Кровавый круиз на Золотой Львице

Глава 1

Совсем недавно для богатых людей и людей среднего класса отправили в плавание яхту под гордым названием — «Золотая львица». Билет на круиз стоит хороших денег. А если вы хотите вип-номера, роскошный ресторан и самое лучшее обслуживание, то вполне реально купить «золотой» билет и по-настоящему наслаждаться привилегиями роскошной жизни. Золотой билет стоит в десять раз дороже обычного. За эти деньги организаторы тура разделили яхту на две половины — для вип-гостей и для обычных людей. Разные типы гостей в большинстве случаев не сталкивались друг с другом, что позволяло избегать лишних конфликтов.

В одном из номеров для обычных людей расположилась счастливая семья. Мать, отец, сын и дочь. Девочке Кате шесть лет, а её брату Коле — восемь. Ребята ещё те озорники. Часто ссорятся, но так же быстро забывают обиды и снова идут играть. Что совсем не нравится соседям за стенкой — молодой паре, что всю ночь либо в баре напиваются, либо игры в номере устраивают. Что, конечно, не нравится семье с детьми. Глава семейства даже стучался в их номер и просил убрать посторонние звуки ночью, но никакие разговоры не помогли.

Днём эта весёлая парочка приходила к семье просить, чтобы эти маленькие спиногрызы прекратили так сильно шуметь, потому что, видите ли, они спят. Папаша чуть не лопнул от возмущения. «И хватило же наглости прийти!» — проскочила в голове мысль. Затем мужчина нахмурил брови и показал средний палец на руке.

— Да пошёл ты! — дверь захлопнулась.

— Вот же урод! — возмутился молодой парень, смотревший на закрытую дверь, и вскоре отправился назад в номер досматривать сон.

С элитной стороны яхты никогда такого не происходило. И дело даже не в том, что у элиты хорошее воспитание. Иногда бывает с точностью да наоборот! Вся суть заключается в толстых стенах и идеальной шумоизоляции. Если дверь окажется закрытой и кто-то будет кричать, то вполне вероятно, что этот крик так никто и не услышит.

Мебель из цельного дуба, на полу ковёр, в мини-баре дорогие вина и виски, дверные ручки из золота, большая роскошная кровать, в каждом номере санузел. Если прогуляться, то можно найти игровую комнату, в которой расположились бильярдный стол, боулинг и столы для покера. Набор некрупный, но для плавучего судна вполне весомый. Чуть дальше звенела музыка из ресторана. Люди шли туда посмотреть живые концерты и выгулять свои роскошные наряды. Каждый из них старался кичиться своим богатством.

На другой половине судна развлечений оказалось крайне мало. Можно сказать, их вовсе не было. Единственное дело, каким можно здесь заняться, — это тупо смотреть на море либо прогуляться по палубе. И на этом всё!

Катя и Коля задорно бегали по палубе, играя в догонялки. Девочка долго никак не могла догнать брата и поэтому расстроилась.

— Коля! Коля, так нечестно! — хныкала девчонка.

— Всё честно! — радостно кричал мальчик.

— Нет, нечестно! Ты в сандалиях, а я в тапочках! Нечестно!

Коля продолжал дразнить сестру:

— Да ты меня не догонишь! Ты бегать не умеешь! — Он показал язык и начал строить причудливые рожицы. Коле доставляла удовольствие та мысль, что он лучше, что он быстрее. Мальчик представлял себя супергероем, как в мультике. Катя плюнула на это дело и побежала в номер жаловаться маме и папе, что брат её обижает.

— Я всё маме расскажу! Она тебя накажет! — плакала девочка.

Коля остался на палубе. Он понимал, что ему грозит наказание, как минимум выговор. И паренёк решил отложить этот момент как можно дальше.

Родители вечно потакали младшенькой любимой дочке. В их глазах сын был гораздо старше, словно не ребёнок, а взрослый человек. За любой проступок и шалость в первую очередь прилетало мальчику. Если сестра жаловалась и плакала, то брат без разбирательств получал наказание.

— Зачем сестру обижаешь? Разве так можно?! Ну поделись с сестрой! Ну и что, что это твои конфеты, ну и что, что она свои уже съела?! Делиться нужно! Она маленькая, а ты большой! Ты старше, значит, должен быть мудрее!

