Ногалес. 1987

Глава 1. Маршрут

Он смотрел на ЭТО. Смотрел так, будто увидел смерть. Неизбежную. Безысходную.

В его руках что-то блеснуло. Холодное.

Свет фонаря преломлялся, и сияние предмета в его руках показало чёткий силуэт. Направив неожиданный предмет, он оцепенел. Его инстинкты говорили ему: «Убей или умри». Но дрожание рук показывало страх. Его роль была уже понятна. Роль очередной туши с кровью.

Он знал, знал, что будет дальше. Холодный пот побежал по спине, а подкосившиеся ноги попятились назад.

— Что это... — произнёс человек дрожащим голосом. — Зачем ты это делаешь?

Молчаливое тело подошло к нему с улыбкой на лице.

— Не подходи! — выкрикнул он и начал махать лезвием. — Убью!

От крика перехватило дыхание.

Неизвестный сделал несколько шагов вперёд.

Тишина. Только его дыхание и скрип от шершавой, кожаной рукояти.

Небольшое лезвие блеснуло в свете фонаря.

Мгновение. Лезвие вошло в плечо. Плоть подалась с глухим, влажным звуком. Тяжёлое лезвие застряло на мгновение — кость не пускала. Приложив силу и дёрнув, рукоять выскользнула из ладони, и колени подогнулись. Повернув орудие убийства другим концом, убийца ударил по голове. Изувеченное тело рухнуло на мокрый асфальт. Голова ударилась с тихим, мокрым стуком. Тяжёлое дыхание убийцы. Всхлипы и звуки дождя.

Над телом в свете фонарей повторно блеснуло лезвие.

Удар.

Звук перерубленного шейного позвонка продлился секунду и заменился звуком катившейся головы.

Всё было кончено.

Кровавое пятно расстелилось красным бархатным ковром на мокром асфальте.

Глава 2. Переезд

1987-й год.

Мужчина в форме взял у меня паспорт.

— Сайлас Миллер, 32 года, родом из Чикаго, — произнёс с подозрением человек в форме. — Значит, не местный. Что привело вас в Ногалес в Аризоне?

— Не люблю шумные города. Моя жена Сальма отсюда. Вот и переехали, — произнёс Сайлас.

— Дети имеются?

— Нет, но планируем. Возраст, понимаете? Пора бы уже.

— Это да, дети — это хорошее дело, — с доверительной улыбкой ответил мужчина. — Вот ваши документы. Всего доброго, сэр. И добро пожаловать в Ногалес.

Мужчина протянул документы.

— Спасибо, всего доброго, — произнёс побеспокоенный.

Окно в “Олдсмобиль Катласс” закрылось.

— Дорогой, сколько раз я тебе говорила, езди аккуратнее, — побеспокоила мужа Сальма. — Повезло, что штраф не выписали, сейчас и так с деньгами худо.

— Не ворчи, — произнёс провинившийся Сайлас.

Двигатель машины завёлся, и пара Миллеров направилась домой.

Они жили на улице «Элм Стрит», в тихом районе. Дом стоял в конце улицы. Не первый, не последний — просто один из них. Двухэтажный, с невысоким крыльцом и облупившейся краской на стенах. Дом был незаметным. Внутри незаметность такая же, как и снаружи. Обычная гостиная со старым выцветшим диваном, когда-то он был синего цвета. В комнате находился книжный столик с чашкой, которая стояла там уже несколько дней, и книжный шкаф, где книги стояли в разнобой. На стене позади дивана висела репродукция среднего размера — пейзаж гор, которую Сайлас купил на распродаже на следующий день после переезда. Кухня: небольшая, в ней был сделан капитальный ремонт. Сальма настояла на белом цвете стола с полками, который Сайлас терпеть не может, но под давлением жены всё же сдался. В доме имелась старая лестница, соединяющая первый и второй этажи. На втором этаже длинный коридор с красным бархатным ковром. Сам коридор тёмный, с узким проходом, в конце — дверь. Их комната. Внутри — двухместная кровать с серым покрывалом и чёрные шторы, которые редко распахивались. Сбоку от кровати небольшая прикроватная лампа, а над ней общая фотография пары Миллеров. В доме имелся подвал. Сайлас и Сальма редко туда спускались, он был забит различным барахлом в виде коробок и сломанной техники.

Сайлас — 32-летний мужчина, крупного телосложения, с чёрными короткими волосами, слегка редеющими у макушки. Он работал на небольшой фабрике по производству топоров. Фабрика дифференцировала свою продукцию, чтобы расширить круги клиентов. Для этого на фабрике стали создавать различные виды топоров. Сайлас работал с колунами — топорами с длинными рукоятками. Больше всего в своей работе ему нравилось делать рукоятки. У него были индивидуальные заказы, в которых рукоятку необходимо было плотно обтянуть кожей. Чаще всего такие заказы делали дровосеки или специфические коллекционеры. Рабочий график Сайласа выглядел примерно так: среда — воскресенье с середины дня до десяти вечера, остальные дни — выходной.

