Нулевое общежитие
Глава 1
– Чтоб я ещё раз пошёл в магазин вечером – думал Егор, пока стоял в очереди на кассу. Перед ним оставалось два человека. Но тётка в зелёной униформе «пробивала» товары со скоростью беременной черепахи, впустую расходуя драгоценные секунды чужого времени.
До начала комендантского часа в общежитии оставалось десять минут. Ровно в 22:00 охрана закроет все двери в здание. Опоздавший студент может придумать оправдание или, если хватит наглости, угрожать вахтёру, однако исход будет один – ночёвка на лавочке местного сквера. Конец осени выдался довольно ветреным, первый снег выпал в начале ноября. Егор недавно переехал в новый город, не имел родственников или друзей, у которых мог в случае чего остаться на ночь. Единственный выход из ситуации – успеть вернуться в здание.
Успеть любой ценой.
Оставалось восемь минут. Старушка, маленькая и костлявая, шарила по карманам в поисках мелочи, сгорбившись до состояния вопросительного знака. Расплатившись за булку хлеба и бутылку молока, она вежливо извинилась перед кассиром и попросила не держать зла. Не бабушка, а божий одуванчик. Егор не смог разозлиться при всём желании, только проводил её взглядом.
Оставалось шесть минут. Высокий и немолодой человек потребовал пачку сигарет. Просьба показать паспорт сначала удивила его, а спустя мгновение разозлила:
– Я, по-вашему, ребёнок?! – кричал он, указывая на морщинистое лицо.
Кассир не дрогнула перед человеком в два раза больше и сильнее, – видать, сказался опыт работы, – пригрозила вызвать охрану. Но грубая сила не понадобилась: ворчливый курильщик покинул магазин с пустыми руками.
А времени между тем оставалось меньше пяти минут. Егор выложил на ленту бутылку воды и пару булочек. Кассир тыкала пальцем в аппарат как сонная муха, хотя минутой ранее бодро махала руками и громко ругалась с предыдущим покупателем.
– «Чтоб тебе зарплату так же отсылали. В час по чайной ложечке»
Сумма высветилась на аппарате. Но и здесь не обошлось без проблем: терминал не хотел обрабатывать платёж. Обычно это занимало полсекунды, но не сегодня. Белый кружок загрузки начинал действовать уставшей женщине на нервы. Прежде чем аппарат напечатал текст, она трижды вздохнула. Продукты тем временем лежали в рюкзаке.
Егор пулей вылетел из магазина и остановился перед дорогой. Общага находилась на другой стороне улицы. Красный светофор на сорок секунд, придётся ждать. Егор взглянул на часы: 21:59
Спина вспотела. Одна минута! Одна чёртова минута!
Машин поблизости не было. Егор рванул по дороге, в два прыжка забрался на крыльцо и толкнул входную дверь. Влетев в коридор общежития, он приложил пропуск к замку.
«Пик» - вторая дверь открылась.
Часы в холле застыли на отметке 22:00.
– Успел! Всё-таки успел! Не придётся ночевать на улице! – хотел закричать Егор, но сдержался. В общежитии такое не приветствуется.
Отдышавшись после короткого, но затратного по энергии марафона, он осмотрел новое место жительства. Первое, что бросилось в глаза – листочек А4, приклеенный скотчем на стекло:
«Правила общежития:
Приходить не позже 22:00(!!!)
Соблюдать тишину
Не курить в комнатах
Разделять отходы в разные пакеты
Не трогать стены
Жить в мире с тараканами»
Последний пункт заставил Егора улыбнуться. Впервые за день после десяти часов поездки в тесном автобусе. Остальные правила не вызвали никаких подозрений: в любом общежитии не любят шумных и курящих соседей; мусор утилизируют для гигиены комнат; а стены…видать штукатурка старая, и при касании пачкает одежду. Ничего необычного.
Егор начал подъём по лестнице. Ступенька за ступенькой, марш за маршем, этаж за этажом. Второй этаж, третий, четвёртый… Вот и нужный ему пятый.
Никаких случайных прохожих в коридорах. Никаких обсуждений старых и новых сплетен за стенами комнат. Никаких кружков по интересам в общих помещениях. Настоящий космический вакуум. «Мирная» жизнь общежития потухла как костёр после литра воды. Неужели после десяти нельзя шуметь? Но в правилах такого пункта не было.
Егор заселился в типичную общагу коридорного типа. Такие здания строили по одному шаблону, словно кнопками «копировать» – «вставить». Каждый этаж состоял из трёх частей: малое крыло на пятьдесят комнат, большое на сто, и между ними – коридор для приёма гостей. Егор как раз прошёл мимо журнального столика на «трёх ногах»; четвёртую подпирала небольшая деревяшка. По углам стояли цветочные горшки с поникшими деревцами. Листья пожелтели и опали, а земля иссохла и почернела.
Дойдя до середины коридора, он остановился перед 516-той комнатой. Предстояло поистине волнительное событие – знакомство с соседом. Удачное общение может стать шансом для новой жизни. Вдох-выдох. Полный вперёд!
Егор толкнул дверь, затем потянул на себя. Закрыто.
– И что мне делать с этой информацией?
Ночевать на гостевом диванчике не хотелось. Придётся искать ключ самому, но где? В кабинете администратора? Или на посту охраны?
Точно, охрана! Вахтёр, в отличие от коменданта, дежурит по ночам. Стоит проверить там.
***
Пост охраны – небольшое помещение с окошком, выходящим на коридорчик между первой и второй дверью. Со стороны походит на большую собачью будку, где вытянуть ноги это роскошный максимум. Большую часть свободного пространства занимала аппаратура: вся стена утыкана различными кнопками, лампочками и датчиками. У окна располагался письменный стол, кружка с холодным чаем стояла в опасной близости к раскрытому журналу посещений. Творческий беспорядок сопровождался игрой в Пасьянс на мониторе: до победы оставалось разложить пару-тройку карт.
Егор уставился на приборы: куча мигающих огоньков, непонятных датчиков и цифр завораживали воображение. Отведя взгляд, он обнаружил ключницу справа от двери. Деревянная коробка, разделённая на 50 частей, где заветный «516–тый» покорно ожидает нового хозяина.
Брать или не брать – вот в чём вопрос. За каждый взятый ключ нужно расписываться в журнале. Но охраны нет на месте, вести заметки некому. Егор встал перед настоящей дилеммой:
Ангел просил дождаться охранника и сделать всё по правилам.
Демон подталкивал забрать ключ прямо сейчас, быстро и нагло.
Окончательное решение – взять ключ сейчас, а утром вернуть его и объяснится перед охраной. Рассказать, как было на самом деле: только заселился, пришёл домой поздно, дверь закрыта, охраны на месте нет. Какой ещё был выбор?
– Надеюсь не заставят писать объяснительную, – думал Егор, возвращаясь на свой этаж.
***
Ключ провернулся дважды. По правой стороне комнаты стояла кровать, шкаф и пара тумбочек. Слева – вторая кровать и королевских размеров стол. Новое место жительства походило на пыточную для клаустрофобов. В прошлом общежитии в такие комнаты помещали по три-четыре человека, и Егора невольно передёрнуло от воспоминаний. Сейчас, судя по количеству кроватей, жить будет всего два человека, и такой территории должно хватить с головой.
Полы скрипнули. На проводе раскачивалась лампочка. Пыль нарисовала причудливые узоры на подоконнике. Стены потрескались, потолок посыпался в двух местах. Обычная комната обычного общежития.
– Так и живём, – с тоской подумал Егор, и завалился спать. Его не удручал несвежий матрас и отсутствие постельного белья. Даже наоборот, появился повод лечь в уличной одежде.
В течение недели произойдёт знакомство с соседями и одногруппниками…
Мысли крутились в голове непрерывным потоком несколько десятков минут. Егор ворочался как сарделька на палочке: полежал на спине, на животе, на боку, свернулся калачиком. Уснуть не получалось. В реальность возвращала полная пустота за стенами. То самое чувство, когда тишина искажает пространство, создаёт уникальный звук, который ни с каким другим не перепутать. Он давит на перепонки и возбуждает нервы, не даёт расслабиться. Такое часто испытывают люди со сбитым режимом сна. Похоже, полуночные часы компьютерных игр дали о себе знать.
Наконец, силы покинули Егора. Руки и ноги расслабились, навязчивые мысли одна за другой заглохли. С минуты на минуту он провалился в забвение. Вот уже сейчас... совсем скоро…
Глава 2
Глухой океан, непроглядная даль. Водная гладь простирается вплоть до конца видимой границы. Никакого материка или островка поблизости. Никаких транспортных судов или рыболовных каравелл. Внутренние радары уверены: здесь никого нет.
В деревянной лодочке пара вёсел. За бортом – никого и ничего. Даже маленькие волны не бьются о корму миниатюрного судна. Егор начинает грести. Куда – сам не знает. Нос лодки смотрит вдаль, руки борются с водным сопротивлением, силы сгорают на глазах. Никакого толку. То ли она застряла на одном месте, то ли океан настолько огромный, что любые движения в нём незаметны.
