Проклятая душа

Глава 1

1

Скрип ворот нарушил ночную тишину. Если верить координатам – я на месте. А место - самый обычный заброшенный завод: производственный цех, небольшой бытовой корпус, сторожевой пост да ангары для машин – ничего более. Время лишило его прежней строгости и серьезности, оставив на растерзание ржавчине и мародёрам. Над цехом прорастали две большие дымовые трубы. Наверное, раньше из них каждый день, с утра до вечера, валил смог – работа на заводе кипела. Но сейчас Бог покинул это место. А, как известно, там, где Его нет, будет царить хаос, разруха и беспредел. Эти мысли о свободолюбивой природе человека тревожат меня давно. Слишком давно... И все же нельзя забывать про главную цель – нужно найти Костю.

Сегодня луна была как никогда велика, из-за неё деревья, уже успевшие оголить свою крону, отбрасывали черные густые тени на землю. В их незамысловатых узорах я мог разглядеть знакомые фигуры, пугавшие меня в далеком детстве. Воспоминания нахлынули волной. Помню, как каждую ночь я нервно содрогался от любого шороха, думая, что это ползет огромный шершавый, с восемью красными, как кровь, глазами, арахнид; в тенях ветвей мне виделись чьи-то скрюченные, будто переломанные, руки, вместо пальцев у которых были наточенные, мерцающие в свете луны, ножи; под кроватью, казалось, кто-то лежит, выжидая момента, когда я усну, чтобы застать врасплох. И когда такой момент настанет - «оно» вылезет, согнется прямо над моим лицом, улыбнется во все свои сорок острых клыков и заберет в свой мир к другим жертвам. Банальные детские страхи - не более, но именно из-за них я стал полицейским, когда в одну из таких ночей пообещал себе больше никого и никогда не бояться во взрослой жизни. И вот я уже последние десять лет защищаю других от «пауков», «оборотней», «вампиров» и прочих тварей, да только теперь они уж очень сильно похожи на людей…

Продолжая разглядывать тени и придаваться детским воспоминаниям, я пробирался все дальше, во внутренний двор. Шел очень осторожно, вглядываясь в каждый темный угол и держа табельный ПМ наготове. Мало ли окажется, что какой-то угол отнюдь не пустой. Аккуратной поступью я подошел к входу в главный цех и то, что я там увидел, подтвердило мои самые большие опасения. Света от луны не хватало, поэтому я достал карманный фонарик и начал всматриваться. Вся стена была исписана красными надписями… Подсознание подсказывало, что это совсем не краска, а что-то другое… Что-то, с чем я и Костя уже сталкивались… Только бы не это…

В хаосе надписей можно было разглядеть числа дьявола, перевернутые пентаграммы, восхваления Бафомета и прочую ересь. Над дверью был нарисован символ, который я так долго старался забыть – отпечаток руки с глазом по центру. Подошел к нему и прикоснулся рукой – рисунок был совсем свежий. То, что я принял за краску, осталось двумя алыми пятнами на подушечках пальцев. Что-то липкое и густое - кровь… Братство Крови. Это они.

Костя был прав, это их новое убежище. Как он смог его найти? Не опустить руки, после всего того, что произошло. Нужно его отыскать. Я знаю Костин характер - при виде этого знака он мог сорваться, как бешеный пёс. Взяв пистолет в обе руки, я собрался войти в здание.

Внезапный шелест позади заставил меня остановиться, спиной я ощущал чей-то пристальный взгляд. Этот звук снова напомнил мне о детских страхах, о том леденящем душу скрипе половиц в поглощенном тьмою коридоре. Я будто пережил все те ночи заново, и ужас сковал меня своими чугунными цепями.

Нет! Я не поддамся страху вновь, я же обещал! Сделав разворот на сто восемьдесят градусов и направив пистолет в место, откуда издался шелест, я крикнул:

-Руки вверх, чтобы я их видел! Быстро!

Из-за кустов вышла темная фигура.

2

Сегодняшний вечер должен был быть самым обычным для Константина. Дома его ждал холодный равнодушный взгляд жены и тещина стряпня. Он уже и не помнил, когда последний раз Лиза что-нибудь для него готовила, как в «старые-добрые»… Когда смотря на неё, он был готов обойти полмира за эти глаза, этот запах волос, эту девичью наивность и женскую бойкость… Сейчас всё по-другому, денег хватало только чтобы еле-еле сводить концы с концами – на единоразовых подработках состояние не сколотишь. От осенней тоски и домашнего уныния могло спасти только одно – две постукивающие бутылки пива в пакете и безмозглый просмотр телевизора.

Уже совсем стемнело. Сегодня день для Константина был неудачным – пришлось разгружать еще одну фуру за то, что он разбил ящик какого-то дешевого алкоголя. Радовало его только то, что он успел прикарманить себе две уцелевшие штучки, пока никто не видел. А на то, что за этот ящик ему не доплатили, было совсем плевать, все равно денег нет, так какая разница будет их «чуть-чуть» или только «чуть»?

