На белом фоне

Глава 1

После переезда в квартиру родственников, со мной уже вторую неделю происходила какая-то чертовщина. Нет, не в смысле по квартире бегали бесы или ночью на кухне летала посуда, хотя, может и летала, но я этого не видел и никаких неудобств это за собой не влекло. Проблема была в другом, и волновала меня гораздо больше. Простите, но я блевал. Да, блевал, каждое, гребанное, с**а, утро, начиная с первой ночи, как переехал в эту замечательную квартирку, а она, чистейшая правда, была замечательной. Вы спросите, что, быть может, были и другие причины, я так не думал и не думаю.

Небольшая евро-двушка находилась в спальном районе нашего города. Квартира долгое время простаивала и тётка, по доброте душевной, разрешила занять жил площадь. Правда было одно условие - сделать ремонт в спальне, а дальше живи и развлекайся, в рамках разумного естественно. Как только поступило предложение я, разве что не прыгая до потолка, согласился.

Давно хотел съехать от родителей, я их очень люблю, но мама у меня желает контролировать каждую миллисекунду моей жизни, поэтому решено – собрал вещички и переехал. Мама тогда неодобрительно посмотрела, сделала немного обиженный вид, который она принимала почти всегда, если рутина шла не по её плану, а отец же мне даже подмигнул, чтоб им обоим по сто лет счастливой жизни. Мечта, конечно - свобода.

К тому времени я учился на заочном и работал в баре, прилично между прочим зарабатывая, потому условие тетки не было проблемой и ремонт спальни я заказал у одной из местных фирм. Сделали быстро и именно так, как хотел я. Белые стены, большая кровать, тёмный ламинат, большой раздвижной шкаф с зеркалами, а ещё я закупил множество разных растений, что так любил, и которые сам же поставил по своему разумению.

Въехал я не сразу, сломя голову, а спустя пару дней после ремонта комнаты. И началось. Что ни день, так просыпаюсь и минут через пять иду блевать в ванную. Было неприятно, учитывая, что я совершенно не понимал почему это вдруг стало происходить, ибо никогда прежде с подобным не сталкивался, ну не считая дня, следующего после пьнки. И, хотя через неделю, уже привычная процедура, не причиняла сильных неудобств, она жутко бесила. Рвало меня быстро, в секунду, раз и готово, то какой-то пеной, то желудочным соком. Как и, наверное, большинство студентов, в силу возраста, я не предавал таким вещам большого значения. Как само началось, так и само пройдёт.

Но не тут то было, чем дольше я жил в квартире тетки, тем хреновей становилась утренняя процедура. Я даже позвонил ей, расспрашивал, как дела, рассказывал, что мне нравится жить в её квартире, и в шутку решил узнать, не было ли там домового или чего ещё пострашнее и попротивнее. Тётка удивилась вопросу, но не послала меня куда по дальше за такие прямые намёки и даже рассказала всю историю квартиры, благо она была совсем не длиной. Естественно ничего криминального и мистического в её рассказе не было. А вот было ли реально что-то криминальное или мистическое – вопрос иного толка, и останется на её совести, если меня не посветила.

Проблема никуда не уходила. Изо дня в день одна и та же хе**я. Я бы и дальше не обращал внимание, но со временем становилось хуже. Блевал я уже не в две-три секунды, а дольше, не быстро и легко, а тяжко и долго. Пена и желчь с соком стали тягучими и густыми, словно кто моё нутро пытается выбраться наружу. Приходилось их долго отхаркивать и выплевывать, при этом остальной день я чувствовал себя более чем замечательно. Но, наконец, моя дурья башка решила сходить к доктору. Башка решила, руки взяли ноги в ладони и мы, дружным единым телом, двинулись в больничку, записавшись заранее на приём в одну из платных клиник города. Я попал к немногословному угрюмому врачу, мужику лет пятидесяти, с седеющей шевелюрой и взглядом а-ля "какие же вы все недоумки". Как выяснилось, первое впечатление было обманчиво. Мужик стойко выслушал мой рассказ и симптомы, задавал вопросы и, с важным видом, что-то записывал у себя в журнале. Послушал легкие, посмотрел ротовую полость, почти вместе мы сказали «а-а-а». Вопросы шли исключительно по теме, разбавляемые шутками, чтобы меня раскрепостить. И самое главное, он не использовал заумных фраз.

