Остров Сайрен

ГЛАВА 1: ОСТРОВ САЙРЕН

ГЛАВА 1.

Город Сан-Франциско постепенно погружался в вечерние сумерки. Последние лучи солнца, цепляясь за шпили «викторианок», окрасили их в тёплые медовые оттенки. В кофейне «Зерно» царила атмосфера уюта и спокойствия, наполненная ароматами кофе, корицы и свежей выпечки.

Их компания собиралась за своим привычным столом у панорамного окна, которое выходило на извилистую улочку, спускающуюся к заливу.

Лео рассеянно помешивал ложкой в своей чашке с остывшим капучино. Его темные, вечно непослушные волосы падали на лоб, а в глазах читалась легкая усталость. На нем была его любимая потертая футболка с логотипом какой-то неизвестной группы и темно-синяя джинсовая куртка, на одной из нашивок которой уже отклеился край.

— Сегодня на лекции по кинематографу наш преподаватель, мистер Гаррис, снова вёл себя крайне резко, — с сожалением произнёс он, откладывая ноутбук в сторону. — Он заявил, что мой монтаж в последнем проекте нарушает все законы визуального нарратива. Однако я считаю, что он просто не смог оценить по достоинству гениальность эффекта прыгающего кадра.

Майя, сидевшая с идеально прямой спиной, оторвалась от своего планшета, на котором была открыта сложная схема какого-то инженерного сооружения. Ее светлые волосы цвета спелой пшеницы были убраны в тугой, безупречный пучок. На ней была темно-зеленая водолазка и очки в тонкой металлической оправе, придававшие ее и без тому серьезному лицу еще более сосредоточенное выражение.

— Прыгающий кадр, Лео, — сказала она ровным, лекторским тоном, — это обычно либо художественный прием, либо результат дрожащих рук оператора. Учитывая, что ты снимал на телефон, держа его одной рукой, пока другой ел хот-дог, я склоняюсь ко второму.

С другой стороны стола раздался приглушённый смех Джексона. Он был укутан в просторное худи с капюшоном, который натянул на голову, и, не отрываясь от экрана своего телефона, ухмылялся. Его рыжие волосы, словно языки пламени, выбивались из-под ткани.

— А я думал, это такой новый стиль, — прокомментировал он, наконец поднимая голову. Его зеленые глаза блестели от веселья. — «Кинематограф пищевода». Очень авангардно.

Эштон, сидевший рядом, сгорбившись над своим смартфоном, мрачно вздохнул. Его мощная фигура в футболке университетской команды по регби казалась скованной. Коротко стриженные светло-каштановые волосы, обычно уложенные с гелем, сегодня были взъерошены.

— Вам хорошо смеяться, — пробормотал он, откладывая телефон. — А меня тренер сегодня на ковер вызывал. Чуть не выгнал из команды.

Все тут же переключились на него. Даже Майя отложила планшет.

— Что случилось? — спросила Зоя, сидевшая рядом с окном. Она до этого тихо наблюдала за уличной суетой, попивая свой латте с ванилью. Ее каштановые волосы были заплетены в небрежную косу, а на губах играла легкая, задумчивая улыбка.

Эштон, смущаясь, почесал затылок. — Ну... Помните ту вечеринку, которая была в прошлую субботу после нашей победы над «Станфордом»?

— Помним, — Все хором ответили ему.

— Так вот... Я, это... Немного переборщил с празднованием. И в порыве... э-э-э... командного духа, попытался пронести талисман команды — того самого бронзового орла из спортзала — на танцпол. В качестве, понимаете, символа нашего высокого полета.

Наступила секунда ошеломленной тишины. Даже Майя не нашла что сказать.

Первым рассмеялся Джексон. — Ты... Ты пытался пронести на вечеринку стокилограммовую бронзовую статую?! — он чуть не подавился своим какао. — И что, «орел полетел»?

— Не совсем, — Эштон покраснел. — Я его уронил. Прямо на ногу декану факультета физики. Вернее, не совсем на ногу... Он в тот момент как раз нагнулся, чтобы поднять упавшую зажигалку...

Лео закатил глаза, представляя себе эту сцену. — Вот это да! И что же, декан?

— А что декан? У него теперь гипс, — мрачно констатировал Эштон. — И идиотская история на всю жизнь о том, как его «атаковала птица». Тренер предупредил, что если я ещё раз прикоснусь к университетскому имуществу, то меня исключат из команды. Теперь мне придётся несколько месяцев ходить строем и целовать флаг на каждой тренировке.

— Ну, по крайней мере, ты вошел в историю, — с ухмылкой заметил Джексон. — Парень, который подложил декану свинью... в виде орла. Это даже поэтично.

— Очень поэтично, — скептически протянула Майя, снова берясь за свой планшет. — Особенно для твоего академического аттестата. Надеюсь, ты написал ему письменные извинения. С объяснением законов физики, которые помешали орлу благополучно приземлиться.

— Я предложил стать его личным тренером на время реабилитации, — сказал Эштон с надеждой в голосе.

Зоя тихо рассмеялась, прикрыв рот ладонью. —Знаешь, Эш, из тебя вышел бы неплохой памятник. «Скорбящий регбист у ног поверженного орла».

Лео, слушая все это, наконец-то улыбнулся. Его собственные проблемы с монтажом внезапно показались ему мелкими и незначительными. Он оглядел своих друзей — умную и язвительную Майю, простодушного и неуклюжего Эштона, мечтательную Зою и вечно насмешливого Джексона. В этой кофейне, в этом своем маленьком мирке, они были по-настоящему живыми. И это было куда важнее любых просмотров.

— Ладно, — сказал он, отодвигая чашку. — Кто хочет еще по кофе? Кажется, нам всем сегодня нужно немного взбодриться после таких новостей. Особенно «орлиному укротителю».

Вечер за окном сгущался, зажигая огни в окнах «викторианок». А в кофейне «Зерно» продолжался их обычный, ничем не примечательный, но такой важный для всех вечер.

Последние капли остывшего кофе были выпиты, а крошки от круассана стряхнуты с одежды. За окном кофейни «Зерно» вечерний Сан-Франциско медленно погружался в сумерки, зажигая тысячи огней на холмах.

— Ладно, гении, — сказал Джексон, с неохотой поднимаясь со своего места и натягивая капюшон худи поглубже. — Мне пора валить. Завтра в восемь утра лекция по матанализу, а я еще даже не открывал учебник. Профессор Диас уже смотрит на меня, как на личное оскорбление математической стройности вселенной.

— А ты просто улыбайся ему и кивай, — посоветовал Лео, собирая свой ноутбук и наушники в рюкзак. — Скажи, что твой мозг — это хаотичная система, и ты в процессе её изучения.

— Он мне поставит «хаотичный» кол и вышвырнет с пары, — фыркнул Джексон, но улыбка тронула уголки его губ.

Майя уже была готова к уходу. Её планшет и конспекты аккуратно лежали в строгом кожаном портфеле. —У меня завтра семинар по архитектурному проектированию. Мне нужно закончить черновой эскиз библиотеки, — она посмотрела на Эштона. — Ты ведь обещал прийти после тренировки и помочь с 3D-моделью? Ты лучше меня разбираешься в этой программе. Эштон, доедавший последний кусок чизкейка, энергично кивнул. —Ага, без проблем! Тренировка должна закончиться к четырем. Заскочу в компьютерный класс. Только, пожалуйста, без этих твоих супер-сложных фасадов с куполами, а? Мои мозги после спортзала — как вареная картошка.

— Обещаю, только несущие балки и прямоугольные окна, — пообещала Майя с легкой улыбкой.

Зоя молча помогала собирать пустые стаканы на поднос. Её лицо было задумчивым. — Завтра у меня занятие по керамике, — тихо произнесла она. — Нужно закончить вазу. В прошлый раз она треснула в печи... Надеюсь, эта будет более удачной.

— На этот раз будет удачной, — ободряюще хлопнул её по плечу Лео. — Ты же у нас главный творец прекрасного. В отличие от нас, бездушных технарей и спортсменов.

Они вышли на прохладную вечернюю улицу. Воздух пах океаном и далекими кострами. Прощаясь, они разошлись в разные стороны — кто к автобусной остановке, кто к метро, а Эштон просто тронулся легкой пробежкой, разминаясь перед завтрашней тренировкой.

ГЛАВА 2: СТЕНЫ КОЛЛЕДЖА

На следующее утро колледж был полон жизни. Студенты спешили на занятия, толпились у автоматов с кофе, громко смеялись и обсуждали вчерашние вечеринки.

Лео сидел в аудитории факультета медиаискусств, уставившись на большой экран, где профессор Гаррис разбирал монтажные склейки из «Гражданина Кейна». Лео вполуха слушал, строча в блокноте идеи для нового видео. Его взгляд упал на Майю, которая в другой части кампуса, в светлой студии архитектурного факультета, с линейкой и карандашом вычерчивала безупречно ровные линии своего проекта. Рядом с ней пахло деревом, краской и сосредоточенностью.

Тем временем в спортзале пахло потом и дезинфекцией. Эштон в потной майке отрабатывал силовые приемы с партнером по команде. Тренер Ковальски ходил между матами, покрикивая:

—Сильнее, Дженкинс! Ты что, на подушках борешься? Твоя бабушка могла бы лучше!

Эштон, красный от напряжения, лишь кряхтел в ответ.

А Джексон отчаянно пытался не уснуть на лекции по высшей математике. Профессор Диас монотонно что-то бормотал, стоя у доски, покрытой сложными формулами. В это время Джексон рисовал в тетради карикатуру на профессора, изображая его в виде сердитого калькулятора.

Они встретились за ланчем в шумной студенческой столовой. Подносы с едой, гул сотен голосов, запах жареной картошки и пиццы.

— Я, кажется, понял, почему Диас меня ненавидит, — философски заметил Джексон, ковыряя вилкой в макаронах. — Я олицетворяю собой ту самую погрешность в его идеальных вычислениях.

— Не переживай, — сказал Эштон, с аппетитом уплетая куриную грудку с брокколи. — После той истории с орлом мой рейтинг в глазах преподавателей упал ниже плинтуса. Ты хотя бы ни на кого ничего не ронял.

— Пока что, — мрачно пошутил Джексон.

Майя, сидящая с салатом, отложила вилку.

—Лео, у тебя все в порядке? Ты сегодня какой-то отстраненный.

Лео действительно молча ковырялся в еде, уставившись в одну точку. Он поднял на них задумчивый взгляд.

—Просто думаю... Всем надоела эта серая рутина? Пары, дом, задания... Одни и те же лица, одни и те же коридоры.

— Что ты имеешь ввиду? — спросила Зоя, откладывая книгу по истории искусств. — Предлагаешь снова штурмовать заброшенный склад?

— Нет, — Лео медленно улыбнулся, и в его зеленых глазах вспыхнула та самая искра, которая обычно предвещала нечто грандиозное и безрассудное. — Не склад. Я думаю о чем-то... большем. Настоящем. О таком приключении, чтобы потом всю жизнь вспоминать...

Наступила короткая пауза, которую тут же заполнил общий гул сотен студентов.

Джексон, развалившись на стуле, скептически приподнял бровь. Он доедал свой чизбургер, и крошки застревали в складках его худи.

—Окей, Капитан, — протянул он, прожевывая. — «Настоящее приключение». Это что, в твоей личной шкале ценностей? После «покорения дивана» и «штурма холодильника»? Ты хоть сам-то представляешь, о чем говоришь? Или это просто очередная красивая обложка для ролика, который никто не посмотрит?

— Джекс... — начала было Зоя, но Лео ее перебил, не в силах скрыть азарт.

— Именно потому, что никто не смотрит, нужно делать что-то грандиозное! Не очередной обзор на наушники или дурацкий челлендж! Что-то, что зацепит по-настоящему. Что-то... неизведанное.

Майя, сидевшая с идеально прямой спиной, отпила глоток воды из своей стеклянной бутылки и поставила ее на стол с тихим, но отчетливым стуком.

—«Неизведанное» в современном мире, Лео, — сказала она своим ровным, лекторским тоном, — это либо научные открытия, совершаемые в лабораториях с бюджетом в миллионы долларов, либо крайне неразумные и зачастую незаконные авантюры. К какому типу относится твоя идея?

— Ко второму! — с детской непосредственностью воскликнул Эштон, и на его лице появилась широкая улыбка. Он уже отложил свой пустой поднос и теперь с энтузиазмом сжимал и разжимал кулаки, будто готовясь к схватке. — Я только за! Надоело уже тут в четырех стенах сидеть. Тренировки, лекции... Давайте уже куда-нибудь рванем! В горы! Или... не знаю, на сплав по реке!