Сальма — 27-летняя девушка с рыжими волосами, миниатюрная с худощавым телосложением, на вид её можно было определить как среднюю девушку, ничем не выделяющуюся. Она работала в прачечной на соседской улице за 4 доллара в час. Иногда получалось найти подработку на выходные в столовой рядом с туристической зоной.

Благодаря Сайласу и некоторым его индивидуальным заказам семья Миллеров жила средне, не голодали. Они имели небольшой сберегательный счёт в банке, копили деньги на поездку в Европу, хотели слетать в Париж, поглядеть на Эйфелеву башню.

Глава 3. Эфир

— Доброе утро, Ногалес. С вами как всегда Микаэла Уоткинс с места происшествия, — произносит белая девушка в лёгком повседневном костюме.

Она стояла на середине трассы, позади происходили шум и ругань. Команда медиков накрывала тело чёрным мешком для трупов, а полицейские рядом отгоняли репортёров от них.

— Сегодня, 11 августа, прямо на федеральном шоссе 15, дороге протяжённостью 2363 километра, было найдено тело 30-летнего мужчины. На месте работают оперативные службы. По оценкам судебно-медицинских экспертов, убийца нанёс три удара: два рубящих и один дробящий. По предварительной информации, мужчина являлся жителем Ногалеса, жена только на днях хотела обрадовать его тем, что он скоро станет отцом. Невосполнимая утрата и слёзы близких, — профессионально сказала репортёр.

— Единственное, что до сих пор остаётся не ясным: что делал мужчина ночью на трассе вдали от дома? И что за чудовище способно на такие хладнокровные зверства? С вами была Микаэла Уоткинс, следите за новостями, мы будем держать вас в курсе событий, — выдохнула Микаэла и опустила микрофон вниз.

— Хорошо вышло, Микаэла, — произнёс человек, держащий камеру. — Сегодня ты была на высоте.

— Да... Спасибо, Майкл. Ты тоже хорошо потрудился, — уставшим голосом ответила она.

— Ты голодна? Не хочешь заехать в закусочную? Там сегодня скидки вроде бы.

— Нет, спасибо. Я поеду домой, давай, до завтра.

— До завтра... — слегка расстроенным голосом произнёс Майкл.

Микаэла прыгнула в машину и уехала. Майкл остался, поглядел на происходящее вокруг, по его спине пробежала небольшая дрожь. Внутри себя он подумал: «Видимо, Ногалес ждут большие перемены».

Удар.

— Чёрт, Сальма, у телевизора, похоже, снова контакты отошли. Нужно будет покупать другой, — раздражённо произнёс Сайлас.

— А я тебе давно говорила, что он барахлит.

— Да-да, знаю, — смиренно ответил он. — На днях поеду, куплю новый.

— Вот и хорошо. Новости успел посмотреть?

— Ещё нет, что там? — с любопытством спросил Сайлас.

— В газете Ногалеса пишут, что на днях произошло убийство. Ужас какой, — произнесла Сальма.

— Вот же ж, ну и наплодятся всякие больные ублюдки, — нахмурившись, выговорил Сайлас. — Впервые за десять лет такое слышу, особенно здесь, в Ногалесе.

— И не говори, дорогой. Будь осторожнее. Ты же на работу по федеральному шоссе ездишь, убийство как раз там и произошло. Даже не вздумай подбирать кого-то.

— Хорошо, Сальма. Поеду в магазин, пригляжу нам телевизор, а то это уже не дело.

Сайлас надел штаны, лёгкую рубашку и, взяв ключи, вышел из дома. Открывая дверь машины, его окликнул незнакомый голос.

— Здравствуйте.

Сайлас повернулся и увидел молодого мужчину в джинсовой куртке, среднего роста. У него были чёрные глаза. Настолько тёмные, как угли. Смотря в них, невольно начинаешь думать о бездне, будто она всматривается в тебя и медленно засасывает в свои пучины.

— День добрый. Мы знакомы? — пробормотал Сайлас, удивляясь.

— Я ваш новый сосед. Меня зовут Уинстон Карлос. Переехал только сегодня, — неловко сказал Уинстон.

— Вы с дома напротив? — пальцем указал Сайлас.

— Да, вот пытаюсь познакомиться с новыми соседями, — с улыбкой ответил сосед.

Сайлас закрыл дверь автомобиля, подошёл к новому соседу и, протянув руку, сказал:

— Приятно познакомиться, я — Сайлас Миллер. Живу вот в этом доме.

— Приятно, — сказал Уинстон, слегка неуклюже пожав руку.

Что-то в этом рукопожатии показалось Сайласу странным. Из-за своей работы его руки были грубыми, а рукопожатие жёстким, но он не то что не продавил руку нового соседа, а даже почувствовал сопротивление и, отмахнувшись, сдал позиции. Уинстон в свою очередь просто улыбался и был вежлив. Сайласу вся ситуация казалась слегка неловкой. Но, сказав, что спешит, сел в машину и уехал. Отдаляясь от дома, в зеркале заднего вида он видел силуэт Уинстона, провожавшего автомобиль взглядом.

