Очищение

Глава 1

- Дорогуша, я самая дорогая куртизанка, которую тебе только доводилось видеть. Ты знаешь, сколько стоит белье, в котором я сейчас просиживаю твой сраный табурет? Мне никак не понять, чего ты хочешь от меня? Возомнил себя Джеком Потрошителем? Если на мне останется синяк, я засужу тебя, ты бы знал с кем я сплю, тогда точно и не думал меня похищать, кусок ты дерьма. – наглым тоном высказалась привязанная полуобнаженная девушка. Ее светлые волосы, которые еще пару часов назад были уложены в одном из самых дорогих салонах Манхеттена, порядком растрепались, однако все еще сохраняли нотки шика. Ноги и руки были плотно перевязаны скотчем, а шубка, которая не так давно была вытащена из гардероба девушки, как вещь, которую надевают по особому случаю, оказалась испачкана в пыли и была небрежно наброшена на плечи, то ли защищая от холода подвала, то ли потому, что больше некуда было ее деть.

- Здесь я главный, ты всего лишь падшая дева, которая должна покаяться в содеянном. – проговорил силуэт, который стоял за светом фонаря создавая эффект загадочности. Одно было ясно, человек, что говорил это, не закрывал лицо, его голос был чист, а слова он проговаривал четко, словно ведущий новостей.

- И что же я делала такого? Я выполняла свою работу, я делала то, что снится тебе во влажных снах, после которых ты грязно эякулируешь в свои чертовы простыни.

- Распутство – грех, от которого я должен очистить тебя и твое бренное тело. – были слегка слышны нотки ненависти и некого отвращения, однако голос человека не дрогнул.

Мужчина медленно прошел в глубь комнаты, и послышался тонкий скрип открывающейся двери, однако из-за яркого света проститутка не смогла разглядеть, что именно происходило прямо перед ее лицом. Ноги ее начинали дрожать, а сама девушка, пыталась вселить в себя больше уверенности, нежели имела на самом деле.

- Только попробуй тронуть меня, подонок, Джонни найдет и оттрахает твое небритое очко, если хоть волос упадет с моей головы. Ты знаешь, сколько он вложил в это тело? Я принадлежу этому старому хмырю, поэтому он сделает все, чтобы вернуть свою золотую жилку.

- Ты так уверена, что тебя кто-то будет искать, блудница? – с легкой усмешкой проговорил мужчина. Девушка была готова поклясться, что слышала, как его губы расплываются в самоуверенной улыбке, которая не сулила ничего хорошего.

- Конечно, ты не знаешь его, он сделает все. У меня сегодня очень важный клиент, который хочет именно меня, а Джонни не захочет злить такого человека. – она акцентировала на слове «такого», неосознанно пытаясь напугать похитителя.

- Даже сейчас ты говоришь о пороке. – на выдохе произнес мужчина, словно осознавая, что эту душу невозможно спасти. Смиряясь с этим и готовя наказание за подобное поведение.

- Хватит мямлить о своих пороках и прочей никому не интересной херне, прыщавый девственник, ты ведь никогда и девушку то не видел, только на порнхабе, да? Хочешь, я тебе покажу? Или может желаешь узнать, почему я так популярна? Хочешь знать, как я трахаюсь с этими лысыми и пузатыми импотентами? Хочешь знать, почему у них встает только на меня, даже когда они не пьют таблетки, а кончают… - не успела она договорить, как шаги начали стремительно приближаться, а как только силуэт вышел из-за света лампы девушка подумала, что сначала ей показалось, однако после того, как зрение ее вернулось в норму и все зайчики в глазах растворились, то она ощутила самый настоящий хтонический ужас, после которого не смогла кричать. Горло сдавило безумной силой, а рот то открывался, то закрывался, она была будто рыба, выброшенная на берег. Тем временем он наклонился над ее ухом и обдав ее зловонным дыханием, смешанным с дешевой мятной конфетой, проговорил четко выговаривая каждое слово.

- Не смей говорить этот блуд.

После чего немного отодвинулся и начал смотреть на нее своими маленькими черными глазками, пожирая и ожидая ее ответа. Он ждал подтверждения того, что его слова были услышаны, ждал реакции и предвкушал ее.

