрят?

Послушай меня, я всегда буду рядом с тобой. Я всегда буду с тобой. Я всегда буду с тобой. Я всегда буду с тобой. Я. Всегда. Буду. С. Тобой.

20 апреля.

У меня похоже начинаются проблемы с памятью. Я не помню, чтоб писал это. Ребята с работы начинают бояться меня. Я не общаюсь с ними, но они говорят, что я постоянно что-то шепчу. Не замечаю за собой такого. Они просто делают из меня сумашедшего?

25 апреля.

Зеленый. Ее волосы покрашены в зеленый. Голубые глаза. Сухие искусанные губы. Это была ты? Нет. Не может быть. Это невозможно. Это не могла быть ты. Ты же говорила со мной в тот момент.

25 апреля.

Мне выписали штраф за то, что я напугал ту девушку. Она напугала меня гораздо сильнее.

27 апреля.

Я слышу тебя все отчетливей. Почему ты говоришь с такой болью? Почему я слышу слезы в твоем голосе? Почему я слышу тебя, но не могу понять? Что это за язык?

Кхарр – Люблю

Мха – Ты

Ие – Я

1 мая.

Кажется я начинаю понимать. Ие Кхарр Мха? На меня не перестают смотреть.

3 мая.

Я видел тебя. Сегодня. В окне. Это точно была ты! Я не мог спутать. Точно не тебя. Люди вокруг говорят, что никого там не было. Но я точно видел.

5 мая.

Я снова перестал спать. Твой образ не дает мне даже на секунду заснуть. Твой голос просит тебя найти. В каждом уголке я вижу твои зеленые волосы. Каждый день.

9 мая.

Твой отец думает, что я сошел с ума. Они рассказали ему, как я ищу тебя. Я слышу, как ты шепчешь не держать зла на них. Но я не могу. Они лезут не в свое дело.

11 мая.

Ты пытаешься мне что-то показать?

11 мая.

Я весь день видел тебя в окне. Сегодня ты не уходила. Ты ждала меня, а я не мог выйти. Наконец я вышел, ты повела меня куда-то. Я слышу, как ты говоришь мне идти дальше. Но не могу. В следующий раз, хорошо?

13 мая.

Ты слишком громко кричишь. Я знаю, что тебе это важно. Пожалуйста. Для меня это тоже важно. Просто. Дай мне немного времени. Хорошо?

18 мая.

Хорошо, я пойду за тобой. Веди.

23 мая.

Мы пять дней шли. Я очень устал. Но я не могу остановиться. Я вижу, куда ты идешь. Я слышу как ты кричишь в моей голове. Пожалуйста.

25 мая.

Я нашел тебя.

30 мая.

Я слышу твои крики боли. Я не слышу ничего кроме них. Пожалуйста. Я не могу больше смотреть на твое спящее тело. Пожалуйста проснись. Не оставляй меня одного. Не уходи. Будь со мной всегда. Пожалуйста. Если ты уйдешь, я уйду вместе с тобой. Пожалуйста. Пошли домой.

Я отнесу тебя домой.

Только пожалуйста.

Проснись.

Лето.

4 июня.

Я слышу, что ты не спишь. Тебе с каждым днем все хуже и хуже. Несколько раз приходили соседи и жаловались на «странный запах». Вроде бы все в порядке.

5 июня.

Ты не перестаешь кричать. Я устал. Я хочу услышать что-нибудь кроме этого душераздирающего крика. Пожалуйста. Поговори со мной.

5 июня.

Который день я уже не сплю. Ты была такой холодной, я укрыл тебя. Но ты продолжаешь кричать. Ты ничего не ешь, не просыпаешься. Что мне сделать, чтоб тебе было легче?

8 июня.

Я несколько дней не мог найти свой дневник. Кто бы мог подумать, что я найду его у тебя под одеялом. Если ты просыпалась, могла мне сказать.

9 июня.

Я начал замечать все больше насекомых. И похоже, они тебя очень любят. Я тоже.

11 июня.

Снова приходили соседи. Я до сих пор не понимаю, какой такой запах им не нравится. Я только чувствую запах цветов. Ну и немного сырости.

13 июня.

Сегодня я точно видел как ты двигалась. Дернула рукой, чтоб отмахнуться от мухи!

14 июня.