- Пьёшь? – Как-то сразу доктор перешёл на ты, быть может и к лучшему.

- Ну пью, может по пятницам пару бутылок пива.

- Крепкое, или куришь?

- Не курю, из крепкого только виски и то, по невероятно большим праздникам, по типу тринадцатой зарплаты, когда уже не уследить, что пьёшь.

- Какой-то дорогой, что ли?

- Да нет, я в баре работаю, достать не проблема, просто не люблю. Про наркотики будете спрашивать?

- Значит говоришь, что раньше вообще не было ни разу подобного? - Пропустил он мой вопрос.

- Блевать-то? Было, но не так стабильно каждый день после того, как проснусь. Может анализы какие сдать надо, рентген там? Мне бы разобраться с этим побыстрее.

- А чего же ты сразу не пришёл, ждал так долго? – Спросил он, откинувшись на кресле.

- Глупый, признаю. Но сейчас-то на месте и нужно что-то делать, а то убегу.

- Значит так, с этим в двести двенадцатый. - Он выдернул из блокнота лист и протянул мне записку, видимо, с записями о том, какие анализы у меня будут брать в этом самом двести двенадцатом.

- Так, а что это такое то?

- Сдай анализы, завтра они будут и придёшь в... – Я нетактично перебил его, не дав договорить.

- Мне как бы не очень удобно каждый день по больницам ходить. И дорого выходит, за свой счёт. Я конечно отпрошусь, но... – На этот раз он перебил меня.

- Это твоё здоровье, сдай анализы. Я напишу тебе справку.

- Понял, на Вашем корабле не спорят, капитан. Ладно, во сколько?

- Давай в пятнадцать ноль-ноль. Думаю, анализы уже будут готовы.

- А может витамины какие?

- Пока нет. Нужно понять с чем имеем дело, авось проскочишь.

И я потопал в двести двенадцатый, как оказалось, в лабораторию и, довольно быстро сделав все процедуры, убежал на работу. Точнее процедуры делал не я, а невероятно красивая и молодая медичка, что взяла кровь в несколько ампул, и вместе с ней почти забрала моё сердце. Уже только этот момент сгладил всегда пакостные ощущения при походе в больницу, ибо докторов я не любил с детства, не по какой-то реальной причине, просто так повелось.

***

Следующее утро, как обычно, встретило меня позывом рвоты, и я побежал постоять над раковиной. С удивлением отметил про себя, что раньше было лучше, как и раковина была белее, и трава зеленее, а также организм сильнее. Сейчас поясню - раньше плюнул и пошёл, раньше был быстрый забавный ритуал, с которым я спокойно свыкся, и даже был готов жить дальше. сейчас это была полная хе**я, что отнимала десяток минут, а порой и больше, моего времени, бесила и доводила до слез в порыве очередного спазма, да спазма такого, что выворачивало меня от самых яиц.

На сегодня я был выходной на целый день, круто, если не считать, что к трём ноль-ноль мне идти к доктору, узнавать свою дальнейшую судьбу, то бишь результаты анализов. Ровно, ну или не очень ровно в три, постучался я к доктору и бесцеремонно открыл дверь, не дожидаясь ответа. Он поднял взгляд от бумаг, лежащих на столе, думаю это были мои результаты, что он уже успел изучить, и твердо сказал "садись". Что-то в его взгляде и в его тоне меня насторожило и, мысленно я приготовился к худшему, но виду не поначалу не подавал. Вот жеж, какого хрена я сразу в больничку не пошёл, когда началась эта дрянь? Я сел, медленно, с опаской.

- Так. Касательно твоих анализов... -Я замер в ожидании вердикта, а доктор продолжил. - В лаборатории ничего не выявили.

- Что значит ничего, вообще ничего? Крови нет, или в моем алкоголе её не обнаружено? Что это значит-то?

- Значит, что анализы хорошие, всё в норме, но…

- *ля! – Непроизвольно и достаточно громко вылетело слово из моего рта. - А чего Вы так странно смотрели, я уж подумал у меня рак или другая лютая болезнь!

- Да, потому что не может быть при таких симптомах всё хорошо в анализах, - Чуть повысив голос проговорил доктор. - И давай без выражений. Ну и о раке не волнуйся.

- Извините пожалуйста, переживаю очень.

- Сейчас пойдем, сделаем рентген. – Сказал он, вставая с кресла.