Девушка с трудом смогла вновь перевести взгляд на него, от чего ее замутило и казалось, что еще вот-вот и точно стошнит. Однако она также понимала, что он ждет ответа, тогда, собрав всю волю в кулак и совершив небольшой кивок головой, она прикрыла глаза, потому что дальше смотреть на него было просто невыносимо. Ей повезло, что для него этого оказалось достаточно, тогда он провел по ее щеке и ушел обратно, туда, куда не проникал свет.

Проститутка с трудом воротила мысли в голове, пытаясь понять, померещилось ли ей, однако прекрасно понимая, что такое не может померещиться и в самых страшных снах. Никакой больной ублюдок, любящий хорроры не смог бы выдумать что-то столь ужасающее, что только что предстало ее взору. «Спасение, спасение, я не хочу умирать от его лап» - мысль вилась и билась в черепную коробку, пытаясь найти выход. «Что он говорил? Блуд, распутство, прелюбодеяние… Сраный фанатик… Что мне сделать, чтобы выжить? Что? Что? Что? … Как он там сказал? Очиститься, покаяться? Может мне попытаться выдавить из себя раскаяние за свои грехи, а потом? Ты реально надеешься на то, что он выпустит тебя отсюда? Он будто свихнувшийся священник. Быть может, я смогу сесть в эту церковную будку, «покаяться», и он отпустит и меня, и мои грехи?»

- Я… - голос предательски дрогнул, а в горле стоял ком. Однако, он привлек внимание и силуэт перестал что-то перекладывать с места на место. – Я хочу покаяться, слышишь ты?

- На сколько ты уверена в своем раскаянии? – серьезно и вдумчиво прозвучал его ответ.

- На все сто! – вычурно ответила девушка, стараясь сохранить ту манеру речи, с которой начинался их диалог. «Он не должен понять, что это все лишь от страха он должен подумать, что я умереть, как хочу покаяться. Я все блять готова сделать, лишь бы не сдохнуть здесь!»

- Я много раз слышал эти слова. Для начала я должен понять искренность твоих намерений. Мне нужно чистосердечное раскаяние, иначе невозможно получить прощение Господне. – после этих слов он переместился за спину девушки, и она услышала, как что-то за ней открылось. После чего ощутила шаги прямо за собой, а потом почувствовала мерзкие прикосновения к ее телу. Она ощутила, как что-то потное, склизкое и холодное дотрагивается до нее в местах, где был скотч, после чего пришло освобождение, однако это ее нисколько не обрадовало. «Он сказал: «Много раз», скольких же он сюда приводил до меня. Не может все быть так просто, я чувствую, что это ловушка. Это как будто ты принимаешь у себя какого-то маменькиного сыночка, с которым рассчитываешь сильно не напрягаться, а потом выясняется, что у того такие наклонности, что этот час, на который он с трудом смог наскрести, для тебя кажется вечностью.»

- Что происходит?

- Я предлагаю на выбор путь жизни и путь смерти.

- И что мне теперь делать?

- Встань же и прими свой выбор.

После этих слов девушка медленно поднялась со стула потирая онемевшие кисти. Медленно надела свою шубку, оттягивая момент, когда ей пришлось бы обернуться. Она знала, что он там, он стоит у двери, возможно, что это выход, а возможно, что пыточная. По привычке поправив прическу, медленно выдохнув, проститутка медленно развернулась на каблучках и открыла глаза. Он стоял в тени справа от нее, от чего не было возможности в полной красе его разглядеть, что успокоило девушку. Она взглянула на проход и подумала, что ее порядком накачали, пока она спала. «Да точно, это приход, вот почему я вижу все в таком цвете. Не может же за этой дверью быть гребанная месса.»

Перед глазами девушки предстала зала готической церкви, через витражные окна которой пробирался сумрак ночи, лишь свет свечей, расставленных в проходе, освещал окружающее пространство. Глаза тяжело привыкали к полумраку, и проститутка все также продолжала стоять и наблюдать за раскинувшейся перед ней сценой.