До дома было не далеко, но Константин старался максимально растянуть свою пешую прогулку. Только здесь он мог побыть в полном одиночестве. Наедине со своими демонами. Проходя под светом уличных фонарей, он ненадолго останавливался, о чем-то думал, улыбался или глубоко вздыхал, а потом шел дальше. Константина не волновали усмехающиеся взгляды прохожих, в глазах которых он выглядел сумасшедшим бездомным. После всего того, что с ним произошло за последние года два, эти люди были для него не более чем просто пылью под ногами. В отличие от своего бывшего коллеги – Сергея, Константин не мог продолжать работу в органах. Тяжело.

Из-за этих воспоминаний, на секунду ему даже захотелось, придя домой, обнять жену и провести с ней «тот самый» ужин, как раньше… Но эта мысль быстро улетучилась при виде прогуливающееся семейной пары: родители, идущие с сыном за руку. Злость накатила на него волной. Процедив что-то непристойное сквозь зубы, Константин пошел дальше. Больше он не останавливался под уличными фонарями. Его проводила своим жалостливым и понимающим, словно отцовским, взглядом белая неосязаемая, как дым, фигура.

Так она пронаблюдала за ним всю его дорогу домой.

3

Романтические свечи, пиката из курицы, бутылочка дорого вина и Сережин любимый вишневый чизкейк – ужин обещал быть идеальным. Вера надела свое самое красивое платье. В нем она была в день их знакомства на празднике какого-то общего с Сережей друга. В тот день они оба поняли, что любовь с первого взгляда – не просто красивая фраза, а самая, что ни на есть, правда. Почти восемь, скоро Сережа должен прийти.

Пара минут, и входная дверь открылась, а вместе с ней в квартиру влетел ласковый голос Сергея:

- Дорогая, я дома. Представляешь, начальство дало мне на завтра отгул, так что можем сходить куда-нибудь.

Вера встала со стула и прошла в прихожую, чтобы сделать мужу сюрприз. Сергей все продолжал говорить о работе:

- Сегодня звонила какая-то бабушка, сказала, что её внук заложил бомбу в квартире. Мы сразу приехали, но оказалось, что внучек просто играл в компьютерную игру. Жесть… Технологии и пожилые люди – вещи несовместимые.

Усмехнувшись, Сергей продолжал снимать с себя верхнюю одежду, не обращая внимания на стоящую в проёме Веру. Видимо, он был погружен в мысли о том, написал ли Митя по его просьбе рапорт о ложном вызове. Зная Митьку, он мог просто забыть. Но слишком сильно хотелось Сереже прийти домой побыстрее – обрадовать жену новостью об отгуле. Так уж и быть, пусть это будет на совести Сережи-будущего. А для Сережи-настоящего есть только одна забота – провести завтрашний день вместе с любимой женой.

- Интересно, как ты заговоришь, когда сам будешь нянчить своих внуков, - в голосе Веры чувствовалась нотка иронии, но это была отнюдь не насмешка. Ей просто хотелось пофантазировать об их старческой жизни. Жизни без его ночных вызовов. Жизни, когда она будет видеться с ним не только утром и вечером. Жизни без страха потерять его в любой миг. Спокойной и размеренной жизни…

- Да также и заговорю, только тогда надо мной будут смеяться уже внуки, а не жена, - расшнуровав свои берцы, Сергей наконец в первый раз взглянул на Веру, смятение сразу покрыло всё его лицо, - Похоже, я сегодня заработался, глазам своим не верю… Что за праздник?

Сергей подошел, обнял Веру за талию, и нежно поцеловал её в губы, на что она сразу ответила взаимностью.

- Я приготовила романтический ужин, мой руки и присаживайся за стол. Долго ждать не буду, - Вера подмигнула и ушла на кухню.

Сергей сразу же выполнил приказ жены и, зайдя в освещаемую двумя свечами кухню, уселся за стол. Разговор шел непринужденно, словно каждый подхватывал мысли другого на ментальном уровне. Вера смеялась над рассказами Сережи. Особенно с того, где он еле сдержал слезу после первого рукопожатия её отца.

- Хватка у него была что надо. Оттого он и вырастил такой прекрасный цветок, - закончил Сергей. Сегодня комплименты сыпались на Веру дождем из роз.

Они хорошо провели время вместе - вспоминали прошлое, наслаждались настоящим и думали о будущем, но когда тарелки были уже пусты, а свечи догорали свои последние минуты, Вера резко переменилась в лице и, с не свойственной ей робостью, сказала:

- Что ж… Наверно, это тот случай, когда ужин… Не просто ужин, - она посмотрела на Сережу решительным взглядом, на что тот всем своим видом показал готовность внимательно её выслушать, - У меня для тебя кое что есть.

Через минуту перед Сергеем лежала маленькая коробочка в подарочной упаковке.

- Ужин да еще и подарок, разве сегодня мой день рождения?

- Открой и узнаешь, - всем своим видом Вера показывала, что ей не терпится увидеть реакцию мужа. Ему и самому хотелось поскорее узнать, что же в коробке.

Внутри лежал детский комбинезончик.

- Детская одежда?