— Каких только людей мир носит, — проворчал Сайлас и направился в магазин.

Глава 4. Смена

Ключ проник в замочную скважину. После двух поворотов замок поддался и отворил дверь. Сайлас дёрнул за рубильник, и по всему огромному пространству начали загораться лампы. Свет ламп был направлен на оборудование и точильные камни. Он прошёл чуть дальше к токарному станку. Рядом с ним находился своеобразный шкаф, с виду сваренный вручную. Сайлас подошёл к шкафу и взял деревянную рукоять. Он вставил рукоять в станок и запустил. Достав наждачную бумагу, Сайлас начал шлифовать рукоять будущего инструмента. Минут пятнадцать спустя рукоять была отшлифована.

— Эй, Сайлас, — раздался голос со входа. — Ты как обычно рано.

— Здарова, Грег. Что поделаешь, я люблю свою работу, — ответил непринуждённо Сайлас.

— Мне бы твоё рвение, ха-ха, — посмеявшись, подметил Грег. — Ты слыхал? К нам сегодня новенький придёт.

— Правда? Давно к нам новые лица не заглядывали. Штат что ли расширить решили... — задумчиво ответил Сайлас.

— Так да. И тут такое вырисовывается. Сможешь присмотреть за ним? Покажешь станки, инструменты и заготовки. К точильным камням можешь его пока что не направлять.

— Ха-ха, к точильным так точно, — рассмеявшись, ответил Сайлас. — Прошлого раза хватило, ха-ха-ха.

— Аха-ха-ха, — поддержал Грег. — Ну так что, сможешь?

— Конечно. Только пускай спецовку наденет сразу. И выдай ему маску.

— Хорошо-хорошо. Тогда я сразу его к тебе и направлю.

— Да, буду ждать.

В полдень Сайлас направился на обед. К сожалению, на фабрике не кормили, но имелось отдельное пространство, где рабочие могли поесть привезённую из дома еду. Сальма всегда трепетно относилась к питанию Сайласа. Она специально для мужа готовила небольшую отбивную, немного салата и десерт. Сайласу это нравилось. Он частенько приступал к трапезе с десерта. Думал, что это разгонит его аппетит и поможет сильнее насладиться основным блюдом.

Начав есть, его окликнули.

— Сайлас, здравствуйте.

Поглощавший охотно еду Сайлас окинул взглядом молодого человека и узнал знакомый ему силуэт с голосом.

— Мистер Уинстон, это вы?

— Да.

Наступило неловкое молчание. Сайлас пытался прожевать остатки пищи во рту. В этой напряжённой обстановке никто не хотел вновь начинать диалог. Но под давлением чёрных глаз Сайлас не выдержал.

— Ты тот самый новенький, — догадался он. — Почему именно эта фабрика?

— Она принадлежит одному моему знакомому. Мне поступило предложение о работе, и я не мог отказаться, — спокойно ответил Уинстон.

— Начальник Карлос — твой родственник?

— Да, вы догадливый, мистер Сайлас, — отметил новый сосед. — Не хочу, чтобы коллеги знали об этом.

— Ничего, я никому не скажу.

— Спасибо вам.

— Ладно. Хватай спецовку с маской, научу тебя кое-чему.

Сайлас отодвинул свой обед, и они вместе с Уинстоном направились в рабочее пространство. Сайлас Миллер поистине был мастером своего дела. Он объяснил работу всех станков, техники заточки и шлифовки. Уинстон только делал свои первые шаги в данном ремесле, но Сайлас увидел в нём потенциал.

После конца рабочего дня он предложил Уинстону подкинуть его до дома. Уинстон согласился немедля. Приехав домой, Сайлас припарковал машину возле дома. Жена, услышав звуки автомобиля, вышла встретить мужа на улицу.

— С возвращением, дорогой.

— Я дома, — прокряхтел Сайлас.

Из машины вышел Уинстон и, окинув Сальму взглядом, произнёс:

— Вы, наверное, миссис Миллер? Я ваш новый сосед — Уинстон Карлос.

— Здравствуйте, мистер Карлос, я — Сальма, жена Сайласа, очень приятно, — ответила немедля Сальма.

Уинстон слегка поёжился и, смущенно улыбнувшись, попрощался с двумя Миллерами.

Зайдя в дом, Сальма спросила мужа о новом знакомстве. Тот неохотно сказал, что это новый сосед и по случаю новый коллега. Уставший Сайлас плюхнулся на диван и включил новый телевизор.

Глава 5. Обед

Следующий день. Работа. Сайлас вышел из дома, завёл машину и отправился на работу. В его портфеле как обычно находился обед, приготовленный Сальмой.

На работе Сайлас как обычно не покладая рук делал заготовки, а затем шлифовал и обтачивал лезвия топоров. После обеденного перерыва в его рутине теперь затесался Уинстон. Новый сосед быстро учился и быстро смог стать полезной единицей фабрики. Уинстон даже смог сделать свой первый топор, с чем Сайлас его и поздравил.