Естественно, после таких несправедливых наказаний мальчишка начал обижаться и со временем стал вести себя безобразно. «Раз меня всё равно накажут, то пусть это будет хотя бы справедливо. Раз меня называют "плохим", то я должен соответствовать». Мальчик делал всё это подсознательно, не понимая глубинных причин. Он сам стал верить, что он просто такой плохой и непутёвый. С каждым годом поведение всё ухудшалось и ухудшалось. А родители и не подозревали, что причиной «дурного характера» были они сами.

Коля решил спрятаться где-нибудь на корабле от родителей. Спрятаться от их наказания, криков, ругани, истерик, обвинений, унижения. Но причина также была не только в этом. Возможно, даже таким образом мальчик пытался наказать их. Чтобы мама с папой потеряли его и горько сожалели о том, что не ценили его. Хотел изменить их отношение к себе, показать свою значимость. А если нет, если они не будут переживать, то стоит ли возвращаться? Может, стоит просто уйти?

Мальчик бегал по кораблю в поисках укромного места и развлечений. Каким-то образом, какими-то окольными путями, через кухню, паренёк забрался во вторую, элитную часть яхты. Местная элита не обращала внимания на паренька, несмотря на его небогатый внешний вид. Скорее всего, всё из-за того, что мальчишка низкого роста. Взрослому человеку он был по пояс. Из-за чего если быстрый взгляд и останавливался на ребёнке, то он в первую очередь смотрел либо на макушку, либо на лицо. Тем более у взрослых были свои заботы. Многие видели в этом круизе шанс завести полезные знакомства — инвесторов, партнёров по бизнесу, именитых адвокатов для сложных дел, политиков. Даже спутников жизни для себя и для сватовства своих несовершеннолетних детей. Если семья хорошая, то стоит укрепить империю и породниться. В общем, до одиноко бегающего беспризорного ребёнка никому вовсе не было дела.

Коля познакомился с мальчиком из довольно обеспеченной, даже зажиточной семьи. Парнишка — ровесник Коли. Но уж слишком манерный, с вычурным, дорогим для своего возраста нарядом. Лакированные туфли, прилизанные волосы, галстук, что завязан слишком туго и давит на шею. И пиджак со штанами с заявкой: смотрите только на меня! Яркий костюм с рисунком зебры. Но вместо белого и чёрного — ядовито-жёлтый и красный. Всё это выглядело крайне нелепо и даже смешно. Но благодаря тому, что наряд от именитого кутюрье, все вокруг восторженно вздыхали и делали комплименты родителям. Ребёнок здесь был словно декорация, забавная кукла для показа своего статуса и богатства.

Именно поэтому мальчишку так сильно удивили слова Коли, оборванца, не сведущего ничего в моде.

— О, мальчик! Мальчик! — воскликнул Коля.

Тот обернулся, увидел наряд собеседника, поморщился. Но молчал.

— Мальчик, мальчик! Ты лох, мальчик! — Коля часто слышал это слово от папы, но не совсем понимал его значения. Знал лишь то, что это синоним слову «некрасиво».

Мальчик немного постоял в недоумении, не понимая слов Коли. Затем сказал:

— Нет, я Родион.

Коля начал смеяться, для него слово «Родион» казалось чем-то смешным.

— Так ты ещё и Родион!

Родион казался совсем сконфуженным.

— Что смешного?

Коля посмотрел в глаза собеседнику и показал на него пальцем:

— Ты смешной! Ты весь смешной!

Проявление эмоций, а особенно негативных, в семье Родиона строго осуждалось. Мужчина должен быть сдержанным, с хорошими манерами, и выходить из ситуации с высоко поднятой головой, оскорбив оппонента высокоинтеллектуальной издёвкой. Вот чему его учили родители.

— Ты... Да ты... — хоть Родион к своим восьми годам и прочитал множество классической художественной литературы, но придумать чего-то изящного не получалось, и мальчик заплакал от переизбытка чувств.

Глаза Коли забегали из стороны в сторону, улыбка сошла с губ. На лице появилось нечто похожее на сожаление или даже сострадание.

— Ты чего? Ты чего плачешь? — искренне сказал Коля.

Родион хмыкал носом и не отвечал. Коля повторил вопрос и положил мальчику руку на спину.

— Ты чего? Я же не хотел! Просто ты смешной и одеваешься смешно!

На что Родион ещё больше разревелся.

— Ну хочешь, обменяемся одеждой?! Ты тогда не будешь смешным! Давай я тебе дам свою куртку, а ты мне свою.

— Хочу... — промямлил Родион.

