Прогулка

Глава 1

ПРОГУЛКА

Солнце хотело их убить, это точно. Как пит дать, солнце задумало сыграть с ними в игру. Асфальт — сковородка, а они три яйца, яйцо Бен, яйцо Хенк, и он тоже яйцо, медленно поджаривающися при восьмидесяти градусах. И кто последний поджарится до хрустящей корочки, тот победил, и получит приз — жизнь. При условии если победитель дойдёт до финишной черты, в противном случае умрёт, как и все прочие участники этой игры.

— Ааааааггггггхххх...

Это простонал Хенк, своей измученной жаждой глоткой.

Гари невольно повернулся в его сторону, и от ужаса который он наблюдал уже не первый час, хотел отвернуться, но не смог. Что-то заклинило в шее, не позволяя ему отвернутся. И в веках что-то сломалось, не давая их закрыть, заставляя смотреть на помирающего друга.

"Ох чёрт!"

Хенк выглядел совсем не акти: впалые невидящие глаза, осунувшееся и потное лицо, обвисшие словно верёвки руки. Всё в его виде говорило что долго ему не протянуть. Гари даже показалось что Хенк похудел ещё больше, чем двадцать минут назад, когда он в последний раз на него смотрел. От прежнего свиного брюха осталась только память.

Но не это пугало Гари в Хенке. Не его лицо, не обвисшие руки, не исхудавшее тело, он даже смог разглядеть рёбра через рубашку. Но нет. Ноги, вот что пугало больше всего. Они продолжали идти, идти без хозяина, сами по себе, причиняя ему адскую боль.

— Хенк, ты как?

— Прошуууу, давай остановимся! — простонал Хенк.

— Прости приятель, но если мы остановимся, то точно не поспеем.

Хенк ничего не ответил, его голова упала на грудь, и он что-то нечленораздельно простонал.

Первый претендент на проигрыш. Вот что подумал Гари отвернувшись от него. Первый претендент на погибель.

Сам Гари давно распрощался с бодростью и мыслями что он сможет дойти до финиша живым, и познакомился с болью в ступнях и невыносимой усталостью в икрах и ляжках. Он давно не пил, и не ел. Он не видел себя со стороны, но точно знал что похудел, но не так как Хенк, только не так. Его желудок скрутился в улитку, и не желал принимать в свой дом что-либо кроме воды, прохладной, освежающей воды.

Гари облизнул сухие губы, и пожалел о том что предпоследнюю бутылку воды он выпил мили три назад. Теперь остаётся ждать следующего пяти минутного привала через семь миль. С условием что он пройдёт эти семь миль, и не шлёпница где-то по середине от солнечного удара и кровоизлияния в мозг.

С правой стороны споткнулся Бен, и чуть не поцеловал асфальт. Было близко, но он смог удержаться, и теперь опять идёт вровень с Гари и Хенком. Линии из троицы выживших.

Бен не смотрел не на Гари, не на Хенка. И это вызвало жгучую, пылающую ярость в самом Гари. Это из за него они сейчас шагают под испепеляющем солнцем, это из за него Хенк сейчас умирает, это из за него они на волоске от смерти.

Гари лихорадочно сжимал и разжимал кулаки, как же ему хотелось врезать Бену, но он сдержался, и даже смог немного успокоиться.

Нет вины Бена в том что они на волоске от смерти, они пожалуй и сами виноваты что остались живы. И Хенк и Бен и Гари, они сами виноваты в том что остались в живых, и устроили себе этот Ад.

Лучше бы они умерли, как умерли их семьи, друзья, знакомые. Как умер их город от лап чудишь, как умер весь мир от монстров из космоса. Лучше бы они тоже были мертвы. Вот что теперь думает Гари, по поводу их трио, лучше бы они были мертвы. Тогда бы они перестали идти, и боль в ногах стихла, и пить больше бы не хотелось, и усталость улетучилось в небытие.