Дни шли, и вот некие подозрения Сайласа насчёт Уинстона начали уходить. Новый сосед рассказывал о своей прежней жизни, о его любви, которая изменила ему и ушла к другому. В глазах Сайласа Уинстон теперь был обычным мужиком, который пережил многое.

Однажды Сайлас с Уинстоном обедали в зоне отдыха. Все рабочие в этот момент обсуждали новости. В этот момент к ним неожиданно подсел Грег, что не свойственно ему было. Он начал расспрашивать про Чикаго. Но после обсуждения он заговорил о недавних событиях в Ногалесе — о постройке памятника и убийствах.

— Мужики, вы смотрели новости? — спросил Грег. — У нас в Ногалесе завёлся местный Джек Потрошитель.

— Да, говорят, что было уже четыре жертвы, — пробормотал Сайлас. — Вроде бы мужчины, верно?

— Мужчины, да, — утвердительно кивнул Уинстон. — Мой знакомый работает в полиции и как раз занимается этим делом. Говорит, что убийца орудует каким-то топором, но лезвие слегка необычное, длинноватое что ли.

— Топором? Не дай бог тем, которое ты в первый раз сделал, пха-ха-ха, — рассмеялся Грег. — Таким тупым топором даже колбасу не нарежешь.

— Ах-ха-ха. Это точно, — подхватил Сайлас.

Уинстону стало не по себе, и он сердито произнёс:

— Вечно вы ржёте, старики! А вам стоило бы быть осторожнее. Полиция говорит, что жертвы убийцы — это мужчины за тридцать, которые ждут или хотят ребёнка. А тела жертв всегда находят без голов. Видимо, фетиш у него на такое.

— Да уж, мрачновато так мрачновато, — серьёзно ответил Грег. — Тогда, Сайлас, тебе нужно быть самым осторожным. Из нас троих ведь только ты ждёшь ребёнка.

— Глупости не несите. Сальма не беременна. Пока что. Но да, мы хотим завести ребёнка, — отрезал Сайлас.

Сайлас поменялся в лице. Его начало что-то беспокоить.

После обеда все рабочие вернулись на свои места. Сайлас ещё долго находился в раздумьях, от чего он впервые испортил заготовку, сделав её слишком тонкой.

Из-за испорченной впервые заготовки Сайлас почувствовал вину, поэтому решил остаться на фабрике подольше. Исправив свою ошибку и почувствовав умиротворение, он решил закругляться с работой и поехать домой. Но в конце цеха он приметил знакомую фигуру. Это был Грег.

— Грег, ты чего ещё здесь? — подкравшись, спросил Сайлас.

Грег испугался и в тот час схватил некий предмет, потянув его за спину. Нечто блестящее и холодное сверкнуло в тот момент.

— Что ты там прячешь? — удивлённо возразил Сайлас.

— Да так, решил поработать.

— Это не свойственно тебе. Покажи.

Сайлас не отступал, и под его давлением Грег опустил руки.

В руке Грег держал лезвие, с виду не до конца заточенное.

— И что это? Материалы зря только прожигаешь, — порицая, сказал Сайлас. — Почему лезвие такое длинное? У нас в регламенте нет таких.

— Прости, Сайлас. Только не говори начальству, — виновато заговорил Грег.

Грег опустил глаза в пол.

— Вся эта история с маньяком и топорами. В детстве мне очень нравилась такая тема, и я хотел воссоздать репродукцию топора убийцы, — неуверенно продолжал он. — К сожалению, по одним только словам тяжело это сделать. Рукоять вышла тонкой по сравнению с лезвием, от чего нарушился баланс инструмента.

— Ну ты даёшь, Грег, — покачивая головой, сказал Сайлас.

Сайлас постучал Грега по плечу и сказал:

— Если тебе хочется увеличить лезвие, то рукоять должна быть длиннее. Иначе в момент удара ты можешь растерять всю рубящую силу. Так же важно сделать обух чуть больше обычного.

Грег удивился и положил свою испорченную репродукцию на металлический стол.

— Да, этого мне и не хватало. Ладно. Раз уж ты уже закончил, то и мне пора, до завтра, Сайлас.

— Больше не страдай такими глупостями, — с улыбкой сказал он.

Грег ушёл. Сайлас решил прибрать его рабочее место — вытряхнуть все опилки и протереть стол. Собрав все опилки в мешок, он потянулся к мусорной урне, стоящей возле стола Грега. Открыв урну, Сайлас увидел газету. Некое любопытство заиграло в нём, от чего он достал её оттуда.

На главной странице виднелся заголовок «Серийный убийца из Ногалеса». Но несколько деталей всё же привлекло внимание Сайласа. Имя жертвы — «Эрик Норт» — было перечеркнуто красным маркером. И сама газета была будто не оригинальной. В этот момент в голове Сайласа начали затрагиваться сомнения. Откуда Грег? Почему я о нём ничего не знаю?

