Ctrl+Z

Глава 1

Зайцев врал жене, что ходит на работу. На самом деле его уволили две недели назад, а ничего другого пока не нашёл — разослал кучу резюме, ни одного отклика.

Утром он отводил ребёнка в сад, а потом весь день шлялся по городу. Уставал, как собака, но домой не зайти — там жена пилит ногти клиенткам. И признаться нельзя, будет ужасный скандал, а Зайцев и так на испытательном сроке.

Он мечтал о субботе, чтобы весь день валяться на диване, смотреть с дочкой мультики. Да разве дадут.

— Зай, сгоняй за хлебом. И сапоги сдай в ремонт. А после обеда надо с ребёнком погулять.

Зайцев нехотя оделся. В прихожей жена прощалась с клиенткой. Вот что ему мешало выйти на минуту позже?

Дама увидела Зайцева и радостно воскликнула:

— Ой, здрасти! А я вам вчера кричала-кричала, но вы убежали!

— Где кричала? Зачем? — удивилась жена.

— В кино. Мы сидели рядом, а он кепку забыл. Зелёная с красным орлом. Я её у администратора оставила.

Ох, надо было не выпендриваться, а покупать обычную чёрную.

Дальше как в страшном сне. Зайцев на ватных ногах спасался от ревущего чудовища. Хотя лучше бы оно его сожрало, идти всё равно некуда.

Отдышавшись, Зайцев купил чекушку, пирожок с капустой и скорбно расположился на набережной, свесив ноги к реке. Чёрная вода завораживала и навевала дурные мысли. Но водка ей достойно противостояла, омывая внутренний мир Зайцева теплом и оптимизмом. И вроде уже не утопиться, а напроситься в гости, например, к Гуськовым, они однажды приглашали.

В рюкзаке зазвонил телефон. Зайцев неловко повернулся, рюкзак улетел в воду. Зайцев прыгнул за ним.

К счастью, рядом оказалась отважная женщина. Немолодая и с лишним весом, она ловко бросилась на землю и протянула руку помощи утопающему.

— Греби сюда, давай рюкзак, держу!

Спасательная операция продлилась не более пяти минут. Но Зайцев вспомнил все молитвы, все свои прегрешения, и едва не достиг святости в помыслах.

— Надя.

— Очень приятно! Алексей.

— А что ты в него так вцепился, там у тебя что?

— Там у меня всё. Телефон, компьютер, документы, деньги, носки.

— Пойдём ко мне, тут рядом. Обсохнешь и заодно проверим, всё ли в порядке с твоим имуществом.

Надя жила в уютной квартире в красивом старом доме. Она выдала гостю махровый халат и напоила горячим чаем с вареньем.

— А ты, Лёша, очень кстати. Можешь передвинуть вон тот шкаф в вон тот угол?

Здоровенный древний шкаф. Зайцев не боялся надорвать пупок, его пугала мысль, что через пару часов придётся покинуть этот гостеприимный дом. Желая показаться полезным и задержаться подольше, он бы и десять шкафов перетащил.

Хозяйка была довольна, достала из бара коньяк, посиделки продолжились. А Зайцев на волне успеха совсем обнаглел:

— Надь, а можно я у тебя немножко поживу?

— Хм. Ну если совсем немножко. Не в моих правилах брать мужчин на содержание.

— Я заплачу. Мне нужно несколько дней перекантоваться.

— Хорошо. А кем ты работаешь?

— Менеджером по работе с клиентами. Ритуальные услуги.

— А что так стеснительно? Работа как работа. Ты же ничего не украл.

— Украл, — у Зайцева развязался язык, — и за это меня уволили. Понатыкают скрытых камер…

— Как интересно…

— Короче, я у покойницы украл брошь. Не знаю, что на меня нашло. Прекрасная антикварная вещица (хоть я в этом не особо разбираюсь) — рыбка с золотой чешуёй и драгоценными камнями.

— Вот так просто понравилось и стащил? Не понимаю…

— Не устоял. Я подумал, чего закапывать сокровища, зачем они ей там. И кому я сделал плохо?