Егор бросил вёсла, вытянул ноги и взглянул на чистое небо. Светло как днём, но солнца не видно. Тепло как летом, а по коже мороз. Чужой край, но… такой знакомый. Такой привычный и… приятный?
бам… бам… бам…
Стуки. Но откуда?
бам, бам
По дну лодки.
БАМ–БАМ–БАМ!
Вёсла упали за борт!
БАМ–БАМ–БАМ!
Она сейчас перевернётся!
БАМ–БАМ–БАМ! БАМ–БАМ–БАМ! БАМ–БАМ–БАМ!
Веки отлипли. Глаза забегали по помещению: шкаф, кровать, окно… Никакой лодки и океана, только скрипучая кровать и потолок в трещинах. В горле пересохло как в пустыне. Егор бросился к лежащему у изголовья рюкзаку, вынул бутылку минералки. Пара глотков – и человечность восстановлена.
Что это было? А главное, почему? Недостаток сна, перенапряжение, или смена обстановки?
А может, всё и сразу?
БАМ–БАМ–БАМ!
В одно мгновение Егор почувствовал себя средневековым рыцарем. Комната стала непреступной крепостью, а в коридоре прямо сейчас бушует недруг, осадивший город. Судя по силе удара, выбить ворота (в нашем случае, двери в комнату) он пытается не голыми руками, а огромным тараном. Сдерживала натиск незваного гостя маленькая щеколда, прибитая на пару ржавых гвоздиков. Слава создателю, у Егора хватило мозгов задвинуть её прежде, чем лечь спать.
Из ситуации он сделал два вывода: во-первых, дружелюбные соседи, с наибольшей долей вероятности, не станут приходить на ночь глядя, во-вторых, дружелюбные соседи точно не станут барабанить в двери.
Стуки повторялись на протяжении двух минут – самые долгие две минуты в жизни Егора, – после чего прекратились. Слоновий топот удалился в сторону большого крыла.
Он ушёл.
Пережитый стресс отразился на желудке. Тут Егор вспомнил про булочки с мясом и вытащил еле тёплый пакет из рюкзака. Но вместо приятного аромата свежей выпечки учуял трупный смрад. Четыре булочки, будучи пару часов назад аппетитным перекусом на прилавке магазина, срослись в огромную затвердевшую массу. Кусок каменного теста и плесень на его поверхности стали единым целым, превратившись в «гнилушку»
Егор прыгнул в ботинки и рванул к подоконнику. Выбросить пакет на улицу было хорошей идеей. Но открыть окно не получилось.
Рецепторы в носу начали умирать от смрада. Тогда он распахнул дверь и рванул по коридору в сторону туалета. Под раковиной находилось маленькое мусорное ведро. На крышке красовался листочек в клеточку, приклеенный на несколько слоёв скотча:
Пищевые отходы уносим на кухню
Кухня была в соседней комнате. Выругавшись, Егор пошёл туда. В углу, справа от входа, стояло широкое железное ведро. «Пищевые отходы» – гласила кривая красная надпись. Он выкинул булки вместе с пакетом.
Общая кухня располагала парой раковин и двумя плитами на четыре комфорки. Итого восемь мест для готовки, не считая духовку. Вытяжка шла в комплекте и располагалась прямо над плитами. Четыре пустые стены. Никакой посуды или столовых приборов – на общей кухне, где готовит весь этаж, такие вещи не хранятся. Пол состоял из маленьких квадратиков, и у каждого такого элемента был уникальный оттенок: желтоватый, оранжевый, рыжий, бежевый…
Егор облокотился на подоконник и уставился в уличную тьму. Повеяло воспоминаниями о прошлой жизни: пока одногруппники веселились в соседней комнате, он всматривался в уличную тьму, или, когда становилось совсем уныло, считал квадратики на полу. Изгнание всегда проходило болезненно. Кухня стала не только постоянным местом обитания, но и «безопасной зоной» во время общих праздников. Даже сейчас, спустя один переезд, ему казалось, что за стеной происходит нечто интересное. Стоишь, смотришь в окно, и наблюдаешь, как и без того короткая жизнь проносится мимо тебя…
Скупая слеза упала на подоконник. В такие моменты Егору хотелось только одного – исчезнуть. Исчезнуть бесследно. Чтобы каждая живая душа забыла о его существовании. Лучше всего быстро и безболезненно, без мучений. Например, заснуть. Желательно лет на сто.
БАМ–БАМ–БАМ! БАМ–БАМ–БАМ!
Удары из коридора, подобно чашке хорошего кофе, взбодрили сонную голову. Егор притаился у входа на кухню. Присел. Выглянул.
Он ожидал увидеть в коридоре огромного и жилистого спортсмена. Сталкиваться с агрессором лицом к лицу не хотелось, ведь следующей целью для постукиваний могла стать собственная голова.
Однако реальность оказалась куда хуже. Огромная, под три метра ростом жировая масса заполнила собой всю ширину узкого коридора. Кожные складки выпирали наружу, а пузо, свисающее как огромный кусок теста, прыгало туда-сюда при каждом движении. На удивление Егора, тварь стучала в дверь не руками, а ногами. Обе толщиной с бревно: один раз лягнёт, и даже самый крепкий спортсмен гарантированно отправится к праотцам.
Егор отступил вглубь кухни. Стуки прекратились.
– Внуученька. Это ты? – произнесла скрипучим голосом тварь, – внуученька, подождиии!
Шаги стремительно приближались. Испуганный мозг выдал единственно верное решение: «прячься!».
Но куда? Здесь всё как на ладони, даже таракану скрыться негде!
Егор присел на корточки за кухонной плитой, и как раз вовремя – тварь сразу же прошла мимо.
- Не волнуууйся, скоро бабушка вернётся, – хрипела она, захлёбываясь в собственных соплях.
Шаги стихли. Егор вышел в коридор, огляделся в обе стороны и, почти не касаясь пола, перебежал в комнату.
Глава 3
Как только дверь закрылась, Егор перестал чувствовать ноги. В моменте ему удавалось держать себя в руках, но теперь паника вышла наружу.
– Так, давай оценивать ситуацию, – пытался успокоить себя Егор. Состояние шока проходило медленно и тянулось как жвачка, – что мы имеем прямо сейчас?
Здание общежития, куда он недавно заселился – это раз. Огромная тварь явно с недобрыми намерениями – это два. Здесь никого нет, ведь никто не среагировал на стуки посреди ночи. Связь не ловит и выход из здания закрыт. Когда Егор уходил за ключами, то заметил красную точку на электронном замке. Это значит, что дверь заблокирована, и не будет реагировать на пропуск до утра следующего дня.
Но постойте. Так ли всё плохо в последнем пункте?
Егор учился на IT. «В каждой системе есть уязвимости…» – говорил как-то раз молодой преподаватель программирования. И безопасность здания не исключение. В прошлой общаге запасные выходы открывались всегда, даже после «общей» блокировки. Кроме того, одну из дверей всегда держали незапертой для персонала, выносящего мусор. Самое приятное – она никак не охранялась, и студенты частенько этим пользовались: проносили запрещёнку, уходили гулять или отлучались в ближайший магазин. Однажды удалось пронести столько алкоголя, что хватило споить целый этаж.
Не исключено, что и здесь будет такая дверь. Нужно найти её.
Егор накинул тонкую осеннюю куртку и ступил за порог. Подошёл к лестнице в малом крыле, прижался к стене – так показывали в фильмах про спецназ, – и медленно зашагал вниз. Тишина не внушала доверия, ведь могла в любой момент прерваться звуками чужого присутствия. Он осторожно проверял каждый лестничный марш, долго прислушивался, снова проверял местность, и только потом спускался на этаж ниже. Таким образом, время спуска с одной минуты увеличилось до пяти.
Первый этаж. Егор нырнул под лестницу и, не проверяя пространство позади, приложил карточку. «Пик» – отреагировал замок на авторизованного в системе пользователя, но дверь не открылась. Приложил второй раз, результат тот же.
Досадно. С другой стороны, не приговор – в общежитии ещё, как минимум, два пожарных выхода. Нужно проверить все. Наверняка один из них открыт…
На первом этаже находились общие помещения: мужская и женская душевые, занимающие пространство трёх жилых комнат, и небольшая прачечная. Пять стиралок, маленький проход и… окно.
Окно!
Егор прошёл внутрь и, не обращая внимания на тонкий слой воды под ногами, провернул ручку. И ещё раз. И ещё. Старые механизмы двигались с характерным треском, но рама не открывалась. В порыве ярости он стал дёргать ручку во все стороны, а затем, громко выругавшись матом, ударил по ней ладонью.
С другого конца этажа, – примерно со стороны главного входа – послышались быстрые и тяжёлые шаги. Здание задрожало от фундамента до крыши. Егор успел сделать два вдоха, как в коридоре промелькнул силуэт огромной твари. Несмотря на габариты, она ловко втиснулась в проём, и закрыла собой единственный путь к отступлению. В комнате встал запах немытого тела, да такой сильный, будто после тяжёлой тренировки здесь собралось сразу тридцать спортсменов. Его можно использовать как оружие массового поражения против тараканов: одной процедуры хватит на пару лет жизни без раздельного сбора мусора.
