Дверь

Черный ящик

(14.02.205?)-(19:34)

В комплексе прозвучала тревога. Я только выходил из склада биологических образцов. Ещё не успел снять защиту. Звонкая сирена глушила, а мелькающие красные огни тревожных ламп слепили нагоняя паники. Тем не менее мне еще не верилось, что могло произойти что-то страшное.

Выйдя в коридор передо мной предстала адская картина из крови и разорванных тел. Ближайший ко мне охранник судорожно пытался вытащить пистолет. Его веки сочились кровью, на бледном лице проявлялись черные пятна. Его руки с характерным хрустом начали деформироваться принимая невообразимые формы. Они вытягивались и покрывались черными наростами.

Что-то пробормотав, он кое как смог поднести ко лбу дуло пистолета, но несмотря на дырку в голове, изменения не прекратились.

Я ринулся к кабинету. Там должна быть бронированная гермодверь на случаи утечки. По пути мне то и дело встречались скрючившиеся тела, некоторые из которых, мыча и выплевывая кровь, тянули свои вытянутые руки ко мне. За одним из коридоров мне повстречалась убегающая группа охранников. Они что-то кричали мне забегая за угол коридора, но вслед за этим последовали выстрелы и крики.

Я ничего не знаю. Но выход был лишь один - дверь в кабинет.

Запыхавшись я смог добраться до двери. Боже, я никогда так быстро не забегал в какое либо помещение, как в это. Стоило двери распахнуться я подбежал к тревожной кнопке и заблокировался. В минуту спокойствия я прислушался к общей частоте.

По рации глава службы безопасности отрывисто отдавал команды к эвакуации. Те немного, кто выжил и сохранил при себе рацию молили о помощи, вопя не то от страха, не то от того, что видели перед собой. Между тем охрана панически передавала информацию о существах наполнивших коридоры. Из описания можно было понять, что на них была наша форма.

Я тоже запросил помощь. Однако на фоне всеобщего шума мои мольбы оказались эхом. Не знаю, что случилось дальше. Последним, что я услышал из переговоров, была команда "Подрывай". Однако взрыва я не услышал. К тому же после команды выключился свет. Определив перебой система контроля автоматически завела резервные генераторы.

Дальнейшие часы я сидел смирно. Паника охватившая меня была настолько сильной, что я буквально застыл под дверью, борясь с легкими за каждый клочок воздуха, который вдыхал через фильтры костюма.

За дверью все ещё слышались звуки борьбы и шагов. Кто-то стрелял, а кто-то убегал. Однако со временем они утихли. На секунду я подумал, что все закончилось. Однако шаги. Шаги вернулись. Или, скорее, звуки. Они были странными. Стук ботинок, но не обычный, словно в перемешку с ним волокли что-то тяжелое, будто чье-то тело. И этот стук... Он повторялся слишком часто, нарушая любой возможный ритм ходьбы. Словно... словно сороконожка.

В дверь был встроен глазок. На секунду я подумал в него посмотреть, но страх охвативший меня сам повел меня в сторону. Я продолжил сидеть смирно еще несколько часов, пока все звуки не утихли. Когда успокоился нашел в себе силы встать.

Мой кабинет. Столько лет я здесь работаю мечтая об отпуске. И теперь я продолжаю свою работу даже в экстренной ситуации. Проклянуть бы всех, да только толку нету. Среди всего бесполезного хлама из бумаг и папок меня интересовал ещё работающий компьютер. Не думал, что резервные питают и их.

Тогда мне невероятно повезло. На время, но повезло. В общем чате сотрудников оказались такие же бедолаги как и я. Их было не много. В сети оставались двое знакомых мне людей: Младший научный сотрудник Йохан и Доктор Менгель. Эта новость не могла меня не порадовать. Система не позволяла переписываться в реальном времени, но давала возможность отправлять файлы документы друг другу. Йохан и Менгель отправляли свои файлы в общий доступ во вкладке с отчетами.

Они были ради знать, что ещё один коллега жив. Правда никто из них не знал, что именно произошло. Наш небольшой электронный консилиум пришел к разным выводам.

Младший сотрудник Йохан предположил, что виной всему может быть саботаж систем жизнеобеспечения. На его взгляд подобный хаос и неразбериха может быть вызвана только изнутри и возможно на уровне смотрителей. При учете работы всех систем безопасности утечка каких-либо засекреченных образцов или попадание этого "вируса плоти", как он назвал произошедшее, внешним путем попросту невозможна и абсурдна.