— В горы? — фыркнул Джексон. — Эш, в прошлый раз, когда мы пошли в «горы» — а это, напомню, были холмы в парке Голден-Гейт — ты чуть не снес с обрыва девушку, которая просто попросила тебя сфотографировать ее на фоне заката, потому что слишком энергично размахнулся рукой, показывая на мост.

— Она сама подошла слишком близко! — защищался Эштон, краснея. — И потом, все же обошлось!

— Она выронила телефон в заросли, и мы полчаса искали его, — безжалостно напомнила Майя. — И нашли его в муравейнике.

— Зато он был чистый! — попытался пошутить Эштон, но его голос потонул в общем смехе.

Лео слушал этот привычный обмен колкостями, и его улыбка не сходила с лица. Он чувствовал, как идея, смутная и неоформленная, начинает нагреваться в его сознании, как раскаленный добела металл.

—Ладно, ладно, — сказал он, успокаивая их. — Может, и не в горы. И не на сплав. Я сам еще не до конца понял, что именно. Но чувствую — это должно быть что-то масштабное. Что-то, что вырвет нас отсюда. — Он жестом очертил вокруг себя всю столовую с ее суетой и запахом пережаренного масла. — Хотя бы на несколько дней.

Зоя, до этого молча наблюдавшая за спором, тихо спросила:

—А куда? И... когда? У меня же вторая часть воркшопа по керамике через неделю. И курсовая по искусству Возрождения...

— Вот видишь? — Джексон указал на Зою своей картошкой фри. — У людей планы. Обязанности. А ты со своим «настоящим приключением» врываешься, как ураган, и ломаешь все планы. Опомнись, мы же не герои какого-нибудь блокбастера, мы студенты. У нас сессия на носу.

— Сессия через два месяца, паникер, — парировал Лео. — А несколько дней мы всегда можем найти. Выходные плюс пара отгулов... Смотрите, — он наклонился вперед, и его голос снова стал заговорщицким, приглушенным общим шумом. — Мы все тут задыхаемся. Майя — в своих чертежах, я — в бесконечном монтаже, Эштон — в спортзале, Зоя — в библиотеке, а ты, Джексон, — в своей вечной иронии. Нам нужна встряска. Перезагрузка.

Он посмотрел на каждого, и в его взгляде была не просто азартная искра, а что-то более глубокое — настоящая, неподдельная тоска по чему-то большему, чем их обыденная жизнь.

Джексон тяжело вздохнул и отложил картошку.

—Ладно, ладно, не смотри на меня такими щенячьими глазами. Я просто указываю на очевидные риски. Но... — он немного помолчал, разглядывая потолок столовой. — Если это будет что-то действительно крутое, и если мы все будем заодно... я, пожалуй, не стану слишком уж сильно сопротивляться. Но только если это не будет связано с поеданием жуков. У меня с детства аллергия на них.

— Никаких жуков! — пообещал Лео, и его лицо снова осветилось надеждой.

— И никаких дырявых палаток , — добавила Майя, но в ее глазах мелькнул проблеск интереса. — Если уж куда-то ехать, то с четким планом и продуманной экипировкой.

— И чтобы можно было подтягиваться! — добавил Эштон.

— И... чтобы было красиво, — тихо добавила Зоя.

Лео смотрел на них и понимал — дверь приоткрыта. Семя брошено в почву. Теперь нужно было дать ему время прорасти. Он откинулся на спинку стула, и его улыбка стала спокойнее.

— Хорошо. Никакого давления. Я просто... подброшу идею. А вы подумайте. — Он посмотрел в окно, на яркое калифорнийское солнце, заливающее зеленые газоны кампуса. — Просто подумайте о том, каково это — вырваться из этой клетки. Хотя бы ненадолго.

Звонок на следующую пару резко оборвал их разговор, прозвенев как набат по их маленькому собранию. Студенты дружно зашевелились, поднимаясь с кресел и хватая рюкзаки.

— Ладно, философы, — кряхтя поднялся Джексон, сминая пустую упаковку от бургера. — Мне на пару к свирепому Диасу, где я снова буду живым воплощением статистической погрешности.

— А я на проектирование, — Майя уже застегнула свой строгий портфель. — Эштон, не забудь, ты обещал с моделью помочь после тренировки.

— Буду! — тот уже вскочил, энергично встряхиваясь, будто готовясь не к лекции, а к стартовой позиции на поле. — Четыре часа, я там!

Лео, все еще с задумчивой искрой в глазах, стал собирать свои вещи, разбросанные по столу. — Значит... подумайте, ладно? Просто... чтобы было о чем помечтать.

— О чем мечтать вместо конспектов по термодинамике? С удовольствием, — с уже привычной ухмылкой бросил Джексон, направляясь к выходу.

— Встречаемся сегодня вечером? — спросила Зоя, натягивая на плечи свой рюкзак. — Часов в семь?

— Ага, — кивнул Лео. — У меня как раз пара с Гаррисом заканчивается. Приду с свежими идеями... или свежими шрамами от его критики.

— Главное, без прыгающих кадров, — строго сказала Майя, но уголки ее губ дрогнули.

Они разошлись, растворившись в общем потоке студентов, унося с собой зародившееся семя авантюры.

Семь часов вечера. Сан-Франциско медленно погружался в объятия осеннего тумана, который наступал с океана тяжелыми влажными валами. Улицы становились призрачными — огни фонарей и неоновых вывесок превращались в расплывчатые пятна, а звуки города приглушались, словно кто-то накрыл мегаполис стеклянным колпаком.

Кофейня «Зерно» в этот час напоминала убежище. Воздух здесь был густым и теплым, пахнущим кофе, корицей и чем-то неуловимо домашним. За большим деревянным столом у окна, на котором кто-то когда-то вырезал забавную рожицу, уже сидела Майя. Перед ней стоял открытый MacBook с чертежами, рядом лежала стопка аккуратно подшитых распечаток. Она медленно помешивала ложкой капучино, ее взгляд был рассеянным — витала где-то между сложными инженерными расчетами и мыслями о предстоящем проекте.

Дверь распахнулась с характерным звонком колокольчика, впуская порцию холодного воздуха и Лео. Он влетел в кофейню, срывая с головы наушники, его лицо было раскрасневшимся от быстрой ходьбы.

— Ты не поверишь, что сегодня устроил Гаррис! — начал он, еще не успев снять куртку. — Устроил целый разбор моего последнего монтажа перед всей группой! Говорит...

Майя подняла на него спокойный взгляд: —Позволь угадаю. Снова сравнил твое творчество с чем-то из животного мира? —Хуже! — Лео с драматическим вздохом плюхнулся на стул. — Сказал, что мой монтаж напоминает ему «попытку слона собрать пазл». Представляешь? Слон! Собирающий пазл!

Он снял куртку и повесил ее на спинку стула с таким видом, будто это был не предмет одежды, а знамя поверженного врага.

— Знаешь, — Майя отпила глоток кофе, — если абстрагироваться от художественных сравнений, в этом есть определенная логика. Слоны действительно обладают впечатляющими когнитивными способностями. Возможно, Гаррис хотел сказать...

— Майя, дорогая, — Лео покачал головой, — когда тебя сравнивают с толстокожим млекопитающим, как-то не до анализа скрытых комплиментов.

В этот момент дверь снова открылась, впуская Джексона и Эштона. Они составляли забавный контраст — Джексон в своем неизменном просторном худи, с легкой ухмылкой на лице, и Эштон, сияющий энергией, в спортивной форме, с еще влажными от душа волосами.

— О, кажется, мы вовремя, — Джексон скинул рюкзак на свободный стул. — Лео снова переживает творческие муки? Давайте заключать пари — на этот раз его сравнили с приматом или с представителем семейства псовых?

— Слон, — мрачно сообщил Лео. — Собирающий пазл. —Ого! — Джексон свистнул. — Это новый уровень! Поздравляю! В прошлый раз ты был просто «творческой обезьяной с камерой», а теперь — целый слон!

Эштон тем временем устроился рядом, его лицо сияло энтузиазмом: —А мне сегодня тренер сказал, что я делаю реальные успехи! Правда... — его энтузиазм немного поугас, — ...Затем он сказал, что моя техника по-прежнему напоминает ему «медведя в посудной лавке».

Джексон с комичной серьезностью покачал головой: —Знаешь, Эш, в прошлом месяце ты был «слоном в посудной лавке», а теперь — всего лишь медведь. Скоро будешь аккуратным как кошка!

— Но я же стараюсь! — защищался Эштон. — Просто когда я сосредотачиваюсь на одном, все остальное как-то... —...превращается в хаос? — закончила за него Майя, не отрываясь от своего чертежа. —Ну да! — Эштон улыбнулся, приняв это как комплимент.

Дверь кофейни снова открылась, и появилась Зоя. Она казалась уставшей, но довольной, в руках она несла объемную сумку, из которой торчали кисти и папки. На ее каштановых волосах, собранных в небрежный пучок, блестели капельки тумана.

— Простите, что задержалась, — сказала она, снимая пальто. — Забыла про время в мастерской. Работала над новой керамикой.

— И как успехи? — спросила Майя, наконец полностью отрываясь от своего проекта.

Зоя с легкой улыбкой показала руки, испачканные в глине разных цветов: —Пока непонятно. Но процесс захватывающий. Преподаватель сказал, что мои эксперименты напоминают ему «творческий хаос, граничащий с гениальностью».

— О, — изумлённо воскликнул Джексон, — похоже, у нас здесь собирается настоящая группа творческих людей, находящихся в состоянии хаоса. Лео со своим слоном-пазлособирателем, Зоя с творческим хаосом, Эштон... — он посмотрел на Эштона, — ...а что у тебя с творчеством, Эш? Может, тоже что-то художественное пробовал?

Эштон задумался на секунду, его лицо осветилось: —А я сегодня в спортзале пытался придумать новое упражнение! Хотел совместить подтягивания с... —...и чуть не уронил штангу на ногу тренеру, — закончил за него Джексон. —Ну... да, — смущенно признался Эштон. — Но идея была хорошая!

Все рассмеялись. Даже Майя не удержалась от улыбки.

— Знаешь, Эш, — медленно сказал Джексон, — может, тебе стоит начать с чего-то менее... разрушительного? Например, с рисования? —Но это же скучно! — возразил Эштон. —Иногда скучно — это хорошо, — заметила Майя. — Скучно означает предсказуемо. А предсказуемость означает, что деканы факультетов могут спокойно ходить по коридорам, не опасаясь летящих в них спортивных снарядов.

Разговор тек легко и непринужденно, перескакивая с темы на тему. Говорили о надоевшей учебе, о планах на выходные, о новом фильме, который все хотели посмотреть. Воздух в кофейне становился все теплее от их дыхания, стекла запотевали еще сильнее, создавая ощущение полной отрезанности от внешнего мира. В этот момент, в этом месте, они были не просто группой студентов — они были маленькой вселенной, где у каждого была своя роль, свои странности, но все вместе они создавали идеальный баланс.

— Знаете, — задумчиво сказал Лео, когда наступила небольшая пауза, — мне кажется, именно ради таких моментов и стоит жить. Сидишь в теплой кофейне, пьешь кофе, вокруг лучшие друзья... —И обсуждаешь, как бы не покалечить преподавателей, — добавил Джексон. —Это тоже! — рассмеялся Лео. — Но серьезно... Иногда кажется, что вся эта учеба, проекты, дедлайны... Это все как-то не то. Как будто мы играем в какую-то чужую игру.

Зоя тихо кивнула, ее пальцы продолжали выводить невидимые узоры: —А помните, как в прошлом месяце мы ездили на тот заброшенный ранчо? Вот это было настоящее. Никаких лекций, никаких проектов... Только мы и старый дом, полный историй.

— Да! — оживился Эштон. — А помните, как мы нашли тот старый колодец? Я тогда чуть не провалился, но это было так круто! —И мы потом сидели у костра до утра, — добавил Джексон. — И Лео снимал свой «шедевр», который Гаррис потом назвал «творчеством примата с видеокамерой».

Первая порция кофе давно закончилась, и теперь они просто наслаждались компанией, наблюдая, как за окном ночь окончательно вступает в свои права.

— Знаете, о чем я подумал? — Лео отодвинул пустую чашку. — Мы тут все такие разные. Майя — наш мозг, Зоя — душа, Эштон — мышечная система...

— А я, надеюсь, хотя бы иммунная? — вставил Джексон. — Защищаю от вирусов скуки и приступов излишней серьезности.

— Ты у нас нервная система, — улыбнулась Зоя. — Реагируешь первым и всегда с изюминкой.