– Пропуск…пропуск, – говорила она в пустоту, – проверка документов.
На бейджике Егор прочитал:
Ольга Ивановна И.
Комендант общежития №0
Стараясь не делать резких движений, он выудил карточку из кармана. Тварь вырвала её из рук и приложила к странному прибору – «пик». Егор видел похожие устройства у кондукторов в автобусах, однако вряд ли пропуском можно оплатить проезд. Комендант тем временем уставилась в экран единственным целым глазом. Пальцы поочерёдно вдавливали кнопки: одна, вторая, третья…
– Больше… не шуми – она отшвырнула пропуск обратно и ушла восвояси.
С каждой минутой желание выбраться отсюда возрастало в геометрической прогрессии. Раз через окно не получилось, придётся вернуться к предыдущему плану: искать запасные выходы.
***
Егор подошёл к центральной лестнице. Руки подрагивали, попасть карточкой по замку удалось только с третьего раза. «Пик» – дверь не открылась. Очередная надежда умерла прямо на глазах. Теперь все дороги ведут в большое крыло. Через километровый коридор, окутанный ночным мраком.
Егор крался по новой территории как вор по чужой квартире. Казалось, сделай он один неверный, слишком громкий шаг, и все моментально узнают о его присутствии. Один раз удалось выбраться из рук преследователя живым, но везение не может продолжаться вечно. Следующая тварь не будет такой же снисходительной. Нервные клетки напрягались подобно струнам, и натягивались всё сильнее с каждым шагом.
До лестницы оставалось совсем немного. Большое крыло строили зеркально малому, то есть, чтобы добраться до лестницы, нужно пройти мимо кухни. Егор заглянул туда и затаил дыхание: человеческая фигура в тёмной накидке стояла напротив окна.
Нужно пройти мимо. Шаг. Ещё один.
И тут незнакомец обернулся. Резко и быстро, по щелчку пальцев. Егор не успел среагировать на его движения, и просто встал на месте как вкопанный.
– У тебя ручка есть?
В руках он держал тетрадь на скобах.
– Нет, – машинально ответил Егор, и хотел ретироваться. «Натянутая» на череп бледная кожа и пустые глаза, смотрящие прямо в душу, не внушали доверия.
Но вурдалак оказался настойчив:
– Ну ничего, сейчас найдём! – и вытащил из потайного кармана плаща кинжал размером с нож для хлеба. Небольшой, но с толстой ручкой и двусторонней заточкой, – красными хорошо видно.
Лезвие сверкнуло в свете луны. Холодные лучи ночного светила казались в два раза ярче солнечных.
– Ты только. Не дёргайся.
Егор вылетел в коридор, и стал отходить назад, в сторону лестницы. Враг напирал, готовясь к замаху. Как вдруг…
Хруст. Такой громкий, что смог привлечь внимание агрессора и приостановить возникший конфликт. Егор поднял правую ногу: под ботинком лежал таракан размером с ноготь большого пальца на руке. Огромный и жирный, словно питался не студенческими харчами, а едой ресторана класса люкс или выше.
Увидев труп «коренного жителя общаги», вурдалак замер.
– Что ты… наделал…
Кинжал выпал и с громким звуком свалился на пол.
Одна из дверей, находящаяся между ними, открылась. В коридор выглянул некто в балахоне тёмно-синего цвета. Одеяние напоминало подпоясанный длинный халат, скрывающий тело с головы до пяток.
– Уже поздно, – произнёс он безучастно, обращаясь к вурдалаку, – опять шумишь, Саша?
– Миша, это просто ужас, – начал было тот, – этот придурок раздавил моего таракана! Раздавил!
«Синий халат» опустил голову вниз, а затем повернулся к Егору. Лицо пряталось в тени капюшона, и прочитать его мысли по мимике не представлялось возможным.
– Сам виноват, – спокойно констатировал он, – надо было следить за ним. Ты ведь знаешь правила. Жить в мире с тараканами…
– Это не я раздавил! – оправдывался вурдалак.
– А всем плевать, – судя по интонации, некто злобно ухмылялся, – надо было за новичком следить. Будешь заново проходить посвят.
Возражения вурдалака прервали трясущиеся стены. По полу прошла слабая, но заметная вибрация. Труп таракана стал методично подпрыгивать на месте.
– Вот и коменда идёт, – произнёс «синий халат» будничным тоном, – удачи в разборках. Надеюсь, ты выживешь.
Егор так и не понял, кому именно было предназначено это пожелание.
– Миша, подожди! – молил вурдалак, когда «синий плащ» начал закрывать дверь, – сделай что-нибудь, ты же мой друг!
Тот застыл на мгновение, будто обдумывая услышанное, а затем холодно произнёс:
– Прости, Саня. Но теперь каждый сам за себя.
Хлоп! Закрыл прямо перед носом. Убитый горем агрессор упал на колени, как тут появилась Ольга Ивановна. Егор тем временем растворился в темноте лестничного пространства. Крики вурдалака преследовали его до самой двери:
– Это не я! Это не я! Это не я!
«Пик» – закрыто.
– Твою мать! – Егор ударил кулаком по двери.
Получилось слишком громко…
Шаги двинулись в сторону лестницы. Вот теперь точно – твою мать!
Глава 4
Напротив запасного выхода оказалась дверь в подвал. Выбора нет: пришлось в спешке перебирал ногами по ступенькам. Пару раз голова стукалась о низкие потолки, - не иначе здание строили гномы, - но побег продолжался. На последнем лестничном марше полумрак сменился тусклым желтоватым светом.
Глаза получили урон от смены уровня освещения. Егор на секунду лишился зрения, но этого хватило чтобы оступиться. Адская боль пронзила правую ногу, и теперь он медленно, но уверенно скатывался вниз. Как мешок с мясом и костями.
На последней ступеньке рука из последних сил удержалась за перила. Жёсткую посадку удалось предотвратить. Поднявшись, он прислушался к верхнему уровню общежития. Тишина.
– Кажется, оторвался.
Однако расслабляться рано. Тихая гавань может в любой момент оказаться под атакой шторма. Шторма в лице Коменданта. Нужно уходить отсюда, и чем быстрее, тем лучше.
Возвращаться наверх сейчас опасно: вряд ли тварь так просто прекратит поиски нарушителя тишины. Нужно передвигаться в подземке. Из каждого помещения общежития, по требованиям техники безопасности, должно быть два выхода в разные части здания. Если Егор зашёл в подвал большого крыла, то в теории, второй выход есть и в малом крыле.
Егор поплёлся вперёд по коридору. Боль преследовала его всю дорогу. Сейчас она ощущается как мелкое неудобство, через полчаса начнёт раздражать, а после – сводить с ума… Как правило, лёгкий вывих проходит быстро. Ключевое слово здесь «лёгкий», не исключено, что сустав получил серьёзное повреждение. Егор искренне надеялся на быстрое заживление ноющей раны. Движение это жизнь, а в случае с проклятой общагой – жизненная необходимость наравне с пищей и водой.
Поворот налево.
Егор выглянул за угол. Никого. Только сплошной коридор вперёд, с развилкой в четыре стороны. Микротрещины на голых стенах образовали причудливые образы. Внимание привлёк пожелтевший план эвакуации, коих на каждом этаже было вагон и маленькая тележка. Егор разглядывал выцветшую от времени карту подвала. Очертания подвала оказались размытыми: вместо квадратных комнат и прямоугольных коридоров образовались аморфные фигуры, согнутые под невероятными углами. Егор чуть не сломал глаза в попытках проследить направление стрелок. Вот она, идёт от чёрной точки, - метка его местоположения, - на развилке уходит вправо и… сливается воедино с другими направлениями.
Рядом висела краткая сводка для персонала. Взгляд зацепился за последнюю строчку: «…при пожаре все выходы открываются автоматически»
– Автоматически? Что за технологии будущего? – подумал Егор, и воспрял духом. Спасение из проклятого здания оказалось ближе, чем он мог себе представить! Остаётся только выбраться из подвала. Как можно быстрее.
У развилки он наткнулся «братскую могилу» тараканов. Десятки трупиков лежали в углу, растерзанные, с оторванными ножками и усиками. Словно некто перед тем, как убить вредителей хорошенько поиздевался над ними. Что за человек мог такое сделать?
И человек ли?
Тараканы. Саня. Интересно, он выжил?
- Почему я вообще об этом думаю?! – спросил себя Егор, и пошёл дальше.
***
Подвал не собирался заканчиваться. Шаг за шагом, поворот за поворотом, им нет числа. Двери шли одна за другой, комнаты сменяли друг друга, коридоры тянулись во все стороны. В таком помещении можно спокойно разместить целый город, наладить связь и инфраструктуру, выдать каждому жителю по комнатке, основать школы, музеи, больницы, и всё равно останутся километры свободного пространства.
Егор остановился передохнуть. Нога перестала болеть на сто двадцать седьмом повороте, но теперь это не имело значения. Выбраться отсюда невозможно. Нервы уже начинали не по-детски сдавать:
– Бесполезно, только больше заблудился! – разозлился Егор и ударил по ближайшей, как он думал, закрытой двери.