Доктор Менгель опровергал идею Йохана. По его словах за несколько часов до заражения вернулась одна из экспедиционных групп. По протоколу они должны были пройти осмотр в его отделе, однако он их не дождался. Менгель предположил, что заразу могли принести они. Нарочно или случайно - тайна до тех пор, пока не найдутся их останки.

Я же предположил, что обе версии могут оказаться правдой. Однако вне зависимости от правды, мы были поставлены перед фактом - мы заперты здесь. Сколько времени займет наше спасение? Никто даже и предположить не мог. Наш комплекс был дальше всех в этих чертовых пещерных тоннелях, а потому добираться до нас могут долго.

Обсудив с коллегами ситуацию, мы кратко рассказали кто и где был в первые минуты этого ужаса. Йохану повезло оказаться в кабинете своего куратора Захарова. Однако тот либо ушел на эвакуацию, либо не вернулся.

Доктор Менгель находится в своем кабинете в медицинском отсеке. По его словам он до сих пор слышит что-то за дверью. В первые минуты к нему завалился полуживой уборщик с вспоротым брюхом. Он попытался оказать медицинскую помощь, однако заметив изменения бросился запираться в своем кабинете. По его словам за дверью что-то мычит и периодически падает.

Мы договорились списываться ровно в пять часов вечера каждый день. В случае чего оставлять записи на будущее.

Я лёг на пол и попытался уснуть. Весь этот кошмар. Мне хотелось забыться хотя-бы во сне.

Черный ящик 2

(15.02.205?)

Моё пробуждение было таким же тихим как и обстановка снаружи. Едва ли я выспался. Однако благодарю господа, что ничего мне не приснилось.

Время было к трём часам дня. До собрания ещё два часа, но я все равно проверил не появились ли новые файлы.

Йохан был встревожен. В его тексте то и дело мелькали орфографические ошибки, к сожалению, к тому времени, когда он писал, никто не был в сети.

Йохан в три часа ночи сообщил, что за его дверью слышаться странные звуки. Будто собака скребется о дверь, но её когти массивнее и острее. Он побоялся глянуть в глазок и совершенно не может уснуть. В другом отчете он жалуется, что за ним будто наблюдают. Его не покидает это ощущение и он постоянно сидит на нервах. Он просил, что-бы хоть кто-то ему ответил.

Я попытался связаться с ним, но ответа не последовало. С ужасом я предположил два варианта, но озвучивать их не решился. Мне оставалось лишь ждать ответа от Доктора Менгеля. Остальное время я читал старые отчеты в поисках хоть какой-то зацепки.

Среди бесконечных отчетов я не мог найти хоть чего-то стоящую информацию. Все они были про мелкие открытия и контакты внутри тоннелей подмирья. Однако среди всего нашелся интересный отчет о поставках. Аванпост впереди нашего комплекса, призванный защищать нас от внешних угроз, повторно запросил ультрафиолетовые лампочки. Причем удивительно было то, что аванпостом управлял не обычный, а старший смотритель. Зачем старшему командному составу принимать участие в работе мелких аванпостов?

В отчете говорилось о заказе в пятьдесят ультрафиолетовых ламп, десять прожекторов, десять портативных хирургических анализаторов, пять "ХЗК-Б" и отдельно от всего инструкции и протоколы "02-П". Заказ был удовлетворен в кратчайшие сроки из-за высокого приоритета. Хотя нет, это даже не высокий приоритет. Заказ был доставлен буквально в тот же день, что требует либо заблаговременной подготовки, либо мобилизации всех отделов для срочной транспортировки.

Из всех этого я знаю лишь ХЗК-Б: химический защитный костюм - боевой. Его носят экспедиционные группы в фиолетовых зонах. Однако инструкции и протоколы "02-П" мне неизвестны.

(15.02.205?)-(16:55)

Время близилось к началу встречи. На связь вышел Менгель встревоженный судьбой Йохана. Он предложил выключать компьютеры на время сна, что-бы как меньше шуметь.

Я отклонил его идею. Что-бы не случилось с Йоханом, едва ли гул работающих кулеров способен привлечь внимание тех существ, или существа, что бродит снаружи. Наоборот, периодичность звуков может привлечь внимание. Да и исходя из прагматического подхода лучше не тратить время на включение системы, а сразу отправить "последнее" сообщение.

Менгель вроде бы согласился. Также к своему письму он добавил, что звуки снаружи изменились, теперь в медицинском отсеке странная какофония из голосов. Их тембр и тон. Они словно пытаются петь, или говорить, или ещё что. В те моменты, когда они замолкают, Менгель старается быть тише обычного. Что-бы там ни было, он не хотел привлекать внимание.