— О, мне нравится! — Джексон сделал вид, что поправляет несуществующий галстук. — Значит, я отвечаю за рефлексы и остроту восприятия. Кстати, о рефлексах... — он повернулся к Эштону, — ...как твои успехи в освоении пространства?

Эштон смущенно почесал затылок: —Вчера в столовой всего лишь дважды задел лоток с салатами. Но это потому что девушка с симпатичной улыбкой отвлекла!

— Понимаю, — кивнул Джексон с мнимой серьезностью. — Виноваты девушки с симпатичными улыбками, а не твои локти-разрушители.

Майя, которая все это время тихо наблюдала за друзьями, вдруг сказала: —А ведь это хорошо, что мы такие разные. Мы дополняем друг друга. Без Эштона у нас не было бы столько... неожиданных поворотов событий. Без Джексона все было бы слишком предсказуемо.

— Без тебя мы бы до сих пор пытались понять, как читается расписание пар, — добавил Лео. — Помнишь, на первом курсе?

— О да! — засмеялся Джексон. — Лео пытался найти аудиторию 304 по фэн-шую, а я просто шел за толпой.

— А я тогда первый день просидел в спортзале, думая, что там проходит вводная лекция по физкультуре, — вспомнил Эштон.

Кофейня потихоньку пустела. Бариста начали мыть машину, собирать чашки. Свет за окнами гас, оставляя только мягкую подсветку самого заведения.

— Ладно, гении, — вздохнул Джексон, потягиваясь. — Завтра у нас та самая пара у профессора Диаса в восемь утра. Если я просплю из-за ваших философских размышлений, вы будете отвечать перед всей строгостью математической логики.

— Ой, только не это, — простонала Зоя. — Мне еще тот проект по керамике допиливать.

Они медленно начали собираться. Процесс занял добрых пятнадцать минут — никто не хотел нарушать эту уютную атмосферу.

— Завтра встретимся в столовой после второй пары? — предложила Майя, застегивая пальто.

— Ага, — кивнул Лео. — Если, конечно, Диас не разберет сегодняшний тест. Тогда встреча будет происходить в кабинете у декана.

Они вышли на улицу. Ночной воздух был холодным и свежим после кофейного уюта. Туман немного рассеялся, открывая очертания спящего города.

Утро встретило их привычной суетой. Солнце едва пробивалось сквозь утреннюю дымку, когда они снова оказались в кампусе. После вчерашнего вечера в кофейне сегодняшний день казался особенно обыденным.

Лео шел по коридору факультета медиаискусств, разглядывая расписание на телефоне. Из аудитории доносился голос профессора Гарриса, уже разбирающего чей-то проект.

— Нет, нет и еще раз нет! — гремел профессор. — Это не монтаж, это визуальная пытка!

Лео невольно улыбнулся, вспомнив вчерашний разговор. Может, его слон с пазлом был не так уж и плох.

В это время в другой части кампуса Майя сидела в компьютерном классе, дорабатывая свой проект библиотеки. Ее пальцы летали по клавиатуре, выстраивая идеальные линии. Но сегодня что-то было не так — мыслями она возвращалась к вчерашнему вечеру, к тому чувству легкости и единства, которое они разделяли.

Эштон в спортзале отрабатывал новые приемы, но сегодня тренер заметил в его движениях необычную собранность.

— Смотри-ка, — удивился наставник, — сегодня ты больше похож на грациозную пантеру, чем на медведя в посудной лавке. Что случилось, влюбился что ли?

Эштон только улыбнулся в ответ, продолжая упражнение.

А Джексон... Джексон как раз пытался не уснуть на паре у профессора Диаса. Математические формулы плавали перед глазами, но вместо них он видел запотевшие окна кофейни и смеющиеся лица друзей.

— Мистер Джексон! — раздался строгий голос профессора. — Не хотите ли поделиться с нами тем, что оказалось интереснее дифференциальных уравнений?

Джексон встрепенулся: —Просто размышлял, профессор, о... э-э-э... о практическом применении вашего предмета в реальной жизни.

— Ну что же, — Диас скептически поднял бровь, — тогда решите-ка эту задачу у доски. Посмотрим, как вы применяете знания.

Перерыв между парами в университетской столовой был тем временем, когда все смешалось в один шумный, пахнущий едой и свежезаваренным кофе хаос. Студенты толпились у стоек с едой, сталкивались подносами, громко перекрикивались через зал, делясь новостями и споря о вчерашних лекциях.

Их компания, как обычно, захватила большой стол в углу, под большим окном, через которое лился рассеянный утренний свет. Эштон, еще пахнущий потом после утренней тренировки, с аппетитом уплетал порцию пасты с курицей. Майя аккуратно ела салат, параллельно листая конспект на планшете. Зоя отодвинула свой поднос с почти нетронутой едой и что-то быстро набрасывала в скетчбуке, изредка поглядывая на суетящихся вокруг студентов. Джексон, отодвинув тарелку с сэндвичем, разбирал в наушниках новый альбом любимой группы, его пальцы отбивали ритм по столу.

Последним к ним подошел Лео. Он выглядел уставшим, под глазами были темные круги, но в самих глазах горел странный, лихорадочный блеск. Он молча поставил на стол свой ноутбук и поднос с кофе и булкой, которую даже не собирался есть.

— Ты в порядке? — первым нарушил молчание Джексон, сняв один наушник. — Выглядишь так, будто всю ночь продержал осаду у замка Гарриса, защищая честь своего «слона-пазлособирателя».

Лео медленно покачал головой, его взгляд был отрешенным. —Нет. Хуже. Я... я провел всю ночь за компьютером.

Майя оторвалась от конспекта, ее взгляд стал оценивающим, профессиональным. —Это крайне нерационально, Лео. Невыспавшийся мозг не способен адекватно воспринимать информацию, не говоря уже о творческих процессах.

— Да брось, Майя, — вмешался Эштон, прожевывая последнюю вилку пасты. — Иногда надо нарушать режим! Я, помнится, как-то перед соревнованиями не спал, играл в приставку, и на следующий день побил личный рекорд! Правда, тренер потом сказал, что это не я побил рекорд, а мой адреналин, и что так я до инфаркта допрыгаюсь... Но суть-то ясна!

Зоя тихо спросила, не отрывая карандаша от бумаги: —А что ты искал, Лео?

Лео сделал медленный глоток кофе, поморщился от горечи и открыл ноутбук. Экран загорелся, показывая ту самую спутниковую карту с зеленым пятном в океане.

— Его, — тихо сказал он. — Я искал его. Остров.

Воцарилась короткая пауза, которую тут же заполнил общий гул столовой.

— И...? — протянул Джексон, с любопытством разглядывая экран. — Нашел таки доказательства, что там водятся русалки? Или, может, старый пиратский клад? О, я знаю! Там секретная база инопланетян, замаскированная под кокосовую рощу!

— Ничего, — перебил его Лео, и в его голосе прозвучала неподдельная, почти мистическая заинтригованность. — Я не нашел абсолютно ничего.

Все переглянулись.

— Как это «ничего»? — нахмурилась Майя. — В наше время в открытом доступе есть информация о каждом клочке суши, даже о самых отдаленных и необитаемых атоллах. Данные геологических служб, спутниковые снимки, исторические отчеты...

— Именно! — Лео ударил ладонью по столу, заставив вздрогнуть чашки. — А про этот — ничего! Ну, то есть, вот он, висит на всех картах. Есть координаты. Есть снимки — старые, новые. Но ни названия, ни упоминаний, ни в одном архиве, ни в одной базе данных! Это же... это же невозможно!

Он пролистал несколько вкладок в браузере, показывая им. —Смотрите. Вот запрос в архиве географического общества — ноль. Вот поиск по военным базам — тишина. Вот исторические морские карты — его там просто нет, будто он всплыл только в XX веке!

Джексон присвистнул, на этот раз без иронии. —Серьезно? Ничего? Даже какого-нибудь скучного отчета геологов о вулканических породах?

— Ни-че-го, — повторил Лео, растягивая слово. — Как будто его... вычеркнули. Или не заметили. Он просто есть, и все. Безымянный. Безысторичный. Никаких следов человека — ни построек, ни дорог, ни даже следов старых костров на снимках высокого разрешения.

Зоя отложила карандаш и пристально посмотрела на пиксельное изображение. —Он... одинокий, — прошептала она.

— Да! — воскликнул Лео, ловя ее мысль. — Совершенно одинокий! И абсолютно чистый лист. Представляете? Мы могли бы стать... первыми. Не в смысле открытия, а в смысле... оставления следа.

Майя скептически покачала головой, но ее взгляд тоже задержался на экране. —Лео, отсутствие информации — это не всегда романтическая тайна. Это может означать, что место либо абсолютно бесполезное с любой точки зрения, либо... опасно. Возможно, там были какие-то испытания, о которых не распространяются. Или сложная геология, делающая высадку невозможной.

— Или там просто скучно, — добавил Джексон, но уже без привычного сарказма. — Одни птицы да камни. Твой документальный фильм назовут «Два часа созерцания мха».

— А мне нравится, — неожиданно сказал Эштон. Все посмотрели на него. — Ну а что? Никто не был — значит, не испортили. Как новая скала для лазания. Или новый пляж для бега. Чистый, понимаете? Без мусора, без туристов... Можно кричать что хочешь, и тебя никто не услышит.

Лео с надеждой посмотрел на друзей. Усталость с его лица словно ушла, ее сменило лихорадочное возбуждение. —Я не прошу решать сейчас. Я просто... делюсь открытием. Мы можем забыть об этом. Можем посмеяться и пойти на пары. — Он перевел взгляд на каждого. — А можем... просто допустить, что это возможно. Хотя бы в мыслях. Что где-то там есть место, о котором никто ничего не знает. И что мы могли бы там побывать.

Он закрыл ноутбук. Разговор, казалось, исчерпал себя. Зазвенел звонок, оповещающий о скором начале следующей пары. Студенты вокруг засуетились, начали собирать вещи.

Но за их столом на несколько секунд повисло молчание, густое и значимое. Идея, которая вчера была лишь шуткой, а сегодня утром — странной находкой, теперь витала в воздухе, обретая вес. Она была еще хрупкой, как первый лед, но она уже была там.

— Ладно, — первым поднялся Джексон, сгребая свои вещи. — Пойду, попробую вдохновить профессора Диаса своим знанием дифференциальных уравнений. А вы... — он обвел всех взглядом, — ...подумайте над нашим «чистым листом». Только, ради всего святого, не принимайте никаких решений до того, как я вернусь. Без моего сарказма любое ваше решение будет необъективным.

Они разошлись, растворившись в потоке студентов. Но образ одинокого зеленого острова в океане теперь жил не только на экране ноутбука Лео. Он начал тихо пускать корни в их воображении.

Мысль об острове, словно навязчивая мелодия, застряла в головах у каждого, окрашивая рутину нового дня в странные тона.

Лео, сидя на лекции по истории кино, не слышал ни слова о творческом методе французской новой волны. Вместо этого он в блокноте рисовал раскадровку: первая сцена — их лодка приближается к дикому берегу, музыка нарастает... Он ловил себя на том, что продумывает даже такие мелочи, как цвет палаток и угол, под которым солнце будет освещать его лицо в кадре, когда он будет говорить вступительную речь.

Майя, чертя в аудитории идеальные линии несущих конструкций, вдруг остановилась. Ее взгляд упал на расчет нагрузки на балку, и она непроизвольно прикинула, какую конструкцию можно было бы возвести из подручных материалов на песчаном берегу. «Абсурд, — тут же отогнала она эту мысль, — никаких практических оснований для таких расчетов». Но палец уже сам вывел на полях чертежа небольшой эскиз убежища из пальмовых листьев.

Эштон на тренировке, выполняя забег на выносливость, вместо того чтобы считать круги, представлял, что бежит по кромке незнакомого пляжа. Он чувствовал под ногами не резину дорожки, а мелкий прохладный песок, слышал не хриплое дыхание соседей по залу, а шум океанского прибоя. Тренер даже похвалил его за необычную собранность.

Зоя в художественной мастерской замешивала глину для нового проекта. Обычно она думала о форме, о балансе, о будущем обжиге. Сегодня же ее пальцы сами лепили грубые, угловатые формы, напоминавшие скалы. Она смотрела на бесформенную массу и видела не вазу, а мыс, вдающийся в бирюзовую воду.

Даже Джексон, корпевший над задачей по теории вероятностей, ловил себя на том, что вычисляет не математическое ожидание, а шансы их компании доплыть до загадочного клочка суши. «Вероятность шторма — Х%, вероятность того, что Лео забудет компас — Y%, вероятность, что Эштон перевернет лодку, пытаясь поймать рыбу голыми руками — Z%...» Он с раздражением отложил ручку. Мысль засела глубоко.