Дыхание Сайласа на минуту стало тяжёлым, но, сделав глубокий вдох и выдох, он пришёл в себя.

— Боже, о чём я сейчас думаю? Это же Грег. Да быть такого не может.

Посмеявшись от своих же собственных мыслей, Сайлас выкинул газету обратно в мусорную урну вместе с опилками. Выключив свет в цехе и закрыв дверь, он направился домой.

Глава 6. Фонари

— Ало, да, дорогая. Буду дома через 15 минут.

— Не задерживайся, милый. Сам знаешь, что в городе творится. Не забывай, ты скоро станешь отцом. — проговорил женский голос в телефоне.

— Да, я знаю. Ты не представляешь, как я счастлив. Уже все на работе догадались. Говорят, что у меня лице все написано.

Мужчина улыбнулся и перешёл дорогу. Улица была пустой. Только фонари горели тускло. Он заметил силуэт. У фонаря. Просто стоял. Как манекен. Не двигался. Не смотрел. Просто был.

— Милая, я тебе перезвоню. Скоро буду дома. — сказал он и сбросил трубку.

Сердце забилось сильнее. Он ускорил шаг. Мурашки побежали по коже. Неизвестный силуэт следовал за ним. Фонари начали моргать. А звук приближающихся шагов возрастал.

Фонари начали моргать сильнее. То один, то второй. Свет моргал как пульс. Он побежал.

Споткнувшись об дорожный бордюр, мужчина оказался на земле. Он повернул голову назад. Крупный силуэт приблизился.

—Мужчина, вы как? — проговорил голос неизвестного.

Темный силуэт протянул руку.

Он колебался. Что-то было не так. Но страх быть невежливым пересилил. Он взял руку и поднялся.

— Спасибо. Слегка ногу ушиб. — прихрамывая, сказал мужчина. — Вы меня сильно напугали.

— Правда? Уж простите, — ответил голос. — Ну что ж, доброй вам ночи.

Силуэт неизвестного развернулся и пошёл в другую сторону. Растворяясь в свете фонарей.

Мужчин выдохнул. Провел рукой по лицу. Пот стекал по вискам.

“Зачем так людей пугать, тем более ночью” — подумал про себя мужчина.

Ему нужно было быстрее добраться домой. Он знал короткий путь. Сперва нужно было свернуть на пустырь между скейтпарком и старым заброшенным зданием. Он свернул туда.

На пустыре было спокойно. Небольшой шелест листьев заставлял забыться. Пройдя старое заброшенное здание, он свернул на аллею. И сразу понял, что сделал ошибку. Аллея была непроглядная. Старые фонари загорались через один как попало. Мужчина шел со всем забывшись, гадая, что любимая жена ему приготовила на ужин.

Он не услышал шагов за спиной. Только резкий, металлический свист.

Всё произошло мгновенно.

Что-то тяжелое обрушилось на затылок. Мир поплыл перед глазами. Одни искры. Колени подогнулись. Он упал на колени. Потом - животом на землю. Старый фонарь окатил его слабым светом. В этом последнем, умирающем свете, он увидел тень. Высокую. Неподвижную. В руке – что-то длинное, холодное…

Удар. Глухой, мокрый звук. Плоть как будто не сопротивлялась, кость хрустнула. И мир мужчины померк.

Тьма.

— Спи спокойно, папаша.

Глава 7. Репортаж

Сайлас открыл глаза. Рядом с ним крепко спала Сальма. Он аккуратно выбрался из одеяла, накинул халат и спустился на кухню. Приготовив кофе, Сайлас прыгнул на диван и включил телевизор. Утро он любил начинать с новостей.

В телевизоре он приметил знакомую фигуру, но в этот момент раздался голос корреспондента.

— Ужасные убийства продолжаются. В этот раз погиб мужчина, так и не дойдя домой. Ночью, на старой аллеи, молодого мужчину лишили жизни. Оперативные службы ищут улики. Сколько ещё убийств случится в нашем мирном Ногалесе? С вами, как обычно, была Микаэла Уоткинс, следите за дальнейшими новостями.

Сайлас поперхнулся кофе. Капля холодного пота стекала по лбу. Вчерашние мысли начали снова его преследовать.

Телефон зазвенел.

— Сайлас слушает.

— Ало, Сайлас? Это директор — раздался властный голос в телефоне. — Приходи срочно на работу, здесь репортеры.

— А? Репортёры? Что они забыли на фабрике?

— Много вопросов. Приезжай, объясню на месте.

— Хорошо, скоро буду — отвесил Сайлас и бросил трубку.

Он быстро собрался и прыгнул в машину.

****

За час до этого.

— …. С вами, как обычно, была Микаэла Уоткинс, следите за дальнейшими новостями.

— Снято.

Тяжелый выдох сделал корреспондент.

— Микаэла, ты сегодня молодцом держишься — сказал Майкл. — Пора уже закругляться.

— Да, я так устала. Поехали перекусим

Микаэла и Майкл погрузили оборудование. И направились перекусить. В закусочной была очередь.

