Бездна

Часть 1. Земля

Наша команда победила! Первый гостевой матч в сезоне – и сразу победа! Наши ликовали. Даже после ухода с трибун мы без устали обсуждали чуть ли не каждый мяч, заброшенный в кольцо, каждое нарушение команды соперника и зачастую ошибочные вердикты судей не в пользу нашей сборной. Несмотря на несправедливое судейство, мы вырвали победу! Эмоции лились через край. Особенно во время матча. Вспоминать поведение тренера порой было смешно. Мистер Дрейман сорвал горло, давая советы нашим ребятам. Кричал на судей в спорных моментах! Переживал за каждого игрока! Тренер просто не мог усидеть в кресле, настолько в нём всё бурлило! Равнодушно наблюдать за игрой в этот день он был не в состоянии. Как и мы. Казалось, наши кричалки звучали громче, чем кричалки болельщиков соперника! А нас было меньше! Даже те, кто поехали ради того, чтобы пропустить учёбу, присоединились к кричащим! Но всё осталось позади, и мы возвращались домой с победой.

Дорога была неблизкой. Школа, где все мы учились, выделила нам целых два автобуса. Впереди ехала команда и запасные игроки. За ними, в другом автобусе, следовали мы – группа рьяной поддержки. Без нас эти ребята не смогли бы так ярко выступить! По крайне мере, нам хотелось так думать. Тренер, кстати, вёл наш автобус. Иногда он смотрел в зеркало заднего вида и улыбался, наблюдая за нашими кривляньями и слушая всё те же кричалки.

Спустя час пути, все ребята успокоились. Некоторые болтали о чём-то или сосредоточились на своих телефонах. Другие решили подремать. Болеть за свою команду, оказывается, не так просто. На это уходят силы. Все вымотались, а тренер, скорее всего, обрадовался наступившей тишине не меньше, чем победе.

Девочка, которая сильно мне нравится, сидит впереди. Её зовут Эми. Она красивая, и у неё очаровательный голос. Мы иногда разговариваем. Правда, инициативу всегда проявляет она. Я же стесняюсь. Вот как сейчас. Не могу завести разговор с ней просто так. Уже сейчас представляю, как буду жалеть, если не сделаю всё возможное, чтобы начать встречаться с ней. Но дело в том, что она уже общается с ребятами постарше. К сожалению, это значит, что одногодки её не привлекают. А разговаривает она со мной потому, что любит общаться. Или же я попросту боюсь получить отказ? Оттого и робею, как первоклассник.

Рядом с ней сидит Тейлор. Та ещё штучка! Достаточно посмотреть, как она одевается. Мы с парнями частенько обсуждаем её. Даже знаем, что она начала носить лифчик раньше всех девочек. Многие ребята из нашего класса представляют её в своих фантазиях. По ней сохнут многие: и ровесники, и ребята из старших классов. В свои тринадцать она уже начала работать в модельном агентстве. По слухам, ей пророчат большое будущее в этой сфере. Тем не менее, во время игры она была такая же, как и все: неистово поддерживала нашу школьную команду. В эти моменты она казалось обычной девчонкой без пафоса и надменности.

Честно говоря, я переживаю, что, если Эми продолжит общаться с Тейлор, то станет такой же. И у меня точно не будет шанса пойти с ней на свидание.

– Хватит пялиться, – тихо протянул Фред, склонившись ко мне.

Фред мой лучший друг. Мы много времени проводим вместе в школе и за играми, да и наши родители знакомы и хорошо общаются. У Фреда есть то, что его отличает от остальных: он ни на день не расстаётся со своей красной кепкой. Постоянно поправляет её, если кажется, что кепка сидит на голове как-то не так. Она всегда на нём или при нём. Почему кепка так нравится ему? Честно говоря, без понятия. Наверное, он хочет хоть как-то выделяться из толпы. Плюс, по его же словам, она крайне идёт ему.

Эми в этот момент смотрела в окно, и я хорошо видел её лицо.

– Просто скажи ей… – продолжал Фред, – что хочешь пристроить своего крошечного мангуста в её норку, и тогда…

– Заткнись, Фред! – прошипел я, перебив его шутку пубертатного периода.

Он засмеялся. Но, заметив мой серьёзный настрой, немного успокоился и спросил:

– Ты что, правда в неё втюрился?

Тут мой так называемый друг внезапно поднялся с кресла и выкрикнул:

– А Честер втюрился в Эми!

Иногда я просто ненавидел его.

Кто-то безразлично покосился на Фреда, а кто-то и вовсе не обратил на него внимания. Все привыкли к его, порой хамским, выходкам.