Каменные своды нависали над длинными рядами скамей, которые были полностью заполнены силуэтами, что сидели вплотную друг к другу, практически залезая на соседей и молча смотрели перед собой, смотрели туда, где должен стоять священник, однако на том единственном хорошо освещенном месте стоял огромный каменный жертвенный стол. В церкви царила полнейшая тишина, не было слышно ни чьего дыхания, кроме дыхания девушки. Время в этом месте будто остановилось в ожидании нее, в ожидании ее решения. Даже пламя свечей, казалось бы, не двигается, от чего и тени на стенах словно призраки прошлых жертв застыли и изучали ту, что в скором времени должна пополнить их ряды.

«Я должна туда пойти? И что со мной там сделают? Дьявол! Теперь эта табуретка и комнатушка мне больше симпатизирует, я же не смогу сбежать отсюда, их тут толпа!» - пока девушка размышляла о том, что же ей делать ее похититель медленно переместился за спину тем самым отрезая путь назад и не оставляя ей выбора.

«Тут даже в окно не выпрыгнуть, я вся изранюсь и вряд ли смогу убежать. Сука, сука, сука! Нужно идти, пока он сам меня туда не повел.» - ноги отказывались слушаться, но она взяла себя в руки и сделала первый шаг на пути ко входу в зал. Шаг, второй, третий и вот она перешагивает порог, который отделял ее от этого старинного и магического места, от запаха крови, который пропитал стены. В момент, когда она переступила порог, то ощутила, как мороз прошел по ее коже, а после легкое дуновение ветра, однако это ей казалось, поскольку пламя свечей осталось таким же неподвижным. Но теперь появился звук, очень тихий шепот доносился со всех сторон, было не ясно доносится ли он от клуба по интересам, который собрался здесь ради некого обряда, или же сами стены жаждут крови и шепчут в сладостном изнеможении.

Девушка постаралась осмотреться, ее глаза за это небольшое время успели хоть немного адаптироваться к темноте. Она искала дверь, ее последней надеждой было это обнаружить вход в церковь, ведь как-то эти люди появились здесь. Поворачивать голову было бы рискованно, поэтому она бешено водила глазами по стенам в поисках затемнения, которое могло бы являться дверным проемом, но ничего подобного не было. Ни слева, ни справа не было ничего кроме высоких разноцветных окон, изображающих библейские мотивы.

Стук. Скрежет замка. «Он закрыл дверь, мне отсюда не выбраться, я здесь сдохну, если не попытаюсь покаяться. Да какой к чертям собачьим каяться в такой момент!? Какая ему вообще разница кто я и что я делала в своей жизни? И не из таких передряг я выбиралась... Да не обманывай саму себя, такого в твоей жизни уж точно не было. Сейчас только один вариант».

Каблуки тихо отбивали по каменному полу прерывая тяжелую тишину. Проститутка чувствовала, что он идет за ней, ей некуда свернуть, некуда бежать и единственный свет в конце мрака – стол, куда ей предстояло лечь и ожидать своей участи. Шла она медленно, все еще надеясь увидеть любой проход, который мог бы вывести ее из этого кошмара, но кругом были лишь темные силуэты, лиц которых невозможно было разглядеть, словно они были самой чернотой.

Как бы медленно она не шла, как бы не таила крохотную надежду на то, что сейчас ворвутся какие-то люди и прикроют эту лавочку или быть может она обнаружит дверь, но не было ни того, ни другого. Подойдя к длинному столу, она остановилась в ожидании приказа, который должен был бы последовать из-за спины, но голоса не было.

Внимательно осмотрев стол, она увидела ремни, которыми не раз связывали тех, прошлых. Она видела следы от ногтей, которые сохранил камень. «Как же много здесь было жертв, что остались такие глубокие следы… Мне не выжить.» - обреченно решила про себя девушка.

- Ложись, пришло твое время.

Словно загипнотизированная она медленно закинула сначала одну ногу, а потом другую, чтобы залезть на стол, после чего медленно легла и наконец посмотрела наверх, туда, откуда шел свет. Она ощутила себя на хирургическом столе, только вместо вскрытия тела будет происходить вскрытие ее души. Она ожидала увидеть над собой лампу или свечи, однако она увидела длинный луч света, который шел будто из глубины самого неба. Он был настолько ярок, что глазам было больно смотреть на такой чистый и белый свет. Ресницы создавали блики, а в глазах появились зайчики, от чего девушка, отведя взгляд не смогла разглядеть ту толпу людей, что сидели прямо перед ней.