- Вместе делать будем? Думаете заразно? - Съехидничал я. Ну а что? Доктор, видимо, тоже не понимал, что со мной.

- Вставай, пойдем. - Пропустил он мимо ушей мою очередную глупую шутку. Я подумал, сколько ещё он их вытерпит и не стоит ли мне замолчать, но так был устроен мой мозг, такую защитную реакцию он выстраивал.

Мы поднялись на этаж выше и прошли по длинному коридору, до половины стен в голубенькой плитке, а дальше выкрашенного белой краской, что человеку, боящемуся докторов и больниц, давало мысли, словно его ведут на заклание. Ощущение и правда было, будто иду на расстрел, но на двери красовались цифры «302», а чуть ниже надпись «Рентген кабинет». Не совсем это был кабинет – при входе небольшой тамбур с вешалками и диваном, а из него две двери: в сам кабинет, и в зону, где стоял рентген аппарат, где тоже находилась ещё одна дверь, металлическая и очень толстая. Там-то мы наткнулись на коллегу моего лечащего врача. Доктора прошли в последнюю дверь и пару минут о чем-то разговаривали. После чего она открылась и из неё первым вышел высокий мужчина с угловатыми чертами лица, тёмно-карими глазами, что в белом цвете кабинета смотрелись почти чёрными, и веселым-веселым взглядом.

- Ну пойдем инопланетянин. – Сказал он не менее веселым голосом.

- Почему это я инопланетянин?

- Ну потому что, что-то с тобой не так, а что именно нам не известно. Вот будем тебя изучать. Давай-давай проходи, там люди по записи ждут, за них Дмитрич не просил. Он жестом руки показал куда идти. Снимай рубаху, клади на кушетку и подходи к аппарату.

Я подошел, доктор поставил меня «как надо» и удалился за металлическую дверь, отправив Дмитрича из помещения.

- Стой, не ерзай. Тааак, всё, отходи. – Таким образом мы сделали несколько снимков, разных частей моего тела, сколько было можно, пояснил рентгенолог.

В помещение вернулся «Дмитрич».

- Давай только сразу посмотришь, ладно? – Спросил он.

- У меня работы выше крыши, – Показал коллега рукой над головой, потом добавил ещё десяток сантиметров, добавил. – Нет, вот даже так.

- Тебе не интересно совсем? – сказал Дмитрич, беря под локоть коллегу и уходя обратно за металлическую дверь, но не закрыв её.

- Интересно. Мне много чего в этом мире интересно.

Доктора, видимо, совсем забыли об этике, если так напрямую обсуждают пациента, им-то может и интересно, а я чувствовал себя, как подопытный кролик, как маленький серенький блюющий подопытный кролик в клетке, куда сам себя и загнал.

- Я тут вообще-то.

- Одевайся и посиди там. - Донеслось из-за стены с небольшим окошком. Вскоре оттуда вышли два озадаченных доктора.

- Здоров, как бык, ну по крайней мере на всех снимках точно ничего криминального даже близко нет. Сказал рентгенолог. Дмитрич, надо дальше причину искать, или хочешь, к доктору Хаусу его отправим, если найдем конечно.

Я и сам бы хотел пошутить, что-то вроде «а это вообще законно, исследовать человека без его согласия?», но грустно улыбнулся, теперь мне было не до шуток.

Дмитрич, дальше я его называл уже уважительно, по имени-отчеству Евгений Дмитриевич, носился со мной всю неделю, ему и правда было интересно, мне казалось, он переживал за меня. Я еще раз сдавал кровь, делал МРТ, мне проверяли мозг и многое другое, я даже приносил на анализ, то что выблевывал из себя по утрам. Забавно, но за многие процедуры я не платил. Уж не знаю, как выкручивался Евгений Дмитриевич, платил ли сам, или уговаривал делать процедуру под предлогом «ради науки», но знаю, что мы так ничего и не выяснили.

Я продолжал жить, учиться, ходить на работу и привычно блевать по утрам, проклиная устоявшуюся традицию. Блевалось всё дольше и тяжелее, нет, конечно были дни, когда «проскакивало», как в самом начале, но они были крайне редки.

***

Однажды я рассказал свою историю одному из близких друзей, когда мы сидели у меня вечером, пили пиво, общались и фоном смотрели какой-то футбольный матч.

