Долгий странный сон

Глава 1

Долгий странный сон

... Зарево заката навевает много мыслей, и большинство из них плохие. Все они направлены на напарника, который не вышел на смену. Из-за него мне пришлось отсидеть две смены в участке: чертовы учения из-за хренова генерала из Нерезиновой. Все управление было как на иголках, высочайшая проверка, мать её. Его благородие желал видеть наши действия в случае городских беспорядков. Проклятье! Последние солнечные лучи исчезли за деревьями, отдавая природу на откуп всевидящей луне и туманам, поднимающимся из сырых ложбин вдоль дороги.

— Вот козел! — говорю я, обращаясь к водителю черной иномарки, резко обогнавшей меня слева по встречной полосе. Он ехал так быстро, что исчез за поворотом в считанные секунды. Маневрирую, чтобы уйти от столкновения. — Козел, чуть не зацепил ведь. Понакупают права, уроды, и мчатся, как будто на каком-нибудь хайвее.

Успокоившись, я вернулся к невеселым мыслям. Обещал же, что приеду до темноты. Машину снова дернуло — все эти чертовы ямы. Я ехал по трассе, выжимая из своего «мерса» всё, что мог, ведь мне нельзя опоздать: свадьба сестры, как-никак. Только непонятно, почему они с Толиком решили устроить свадьбу за добрую сотню километров от Якутска? В любом городском банкетном зале, за те деньги, что я отвалил за эту свадьбу в шатрах, сочли бы за честь обслужить молодоженов и гостей по высшему разряду. Проклятая молодежь, всё хочет выделиться. Эстетика ебеней, ёптыть. Пока я предавался приступу ворчливости, на дорогу резко выбежали две обезумевшие белые лошади. Почему обезумевшие? А вы когда-нибудь видели выпученные глаза и пену изо рта у лошадей, будто они целый день гнали без отдыха?

Чтобы не сбить этих тварей, мне пришлось резко выехать на встречку. Слава богу, ни дальнобойщиков, ни поздних водителей, кроме меня, не было. Остановив машину, я осмотрел дорогу: блин, да и правда, кроме меня на дороге и на лугу слева никого нет. Где эти лошади? За пару секунд, что прошли с момента манёвра, они не могли бы ускакать за пятьсот метров до леса. То есть, лошади либо мне привиделись от недосыпа, либо исчезли в густеющем сыром тумане. Да ну, бред же. За десять лет работы в милиции и полиции я столько всего увидел злого и ужасного, что уверен: хуже и страшнее человека нет никого и ничего. Так, к чёрту лошадей, надо покурить.

Тишина, даже птиц не слышно. Я вытащил сигарету, и пространство озарил огонь одинокой спички. Каюсь, старомоден. Пока я смолил, сидя на капоте «мерса» и смотрел на приближающийся туман, снова начал думать о сестре и её муже. Сестра в Толике души не чаяла, да и он был парнем хоть куда: коммерс с хорошим бизнесом по ремонту квартир и созданию модной мебели на заказ, рукастый, добрый и умный притом. Толик был индифферентен к месту проведения свадьбы, как и многие мужчины, главное для него — жизнь с любимым человеком. Но Катюша — другое дело: мамина радость, папина гордость и слабость брата. Она с малых лет получала всё самое лучшее и старательно оберегалась старшим братом от всего плохого — будь то хулиганы, злые завистницы или настырные кавалеры. Светлый лучик в моей мрачной жизни. Но была у неё одна слабость: погоня за трендами. И, как, наверное, многие догадались, трендом этого сезона стали свадьбы в шатрах вдали от городской суеты — на лесной поляне или у берега реки. Эх-х, Катя, Катенька... Пока я думал, заметил кое-какое движение в тумане: будто кто-то полз по лугу. И полз ко мне. Засмотревшись на ползущий силуэт человека, а это был человек, я пропустил момент, когда мне на плечо упала чья-то рука. Заорав благим матом, я отступил на шаг в сторону от напугавшего меня мужчины. Осмотрев его, я успокоился: обычный русский мужик, судя по виду, житель деревни, стоял и простецки улыбался. Высокие, по колено, резиновые сапоги, спортивные штаны и клетчатая рубашка с белой кепкой. Его прищуренный взгляд, многочисленные морщины на лице и пышные усы создавали образ добродушного фермера. Ба, и вправду, позади него, около моей машины, стоял добротный УАЗик, в простонародье — «буханка». Действительно, фермер.

Фео, [09.09.2024 21:09]

— Сынок, ты чё с сигаретой во рту застыл? Случилось что? Может, машину помочь завести? — спросил он меня.