— Простите, — пролепетал Бен, — простите.

Гари очнулся словно от пощёчины. Тихий лепет Бена смог вернуть его в реальность, где они вышагивают по двустороннему шоссе, совершая "Прогулку" среди равнин и редких кустов. Где-то в дали их будет ждать лес, и они смогут укрыться в тени деревьев, от беспощадного солнца, а пока что дорога, дорога в Ад.

Гари не в первый раз проваливается в мысли прямо на дороге. В последние часы это стало происходить всё чаще. Хорошо что ноги продолжают идти без него, когда командный центр отключён. Это пока что единственное что даёт надежду на спасение. Единственная надежда на выживание.

— Аааааахххххх!!!

Снова Хенк взвыл от усталости и боли.

Гари больно смотреть в его сторону, тем более на него самого. Слишком откровенен тот факт что ему не дожить до привала. Он перевёл взгляд на Бена. Тот как и прежде упёрся взглядом в дорогу, не смотря на него и Хенка.

"Сучара!"

Гари хотел было сказать ему что думает о нём. Что он говнюк и убийца, и это из-за него они в этой жопе. Но он не стал.

Бен выглядел не лучше них, такое же осунувшийся лицо, впалые глаза, и пот с него льёт ручьями. Что ж, если можно было его как-то наказать за эту оплошность ценою в жизнь, то Бен наказал себя сам, и их он наказал тоже, но себя он наказал больше.

Второй претендент на проигрыш. Вот кто он.

На горизонте, по правую сторону от шоссе, стоял указатель, с надписью:

20 миль до Льюйстона.

Двадцать миль!

Ноги Гари взвыли в знак протеста. Ещё двадцать миль до спасения, о Боже, он не дойдёт.

С боку послышался очередной стон Хенка, похоже он тоже увидел знак.

Гари склонил голову над рукой, пытаясь разглядеть время на циферблате часов.

16:35

Как время летит! До места назначения им нужно добраться до девяти, потом путь к спасению будет отрезан навсегда. И вся их Прогулка приведёт их к более мучительной смерти.

От этих мыслей у Гари поплыло перед глазами. Уж слишком всё плохо.

На них налетел шквал расколённого ветра, обдав их тела горячим воздухом.

"Как же всё плохо."

Повторил он про себя.

Где-то он читал, до всего этого дерьма, в каком-то спортивном журнале, что человек способен пройти за час 4,5 мили. Тогда он думал что сможет пройти за час и больше, может 5 миль или 6,5. Но сейчас он не уверен что идёт и 3,5 мили. На столько всё плохо.

Они прошли знак:

20 миль до Льюйстона.

И тут начался новый старт, спустя сорок миль. Последний рывок длиной в двадцать миль. Треть их пути. Можно подумать что это ничто, по сравнению с тем что они уже прошли. Когда они стартовали, было 9:30, к четырём они прошли сорок миль. Но тогда они были в более лучшей форме. У них не болели ноги, не пересохла глотка, и солнце не пылало так сильно. И самое главное, тогда они думали что дойдут до финишной черты живыми.

Думали тогда, но сейчас...

Сейчас всё по другому.

Они пропустили три запланированных остановки чтобы нагнать упущенное время. Это не помогло, они всё равно отстают на добрый десяток миль. А благодаря кому?

Бену.

Вот кто виновник их нынешних бед.

Бен не разбудил их когда начинался рассвет, потому что сам дрых без задних ног. И если бы не птица, вылетевшая в их окно, и не разбившая его, то кто знает, может они и не начали это Прогулку, а перерезали друг другу вены дабы выйти из этого кошмара.

"Всё! Хватит! Хватит!!!"

Гари чувствовал как его голова раздувается во все стороны как воздушный шар. Нужно поменять ход мыслей. Да, поменять его на какой-нибудь другой, более приятный и успокаивающий.