- Да. Я беременна! У нас будет ребенок, - ещё никогда Сергей не слышал такой радости в голосе Веры. Она узнала давно, а он только сейчас – нужно было собраться с мыслями. Такую новость он ожидал меньше всего.

- Ого… Ничего себе.

- И… Ты что, не рад?

- Нет, что ты… Это невероятно. Ты невероятна. – Сергей взял жену за руку, – Ну а я… я тоже не промах. Так что наш ребенок будет удивительным. И он… Он будет окружен любовью.

- Боже, как я люблю тебя.

Их губы слились в страстном поцелуе. Поцелуе, унесшем обоих в свой мир. Мир без войн, горя и ненависти. Мир для них двоих и, конечно же, для их прекрасного ребенка.

Тем временем экран на смартфоне Сережи вспыхнул и издал звук пришедшего сообщения, что сразу привлекло внимание будущего отца. Текст на главном экране гласил:

НОВОЕ СООБЩЕНИЕ:

Контакт: Костян (работа)

Сообщение: Нужно встретиться, это срочно. Позвони.

4

Извилистые улицы были уже позади. Злость постепенно начала исчезать, и Константин вновь стал идти медленными размеренными шагами. Он винил себя за то, что не смог сдержать этот животный порыв ярости. Опять. Эти люди не виноваты в том, что у них жизнь сложилась чуть лучше, так ведь?

НЕТ.

Константин ненавидел их. Ненавидел всей душой. Всем сердцем. Ненавидел за то, что Бог ниспослал им такое же испытание. Чем они заслужили Его милости? Чем он заслужил Его наказания? Почему в мире так много места для несправедливости и злости? И так мало для счастья? Слишком много вопросов, на которые Константин никогда не найдет ответа.

Жизнь та еще сволочь, дающая мало поводов для радости. Единственное, о чем мечтал Константин – это маленький домик в лесу рядом с озером. Только он один, без равнодушной жены, без насмехающихся людей, без этого всего. Только он… В городе Константину жить не нравилось - слишком много вещей напоминали о старых ранах. Тем более за время службы он видел его истинное лицо: улицы – те же сточные канавы, а канавы заполнены кровью. И когда стоки будут забиты от вспенившейся грязи похоти и убийств, тогда вся та мразь, посмевшая когда-то усмехнуться над ним, начнет тонуть. А он в ответ лишь презрительно посмотрит в низ, в чертову пропасть, на этих жалких лживых политиков, псевдо интеллектуалов, грязных бандитов и сладкоголосых болтунов. Всю ночь город будет вопить, как скотобойня, полная умственно отсталых детей. А блудом и нечистой совестью будет пропитан каждый метр.

Да… Да... Все будет именно так. Со стороны он был похож на безумца: неестественная улыбка и глаза, полные ярости. Теперь прохожие, обращавшие на него внимание, не улыбались. Они обходили его стороной, чтобы ненароком не попасть под горячую руку этого, как они думали, психа. А Константин все шел… Шел и думал о том, как же несправедлив этот мир.

Он не заметил, как добрался до своего двора. Его он всегда старался пройти поскорее – этот раз не стал исключением. Опустив голову вниз, быстрым шагом Константин начал приближаться к своему подъезду. Первый… Третий… Шестой… Вот и девятый – его. Только он хотел приложить ключ к домофону и забежать вовнутрь, как чей-то голос неожиданно окликнул его:

- Константин Николаевич, верно?

- Нет, вы ошиблись, - сухо произнес Константин.

- Не ошибся. Очень вы похожи на этого человека в форме с фотографии.

Константин, если и не был удивлен, откуда у этого мужчины его фотография из личного досье, то, как минимум, был заинтересован в цели, из-за которой пришлось поднять его старые документы.

Обернувшись, он увидел перед собой худощавого светлолицего мужчину в бежевом пальто на манер нуарных детективов 50-х. Лицо его было спокойным: уверенный взгляд, дружественная улыбка и борода эспаньолка. Он не был похож на врага.

- Допустим это я, тогда у меня встречный вопрос. Откуда у вас это фото?

- Мне дал его ваш бывший начальник уголовного розыска – Орлов.

- Вот козёл… А вы тогда кто, если вам спокойно дают документы полицейских?

- Евгений Гофман – частный детектив.

- Немец?

- Только по отцу.

Немцев Константин тоже не любил. Хмыкнув, он сказал:

- Ну и зачем я вам понадобился, детектив Гофман?

- Я расследую дело об одной секте, к полицейскому расследованию которой вы были причастны. Точнее вы и ваш бывший напарник – Сергей.

Прищурившись, Константин посмотрел на детектива подозрительным взглядом. Что этому чертовому немцу нужно от него и этого дела?

- Начальство закрыло расследование из-за отсутствия какого-либо продвижения по поиску. Я в органах больше не работаю, так что вам лучше сходить к моему бывшему коллеге.

- Константин, я пришел именно к вам, потому что для вас это вопрос не только служебный, но и личный.

- О чем вы говорите?

- Я о вашем сыне.

