Никто тебе не поверит

Глава 1

Мира обожала отдыхать на даче у бабушки! Отсутствие сверстников её вовсе не огорчало, напротив! Предоставленная сама себе, девочка любила кружиться средь красочных бабочек, воображая себя сказочной феей, и часто копалась на бабкиных грядках, представляя, что ищет таинственный клад. Вот и сейчас, свесив ноги с кровати, Мира закуталась в мягкое одеяло, сравнив его с небом, в котором она украдкой скрывалась от такого огромного мира. Летние каникулы были невероятным сокровищем для каждого школьника, но для неё — это было самое волшебное время в году.

Спустившись на первый этаж и задорно подпрыгивая, Мира поспешно уселась за стол, в ожидании излюбленных оладушек, аромат которых уже заполнил весь дом.

— Доброе утро! — улыбнулась пожилая женщина, подавая оладьи и наполняя для внучки стакан молока. — Ну что, готова к учёбе, комсомолка, спортсменка ты наша?

— А что, уже всё? — искренняя улыбка сменилась натянутой, а после и вовсе сползла с лица, как бы Мира не старалась её удержать. Неужели она настолько забылась, что совсем потеряла счёт времени?

— Не хочу учиться, хочу жениться? — хохотнула бабуля, потрепав её по макушке и настырно подвигая внучонке стакан молока. — Ты пей, пей! Зря я что ли к Наташке спозаранку ходила?

Нехотя, Мира кивнула и отпила. Она терпеть не могла парное молоко, но ощущение пребывания здесь хотелось растянуть как можно подольше. Хоть бы не забыть, куда она положила платочек!

— Бабушка, а что за зверь у нас под окнами ночью ходил? Я из окна слышала, будто собака большая по кустам топчется.

— Ох уж и сказочница! — улыбнулась женщина, попутно отправляясь на кухню и даже не замечая, как дрогнула скула её внучки. — Ты не волнуйся, приснилось, поди. Давай-ка лучше кушай быстрей, как говорят: «Как я ем — так и сияю!».

***

Ближе к полудню Мира была при полном параде. Бабушка заранее упаковала все её вещи, и оставалось собрать только самую мелочь. Взяв в охапку цветные карандаши, девочка принялась скреплять их резинкой, когда вздрогнула и замерла, прислушиваясь к рычащему гулу мотора. Прерывисто обернувшись, она напряженно покосилась в окно и застыла на месте. Старый жигуль гулко чихнул и заглох перед домом, тут же представ перед ней каким-то жутким драконом, а распахнувшиеся двери показались могучими крыльями. Медленно опустив связку карандашей в открытый рюкзак, Мира не глядя достала оттуда белоснежный носовой платочек и принялась судорожно натирать руки, провожая глазами спешащих к веранде родителей.

По приезду домой Мира всегда становилась тихой и замкнутой. Мир словно терял свои краски, а окончание лета всегда представало трагедией. Одно грело душу — скоро ей в школу! Уже завтра, уже совсем скоро! Осталось только немножечко потерпеть.

***

Короткий сон прервала громкая ругань родителей за стеной. Подорвавшись, девочка тут же насторожилась. Машинально зажигая торшер на прикроватной тумбе, она судорожно шарила глазами по комнате, проверяя дверную щеколду и отсутствие фигур за окном, которые нередко мерещились, несмотря на пятый этаж.

— Виталик, не надо! — Её мать жалобно заскулила, мечась по комнате вдогонку за мужем.

— Просил же сделать мне кофе! — разоряясь дурным голосом, мужчина опять наплевал на соседей, требуя ужина после работы.

— Ты уже пять раз его пил! — разрыдалась супруга и Мира в миг поняла, что отчим снова напился.

— Не ври, стерва! Небось опять куролесила с кем-то «покруче»?! — сбитое рыдание матери резко оборвалось, а Мира испуганно сжалась, кутаясь в плед и с полными страха глазами уставилась на запертую дверь, куда принялись остервенело ломиться. Каждый удар приводил её в трепет, но девочка уже научилась брать себя в руки и не реагировать на все эти выходки.

Виталик появился в их жизни недавно, три года назад, когда родной отец Миры скончался во сне, после долгой борьбы с рассеянным склерозом. По началу Виталий был просто лапочкой! Невероятно интеллигентный и вежливый, он прежде никогда не бранился и даже убедил жену уйти с работы и заняться делами домашними. Он часто водил их с мамой в кино, выполнял все прихоти падчерицы и даже купил ей компьютер, вопреки недовольствам супруги. Однако, спустя какое-то время, обратился настоящим тираном, которого Мира боялась словно огня. Вот только, больше всего она боялась даже не отчима.

Грело лишь то, что завтрашним днём она пойдет в школу и снова погрузится в процесс обучения. Ведь это всегда отвлекало.

***

Направляясь к директору, после первого же учебного дня, Мира совсем не боялась выговора. Её нередко отчитывали за те проступки, которыми девочка очень гордилась. Уже переступая порог кабинета, она широко улыбнулась Нестору Ивановичу и уже начала было говорить первой, когда оцепенела, пытаясь проглотить застрявший ком в горле.

— И как это понимать? — складывая руки на груди, отчим неспешно поднялся с гостевого дивана и осуждающе покосился на Миру.

— Виталий Петрович, я всё понимаю, — огорченно начал директор, — Мирочка у нас круглая отличница, но как же так? Вчера разрыдалась, когда её Ольга Сергеевна за щечки трепала, а сегодня и вовсе Кольку ударила! А это только четвертый класс! У нас так не принято, знаете ли.

— Папа всегда говорил: «Если дернут за косу — разрешаю заехать учебником»! — в сердцах возмутилась Мира, сжимая маленькие кулачки. — И вообще, нельзя меня трогать, даже если это классуха!