— Себе. Совершил позорный поступок, лишился работы, жена выгнала из дома, а я выловила тебя в реке. Достаточно?

Зазвонил телефон. Зайцев:

— Это жена.

— Алло! Зайцев, ты где?

— Вообще-то ты меня выгнала.

— Да, но это не повод не приходить домой!

— Скажи ей, что другую бабу нашёл, — засмеялась Надя.

— Кто там у тебя рядом ржёт?

— Бегемот! — Зайцев решительно завершил разговор и довольный собой отключил телефон.

Вдруг его взгляд упал на шкаф. Тот самый шкаф, который он с таким трудом передвигал, стоял на своём прежнем месте.

— Смотри!

— А? Это я переставила. Присмотрелась — всё-таки было лучше.

— Как переставила? Когда?

— Да только что, пока ты с женой разговаривал.

Надя рассказала о своей суперсиле. Она умеет отменять действие.

— То есть, ты можешь провернуть фарш назад?

— Могу, — буднично сказала Надя, и только что съеденный Зайцевым бутерброд оказался у него в руке.

— Круто! А можешь меня на работу вернуть?

— Не могу. Отменяется только последняя операция, один раз Ctrl + Z. Понимаешь? А у тебя уже цепочка событий выстроилась.

— Жаль. Всё равно очень круто! Ты могла бы стать богатой!

— Конечно, я этим и зарабатываю. Мои клиенты солидные люди — политики, бизнесмены, артисты. И ведь вроде не дураки, но никаких выводов не делают, одно и то же, одно и тоже, — Надя разочарованно махнула рукой.

По телевизору дёргалось что-то блестящее.

— Вот, к примеру, Кирилл Фарфоров, мой любимчик.

— Серьёзно? Он постоянно куда-то вляпывается.

— Ну уж постоянно, не выдумывай. Раз пять всего упустили. А вообще да, случаев было на порядок больше. Он когда разводился, соседи думали, что из-за меня. Ходит и ходит, чо ходит.

— Что-то не вижу толп страждущих под твоими окнами.

— Я принимаю в другом месте. А здесь отдыхаю, никто не знает. Рабочий телефон отключен. Утомительно всё это и скучно.

За дверью послышалось какое-то копошение. Надя резко открыла дверь. На лестничной площадке со спущенными штанами на корточках сидел старик.

— Николай Иванович, ну сколько можно! Щас я вам вашу кучку обратно запихну!

Через мгновенье исчезли следы преступления. Элегантно одетый пожилой господин встрепенулся, как воробушек, почтительно приподнял шляпу «Добрый вечер» и зашагал вниз по лестнице.

Зайцев чуть не умер от смеха.

— Старость, — печально сказала Надя, — не дай бог дожить до такого!

* * *

У Зайцева шла кровь из носа. Надя израсходовала все салфетки, что были в доме.

— Ну а что ты хотел? Давление. У нас ведь праздник каждый день. То ты захлебнёшься чаем, то упадёшь в ванной… Лежи, не поднимай голову.

Зайцев попробовал расшевелить память, как-то всё смутно, и башка трещит.

— Это не может продолжаться бесконечно. Да и мне оно надо — тебя всякий раз воскрешать? Ох, господи, сами нагадят, а потом…

— Я не могу вернуть рыбку.

— Почему? У тебя не сохранился рабочий архив?

— Сохранился. Но вернуть не могу, так как у меня брошь забрал директор.

Надя равнодушно пожала плечами и села читать книжку.

Зайцев полез в свою базу данных

— Вот, нашёл. Гражданка Рыбкина, 64 года, дата смерти 8 сентября, похоронена на Северном кладбище. Тело в ванной обнаружила домработница… Рыбкина утонула в ванной, золотая рыбкина, — задумчиво повторял Зайцев, словно и в самом деле размышлял и улавливал какую-то связь.

— 8 сентября? Завтра 40-й день.

— И что это значит?

— Конец твоим мучениям. Душа покойной покинет землю и заберёт тебя с собой. Я уже ничего не смогу сделать.