Ребята обменялись одеждой. Затем Родион показал пальцем на сандалии мальчишки:

— Обувь... Мама никогда мне не покупает такую открытую обувь. Говорит, что в высшем обществе такое не носят... А мне в туфлях жарко...

Коля не был против обменять свои сандалии на туфли. Обмен произошёл, и мальчишки вместе стали играть. Теперь Коля хорошо вписывался в высшее общество, хоть и выглядел немного странно — все думали, что это какой-то эксклюзивный образ от модного кутюрье. Пиджак и туфли смотрелись дорого. Из-под пиджака торчала весёлая футболка с динозавром, а чуть ниже — тёмные шорты из одного комплекта.

Яхта была слишком большая, и мальчишки случайно разошлись. Коля заблудился и при всём желании не смог найти дорогу к своему номеру. Вечером мальчик набрёл на какой-то бар. В этом баре было множество странных кабинок с мягкими кожаными диванами. Он зашёл в одну из самых дальних кабинок и заснул.

Ночью паренёк проснулся от истошных женских криков:

— Нет, не надо, отпустите!

Жуткие вопли продолжались всю ночь. Стуки, шлепки, звуки ударов... За ночь голоса менялись. Всего примерно четыре пары мужских и женских голосов за всё время. Коля забился в угол своей кабинки и боялся не то чтобы звук издать — пошевелиться! Даже слёзы лились бесшумно. Страшно закрыть глаза даже на секунду, чтобы моргнуть. Мальчик закрыл уши руками, ему не хотелось слышать весь тот ужас, что происходил буквально в нескольких метрах от него.

На какое-то время ему показалось, что всё закончилось. Что всё замолчало. Он убрал руки от ушей и прислушался. Раздались звуки шагов. Сначала тихие и размеренные. Ничего, кроме шагов. Затем скрип двери и снова крики... Мужской голос:

— Да заткнись ты! — звук от пощёчины. Мужской смех...

И всё это становилось всё громче и громче... Ближе и ближе... Затем совсем близко... Буквально в метре от мальчика. Коля дрожал, он закрыл руками рот, чтобы случайно не закричать. Чтобы никто не смог услышать его дыхание.

В скором времени ручка двери, что вела в его кабинку, начала медленно поворачиваться. Он наблюдал изнутри, как под женские вопли дёргалась дверная ручка.

— А чё, дверь заело?

Затем последовало ещё несколько поворотов дверной ручки.

— Извините, похоже, кто-то из клиентов ещё не закончил... Может, вы пройдёте в другую кабинку?

— Ха, похоже, у нас тут кто-то некрофилию любит! — раскатистый мужской смех вместе с криками и шагами отдалялся.

Мальчик ещё до того как заснуть на диване закрыл кабинку на щеколду. И, похоже, именно это и спасло его в этот раз. Он не спал всю ночь, на утро звуки стихли. Коля осторожно, шатаясь из-за трясущихся ног, вышел из кабинки — снова никого не было.

Вернувшись примерно на то место, где он познакомился с Родионом, он снова увидел довольных и счастливых людей, мило болтающих друг с другом. Кто-то, как прежде, совершал сделки, кто-то пил. А кто-то делал всё вместе. Коля увидел солидного мужчину лет сорока в чёрном пиджаке и брюках с белой рубашкой. Он, похоже, обсуждал какие-то очень важные рабочие моменты. Голос мальчику показался знакомым. Это тот самый человек, что хотел зайти к нему в кабинку. Сердце бешено заколотилось, Коля попытался спрятаться за высокими барными стойками, где стояли угощения.

Вдруг кто-то ударил золотой ложкой по стеклянному бокалу.

— Господа! Минуточку внимания! — говорил женский голос где-то в конце зала. — Сегодня пройдёт наш первый и единственный за этот круиз аукцион. Всех желающих поучаствовать прошу пройти за мной. Остальных же более не буду отвлекать, приятного отдыха, господа!

Вся толпа, что была в зале, бурным потоком ринулась за женщиной. Колю унесло вместе с потоком людей. Он оказался в зале, похожем на театр. Все расселись по местам. Яркий свет погас. Коля посмотрел по сторонам и, чтобы не выделяться, тоже нашёл себе мягкое кресло и уселся. Сбоку, рядом с подстаканниками, находилась табличка с номером 382.