- А может из-за ремонта в комнате? Оставили какую-то химию вот ты и травишься.

- Ты думаешь этот вариант не проверялся? Нету ни химии, ничего, и в анализах пусто. Я же тебе говорю, блюю только, когда нахожусь в этой квартире, неважно в какой комнате. Пробовал ночевать у родителей, утром вставал и заранее шел в ванную, а там стоял, как дурак и не понимал, почему нет позывов. Если бы химия, то было бы что-то остаточное в организме, но ничего, как рукой снимает, когда не у себя ночую.

Да, теткину квартиру я уже почему-то считал своей.

- Ну так съезжай отсюда на*ер, пусть тетка твоя сдает квартиру, а ты снова у родителей жить будешь, здоровье дороже. Может тут пора экзорцистов вызывать, медиумов всяких. Хочешь я на ночь останусь, посмотрю, вдруг тебе по ночам в рот демон какой с потолка плюет, или похуже чего делает.

И мы оба заржали, по своей натуре не верили ни в мистику, ни в демонов или ангелов, и прочую недоказуемую чепуху. К слову, друг остался на ночь, но не потому что хотел увидеть демона плюющего мне в рот с потолка, он просто напился, сильно напился. Утро началось «за здравие», блевали вместе, я по традиции в раковину, а друг в обнимку с туалетом. И смеялись, лишь усугубляя положение. Два д*била.

- Слушай, я сейчас не пойму, это ты меня этой хе**ей заразил или я вчера нажрался?

- Все смешалось в нашем квартирном королевстве.

- Блин, нам надо повторить.

- Что повторить? Чтобы ты опять нажрался, мучился сам и смотрел, как мучаюсь я?

- Не тупи, пить не будем, я просто на ночь останусь и проверим, как эта дрянь работает. Короче, будет ли у меня так же, как и у тебя. Так-то тебе надо было давно мне сказать, мы бы раньше проверили.

- Ну оставайся. –Ответил я.

- Только не сегодня, сегодня к деду еду, в деревню. Когда приеду обратно сразу позвоню.

- Ладно, когда припрешься, тогда и проверим.

***

Дни шли своим чередом и у меня появилась новая проблема. Впервые с момента переезда в теткину квартиру я проснулся посреди ночи, проснулся не от громких звуков или криков соседей, мне стало плохо, жесть как плохо. Теперь я уже не верил в случайности и утром сразу же позвонил Евгению Дмитриевичу, рассказал о ситуации.

- Я больше не знаю, чем тебе помочь. Если только идти в институт в роли лабораторной крысы.

- Нет, спасибо. Но как мне быть, посоветуете? Если я, помимо утра, еще каждую ночь буду просыпаться и стоять над раковиной по пол часа-час, то в зомби превращусь.

- Переезжай.

- Мне друг тоже предлагал, говорит демоны.

- Здравое предложение, не с точки зрения науки, но здравое, послушай друга.

- Ну а Вам разве не интересно, что это такое и почему возникнуть могло? – Спросил я тихо.

- Весь мой интерес уже ушел в работу по твоему вопросу, ты сам это видел. Мне искренне это интересно, и я переживаю за тебя, но ты не единственный пациент, чтобы тратить на тебя все мое свободное и рабочее время.

- Понял. Спасибо Вам.

- Переезжай. – Добавил доктор.

- Ага, я подумаю…

Естественно меня можно назвать упертым бараном, наверное, любой бы уже переехал, и я тоже уже был готов, но одна ночь изменила моё решение, я бы сказал теперь не многое зависело от меня.

Я чувствовал, что нечто во мне изменилось. В первые ночи побуждений меня просто рвало, так же, как и утром, после рвота ушла и осталось тягостное ощущение тошноты, чего-то, от чего так долго моё тело старалось избавиться. Я не осознавал, а тело боролось, боролось долго, пока не стало поздно, пока нечто не захватило его, прекратив попытки организма сопротивляться.

Осознание пришло не сразу, но теперь-то я понимал и ничего не мог сделать, я все видел и чувствовал, моему разуму иногда было позволено говорить, а право решать «нечто» оставило за собой.

Каждую ночь я по долгу стоял у окна и смотрел в чёрное небо из своей белой комнаты. «Нечто» разрешало мне размышлять, и я размышлял. Как я мог такое допустить, что это, откуда, почему все изменилось так внезапно?

