Краткая история первого кринжа, или "Забудь, пожалуйста!"

Глава 1

В году, принесшем с собой мое тринадцатилетие, я в очередной раз побывал в Крыму. Я вышагивал по улицам в наушниках и шлепанцах мимо пенсионерок, продающих поштучно сигареты и молоко, и слушал Ноль.

Бабушка, с которой я ездил сюда ежегодно, толи устав от моего общества, толи все же признав за мной право на некую свободу, отпускала меня навстречу приключениям и ждала домой к ужину.

В кармане шорт лежала карманная же приставка, которую я выпрашивал у родителей долго и потому абсолютно не боялся ее потерять. Из нее в наушники и лились восхитительные двенадцать треков на повторе: Наутилус, Крематорий, Нирвана. Странствия мои привели меня в парк, где я присел на край фонтана, убеждая себя, что в моем возрасте питаться чаще одного раза в день противопоказано, да и вообще, вернуться так рано - все равно что предать все идеалы свободы, которые достались мне с боем. (Да, здесь СТОЛЬКО местоимений. Да, так и планировал.) Из внутренней борьбы меня выдернули появление на горизонте двух знакомых фигур. Одна из них была жизнерадостной особой, с которой мы однажды целовались в подъезде, что скорее напоминало рыб, которые раскрыв рот бились в стекло аквариума. Ее судьба после этого сложилась весьма трагично - она вместе с сестрой, нарядившись в костюмы а-ля Готические Лолиты рекламировали магазин своего отца. Эта история наверняка заслуживает отдельного рассказа, но из подробностей у меня есть лишь костюмы, а все прочее было бы безбожно придумано и наверняка исковеркано.

Вторая была девушкой, которая в прошлом году, в силу своих физиологических особенностей, имела возможность глядя на собеседника разглядывать проезжавшие слева от нее машины, правым глазом.

Я не был настроен на общение с людьми, впрочем как и всегда, поэтому заозирался в поисках путей отступления, но естественно не успел. Меня захватил ураган восторженных приветствий и расспросов о жизни.

Плавно расспросы перешли на "А что ты слушаешь?", ну а после и вовсе скатились до "А игры у тебя есть?"

Игры у меня естественно были, и я не мог не дать в них поиграть.

Пока одна из моих гостей тыкала в кнопки, я откинулся назад, оперевшись руками на гранит фонтана и считал птиц, которые наверняка считали меня незаслуживающим внимания индивидуумом. Это продолжалось до тех пор, пока на руке своей я не почувствовал прикосновение другой руки и с удивлением обнаружил себя в прицеле красивых карих глаз, которые сейчас уже смотрели прямо, прямо в душу. Возможно они были не карие, но сейчас для повествования это не существенно.

Я был столь обескуражен этим невероятным происшествием, что вместо того чтобы ухватиться за возможность и за руку, не нашел ничего более оригинального, чем сказать нечто вроде " Это моя рука."

До сего дня меня преследует тень этой фразы, и я просыпаюсь в ночи, покрытый холодным потом и крошками хлеба.

Наша общение быстро подошло к концу, и я продолжил свое неспешное путешествие по Абрикосовой, Виноградной и приятной прохладе Тенистой, даже не подозревая, что это будет именно то воспоминание, которое я принесу с собой во взрослую жизнь, как напоминание о слабостях человеческих и слабости моей умственной.