Кажется я привык к этим постоянным крикам. Они больше не оглушают меня. И перестают надоедать.

Почему?

Ты словно только передо мной не хочешь просыпаться! Я видел как ты двигаешься! Я слышу как ты кричишь! Постоянно перебираешь вещи, пока я не вижу! Тут всегда бардак! Я тебя чем-то обидел? 15 июня.

16 июня.

Я боюсь открывать одеяло под которым ты спишь. Словно что-то говорит мне, что лучше этого не делать. Я понимаю. Может ты не хочешь, чтоб тебя трогали..

21 июня.

Как же меня достали эти проклятые насекомые! Постоянно эти мухи, жуки и личинки! Чем им так понравился наш дом?

24 июля.

Соседи снова стучали. Я устал им открывать. Кажется в этот раз они привели с собой кого-то. Плевать. Вдруг они мешают тебе отдыхать?

25 июня.

Кончилась вся еда. Ты все равно ничего не ешь. Но мне есть надо. Скорее всего часть продуктов сьели эти проклятые насекомые.

27 июня.

Ты снова говоришь со мной! Только я не могу понять, что ты мне шепчешь.

27 июня.

Ты предлагаешь мне сьесть насекомых? Но я ведь могу сходить в магазин. О, я понял. Ты не хочешь, чтоб я оставлял тебя одну. Хорошо.

29 июня.

Сегодня я видел тебя в зеркале. Ты что-то царапала на стене. Я сразу подбежал и хотел посмотреть. Но ты легла обратно под одеяло быстрее. Я хотел обнять тебя, но ты начала кричать. Я не хотел тебе мешать. На стене было пусто.

1 июля.

Я проснулся сегодня гораздо раньше обычного. Весь потолок был покрыт чем-то сине-зеленым. Сначала я подумал, что это твои волосы. Обрадовался. Но это просто плесень.

3 июля.

Эти насекомые не дают мне спать. Они все ползут от тебя! Зачем ты их зовешь сюда?

5 июля.

Я хочу тебя увидеть. Можно?

6 июля.

Сегодня я видел тебя на стене. Ты зачем-то висела там. Помня прошлые случаи, я решил тебе не мешать. Странно. Давно моя зубная паста была такого красного цвета?

7 июля.

Я увидел на стене надпись. Пытаюсь ее разобрать.

7 июля.

ПОЧЕМУТЫНЕХОЧЕШЬПРОСЫПАТЬСЯПОЧЕМУТЫНЕХОЧЕШЬПРОСЫПАТЬСЯПОЧЕМУТЫНЕХОЧЕШЬПРОМЫПАТЬСЯПОЧЕМУТЫНЕХОЧЕШЬПРОСЫПАТЬСЯПОЧЕМУТЫНЕХОЧЕШЬПРОСЫПАТЬСЯПОЧЕМУТЫНЕХОЧЕШЬПРОСЫПАТЬСЯПОЧЕМУТЫНЕХОЧЕШЬПРОМЫПАТЬСЯПОЧЕМУТЫНЕХОЧЕШЬПРОСЫПАТЬСЯ

8 июля.

Мои руки почему-то все исцарапаны. Под ногтями засохшая кровь. Я начинаю слышать копошение под твоим одеялом. Ты больше не кричишь.

Не открывай это одеяло ни за что и никогда.

12 июля.

Я собираюсь убрать твое одеяло. Ты под ним постоянно что-то делаешь. Это меня раздражает.

13 июля.

Я собираюсь убрать одеяло. Насекомых стало слишком много.

14 июля.

Я собираюсь убрать одеяло.

15 июля.

Я собираюсь…

16 июля.

Я не помню, что собирался делать. Или вроде как уже сделал?

18 июля.

Я начинаю понимать тебя. Сегодня был первый раз, когда мы так хорошо поговорили. Рад, что я снова могу общаться с тобой.

21 июля.

Сегодня в дверь стучались полицейские. Я испугался, что тебя могут забрать. Сделал вид, что никого дома нет.

23 июля.

ЗАТКНИСЬЗАТКНИСЬЗАТКНИСЬ

21 июля.

Привет. Я знаю, что ты все еще здесь. Каждый прожитый тобой день в этом аду лишь приближает тебя к краю. Она мертва. Смирись уже с этим. Я знаю, как сильно ты этого не хочешь. Но она этого хотела бы. Чтоб ты смог жить без нее. И чтоб наконец похоронил ее гниющие кости.