— Признайся, ты рада?

— По-человечески жалко, конечно. Хотя толку от тебя всё равно нет, один геморрой.

Вот тебе и Надя… такая добрая, такая чуткая, а оказалось, как все. Пошли эти тонкие намёки, будто Зайцев обуза. И наконец-то он завтра сдохнет! Супер!

Зайцев в панике позвонил директору. Тот сначала разговаривал неохотно и с каким-то презрением, мол, звонит всякая шушера, спрашивает про чужие украшения.

– А с чего ты взял, что она у меня? Я не вор, как некоторые. И вообще это не твоё собачье дело.

Тогда Зайцев решил без обиняков выложить всё как есть. Что завтра он умрёт, если не вернёт проклятую брошь хозяйке. И смерть его будет на совести директора, такого чистенького и благополучного.

И вдруг директор заплакал.

— Лёх, приезжай. Не могу больше. С того момента всё началось…

Зайцев оперативно выбежал.

Директор был сам не свой. Рассказал Зайцеву про свои несчастья.

— …Так и плавали в дерьме две недели, прикинь? Когда ещё всё починят! Плюс ремонт! А эта змея укатила в Турцию.

— Брошка у жены?

— Да! И как за одну ночь всё провернуть? Попали мы, Лёха…

В гостиной с грохотом упала люстра. Да и фиг с ней.

Думали-думали что делать, наконец, директор накатил для храбрости и позвонил жене.

— Галчонок, срочно дуй в аэропорт! Долго объяснять, у нас крупные неприятности. Если ты не вернёшься, мы завтра все умрём. Ты, я, Зайцев…

— Олежик, я не могу. Я сегодня каталась на банане и сломала ногу. Обе.

— А говорила, что с подругой.

— Прекрати издеваться, что тебе нужно?

— Рыбка, та самая брошь. Она украдена у мёртвой ведьмы. И завтра она заберёт нас в могилу, если не вернуть до рассвета.

— Ты дурачок что ли? Кто бы меня с ней пропустил на таможне? Оставила у знакомого… антиквара.

— Передай знакомому, что он тоже умрёт. Причём, первым. Если брошь сегодня не будет у меня, завтра акула отгрызёт ему банан! Гроб и кремация в подарок от заведения! Ахаха, — директор раздухарился и казался себе очень грозным, — давай его адрес!

— Я не знаю, я перезвоню.

Знакомый лежал рядом с поломанной женой директора, всё слышал, но совсем не соображал. Весь в тяжёлых солнечных ожогах и укушенный каким-то морским чудовищем, он тихо стонал, периодически теряя сознание. Все попытки поговорить с ним были исчерпаны, и любовнице ничего не оставалось, как позвонить его жене. Было непросто объяснить, откуда известен её номер и каким образом драгоценная вещь оказалась у её мужа, который никакой не антиквар. Тётка спросонья ничего не поняла, кроме того, что поймёт любая баба в любом состоянии — в сейфе у мужа спрятано кое-что интересное. Глаза её загорелись волшебным огнём, далее слушать ей было неинтересно, поэтому просто послала собеседницу нахер.

Жена директора психанула и отправила мужу номер телефона жены любовника. Мол, разбирайтесь сами, ибо так называемый антиквар в командировке, а жена у него с приветом.

— Не берёт трубку, это тупик, — сказал Зайцев.

— Погоди. Она у меня умница, что-нибудь придумает.

Директор занялся отправкой фото гробов своей жене с просьбой помочь выбрать подходящий для её знакомого. И одновременно изводил её отсчётом времени «до рассвета осталось»…

Бедная женщина не помнила точный адрес любовника, а допросить его никак не удавалось. Но в критический момент человеческий мозг способен на чудеса. Галчонок загуглила дом, а номер квартиры вычислила по памяти.

Во втором часу ночи Зайцев и директор отправились за рыбкой.

Жена любовника ходила вокруг сейфа, как лиса у кувшина. Ей давно надоел муж, а это хорошая возможность от него свалить.