Их вечерняя встреча в «Зерне» в этот раз была иной. Не было привычного легкого трепа и шуток. Все сидели немного отрешенные, уставшие, но не от учебы.

Первым не выдержал Лео. —Ладно, сдаюсь. — Он положил руки на стол ладонями вверх, как бы признавая свое поражение. — Я сегодня не смог думать ни о чем другом. Только о нем.

— О слоне? — по привычке уточнил Джексон, но в его тоне не было прежней легкости.

— Об острове, умник. — Лео вздохнул. — Я понимаю, что это звучит как бред. Но... а что если? Просто... что если?

Майя отложила свою бутылку с водой. —Я провела сегодня поверхностный анализ, — сказала она деловым тоном. — Изучила доступные спутниковые снимки. Климат в том регионе тропический, муссонный. Течения... в целом благоприятные для навигации в тот сезон. Геология... требует более детального изучения, но явных признаков вулканической активности на снимках не видно.

Все уставились на нее.

— Ты что, серьезно? — недоверчиво спросил Джексон.

— Я просто собрала доступные данные, — парировала Майя, чуть покраснев. — Это не означает, что я поддерживаю эту... авантюру. Это просто анализ информации.

— А я представлял, как мы там бегаем, — признался Эштон. — По настоящему дикому пляжу. Без этих дурацких беговых дорожек.

Зоя молча достала свой скетчбук и положила его на стол. На странице был карандашный набросок. Пять фигурок у костра на фоне звездного неба и темного силуэта джунглей.

— Я тоже думала об этом, — тихо сказала она.

Воцарилась тишина, но на этот раз она была не неловкой, а глубокой, осмысленной. Идея перестала быть абстракцией. Она пустила корни, прорастая через слой сомнений, прагматизма и иронии.

— Значит, так, — Джексон тяжело вздохнул, сдаваясь. — Давайте, черт возьми, предположим, что мы это серьезно обсуждаем. Не как мечту, а как... гипотетический проект. Лео, с чего мы начнем, если, гипотетически, решим это провернуть?

Лео встрепенулся, его глаза загорелись с новой силой. Он открыл ноутбук. —Итак, команда... Гипотетически... Начнем с самого сложного. Как нам туда, гипотетически, добраться?

Туман за окнами сгущался, но внутри кофейни в этот вечер рождался не просто план. Рождалась мечта, которая медленно, но верно начинала становиться реальностью.

— Итак, — Лео провел рукой по экрану ноутбука, его голос дрожал от сдерживаемого возбуждения. — Гипотетически. Предположим, мы решились. С чего начнем?

Первой, как всегда, нарушила паузу Майя. Ее пальцы уже летали по ее собственному планшету, открывая карты и навигационные приложения. —С логистики, — сказала она тоном, не терпящим возражений. — Это первостепенно. Посмотрим... — Она увеличила масштаб карты. — Ближайшая к координатам острова цивилизация — вот этот небольшой портовый городок, Ла-Крус. До него около 120 морских миль от нашего побережья. Значит, первый этап — добраться до Ла-Крус.

— О, я там был! — оживился Эштон. — Там крутые волны для серфинга! И крабовые рестораны!

— Нас интересуют не крабы, а лодки, Эш, — мягко поправил его Джексон, впервые за вечер с интересом всматриваясь в карту. — Итак, гипотетически, мы плывем в этот Ла-Крус. На чем?

— На машине, — тут же ответила Майя. — Это шесть часов езды. Далее. В Ла-Крусе нам нужно нанять катер или яхту, которая доставит нас максимально близко к острову. Учитывая, что остров не обозначен на обычных картах и не имеет причала, капитан должен быть... гибким в вопросах маршрута.

— То есть, готовым за хорошую плату закрыть глаза на то, куда он везет пятерых студентов, — перевел Джексон.

— Именно, — кивнула Майя. — Далее. Высадка. Берег, судя по снимкам, каменистый. Нам понадобятся надувные лодки, чтобы добраться от катера до суши.

— У меня есть две! — с гордостью сказал Лео. — Качественные, морские!

Все скептически переглянулись.

— Лео, — вздохнул Джексон, — твоя последняя «качественная морская лодка» начала сдуваться посреди залива, и нам пришлось грести до берега руками. Помнишь? Мы тогда вымокли до нитки и пахли рыбой два дня.

— Я купил новые! — защищался Лео. — С двумя независимыми отсеками! И насос ручной, и весла алюминиевые!

— Ладно, гипотетически принимаем, — Майя сделала пометку в своем цифровом блокноте. — Следующий пункт. Снаряжение. — Она посмотрела на всех строго. — Мы не идем в поход на выходные. Мы отправляемся в автономную экспедицию на неопределенный срок в место, где нет никакой инфраструктуры. Список должен быть исчерпывающим.

— Еда! — сразу сказал Эштон. — Много еды! И протеиновые батончики!

— Воду можно будет, гипотетически, дистиллировать из морской, если взять компактный опреснитель, — задумчиво сказала Майя. — Но на первое время нужно взять запас. Консервы, сублиматы... Аптечка. Не та, что для царапин, а серьезная. Противоядия, антибиотики, средства для дезинфекции воды...

— Связь, — добавил Джексон. — Там не будет ни сотовой сети, ни Wi-Fi. Нам нужен спутниковый телефон. Арендовать. Это дорого, но необходимо.

— Палатки, спальники, — продолжила Майя. — Одежда — только быстросохнущая и защищающая от солнца и насекомых.

— Камеры, — мечтательно сказал Лео. — Я возьму две цифровые, дрон, экшн-камеры для первых лиц... Аккумуляторов на неделю непрерывной съемки...

— А я возьму свой скетчбук и акварель, — тихо сказала Зоя. — И, может быть, небольшую папку для гербария... Если там будут интересные растения.

— Отлично, — Майя снова что-то записала. — Теперь о сроках. Гипотетически, когда мы можем это осуществить? Учесть нужно сессию, каникулы...

— Через три недели! — предложил Лео. — После промежуточных тестов как раз будет небольшой перерыв!

— Слишком рано, — покачала головой Майя. — Мы не успеем все подготовить. Нужно как минимум шесть недель. Нужно найти капитана, закупить и проверить снаряжение, составить подробный план...

— Шесть недель... — Лео потер подбородок. — Это долго. Но... возможно.

— А что собственно является целью нашей гипотетической экспедиции? — спросил Джексон, разглядывая свои ногти. — Помимо съемок шедеврального контента для восьмисот подписчиков Лео? Формально.

Все задумались.

— Исследование, — первым нашел слова Лео. — Мы — первые. Мы документируем все: флору, фауну, геологию... Это же уникальный шанс!

— Выживание, — добавил Эштон. — Проверить себя в диких условиях!

— Творчество, — прошептала Зоя.

— Практическое применение знаний, — деловито заключила Майя. — Для меня это мог бы быть интересный опыт с точки зрения организации процессов в экстремальных условиях.

— А для меня... — Джексон тяжело вздохнул. — Для меня это, видимо, будет опыт по спасению вас всех от ваших же гениальных идей. Но, гипотетически... звучит заманчиво.

Они просидели так еще два часа. Списки росли, планы усложнялись, гипотетические проблемы множились. Но с каждой минутой «гипотетический проект» становился все более осязаемым. Они спорили о марках опреснителей, о том, сколько банок тушенки взять на человека, о том, как лучше упаковать камеры от влаги.

Лео с горящими глазами рисовал словесные картины их будущего лагеря. Майя с холодной точностью разбивала его мечты на конкретные задачи. Эштон с энтузиазмом предлагал все новые и новые «супер-идеи», которые Джексон с привычным сарказмом тут же разбирал на составляющие, находя в каждой десяток потенциальных катастроф. А Зоя молча зарисовывала в блокнот их лица — одухотворенные, увлеченные, живые.

В этот вечер они были уже не просто студентами, болтающими о несбыточном. Они стали командой, стоящей на пороге чего-то огромного. За окном давно стемнело, туман сгустился, но в кофейне «Зерно» горел свет, освещая пять лиц, склонившихся над картами и списками. Они строили не просто план поездки. Они строили мечту, кирпичик за кирпичиком превращая ее во что-то реальное. И в воздухе уже пахло не только кофе, но и соленым ветром далекого океана.

ГЛАВА 3: МЕЖДУ МЕЧТОЙ И БЕЗУМИЕМ

ГЛАВА 3: МЕЖДУ МЕЧТОЙ И БЕЗУМИЕМ

Идея, которая сперва казалась лишь искоркой в глазах Лео, разгоралась с каждой встречей, превращаясь в настоящее пламя, способное сжечь все их сомнения.

Их штаб-квартирой по-прежнему оставалась кофейня «Зерно», но теперь их стол напоминал не место для дружеских посиделок, а командный центр. Он был завален не чашками, а топографическими картами, распечатками спутниковых снимков, сметами и рекламными буклетами туристических магазинов.

— Не могу поверить, что мы это серьезно обсуждаем, — Джексон с видом эксперта изучал характеристики портативной опреснительной установки. — Тысяча баксов за штуку, которая может сломаться от песчинки. Мы что, собираемся открывать курорт на том острове? Может, просто возьмем побольше бутилированной?

— Объем, Джекс, объем! — Лео, сияя, тыкал пальцем в экран своего ноутбука. — На пятерых на неделю нам понадобится минимум сто литров воды! Ты представляешь, сколько это места и веса? Эта малышка, — он с нежностью посмотрел на изображение устройства, — сэкономит нам кучу ресурсов!

— Если, конечно, она не сломается на второй день, и мы не будем вынуждены пить кокосовое молоко, пока у нас не начнутся галлюцинации, — парировал Джексон, откладывая распечатку.

— А кокосы — это отличный источник электролитов! — тут же встрял Эштон, с энтузиазмом разбирающий новую покупку — складную саперную лопатку. — И их можно разбить об голову! Смотри! — Он с размаху ткнул лопаткой в свой рюкзак.

Раздался неприятный хруст. Все замерли.

— Эштон... — с ледяным спокойствием в голосе произнесла Майя, не отрывая взгляда от своего планшета. — Ты только что сломал пластиковую застежку на своем собственном рюкзаке. Демонстрируя... лопатку. Теперь представь, что будет с твоими пальцами или, не дай бог, с чьей-то ногой.

Эштон смущенно осмотрел повреждение.

—Ничего... Я ее склею! Она же все равно для копания, а не для ношения!

— Именно поэтому, — Майя подняла на него строгий взгляд, — я настаиваю на том, чтобы все сложное и потенциально опасное снаряжение было в моем ведении или в ведении Лео. Ты, Эштон, отвечаешь за физическую силу и выносливость. А не за обращение с инструментами.

— Ладно, — Эштон с некоторой обидой положил лопатку на стол.

— Вернемся к списку, — Майя снова уткнулась в свой планшет. Ее палец скользил по бесконечному перечню. — У нас есть палатки, спальники, горелки, аптечка первой помощи... Лео, как продвигается вопрос со связью?

— Арендовал два спутниковых телефона! — с гордостью сообщил Лео. — Дорого, но другого выхода нет. Один основной, один запасной. И четыре солнечных зарядных устройства. Этого должно хватить.

— На всякий случай я взяла старую добрую бумажную карту и компас, — тихо сказала Зоя. Она сидела в углу, зарисовывая в блокнот предполагаемые виды острова на основе спутниковых снимков. — Техника имеет свойство ломаться. А звезды и карта... они более надежны.

— Мудро, — кивнул ей Джексон. — Наш техногенный гений Лео, кажется, забыл, что мы плывем не в пятизвездочный отель с ремонтом электроники.

— Я ничего не забыл! — возразил Лео. — Но мы живем в XXI веке! Мы должны это задокументировать! Я уже придумал название для серии — «Остров Сайрен: Тайна Тихого океана». Первая серия — «Высадка». Вторая...

— Вторая — «Как мы потеряли спутниковый телефон, пока Эштон пытался снять дрон с дерева», — мрачно закончил за него Джексон.

— Хей! — снова возмутился Эштон.

— Ребята, — Майя снова выступила в роли миротворца. — Давайте сосредоточимся. У нас осталось меньше трех недель. Нужно закончить со снаряжением, утвердить окончательный маршрут с капитаном и пройти тот самый интенсив по выживанию.

— О, насчет капитана, — Джексон достал свой телефон. — Я говорил с одним загадочным Джо. И он согласился на цену, но сказал, что высадит нас ровно на семь дней. Ни часом больше. И ждать не будет. Если мы опоздаем к точке сбора... — Он сделал многозначительную паузу. — ...нам придется подавать дымовые сигналы.