Он выводить гипотезу, что существа учатся или пытаются подражать голосам. Худший из возможных вариантов - они обладают разумом и учатся. В лучшем, как бы то смешно не звучало, существа просто издают звуки по памяти поглощенных или видоизмененных тел. При любом раскладе, Менгель настоятельно советует не реагировать на какие-либо голоса.

Я хотел обсудить тему "02-П" с Менгелем, однако тот не отвечал на протяжении десяти минут и когда я собирался отойти на связь вышел Йохан. На этот раз он был не просто встревожен. Он был в панике.

Он сообщил, что за дверью кто-то стоит. Он уверен в этом. Сейчас оно затихло, но оно точно там. Он сказал, что слышал голоса и ему кажется, что они зовут его. В панике ему хотелось укрепить дверь шкафов, но он побоялся, что тварь проверяет его. Вдруг оно ждет, когда то издаст лишний звук, что-бы начать вопить и выламывать дверь. Сейчас он нашел в себе силы лишь написать нам о ситуации.

Я попросил Йохана успокоиться и прочитать прошлые отчеты. Тот некоторое время молчал, после чего отписал, что информация от Менгеля его немного успокоила. Однако его все ещё пугает мысль, что тварь может начать ломиться к нему. Он шутит, что что-бы пробиться через бронированную гермодверь нужно не меньше тонны взрывчатки, а потому у твари нет и шанса. Но он всё же боится даже попытки нарушить герметизацию комнаты.

В этот момент я вновь испытал ужас. Не от мыслей Йохана. Точнее не от всех его мыслей, а только об одной. Нарушить герметизацию комнаты. Я только понял в каком положении мы оказались. Через вентиляцию нам подается воздух из газгольдеров, а когда он закончится, система перейдет на общую подачу воздуха, если вручную не перекрыть вентиляцию. Это значит, что помимо смерти от голода или тварей, нас теперь ждет удушье.

Не знаю осознал ли это ещё кто из моих коллег по несчастью. Надеюсь, что нет. Молюсь, что нет.

Черный ящик 3

(16.02.205?)-(8:34)

Я проснулся рано утром, если утро в подмирье считается таковым. В текущему времени никто из моих коллег не вышел на связь.

Забавно. Наши кабинеты были спроектированы специально с расчетом на то, что-бы выжить в аварийных ситуациях. Но теперь этот кабинет больше походит на гроб, где с каждым вздохом рука смерти сжимает горло сильней. Мысли об этом пробивают на некую "искренность" или, скорее, разжижают мою рациональность.

Не то, что-бы я не знал, чем закончится такая работа для меня. По сути, от мало до велико, все понимали, что в этом месте мы лишние. Как инородное вещество попавшее в организм, который борется за выживание. Но мало того, своими действиями мы сами приблизили этот организм к гибели. Словно опухоль, стремительно мутирующая и неотвратимо пожирающая остатки.

(16.02.205?)-(17:00)

Менгель и Йохан вышли на связь. Как и договаривались, к пяти часам.

Менгель сообщил, что специально резко пропал в прошлый раз. Он решил какое-то время вообще не шуметь. Кажется, тварь ушла в другое место. Менгель даже рискнул проверить глазок, но медотсек был пуст. Также он подметил, что в медотсеке нету тел, которые там были до того, как он залез в свой кабинет. Есть только кровь, но следом "пожирания" нет.

Йохан в панике сообщил, что за дверью начало активно шуметь. Он слышит голоса и мычание. Куда громче, чем раньше. В его тексте всё больше ошибок. Кажется он печатал быстро. В последнем абзаце он сказал, что оно скребется и зовет его.

Менгель подмечает, что у Йохана нервный срыв. Он просит нормализировать дыхание и поискать что-нибудь, что можно пожевать. Тварь не пробьется через дверь. "Мы с тобой, успокойся." - писал Менгель.

Йохан написал, что постарается взять себя в руки.

Пока Йохан приходил в себя я задал вопрос по "02-П" Менгелю. Анализируя ситуацию, можно предположить, что это некий вирус или аномалия. Судя по всему её можно обнаружить под ультрафиолетовым свечением, или же отпугнуть им.

Менгель не знает, что такое "02-П". Он считает мою гипотезу сомнительной, поскольку такие поставки считаются нормой на дальних аванпостах. А ультрафиолет часто используют для обнаружение доппельгангеров или отпугивания ползунов.