— Микаэла, закажи мне мой любимый хот-дог с двойным соусом — прошептал ей на ухо Майкл. — Мне нужно в туалет.

Микаэла заказала два кофе и два хот-дога. Но тут раздался звонок.

— Да, слушаю. — четко произнесла репортер.

— Убийца на фабрике. — произнёс тихий голос.

— Ало, какой фабрике? Кто вы? Ало?

Неизвестный сбросил трубку. Микаэла занервничала. Побежала в туалет. В этот момент из туалета вышел Майкл.

— А, Микаэла, ты чего? — удивленно спросил Майкл.

— Быстро в машину!

Микаэла догадалась, что неизвестный имел в виду фабрику по производству топоров. Она посветила Майкла в курс дела и рассказала о анонимном звонке. Фабрика находилась в часе езды от них.

Их машина мчалась по пустому шоссе. Микаэла сжимала руль, в голове прокручивались слова анонима: “Убийца на фабрике”. Она не знала, стоит ли звонить в полицию. Улик не было, лишь голос и чутье.

— Ты думаешь, что это правда? — спросил Майкл, поглядывая в окно.

— Не знаю. Но я должна проверить.

— А если это розыгрыш какой-то.

Микаэла повернула на него голову.

— Тогда мы просто возьмём интервью у работников фабрики.

Майкл кивнул и отвернулся к окну.

— Микаэл, я позвоню на фабрику. Предупрежу, что мы будем. Они не смогут отказать.

— Хорошо.

****

Нынешнее время.

Когда они подъехали к фабрике, их встретил директор — нервный мужчина в очках, который явно не ждал гостей.

— Репортёры? — переспросил он, вытирая пот со лба. — Зачем? Мы ничего не знаем об убийствах.

— У нас есть информатор, — сказала Микаэла, протягивая микрофон. — Сказал, что убийца работает на вашей фабрике. Вы не знаете, кто это мог быть?

Директор побледнел.

— Это ложь. У нас работают честные люди.

— Мы бы хотели поговорить с мастерами, — сказала Микаэла. — Особенно с теми, кто работает с топорами.

Директор замялся, но провёл их в цех. Навстречу вышел Сайлас. Он был в спецовке, с уставшим, но настороженным взглядом. На спецовке виднелось имя “Сайлас Миллер”

— Мистер Миллер? — спросила Микаэла. — Я слышала, вы один из лучших мастеров на фабрике.

— Я просто делаю свою работу, — ответил он.

— Мы хотели бы задать вам несколько вопросов об убийствах. Говорят, орудие — топор, похожий на те, что делают здесь.

Сайлас помедлил. Что-то в его глазах дрогнуло.

— Я не знаю, кто это мог сделать, — сказал он. — Но я могу вам рассказать, как выглядит топор убийцы. Если, конечно, это действительно наш топор.

Он начал говорить — о лезвии, о рукоятях, о балансе, о том, как можно определить, что орудие сделано профессионалом. Микаэла записывала. Майкл снимал.

Когда интервью подходило к концу, Сайлас заметил в конце цеха фигуру. Грег стоял у выхода, держа в руках что-то, завернутое в тряпку. Он смотрел на репортёров. На мгновение их взгляды встретились — и Грег быстро отвернулся.

— Извините, — сказал Сайлас Микаэле. — Я сейчас.

Он шагнул в сторону Грега.

— Грег, ты чего? — спросил он, когда они отошли.

— Ничего. Домой пошёл, — ответил Грег. — У меня дела.

— А что это за свёрток?

Грег посмотрел на свои руки.

— Да так. Заготовка. Хотел дома доработать. Ты же не против, Сайлас?

Сайлас колебался.

— Ладно, — сказал он. — Иди. Только завтра не опаздывай.

Грег кивнул и вышел из цеха.

Он шёл по длинному коридору фабрики. Лампы горели через одну, и тени ложились на стены длинными полосами. Грег сжал свёрток в руках и ускорил шаг.

На повороте, перед самым выходом, он столкнулся с кем-то.

Удар был лёгким, но неожиданным. Грег пошатнулся, выронил свёрток. Он поднял глаза — перед ним стоял силуэт. Неясный. В тени.

— Извините, пожалуйста. — произнесла загадочная фигура.

Грег не ответил. Подняв сверток, он постоял секунду и двинулся дальше, вглубь коридора. Шаги растворялись в коридоре.

«Странно», — подумал он. — «Кто-то из новых?»

Но он не стал задерживаться. Он вышел на улицу и растворился в утреннем субботнем свете.

Глава 8. Шкафчик

Вечером того же дня Сайлас сидел на крыльце. Он думал о газете Грега. О лезвии. О репортёрах. Словно они были знакомы. Множество мыслей крутилось вокруг.

Внезапно рядом с ним сел Уинстон. Его черные глаза смотрели пристально. Сайчас чувствовал себя в такие моменты словно под прицелом.

— Видел новости, — сказал он. — Ты хорошо выглядел на экране.

