Охота на собак

Глава 1

Не помню, сколько лет назад в моей жизни что-то менялось. По будням я просиживаю штаны в офисе, на выходных расслабляюсь листая смешные картинки. Ни на что другое не остаётся ни сил, ни желания.

Возвращаюсь как обычно с работы, вот я уже рядом с домом. Захожу в магаз за сигаретами. Не люблю курить дома, отхожу поближе к гаражам.

Залипаю в телефон, рядом проходит милый котик.

Котейка проходит мимо и скрывается в дыре в полуразрушенной кирпичной стене. Заглядываю вслед за котиком, чтобы выдать ему почёс.

Там просто ниша в стене, никакого сквозного прохода, никакой трещинки. Даже маленькому котёнку тут негде спрятаться. Но куда-то же он должен деться. Захожу в эту нишу, осмотреть её повнимательнее.

И выхожу в каком-то совершенно другом месте. Не в центре города, а рядом с небольшим леском, из трещины в широком одиноком дереве, в которую я никак не мог бы поместиться. Не знаю, где я, но лучше вернуться обратно, от греха подальше. Шагаю назад в трещину и прохожу в неё; снова оказываюсь на прежнем месте недалеко от дома. Интересно, второй раз оно так же сработает?

Да, проход стабилен. Можно немножко осмотреться, если далеко не отходить. Вроде природа как природа, ничего особенного. Деревьица, кусты, холмы. Похоже на места, в которых я играл в детстве. Лучше оглядеть местность с высокого холма. Никаких незнакомых растений нет, такая трава у нас повсюду растёт. Наверное, я не очень далеко.

С холма идёт в мою сторону симпатичная девушка, а рядом с ней — какое-то животное с длинной шерстью и совсем коротенькими лапками. Непонятно, есть ли вообще у него лапы или оно на животе ползёт. А вот девушка с виду вполне обычная.

Подойдя ближе, она спрашивает:

— Извините, вы не могли бы отогнать от меня собаку?

— Да, конечно, — отвечаю я, слегка растерявшись. Странно, что её пугает собака, которая просто мирно идёт за ней и даже не лает. Но у всех людей свои фобии, многие пугаются и обычных беззлобных дворняг.

— Вы идите, а я её задержу.

— Но я не смогу уйти от неё, пока вы её не прогоните.

Девушка делает несколько шагов, и когда собака начинает идти за ней, резко подпрыгиваю и кричу.

— А-А-А!

Она так и осталась сидеть на месте и смотреть на меня. Или стоять, по ней это не видно.

Сам бы я без чужой подсказки никогда не додумался, что это — собака. Но если уж сравнивать, то она немного похожа на пекинеса с чёрной шерстью и острыми оголёнными зубами.

В целом, зверь чем-то напоминает насекомых: вроде безобидный, но отвратительный, в отличии от милой овчарки, которая может до смерти закусать. Неприятный такой.

Совершенно не охота оставаться с ним наедине. Сейчас лучше домой пойти, будет ещё время получше исследовать это место.

***

Выхожу вечером из офиса. Устал ужасно, на работе был завал, да ещё и начальник — строгий нелицеприятный тип, лаял на меня весь день как собака.

Кстати о собаках: они часто бегают рядом с нашим офисом, их подкармливают в местном магазине. А вот среди них и та самая, которую я видел за гаражами.

Кажется, она ко мне привязалась. Последнее время то и дело вижу её рядом. И ладно бы, если я натыкался на неё только рядом со своим домом, неподалёку от прохода в её «дом», но чтобы собаки мигрировали на километры, преследуя кого-то, кто им даже не хозяин — о таком я никогда раньше не слышал.

Надо избавляться от этой стрёмной недопсины.

Решив так, я вооружился топором для рубки мяса (который, как известно, дома есть у каждого) и в выходной с утра пошёл за гаражи. Если не наткнусь на эту «собаку» — так хоть местность поисследую.

Проход по-прежнему ведёт в то же место. Пейзаж по ту сторону не изменился.

Хоть и нет никаких незнакомых мне растений, но жарит солнышко, тогда как на нашей стороне было пасмурно и дул сильный ветер. Меня закинуло дальше от дома, чем я думал. Неплохо было бы найти людей и узнать где я.

Опять на самый высокий холм. Оттуда выберу, в какую сторону идти. Может, увижу кого-нибудь. Не людей, так хоть эту самую собаку.

Никого вокруг не видно. Пойду в сторону леса. На местную флору посмотрю, а если повезёт, то и на фауну. Главное не углубляться далеко, чтоб потом обратно выйти.

Сразу же повезло: по кромке леса приближаются четыре собаки. На низкой светлой траве их заметно издалека. Все как одна чёрные, лохматые и коротконогие. Не знаю, есть ли среди них та самая, которая мне встретилась первой.

Мерзкие такие. Но опасаться их нечего. Я легко смогу распинать их ногами если захочу. Не думаю, что надо будет, они не проявляют агрессии, но если надо — покажу, кто здесь царь природы.

Из животных высунулись длинные и согнутые как у пауков конечности, и эти собаки... какие, к чёрту, собаки, это уже паукособаки! — стали ростом мне по пояс. Не знаю, куда там они подгибались, но уже похер, агрессивны эти твари, или нет.

Бегу в лес. Не знаю, насколько легко им там передвигаться, но надеюсь, они хоть разделятся в погоне, а уж по одной я им как-нибудь наваляю.

Расстояние от них сокращается. Им всё-таки легко бежать через лес. Спрятаться на дереве? Попробовать можно, как бы это ни стало последним, что я попробую в своей жизни.