Я ходил по своей комнате и по квартире часами, молча, опустив голову, словно полностью соглашаясь и подчиняясь своему, отныне, рабскому предназначению. Я не боялся, «нечто» запрещало мне бояться и говорить лишнее, единственное чему я мог сопротивляться - не смотреть в зеркала, я не хотел видеть своё отражение и завесил их все, не знаю зачем, так было нужно.

***

Звонкой трелью раздался звонок телефона.

- Ты где, **ядь, пропадаешь и почему не берёшь трубку, у нас запара из-за тебя. - Звонил менеджер бара.

- Извини, Стас, мне очень плохо, даже не подумал предупредить.

- А надо было предупредить! Что такое? Голос и правда, как не твой, простудился?

-Не знаю толком, больше недели бегаю по больницам, как все пройдёт я принесу справку, меня оформили. Прости Стас, мне очень плохо не могу долго говорить.

Как же, плохо ему, пи***бол! - думал я. Остатки моего сознания пытались кричать в трубку «Стас вытащи меня отсюда, вытащи эту ху**ю из моей башки!»

- Понял, давай выздоравливай. Будешь должен.

Оно не успело сказать "спасибо", как Стас уже сбросил звонок, но разрешило выкрикнуть мне "дай же мне сказать, с**а". Мои слова улетели в пустоту, а в голове раздался еле слышный шипящий смешок.

С каждым часом я все более чувствовал, как оно захватывает каждую клетку моего тела, молча, в тишине, прекращая мою историю, оставив мне лишь крупицу сознания. Издевалось надо мной, живи - только тут, на этом маленьком клочке внутренней пустоты, а остальное моё, и отныне тебе не подвластно.

В редкие периоды отчаянья оно позволяло мне читать смски и сообщения на компьютере, но когда я хотел сам написать, руки мои приковывало к клавиатуре, словно воздух над ними в мгновение стал весить тонну, и кроме невнятных фраз, составленных из зажатых моими пальцами букв, ничего я не мог написать, а после оно удаляло символы. Однажды оно позволило посмотреть в интернете мифы о нем, или о чем-то похожем. Оно могло быть Джинном, демоном и ещё около десятка по-разному описываемых тварей, из нашего мира или загробного, так или иначе описываемого в легендах абсолютно разных народов со всего мира, от эскимосов, до Майя, от викингов, до легенд древнего Египта.

Стоит ли говорить, что ничего толком не давшая мне информация только повеселила существо внутри меня, я буквально ощущал его веселье, вскоре и сам начал истерично смеяться, со слезами на глазах.

Организм уже не сопротивлялся, прошла тошнота и другие признаки дискомфорта, нечто полностью овладело мной. Остаток меня жил, как другая личность, наблюдая за действиями нового хозяина.

***

Вечером раздался стук в дверь и голос за ней.

- Открывай болезлый! Гостиницы привёз. - Оно пошло открывать дверь, под мои глухие крики внутри моей же головы.

- Че ты телефон не берёшь? - Бодро проговорил друг, входя внутрь. - Я уже как два дня приехал, дела просто были.

- Ага.

- Что ага? Возьми сумку, я пройду. - Оно стояло на месте, преграждая другу проход. "Да-да, не пускай его, дай ему уйти, он ни в чем не виноват». Кричал я внутри сознания.

- Может не стоит?

- Не понял? С тобой нормально все? Температурки нету? - Сказал друг прислонив холодную руку к моему лбу, а потом резко встряхнул моё тело. Нету. Что встал, как истукан? На сумку.

И Оно пошло ставить сумку на кухню. Из коридора друг продолжал говорить.

- Дед привет передавал. И копченой рыбки, очень вкусная кстати. Чай поставь, я замёрз что-то.

Оно разрешило мне говорить, но я знал, что лишнего не позволено.

- Слушай, тебе реально стоит уйти, я хуже себя чувствую и не хочу тебя заразить.

- Да мне по*ер что ты хочешь, мы договорились, что проведем эксперимент, так что не паникуй.

- Будет лучше, если ты уйдёшь, правда.

- Будет лучше, если ты чайник наконец включишь. – Парировал друг.

Мы втроём разговаривали весь вечер, нечто никак не выдавало себя, не позволяло говорить лишнего мне и внимательно слушали друга.

Дело было к ночи, оно расстелило другу в зале и вернулось в комнату.