Мне не нравится ответ Менгеля. Моя гипотеза более чем состоятельна в наших условиях. Тем не менее, пусть он и скептичен, ситуацию правда не исправит.

Мы обсудили вопрос прибытия группы утилизаторов. Менгель считает, что ближайшая группы будет идти несколько дней, если не встрянут по пути. "Мы не можем быть уверены, что твари не ушли внутрь подмирья, после падения комплекса.".

На мой взгляд к нам могут послать команду экстренного реагирования с ближайшего аванпоста. Менгель ответил, что это маловероятно. И зависит от трех факторов.

Первый - смог ли кто-либо эвакуироваться с комплекса. Если хотя-бы четвертая часть персонала вышла, то штаб не отправит экстренную помощь. Как бы то прискорбно ни было, но выживание наших везучих коллег сулит нам смерть.

Второй - Если твари вырвались из комплекса, ближайшие аванпосты не шелохнуться. Они будут сидеть смирно до прибытия бригады утилизаторов.

Третий - А какой им смысл отправлять команду? Раз комплекс так быстро пал, то сюда направят как минимум утилизаторов, а как максимум экзо отряд.

При учете вышесказанного, к нам придут минимум через неделю. Сообщил Менгель.

В ответ я рассказал о ситуации с воздухом. Изначально я не хотел этого делать, но аргументы Менгеля...

Он был прав, но мне не хотелось просто читать. Его прогнозы были крайне мрачными, а учитывая наше положение, почти безнадежными. Если ничего не сделать, то мы умрем.

Менгель сказал, что подумает над решением.

На этой ноте мы закончили.

Я понимал, что на самом деле выбора у нас нету. Мой костюм биологической защиты и кислородный баллон в нём рассчитаны на три часа работы. Идеальный для меня расклад - выйти из комплекса и пройти как минимум половину пути до ближайшего аванпоста "БД-5", надеясь, что уже там эта зараза меня не достанет. Однако это идеальный расклад, где я вообще смогу выбраться из комплекса.

Дорога туда займет в лучшем случае эти самые три часа, а в худшем в два раза больше, если мне не повезет наткнуться на кротов и ползунов. Но если нас будет трое.

Зачем я вообще это все рассчитываю? Даже чертов шанс выйти из кабинета живым ставиться под вопрос. Как же всё хреново.

(17.02.205?)-(2:54)

Я прилёг поспать и неожиданно для себя проснулся по среди ночи от звука разбитого стекла. Как посмотрел на время сразу приметил - это последний день, когда у нас есть связь между друг другом. Уже завтра скорее всего отключаться аварийные лампы.

В чате появилось множество сообщений от Йохана. Десять или больше? Я начал с последнего.

Йохан был в ужасе. Теперь его текст больше напоминал бредни сумасшедшего ребёнка. Кое-какую информацию я всё таки понял. Он писал, что не может уснуть. Он хотел побороть свой страх и решил глянуть в глазок, что-бы встретиться с ним лицом к лицу. И он увидел... глаз?

"Оно бетца и смотрит смотрит смотрит. Снова и снова постоянно смотри. Шепчет думает я не знаю Знаю я знаю Изучает и хочет. Чувствую его взгляд он не дает спать."

Я попытался с ним поговорить. Писал, что-бы тот успокоился. Однако ответа от Йохана долго не было. Я начал волноваться. Когда же тот наконец вышел на связь, он просто сказал, что мы ошибались. Оно всё равно войдет. Оно уже учится это делать.

Не знаю как реагировать на это. Йохан не славился крепкими нервами, но что-бы так быстро? Мы работали над разными проектами. В том числе изучение доппельгангеров и их остаточную память. Йохан всегда был против работы над такими существами, считая их оскорблением природе. Однако все мы знали, что он просто боялся их. Эти существа всегда находили способ втереться в доверие.

Нельзя доверять его словам.

(17.02.205?)-(17:10)

Менгель не вышел на связь в назначенное время. Это начинает тревожить. Я думал, мы договоримся с ним о плане действий.

Я чувствую на себе чей-то взгляд. Возможно нервы начинают сдавать и я поддался сказке Йохана. Скоро свет отрубят. Сейчас я сильнее всего хочу с кем-то поговорить.

(17.02.205?)-(20:33)

Менгель...вышел на связь. Ублюдок.

Он решил сбежать. У него получилось разведать ближайшие коридор, до того, как услышал что-то вдали. С собой он нёс склянку с лекарством. Что-бы избежать встречи, он решил кинуть её в ближайшие коридоры. Оно вроде отвлеклось. Во всяком случае тварь не последовала за ним в медотсек. И теперь, по крайней мере он знает в какой части комплекса эта тварь бродит.

