Обложка книги Что осталось от Роланда?12+
Ужасы и мистика

Что осталось от Роланда?

0.00 оценок 0 отзывов12+

Роланд Хоторн получает в наследство старый семейный особняк «Вереск» — дом, где прошло его детство. Он надеется быстро продать его и забыть о том, что произошло в этом доме, но дом не отпускает его. Его сестра Розалин, три года ухаживавшая за умирающим отцом, так и не простила брату его побег.

Запил прохладной водой из-под крана, затем сел в гостиной перед приёмником.

О книге

Роланд Хоторн получает в наследство старый семейный особняк «Вереск» — дом, где прошло его детство. Он надеется быстро продать его и забыть о том, что произошло в этом доме, но дом не отпускает его. Его сестра Розалин, три года ухаживавшая за умирающим отцом, так и не простила брату его побег. Но когда Роланд исчезает, а «Вереск» переходит к ней в наследство, Розалин вынуждена вернуться — чтобы узнать, что случилось с братом и что на самом деле скрывается в подвале старого дома. Семья, разорванная виной и недоверием, оказывается перед лицом древнего голода, который питается детьми и их страхом. Чтобы спасти своих детей, Розалин должна спуститься в подвал, встретиться с тьмой и принять правду, которую она отрицала двадцать лет. Но цена спасения может оказаться выше, чем она готова заплатить.

Читать фрагмент

Читать ещё

ЗавещаниеКабинет нотариуса пах старыми бумагами и ладаном — как часовня при морге, где свечи горели вполсилы, а воздух был слишком тяжёлым, чтобы дышать полной грудью. Запах лез в нос с настойчивостью живого существа, оседал на нёбе горькой пыльцой, прилипал к языку, заставлял глотать чаще, чем хотелось. Роланд ненавидел этот запах всей кожей, потому что он напоминал о том, что он хотел забыть: о больничных коридорах, о стерильной белизне, которая не скрывает запах гниения, об умирающем отце.Стул с прямой спинкой, обитый потёртой чёрной кожей, впивался в поясницу так, будто хотел прощупать позвоночник. Лодыжка, закинутая на колено, затекла на третьей минуте, но Роланд не менял позы — потому что знал: стоило шевельнуться — и шея хрустела с сухим отчётливым звуком, который в этой мёртвой тишине прозвучал бы как выстрел. Голова гудела ровно, глухо, с той мерзкой монотонностью, которая не д…

Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Ваше мнение

Оцените книгу

Один читатель может поставить только одну оценку.

Обсуждение

Комментарии 0

Комментарии гостей публикуются после проверки модератором.