Услышав это, внутри Константина что-то ёкнуло. Да как этот грязный немецкий детективишка смеет приходить к нему и говорить о его сыне? Свободная рука непроизвольно сжалась в кулак. Красная пелена затмила взор. Ярость вновь взяла вверх над рассудком. Удар. Детектив на земле, из его носа тонким красным ручейком течет кровь.

- Слышишь, ты, немец Гофман, тебе чё надо? Чужой трагедии? Еще раз посмеешь упомянуть моего сына или это дело, я тебя лично отправлю на Родину, к Гитлеру. Ты меня понял?!

Увидевшие все это родители, вышедшие на прогулку со своими чадами, закрывали им руками глаза и отводили в сторону.

- Я… Я понимаю, что вы чувствуете, Константин. Я ведь тоже потерял из-за них близкого человека. Жену… Она была моей первой и единственной напарницей. Уже год я веду частное расследование… - детектив неуклюже поднялся и отряхнул с себя пыль, - Кажется… Ох … Кажется, я напал на их след. Я знаю, где их логово.

Услышав это, Константину резко стало стыдно за свой приступ агрессии. Он и подумать не мог, что детектив с ним в одной лодке. Причем в лодке детектива пробоин была куда больше. Гофман продолжал:

- Вот моя визитка, возьмите, - он протянул Константину маленькую желтую карточку. – Позвоните, если захотите узнать подробности.

- Э… Да… Хорошо, спасибо… Вы это… За нос извините… И за Гитлера.

- Ничего, я уже сталкивался со сложными клиентами, - вытерев платком кровь, он развернулся и уже собирался идти, как неожиданно вновь повернулся лицом к Константину и сказал, – Хороший удар. Видно, руки помнят службу.

- Да…Спасибо…

Детектив ушел, растворившись в ночной мгле, оставив Константина наедине со своими мыслями.

5

Поднимаясь по лестничной клетке, Костя размышлял о том, что произошло пару минут назад. Можно ли доверять этому детективу? Как он нашел логово секты, если полиция не могла это сделать целый год? Он не был похож на человека, потерявшего родню. По крайней мере, он не был похож на Костю.

Поднявшись на пятый этаж, Костя встал перед входной дверью в свою квартиру. Ему не хотелось туда заходить. Хотелось позвонить детективу и узнать всю информацию. Но поспешных решений принимать было нельзя. Надо всё обдумать.

Входная дверь была открыта. Служебное чутье подсказывало, что здесь было что-то не так. Костя зашел в квартиру, но ничего странного не заметил. Всё было на своем месте: ничего не разбито, ничего не украдено. Только Лизы нигде не было. «Может в магазин ушла?» - подумал Костя. Он не сразу обратил внимание, что в шкафу не было не только её куртки и обуви, как если бы она и вправду ушла за продуктами. Не было вообще всех её вещей. Костя осмотрел всю квартиру. Ничего. Только на холодильнике висел листик, который он не заметил сразу, на нём было написано:

«Костя, в последнее время я узнаю в тебе всё меньше того мужчину, за которого когда-то вышла замуж. Мужчину, с которым я была готова прожить всю жизнь. Ты стал совсем другим. Иногда мне страшно за свою жизнь. Когда мы ссоримся, я смотрю в твои глаза и вижу что в них. Костя, в них нет ничего, кроме ненависти. Ненависти ко мне, к этому миру, к этой жизни. Это был и мой сын тоже, но я стараюсь держать себя в руках. И ты старался. Но, видимо, не смог. Я понимаю тебя. Но и ты пойми меня. Нам обоим будет лучше, если мы перестанем жить вместе.

Не знаю, зачем я всё это написала. Наверное, потому что где то в глубине души я все ещё таю надежду, что ты вновь станешь тем, кого я когда-то полюбила. Но это произойдет уже без меня. Прощай».

Удар по столу и треск посуды нарушили абсолютную тишину, царившую в квартире до этого.

***

Костя сидел в своем любимом кресле и смотрел пустым взглядом в потолок. Пиво в горло не лезло. А может и лезло, просто Костя не хотел быть тем человеком, про которого писала и которого боялась Лиза. Не хотел верить, что это правда. Только сейчас он осознал, каким монстром был. Воспоминания об их совместной жизни пролетали в голове, как слайды в проекторе. Одно из них отпечаталось особенно сильно. Это было совсем недавно – одна из множества их ссор. Он, как обычно после рабочего дня на какой-то стройке, сидел в этом самом кресле и пил то самое пиво, стоявшее сейчас на полу и на которое ему было так противно смотреть:

- Опять пьешь? – Лиза не раз начинала так разговор, её голос был холоден и полон презрения к туше, сидевшей сейчас в кресле и смотрящей телевизор.

- Отвали.

Костя сделал пару глотков пива с горла.

- До чего же ты докатился… У нас ведь была нормальная жизнь, Кость, слышишь? Нормальная. Зачем ты ушел из полиции?

Костя никак на это не ответил. Они уже много говорили об этом. Хотя… говорили – слишком мягко сказано. Скорее кричали. Сегодня он слишком устал таскать кирпичи на шестой этаж, так что пусть она всё сама себе выскажет и пойдет спать – на это он рассчитывал.