– Не ушиблись, молодой человек? – послышался строгий голос по ту сторону, – проходите, готовьтесь.
Не успел Егор опомниться, как дверь сама открылась. Перед ним появился кабинет идеальной формы и содержания: ровные стены без трещин или заусенцев, деревянные полы без единого гвоздя, и немигающая лампочка с приятным уровнем освещения.
– Долго будете в дверях стоять? Проходите, готовьтесь! – настойчиво повторил старик, сидящий за столом.
Один шаг, и бесконечный подвал остался позади. По всем стенам, – от пола до потолка, в каждом углу, – висели полки с кучей небольших книжечек на подставках.
Это были дипломы о высшем образовании. Кириллица и латиница сливалась в глазах. Егор узнал только Оксворд, Кембридж и МГУ, об остальных университетах он слышал впервые. Такое чувство, будто здесь собраны знания со всего мира.
– Вы язык проглотили?
Пожилой человек сидел за столом, сгорбившись. Бледной кожей и пустыми глазами он напомнил ранее встреченного в кухне вурдалака.
– Н-нет, всё нормально
– Хорошо, моё дело поинтересоваться. Присаживайтесь.
Егор послушно сел.
– По просьбе ректора, я буду принимать экзамен у вашей группы.
И повернул к Егору табличку:
Профессор научного сообщества
А.А. Александров
– Начнём с базовой теории, – произнёс профессор и вытащил бумажку из стопки посередине, – вчера ночью, в три часа тридцать три минуты, кто-то нарушил тишину на пятом этаже общежития номер ноль. Вопрос: кто нарушил тишину?
И ожидающе уставился на Егора. Ладони мгновенно вспотели, а глаза растерянно забегали по комнате.
– Молодой человек, вы готовились?
– Д-да
Нужно было ответить хоть что-нибудь. Чуйка подсказывала: если просто промолчать, то произойдёт нечто ужасное. Произойдёт быстро и неотвратимо. И, в отличие от экзаменов в нормальном универе, санкциями здесь будут не пересдача или отчисление, а нечто гораздо страшнее.
Но как играть по правилам, прописанным против тебя?
– Долго ждать ответа?
– Я…я не знаю.
Профессор нахмурился.
– Почему не знаете? Не готовились?
– Я спал в это время.
Недоумение профессора сменилось интересом.
– Мда…вы не можете знать ответ. Признаюсь, такой саботаж экзамена я вижу впервые.
Профессор вытащил листок с правого края стола и пробежался по нему глазами.
– Что ж, вот вам другой вопрос. Касается материального мира. Вы недавно поступили в новое учебное заведение. Так вот: сколько кабинетов в университете?
– Откуда вы…
– Молодой человек, я знаю всё! Итак, ваш ответ?
А вот Егор не знал, и не мог знать. Кто вообще считает количество дверей в здании? К тому же, дальше главного корпуса он никогда не забирался. Настоящая безысходность…
Точно! Егора будто осенило:
– О каком корпусе идёт речь?
– Корпуса? – переспросил всезнайка, выделив ударение на последнюю «а» дабы подчеркнуть свою исключительность.
– Универ это не одно здание. Их несколько.
Профессор на мгновение задумался. Опустил взгляд в листок, почесал лысую голову.
– Вы правы. Но в билете не указано.
– Это не моя проблема, – спокойно, но жёстко ответил Егор. Он понял, что правила игры не только можно, но и нужно ломать.
– Вот он! Вопрос, на который нужен конкретный ответ, – тот перебрал все бумажки до единой, – сколько тараканов проживает в общежитии номер ноль? То есть, сколько тараканов проживает в этом здании? Назовите точное число.
Казалось, обмануть чёткую формулировку не получится. Незачёт, пересдача, позор на весь универ.
Егор улыбнулся.
– На одного меньше.
Профессор растеряно хлопал глазами:
– Что, простите?
– Я недавно раздавил одного. Вот и точное число.
– Вы настоящий шарлатан, – голос всезнайки был ровным, как у настоящего профессионала. Он снял очки и протёр глаза тыльной стороной ладони, – но стандарты есть стандарты. Теперь ваша очередь.
– Что? – не понял Егор.
– Молодой человек, у вас амнезия? Или вы не знаете правила экзамена? Теперь вы должны задать мне три вопроса. Но учтите – я знаю абсолютно всё. Делайте выбор с умом.
Глава 5
Странно, всё здесь странно. Но подчиняться законам этого мира – не просто обязанность, а обязательство.
Как показала практика, обмануть систему можно. Но теперь произошла смена сторон – Егор принял роль «финального босса», и нужно ей соответствовать.
Самый сложный вопрос сегодняшнего экзамена: как обмануть человека, который отучился во ВСЕХ мировых университетах? Вопрос риторический.
…
С другой стороны, в билетах оказались неточности. Значит, у профа есть свои ограничения. Вопрос в том, где заканчиваются его знания?
– Вы говорили о нулевом общежитии. Что это такое? И как я попал сюда?
– Элементарный вопрос. Вы наверняка успели заметить странности нового места, так ведь? По глазам вижу, что успели. Но не волнуйтесь, ваше смятение и растерянность – это совершенно нормальная реакция. Другие студенты реагировали так же.
Ближе к делу. Вы заметили, что все часы в здании остановились на отметке в 21:59? Одни такие висели в коридоре, вы наверняка их видели. Достаньте свой мобильный телефон. Могу дать гарантию, там будет именно это время. Посмотрите, я разрешаю. Что и требовалось доказать, так и есть. Что вам говорит без одной минуты десять?
– Комендантский час?
– Совершенно верно! Но почему вообще есть ограничения на вход в общежитие? Почему нельзя впускать студентов круглосуточно? Вы задумывались?
– Для… безопасности?
– Такой банальный, но отчасти верный ответ. По официальной версии, это действительно так. Однако истинная причина кроется в других измерениях. За минуту до закрытия дверей все входы…как вам сказать…
Представьте, что обычный мир и Нулевое общежитие – два космических корабля на Земной орбите. И ровно в 21:59 они стыкуются, открывая входы. Только в отличие от летательных аппаратов, проникнуть внутрь можно, а выйти нельзя. Защитные механизмы настоящего мира не дают чужеродным организмам Нулевого общежития прорваться наружу. Все двери заперты, а окна невозможно открыть или выбить. Вы зашли в один из шлюзов внешних миров.
– То есть, я попал в параллельную реальность?
– На банальном уровне знаний, в другое измерение. Насколько мне известно, ваши писатели и режиссеры любят похожие сюжеты.
Егор вдруг ощутил слабость в ногах. Пространство перед глазами расплылось. Будто он смотрел через линзы чужих очков.
– У вас осталось два вопроса.
– Я недавно раздавил таракана, как мы знаем. Когда Саня увидел его, то был, мягко говоря, расстроен. Сильно расстроен. Почему так?
Профессор усмехнулся.
– Назвать Александра человеком – грубейшая академическая ошибка. Классические определения «человека», «призрака» или «сущности» ему не подходят.
Каждый таракан в здании – это документ о регистрации. Все жители Нулевого общежития проходят посвящение и получают личного таракана в качестве подтверждения. Раздавив его, вы по факту, разорвали чужой паспорт.
В отличие от бумажек, восстановить мёртвого таракана не получиться. Единственный способ вернуть себе идентичность – пройти процедуру посвящения во второй раз. Ещё раз доказать свою надёжность и преданность.
Нынешний комендант, Ольга Васильевна, как раз ответственна за проведение процедуры посвящения. Новички обычно имеют пропуска – путеводители из настоящего мира, позволяющие ей отличать случайных гостей от кандидатов. Но есть ли такой у Александра – вопрос открытый.
Кстати о вопросах. У вас остался всего один.
Воздух в комнате заметно нагрелся, а очертания стен размыло как краски на холсте. Кажется, он и вправду знает всё…
Или нет?
***
– Вы говорили, что знаете всё.
– Так и есть.
– Вы точно уверены в своих словах?
– На все сто и один процент.
Егор выдержал паузу, а затем, глядя прямо в глаза умника, выдал:
– Тогда, последний вопрос: откуда у меня взялись студенческий билет и зачётная книжка?
– Это же элементарно! – профессор вскочил с кресла, – вам выдали документы в дирекции университета!
– Вы не правы, – прозвучало как удар колокола над ухом, – я только перевёлся в новый универ. Документы выдадут только через неделю.
Одним вопросов простой студент стёр надменную улыбку с лица профессора. Одна ошибка, подобно огромному топору, сняла с плеч умную голову. Голову, которая побывала во всех университетах мира. Десятилетия, потраченные на учёбу, оказались бессильны против одной случайности.
Суровая правда жизни – наличие диплома не означает наличие знаний.
Глава 6
– Вы сдали, – сквозь зубы проговорил профессор, – можете быть свободны.
– Подскажите, как выйти…
– Двадцать развилок вперёд, на двадцать первой налево, и до упора. Экзамен окончен, покиньте кабинет.
