Октябрь

Глава 1

Он был главой в небольшой фирме. Тот день поначалу ничем не отличался от других. Завтрак и чашка кофе. Мужчина печально глянул на своего единственного родственника – Валентина. Это был кактус с одним лиловым цветочком на макушке, довольно пожилой среди своих сородичей. Максим, так звали мужчину, взял неизменную маленькую оранжевую леечку и с любовью полил землю в горшке под Валентином. Попрощался с ним, оделся и пошёл на работу, взяв в руки зонт-трость, свой неизменный кожаный дипломат, доставшийся ещё от отца. Когда-то с ним Макс начинал своё дело. Тогда ещё молодой и амбициозный. Несомненно, прекрасное время – молодость. Сейчас уже совсем не то… Размышления мужчины прервал противный писк домофона и скрип двери парадной, с открытием которой Максима обдал холодный ветер, будто бы проникавший сквозь одежду, с мелкими капельками, брызнувшими в лицо. На улице был ливень, свинцовые тучи заволокли небо и не предвещали ничего, кроме проливных дождей. Мужчина слегка скривился и раскрыл зонт, который с послушным шуршанием укрыл хозяина от влаги. Максим шагал по серой улице, в окружении таких же людей с зонтами, участвуя в сплошном потоке. Ему никогда не нравилось обилие людей, это всё напоминало муравейник, вернее, более уродливую его версию. Как вдруг раздался выстрел, затем ещё и ещё. В ушах зазвенело, после чего всё потонуло в человеческих криках, визгах и прочих атрибутах паники. Макс инстинктивно пригнулся. Люди побежали, кто куда. Шедший рядом парень, лет двадцати от роду, вдруг упал замертво. Улицу переполняла какофония, которую, словно нож масло, время от времени разрезали звуки выстрелов. Максим испугался не на шутку. Мужчина не был героем, не был каким-нибудь магом из фентези. Но… Его всегда отличало нездоровое любопытство. И снова оно оказалось сильнее страха. Жизненное убеждение, что ничего не бывает без причин толкнуло его туда. Он пошёл к источнику выстрелов. Всего пара небольших несмелых шагов. Душа сжималась в комок и выворачивалась наизнанку, к счастью, пока что, не вытряхивая завтрак Максима на асфальт. Увидел человека в маске для пейнтбола, чёрной кожаной куртке, джинсах и кедах. Замер. Страх снова заявил о себе стайкой мурашек, бегущей по спине, рукам. Кажется, даже волосы на голове зашевелились. Пришло осознание собственной глупости. Но было поздно. Вокруг него валялось несколько трупов, а в руке незнакомца был зажат пистолет. В его глазах виделись ненависть и безысходность. Ненависть ко всем людям. Он навёл пистолет на Максима и, потупив взгляд, замер. А Макс ответил взаимностью. Мужчина стоял бледнее ваты, сжимая в руках свои зонт и дипломат. Незнакомец немного удивился, спросил: Дурак чтоль? Почему не поступил, как остальные? Почему не убежал? Беги!!!- рявкнул и резко дёрнул рукой, яростно потрясая пистолетом. Максим лишь слегка дёрнулся. Но остался на своём месте, вызвав ещё большее удивление незнакомца. «Первое правило торгов – вызови интерес к товару». Вспомнил он мудрость отца, после чего в голове мелькнула мысль: Макс! Что же ты творишь? Надо было бежать! Какие торги!? – страх нахлынул, словно приливная волна. – Так… Не пойдёт. Хотя… Да. Это и есть торги. Самые настоящие, всамделишные. Всё или ничего!

Убедив… Или сделав вид, что убедил себя в этом, Максим стал делать то, чем занимался в фирме последние годы. Он взвешивал каждое слово, осмысляя его по несколько раз, после чего произносил. В этот момент сознание будто помутилось, ему всё это стало казаться просто очередной сделкой. Но… Ценой провала была его жизнь.

- Я не остальные. Я другой. Как и все те люди, которых ты убил. Зачем ты сделал это? В чём смысл?

«Урок второй. Когда вызвал интерес, веди диалог. Отвечай на вопросы, чтобы не казалось, что тебе плевать на собеседника. Но, старайся ставить свои так, чтобы человек больше говорил, открытые вопросы располагают.». А когда человек дошёл до края и переступил черту… Это жизнеспособный план, как показалось Максиму.