Давно не бегал, держать дыхание становится всё тяжелее. Нужно место, где проще будет дать зверям бой. Хоть какое-нибудь. Ну найдись, ну пожалуйста!

Озеро! Ура! Плавать паукособаки вряд ли умеют, а если и умеют — наверняка хуже меня.

Не похоже, что оно кишит страшными тварями. Озеро не настолько велико, чтобы в нём могло жить что-то сильно больше лягушек, да и вода в нём на удивление прозрачная, я такую только в бассейне видел; дно видно не только рядом с берегом, но и подальше.

Даже если там что-то опасное незаметно живёт, всё равно рискнуть стоит. Это «что-то» может и прячется на дне, а может и нет, а вот «собаки» — они точно есть, и точно меня преследуют не для того, чтобы их погладили за ушком.

Почти до середины проплыл. Шелестят прибрежные кусты. «Собаки» добежали до берега, постояли пару секунд и ушли, даже не попытавшись залезть в воду. Зря заплывал так далеко, всё оказалось даже легче, чем я ожидал.

Проклятая моя криворукость! Настолько расслабился, что даже выронил топор. Благо, тут вроде мелко. Ныряю и сразу же достаю до дна, глубина озера совсем чуть-чуть больше моего роста.

Поверхность воды не пропускает меня обратно. Она натягивается над моей головой. Её даже топором не получатся прорубить.

Подплыву к берегу, уж там-то я смогу её прорвать.

Не получается, я будто в углу зажат.

Очень хочу вдохнуть, но нельзя, наглотаюсь воды.

Я не задыхаюсь. Жажда воздуха уже стала нестерпимой, но я жив.

Проходят минуты, я уже должен вырубиться и захлебнуться. Почему-то я ещё в сознании.

Нужно обойти всю поверхность озера, если я сюда как-то зашёл, то и выйти смогу.

Она повсюду однородна, нигде её не разорвать. Прохожу по второму кругу, затем ещё и ещё. Нет, нужно искать другой выход. Обыскиваю дно. Оно полностью однородно. Там даже водорослей нет, даже мусора какого-нибудь.Это мёртвое место, вообще никакой жизни в озере нет. Кроме меня теперь. Меня тоже скоро не будет. Либо я всё-таки выберусь, либо... Не знаю, но лучше выбраться, и побыстрее.

Надо не паниковать, сесть на дно и успокоиться. Пока что непонятно что делать. Тот способ, каким я сюда попал, очевидно, не подходит. Никаких проходов, вроде того, через который я попал в этот мир, тут тоже нет.

Ещё нужно понять почему я до сих пор жив. Это поможет мне разобраться что это за место такое и как из него вырваться. Может, я и не в воде вовсе, а в чём-то другом, и кислород поступает мне через кожу? Нет, мой организм не может получать кислород таким образом. Я ж всё-таки человек, а не лягушка.

Думай-не думай, а ничего полезного придумать не получается. Не хочу провести здесь остаток жизни. Он обещает быть не очень длинным, но нет, только не так. Ха, погибнуть таким тупым способом могу только я с моей удачливостью! Уж лучше попытаться утопиться и умереть быстро.

Очень тяжело перебороть свои инстинкты и начать вдыхать воду вместо того чтобы её пить. Это даётся мне не сразу и не приносит ничего, кроме боли в груди. Наверно, я мало воды вдохнул. Нужно заставить себя вдыхать ещё.

Теперь боль стала абсолютно невыносимой. Сил нет. Я просто безрезультатно залил в легкие воды. Молодец.

Нужно ещё раз осмотреть поверхность озера и дно, может быть я что-то пропустил.

В это раз я обошёл озеро быстрее. Повторяю попытку, и теперь точно уверен, что озеро немного уменьшилось в размерах. Наверно, когда оно высохнет совсем, я выберусь. Или оно раздавит меня. В любом случае, это закончится.

Не знаю, сколько я уже здесь, может несколько часов, а может и дней. Очень холодно, в своём мире я давно мог бы замёрзнуть насмерть. Жаль, что здесь не могу. И не могу привыкнуть к голоду, который легко терпел дома. Имея полные легкие воды, глупо надеяться умереть от голода, но надежда умирает последней. Надежда, блин!

Я не смогу спастись, глупо в это верить. Всё равно раз за разом обхожу озеро. Надоедает – ложусь на дно. А что ещё остаётся.

У меня есть теория, что это озеро — вовсе не озеро на самом деле, а желудок какого-то огромного существа, которое меня переваривает. По крайней мере, я чувствую себя так, будто меня переваривают, будто я постепенно стираюсь из этого мира. Нет, моё тело не растворяется в воде; вспоминать о прошлом становится всё болезненней, как будто я что-то противоестественное делаю. А может, нет никакого влияния на мой разум, и вспоминать так больно из-за того, что не было в моей жизни ничего, что вспомнить приятно. Совсем ничего, даже испытаний, преодолением которых можно гордиться.

На берег садится огромная птица. Вид у неё вполне плотоядный. Может, она голодна и закончит всё это, если я подплыву ближе к ней? Она долго рассматривает меня, но улетает.

Со мной не происходит вообще ничего. Лучше бы меня пытал человек; с любым психопатом можно хотя бы попытаться договориться. У них даже стокгольмский синдром бывает.

Озеро совсем сжалось. Я едва умещаюсь в нём. Мысли путаются. Еле сохраняю сознание. Уже не хочу сохранять. Сейчас всё закончится. Чувствую это. Уже не важно как именно закончится. Скорее бы.