Егор послушно вышел в коридор, и спустя время заметил на стене стрелочку, нарисованную белым мелом. Воспользоваться всезнайкой как проводником было лучшим решением за последние несколько часов.
– Перевыполнил план побега из общаги, – усмехнулся он, и вышел на верхний уровень здания.
Оказавшись рядом с запасным выходом, – пропуск на электронный замок не сработал, – он поднялся наверх, и… застыл на месте. Коридоры, по ощущениям, расширились раза в два. Теперь по этажу может спокойно проехать автомобиль, и даже не поцарапать краску о стены. Вместо деревянных огрызков стояли новые железные двери. Но самое неприятное – отсутствие разделения надвое. С одной стороны хорошо, никто не сможет устроить засаду в застенках малого или большого крыла. С другой, сам Егор оказался как на ладони. Проще уж спрятаться в открытом поле, чем в сплошном коридоре, где живую душу видно из любого конца помещения.
Похоже, профессор Кислых Щей дал наводку на другое общежитие. На самом деле, строители частенько объединяют два рядом стоящих здания. Однако чтобы «переход» находился в подвале – это в новинку.
Исследуя второй этаж, Егор наткнулся на красную «коробочку» в стене. Это была кнопка пожарной тревоги. Только он хотел пройти мимо, как вспомнил последнюю строчку в инструкции для персонала:
При пожаре все выходы открываются автоматически…
Егор поднял пластиковую крышку, и обнаружил на месте кнопки небольшое отверстие. Её каким-то образом вырвали из стены, и нажимать было не на что. Спасительный шанс сорвался как заветная рыбка с крючка удочки. Кто бы мог подумать! Давно пора признать: свобода никогда не достаётся легко!
– Надо найти другую!
Он ускорил шаг. Спустя минуту наткнулся на вторую кнопку. Продавил её, и ничего не произошло. Провода, находящиеся под самым потолком, висели на стене обгрызенными обрубками.
Другая кнопка, на первый взгляд, была рабочей: провода на месте, механизм целый. Но даже после трёх нажатий сигнализация не сработала. Надежда на скорое освобождение потухла как спичка.
Егор опёрся о стену и опустил голову. Можно проверить кнопки на других этажах, но есть ли в этом смысл? Куда не пойди, что не сделай, всё становится в итоге бесполезным. Каждая попытка побега заканчивается неудачей. Прямо как у безмозглой лабораторной крысы. Если общежитие – это одна большая «клетка», то кто является «учёным»? Чего пытается добиться создатель защищённого изнутри здания?
Надо было задавать эти вопросы профессору…
***
Третий, а затем и четвёртый этажи. Вместо кнопки на стене остался квадратный чёрный след. Её вырвали вместе с коробкой. Зачем? Что за тварь могла такое сотворить?
– Кноопками баалуемся? – раздался позади грозный женский голос.
Вот и ответ. Комендант подкралась сзади как партизан, проникающий в тыл врага. Не успел Егор сообразить, как тварь схватила его за руку:
– Встааань, делоо есть! – и потащилась к лестнице наверх. Стальная хватка не оставила шансов на спасение. Мало того, она схватила не кисть, а запястье. В таком положении собственная ладонь мешала выдернуть руку.
Пришлось подчиниться. Тяжело подниматься по лестнице, когда один шаг огромной твари равен трём твоим, пришлось перейти на бег. Ольга Васильевна мягко опустила дверную ручку. Петли двигались легко, словно их недавно смазали, и только благодаря этому пара сотен вурдалаков и столько же людей в плащах не сразу заметила входящих. Егор ужаснулся количеству существ на квадратный метр.
Посреди коридора стояла кафедра. С обеих сторон находились по одной школьной парте. По левую сторону стоял вурдалак и нервно озирался по сторонам. Напротив него – очередной «синий халат».
Егор повернул голову левее. В одной из комнат вместо двери стояла решётка. Как в тюремной камере: два шага вперёд или назад, и упираешься лицом в стену или прутья. Кто мог сидеть внутри?
Саня.
Он тщетно пытался достучаться до бывших сородичей. Бледное лицо выражало глубокие страдания, как моральные, так и физические – под глазом сиял свежий «фонарь». Двое охранников, его собраться по крови, даже не обернулись. Все слова летели в пустоту. Услышать его с позиции Егора было невозможно, он находился слишком далеко.
А вот оживлённый спор слышали все присутствующие в каждом углу коридора:
– Что тебе ещё нужно из доказательств? – говорил «синий халат», – таракан раздавлен, тишина нарушена, конспекты недоделаны. Этим всё сказано.
– Он не мог так поступить! – начал вурдалак, – ты сам в это веришь?
–Понятия не имею. Кому верить, а кому нет…
– Саня не мог убить своего же таракана! Это невозможно!
– Убил не Саня, а новичок, – надменно поправил тот, – а за новичками надо следить. И опять–таки, конспекты не написаны. Ты ведь понимаешь, к чему может привести нехватка знаний? Его халатность могла убить всех нас.
– Ты не понимаешь, это не то…
– Нет, это ты не понимаешь! Достаточно с ним возиться, голова болит от этих двоих, – сказал «синий халат», обращаясь к судье в кроваво-красной накидке. Тот кивнул, а затем повернулся к сидячей части зрителей. Около десяти вурдалаков образовали из стульев ровный полукруг.
– Что думаете, господа присяжные?
Самый высокий из них встал и заявил:
– Оправданий нет.
Обвинение.
Защита.
Кафедра.
Присяжные.
Саня в клетке. Что происходит?
– Услышал вас, – ответил «красный», – время пришло. Объявите приговор.
«Приговор!» – прозвучало как скрип вилки о тарелку. Кусочки пазла собрались в единую картину: суд присяжных, чьё заседание подходило к своему ужасному окончанию.
Судья вытащил кинжал, каким давеча пользовался Саня, и обратился к толпе:
– Вы знаете правила, – сказал он, и посмотрел прямо на Егора, – избавлением занимаются новички.
Все до единого в комнате, – передние и задние ряды, правая и левая стороны, – обернулись на Егора.
– Начинай! ОНА не будет ждать!
Сначала на весь коридор щёлкнул замок, а затем на пол свалилось что-то тяжёлое. Комендант отпустила руку и легонько подтолкнула его впёрёд. Оружие идеально легло в ладонь. Вурдалаки и «Синие халаты» встали в ровный полукруг, «отрезая» пути к отступлению.
Егор взглянул на жертву. В рваной накидке, с океаном горечи в пустых бледных глазах – крепко же ему досталось! Саня, похоже, не раздумывал о побеге и даже не просил пощады. Лишь выжидающе уставился на человека, чьей кровью хотел писать столь желанные конспекты…
– На ваших глазах свершится Становление! – объявил «красный», и присоединился к толпе «синих халатов».
А вот Егор раздумывал! Только вот толпы вурдалаков и «синих халатов» перекрыли все пути к отступлению. Позади всё ещё стояла Комендант и пристально наблюдала за процессом. Весомый аргумент. Во всех смыслах этого выражения.
Теперь в «зале суда» находились два узника: первому желали смерти, а от второго желали увеселительного спектакля с участием бывшего товарища.
Егор приметил очередную кнопку активации пожарной тревоги. Её охраняли сразу четыре вурдалака. Неужели она… рабочая?
– Даже не думай об этом! – поняв задумку Егора, грозно произнёс «красный».
Комендант топнула ногой. Вибрацию от удара ощутили все живые существа на этаже.
Выбора не было, пришлось подойти к «преступнику».
– Миша сказал…так надо, – произнёс он, поднимая дрожащие руки над собой.
Надеялся, что сможет отразить удар кинжала. Наивный.
– За что так с тобой? – тихо спросил Егор, пытаясь не выдать своё волнение.
– Множественные нарушения. Теперь я для них мусор. От мусора нужно избавляться.
Саня обречённо принял свою участь. До Егора дошло страшное осознание: мозги существ из мира Нулевого общежития пропитаны жесткостью до самого последнего нейрона. Расправы на глазах у всей общины из ритуала превратились в рутину, как чашка кофе по утрам или мытьё посуды после обеда.
– Тебя решили убить…из-за одной ошибки?
– Егор, кончай его уже, – голос «красного» стал ниже, приобрёл скрипучие отголоски.
Толпа теряла терпение:
– Давай, убей его!
– Прикончи как скотину!
– Хватит языком чесать!
Егор замахнулся. Рука остановилась над головой, не в силах сдвинуться куда-либо. В лежащем на полу смертнике он увидел нечто большее, чем рядовую тварь из глубин Нулевой общаги. Увидел себя, как отражение в зеркале. Увидел, как одна случайная ошибка, на которую тот никак не мог повлиять, приводит к настоящим страданиям.
«Страдания» – не просто абстрактная единица измерения. Она имеет реальную форму в виде физических издевательств и полного отчуждения близких. Это те события, которые пережил Егор в своё время. Когда-то давно он был на месте Саши…
***
– Саня, на счёт три беги – сказал Егор, и приготовился к удару.
– Чего? Куда беж…
– Три!