Занавес открылся, на сцене вспыхнул свет. Там стояла та же женщина, что позвала всех на аукцион. Сзади — несколько мускулистых помощников, что вывели человека в цепях, без одежды и с кляпом во рту. Девушка рассказывала, какая у него группа крови, какой рост, вес. Рассказала про все параметры его тела и здоровья, затем попросила помощников покрутить его вокруг своей оси. Мужчина плакал, мычал, пытаясь что-то сказать. Но толпа в зале лишь шушукалась и смотрела в бинокли, выданные вместе с номерованными табличками. Затем объявили цену, и начались торги. Стук молотка — продано! И так продолжалось множество раз с разными женщинами, мужчинами и детьми. Некоторые люди выходили из зала, остальные же продолжали смотреть.

Коля вжался в кресло и не двигался, смотрел на сцену, не сводя глаз с происходящего. Его будто загипнотизировали, мальчик не шевелился. Пальцы сжали кожаные подлокотники так сильно, что остались следы от ногтей.

Затем он понимает, что видит знакомое лицо... На сцене стояла его родная мать. Он пришёл в себя, стало безумно страшно. Раздался стук молотка, и маму повели куда-то за кулисы.

Мальчишка незаметно проскочил за ними. Проследил, куда повели его мать. Открыл дверь и увидел людей в чёрных балахонах. На полу нарисована пентаграмма. На стене — изображение демонического козла. Все обернулись и посмотрели на ребёнка. Коля молчал. Тишина, казалось, длится вечность. Послышался мужской голос, из-под капюшона проглядывала добродушная улыбка.

— Новенький?!

Мужчина подошёл к мальчику, достав нож.

— Сегодня у нас будет проходить обряд посвящения!

Он протянул нож ребёнку. Коля машинально взял острый предмет в руки. Голова словно в тумане, отчасти из-за страха он уже не совсем понимал, что происходит. Мать не отводила глаз от сына. Её лицо переполнял ужас. По голым ногам, прямо на пол, потекла прозрачная жидкость.

Женщину уложили в центр пентаграммы. Она пыталась брыкаться, мычала и даже ударила одного участника процесса ногой в лицо, но это не помогло. Её быстро скрутили. Одновременно с четырёх сторон подошли люди. Взяли гвозди и молоток, затем приколотили все конечности к деревянному полу. Даже с кляпом во рту было слышно её истошные крики.

Мужчина подошёл к Коле и показал пальцем на шею женщины.

— Давай.

Коля дрожал, он покачал головой из стороны в сторону. Мужчина взял руку мальчика, в которой находился нож, и прислонил холодное лезвие к шее его матери. Он убрал свою руку и снова сказал:

— Давай!

Мать и сын смотрели друг другу в глаза, её взгляд словно говорил: «Нет, не надо! Пожалуйста, нет! Коленька, сыночек, пожалуйста...» У них вдвоём лились слёзы. Рука с ножом так и осталась около её шеи. Каждый мускул его тела хаотично сокращался.

Кто-то сзади резко и громко крикнул:

— Режь!

Рука дрогнула, острый нож вонзился в горло. Коле в лицо хлынула струя крови. Женщина начала захлёбываться собственной кровью. Её глаза продолжали смотреть на лицо сына. Коля хотел кричать, но вместо этого хватал воздух ртом. Голова кружилась, в глазах потемнело, он сел на пол. Ему протянули череп маленького зверька с кровью женщины. Прислонили к губам, и мальчик, уже совсем ничего не осознавая, сделал несколько глотков.

— Молодец! — произнёс всё тот же мужской голос.

Затем все начали петь что-то странное, на иностранном языке. После песни люди стали снимать с себя всю одежду и измазываться в крови, лизать её, целоваться и трогать друг друга. Глаза мальчика стали стеклянными, он упал замертво. Но на него никто уже не обращал внимания. Коля очнулся, когда уже всё закончилось.

Он вышел из той комнаты и пошёл по длинному ветвистому коридору. Открыл одну из дверей. В этой комнате стояло много столбов, бегали голые люди, а другие, что в одежде, смеялись и стреляли из арбалета, соревнуясь, кто более умелый охотник.

— Чёрт! Опять в столб попал!

— Я лидирую!

Коля хотел выйти, но его схватила большая увесистая рука.

— Хочешь попробовать?

В этот раз такого волнения не было. Тело не дрожало, внутри было спокойствие. Осталась лишь одна пустота. Ему было всё равно.

Через неделю яхта причалила к порту, все вышли. Кто-то улетел на личном вертолёте. Кто-то уехал на автомобиле. Коля стоял и смотрел на море и на «Золотую львицу». Ему некуда идти.