Я спросил у него про план действий.

Менгель нашёл пистолет у какой-то лужи в коридоре. С ним он чувствует себя увереннее, а потому попытается пройти к гермоворотам. На мой вопрос: "Поможешь ли ты мне сбежать?" - он промолчал.

В последнем письме он попросил меня быть сильным и добраться до аванпоста. Вытащить меня он не сможет, а вдвоем у нас меньше шансов.

На мои претензии, что он приманил тварь именно в мой коридор ответа не последовало.

Черный ящик 4

(18.02.205?)-(5:34)

Я увидел это. Глаз. Ещё до того как пропал свет, я решился выйти. Выбора не было. Менгель рискнул и возможно уже сбежал. Однако. Однако там был глаз. Неестественно выпуклый, чисто белый, без единого кровеносного сосуда и пустой. Даже объяснить сложно насколько пустой был тот взгляд. Словно на меня смотрела бездна.

Забавно, что эта тварь такая любознательная. После нашего зрительного контакта она зашевелилась. Начала скрестись и топать. Ей очень хотелось попасть ко мне.

От голода начал жевать бумагу. У меня и до этого был скудный запас еды, состоящий из печенья. Я бы сейчас съел что-нибудь мясное с салатом. Цезарь. Да. Я бы съел его.

Быть может Михаил не был глупцом, считая это место осколком сада божьего. Возможно есть здесь воля того, чей разум нам непостижим. И он играючи смотрит на нас, изучая наши действия, что-бы в конце поставить вердикт. А мы лишь хватаемся за осколки, изучая аномалии того мира, который считаем единственно верным.

(1_.02.205?)-(_)

Тварь перестала скрестись. Оно в целом затихло. Кажется спустя это время ей это надоело. Я снова рискнул глянуть в глазок. Темнота. Ничего не видно. Однако почему-то я уверен, что оно всё ещё там и смотрит на меня. Чего же оно ждет? Может изучает меня? Или что-то иное. Я хочу понять, но зачем?

Правда ли мы изучаем это место? Я не уверен. Мы как ребенок впервые познавший вкус. Мы пробуем все новое и новое. Иногда мы обжигаемся об острое, иногда кривимся от кислого. И если нас не направить, рано или поздно мы должны вкусить яд. Возможно рука его и ведет нас к этому моменту, позволяя играть в бога. Или наоборот, отталкивает, ставя преграды на пути.

Мне нужно выбраться. Я хочу домой. Хочу к семье. Оно продолжает смотреть. Эта чертова тварь продолжает смотреть на меня. Я знаю, что она там. В темноте. Я чувствую её. И она чувствует меня. Это странно. Ей это нравится? Почему?

(_.02.205_)-(_)

Наверное я бы ничего не добился. В том плане, что я всегда был лишним. Везде и всегда я был лишним. Семье я не нужен, на работе я просто сотрудник научного комплекса без особых прав. Даже зарплату не повышают. Да и в целом люди вокруг меня не считали за кого-то важного. Просто очередной сотрудник смотрящий за образцами. Ничего не открывший, а просто записывающий процедуры которые придумали за него более умные дядьки. А ведь был достоин больше. Намного большего. Я ведь всегда был достоин. Как жаль.

Единства. Нам всем не хватает единства. Думаю, мы должны быть едины в своих стремлениях. Не разделять людей на рабочие руки и умный мозг. Обе вещи взаимосвязаны в каком-то роде. Если-бы мы бы ли едины, то добились бы большего. Мы были бы счастливы вместе. Не стоит беспокоиться ненужными вещами. То, что правда и так уже известно. Просто это всё нужно понять всем.

(??.02.205?)-(_)

Не мои мысли. это не мои мысли. Не мои мысли.

Мне хочется есть. Как же хочется есть. Оно не уходит. Просто не уходит.

Я не должен боятся неизвестного. Думаю, надо быть открытым ко всему. Мы люди науки, а потому смотрим страху в лицо несмотря ни на что. Наш грех - жадность. Мы любопытные и очень жадные до знания. Но есть то, что останавливает нас в этом - боязнь неизвестного. Мы должны отринуть это и стать едиными в своем порыве. Только отринув эту мелочь мы можем шагнуть в будущее. Стать едиными. Перестать бояться. Открыть дверь в будущее.

______________________________________________________________________________________________________

Не спать.