Егор начал атаку, но в полёте сменил курс удара. Кинжал прилетел в деревянную столешницу. Вогнать оружие удалось почти по самую ручку.
Саня одним ударом сбил двух вурдалаков и рванул вперёд. За ним погнались «синие халаты», началась давка. Комендант растолкала всех своей массой, и попыталась угомонить толпу. Однако зрение твари оставляло желать лучшего: под раздачу частенько попадали «синие халаты», а один раз даже «красный» отхватил по голове от Ольги Васильевны.
Пока все отвлеклись на толпу, Егор рванул к кнопке, откинул крышку и… застыл на месте.
– Не так быстро, – раздался голос, и пространство перед ним поплыло. Воздух приобрёл человеческий силуэт, а через секунду приобрёл человеческие черты. Некто в чёрной накидке держал его за руку, не давая прожать заветную кнопку.
– Пора встретиться с НЕЙ!
Не успел Егор среагировать, как тот щёлкнул пальцами…картинка перед глазами пропала, звуки с треском стихли…сознание провалилось во мрак…
Глава 7
– Пора просыпаться! – шёпот проникал в голову как звук будильника, – пора просыпаться!
На пробуждение ушла одна минута. На ориентацию в пространстве – ещё десять. Егор обнаружил себя лежащим на куче скомканных одеял. Своеобразный «матрас» защищал тело от облезлых досок на полу, чьи торчащие наружу опилки могут пробивать кожу подобно тысяче ножей. Новая локация оказалась самой большой в здании, словно некто взял полноценный этаж, снёс все стены, убрал мебель и «поднял» потолок. Над головой Егор слышал, как бьются капли дождя о железные листы крыши.
Чердак.
Вся конструкция держалась на деревянных балках. Они находились на расстоянии пяти-шести шагов друг от друга, и на каждой деревяшке тянулись провода к пузатым лампочкам. Желтоватый свет охватывал лишь небольшие кусочки пространства, не в силах осветить помещение целиком.
– Наконец-то проснулся. Мы думали, ты не пережил перемещение.
Речь незнакомца доносилась так слабо, будто он разговаривал за стеной. Егор обернулся.
Человеческая фигура вышла на соседний «островок». Чёрная мантия, сшитая из самой субстанции тьмы, поглощала свет. Лампочка потускнела. В отличие от одеяния «синих халатов», вдоль пуговиц, по швам рукавов и по линии воротника красовались драгоценные камни. Чёрные, с острыми гранями, отражались под всеми возможными углами. Егор не был ювелиром, однако допустил мысль о внеземном происхождении таких украшений.
– Кто ты… такой? – вырвался неожиданный, но логичный вопрос.
– Староста. Правитель Нулевого общежития. Воспитатель вурдалаков. Наставник Посвящённых. И, по совместительству, твой новый покровитель.
– Нулевая общага? Но как такое возможно?
На место животного страха встало неприличное, поистине детское любопытство. Хотелось выслушать незнакомца, понять и обработать каждую его мысль, не упустив ни единого слова.
Староста щёлкнул пальцами и свет погас.
– Нулевые измерения существовали с начала времён. Но люди даже не подозревали о нас. Утром они торопятся по делам, а вечером бегут домой, не замечая того, что находиться на расстоянии вытянутой руки.
Староста на мгновение замолчал.
– Подними голову.
На потолке начали появляться облака белого дыма. В клубах начали проявляться образы давно минувших событий:
Вот девушка с длинными рыжими волосами становиться жертвой травли со стороны сверстников: кража вещей, порча тетрадок с домашкой, словесные издевательства… Учителя видят творящиеся преступления, – преступления против личности, но остаются в стороне. Никто не вмешался.
Застенчивому парню в очках повезло гораздо меньше. Будучи отличником и победителем десятка олимпиад он подвергался жестоким истязаниям за малейшую оплошность дома. Дать отпор никогда не хватало духа, он слишком добрый и зажатый. И эта живая душа осталась одна во всём мире против всего мира.
«Начни одиночкой, закончи одиночкой» – фраза стала девизом по жизни для рыжего парня в школе-интернате.
Другую девушку с бойким характером и стремлением к музыке сначала затравили, а затем и вовсе разбили гитару об асфальт.
Сотни. Тысячи. Миллионы замёрзших душ… Егор не только увидел, но и прочувствовал каждую из них. Все судьбы были уникальными, однако в каждой имелся общий знаменатель.
– Безразличие, – обречённо произнёс Староста, как врач, ставящий диагноз смертельно больному пациенту, – всем было плевать на чужие проблемы. Этих людей просто заменили и забыли. А что насчёт тебя?
Сотни кадров из чужих жизней слились в единую картинку. Теперь Егор ощущал себя в первом ряду кинотеатра. Огромный «экран» показывал давние, до боли знакомые события прошлой жизни: средняя школа, старшие классы, предыдущий универ…
Он остался один. И с каждым новым днём, с каждой неделей, с каждым годом душа черствела всё сильнее. Снаружи – молодой, полный сил и амбиций парень. Внутри – сломленный мальчик, жизненно нуждающийся в тепле и понимании.
Но… всем плевать. Люди проходят мимо, думают о своих желаниях и мечтах, в упор не замечая под боком живую душу.
Живую? Неужели в таких условиях возможно выжить?!
Удивительно, но факт: вера в человечество не утеряна. Но надолго ли? – вопрос открытый…
Откуда… они знают об этом? Ещё один пустой вопрос без внятного ответа.
Свет вернулся в помещение.
– Посмотри на них. Мы новое общество новых людей, и каждый из них может понять тебя.
Егор оглянулся: «синие халаты» бесшумно прокрались на чердак и образовали ровный круг. За ними – пустота, которую не способен рассеять свет ближайшей лампочки. Она слишком слаба для этого.
– Прервать священный суд был поступком поистине вопиющим, – произнёс Староста без эмоций, – но только тогда я увидел твою истинную сущность.
Староста повернулся лицом к «синим халатам»
– Братья и сёстры! Я с гордостью объявляю последнюю стадию ПОСВЯЩЕНИЯ, – последнее слово прозвучало как тост на торжественном ужине, – пришло время навестить ЕЁ.
Круг стал двигаться вперёд, не размыкаясь и не теряя своей идеальной формы:
– Иди вперёд. Она ждёт нашей встречи.
Кто такая «Она» спросить не удалось: со спины Егора уже подгоняли «синие халаты». Оставался только один путь – вперёд.
***
Путь продолжался долго. По ощущениям, дольше пятнадцати минут. В голову Егора закралось сомнение: а точно ли мы движемся? Доски скрипели под ногами, лампочки одна за другой оставались позади, колонны сменяли друг друга… Все признаки указывали на перемещение толпы. Вопрос в том, куда она движется – по кругу? По зацикленной дороге? Или просто топчется на месте?
Впрочем, какая разница. Странностей уже предостаточно: чего стоит сама идея вступления в «новое общество новых людей». Стать частью секты в потустороннем мире несуществующего общежития – да психически больной, прикованный к кровати, несёт более осмысленную чушь!
С другой стороны, Егор понимал, что терять ему нечего: отношения с родителями испорчены, репутация в родном городе тоже, а новых друзей на горизонте не предвиделось. Каковы гарантии, что на новом месте получится зажить лучше?
Никаких.
Однако здешняя общага, полная тайн и необъяснимых явлений, такая… манящая. Какие ещё секреты хранятся за закрытыми дверями комнат?
– Мы пришли – сказал Староста, и толпа встала на месте, как солдаты по команде «смирно».
Послышались удаляющиеся шаги. Раз, два, три… Шаги остановились. Староста воззвал из темноты:
– Госпожа! Мы привели к Вам нового студента! – голос его заметно повысился, а снисходительный тон стал уважительным.
Тишина.
– Да-да, того самого!
Ответа не последовало.
– Встретился с Комендантом и профессором, всё верно.
…
– Да, сорвал суд. Это упущение с нашей стороны.
…
– Александр, к сожалению, сбежал. Мы бросили все силы на его поимку.
Со стороны такой диалог походил на телефонный разговор: фразы Старосты слышны окружающим, а ответы «Госпожи» слышит только он.
– Испытания пройдены не идеально, согласен. Парня в своё время сломали, сделайте на это скидку.
Нападение вурдалака, неадекватный преподаватель на глупом «экзамене», коридоры подвала… Неужели всё, что Егору пришлось пережить здесь, было одной большой проверкой?
В голову пришла мысль о ритуалах древних шаманов, когда процесс «Посвящения» был обычным явлением: один большой экзамен, призванный доказать пригодность человека к предстоящей работе. И, судя по словам Старосты, Егор прошёл его.
– Конечно-конечно, проходите.
Толпа расступилась, и в центр круга вышла очередная фигура в накидке. Чёрные камни располагались по всем возможным швам и местам. Однако любые украшения просто меркли перед её габаритами. Если Староста был худым парнем среднего роста, то Госпожа была в два раза больше него. Больше не только в высоту, но и в ширину.