— Значит, нельзя опаздывать, — констатировала Майя, делая пометку. — Расписание должно быть соблюдено неукоснительно.

Лео смотрел на своих друзей — спорящих, сомневающихся, но уже вовлеченных в эту авантюру по уши. Он видел, как Майя, обычно такая сдержанная, с азартом обсуждает навес для палатки из паракорда. Видел, как Зоя, всегда тихая, с горящими глазами рассказывает о том, какие растения они могут найти. Видел, как даже вечный скептик Джексон с неподдельным интересом изучает навигационные карты.

Их уже было не остановить. Маховик был запущен. Каждый день, каждый спор, каждая купленная вещь приближали их к тому моменту, когда из гипотетического «Проекта Сайрен» он превратится в суровую, захватывающую реальность. И где-то там, в бескрайних просторах Тихого океана, маленький безымянный остров ждал своих первых гостей.

Предотъездная лихорадка достигла своего пика. Городские огни за окном казались им теперь чужими и далекими. Все необходимое было упаковано в водонепроницаемые мешки и рюкзаки, выстроенные в стройные ряды в прихожей Лео.

— Ничего не забыли? — в десятый раз за вечер переспросила Майя, сверяясь с чек-листом на планшете.

— Только твое спокойствие, — ухмыльнулся Джексон, упаковывая последний предмет — толстенный том «Полное руководство по выживанию в дикой природе». — Хотя его ты, кажется, оставила в деканате.

— Смешно, — сухо парировала Майя, но уголки ее губ дрогнули. — Эштон, ты положил запасные шнурки? В прошлый раз в походе тебе пришлось использовать лианы.

— Лианы были надежнее! — возразил Эштон, проверяя крепления на своем переполненном рюкзаке. — И экологичнее!

Зоя молча обходила груды снаряжения, будто прощаясь с привычным миром. Ее пальцы скользили по стенам, запоминая текстуру штукатурки, взгляд задерживался на знакомых предметах — словно она собиралась не в недельное путешествие, а в долгую эмиграцию.

— Страшно? — тихо спросил у нее Лео, заметив ее задумчивость.

— Нет, — она покачала головой, но пальцы ее нервно перебирали кисть для рисования. — Просто... все стало каким-то слишком реальным. Еще вчера это была просто идея, а завтра...

— Завтра мы уже будем в океане, — закончил за нее Лео, и в его глазах вспыхнули знакомые огоньки азарта. — Представляешь? Совсем одни. Только море, небо и наш остров.

— И капитан Джо, — напомнил Джексон, появляясь в дверях с пиццей. — Не забываем про нашего любимого перевозчика с голосом пропойцы.

— Мило, — фыркнула Майя. — Надеюсь, у него хорошие навыки навигации.

Устроившись среди рюкзаков и коробок, они ели пиццу — свою последнюю «нормальную» еду на ближайшую неделю. Разговор то затихал, то вспыхивал с новой силой.

— А вы не думали, — с набитым ртом произнес Эштон, — что на острове может быть кто-то еще? Ну, типа... Робинзона?

— Робинзон Крузо был литературным персонажем, Эш, — терпеливо объяснила Майя. — Вероятность найти на необитаемом острове другого человека стремится к нулю.

— Зато вероятность найти его скелет вполне реальна, — мрачно пошутил Джексон. — Может, поставим себе цель — найти останки какого-нибудь несчастного мореплавателя? Это добавит драматизма твоему фильму, Лео.

— Не надо скелетов! — взмолилась Зоя. — Я хочу рисовать живописные пейзажи, а не... останки.

— Ладно, ладно, без скелетов, — сдался Джексон. — Ограничимся призраками.

Ночь за окном сгущалась. Город затихал, но в квартире Лео царило напряженное бодрствование. Каждый понимал — это последние часы привычной жизни. Завтра их ждал старый пирс в Ла-Крусе, хриплый голос капитана Джо и бескрайний, незнакомый океан.

— Пора, — наконец сказала Майя, глядя на часы.

Эта ночь была мостом между двумя мирами. И по ту сторону моста их ждало нечто, что изменит их навсегда.

Туманное утро встретило их на пустынной парковке в Ла-Крусе. Воздух был наполнен влажным и соленым ароматом моря, в котором смешивались запахи водорослей и солярки. Где-то вдалеке слышался крик чаек.

— Точно здесь? — скептически осматривал старый, полуразрушенный пирс Джексон. — Выглядит как место для нелегальных сделок, а не для отправления в экспедицию.

— Координаты те, что дал Джо, — проверила Майя на GPS-навигаторе. — Ждем.

Они стояли у развалюхи-пирса, окруженные своими рюкзаками. Эштон нервно переминался с ноги на ногу, Зоя укуталась в ветровку, а Лео снимал все на камеру, пытаясь сохранить видимость бодрости.

Из утреннего тумана медленно выплыла лодка. Вернее, не лодка — а нечто, напоминавшее выброшенный на берег реликт. Ржавый корпус, облупившаяся краска, и на корме — высокая сутулая фигура в промасленной куртке.

— Капитан Джо, предполагаю, — процедил Джексон.

Лодка причалила к пирсу с скрежетом. Капитан оказался мужчиной лет шестидесяти, с лицом, словно вырезанным из старого дерева, и глазами, видевшими слишком много.

— Вы те самые... искатели приключений? — его голос действительно напоминал скрип несмазанных петель.

— Мы, — сделала шаг вперед Майя. — Готовы к отправлению.

Капитан молча окинул взглядом их гору снаряжения, потом — их самих. Его взгляд задержался на камере в руках Лео.

— Семь дней, — хрипло сказал он. — Ни минутой больше. Погода портится. Загружайтесь.

Погрузка в маленькую, пахнущую рыбой и бензином каюту заняла больше получаса. Когда последний рюкзак был заброшен на борт, капитан завел мотор. Двигатель чихнул, кашлянул и с трудом ожил.

— Пристегнитесь! — крикнул Джексон, когда лодка рывком отошла от пирса. — Кажется, это будет интереснее, чем американские горки!

Лодка вышла в открытый океан. Ла-крус скрылся в тумане, словно его и не было. Вокруг была только вода и небо, с каждым часом становившиеся все более свинцовыми.

— Капитан, — обратилась Майя к Джо, который молча стоял у штурвала, — сколько до острова?

— До острова? — он не повернул головы. — Восемь часов. Если погода не подведёт.

— А она... подведёт? — спросила Зоя, сжимая в руках свой скетчбук.

Капитан Джо наконец обернулся. В его глазах было что-то, от чего у Зои похолодело внутри.

— Погода здесь всегда подводит, девочка, — прохрипел он. — Вопрос — когда.

Он повернулся обратно к волнам, и больше не проронил ни слова.

Лодка капитана Джо с трудом раскачивалась на набирающих силу волнах. Несколько часов пути прошли в относительном спокойствии. Лео был не в силах усидеть на месте и постоянно ходил по палубе, делая фотографии всего, что попадалось ему на глаза: берега, который медленно исчезал за горизонтом, кричащих чаек, сурового капитана, стоящего у штурвала.

— Смотри! Дельфины! — вдруг закричал Эштон, указывая на стайку существ, игриво сопровождавших лодку. — Они нас приветствуют!

— Или провожают в последний путь, — мрачно заметил Джексон, крепче вцепившись в поручень. Его лицо приобрело легкий зеленоватый оттенок. — Кстати, о последнем пути... У кого-нибудь есть еще эти пакетики? Тот, что мне дали, уже... выполнил своё предназначение.

Майя, сидевшая на скамье с планшетом, невозмутимо протянула ему еще один.

—Дыши глубже. Смотри на горизонт. Это помогает от морской болезни.

— Легко тебе говорить, — простонал Джексон, принимая пакет. — Ты, кажется, единственная здесь, у кого вестибулярный аппарат работает как у космонавта.

— Я просто сосредотачиваюсь на чем-то другом, — ответила она, но ее пальцы чуть заметно дрожали, когда она листала карты на экране.

Зоя сидела, прижавшись спиной к каюте, и делала быстрые зарисовки в блокноте. Ее линии были нервными, прерывистыми.

—Капитан, — наконец не выдержала она, — а вы бывали на этом острове раньше?

Джо, не отрывая взгляда от воды, покачал головой.

—Никто не бывал. Место... нехорошее.

— Что значит «нехорошее»? — насторожился Лео, опуская камеру.

— Рыбаки его сторонятся. Говорят, компас там с ума сходит. — Капитан резко повернул штурвал, уворачиваясь от особенно высокой волны. — И птицы не гнездятся. Никогда не видел, чтобы хоть одна птица села на тот берег.

В каюте повисла тревожная тишина, нарушаемая только воем ветра и шумом мотора.

— Может, это просто суеверия? — попытался сохранить оптимизм Лео. — У каждого загадочного места есть свои легенды.

— Легенды возникают не на пустом месте, — тихо сказала Зоя, закрывая блокнот.

— О, отлично! — Джексон с слабой ухмылкой поднял голову. — Значит, мы плывем на остров, где не работает компас, не живут птицы, и который рыбаки обходят стороной. А я-то думал, у нас будет обычный пикник!

— Не преувеличивай, — Майя бросила на него строгий взгляд, но сама невольно посмотрела на свой GPS-навигатор. Стрелка компаса на экране беспорядочно дергалась. — Это, вероятно, просто магнитная аномалия. В местах с вулканическим происхождением такое встречается.

— Магнитная аномалия, говоришь? — Джексон снова склонился над пакетом. — Замечательно. Значит, когда вся наша электроника выйдет из строя, мы сможем ориентироваться по мху на деревьях. Если там, конечно, растут деревья.

Эштон, до этого молча наблюдавший за дельфинами, вдруг сказал:

—А мне нравится! Настоящая тайна! Не просто какой-то там необитаемый остров, а место с характером!

— Характер — это когда человек ворчит по утрам, — поправил его Джексон. — А когда целый остров заставляет стрелку компаса плясать джигу — это уже, простите, психическое расстройство.

Лодка резко качнулась, и волна окатила палубу ледяной водой. Лео едва удержал камеру.

— Привяжитесь! — рявкнул капитан Джо, не оборачиваясь. — Шторм на подходе. Будет трясти.

Небо на горизонте потемнело, приобретя свинцово-синий оттенок. Ветер завыл с новой силой заставляя лодку крениться все сильнее. Волны уже не были дружелюбными холмами — они превращались в свирепые водяные горы.

— Может, вернемся? — крикнула Зоя, вцепившись в сиденье так, что костяшки ее пальцев побелели.

— Слишком поздно! — крикнул в ответ капитан. — Обратный путь теперь опаснее! Придется прорываться!

Майя быстро раздала всем спасательные жилеты. Ее лицо было бледным, но решительным.

—Всем надеть! Эштон, помоги Зое застегнуть!

— Так точно! — Эштон с непривычной аккуратностью принялся застегивать пряжки на жилете Зои.

Лео, дрожащими руками пытаясь упаковать камеру в непромокаемый чехол, поднял взгляд на приближающуюся стену шторма. Это было одновременно самое страшное и самое прекрасное зрелище в его жизни.

— Ребята! — закричал он, перекрывая вой ветра. — Кадры будут просто нереальные!

— Лео, ради всего святого, заткнись и пристегнись! — заорал Джексон, уже не пытаясь шутить.

Шторм обрушился на лодку со всей яростью океана. Мир сузился до размеров крошечной качающейся скорлупки, затерянной между небом и водой. Грохот волн, бьющих в борт, сливался с воем ветра в оглушительную симфонию хаоса.

— Держитесь крепче! — кричал капитан Джо, его руки, словно влитые в штурвал, пытались удержать лодку на курсе. Но курс был условным — стихия швыряла их как щепку.

Лео, пристегнутый к сиденью, все еще пытался снимать, но камера выскальзывала из мокрых рук, а картинка представляла собой мельтешение неба, воды и брызг.

— Лео, хватит! — пронзительно крикнула Майя, ее обычно бесстрастное лицо было искажено гримасой ужаса. — Упакуй это!

Резкий порыв ветра швырнул лодку на бок. Ящик с частью провизии сорвался с креплений и с грохотом полетел через палубу, рассыпая упаковки с едой, которые тут же смыло в бушующую воду.

— Наш запас! — в отчаянии простонал Эштон, беспомощно наблюдая, как их тщательно собранная еда исчезает в пучине.

— Хуже! — закричал Джексон, указывая дрожащей рукой на нос лодки. — Лодки! Наши надувные лодки!