— Я не хотел быть на экране, — буркнул Сайлас.

— Я знаю. Но это был правильный шаг, — Уинстон закурил, посмотрел на улицу. — Ты что-то заметил?

Сайлас помедлил.

— Тебе не кажется, что Грег странно себя ведёт? Я нашёл газету с именем жертвы в его мусорной урне. Он перечеркнул имя. И сегодня он был подозрительный.

Уинстон нахмурился.

— Подозрительно?

— Да. Грег нёс какой-то сверток. Помню ещё, как он пытался сделать топор не по регламенту, с таким длинным лезвием.

Сайлас показал руками размер лезвия.

Уинстон задумался.

— Сайлас, я должен тебе кое-что сказать. Я не просто сосед.

Сайлас повернулся к нему.

— И кто же ты?

— Агент ФБР, — сказал Уинстон и протянул ему удостоверение. — Я веду это дело уже два месяца. Тринадцать жертв. И я почти уверен, что убийца — кто-то с фабрики.

Сайлас замер.

— И ты думаешь, это Грег?

Уинстон не ответил.

— Я думаю, мы должны проверить его шкафчик, — сказал он. — Сегодня ночью.

****

Ночь опустилась на Ногалес. Город спал. Только фабрика «Ногалес Топор Ко» стояла тёмной громадой на фоне безлунного неба. Сайлас и Уинстон подошли к чёрному входу. Сайлас достал ключи — свои, рабочие. Они не должны были быть здесь. Но он чувствовал, что обязан.

— Ты уверен? — спросил Уинстон, оглядываясь. Сайлас кивнул. — Нет. Но я должен знать.

Замок щёлкнул. Дверь открылась.

Они вошли в тишину. Цех был тёмным, только слабый свет просачивался из окон. Станки стояли неподвижно, как спящие звери. Где-то капала вода.

— Шкафчик Грега в конце цеха, — прошептал Сайлас.

Они прошли мимо станков, мимо верстаков, мимо точильных камней. Свет от уличных фонарей падал на пол длинными полосами. Шкафчик был старый, металлический, с облупившейся краской. На дверце виднелась надпись, выведенная маркером: «Грег».

Сайлас взялся за ручку. Дёрнул. Заперто.

— У тебя есть ключ? — спросил Уинстон.

Сайлас покачал головой.

— Тогда отойди, — сказал Уинстон. Он достал небольшой ломик из-под куртки и одним точным движением сломал замок.

Дверца открылась с металлическим скрежетом.

Глава 9. Арматура

Внутри шкафчика висела старая спецовка. Пара перчаток. И что-то ещё — в самом углу, прикрытое тряпкой. Сайлас протянул руку. Пальцы коснулись ткани. Он потянул — и замер. От ужаса.

Голова. Под тряпкой была человеческая голова.

Свежая. Глаза закрыты, лицо спокойное. Мужчина. Тот самый, из новостей. Сайлас отшатнулся. Он не смог сдержаться, его вырвало. Сайлас согнулся, хватая ртом воздух, и прислонился к станку.

Уинстон заглянул внутрь, его лицо осталось спокойным. Сайлас смотрел на голову и не мог отвести взгляд. Холодный пот стекал по спине.

— Чутье меня не подвело. Это Грег! — прошептал он.

В этот момент они услышали шаги. Снаружи. Кто-то шёл по коридору. Один. Несколько. Тяжёлые, уверенные.

Уинстон приложил палец к губам и выключил фонарик. Они замерли в темноте.

Шаги приближались. Становились все громче. Свет фонаря скользнул по полу. Кто-то вошёл в цех.

Сайлас узнал фигуру своего коллеги. Фигуру Грега.

Грег шёл к своему шкафчику, на ходу расстёгивая куртку. Он не знал, что они здесь. Он не знал, что его шкафчик открыт.

— Грег, — сказал Сайлас.

Грег замер. Он увидел их. Увидел открытый шкафчик. Увидел их лица. Увидел то, что они увидели.

Он развернулся и побежал.

— Стоять! — крикнул Уинстон, выхватывая пистолет.

Грег не остановился. Он бежал через цех, спотыкаясь о станки, сбивая инструменты. Он выбежал на лестницу, ведущую на крышу. Уинстон и Сайлас побежали за ним.

На крыше было холодно. Ветер дул, и старые трубы гудели. Грег бежал к краю, но за ним — тупик. Он повернулся.

— Не подходи! — крикнул он, выставляя руки вперёд. — Я не убивал! Я не убивал никого!

— Это ты расскажешь на допросе. — сказал Уинстон, медленно поднимая пистолет. — Мы видели твой шкафчик. Как ты это объяснишь? Убийца!

Грег не слушал. Он смотрел на пистолет. В его глазах был страх. Невиновный страх.

— Я не хотел… я просто хотел посмотреть… Это не моё… — он что-то бормотал, пятясь назад.

— Стой, Грег. — сказал Сайлас. — Ты упадёшь.