Когда я отвёл от него испепеляющий, исполненный ненависти взгляд, то увидел, как Эми обернулась. Она смотрела на меня с милой улыбкой. В этот момент сердце забилось ещё сильнее. Я, как обычно, не нашёл что сказать. А она, спустя мгновение, отвернулась, продолжая улыбаться.

Так, Эми явно испытывает ко мне чувства! По крайне мере, мне так показалось. А это значит, что я должен… нет, даже обязан подойти к ней и предложить вместе прогуляться! Или сходить в кино... Но только после того, как доберёмся до школы…

Фред и я дружили ещё с двумя балбесами, сидящими позади нас. Тилль и Джон. Первый переехал из Германии. Отец постоянно заставлял его плести корзинки для продажи престарелым дамам в качестве сувениров. Джон был ещё страннее. Однажды кто-то увидел его фотографию с волынкой и… в юбке. Конечно же, никого не интересовало, что эта юбка шотландская. После этого старших ребят было не остановить. Многие его дразнили «девчонкой». Он страшно бесился! Он надел юбку просто потому, что чтит традиции своих предков. Но кого интересуют такие мелочи? Главное же пошутить над кем-то и посмеяться, а что испытывает оказавшийся в центре внимания, никому не интересно.

После выходки Фреда прошло время. Все забыли её. Даже я переключился с мыслей о мести другу на что-то другое. Но потом я заметил, как Фред елозит на своём месте.

– Что с тобой? Не даёт покоя совесть? – пошутил я.

– Нет… Честер, ты не хочешь в туалет?

– Немного.

– А я очень! Пошли, скажем тренеру, чтобы он остановился!

– Ты боишься к нему подойти, что ли?

– Одному он скажет: Терпи! А я, блин, очень хочу!

Пару лет назад Фред пошутил про бритую наголо голову нашего тренера. За это мистер Дрейман так отчитал моего другу, что у того долгое время не возникало желания шутить. Тогда он показался грубым, но зная Фреда, некоторые ребята даже немного обрадовались. Ведь тренер преподал другу жизненный урок. Никто не стал куда-то жаловаться, класс хорошо понимал, что Фред переборщил с юмором. С тех пор он побаивается подходить к тренеру один. Это был единственный раз, когда мистер Дрейман проявил грубость. Фред позже извинился за шутку, а тренер не стал заострять на этом внимания.

Я наигранно вздохнул и ехидно проговорил:

– Ну пошли… трус!

Мы поднялись с кресел и подошли к тренеру. Ещё на подходе я заметил, что лицо мистера Дреймана было растерянным. Слишком растерянным. Спустя пару секунд я понял, почему он так взволнован. Тренер слушал радио, а там вещали что-то ужасное:

«По всему миру люди встретились с необычным явлением, – голос диктора срывался. – В разных точках планеты в небе зависли неопознанные объекты. Военные по всей стране, по всему миру находятся в полной боевой готовности. Никто не знает, чего можно ожидать от, – диктор сделал паузу, подбирая слова. Затем сбивчиво договорил предложение: – …от инопланетной формы жизни. К сожалению, могу констатировать одно – мы оказались совершенно не подготовленными к этому… вторжению? – будто у самого себя спросил голос по радио. – Но… всё же будем надеяться, что они прилетели с ми…»

Мистер Дрейман заметил нас лишь после того, как сигнал пропал, оборвав речь диктора.

Мы стояли, открыв рты и не веря услышанному.

– Честер, Фред, – обратился к нам тренер, – никому из ребят пока ни слова... Поняли? – испуганно рыкнул он, боясь напугать других ребят. – Доедем до школы и там разберёмся. Здесь паника не нужна.

Я, не отрываясь, смотрел на мистера Дреймана. А Фред протянул руку, указывая вперёд. Он, как и я, не мог произнести ни слова. Лишь испуганно уставился на что-то сквозь лобовое стекло. Я и тренер медленно перевели взгляд с Фреда на то, куда он показывал. Что-то похожее на огромный горящий метеорит летело прямо на нас. Через мгновение это что-то угодило в автобус, едущий впереди. Перевернувшись в воздухе, он вылетел с трассы в кювет. Повреждения автобуса были очень сильными, внутри вряд ли кто мог уцелеть. Но мне хотелось верить, что шанс спастись у них всё же оставался…

В момент удара все в нашем автобусе проснулись. Кто-то вытащил наушники и непонимающе смотрел по сторонам. Большинство не сразу осознали, что произошло. Когда мы проехали лежавший в кювете горящий автобус, ребята начали паниковать. А мистер Дрейман даже не остановился, чтобы помочь возможным выжившим. Я же считал, что это просто необходимо сделать!

– Дети! – громко выкрикнул тренер, обращаясь к юным пассажирам. – Сохраняйте спокойствие!