Оранжевые свертки, которые они так тщательно проверяли, Также было оторвано от креплений. Один из них, подхваченный ветром, бешено закрутился в воздухе и упал в воду, исчезнув из виду за считанные секунды. Второй болтался на одном креплении, яростно хлопая по палубе, как гигантская раненная птица.

— Я сейчас! — закричал Эштон, отстегивая свой ремень.

— Нет! — рявкнул капитан Джо. — Сидеть! Ты хочешь последовать за ними?!

Зоя зажмурилась, прижимая к груди свой блокнот. Ее губы беззвучно шептали что-то, будто молитву или заклинание. Художественные принадлежности, акварели, запасная бумага — все это теперь не имело значения. Осталась лишь базовая, животная потребность в выживании.

С оглушительным грохотом волна ударила в корму, и ледяная вода хлынула в каюту. Мотор зашипел и остановился.

Наступила странная, зловещая тишина, нарушаемая только ревом шторма. Лодка лишенная хода, беспомощно закрутилась на месте, отдаваясь на волю волн.

— Мотор! — крикнул Лео, вытирая соленую воду с лица. В его голосе впервые прозвучала настоящая паника.

— Засорило! — прокричал в ответ Джо, уже пытаясь что-то сделать с двигателем. — Сидите и молитесь!

Еще один сокрушительный удар. На этот раз что-то треснуло в корпусе. Вода хлынула внутрь с новой силой.

— Мы тонем? — с ужасом прошептала Зоя, глядя, как вода поднимается к их ногам.

— Не сейчас! — произнесла Майя сквозь стиснутые зубы. Её разум работал на пределе, оценивая ситуацию. — Надеть спасательные жилеты! Джексон, помоги Зое! Лео, хватай аварийный маяк!

Джексон, бледный как полотно, кивнул и дрожащими руками проверил застежку на жилете Зои. Лео с трудом отстегнулся и пополз в сторону ящика с аварийным снаряжением. Лодка кренилась так сильно, что каждый его шаг был похож на восхождение по отвесной стене.

Он дотянулся до ящика и открыл его. Внутри лежал ярко-оранжевый спутниковый маяк. Он протянул к нему руку, но в этот момент на лодку обрушилась очередная гигантская волна, и она перевернулась.

Мир перевернулся с ног на голову. Холод. Тьма. Давящий вес воды. Лео беспомощно кувыркался в ледяной пучине, ударяясь о какие-то обломки. Он инстинктивно задержал дыхание, его легкие горели. Он видел расплывчатые тени, слышал приглушенные крики. Внезапно кто-то схватил его за куртку и потянул вверх.

Он вынырнул, отчаянно хватая ртом воздух, смешанный с брызгами и дождем. Вокруг в воде плавали обломки лодки, ящики.

— Все здесь?! — закричал он, выплевывая соленую воду. — Майя! Зоя! Эштон! Джексон!

Один за другим из пены появлялись головы. Майя, откашливаясь, но с ясным взглядом. Эштон, с гримасой боли, но живой. Зоя, держащаяся за плавающий обломок сиденья. И Джексон, который только что вытащил на поверхность Лео.

— Капитан? — крикнула Майя, оглядываясь.

Никого. Капитан Джо исчез.

Они болтались в ледяной воде, цепляясь за плавающие обломки, в сердце безумного шторма. Их лодка, их снаряжение, их провизия — почти все было потеряно. Аварийный маяк остался на дне океана вместе с лодкой капитана Джо.

— Что... что теперь? — с трудом выговорила Зоя, ее зубы отчаянно стучали от холода.

Майя, отбросив панику, снова стала аналитиком. Она оглядела горизонт, ее взгляд выхватил во тьме что-то темное и массивное.

—Там! — она указала рукой. — Земля!

Это был остров. Их остров. Сайрен. Он возвышался из бушующего океана как гигантский черный страж, молчаливый и безразличный к их бедственному положению. Он не был тем райским местом, о котором они мечтали. Он был их единственным шансом.

— Плывем! — скомандовала Майя, и в ее голосе не было места для споров. — Плывем к берегу!

И они поплыли. Пятеро друзей, выброшенные стихией, почти без всего, что они так тщательно готовили. Они плыли к незнакомому берегу, не зная, что их ждет. Их приключение обернулось борьбой за выживание с самой первой минуты. И остров, темный и загадочный, молча ждал их, чтобы открыть им свои настоящие тайны.

ГЛАВА 4: ТИШИНА ПОСЛЕ ШТОРМА

ГЛАВА 4: ТИШИНА ПОСЛЕ ШТОРМА

Тишина после шторма была оглушительной. Пять фигур лежали на берегу, неподвижные, как выброшенные волной коряги. Первым очнулся Эштон — его тело судорожно содрогнулось, и он начал откашливать соленую воду, смешанную с песком.

— Все... живы? — его голос прозвучал хрипло и неестественно.

Майя уже сидела, обхватив колени. Ее пальцы впились в мокрую ткань брюк, а взгляд был пустым и отсутствующим. Она лишь кивнула, не в силах вымолвить слово.

Лео лежал на спине, медленно приходя в себя. По его виску сочилась кровь из глубокой царапины. Джексон стонал, сжимая рукой бок — при выбросе на берег он ударился о скрытый под водой камень. Зоя не двигалась, раскинув руки, и только легкое подрагивание плеч выдавало, что она в сознании.

Они пролежали так несколько минут, не в силах пошевелиться. Ветер гулял по пустынному берегу, заставляя промокшую одежду леденеть на теле. Постепенно до них начало доходить ужасающее положение.

— Капитан... — первым нарушил молчание Лео, с трудом поднимаясь на локти.

— Его нет, — коротко бросила Майя. — Я видела, как его смыло за борт.

Эти слова повисли в воздухе, тяжелые и окончательные. Они остались одни.

Джексон с гримасой боли сел, держась за ребра.

—Прекрасно. Просто замечательно. Значит, так: нас никто не ищет. Мы где-то в океане на клочке земли, которого все обходят стороной.

Эштон поднялся на ноги, покачиваясь. Его взгляд скользнул по береговой линии, усыпанной жалкими обломками их снаряжения.

—Лодки нет. Ничего нет.

Лео с тоской посмотрел на свой рюкзак, лежавший в нескольких метрах. С трудом подполз к нему, игнорируя боль в ладонях от острых ракушек. Расстегнув, из рюкзака хлынула мутная вода. Он достал свою камеру. Объектив был разбит а корпус покрыт трещинами. Лео молча швырнул ее прочь. Дорогая техника со звонким треском разлетелась о камни.

— Всё пропало, — прошептал он.

— Не всё, — хрипло проговорил Эштон. Он с трудом расстегнул свой спасательный жилет, а под ним — маленький водонепроницаемый мешочек. — Я... подумал, что так надежнее.

Он достал складной нож и коробку спичек,завернутую в полиэтилен. Спички были сухими.

Эта маленькая находка не вызвала радости — она лишь подчеркнула весь ужас их положения.

— Огонь... — безразлично произнесла Майя. — И что мы будем жечь? Эти мокрые камни?

Ее слова заставили всех оглянуться. Берег представлял собой узкую полосу крупной гальки, за которой стеной стоял темный, непроходимый лес. Воздух был тяжелым и влажным, пахло гниющими водорослями и чем-то сладковато-приторным. Небо быстро темнело.

— Мы замерзнем, — голос Майи снова обрел твердость. Она медленно поднялась. — Мокрая одежда, ветер... Нам нужно найти хоть какое-то укрытие.

— Где? — Джексон мотнул головой в сторону леса. — Туда лезть? Там черт знает что.

— Или остаться здесь и умереть от переохлаждения, — парировала Майя. — Выбирай.

Она подошла к границе джунглей. Растения росли так густо, что образовывали сплошную стену, переплетенную лианами. Листья были толстыми, кожистыми, неестественно темными.

Их первая попытка проникнуть в лес закончилась провалом. Эштон, пытаясь раздвинуть ветви, вскрикнул от боли — его руку иссекли острые шипы невидимого растения. Кровь лилась обильно и густо.

— Черт! — он зашипел, зажимая рану.

— Не трогай ничего! — резко сказала Майя. — Мы не знаем, что здесь ядовито.

Они двинулись вдоль кромки леса, пробираясь через нагромождение выброшенных штормом коряг. Ноги скользили на мокрых камнях. Сумерки сгущались с пугающей скоростью.

— Здесь! — вдруг крикнула Зоя, отставшая от группы. Она указывала на расщелину в основании скалы — не пещеру, а просто узкую щель между двумя базальтовыми глыбами. Глубиной около трех метров, шириной — два. На дне лежали щебень и сухие листья. Крыши не было, но один камень нависал над другим, образуя подобие козырька.

Это было не укрытие. Это была нора. Но выбора не оставалось.

— Лучше, чем ничего, — констатировала Майя. — Эштон, Лео, собирайте все крупные ветки. Сделаем навес. Зоя, ищи сухой мох для растопки. Джексон, помоги расчистить площадку.

Они работали молча, движения были медленными и механическими. Силы были на исходе. Эштон и Лео притащили несколько полугнилых стволов. Зоя нашла под корнями упавшего дерева комок почти сухого мха. Майя и Джексон руками разгребли острые камни в расщелине.

Когда скудные запасы были исчерпаны, они замерли в ожидании. Эштон дрожащими руками достал коробку спичек. Первая спичка сломалась. Вторая вспыхнула и погасла. Воздух был слишком влажным.

— Дай сюда, — тихо сказала Майя. Она взяла коробок, аккуратно сложила три спички вместе и чиркнула. Более крупное пламя коснулось мха. Тот задымился, затлел... и погас.

Отчаяние снова накрыло их волной.

— Последняя попытка, — ее голос был почти неслышен. Она сняла с себя мокрый шарф, разорвала его на полосы и смешала с остатками мха. Чирк. Пламя охватило ткань, с треском перекинулось на мох. На этот раз огонь не погас.

Они молча сидели вокруг небольшого костра, протягивая к теплу закоченевшие пальцы. Пламя отражалось в их широких, пустых глазах. Никто не говорил. Не было сил. Они сидели в каменной щели на незнакомом острове, у чужого огня, и слушали, как снаружи воет ветер и бьется о скалы неприветливый океан.

Огонь трещал, отбрасывая на стены скалы пляшущие тени. Казалось, эти пять человек превратились в часть каменного грота — неподвижные, молчаливые, с пустыми глазами.

— Холодно, — наконец прошептала Зоя. Ее зубы все еще стучали, а губы посинели.

Эштон молча снял свой мокрый свитер и накинул ей на плечи. Девушка кивнула в благодарность, не в силах вымолвить слова.

— Надо просушить одежду, — глухо произнес Лео. Он уже снял куртку и пытался развесить ее у огня. — Иначе к утру заболеем все.

Джексон скептически хмыкнул, потирая ушибленные ребра:

—Отлично. Умрем не от голода, а от пневмонии.

— Хватит, — резко оборвала его Майя. Ее лицо в свете пламени казалось высеченным из камня. — Мы выжили. Пока. Теперь нужно думать, что делать дальше.

Она окинула взглядом их скудное имущество: промокший рюкзак Лео, мультитул Эштона, коробок спичек. И все.

— Утром, — продолжила она, — первым делом ищем воду. Без воды мы продержимся дня три. Потом — еда.

— А что есть? — спросил Эштон. — Водоросли?

— Посмотрим, — Майя посмотрела на Зою. — Ты разбираешься в растениях. Сможешь отличить съедобное от ядовитого?

Зоя медленно кивнула:

—Попробую. Но тропическая флора... я не специалист.

— Лучше, чем ничего, — Лео попытался улыбнуться, но получилось жалко. — Главное, не начинать с поганок.

Ночь тянулась мучительно долго. Они сидели, прижавшись друг к другу для тепла, и слушали звуки незнакомого леса. Оттуда доносились странные щелчки, шелест, иногда — отдаленные крики, не похожие на птичьи. Каждый шорох заставлял их вздрагивать.

— Слушайте, — вдруг сказал Джексон. — А вы не думали, что на острове может быть... кто-то еще?

Все невольно напряглись.

— Рыбаки? — предположил Эштон.

— Или не только, — Джексон посмотрел в темноту за пределами их укрытия. — Этот капитан... Джо. Он сказал, что рыбаки сторонятся этого места. Почему?

— Суеверия, — пожала плечами Майя, но в ее голосе прозвучала неуверенность.

— Или не совсем, — настаивал Джексон. — Он говорил про компас. Что стрелка сходит с ума.

Лео потянулся к своему рюкзаку:

—У меня был GPS-навигатор... — Он достал размокший прибор. Экран был темным. — Не работает, конечно. Но когда я его включал в лодке... там действительно были помехи.