- Спокойной ночи, баклан. Нараспев выкрикнул из зала друг.

- Спокойной. Чуть слышно проговорил я, и со слезами на глазах, лег в постель, укрывшись тонким одеялом.

Было ощущение, что оно даёт мне последний день. Я лежал и долго смотрел в потолок, размышляя о жизни и вспоминая все моменты, когда я делал что-то не так. Так глупо и беспомощно я уходил из реальности этого мира. Я уснул.

Посреди ночи мы - Оно и я, услышали шаги и тихий удар.

- Б**ть! - Раздалось из коридора. Видимо, друг пошёл в туалет и ударился о шкафчик для обуви.

Оно поднялось с кровати и подошло к окну. Ночь была светлая, полная луна освещала дороги и сквер за окном. Послышался шум воды, смываемой из бачка и «щелк» выключателя. Босые ноги прошлепали на кухню, звон стаканов, вода, текущая из кувшина, и «шлеп-шлеп» обратно, который быстро прервался.

- Ты чего не спишь? Плохо стало?

- Нет. Все нормально, теперь все нормально. Ответило Оно.

- Ну хорошо, утром глянем, как мне будет. Кстати, чего зеркало в ванной завесил? Я забыл вечером спросить.

- Будет хорошо, так надо. Проговорило Оно и развернулось.

Друг вздрогнул, округлив и без того большие глаза, резко отступил на шаг и, ударившись об дверь, сказал.

- Да б**ть, что я бьюсь сегодня обо все. Тебе точно хорошо? Ты себя видел вообще? Я не знаю, что увидел мой друг, и что на миг так его испугало во мне, моём теле или глазах, но он медленно попятился и пошёл обратно в ванную.

- Сейчас я зеркало принесу... Выходя сказал друг, не обратив внимание на завешанное зеркало в самой комнате, и ударил по выключателю, но лампа лишь мигнула перегорев, свет не включился.

Оно по вернулось головой к стене, и я впервые увидел нового себя, свою отвратительную темную тень на фоне большой белой стены спальни, в таком же бледно-белом свете полной луны. Я знал, что оно улыбнусь, широко, показывая зубы. Тень была большая, гораздо больше, чем я, словно разорванная на лоскуты, она мерно покачивалась, подражая искривлённым ветвям деревьев за окном.

Я онемел, моё сознание ни на что не обращало внимания, кроме тени на стене, заворожённо наблюдая за ее движениями, я боялся представить, как выгляжу на самом деле. Руки медленно потянулись к большой наволочке, которая закрывала зеркала шкафа. В голове загудело, Оно заговорило со мной.

- Тебе всё кажется, сам придумал свои страхи. Раньше демонов каких-то с джиннами в интернете выискивал, сейчас тени боишься. Все проще, друг мой, просто мне надоело ждать своего часа, рано или поздно я бы проснулся, твой переезд просто оставил тебя со мной один на один, надо было придумать историю, так что извини за рвоту по утрам, но загадочно вышло, правда? Я, кстати, невероятно удивлён, твой организм долго сопротивлялся, обычно всё происходит быстрее.

Оно не ждало от меня ответа, это был монолог нового владельца моего тела и разума, этого страшного существа, что так изуродовало меня.

- Да не бойся ты так! Надо как-нибудь позволить тебе позвонить тетушке и сказать, что её милая квартира вовсе ни причём, да и доктору что-нибудь наплести, успокоить, он ведь так переживал за тебя. Ты пойми, пожил и хватит. Я ведь тоже - ты, но другой ты, и я победил, второе я сильнее первого, редко бывает, но метко. Мы же живём в каждом из Вас, кому-то не везёт, а я вырвался.

Казалось, что времени прошло много, но монолог в голове длился доли секунды, передав всё, что Оно имело в виду. Руки лёгким движением сдернули наволочку с зеркал. Оно и я смотрели перед собой, Оно улыбалось самой мерзкой и отвратительной из улыбок, что я когда-либо видел, а я не мог поверить в то, что отражено на ровной глади зеркала. Эти глаза, мерзкая мимика, кожа…

- Ладно, пора развлекаться, я буду жить и веселиться, а ты наблюдай. Пойдём возьмём самый большой нож на кухне, пока твой друг ищет зеркальце, мы то уже всё увидели, нечего нам самим его ждать...