23 июля.

Я начинаю забывать некоторые дни. Путаюсь во времени, в словах. Мне казалось, что недавно я написал что-то важное. Но не могу вспомнить что. Ты мне говоришь не вспоминать. Хорошо.

26 июля.

Прости меня

30 июля.

Меня всего искусали твои насекомые. Но я их тоже много покусал!

1 августа.

Я боюсь. Ты говоришь о страшных вещах. Слишком страшных. Ты не была такой раньше.

3 августа.

Нет. Я не буду никого убивать. Хватит.

4 августа.

Я знаю, что ты хочешь как лучше. Но мы правда уже не справляемся. Ты не вылезаешь из под своего одеяла так долго, что на нем уже выросли цветы. Мечтаешь полежать на поляне? Нам нужно что-то делать.

.атсугва 5.

.упуруш укпаш алсенс отч ,окьлотсан яаннечурказ акйаг ,мозар аз зар ястеавичуркереп угзом меом в от-отч онволС .ьтыб онжлод оно микак ,микат ямерв ьтащущо юатсереп Я

1 августа.

Тебя больше нет. Вот что я оказывается забыл. Насекомые, пожирающие твою плоть на протяжении нескольких месяцев наконец своим движением стянули это чертово одеяло. Я жалею о том, что увидел. Твои грязные, облепленные личинками и жуками кости, покрытые плесенью и насекомыми экскрементами. Давно свернувшаяся лужа крови на простыне, ставшая уже черным пятном. Тарелкой для насекомых. Изуродованные кости. Череп, в форме которого угадываются твои черты лица. Ребра, так похожие на клетку. Куски гниющей уже засохшей крови, прилипшие ко всему этому. И твои прекрасные зеленые волосы. То, что я никогда не смогу забыть.

8 августа.

Я несколько дней провел на улице. Я не хочу возвращаться домой. Я не хочу видеть это еще раз. Но при всем этом. Я вижу тебя.

9 августа.

Вот ты сидишь рядом со мной, смотришь мне в глаза. Твои зеленые локоны развиваются на ветру. Ты шепчешь мне, что все будет хорошо. И я тебе верю.

11 августа.

Оставь меня в покое. Почему ты не уйдешь? Я просто хочу побыть хоть немного в тишине.

13 августа.

Твой шепот гораздо хуже чем крик. Потому что его я могу разобрать.

Я в твоем доме. В НАШЕМ ДОМЕ. Жду тебя. Как ты придешь ко мне еще раз. Как обнимешь. Как поцелуешь мой лысый череп и вопьешься зубами в кучу насекомых, доедающих мой живот. ВОЗВРАЩАЙСЯ КО МНЕ.

14 августа.

Боль в ушах. В левом ухе. Непрекращающаяся адская боль. Я пытался посмотреть, что там так сильно болит, но эта палка, воткнутая в него, не дала мне этого сделать.

16 августа.

Мне сказали, что я два дня пролежал без сознания. Врачи. Я в больнице.

19 августа.

Они говорят, что я кричал и дрался. Называют меня психом. Ненормальным. Не могу нормально думать. Что они мне вкололи?

23 августа.

Они считают меня безумцем. Говорят, что тут никого нет. Посадили меня в эту камеру и думают, что я перестану отрицать очевидное. Ты ведь тут рядом со мной. Я не один.

27 августа.

Приехал твой отец. Он тоже пытался меня убедить, что тебя рядом со мной нет. Он забыл тебя. И я не хочу ему напоминать. Они не заслуживают знать о тебе, моем сокровище.

29 августа.

На мне тестируют разные препараты. Иногда я перестаю тебя видеть и слышть. В такие моменты я молюсь, чтоб это поскорее прошло.

Осень.

3 сентября.

Пациент поступил в Клинику с ярко выраженными симптомами галлюцинаций, паранойи, тревоги и психоза. Ведется наблюдение.

6 сентября.

При более подробном наблюдении я выявил у пациента ниже описанные симптомы:

Слуховые и зрительные галлюцинацииПаранойяТревожностьПомешательствоВспышки пока неопознаваемых эмоцийЗаторможенная реакция на раздражителиАпатия

9 сентября.