Воцарилось молчание. Теперь ночные звуки за пределами их укрытия казались еще более зловещими.

Огонь постепенно угасал, и холод снова начал пробираться в кости. Они сидели в темноте, не в силах заснуть, прислушиваясь к каждому шороху. Ветви за стеной леса скрипели, словно кто-то невидимый медленно раскачивал деревья. Где-то вдали раздавался странный скрипучий звук, похожий на скрежет камня о камень.

— Мне кажется, или кто-то смотрит на нас? — тихо прошептала Зоя, вжавшись в стену.

Эштон напрягся, вглядываясь в темноту:

—Никого нет. Просто ветер.

Но и он не мог скрыть нервной дрожи в голосе. Остров, который днем казался просто необитаемым клочком земли, ночью превращался в нечто живое и враждебное. Воздух был густым и тяжелым, будто сама атмосфера сопротивлялась их присутствию.

Никто не спал. Страх и холод не позволили им сомкнуть глаз всю эту бесконечную ночь.

Рассвет на острове не принес облегчения. Свет, пробивавшийся сквозь щель в скалах, был серым и водянистым, он не грел, а лишь подчеркивал унылость их положения. Пять фигур сидели вокруг полностью угасшего костра, объятые гнетущим молчанием, которое было гуще утреннего тумана. Казалось, они вросли в холодный камень, стали его частью.

Первым пошевелился Эштон. Его мощное тело, привыкшее к нагрузкам, сейчас казалось чужим и непослушным. Он с трудом разогнул спину, и по его лицу пробежала гримаса боли.

—Никогда еще не чувствовал себя настолько разбитым, — его голос, обычно громкий и уверенный, сейчас был низким и хриплым. — Как будто меня протащили десять миль по гравию, а потом еще и забыли собрать.

Лео, сидевший напротив, медленно поднял на него взгляд. Его лицо, обычно оживленное и выразительное, было маской усталости. Яркие веснушки резко контрастировали с мертвенной бледностью кожи.

—Вода, — это было не слово, а хриплый выдох. Он облизал потрескавшиеся, покрытые коростой губы. — Еще день, максимум два... без воды это конец.

Его взгляд скользнул по лицам друзей, задерживаясь на каждом, словно ища подтверждения своим мрачным мыслям. Рядом с ним, чуть в стороне, сидела Майя. Она не смотрела ни на кого, ее взгляд был устремлен куда-то внутрь себя. Пальцы, сжавшие колени, были белыми от напряжения. Она не произносила команд, не пыталась взять на себя ответственность. В ее позе читалась та же потерянность, что и у остальных, но смешанная с тяжелым, почти физическим усилием — усилием не поддаться панике, не сломаться.

Зоя сделала попытку подняться, опершись рукой о шершавую стену расщелины. Ноги, затекшие и ослабевшие от холода, предательски подкосились. Она бы упала, но Эштон, движимый рефлексом, мгновенно вскочил и подхватил ее.

—Ты в порядке? — в его голосе прозвучала тревога, которую он тщетно пытался скрыть.

Зоя покачала головой, прикрыв глаза.

—Голова... плывет. И пить... — она не договорила, но все и так понимали. Жажда становилась навязчивой идеей, тупой болью, от которой невозможно было отвлечься.

Из угла доносилось ровное, нарочито спокойное дыхание Джексона. Он сидел, откинув голову на камень, и смотрел в потолок их каменного убежища.

—Замечательное утро, — его голос, обычно окрашенный иронией, сейчас был плоским и бесцветным. — Настоящий тропический рай. Пальмы, океан... Жаль, только, что в этом раю нет ни капли пресной воды. Досадное упущение.

Его слова повисли в воздухе, не встретив ни возражений, ни поддержки. Шутка, которая в другой ситуации вызвала бы хоть какую-то реакцию, сейчас прозвучала как констатация жуткого факта.

Прошло еще несколько минут тягостного молчания. Казалось, они могут просидеть так целую вечность, парализованные холодом, усталостью и страхом. Но нужно было двигаться.

Лео с глухим стоном поднялся на ноги. Каждое движение давалось с огромным трудом.

—На спутниковых снимках, — начал он, и его голос набрал немного силы, — я видел... там была темная линия, извивающаяся через остров. Как ручей. Или небольшая река. Она должна быть где-то в центре.

Джексон медленно перевел на него взгляд.

—Блестящее наблюдение, Шерлок. А как ты предлагаешь его найти? У нас нет карты, нет компаса. Твой навигатор, — он кивнул в сторону размокшего рюкзака Лео, — теперь не более чем дорогой кирпич. Мы не знаем, где мы находимся, и куда идти.

— Можно попробовать идти вглубь, — тихо, но четко сказала Зоя. Все повернулись к ней. — Рельеф... вода всегда течет вниз, к низинам. Если мы будем двигаться не вдоль берега, а внутрь острова, мы должны выйти к воде.

Майя, до этого остававшаяся безучастной, кивнула. Ее взгляд встретился с взглядом Зои, и в нем мелькнуло что-то вроде понимания.

—Да, — ее голос был низким и ровным. — И в лесу можно ориентироваться. Деревья... их кроны обычно гуще и пышнее с той стороны, что обращена к солнцу. На этом полушарии это юг. Это может помочь держать направление.

Предложение Зои и простое добавление Майи не прозвучали как приказ. Это была не команда, а обсуждение. Обмен идеями, в котором каждый был важен. Впервые за многие часы между ними пробежала искра чего-то похожего на слабую, хрупкую надежду. Это были не лидер и последователи, а группа людей, пытающихся сообща найти выход из смертельной ловушки.

Медленно, помогая друг другу, они выбрались из каменного укрытия. Остров встретил их тем же безразличным, влажным молчанием. Воздух был тяжелым и спертым, насыщенным запахом гниющих растений и влажной земли. Лес стоял перед ними непроницаемой темно-зеленой стеной.

Они двинулись вдоль его кромки, не решаясь сразу нырнуть в зеленую чащу. Ноги вязли в мокром грунте, острые ветки цеплялись за промокшую одежду. Они шли молча, экономя скудные силы, прислушиваясь к собственному тяжелому дыханию и настораживающей тишине леса. Не было слышно ни птиц, ни насекомых. Лишь изредка где-то в глубине раздавался треск ломающейся ветки, от которого у всех замирало сердце.

Именно в этой гнетущей, неестественной тишине они и уловили другой звук. Сначала — едва различимый, похожий на отдаленный шепот. Потом — чуть громче. Непрерывный, настойчивый...

—Слышите? — прошептал Лео, замирая на месте и поднимая руку.

Все остановились, затаив дыхание. Да, это было невозможно спутать. Тихий, но отчетливый шепот бегущей воды.

Их апатия мгновенно испарилась. Не сговариваясь, они бросились на звук, перестав обращать внимание на хлеставшие по лицу ветки и скользкую под ногами землю. Адреналин, казалось, на секунду вытеснил и усталость, и холод.

И вот он — неширокий, но стремительный ручей, пробивавший себе путь сквозь нагромождение черных базальтовых камней. Вода была темной, цвета крепкого чая, окрашенной дубильными веществами от гниющих листьев, но это была ВОДА.

Эштон, не раздумывая, рухнул на колени и зачерпнул пригоршню. Остальные, не сдерживаясь, последовали его примеру, жадно глотая прохладную, с терпким землистым привкусом влагу. Это был не просто глоток воды. Это был глоток жизни. Майя пила медленнее других, закрыв глаза, словно сосредоточившись на каждом глотке, впитывая не только жидкость, но и сам факт этой маленькой, но такой важной победы.

— Теперь... — выдохнул Лео, откидывая мокрые от воды волосы со лба. Его взгляд, наконец, ожил, в нем снова вспыхнули знакомые искорки. — Теперь еда.

Они стояли на берегу ручья, слушая его умиротворяющее журчание, и смотрели на лес, который теперь казался чуть менее враждебным. Первая, самая критичная задача была решена. Они сделали это вместе. Но где-то в глубине этой зеленой пучины, в тени гигантских деревьев и переплетенных лиан, остров хранил свои главные тайны. И самые суровые испытания для этой разношерстной компании были еще впереди.

Отпившись, они еще несколько минут стояли неподвижно, наслаждаясь ощущением влаги в пересохших горлах. Но голод, оттесненный на второй план жаждой, начал заявлять о себе с новой силой.

— Ладно, — Эштон первым нарушил молчание, с тоской глядя на пустой берег. — Воду нашли. А что есть-то? Водоросли эти жевать? Или может, кору грызть?

Лео, все еще сидя на корточках у воды, провел рукой по мокрым камням. —Рыба... здесь должна быть рыба. Видите, течение довольно быстрое, значит, вода насыщена кислородом. Это хорошее место для рыбы.

— Прекрасно, — Джексон тяжело опустился на валун. — У нас есть рыба. И даже есть ручей, где она плавает. Не хватает только удочек, сетей и всего того, что обычно используют для ее поимки. — Он горько усмехнулся. — Может, попробуем загипнотизировать ее? Или выстроимся в цепочку и будем загонять, как дикари?

— А почему нет? — неожиданно оживился Эштон. — Я в детстве в ручье руками рыбу ловил! Правда, там пескарики мелкие были...

— Здесь явно не пескари, — мрачно заметил Джексон. — Смотри-ка, какое течение. Снесет к чертям.

Зоя, прислонившись к стволу дерева на берегу, внимательно изучала окрестности. —А что насчет растений? — тихо спросила она. — Лес полон зелени. Должны же быть какие-то съедобные коренья, ягоды...

— Или смертельно ядовитые, — парировал Джексон. — Предлагаю начать с меня. Если умру быстро и без мучений, значит, можно и вам попробовать.

— Это не смешно, — тихо, но твердо сказала Майя. Она стояла чуть поодаль, аналитическим взглядом окидывая склон над ручьем. — Зоя права. Нужно искать пищу. Но с умом. — Она повернулась к Зое. — Ты говорила, что разбираешься в растениях. Что мы можем искать в первую очередь? Что обычно безопасно?

Зоя нахмурилась, вспоминая прочитанное. —Орехи... если найдутся пальмы, можно поискать кокосы. Они и для еды, и для питья. Еще можно искать растения с клубнями, вроде дикого ямса. Но... — она нервно обвела взглядом густые заросли, — ...здесь все такое незнакомое. Листья другие, формы... Я не уверена.

— Значит, будем действовать методом исключения, — сказал Лео, наконец поднимаясь. — Искать то, что похоже на знакомые растения. И ничего не есть, если не уверены на все сто.

— А пока мы будем искать, мы и сдохнем от голода, — проворчал Джексон, потирая виски. — Голова уже гудит. Энергия на нуле.

— Рыбу все-таки попробуем поймать, — настойчиво повторил Эштон. Он уже снял ботинки и закатывал штанины. — Хоть что-то нужно попробовать. Лео, поможешь? Сделаем что-то вроде загороди из веток, чтобы рыбу в узкое место загонять.

Лео кивнул, деловая хватка понемногу возвращалась к нему. —Да, можно попробовать. И копье из прочной палки сделать, наконечник заострить ножом.

Пока Эштон и Лео обсуждали свои планы по рыбной ловле, Зоя и Майя углубились в изучение прибрежной растительности.

— Смотри, — Зоя осторожно тронула большой лист, похожий на лопух. — Такие обычно не ядовиты. Но и не особо питательны.

— А вон те? — Майя указала на заросли папоротника. — Молодые побеги некоторых папоротников съедобны.

— Да, но их нужно долго вымачивать и варить, чтобы ушла горечь и возможные токсины, — покачала головой Зоя. — Без огня и посуды это бесполезно.

Джексон наблюдал за ними, все так же сидя на камне. Его обычный сарказм куда-то испарился, сменившись глубокой, почти физической усталостью. —Значит, пока наш улов — это воздух и надежда. — Он вздохнул. — А запасы надежды тают с каждым часом.

Прошло несколько часов. Эштон и Лео, промокшие и продрогшие, так и не сумели поймать ни одной рыбы. Хитрая добыча легко ускользала из их самодельных ловушек. Зое и Майе тоже не везло — все, что они находили, либо было явно несъедобным, либо требовало обработки.

Солнце начало клониться к горизонту, и снова стало холодать. Первоначальный подъем сменился тяжелым, давящим разочарованием. Они сидели на берегу ручья, и громче голода зазвучал другой вопрос: а что, если они не смогут найти еду? Воцарилось молчание, нарушаемое лишь журчанием воды, которое из успокаивающего стало казаться насмешливым.

Именно в этот момент Зоя, блуждавшая взглядом по противоположному берегу, вдруг замерла. Ее глаза широко раскрылись. —Стойте... — прошептала она. — Что это?