Еще один глоток с горла. Уже теплое. Гадость. А Лиза всё говорила… Говорила… И говорила. Костя особо не вслушивался, он вспоминал свои деньки в полиции. Да… Тогда ведь они действительно жили хорошо. Денег хватало на всё, что нужно для жизни, хватало и на ежегодный отпуск. И еще у них был прекрасный сын… Артём. После отставки Кости, они скорее стали выживать, а не жить. И делают это без радостного смеха их мальчика, наполнявшего квартиру семейной гармонией и уютом. Косте всегда было интересно, почему Лиза просто не уйдет от него? Боится, что он пропадет один? А с чего её вообще вдруг этого боятся – они давно уже друг друга не любят. Или нет? От этих мыслей его отвлек резко повысившейся голос жены:

- Ты вообще меня слушаешь?!

Он нехотя посмотрел на свою жену:

- Слушаю.

Лиза тяжело вздохнула и, выдержав небольшую паузу, словно собираясь с мыслями, чтобы сказать что-то страшное, произнесла:

- Костя, пожалуйста, услышь меня! Нашего сына убил рак, а не твоя секта. Мы ничего не могли с эти поделать. Мы должны жить дал…

Лиза не успела договорить. Костя резко встал с кресла, бутылка выпала из его руки и со звоном стукнулась об пол, выливая из себя остатки содержимого. Он повернулся к ней лицом, и в его глазах Лиза увидела то, что хотела видеть меньше всего. Они будто горели огнем. Костя не был похож на человека - он снова стал «монстром».

- Заткнись! Ты же знаешь, что говорили врачи. Они говорили, он вылечится! Слышишь? Вылечится!

С каждым словом, произнесенным Костей, Лиза все меньше видела в нем того человека, который, приходя уставший, как собака, с работы, весь вечер сидел с Тёмой, потому что она уже не могла стоять на ногах; который жил ради их счастья; который даже в самые темные моменты её жизни мог одним словом прогнать тьму; который когда-то, давным-давно, сказал ей: «Не отпущу тебя никогда». Ни-ког-да.

По её щеке покатилась совсем маленькая, словно не хотевшая, чтобы её видели, слезинка.

- Это наш сын. И его больше нет. Смирись, нужно жить дальше. Я держу себя в руках, и ты должен – Её голос дрожал, но Константина это никак не побеспокоило, словно у него не было никаких чувств.

- Смириться? Ты предлагаешь мне смириться?! Ты хоть понимаешь, что говоришь? Ни черта ты не понимаешь! Это секта, это она убила нашего сына! Она! Опухоль не должна была начать расти, врачи просто пожимали плечами – твари! Он умер из-за них. УМЕР! НА НАШИХ ГЛАЗАХ! А ты предлагаешь смириться и спокойно жить дальше?

У Лизы было ощущение, что из-за голоса Кости дрожит вся квартира.

- А начальство просто свернуло дело, понимаешь? Ему плевать на погибших, главное раскрываемость держать. Я ненавижу их. Ненавижу всех. Ненавижу эту жизнь. Ненавижу! Ненавижу! НЕНАВИЖУ! И тебя ненавижу!

Лиза была в шаге от того, чтобы бросить всё и уйти, последнее, что она сказала было:

- Кто…Кто ты?

Ярость словно рукой сняло. Костины глаза больше не были похожи на звериные. Он посмотрел на Лизу, лицо его было теперь совсем другим – потерянным. Он опустил голову на катавшуюся по полу бутылку пива, потом снова посмотрел на Лизу, а потом взглянул на свои руки – они дрожали. Лиза, еле сдерживая слёзы, вышла из комнаты, а Костя, кое-как сев в кресло и продолжая смотреть на свои руки, спросил себя:

- Кто я?

6

Костя снова пережил это ужасное воспоминание. Снова вспомнил то, как Лиза смотрела на него тогда и то, как её голос дрожал, словно она боялась сказать что-нибудь лишнее. Судя по всему, этот страх был оправдан. Её было не в чем винить, она сделал все правильно. Теперь для Кости не было другого пути, кроме мести. Мести Братству Крови, загубившему его жизнь. Пальцы сами набрали номер, указанный на визитке детектива.

***

Кофе в этом гадюшнике был совсем невкусным. Но он пришел сюда не за этим, скоро должен прийти Сережа. Костя собирался рассказать ему все, Что рассказал детектив. Через пару минут ему надоело болтать кофе в бумажном стаканчике из стороны в сторону, поэтому он выпил остатки одним махом и, скрючив гримасу из-за его горькости, принялся смотреть через стекло на улицу.

Прохожие сновали из стороны в сторону. Лица сменялись один за другим. Равнодушные холодные лица. В наши дни это обыденность. У всех свои дела, свои заботы, на чужие проблемы всем абсолютно плевать. Не плевать только на количество подписчиков в каком-нибудь инстаграме и денежный заработок – за это современный человек готов пойти на любое преступление. Как говорится, пожимая руку помощи, посмотри, чтобы вторая рука не держала за спиной нож. А помощи Косте ждать было не откуда, поэтому его последняя надежда это Сергей. После стольких лет парной работы, его рука уж точно не будет с ножом.