Например вернуться на три года назад, до того как пришельцы смогли прорвать ткань пространства и времени, и влетели в их мир на своих кораблях, посеяв ужас и разрушения. Вернуться обратно к Джейн, к её пламенно рыжим волосам, и упругой попке. Тогда три года назад он смог узнать на сколько она упругая. Тогда он лишился девственности, три года назад, до вторжения. И до сих пор вспоминает, в основном по ночам, как она пахла, и как нежно произносила его мия. Гари... Ангельский голосок распевал его на ветру. Гариии... Сладкая вата звучала на вкус. Гарииии.... Гари...

— Гари!

И снова пощёчина.

Бен тряс его за плечо, на лице у него читалась тревога, он что-то сказал про Хенка. Гари не разобрал, и попросил повторить.

— Хенк умирает!

Гари повернулся к Хенку, и понял о чём говорит Бен.

"Хенк умирает."

Ноги шли в разнобой, он покачивался пьяной походкой, а с его подбородка стекала струя пота и крови.

Кровь!

Из его носа, как из-под крана лилась кровь, весь подбородок и рот был в ней, и по шее стекали струйки, а на рубашке расплывалось пятно.

"Кто-нибудь выключите кран!" — взмолился про себя Гари.

Хенк вцепился рукой в рубашку, ( там где сердце, подумал Гари, ) и неловко пошатываясь, рухнул на колени.

Бен и Гари остановились.

Хенк просидел так секунд пять, после впечатался ничком в асфальт.

"Он мёртв Гари, он мёртв!"

На мгновение всё остановилось, время перестало идти, кровь в жилах застыла, сердце перестало биться. Даже птицы, которые с дня X, ведут себя странно, и летают по чудным траекториям, тоже остановились и застыли в воздухе.

Всё застыло на мгновение. Но потом резко вернулось в норму. Вены на висках вздулись, в ушах отчётливо отбивало свою пляску сердце. В глазах помутилось, но постояв ещё чуть-чуть, всё пришло в норму.

— Он мёрт? — почти шёпотом спросил Бен.

— Он мёртв, — констатировал Гари.

Минуту спустя, Бен шагнул к Хенку, но Гари остановил его. Положил руку на плечо, и отрицательно помотал голой — нет, мы не будем этого делать, — говорил его жест.

Бен развернулся, и они продолжили Прогулку уже вдвоём.

Хенк — первый претендент на погибель, покинул игру, спёкся на 43 миле Прогулки. Осталось два участника игры.

Какое-то время они шли молча, думая о смерти, и их несчастливой судьбе в этой истории, но больше всего они думали о Хенке, и его смерти. Чего хуже было думать о том кто виновен в его преждевременной кончине, Бен или он сам?

Гари хотел винить Бена в смерти товарища, как бы сделал любой на его месте. Но не мог. Он отчётливо помнил как запрещал останавливается любому из них, особенно себе. Он приложил руку к смерти Хенка, истощив его до придела, это он виновен в его смерти. Нет. Они оба убили его. Бен — своей оплошностью, Гари — стремлением. Они оба убийцы.

Хлюп!

Он на что-то наступил, на что-то мягкое и податливое, хрустящие. Гари опустил взгляд, под ногой был дохлый опоссум.

— Чёрт, — рыкнул Гари.

Он попробовал соскребсти прилипшие внутренности об асфальт, и потерпел фиаско. В его ногу будто выстрелили из дробовика, боль была невыносимой. Но он продолжил идти. Идти через боль.

Поднявшись на невысокий холм, они оказались в прилесье, с обеих сторон дороги их окружили невысокие ели, и кустарники. Пройдя ещё дальше, углубляясь в это зелёное море, они вошли в лесную зону дороги. Теперь их укрывали тени деревьев, от испепеляющих солнечных лучей, и впервые, с момента Прогулки, на них подул прохладный ветерок.

Боль в ноге постепенно унялась, а прилипшие к подошве кишки давно стёрлись.