Все повернулись туда, куда она смотрела. Метрах в двадцати от них, у кромки леса, из-под навеса свисающих лиан виднелся темный, правильной формы прямоугольный контур. Что-то явно рукотворное.

— Это... постройка? — не веря своим глазам, произнес Лео.

Они переглянулись. В их взглядах читалась смесь надежды и страха. Если там есть постройка, значит, на острове кто-то был. Или есть. Встал вопрос: что опаснее — голод или встреча с незнакомцами на заброшенном острове?

Забыв на мгновение и о голоде, и о холоде, они уставились на темный прямоугольный контур, угадывающийся в чаще на противоположном берегу ручья. Журчание воды внезапно показалось им невероятно громким, будто остров сам затаил дыхание, наблюдая за их реакцией.

— Это... постройка? — первым нарушил оцепенение Эштон, его голос прозвучал неуверенно, сбиваясь на шепот.

— Похоже на рукотворное укрытие, — так же тихо ответила Майя. Ее аналитический ум уже работал, сканируя объект. — Кто-то его построил. Давно.

Лео, не говоря ни слова, инстинктивно потянулся к карману, где обычно лежал его телефон, но рука встретила лишь мокрую ткань. Он сжал кулаки. —Там может быть что-то полезное. Инструменты. Консервы. — В его голосе снова зазвучали нотки прежнего энтузиазма, но теперь они были приглушены осторожностью.

Джексон, не сводя глаз с загадочного объекта, медленно поднялся с камня. —Или там может быть что-то, чего мы не хотим найти. — Он посмотрел на остальных. — Капитан Джо не зря говорил, что рыбаки сторонятся этого места. Может, у них были на то причины.

— Мы не можем его просто проигнорировать, — Зоя обхватила себя за плечи, но ее взгляд был твердым. — Это первая... зацепка. Признак того, что мы здесь не первые.

— Она права, — поддержал ее Лео. — Сидеть здесь и медленно умирать от голода — не вариант. Это шанс.

— Шанс на что? Найти ответы, которые сделают только страшнее? — парировал Джексон, но в его тоне уже не было прежней едкой уверенности. Он понимал, что выбора у них нет.

Решение созрело молча, без лишних слов. Оно витало в воздухе, передаваясь взглядами. Они должны были проверить.

Перейти ручей в этом месте оказалось непросто — камни были скользкими, а течение сильным. Эштон, как самый устойчивый, шел первым, прощупывая дно и подавая руку остальным. Лео помогал Зое, Джексон, стиснув зубы от боли в боку, двигался осторожно, а Майя замыкала группу, ее внимательный взгляд скользил по окружающему лесу.

Выбравшись на противоположный берег, они на секунду замерли, прислушиваясь. Лес молчал. Тишина была оглушительной. Затем они начали медленно пробираться к цели, раздвигая колючие ветки и обходя гигантские корни деревьев.

Чем ближе они подходили, тем отчетливее становились детали. Это было низкое, приземистое строение, сложенное из грубых камней и глины. Крыша, сделанная из жердей и плотно уложенных пальмовых листьев, сильно обветшала и местами провалилась. Вся постройка была густо оплетена лианами, будто лес пытался скрыть ее, поглотить обратно.

— Никто не живет здесь уже очень, очень давно, — констатировал Лео, осматривая заросший вход.

Вместо двери в проеме висела истлевшая ткань, когда-то, видимо, бывшая брезентом. Она болталась лохмотьями.

Эштон шагнул вперед. —Я первый.

— Подожди, — резко остановила его Майя. — Неизвестно, что там. Обвалившийся потолок... Давай сначала проверим.

Она подобрала с земли длинную прочную палку и, осторожно подойдя к проему, откинула лоскуты ткани. Изнури пахнуло затхлостью и прелыми листьями. Ни звука.

— Ладно, пошли, — кивнул Эштон и, пригнувшись, первым шагнул внутрь.

Один за другим они оказались в полумраке. Свет, пробивавшийся сквозь дыры в кровле, выхватывал из тьмы унылую картину.

Это было простейшее укрытие. Глиняный пол, голые каменные стены. В углу валялась груда истлевшей ткани — остатки спального места. Рядом лежали несколько пустых жестяных банок, почерневших от ржавчины. В центре стоял сложенный из камней очаг, заполненный золой.

— Кто-то жил здесь, — тихо сказала Зоя, осматриваясь. — И недолго.

Лео подошел к очагу и потыкал в золу палкой. —Костер... Они разводили костер. Как и мы.

Джексон, придерживая бок, мрачно оглядел скудные остатки чьего-то быта. —И где же этот «кто-то» теперь? Наш остров, кажется, не оставляет гостей надолго.

— Смотрите, — позвала их Майя. Она стояла у дальней стены, где в щель между камней был вложен небольшой, тщательно завернутый в промасленную, почерневшую ткань сверток.

Все собрались вокруг. Майя осторожно развернула ткань. Внутри лежало несколько предметов, сохраненных с поразительной тщательностью.

Первым делом взгляд упал на нож. Он был весь в рыжих подтеках, рукоятка обмотана потрескавшейся кожей. —Армейский нож, — протянул Эштон. — Старый. Очень старый.

Рядом лежала алюминиевая фляга. Лео взял ее и повертел в руках. —На донышке что-то выцарапано, — он пригляделся. — Дата. «17.08».

— Они... они оставили это, — прошептала Зоя, глядя на находки. — Сознательно. Спрятали.

— Как будто знали, что кто-то придет после, — добавил Лео, и в его голосе прозвучала неподдельная тревога.

— Или хотели, чтобы их кто-то нашел, — мрачно заключил Джексон. — Может, это было предупреждение.

Они стояли в полумраке хижины, передавая друг другу находки. Проржавевший нож и фляга с выцарапанной датой казались невероятно тяжелыми в их руках.

— Семнадцатое августа... — задумчиво проговорила Майя, принимая от Лео флягу. — Но какого года? Это могло быть десять лет назад. Или пятьдесят.

— По ножу сложно сказать, — Эштон осторожно повертел клинок в руках. — Но ржавчина глубокая. И рукоятка почти истлела. Думаю, не меньше двадцати лет.

Джексон, прислонившись к каменной стене, с горькой усмешкой покачал головой: —Замечательно. Значит, как минимум два десятилетия назад здесь уже кто-то пытался выжить. И судя по тому, что они оставили после себя только эти... сувениры, у них не очень получилось.

— Может, они были военными? — предположил Лео. — Нож армейский. Может, это какие-то учения? Потерпевшие крушение?

— И они построили эту лачугу из камней и глины? — Зоя обвела взглядом убогое жилище. — Это не похоже на армейский лагерь. Это похоже на... отчаяние. На попытку укрыться.

Ее слова повисли в воздухе, наполняя и без того гнетущую атмосферу новым, леденящим душу смыслом.

— От чего укрыться? — тихо спросил Эштон. — Здесь же никого нет.

Все невольно посмотрели на вход, затянутый гнилой тканью. Лес за ним молчал, но это молчание уже не казалось пустым. Оно было насыщенным, внимательным.

— Ладно, — Лео решительно спрятал флягу в карман. — Что бы здесь ни было, эти вещи нам полезнее, чем их прежним хозяевам. Нож можно использовать. А фляга... она хотя бы целая.

Они еще раз осмотрели хижину, но больше ничего ценного не нашли. Только пыль и ощущение чужого безнадежного одиночества.

Выйдя на свет, они почувствовали странное облегчение. Солнце уже клонилось к горизонту.

— Нам нужно вернуться к нашему укрытию, — сказала Майя, глядя на темнеющее небо. — К расщелине. Там мы хоть как-то защищены от ветра. И с водой рядом.

Обратный путь казался короче. Теперь у них была цель. Они снова перешли ручей и вскоре оказались у знакомой каменной расщелины. Место, которое вчера казалось им холодной ловушкой, теперь воспринималось почти как дом.

Внутри расщелины их ждала горстка серого, едва теплого пепла. Огонь давно погас.

— Черт, — прошептал Лео, смотря на остывшие угли. — Спички-то кончились.

Воцарилось тяжелое молчание. Они снова остались без огня. Без тепла, без возможности приготовить еду.

— Так, — Эштон доставал нож. — Паника нам не поможет. Сейчас мы этот лагерь хоть как-то обустроим. Без огня, так без огня.

Работа закипела, но уже без прежнего энтузиазма. Эштон, вооружившись ножом, с непривычной аккуратностью рубил молодые деревца и прочные ветки. Лео и Джексон, превозмогая усталость, таскали хворост и помогали сооружать подобие заслона от ветра у входа в расщелину. Зоя и Майя сгребали в кучу сухие листья — хоть какая-то подстилка от холодного камня.

— Знаешь, — Лео, устанавливая очередную жердину, обратился к Джексону, — а ведь Гаррис, наверное, был бы в восторге. Настоящее документальное кино в режиме реального времени. «Борьба за выживание: Остров Сайрен». Особенно кульминация, где герои сидят в темноте и жуют сырые коренья.

Джексон, силясь закрепить перекладину, хрипло рассмеялся: —Да, особенно тот момент, где его звездный ученик роняет ветку себе на ногу. Оскароносный кадр. А потом смотрит в камеру и говорит: «А спичек-то и нет».

— Эй, я стараюсь!

— Знаю, знаю. Просто... — Джексон остановился, вытирая пот со лба. — Просто странно это все. Еще вчера мы спорили о монтаже в кофейне. А сегодня я пытаюсь построить стену из палок, чтобы не замерзнуть насмерть, и мечтаю о коробке спичек как о величайшем сокровище.

Его слова заставили всех на мгновение замереть. Контраст между их прошлой жизнью и нынешним положением был настолько разительным, что от него перехватывало дыхание.

Пока они возились с укрытием, Майя, пользуясь последними лучами солнца, осмотрела окрестности их лагеря. Через некоторое время она вернулась, держа в руках несколько продолговатых коричневых клубней, выкопанных неподалеку.

— Смотрите, — сказала она, показывая находку. — Дикий ямс, кажется. Если это он, то съедобен. Нужно только как следует приготовить.

— Приготовить? — Эштон с тоской посмотрел на клубни, потом на остывшие угли. — Без огня? Мы их что, сырыми есть будем?

— В крайнем случае, можно попробовать, — сказала Майя без особой уверенности. — Но это рискованно. Может вызвать расстройство. Лучше подождем. Может, придумаем, как добыть огонь без спичек.

С наступлением темноты стало холодать еще сильнее. Они сидели в темноте, в своем чуть улучшенном укрытии, и жевали найденные Зоей съедобные, но безвкусные и жесткие коренья, которые удалось есть сырыми. Это было жалкое подобие еды, не дававшее ни сытости, ни тепла. Они запивали их водой из ручья, и голод лишь притуплялся, но не уходил.

— Интересно, как их звали? — вдруг спросила Зоя, глядя на отблески луны на алюминиевой фляге.

— Чьих? — уточнил Лео.

— Тех, кто был до нас. Владельцев этих вещей. У них тоже, наверное, кончились спички.

— Наверное, мы никогда не узнаем, — пожала плечами Майя.

— А может, и узнаем, — возразил Джексон. Его лицо в лунном свете было серьезным. — Если этот остров не отпускает своих гостей так легко, возможно, мы с ними еще встретимся. В каком-нибудь виде.

Его слова повисли в холодном ночном воздухе, и каждый дорисовал в своем воображении свою картину этой встречи.

Позже, когда остальные наконец-то погрузились в тяжелый, голодный и беспокойный сон, Лео сидел, прислонившись к камню, не в силах сомкнуть глаз. Он смотрел на нож, лежавший рядом. Ржавый, немой свидетель. И думал о тех, кто держал его до него. У них тоже кончились спички? Что они делали, когда огонь погас в последний раз?

Где-то в глубине леса снова послышался тот самый скрипучий, протяжный звук. На этот раз он был ближе. Лео замер, вглядываясь в непроглядную тьму за пределами их лагеря. Ему почудилось, что между деревьями мелькнуло слабое движение. Быстрое, едва уловимое. Он напряг зрение, но там была только ночь и тишина.

«Паранойя» — сказал он сам себе, кутаясь в мокрую от сырости куртку. Но ощущение, что за ними наблюдают, не проходило. Остров бодрствовал. И он ждал, пока холод и голод сделают свою работу.

Ночь, вторая по счету на острове, казалась бесконечной. Холод пробирался сквозь щели в их импровизированном заслоне, заставляя тела содрогаться в ознобе. Они сидели в самой глубине каменной расщелины, пытаясь согреться дыханием и скудным теплом собственных тел. Огонь был лишь горьким воспоминанием.