Костя продолжал наблюдать. Вдалеке он увидел, как какая-то девушка фотографируется на фоне дорогой машины, а поодаль лежал бездомный без ног с мокрой картонкой, на которой было написано: «УКРАЛИ ВСЕ ДАКУМЕНТЫ. ПАДАЙТЕ НА ЕДУ ПАЖАЛУСТА». Он вспомнил, как одним вечером в его дворе толпа аморалов избила такого же бездомного, снимая процесс на телефон под всеобщий гогот. Костя задумался о том, куда пришло человечество благодаря технологиям. Действительно, что произошло? Сейчас быть человеком не модно? Почему простые жизненные ценности перестали быть ценностями. На смену им пришла зависть, ложь, жадность и лицемерие… Эта жизнь стала безумием и, кажется, Костя уже начал от неё уставать. На полпути до цели, но так измотан. Он ощущал надвигающиеся чувство, что скоро вся его жизнь, вся его философия, всё развалится. И эта волна меланхолии, проходящая сквозь него, неожиданно материализовалось в белёсый силуэт, смотрящий на Костю своими двумя белыми глазами-точками. Гость спросил его: «Что ты будешь делать, когда все, во что ты веришь, разрушится?». И он ответил: «Не знаю».

Костя не заметил, как в заведение вошел Сергей. Силуэт испарился так же быстро, как и появился. Бывшие напарники крепко пожали друг другу руки, обнялись, и, присев на старые протертые кожаные диванчики, начали разговор. Сергей почти не изменился за этот год. Костя рассказал ему про детектива, про его расследование и про местонахождение логова. Он сказал, что у них уже есть план и что единственной его недостающей частью является Сергей, а точнее его возможности в полиции.

- Интересно… - подытожил речь своего друга Сергей, - А ты ему веришь?

- Верю. – Уверенно ответил Костя. Он не стал говорить, что делает это скорее из безвыходности своей ситуации, а не из-за убедительности доводов детектива.

- Теряешь хватку, Костян, я бы на твоем месте поостерегся таких индивидов. Сам нашел, сам предложил… Странно это все.

Костя понял, к чему клонит Сергей, и что ему придется раскрыть все карты, дабы убедить напарника. Это был его последний шанс:

- Серег… - Костя тяжело вздохнул. - Послушай, мне нечего терять, жена от меня ушла, так что ты моя последняя возможность отомстить за сына, за Артёма.

Костя не ожидал от себя такой откровенности, но видимо, старые воспоминания дали о себя знать. Перед ним сидел последний человек, с которым он мог все еще поговорить по душам. Сергей взглянул ему прямо в глаза, посмотрел так несколько секунд, показавшихся Косте бесконечностью, и сказал:

- Хм-м… Хорошо я помогу, по старой дружбе.

Внутри у Кости как камень с души упал, но он заметил, что Сережа был вовсе не рад этой идее.

- Дружище, это же было наше главное дело, которые мы так и не раскрыли. Ты не рад, что нам удалось напасть на их след?

- Ты о чем? Ах… Знаешь, я сейчас не в лучшем положение, чтобы идти на авантюры – Вера беременна.

- Как беременна? У вас же никак не получалось.

- Ну вот, видимо «никак» закончилось.

Костя, улыбнувшись, поздравил друга, но, вспоминая свою семью, в глубине души вновь задумался о несправедливости жизни. Они еще посидели немного, повспоминали былые заслуги и совместную работу. Были и смешные моменты, и грустные… Закончил их диалог Костя:

- Слушай, Серег, спасибо, что пришел, правда… Давно я так не общался. Давно…

- Ну, ты чего, мы же хорошие друзья, это моя обязанность – держать тебя на плаву, - он улыбнулся и хлопнул Костю по плечу. – Только дай мне номер этого детектива. Хочу встретиться с ним лично и выяснить, можно ли ему доверять.

- Я думаю чт…

- Кость, это не обсуждается. Речь идет о возмездии за твоего сына. Я не хочу, чтобы план провалился.

- Да, ты прав. – Костя протянул своему бывшему напарнику желтую визитку Гофмана.

Они оба встали, пожали руки на прощание. Но перед тем, как разойтись, Костя положил вторую руку Сереже на плечо и сказал:

- Помнишь банду Круглого?

Сергей утвердительно кивнул.

- Я тогда остался в живых только благодаря тебе. Если бы ты не оттолкнул меня и не прикрыл своим телом, пуля прилетела бы прямо в грудь. После таких выстрелов не живут. Так что знай, когда окажемся в их логове, я буду готов прикрыть тебя так же, как и ты меня.

Сергей еще раз утвердительно кивнул, но в этот раз это был не просто кивок, в нем читалось: «Спасибо. Плечом к плечу, как раньше».

- Удачи, Костян. До встречи

- До встречи, - ответил он и, проводив полицейского взглядом, тоже ушел из этого заведения. И, все-таки, кофе здесь был отвратный.