Да что там Староста – она превышала размеры Коменданта! Если Ольга Ивановна могла снести любого человека с одного удара, – вурдалак Александр тому яркое подтверждение, – то страшно представить, какой машиной для убийств может быть покровитель «синих халатов»…
Госпожа, пряча руки за спиной, остановилась посереди круга. Над головой загорелась единственная лампочка, работающая с мощностью прожектора, и освещающая все углы чердака. Яркий луч света сделал явными даже маленькие частички пыли на полу.
Егор на мгновение зажмурился, – дальше пяти шагов пространство покрылось пеленой. «Синие халаты» и Староста, растворившись в белом свечении, перестали существовать.
Однако Госпожа, будучи в двух шагах, попадала в поле зрения. Разум сосредоточился на Её, и только Её образе. Мысли, в числе которых преобладали страхи и сомнения, отошли на второй план. Словно все внутренние радары, отвечающие за чувства и здравый смысл, сосредоточились на существе из глубин Нулевого общежития, и любая попытка отвести взгляд проваливалась на этапе задумки.
«Она» подняла руку вверх и потянула за край капюшона. Вместо лица под тканью скрывалось… зеркало. Пара царапин в серединке выглядели мелкой неприятностью на фоне сотен трещин. Не успел Егор опомниться, как Госпожа подошла почти вплотную и положила руки на плечи. Он замер. Как правильно реагировать в таких ситуациях? Что делать в ответ на внезапный акт тактильности?
Егор осмелился поднять глаза, и увидел своё лицо в стекле. Такое же, как и каждое утро во время умывания: длинная чёлка, скрывающая лоб почти до самых бровей, карие глаза, маленький нос и бледные губы. Казалось, следующее жизненное потрясение сделает его похожим на одного из вурдалаков.
Хотя, какая уже разница. Станет он тварью или нет, девушки в любом случае будут обходить такого парня десятой дорогой…
Изображение в зеркале покрылось рябью, словно было помехами на телеэфире. Черты лица исказились, стали вытягиваться и выгибаться, как в зеркалах Комнаты Смеха. Невидимый гончар брал их, и мял подобно кускам глины. Когда картинка начала преображаться, Егор увидел своё новое лицо. Кожа обрела живой, более здоровый оттенок, глаза загорелись ярким пламенем, как у ребёнка, довольного проделанной творческой работой, а угрюмое, и откровенно жалкое выражение лица, сменилось на… ухмылку.
Злобную ухмылку.
Или весёлую?
Или всё же злобную? Сложно сказать. Егор улыбался нечасто, и увидеть себя со стороны ему доводилось впервые. Сначала он ничего не почувствовал. Но потом что-то внутри зашевелилось.
Улыбка. Парню в отражении так идёт улыбка.
Но полюбоваться собой не получилось – новый образ скрылся под вечной тьмой «синего халата».
– Она узнала о тебе всё, – шепнул оказавшийся позади Староста, – и готова принять в наши ряды. Но готов ли ты?
Ладони существа стали нагреваться. Температура повышалась с каждой секундой: ещё немного, и кожа получит ожог через слой толстой кофты. Вот уже чувствуется покалывание… Ещё мгновение, и на тело упало глубокое расслабление. По спине пробежала дрожь, ноги стали ватными. Состояние сравнимо с пятью выпитыми чашками ромашки на ночь. Только если чудо-трава действует медленно, то Егор ощутил эффект сразу же. Каждая секунда тактильного и зрительного контакта с существом влекла за собой изменения: он чувствовал, как проходят плохие мысли, неприятные воспоминания и комплексы. Лёгкая боль в ноге, которую он всё ещё испытывал после вывиха, тоже пропала. Пропали чувства голода и жажды. Казалось, душа сейчас покинет тело и улетит далеко-далеко на просторы открытого космоса…
Егор покачнулся, но сущность с «зеркальным» лицом удержала его. Затем ей помогли двое «синих халатов».
– Вторая часть посвята пройдена, – объявил Староста, – поприветствуйте нового жителя Нулевой общаги.
Госпожа отошла в сторону. «Синие халаты», собравшиеся вокруг Егора, стали приближаться со всех сторон. Всё ближе и ближе…
Самый первый полез обниматься. Без лишних слов, объяснений или намёков на свои намерения. Все остальные последовали его примеру, обволакивая Егора со всех сторон. Получилась своеобразная «капуста», где большая часть людей чисто физически не могли его коснуться.
Но это не имело значения.
В центре круга стало душно – тёплые балахоны вносили свою лепту. Егора начало клонить в сон, и пару раз он чуть не свалился на пол.
– Достаточно, – произнёс Староста.
Толпа разошлась. В руках он держал ещё одну синюю накидку.
– Надевай.
Егор послушно влез в одеяние Посвящённых, но не стал закрывать голову капюшоном.
– Заключительный этап. Тебе нужно лечь спать в своей комнате.
– Прямо так?
– Прямо вот так.
– Надолго?
– До рассвета. Приступай сейчас. Иначе придётся начать всё сначала.
Глава 8
Балахон сектантов оказался настоящей находкой! С худощавым телосложением и средним ростом Егора парню трудно было найти подходящую накидку. Халаты из магазинов одежды всегда доставляли неудобства. Третьего не дано: либо они не греют от слова совсем, либо заставляют париться как в банном костюме; либо стесняют движения, либо путаются под ногами. Длинные рукава закрывали ладони и свисали вниз подобно таковым у смирительной рубашки, а пояс развязывался от малейшего неосторожного движения. Однако тёмно-синяя «мантия» идеально подстроилась под габариты владельца. Кроме, разве что, длинных рукавов. Ладони были закрыты, однако ткань не висела как переваренная макаронина, и похожий недочёт был замечен у всех «синих халатов» без исключения. Судя по всему, так и задумано изначально…
«Родная» комната встретила Егора тишиной и терзающим душу одиночеством. Первым делом, оказавшись за порогом помещения, он силой толкнул дверь. Хлопок получился знатный, что называется, «от всей души»: энергия содрогнула все четыре стены в комнате и прошлась ударной волной до самого окна. Новоиспечённый «Посвящённый» ощутил власть, которая и не снилась в прошлой жизни. Теперь он хозяин комнаты по праву, и может не только толкать двери, но и говорить во весь голос! На время посвящения Староста обещал обеспечить полную безопасность от любящей тишину Ольги Ивановны.
Вот она – полная свобода! Скоро вся жизнь перевернётся с ног на голову!
Он присел на кровать. Подпёр голову рукой, оперевшись локтём о колено. Затих и уставился на стену напротив.
Раз.
Два.
Три.
Но мысли не клеились.
Четыре.
Пять.
Шесть.
Казалось бы, скоро начнётся новая жизнь. Надо радоваться!
Семь.
Восемь.
Девять…
Но откуда эта пустота внутри?
Десять.
В попытке заполнить вакуум Егор встал и ещё раз хлопнул дверью. Полегчало.
Но ненадолго. Только он хотел пойти спать как услышал короткий, но достаточно громкий «шлёп». На полу безжизненно лежал листочек А4 с остатками скотча. Судя по чёрным следам, он висел на двери чуть ниже замурованного глазка.
Егор поднял листок и начал изучать его содержимое:
«План эвакуации… 5 этаж, м/к»
Расположение комнат походило на обычное здание, где, в отличие от подвала, коридоры не сливались друг с другом. Все перечёркнутые двери оказались телепортами в разные части здания. Жаль, что попробовать поиграть с перемещениями нельзя, – заботливый составитель карты написал большими буквами примечание: «используются только комендантом».
Но не только пространственные разломы поражали воображение: за каждой дверью скрывалось нечто поистине удивительное. Все комнаты были не просто коробками три на четыре, а новыми мирами. Будто на листке был изображен не пошаговый план действий при пожаре, а карта для ориентирования в параллельной вселенной. Общежитие было ничем иным как одним из пунктов «таможни», а каждая отдельная комната – входом в невообразимые ранее миры. И каждый такой мир в глазах Посвящённых был соразмерен с посёлком, а иногда и небольшим городом. Такое чисто физически невозможно изобразить на бумаге, однако Егор каким-то образом понимал смысл нового мироздания. Любопытство – страшная сила, и Егор поддался ей. Обещанный сон отошёл на второй план. Всё внимание поглотила карта, и, казалось, не собиралась отпускать до вечера следующего дня.
Но у судьбы были другие планы.
Взгляд Егора устремился вниз, в легенду плана. Он прочитал условные обозначения и…наткнулся на последнюю строчку. Если сравнивать исключительность Егора с птицей, то шесть слов внизу страницы – это платформа суровой реальности, о которую он разбился с высоты:
«При пожаре все выходы открываются автоматически»
Одно предложение оградило разум от остального мира. Ментальный «купол» заглушил все звуки и ощущения извне, давая проход потоку здравых мыслей. Всплыла первая встреча с Комендантом в прачечной, столкновение с агрессивным вурдалаком, полученная травма после падения с лестницы… «экзамен» у больного профессора, самосуд посвящённых и… встреча с Ней.
– Как я…почему я…какого…
Страх стал почти осязаемым. Липкий и тягучий, как мёд. Но не сладкий, а горький, и по-настоящему разрушительный.