Она ждала знакомого взломщика сейфов.

Звонок в домофон.

— Кто?

— Откройте, полиция, — строго сказал Зайцев.

— Никого нет дома.

— У нас ордер на обыск.

— Да вы мошенники!

Однако жена любовника испугалась и решила перенести сейф в багажник своей машины. Вес сейфа примерно равнялся её собственному, но это не проблема, когда на кону прекрасное будущее. Эдак любой дистрофик затащит сейф на тележку. Женщина переоделась в старушку, сейф замаскировала пыльным мешком и шагнула в лифт.

— Там кто-то застрял что ли? — Зайцеву и директору посчастливилось проникнуть в парадную.

— Похоже на то. Пойдём пешком.

— Помогите, вытащите меня отсюда, у меня клаустрофобия, аа, аааа!!!

Ага, четвёртый этаж.

Директор заглянул в щель лифта.

— А вы, мадам, вообще из нашего дома? Что-то я вас не узнаю.

— Да-да! Я Васильева из 134 квартиры!

— Сочувствую. Но придётся ждать лифтёра до утра.

— Нет, пожалуйста, я не доживу! Сделайте что-нибудь!

Директор развёл руками.

— Олег, вообще-то мы тоже не доживём.

Зайцев вспомнил про Надю и позвонил ей.

Ctrl + Z, готово.

На шестом этаже лжеполицейские встретили старушку, ожидающую лифт.

— Доброй ночи! Майор Волков. Позвольте мы вам поможем.

— Не надо, я сама!

— А что там? — директор приподнял мешок, — Так-так, а вот и сейф. Изымаем.

— Нет! — закричала женщина.

— Вы ненормальная? Там же бомба! Её нужно срочно обезвредить! Ложись!

Воспользовавшись замешательством дамочки, директор и Зайцев умыкнули сейф.

Через час потерпевшая заподозрила, что её развели и позвонила мужу. Тот как раз очнулся и от известия подпрыгнул на кровати, как новенький:

— Ты с ума сошла! Там всё, что у нас было, даже больше! Дура, какая дура!

Жена директора всё слышала, но сделала вид, что не понимает о чём речь. Её согревало тайное чувство радости, что она всех спасла: и себя, и мужа, и любовника с его дурой-женой и даже Зайцева. А ноги до свадьбы заживут.

По дороге на кладбище Зайцева охватили сомнения.

— Олег, а брошка точно там?

— Откуда я знаю.

— А как мы откроем?

— Никак, просто сейф закопаем и всё. Так даже надёжнее.

— Хотелось бы знать наверняка.

— Завтра и узнаем. Или что ты предлагаешь?

Две тёмные фигуры с тележкой и лопатой брели по кладбищу. Дорогу им освещала полная луна.

* * *

Всё было готово к прощанию, через пару минут можно приглашать в зал скорбящих.

В гробу лежала Надя Рыбкина. Зайцев взглянул на покойную, её лицо показалось ему смутно знакомым. Где он мог её видеть? Да мало ли, обычное лицо, как у всех…

Вдруг Зайцев заметил на белом платье покойницы антикварную брошь-рыбку. Под золотыми чешуйками вызывающе сверкали драгоценные камни.

Рука сработала быстрее сознания.

Удар током. Неимоверным усилием воли Зайцев отдёрнул руку. Но её вновь примагнитила проклятая рыба. Удар током.

Тем временем Олег Евгеньевич, тестируя новую камеру, наблюдал странную картину: менеджер по работе с клиентами завис над гробом и совершает цикличные движения рукой туда-сюда.

– Что он делает?? Тьфу ты, чёрт… Семён, сходи-ка посмотри! Хотя нет, сиди, я сам.

Директор зашёл в зал и обнаружил в гробу Лёху Зайцева. Без признаков жизни. На его груди сияла драгоценная медаль в виде зайца с барабаном. Заяц, подмигивая директору изумрудным глазом, ритмично, как африканец, выстукивал Ctrl Z Ctrl Z Ctrl Z Ctrl Z…