7

Детектив должен был приехать час назад. Костя уже подумал, что придется идти одному, как вдруг он увидел приближающийся силуэт. Он спрятался в кусты, чтобы пронаблюдать за человеком, колючие ветки неприятно уперлись в лицо. Человек подошел к входу и в свете луны Костя различил в нем Сергея. Костя дал ему пару минут, чтобы тот сам убедился в том, что это вправду их логово. После этого он начал вылезать из своего убежища. Сергей сразу же среагировал и, развернувшись, выкрикнул в его сторону:

-Руки вверх, чтобы я их видел! Быстро!

Костя медленно вышел с поднятыми руками

- Тише, ты можешь привлечь внимание, – сказал Костя, когда убедился в том, что Сережа его узнал и опустил пистолет.

Старые друзья пожали друг другу руки и, чтобы и вправду не привлекать ничьего внимания, спрятались в недавнем убежище Кости.

Холодало. Редкий ветер поднимал пыль с места на место, словно по старой памяти он тем самым помогал давно ушедшим отсюда дворникам выполнять свою работу. Костя заметил, что Сережа был совсем налегке – ПМ и фонарь, одет в штатское. Он думал, что сюда приедет целая оперативная группа, как они договаривались. Но, похоже, здесь они были только вдвоем. Это пугало. Настороженным Сергей тоже не был, словно приехал к себе домой. «Как-то странно это всё», - пронеслось в голове у Кости.

- Чертов немец, похоже, ты был прав на его счет. Кстати, я так и не спросил, о чем ты с ним говорил?

Сережа молчал.

- Серег?

- М? Ах… Гофман… Да, Гофман нормальный мужик.

Это был очень странный ответ, маленькое семя тревоги, посеянное еще при их первой с Сергеем встречей, начало прорастать.

- Ладно, тогда идем?

Сергей осматривал свой ПМ: вытащил магазин, убедился в наличие там патрон и, засунув его обратно в пистолет, сказал:

- Нет.

Небольшой росток стал деревом. Костя не понимал, что происходит и почему Сергей ведет себя так странно. Только он хотел ему что-то сказать, как вдруг его бывший коллега заговорил:

- Какой-то философ сказал: «Жизнь, как Фемида с кривыми весами – слепая и несправедливая». Красиво, не правда ли?

Костя не понимал, к чему он клонит.

- Больше я ничего сказать не могу, долгая история. Прости.

Сергей направил дуло своего пистолета в лицо напарнику и выстрелил. Тот даже среагировать не успел. Только открыть пошире глаза от удивления. Пуля пролетела через глаз насквозь, проломив череп. Обмякшее тело Кости упало наземь, красное пятно крови растекалось под ним. Сережа взглянул на друга безразличным взглядом, встал и пустил в его труп еще пару пуль. На всякий случай. Вокруг вновь воцарилась полная тишина. Не единого звука. Только Сергей со своими мыслями. Он постоял так еще пару секунд, засунул пистолет обратно в кобуру и направился обратно по пыльной дороге к выходу.

Обратно он шел медленно, неуверенно и с опущенной головой. Когда же его дорожка успела так круто повернуть? Это было так недавно, а кажется, что несколько десятков лет назад. И все же, что пошло не так? Вся жизнь стала пролетать у него перед глазами короткими вспышками воспоминаний: детство, отрочество, юность, школа, академия, работа, личная жизнь – он всегда был на втором месте. С рождением младшего брата родители уделяли маленькому Сереже все меньше и меньше времени – отец больше не читал ему свои книжки, а мама не пела колыбельные перед сном. С возрастом всё только усугублялось, брат был смышленым не по годам. Там, где у Сережи получалось сделать хорошо, он делал отлично. В школе их постоянно сравнивали, и в этих сравнениях фаворитом был отнюдь не Сергей. За каждую оплошность, каждую плохую оценку ему тычили в лицо братом. «Почему ты не можешь быть таким же?», «Бери с него пример!», «Твой брат лучше тебя!». Он не любил своего брата. Сергей думал, что, уйдя в академию, снимет с себя это ярмо, но нет. Даже там был тот, кто везде и во всем был лучше него. Это был Костя.

По какому-то невероятному стечению обстоятельств они оба стали работать вместе и, благодаря этому, хорошо подружились. Сергей вправду видел в нем своего товарища, своего лучшего друга, но старая рана в душе не давала о себе забыть. Каждый раз видя, как у Кости всё получается чуточку быстрее, чуточку лучше, чем у него, Сергей стискивал зубы и терпел. Но всему ведь есть предел. Им стало рождение Артёма. Костя был вне себя от радости, первым делом он рассказал об этом своему напарнику. Конечно, Сергей сделал вид, что рад за него, но, вспоминая свою жену и то, что они уже последние года три не могут это сделать, внутри него злость и зависть полыхали синим пламенем. Это было последней каплей.

