Дворянин

Глава 1

Дворянин

Сознание привычно затухало.

Лесковое летнее солнце , нежно ласкало лицо. Чуть надвинув шляпу благородный дворянин, прищурив левый глаз всматривался в копошившихся в панике противников. Пока одна их часть суматошно забивала мушкеты, другая пыталась создать видимость строя. Слева, в двух десятках шагов благородный Жан –Арман резко выкликнул клич их роты.

Артур улыбнулся. Атака началась.

Пришпорив лошадь, быстрым аллюром их неразлучная пятерка двинулась на неприятеля. Слева и справа скакали верные друзья. Неширокое поле, очерченное декоративными, ухоженными деревьями, быстро кончалась, враг за растительностью становился все ближе.

Привычно накатывая ярость. Злая, решительная. Громко выстрелил мушкет. С такого расстояния мог попасть только мушкетер Его Величества, но не вчерашний лавочник. Их команда неумолима приближалась к этом жалким пародиям на солдат. По команде Оливье, Артур осадил лошадь, пять пистолей одновременно уставились на неприятеля. Слитно грянул залп.

Глядя на медленно оседающие тела, де Север краем глаза следил за своими братьями по оружию, соседние пары и тройки уже влетели на лошадях в так и не обрёвшую строй толпу. Что ж и им отставать ни к лицу. Сжав колени Артур направил коня на ближайшую группу недосолдат. Резкое усилие коня и его туша просто сносит троих, подминая под себя, ломая кости, еще одного де Север умудрился на всем скаку заколоть шпагой.

Справа и слева доносились крики боли и стоны умирающих, резко изменив курс Артур примкнул к своим товарищам которые не останавливаясь на рассеивание и добивание противника устремились в сторону центрального просвета. В сторону особняка дю Плесси.

Проскакав зелёный коридор из кустарников, Артур почувствовал неладное, герцог д’Аламеда справа предупреждающе крикнул привлекая внимание. Бросив взгляд в его направлении де Север увидел частокол мушкетных дул направленных на них. Автоматически перебросив тело на левую строну, Артур едва не оглох. Чувствуя что лошадь начала заваливаться, ловко соскочил и увидел картину заставившую его сердце затрепетать от неистовой ярости. дю Валлон , не спевший соскочить старался снять с себя мертвого мерина, д’Аламеда  прижимая раненную правую руку левой целился в бежавшего на него гвардейца с обнаженной шпагой. Но больше всего поразило лицо Оливье, державшего окровавленную руку на груди. Встретившись с ним глазами он понял- граф умрет. Оливье улыбнулся будто прочитал его мысли, и печально кивнул.

Ярость захватила его полностью. Время стало тягучим, словно хорошее бургундское. И таким же красным. Испуганные трели птиц превратились в тревожные сирены. Все стало четче, и в то же время несколько же аморфно – неуклюжим.

Они отняли любовь всей жизни у названного брата. Они посмели убить самого благородного человека на свете – его друга. Ранить близкого ему человека. Он встретился глазами де Батца и понял – они должны умереть.

Резво рванув в сторону убийц, де Север увидел спускающего курок д’Аламеда. Попал тот или нет смотреть не стал. Рене не мазал. Ближайший гвардеец, бывший пару секунд назад в семи шагах от них, не успел даже защититься. Лезвие шпаги вошло ему прямо в глаз. Присев Артур сделал резкий выпад влево насадив на лезвие жирного прислужника дю Плесси, и тут же выхватив второй пистоль всадил пулю третьему противнику. Не останавливаясь, прыгнув в гущу врагов быстро нанес три удара. Грудь, голова, грудь. С такими ранениями не живут. Развернувшись увидел последних двух противников, растерянно хватавшихся за шпаги. Хищная улыбка набежала на уста. Артур видел как с левого бока к ним мчится бешенный дю Валлон. Они умерли быстро.

Собравшись вокруг умирающего Оливье, он смотрел на рыдающего де Батца, хищно раздувавшего ноздри и сжимавшего кулаки дю Валлона, и отрешенно сузившего глаза д’Аламеда.

Дю Плесси должен умереть.

Когда тело храброго Оливье содрогнулось в последний раз, он с Рено не сговаривая повернулись в сторону особняка. д’Аламед начал морщась от боли перезаряжать пистолет.

Он слышал команды Жана-Армана Дю Пейре, крики сдающихся и умирающих гвардейцев, слова утешения дю Валлона, который поднял де Батца и призывал быть мужчиной. Все это не имело значение. Ярость превратилась в неистовство.

Дю Плесси, убивший его друга должен умереть.

До особняка оставалось двадцать шагов. Или тридцать ударов дышащего ненавистью сердца. Они преодолели это расстояние быстрее пули. дю Валлон не останавливаясь врезался в дубовую дверь, которая тут же рухнула не выдержав человеческого напора. Перепрыгнув через него, дверь и гвардейца пришибленного ей, де Север увидел ошарашенные лица неприятелей. Выстрелив с двух рук он, вдвое сократил их численность, сзади раздался еще выстрел и упал предпоследний. Рено не промахивался . Последнего Артур прикончил собственноручно.

Взбежав с товарищами по широкой, отделанной золотом, деревянной лестнице они столкнулись с еще троими гвардейцами и Шарлем – Сезаром собственной персоной. Только их заклятый противник смог оказать хоть какое – то сопротивление, остальные были заколоты в течение одной минуты. дю Валлон и Рено занялись Шарлем, первый давил своей нечеловеческой мощью, второй несмотря на ранение ловко орудовал левой рукой, и улучив момент проткнул врагу ногу, после чего дю Валлон ударил с такой силой что лезвие вошло в горло до гарды.

Обернувшись они увидели Дверь. Дверь за которой находился один, а возможно и самый могущественный человек королевства.

Дю Валлон пнул дверь. Напрасно. Она была открыта.

Стоявший у горящего не смотря на лето камина, , высокий, худощавый, одетый в красное человек повернулся.

- а Д’Артаньян с названным братом и компанией, я вас ждал – улыбаясь произнес Кардинал.

Грянул выстрел.

Рено никогда не промахивался.

Голова Решилье – самого могущественного человека в королевстве разлетелась красным фонтаном брызг.

Мы победили. Внезапно де Север почувствовал головокружение и стал медленно оседать на пол. Последнее что видело затухающее сознание - встревоженные лица самых близких его друзей.

В холодном зимнем Иркутске, два санитара в маленькой, грязной гостинке прижимали к дивану худое мальчишечье тело. Парень извивался в судорогах и исходил пеной. Старший смены угадав момент всадил ему иглу шприца ,в попытках спасти, но тщетно. Парень затих. Через десять минут спустя фельдшер констатировал смерть. Очередную смерть в этом городе. Организм не выдержал ударную дозу спайса, и сердце остановилось.

На когда -то белом пластиковом подоконнике, лежала старая потрепанная книга. На истершейся обложке буквы складывались в причудливую надпись.

А. Дюма

Три мушкетёра.