— Ну вот, — директор вздохнул. — Мальчишки всегда ведь такие, чего ты так сразу? И вообще, к твоему сведению, взрослые не со зла деток тискают, а ты же у нас такая хорошенькая! Чего бабулю расстраиваешь?

— Сергеевна мне не бабуля, — хмуро буркнула Мира, отводя взгляд и отступая к двери, стоило Виталику шелохнуться. — Лучше бы Вы Колю ругали, а не меня.

— Ладно, разберемся, — сухо ответил невозмутимый Виталий, после чего попрощался с директором и грубо схватил Миру за руку. — Пойдем.

По приходу домой, Мира угрюмо проводила Виталика за порог, и пулей метнулась в ванную, стоило отчиму уйти на вечернюю смену. Содрогаясь под струей холодной воды, она судорожно терла кожу жесткой мочалкой, словно пыталась что-то стереть. Её отец всегда был бойким поборником справедливости, наставляя бороться с неправыми и отстаивать свои личные границы во что бы не стало. Но сейчас, подросшая девятилетняя Мира чувствовала себя совершенно беспомощной.

— Тебе всё равно никто не поверит, — приговаривала она, монотонно покачивая головой и остервенело затирая кожу до покраснений. Все её жалобы на учителей уже давно пропускали мимо ушей, а стоило ей тихонечко заикнуться, что отчим её обижает — мама и вовсе отмахивалась, сетуя на «воспитательные меры».

***

Сидя на кровати, Мира тщетно силилась оттереть что-то незримое влажной салфеткой, после чего раздосадовано бросила её в мусорное ведро у кровати, забитое салфетками доверху.

— Ну, что там в школе стряслось? — в комнату заглянула темноволосая тощая женщина, которая поспешно уселась рядом. — Опять что ли Колька?

— А чего он меня обижает? — вздохнула малышка, бережно поправляя длинные косы.

— А может ты ему нравишься? — мать тепло улыбнулась и умиленно посмотрела на Миру. — Вот он и пытается твоё внимание привлечь!

— Но мам, это же глупо! — возмутилась Мира. — Разве можно обижать кого-то, кого ты сам любишь?!

Женщина невольно вздрогнула и стыдливо опустила глаза:

— Не знаю, вы же ведь дети ещё... Слушай, я тут зашла сообщить, что к Тане поеду, так что ужин в холодильнике, а вещи твои я погладила.

— Нет, не надо! — ни с того ни с сего вскричала Мира, хватая маму под локоть. — Не оставляй меня с Виталиком, ну, ну пожалуйста!

— Всё будет хорошо. — Женщина измученно улыбнулась, вяло потрепав её по макушке. — Папа аж до завтра работает, а я уже утром вернусь. Ну, чего ты боишься?

— Ты мне всё равно не поверишь, — обреченно вздохнула малышка и жалобно заглянула в глаза. — А может останешься?..

— Ты же знаешь, что тётя больна. Тем более, у тебя есть замок. — Старшая уверенно указала на дверь. — Давай, заканчивай с уроками и отдыхай.

Стоило матери покинуть квартиру, Мира пулей метнулась к двери. Щелкнув щеколдой, она измученно пихнула тетради в рюкзак и бухнулась на кровать. Учебная неделя только начиналась, а сил уже не было даже не чтение. «Жаль, что тёть Таня сидит в инвалидной коляске. Вот бы мама всегда была рядом...».

***

Громкий удар стремительно вырвал Миру из сна. Оторвав голову от подушки, она подорвалась и рефлекторно и прижала колени к груди, после чего испуганно огляделась, в полутьме нащупывая выключатель торшера, когда вдруг вздрогнула и озябла:

— Алла, ты где, твою мать?! — свирепо взревел захмелевший Виталик, зазывая жену. Не найдя супруги на месте, он даже не попытался набрать телефон и принялся нещадно ломиться в закрытую комнату. — Слышь, ты! Опять твоя мамка на блядки поперлась?!

Вздрагивая от каждого удара, Мира судорожно вертела головой, не зная, как быть и что делать. Мысли спутались, а свет включенного торшера, показавшийся из-под дверной щели, словно придал Виталику сил. Навалившись на дверь, мужчина сорвал щеколду и с грохотом её распахнул, застывая в проходе.

— Че зыришь? — сквозь зубы процедил тот и с вызовом уставился на закутанную в одеяло малышку. Мира глядела на него так, как только загнанный кролик смотрит на крупного хищника. Она безумно хотела сказать всё как есть! Оправдать свою матушку перед ревнивцем, а после послать его к черту, но вместо этого: просто смотрела.

— Страшный да? — Виталик гневно оскалился, глаза налились кровью, а затуманенный взгляд окончательно спутал реальность и вымысел. Кидаясь к падчерице, он грубо схватил её за руку и притянул к себе. — Что, плохой папочка, да?! Плохой я тебе, да? Отвечай!

— Отстань от меня! Я всё маме скажу! — истошно завопила бедняжка, вложив всю свою волю в попытку отпихнуть нерадивого отчима. Потеряв равновесие, мужчина неуклюже отшатнулся и глухо врезался в прикроватную тумбу. Торшер бахнулся на пол, вилка натянутого провода выскочила из розетки, а в комнате повис полумрак отсвечивающих за окном фонарей. Мира оцепенела, а цепкие грубые пальцы впились ей в плечи:

— Умолкни, малявка. Тебе всё равно никто не поверит.

Примечания автора: Этот рассказ был написан на почве личного опыта работы с такими "Виталиками" и их женами. При этом, причина таких инцидентов кроется глубже халатности родителей. Ведь эти родители тоже когда-то были детьми...