Только сейчас Егор осознал степень абсурда своих действий: он даже не попытался наладить жизнь на новом месте, а уже решил остаться с кучкой сумасшедших!
– Как я мог повестись на сказки про «новое общество новых людей»? Почему поверил им?
В голове всплыло измученное лицо Александра – того самого вурдалака, который погиб от рук своих же соплеменников. И Егор был убеждён: его ждёт такая же участь.
– Нужно уходить. Прямо сейчас.
Но только он подошёл к двери, как с той стороны раздались леденящие душу удары:
бам-бам-бам!
А затем голос Старосты:
– Егор, просыпайся! Время пришло!
***
Посвящение подходило к своему логическому завершению. Коридор, где ранее проходил «священный суд», преобразился в помещение для обрядов: пол разрисовали неким подобием пентаграммы, вокруг поставили палочки с благовониями, свет приглушили, а окна закрыли простынями.
Егор стоял в огромном кругу: внешний состоял из «посвящённых», внутренний – вурдалаков всех сортов и мастей. Путь к отступлению физически преградили десятки тел. Староста тем временем читал какие-то странные слова, не похожие на русские или иностранные.
Егор морально готовился к побегу. Длинные рукава накидки скрывали дрожащие пальцы.
– На счёт «ноль», – решил Егор, и начал считать, – три.
Жаль, что датчики дыма не реагируют на сладковатый запах. Задача сбежать была бы выполнена раньше срока.
– Два.
Таракан стоял на своём месте, в двух шагах от самого Егора. Похоже, профессор Кислых Щей не соврал в своём рассказе.
– Один.
Староста повернулся спиной, вытащил старую книгу в чёрной обложке и начал пролистывать хрустящие желтоватые страницы. Одна, вторая, третья…
– Понеслась!
Первым делом Егор поднял ногу и раздавил уже второго по счёту таракана. Быстро и без мучений.
– Ты что творишь, ты… – закричал «Красный», но его перебил вой вурдалаков. Судя по звукам, они подняли тревогу и набросились на «синих халатов».
– Что за? – не успел договорить Староста, как получил толчок в спину от Егора.
Книга вылетела из рук, но сам парень, даже несмотря на небольшой вес, смог удержаться на ногах.
Но не успел придти в себя, как получил второй толчок, сильнее предыдущего.
Отшатнувшись, Староста влетел в подсобное помещение, где на него начали падать вещи с полок.
Отлично, удалось не только обезвредить Старосту, но и выиграть немного времени!
Кнопка, слава создателю, осталась на своём месте. Егор бросился к ней, откинул крышку и бегло осмотрел: механизм на месте, провода не оборваны.
– Стооой! – заорал «красный» с другого конца коридора.
Между ударами сердца Егор не просто нажал на кнопку, – он сравнял её со стеной, и…
Ничего не произошло. В тот момент вспотела не только спина. Ещё одна нерабочая кнопка?! Опять?! Неужели всё было напра…
Звуки борьбы и крики вурдалаков в мгновение разорвало сиреной. Женский голос с неестественной хрипотой, – видать, оборудование морально устарело, – нанёс второй по ушам:
«Внимание, пожарная тревога! Срочно покиньте помещение!»
Оглушительные звуки разбудили в вурдалаках настоящих зверей. Если до этого они пытались сбежать, то теперь их целью было насилие. С кинжалами или голыми руками они набрасывались на «синих халатов». Один удар «красного» сбивал по несколько вурдалаков сразу. Они падали как кегли в боулинге, освобождая проход к лестнице. Нужно сваливать пока при памяти!
***
Отлично сработало! Просто, чёрт побери, волшебно!
Егор не мог поверить, что побег от сектантов окажется настолько простым и пройдёт настолько гладко.
Однако план оказался далеко не таким же надёжным как часы из Швейцарии, ведь Егор упустил одно маленькое «Но», готовое похоронить его побег на самой последней стадии.
Вернее, огромное, жирное и агрессивное «Но».
Вы угадали: комендант покорно сидела на скамеечке в коридоре. И как назло, именно в «последнем коридоре» сигнализация не сработала: со всех четырёх сторон раздавались лишь отголоски сирены. Такой громкости не хватило для выведения Ольги Васильевны из строя.
Егор запыхался и, держась за стену, сделал новый рывок… и столкнулся с комендантом взглядом. Она, завидев убегающего парня, быстро вскочила, перекрыв собой выход. Тяжёлый взгляд оценивающе разглядывал жертву. Егор по старой памяти вытащил пропуск и показал его твари.
– Больше… не… обманешь! – заорала та, и приготовилась к атаке.
– Запасные выходы! – в ситуации стресса мозг выдал единственное верное решение.
И почему нельзя было бежать к ним сразу?! Егор развернулся, но вместо нового марш-броска замер на месте. Смысл убегать? Ольга Васильевна может оказаться в другой части здания за считанные секунды. И что делать?
Из малого крыла выбежал вурдалак и бросился на Коменданта с кинжалом. Одна рука вцепилась в одежду, а вторая наносила колотые удары в торс. Видимо ему удалось застать тварь врасплох: туша весом с трактор сначала пошатнулась, а затем свалилась на пол.
– Выход открыт! Беги! – в голосе Егор сразу же узнал Александра.
– Саня, ты…
– Беги, твою мать!
Каждый новый удар был кровавее предыдущего. Но жировая прослойка твари позволяла её перетерпеть и подняться на ноги.
Егор искренне хотел помочь вурдалаку. Но что он мог сделать? Если тварь не останавливают удары огромного кинжала, то голыми руками тут ничего нельзя сделать.
– Беги, Егор! Беги!
И парень послушно рванул к турникету. «Пик» – ответил замок на приложенный к нему пропуск. Егор резко распахнул дверь и вступил за порог, в непроглядную уличную тьму…
***
– Браза, почему пожарка сработала? – спросил первый студент, обращаясь к стоящему рядом сожителю.
– Я хз, – ответил второй и вытолкнул из лёгких затяжку электронной сигареты. Тонкая струя белого дыма быстро растворилась в воздухе, – да не парься ты. Опять кто-то яйца сжёг на кухне, а вытяжка всосать не успела.
– В натуре, уже не первый раз такое, – согласился тот, а затем высказал пару нелестных слов о качестве жизни в общежитии, не забыв упомянуть «отсутствие мозгов» у местной администрации. Каждое второе изречение – матерное. Первый вместо ответа весело хихикал.
Егор огляделся: на крыльце общежития стояла толпа студентов в пижамах или халатах. Всего пару человек из десятка успели накинуть куртки, остальные стояли на холоде неприкрытыми.
– Внимание, пожарная тревога! Срочно покиньте помещение! – орала сигнализация из здания.
Егор вглядывался в лица. Люди вокруг были сонные, промёрзшие и недовольные, но… живые. Живые и настоящие, без всяких вурдалаков или «посвящённых». Обычные ребята из обычного общежития.
Егор вытащил мобильник и не поверил своим глазам: время 22:01.
«Десять вечера. А, по ощущениям, прошло два или три дня, не меньше. Похоже, время внутри проклятого здания идёт иначе, чем в нормальном мире…
Точно, профессор Кислых Щей так и говорил на «экзамене». А ещё говорил, что выйти из Нулевого общежития нельзя.
Неужели он нагло соврал?! А если соврал, то почему Я ПОВЕРИЛ случайному встречному?! А может, мне всё это сниться? И ведь не расскажешь никому – не поверят! Никто не поверит…»
Вскоре охранник отключил сигнализацию, и мысли Егора прервали двое старшекурсников:
– Слышь, давай обратно заходи.
– Ну и костюмчик у тебя. Дьявола только не призывай, окей?
Егор вдруг осознал, что находиться в одежде «посвящённого». Халат с длинными рукавами – единственное доказательство существования Нулевого общежития. Подлинное доказательство. Парень сделал шаг и дрожащей рукой открыл тяжёлую железную дверь, после чего вошёл в здание общежития…
ДВА ГОДА СПУСТЯ...
В летнее время года прохлада появляется сразу после исчезновения света.
Вечер. Солнце почти скрылось за горизонтом, оставив лишь небольшую верхушку над уровнем моря. Слева – лес как малахитовый браслет, справа – частный сектор, состоящий из десятка улиц, сотни домов, и тысячи тропинок. Поднялся сильный ветер, но это не помешало Егору развести костёр в железной бочке. Краска давно облезла, а металл заржавел в трёх местах.
– Скатертью дорожка, – произнёс про себя Егор, после чего бросил «синий халат» в огонь. Ткань обдало пламенем, костёр стал немного ярче, но, съев ткань за несколько секунд, вернулся в изначальное состояние. Рваные обугленные остатки одежды опустились на одно бочки, где догорели вместе с маленькими дровами.
– Всё равно никто мне не поверил.
Егор залил костёр ведром воды, после чего скрылся с места преступления. Запах дыма преследовал его минут десять, а затем растворился в воздухе. Тоска сгорела в огне вместе с проклятой мантией, и теперь ничто не могло нарушить душевное равновесие студента…
Спасибо за чтение
Вернуться к книге