Пациент впервые вышел на контакт. Судя по его расссказам, пациент верит в то, что девушка жива. В течении последней недели также были частые попытки побега. Усилить наблюдение за пациентом, также направить уполномоченные лица провести осмотр дома. Пациент говорит, что она ждет его там.

12 сентября.

Изредка у Пациента происходят моменты разумности. До этого обнаружить подобные не удавалось ввиду их кратковременности. В такие моменты пациент охотно идет на сотрудничество. Примерное время – пол часа.

15 сентября.

Пациент перенесен в категорию опасных. Необходимо изъять из личных и доступных вещей все опасные для жизни предметы. Пациент нанес себе телесные повреждения и пытался рисовать кровью. Попыток навредить окружающим замечено не было.

18 сентября.

В зависимости от временного промежутка, те или иные симптомы могут усиливаться или ослабляться.

21 сентября.

Назначенные ранее препараты дали неожиданный эффект. Помимо того, что эмоциональные вспышки пациента сократились, его действия и поведение приобрели циклический вид.

24 сентября.

Пациент перестал выходить на связь. Отмечено также, что палата пациента создает ощущение дискомфорта у работников. Явных изменений замечено не было.

24 сентября.

При проверке камер наблюдения, выяснилось, как именно пациент изменил вид своей комнаты. Положение всех объектов в комнате, включая мебель и сторонние предметы приобрело систематический вид. Пациент двигает и переставляет объекты так, чтоб с одной точки зрения невозможно было определить положение других вещей в комнате.

27 сентября.

Назначенные препараты перестали помогать. Пациент избегает любых разговоров. Постоянно с кем-то говорит.

27 сентября.

Пациент снова вышел на связь. Пытался познакомить меня с девушкой, которая по всей видимости и является его галлюцинациями. Запретить подачу успокоительных препаратов – негативно сказываются на пациента.

30 сентября.

Состояние пациента также остается непонятным. Он рассказывает совершенно другую картину мира. Порой кажется, что пациент сам осознает свое безумие.

31 сентября.

Пациент начал видеть во мне друга.

1 октября.

Попытка самоубийства пациента. Разгрыз кисть правой руки.

2 октября.

Произведена попытка обсудить вчерашний инцидент с пациентом. Он говорит, что сожалеет. Девушка говорила ему не делать этого, но в какой-то мере осознающий реальное положение дел, пациент был уверен, что встретится с ней в другом мире. При указании на несоответствие, пациент закрылся.

2 октября.

Пациент подарил мне рисунок.

5 октября.

Пик помешательства пациента. Он продолжает рисовать одни и те же слова. «Кхарр Мха Ие». При вопросе о значении этих слов, пациент проявляет смущение.

6 октября.

Назначенные антидепрессанты не оказывают никакого влияния. Рекомендуется назначить нейролептики широкого спектра.

7 октября.

Незамедлительная реакция на нейролептики. Пациент уверен, что мы спрятали Девушку от него. Попытки убедить в ее нереальности приводят к агрессии со стороны пациента.

9 октября.

Пациент вышел на связь. Я решил попробовать другую методику.

9 октября.

Пациент рассказал о всех происходивших событиях со своей стороны. Ниже я приведу упрощенное описание.

Пациент уверен, что слышит голос Девушки. Она рассказывает ему все. Со временем он начал и видеть ее. Именно такой образ «помог» пациенту найти мертвое тело Девушки. Пациент перенес тело девушки домой, и, возможно, убедил себя в том, что она жива. Яркие симптомы помешательства и галлюцинаций не дали возможность увидеть последствия разложения тела в доме пациента. Вопросы, которые следует поднять. Как именно пациент нашел тело девушки?

10 октября.

Нахождение рядом с пациентом становится некомфортным. Скорее всего проблема в методике. Буду продолжать, так как она дает свои плоды.

11 октября.

Камера в палате пациента перестала работать. Он ее сломал?

12 октября.

Пациент поблагодарил меня за то, что снова может слышать Девушку. Назначенную дозу нейролептиков НЕ увеличивать.

13 октября.

Наблюдаются явные признаки разделения сознания. Невозможно понять, с какой именно формой пациента ведется разговор.

14 октября.

Я заметил синяки на теле пациента. Он говорит, что их не делал. Явные следы побоев.

15 октября.

Пациент снова перестал выходить на связь.