- Смотри на свет, дочь блуда. Смотри, да очистит он твою черную, грязную душу, да вытравит грех из твоего тела и духа.

Девушке ничего не осталось, кроме того, как вернуть взгляд на свет. В этот момент она почувствовала, как ее руки и ноги медленно сковали теми кожаными ремнями, кои она видела на подступах к месту ее очищения.

- Братья и сестры мои, мы все являемся частью большого дела, которое состоит в очищении этого мира от скверны. Усмотрев во снах божественное видение, я собрал вас здесь во имя света и чистоты! Некоторые были на том же месте, что сейчас лежит эта блудница, другие не смогли познать свет, от чего отправились в небытие. Эта девушка совершала прелюбодеяние, она торговала своим телом, чем очернила себя. Сейчас она должна покаяться за все те прегрешения, что были сделаны ею. Помолитесь за нее, о дети мои!

- Кто ты...?

- Мессия.

- Но ты же…

- Кто? – он наклонился над девушкой, закрыв собою свет. Девушка обрадовалась, что от боли в глазах не видит и половины того ужаса, что предстал ей впервые всего несколько минут назад.

- Почему они не видят?

- Они не видят?

- Иначе…

- Лучше помолись за свою душу, ведь тебе, как и всем грешным, предстоит пройти по пути очищения.

- Но как?

- Свет должен принять тебя и твое раскаяние, будь готова, падшая женщина.

Как только он отодвинулся от света, то велел смотреть на него, и девушка продолжила смотреть, молясь о спасении. Ей было все равно как, но она хотела спастись, более ее не волновало ничего. Ни очищение ее души, ни его слова о чистоте, грешности – она просто хотела выжить. Именно это стало ее погибелью. С каждой секундой свет становился все ярче и слезы струились из глаз проститутки, она не могла больше смотреть, но как только она попыталась закрыть глаза, так что-то схватило ее за голову и раскрыло глаза еще шире. Она понимала, что это был он и начала кричать от боли и ужаса, но никто не пришел на помощь. Свет будто пожирал ее, она не видела ничего кроме света, и чувствовала лишь боль, а после ее взор стал погружаться в темноту. Сначала по краям, и постепенно приближаясь к центру ее обволакивала темнота, пока голос срывался от истошного животного крика боли. В какой-то момент, когда девушка совершенно перестала видеть что-либо, ей стало легче, она выдохнула, боль ушла, а на ее место пришла темнота.

- Свет не принял ее, это видели вы, это видели стены, это видели Боги.

Только она решила, что ее мучения закончились, как почувствовала жар, который стал обволакивать ее начиная с промежности и постепенно заполняя все тело. Прошла секунда и он стал невыносим, проститутка почувствовала, как внутрь нее вставляют огненный жезл, она чувствовала, как медленно запекаются ее органы. Крика не было, голос был сорван, а боль сковала тело, она ощущала, как медленно умирает, в то время как он медленно проникает все глубже и глубже в ее тело, жар уже давно распространился от ее лона до живота, а после охватил все тело. Конвульсии последний раз заставили тело двигаться и принимать искорёженные позы боли.

Девушка проснулась. Свет все также светил в ее глаза, но это был свет хирургической лампы.

- Вы слышите меня? Клара Джексон, у Вас была передозировка наркотических веществ, понимаете, что я говорю? Вы были в коме.

Затуманенный разум девушки начал выдавать картинку за картинкой. Диалог с Джонни, она почему-то ругалась с ним. Клуб, свет неоновых ламп. Алкоголь, клиент, снова алкоголь. Таблетки, алкоголь, а потом… Потом ничего. Пустота и тот, чей лик она запомнила на всю жизнь, тот, кто стал причиной ее перемен, тот, кто снится ей каждую ночь, от чего она просыпается в холодном поту и молится, молится во имя спасения души.