— Спасибо, дядя, но всё в порядке. Представляешь, на дорогу выскочили две лошади, глаза вот такие, всё в мыле, будто чёрт их гнал. Чуть в кювет не съехал, пока объезжал. Выхожу, а их след простыл. Потом вот показалось, будто кто-то полз по лугу, да и туман какой-то неправильный. Вон, смотри, как густо стелется и плотный какой, — указал я на луг, и меня пронял такой страх, что под пулями в горах Дагестана спокойнее было. Тумана ведь нет! Ну, не мог туман за полминуты рассосаться. Ползуна нет, только луна, будто насмехаясь, светит на чистый зелёный луг.

— Да не-е, мужик, я тебе клянусь: туман был! — повысил я голос.

— Чудной ты парень, Петя, но хороший. Будь осторожнее на дороге. Ну, раз всё в порядке, я поехал, — сказал мужик, помахал мне и уехал.

Странный мужик, откуда узнал, что меня зовут Петя? Так, стоп, не это главное. Почему он приехал и, главное, уехал бесшумно? Чёрт, пора валить отсюда. Не нравится мне это место, ой как не нравится. Сев в машину, я замечаю: срань господня, туман-то вернулся, словно и не исчезал, и будто злее стал. Клубы пара двигались слишком быстро. Будто это и не пар вовсе, а злые духи, алчущие крови и страданий. Я вытащил сигарету и ещё раз закурил. Да ну, бред, не о том думаю. Включив музыку погромче, я резко стартанул. Пока ехал, мысли крутились вокруг этой странной дороги. Чтобы успокоиться, периодически курил. О, замечаю машину: впервые за долгое время одинокого пути впереди плетётся чёрный «мерс», точь-в-точь как мой. Жаль, номера замазаны грязью, было бы смешно, если бы и номера совпадали. Обгоняю «улитку» и, не снижая скорости, еду дальше. Ночная дорога меня успокаивает. Гляжу на время: так-с, на часах 9 вечера, первый стол заканчивается. Как раз успею ко второ...

— Не успеешь, — резкий, скрипучий голос разрезал вдруг похолодевший воздух под ухом.

— А-а-а, мля! — торможу так же резко, как и стартанул. В безумной надежде, что мне почудилось, оборачиваюсь — и никого не вижу. Чёрт, чёрт, чёрт! Что за бесовщина творится? Вернув взгляд на руль, издаю непонятный то ли всхлип, то ли смех. На капоте сидело нечто, похожее на ребёнка. Но с ребёнком его спутал бы разве что страдающий горячкой алкаш, да и то вряд ли. Существо было маленьким, с ужасно длинными пальцами. Но самое жуткое было его лицо: огромный рот с кривыми зубами и маленькие атрацитово-черные глаза-бусины на безносом лице. Оно было голое, с редкими волосами на крошечной голове. Уродец, беззвучно из-за громко играющей музыки, рассмеялся и начал прыгать на кривых ножках, что-то выкрикивая. Не в силах оторвать взгляд от чудовища, я резко стартую, но оно не шелохнулось. Всё так же продолжает бесноваться на капоте. Я маневрирую, пытаясь его сбросить. В темноте ничего не видно, а монстр закрывал обзор. Вдруг замечаю, что существо исчезло, а я несусь с дороги прямо на линию электропередач. Удар. Едва удаётся остаться в сознании. Судя по крови изо рта, у меня пробито лёгкое. Это значит — не жилец. Пока из Покровска приедет машина, я умру. Ну что ж, умирать я никогда не боялся, только жалко, что так глупо. Не в перестрелке с террористами, не в рукопашной схватке, а так, галлюцинируя, попасть в аварию. Вылезаю через окно и куда-то ползу, неважно куда, главное — двигаться. Чем быстрее, тем больше теряю крови, значит, умру быстрее. С детства ждать не любил. И уж тем более смерти, если она неизбежна. Ползя, думал про себя, сестру, мамку, и так обидно стало, что аж зубами заскрипел. Катька в день свадьбы брата в аварии потеряла. Злые языки скажут: пьяный ехал, мент ведь. Ползу к дороге, а умирать уже расхотелось. Сыро, одежда мокрая. Метр за метром я ползу. И, слава богу, вижу, как кто-то остановился — видимо, мой кульбит с дороги заметил.

Но, похоже, не успею добраться. Чувствую, как тьма накрывает меня, мешая трезво мыслить. Последней мыслью было: а ведь только майора дали, меня ждал кабинет побольше.

... Зарево заката навевает много мыслей, и большинство из них плохие.