17 октября.

Сегодня весь день пациент говорил с Девушкой. Я боюсь слушать, о чем они говорят. Я слышал его плач.

18 октября.

Пациент начал бояться, когда к нему прикасаются. Попытки выяснить у мед.персонала, когда это началось, не привели к какому-либо успеху. Подозреваю, что в этом виноват кто-то из мед.персонала.

19 октября.

Я слышал, что он говорит. Он просит у нее прощения. За что?

20 октября.

Похоже, над пациентом издеваются. Его единственное утешение в лице Девушки, которого он не видит. Может остановить прием нейролептиков?

21 октября.

Я рассказал пациенту, что скоро он снова может начать видеть ее. Похоже, как жест доверия, он рассказал, что над ним действительно издеваются.

23 октября.

Я пытался объяснить персоналу, что пациенты такие же живые люди. Безуспешно.

24 октября.

Сегодня я застал его в слезах. Разговаривать он не хотел, наоборот, проявлял агрессию и пытался выгнать меня.

25 октября.

На пациенте обнаружилось множество ссадин. Он говорит, что так моется. До кровавых ссадин?

26 октября.

Я уволил нескольких человек. Похоже, они проявляли жестокость по отношению к пациентам.

27 октября.

Проведенное расследование показало крайне жестокое поведение персонала по отношению к пациенту. На всем теле видны следы насилия.

27 октября.

Пациент боится любого контакта с людьми. Подолгу сидит в тишине. Часто плачет. Были замечены случаи, когда он пытался спрятаться.

28 октября.

Я пытаюсь сблизиться с пациентом. Он начинает еще больше рассказывать о ней. Также, он начал рассказывать о том, как к нему относились уволенные люди. Мне мерзко.

28 октября.

Все это вызывает у меня тревожность. Вся эта ситуация. Я начинаю сомневаться в том, что говорит пациент и что я чувствую на самом деле.

29 октября.

Синяки больше не появлялись. Мне изначально казалось это подозрительным. Привычным почерком пациента всегда были укусы и порезы, т.е. нечто, вызывающее кровь. Синяки оставляли уволенные работники.

30 октября.

Он боится любых прикосновений. Возможно те люди не только избивали пациента? Отправил его на обследование.

1 ноября.

При осмотре зафиксированы выраженные синяки и ссадины на внутренней поверхности бёдер, а также болезненные повреждения в тазовой области. Характер и локализация травм вызывают определённые подозрения. Пациент избегает зрительного контакта и не комментирует случившееся.

1 ноября.

Люди ужасны.

2 ноября.

Он все больше говорит о той Девушке. Я запретил использование любых препаратов кроме седативных. Он словно пытается посвятить меня в свою веру.

10 ноября.

Я боюсь поверить ему. У меня началась бессонница. Такое ощущение, что с каждым днем он все больше сходит с ума и тянет меня за собой. В один день он улыбаясь, тычет в угол, показывая как она рада, что я помог ему. В другой день мне уже самому начинает казаться, что я слышу ее шепот.

13 ноября.

Я ограничил контакт с пациентом. Сейчас он даже может показаться счастливым? Точно ли мне стоит вытаскивать его в эту ужасную реальность?

15 ноября.

Спустя долгое время у пациента снова случился приступ. Он только и делал, что кричал, царапал свое тело. Я хочу забыть, то что я видел. При мне он начал сходить с ума. Вырвал себе зуб и им расцарапал до глубоких ссадин свою грудь.

18 ноября.

Недолго продлилось его счастье. Он в тайне мне поведал, что она снова начинает говорить о жестоких вещах.

19 ноября.

Он боится ее. Настолько сильно боится, что этот страх передается и мне.

21 ноября.

Он перестал спать. Не буду писать, что я тоже. Я предложил ему возможность снова перестать ее видеть. Он думает.

23 ноября.

Я уснул на рабочем месте. Проснулся от криков. Пациент воткнул себе ложку в глазницу. В срочном порядке доставлен в операционную.

28 ноября.

Я больше не пишу отчёты. Я просто боюсь. Он не пациент. Он — зеркало. И я не уверен, кто кого сейчас видит.

31 ноября.

Он сбежал. Я не смог ему помочь. Но в тайне я радуюсь этому. Надеюсь я снова смогу спать без ее зеленых волос в своей голове.