Но Грег не слышал. Абсолютная тишина. Он ничего не видел. Словно пустота объяла его глаза. Он сделал шаг назад. Нога скользнула по краю. Он взмахнул руками — и провалился в бездну.

Грег упал на спину с такой силой, что бетонный пол под ним взорвался трещинами. А затем наткнулся на арматуру, торчащую из земли.

Всё произошло за секунду.

Металлический прут вошёл в его горло с мокрым, чавкающим звуком. Всего на секунду тело Грега вывернулось дугой.

Руки судорожно вцепились в железный стержень. Было поздно. Арматура прошла насквозь, разорвав плоть и раздробив кости. Из его рта потекла струйка крови. Он пытался, что-то сказать, но из горла вырвался влажный булькающий звук. Его тело дернулось в конвульсиях, а затем обмякло.

Сайлас подбежал к краю.

Не в силах отвести взгляд. Он видел, как железный прут вышел из затылка Грега, оставляя на конце острия кровавый нарост. Глаза Грега были открыты. Они смотрели в небо.

— Боже… — прошептал Сайлас.

Уинстон убрал пистолет и зажмурился. Ветер шевелил его волосы.

Сайлас посмотрел на небо — в нём не было звёзд.

Глава 10. Прощание

На следующее утро Сайлас сидел на крыльце. Солнце поднималось над Ногалесом, и город просыпался. Он не спал всю ночь — думал о Греге, о его глазах, о его голосе: «Я не убивал!»

Из дома вышла Сальма и принесла ему кофе.

— Ты не спишь, — сказала она.

— Не могу, — ответил он. — Я всё думаю о Греге.

— Он был убийцей, Сайлас. Ты видел всё своими глазами.

— Я знаю. Но я не могу избавиться от чувства, что мы что-то упустили.

Сальма вздохнула.

— Ты слишком много думаешь. Дело закрыто. Город может спать спокойно. Ты должен отпустить это. И гордиться собой.

Она поцеловала его в щёку и ушла.

Через час подъехала машина Уинстона. Он вышел, держа в руках папку с документами, и сел рядом с Сайласом на крыльцо.

— Я был в участке. — сказал он. — Всё сошлось. ДНК на голове совпадает с ДНК, найденной на лезвии. Грег был там. Ты был прав, Сайлас. Он убийца.

Сайлас молчал.

— Я уезжаю сегодня. — сказал Уинстон. — Моя работа здесь закончена. Город может вздохнуть с облегчением.

Он протянул руку. Сайлас пожал её.

— Спасибо, Уинстон. За всё.

— Береги себя, Сайлас. И береги Сальму.

Они обменялись последними взглядами. Уинстон сел в машину и уехал. Сайлас смотрел ему вслед, пока машина не скрылась за поворотом.

Он остался один.

В этот момент в доме зазвонил телефон. Сайлас не пошёл к нему. Он сидел на крыльце, глядя на пустую улицу.

Ему казалось, что он чувствует пустоту. Не облегчение. Не страх. Просто пустоту.

Эпилог

Утро. Тёмная комната. Лучи солнца пробиваются сквозь грязное окно.

На кровати лежит человек. Он не спит.

Рядом с ним — голова. Она аккуратно лежала на подушке, как будто ещё принадлежала телу. Глаза жертвы были открыты. Они смотрели в пустоту с выражением ужаса, застывшего навсегда. Губы слегка приоткрыты, будто она хотела сказать что-то перед смертью. Кожа была бледной. А на шее у самого среза, темнела засохшая кровь, оставившая рваный след.

Комната была небольшой. Стены обклеены старыми газетами — все заголовки об убийствах. Если всматриваться в газеты, то можно увидеть некие красные элементы. В рамках на стене, справа от кровати, висели фотографии. На них изображены тела и головы. Над самой кроватью висел топор. Длинный, с тёмным лезвием. Орудие, которое он так любил.

Человек встал. Он подошёл к столу, на котором стояла фотография в деревянной рамке. На ней — женщина с маленьким ребёнком на руках. Она улыбалась. Он поднял фотографию, поцеловал её и прошептал:

— Теперь ты можешь быть спокойна.

Он поставил фотографию на место. В этот момент зазвенел телефон. Человек взял трубку, на мгновение напряг голосовые связки и произнёс:

— Ало, Микаэла, чего ты звонишь в такую рань?

— Снова дрыхнешь что ли? Ты не забыл про два экземпляра? Про те две газеты с ошибками. Ты отнёс их обратно на редактирование? Я жду исправленный вариант.

Человек на мгновение замер. В его глазах мелькнула тень.

— Да, конечно. Всё в порядке. Я отнёс.

— Хорошо. Тогда прыгай в машину. У нас новое убийство. Снова отрубленная голова.

— Снова? — он сделал паузу. — Уже еду.

Человек положил трубку. Ещё раз посмотрел на фотографию, затем на газету на столе. Он улыбнулся и вышел из комнаты, оставляя за собой только слабый свет и тишину.

На столе осталась фотография. Женщина с ребёнком смотрела в пустоту.