- Зря ты так говоришь! Эти "разные" люди, вроде тебя, где они были, когда мою семью убивали!? Я был беспомощен и избит грабителями, вот так, на улице. Было темно, сыро, больно, страшно… Я видел, как эти трусливые рожи пялились на меня из окон, отовсюду. Видел телефоны и камеры в их руках, они не собирались делать ни-че-го!!! Они все больны!!! Больны!!! Никто, запомни мои слова, никто не поможет тебе в трудную минуту. Они будут снимать твои мучения на камеру. Жизнь ничего не стоит в нашем мире. Ради трёх минут зрелищ, которые вы все хаваете каждый день без меры… Мою жену застрелили, а сына...- он разрыдался, опустил пистолет, сел на асфальт. Максим мог попытаться забрать оружие, но не стал. Он вряд ли хотел рискнуть получить пулю в лоб. Слишком далеко…

-Смотреть, как ломается чужая жизнь… Показывать всем вокруг и тыкать пальцем. Это потолок человечества!

Макс осторожно подошёл к мужчине чуть ближе. Всего на пару маленьких шажочков. Некогда переполненная людьми улица бетонного муравейника теперь была пуста. Лишь шум дождя и громкие голоса нарушали тишину, воцарившуюся здесь. Максим молчал и терпеливо ждал.

- А ведь эти козлы не вышли из домов, даже когда бандиты уехали! Всё это из-за пары тысяч и двух кнопочных телефонов… За что?! Они оставили меня помирать на мокром асфальте, в такой же ливень. (Всхлип) мой сын умер у меня на руках!

-А как же полиция? – сипловатым голосом спросил Максим, после чего прокашлялся, пытаясь согнать ком, подступивший к горлу, когда незнакомец в очередной раз тряхнул пистолетом.

-Они приехали через пол часа после случившегося! Хочешь увидеть, что сделали со мной? - с этими словами мужчина снял маску. Нос был вывернут и прижат к лицу. Один глаз заплыл и посерел. Видимо, незнакомец ослеп наполовину. Большей части зубов не было. На левой стороне лица гигантский порез. Правая сторона представляла собой сплошное месиво. Вновь Максима скрутило, слева, за рёбрами, кольнуло.

- А ведь когда-то я был честным рабочим! Делал игрушки для малышей… Потом стал их продавцом. Купил бы ты у меня что-нибудь после такого? Я потерял всё, что имел… Та ночь отняла у меня всё.

«Видимо, он не слыхал про пластическую хирургию. Они там не только груди женщинам делают…». – Подумал Максим, но сказал другое. Мужчина делал малюсенькие шаги время от времени – И всё же, зачем это? Чем виноваты такие же беспомощные люди, как ты?

-Месть. – ответил незнакомец. Подумал, и решил продолжить – Когда у тебя отнимают всё… Когда жизнь теряет смысл… Ты начинаешь искать виновных. Я нашёл. И сделал всё то, чего жаждал. Я так долго пестовал свою ненависть… И… Не получил облегчения. Никакого. Только пустоту внутри. Будто этот октябрьский ветер. Он вроде и не очень холодный. Но… Пробирает до костей. Тогда я возненавидел людей. Мне показалось это всё выходом. Я… Просто хотел ощутить облегчение, желал ощутить, что моя семья отомщена. Покой, отобранный у меня в одночасье.

-И как? Помогло?

Губы Максима изогнулись в горькой ухмылке, а взгляд выдавал азарт на грани безумия, даже сквозь страх. Незнакомец потупил взгляд и покачал головой.

-Нет. Прости меня.

После чего приставил пистолет к виску и решительно нажал на спуск. Максим не стал ему мешать. В голове чётко мелькнуло: Ты не Рембо. Стой и смотри.

Он просто сел на асфальт, ошарашенно глядя в никуда. Сложил зонт и стал осознавать произошедшее. Неужели он тоже… Болен? Всё заняло не более пары минут, но для мужчины прошла целая вечность. Макс вымок до нитки, но это казалось ничтожной мелочью. Вдали стал слышаться нарастающий вой сирен. Его всё же стошнило. Казалось, вывернуло наизнанку не только тело, но и саму суть Максима. Он дрожал, а по коже стайками бежали мурашки. Только сейчас мужчина понял, что из его живота струилась кровь. Макс, ослабев, рухнул навзничь. Капли дождя щедро поливали сверху, сердце пропустило удар, а глаза навсегда запечатлели свинцовые тучи. Максима ласкал октябрьский ветер, вроде и не очень холодный, но он пробирал до костей.