Хенку немного не хватило до этого блаженства. Немного. Всего какой-то пол мили.

Гари передёрнуло.

Впереди, прямо на разделительной полосе лежал труп оленя. Грудь его впала, а из раны на брюхе вывались кишки. И вонь стояла убийственная.

Гари и Бен прошли мимо трупа, зажав носы. Вокруг оленя кружил рой мух, и в голову Гари вползла мысль о том что и Хенка они тоже окружат целым роем. И будут капошиться в его глазах и внутренностях, питаясь его плотью и кровью.

Гари сглотнул. Он не должен умереть, не должен.

— Мы должны были забрать его сумку, — прервал молчание Бен, — у него была пачка чипсов, и банка тушонки.

Не веря своим ушам, Гари уставился на Бена, думая что ему это послышалось.

— Что?

— Нам надо было забрать сумку, — неумолимо повторил он.

Гнев в Гари снова вспыхнул как пламя из зажигалки. Он был готов придушить Бена на месте, только дай добраться до его глотки.

— Нет.

Бен посмотрел на него, с щенячий мордой, тупого и глупого щенка.

— Но...

— Нет!

Гари только сверх усилием воли держал себя в руках. Как же ему хочется его придушить.

Бен кажется понял что сейчас лучше помолчать, и отвернулся от собеседника, и чуть отошёл от Гари, на безопасное расстояние.

"Сволочь!"

И снова в груди всё пылает гневом и злость. Кулаки сжимаются — разжимаются, сжимаются — разжимаются, вдох — выдох, вдох — выдох. Вены на висках снова вздулись.

"Ещё немного и я его придушу!"

Внезапный приступ злости постепенно утихал, по мере того как на его замену приходила усталость. А ноги проходили очередную милю.

Да, он мог понять Бена, почему он это сказал. Он мог понять, и понимал. Еды у них совсем ничего, а припасы их мёртвого товарища могли избавить их голодной смерти.

Но от одной мысли что они как падальщики, будут обдирать мертвеца, да и не какого-нибудь, а Хенка, у него кипело в груди. Он и так умер по их вине, так ещё и обокрасть его труп! Нет уж.

Остаток пути до знака:

10 миль до Льюйстона.

Они прошли молча. Гнев утих, и теперь Гари беспокоили только его ноги и жажда. Жажда пожалуй больше всего.

Он достал из сумки последнюю бутылку воды, и немного пригубил, стараясь сдержать себя, и не выпить всю. Бен последовал его примеру, и сделал тоже самое.

"У него тоже последняя." — подумал Гари.

Стрелки часов показали 18:20, когда они поровнялись со знаком. Два часа и сорок минут, чтобы пройти ещё десять миль до спасения.

Солнце клонилось к закату, температура воздуха заметно опустилась, теперь Гари было немного прохладно. Но он держался, и собирался держаться до последнего, пока не спасётся. После можно будет и вздремнуть. А пока что дорога.

Второй старт, спустя десять миль.

Внезапно всплыла мысль.

Яйцо хенк поджарилось до хрустящей корочки.

Ещё одна

Они все умрут. Умрут как пит дать.

И ещё одна.

Уйти от этих всплывающих мыслей было сложно, но он смог. И вернулся обратно на три года назад, к Джейн. Вернулся в ту ночь, когда они с Джейн слились воедино, и предались любовным утехам. Он вернулся в тот сладостный день, и не заметил как уснул, прямо на дороге.

19:00

Что-то толкнуло его в бок, один раз, второй. Гари повернулся, это Бен тыкает его локтём, и кивает головой в сторону дома.

Дом выглядел разрушенным и забытым, как в принципе и все дома в этом мире. Похоже они приближаются к Льйстону, вот они, первые дома в близи города. Забытые и разрушенные.

— Нам надо ускориться, — шёпотом пролепетал Бен.

Гари не понял чем этот дом так напугал Бена, но вспомнив о монстрах из космоса, напрягся.