«Вот и настал тот момент», - подумал Сережа, подходя к входной калитке. Этим моментом было появление в их городе Братства Крови. На первый взгляд Сергею казалось, что это обычная банда шизиков, поклоняющихся Сатане, но нет. Реальность куда интересней. В расследование им очень помогла женщина-детектив, её звали Гофман. Благодаря ней они нашли человека, способного пролить свет на это тёмное дело. На допросе он только и твердил, что Братство выполнит любое желание за определенную плату, словно вербовал в их ложе новых адептов. Всех в полиции это только смешило, кроме Сергея. Бывший всю жизнь в чей-то тени, у него, наконец-то, появился шанс стать первым. Он пришел к психу в камеру и попросил, чтобы его приняли. Но просто так они этого бы не сделали, нужно было доказать свою верность. «Я сделаю всё, о чем вы попросите», - с безумными глазами сказал тогда Сергей.

Убить Гофман было нетрудно. Он сказал ей, что нужно встретиться лично и скинул координаты. Это доверчивая овца и подумать не могла, что в кармане у него будет нож. Когда тело нашли, опознать её сразу не удалось – пятнадцать ударов ножом. Тогда к расследованию подключился её муж, но с ним Сергей разберется гораздо позже. Разберется, подсыпав на встрече ему в кофе лошадиную дозу снотворного и в вывезя в лес. Закопанные заживо редко выбираются из своих могил.

Дальше дело было за малым. С его репутацией в полиции никто и подумать на него не мог. Только Братство знало всю правду – они приняли его к себе. Тогда Сергей и попросил быть первым везде и во всем, быть счастливым человеком. А главное, он хотел, чтобы всё это покинуло его напарника – Костю. За это они попросили жизнь того, кто был всегда лучше Сергея. Они попросили жизнь его брата. Его это ни на каплю не смутило, он решил твердо идти к своей цели. На следующий день тот погиб в автокатастрофе.

С тех пор у Кости жизнь пошла набекрень: неудачи на работе, разногласия с женой. Личные трагедии окружали его. Костя потерял весь свой авторитет в глазах коллег. Самым большим потрясением для него стала смерть сына. Тогда он и ушел из полиции. Сергея это только радовало, он был на вершине. Впервые в своей жизни.

Скрип ворот. Сергей шел к своей машине под тяжелым взором деревьев и больше не думал ни о чем. Лишь одна фраза повисла над ним черной тучей.

Жизнь как Фемида с кривыми весами…

8

Последнее, что видел Костя – пустое лицо его бывшего напарника и дуло пистолета направленное на него. И гость из кофейни, наблюдавший позади… Давно он тут был? Наверное, всегда. Всю Костину жизнь. А дальше была только темнота. Бесконечное ничто простилось вокруг него, казалось, на тысячи километров вдаль. Так вот как выглядит смерть. Мысль о том, что его жизнь подошла к концу одновременно пугала и удивляла. Костя думал о том, как её прожил. Хорошо? Плохо? А прожил ли? Или вся жизнь была для него борьбой с самим собой?

От этих размышлений его отвлек внезапно появившийся вдали огонек, словно от свечки. Костя представил, что его жизнь – та же самая свечка. Жизнь каждого человека – такая свечка. Её полная длина не что иное, как то, что нам отведено свыше. Но ведь может случиться всякое… Подует ветер, неосторожно дернется рука, кончится фитиль… и жизнь оборвется раньше срока. А ведь и свечки бывают разные: тонкие, толстые…

Интересно, свечка Кости погасла раньше времени или она была такой короткой?

Огонек становился все больше и больше, Костя мог разглядеть в нем чей-то маленький силуэт – это был его сын.

- Ар… Артем? Это ты? – Костя не верил глазам.

- Привет, папочка, - Артем заулыбался, как же давно Костя хотел увидеть её – эту улыбку.

- Сынок… Сыночка, я так рад… Так рад, - По щекам Константина потекли слезы, - Как я рад…

- Папа, почему ты плачешь? Ты чем-то расстроен? – улыбка на его лице растворилась, и на смену ей пришло смятение.

- Нет, сынок, папа счастлив. Это слезы радости.

Услышав это, Артем вновь заулыбался и сказал:

- Тогда и я буду плакать, чтобы ты был счастлив! – он засмеялся, и смех его вернул в Косте все те чувства, которые он давным-давно потерял. – Папа, обещай мне, что больше не оставишь меня одного. Без тебя здесь было скучно.

- Обещаю, сынок. Обещаю.

Костя встал, взял сына за руку, и вместе они пошли туда, откуда пришел Артем. Впервые за долгое время Костя вновь чувствовал себя человеком. Лишь на мгновение, перед тем как они растворились в сияющем белом свете, Костя услышал, как что-то его окликнуло:

- Здравствуй, Константин.

- Костя сразу понял, кто это. Он увидел дымящуюся фигуру со знакомыми белыми глазами-точками. Перед Костным взором пролетали тысячи обликов – все кого он знал, и нет. Получается, это существо всегда наблюдало за ним. Всю его жизнь… Каждую неудачу, каждое свершение – всё. Костя спросил его:

- Кто ты?

- Странник. Как и ты теперь. Все мы вечные странники… Время – наш дом. Приют – страдание. А счастье… Счастье – это пройти испытание жизни. Ты многое перенёс. Теперь пора ответить на главный вопрос.

Дух сделал небольшую паузу.

- Что ты будешь делать, когда все, во что ты веришь, разрушится?

И Костя ответил ему:

- Обрету покой.