— Там один в окне сидит.

Гари бросил краткий взгляд на окна, и нечего не увидел. Может Бену показалось, фантазия разыгралась. В окне что-то пробежало, и Гари увидел то о чём горворил Бен. Монстр из космоса.

Они ускорили шаг.

Ноги на удивление забыли об усталости, и несли их всё быстрее и быстрее, пока шаг не переменился на бег.

— Он сзади! Он сзади!

Гари обернулся, космическая тварь неслась на шести ногах, и клокотала клыками, брызгая зелёными слюнями.

— Аааааааа!!!

Бен споткнулся о собственные ноги, и со смачным шлепком, упал.

Гари продолжал бежать, и не оборачиваться. Он слышал как вопил Бен когда монстр до него добрался, он слышал как хрустели кости. Но все эти звуки он заглушал. Он не хотел этого слышать. Бег вот что важно, он сосредоточился на беге. А всё прочее не важно, главное бежать, бежать и бежать.

Второй претендент на погибель вышел из игры.

бежать бежать бежать

Яйцо Бен сгорело до черноты.

Бежать Бежать Бежать

Бен мёртв, он остался один и...

БЕЖАТЬ! БЕЖАТЬ! БЕЖАТЬ!!!

51 миля Прогулки, в живых остался последний участник.

Гари бежал всё это время, не оборачиваясь, пытаясь забыть всё что произошло за этот день, и бежал бы так дальше, если бы брошенные автомобиль не преградили ему путь.

Точно, машины.

О них он совсем забыл. Эти брошенные автомобили заполонили дорогу, и создали вечную пробку. Пробку и лабиринт из машин.

Гари без труда протискивался между железными конями и находил путь среди них, но идти как прежде не мог. Ноги, что с его ногами? Мышцы будто обвисли, а в ступни при каждом шаге впивается сотня ножей.

— Идите мать вашу, идите!

Гари продолжал идти сквозь этот автомобильный лабиринт не смотря на боль. Предвкушая победу в этой игре. Других участников не осталось, он один, единственный выжившей, всё что ему нужно так это добраться до финиша и он спасён.

Вокруг заметно потемнело. Тьма окутала деревья, заходящие солнце бросало свои последние лучи. Вечер почти кончился, близиться ночь.

Гари посмотрел на часы, и его сердце чуть не остановилось когда он увидел что стрелки стоят на 19:00.

Часы остановились, он не знает, успеет ли он добраться до города. В дали виднелись двухэтажные постройки, но они были так далеко, и он тоже был далеко.

Скорее всего часы остановились из за монстра, Хенк рассказывал что они излучают какие-то волны, из за чего вся техника поблизости ломается, лампочки взрываются, а часы останавливаются.

— Чёрт.

Он шёл слишком медленно. Пробка из автомобилей не хило его тормозила. В панике, ему пришла идея, взобраться на один автомобиль и прыгать по их крышам. Это будет всяко быстрее, нежели идти. Только ноги его подведут, они точно его подведут.

Откинув эту идею, он постарался ускорить шаг, и сосредоточиться на продумывании маршрута через брошенный машинный лабиринт.

Прошло около часа, когда он вышел из него, и оказался возле огромного стенда с плакатом:

Добро пожаловать в Льюйстон!!!

Гари, последний участник Прогулки, добрался до финиша, и был награждён разочарованием.

Не было здесь не какого лагеря беженцев, не было здесь военных. Не было здесь не какого спасения.

Здесь были забытые автомобили и пустые дома, и тёмные улицы. Ещё один заброшенный город, вот куда он пришёл.

Сердце Гари упало, и он сам упал на колени. Вся эта Прогулка была зря.

Позади на него надвигалась тьма ночи. Из

самого города послышались животные рёвы космических монстров.

Джейн, о ней он думал когда одна из этих тварей решила им перекусить.

Посвящается Ричарду Бахману