Но его слова возымели обратный эффект. Все начали кричать, визжать и плакать. Девочки впали в истерику, а парни находились в шоке. Страх за свою жизнь вмиг вселился в каждого.

– Вдруг там кто-то выжил! – перекрикивая шум, обратился я к мистеру Дрейману.

Понимание, что огненный шар в любой момент может угодить и в нашу машину, у меня почему-то отключилось. Тренер будто не слышал.

– Мистер Дрейман! – ещё громче сказал я.

И тогда он на секунду обратил на меня внимание. Я тут же продолжил немного тише:

– Тренер, нам нужно остановиться!

В этот момент в небе показались сотни, а то и тысячи горящих метеоритов. По всей видимости, они летели на город, в который мы и спешили вернуться. Какая-то часть огненных снарядов оказалась и над нами. Это была бомбардировка всего, что движется! Осколки падали на асфальт. Вся видимая нами местность была под огнём. Тренер кое-как держал управление, маневрируя на скорости между автомобилями. Автобус вилял. А мы вцепились в поручни изо всех сил. Наш автобусом чудом не зацепило! Но ударной волной выбило почти все стёкла. Все наклонили головы как можно ниже или же попадали в пролёт между сиденьями, уворачиваясь от битого стекла. Кто-то громко закричал. Видимо, осколки ранили нескольких ребят.

В мгновение бомбёжка прекратилась, но мистер Дрейман не собирался останавливаться. Он продолжал опасный путь.

– Нам нужно добраться до школы! – прокричал тренер, чтобы слышали все. – Любой ценой!

Мы с Фредом поднялись с пола.

– Вы оставили их умирать в том автобусе! – взвизгнул Фред.

– Им уже не помочь! А вот мы ещё можем выжить! Не забывай, что все вы под моей ответственностью! И я вас довезу до школы… А теперь быстро сели на свои места и пристегнулись! – грозно добавил он, да так, что мы не осмелились возразить.

Нам пришлось вернуться в свои кресла. Меня, как и всех остальных, колотило от страха. Все таращились в окна, разглядывая последствия бомбёжки и ожидая новой. Много машин оказались перевёрнутыми, какие-то вынесло от мощного удара за пределы трассы, кто-то из водителей остановился сам, не веря в происходящее и отходя от шока. Мы видели окровавленные тела прямо на дороге. Выжившие выползали из искорёженных машин.

Тилль заметил на шоссе очередные следы крови и плачущего мужчину рядом с легковым автомобилем.

– Мы не переживём такое ещё раз, – пробубнил он.

Тут мы почувствовали сильный толчок: наш автобус во что-то врезался. Скорость резко снизилась, и все по инерции подались вперёд. Ремни спасли от падений. Но тренер всё же преодолел препятствие! В окно мы увидели несколько обгоревших машин: именно они преградили дорогу.

Страшно подумать, что во всех встреченных машинах находились люди…

Пока автобус набирал скорость, мы увидели тлеющий труп женщины. Из окна машины свисала рука, по которой стекала кровь. В салонах автомобилей я постоянно замечал неподвижные тела. От этой картины мне стало тяжело дышать. Я опустил взгляд и заметил: у меня трясутся руки. Я не мог остановить тремор.

Я услышал, как плачет Эми.

– Честер, – сказал Фред, наклоняясь в пролёт и всматриваясь вперёд через лобовое стекло водителя. – Кажется, я вижу мост…

Я выпрямился в кресле. Вдалеке и вправду показался мост через небольшой каньон. Это означало, что мы почти добрались до города.

Увидев мост, ребята немного воспряли духом: скоро мы окажемся дома. В родном городе, где нас защитят. Не оставят в беде. Никто не думал, что во время бомбардировки погибло много людей и в городе. В головах у всех было только одно: сейчас мы встретим родителей, и на этом всё закончится. Но тут кто-то неожиданно закричал:

– Опять!

Через мгновение я уже ничего не понимал. Было как во сне. Обрывками. Всё перед глазами кружится. Разлетаются стёкла. Крики. Громкие крики со всех сторон. Голоса слились в единый звук. На секунду ко мне вернулось чувство реальности. Я понял, что мы в свободном падении. Каким-то образом я увидел через лобовое стекло, как стремительно приближается земля.

…Убаюкивающая темнота казалась такой приятной! Никакой боли. Никакого страха. Хотелось находиться здесь как можно дольше. Тьма умиротворяла. В ней всё казалось незначительным.

– Честер! – слышалось будто издалека. – Честер! Ты живой!.. Открой глаза!

Я разлепил веки и увидел перед собой Фреда. В осколке стекла промелькнуло моё отражение: кровь стекала по лбу, испачкав лицо.

– Я думал, ты уже не проснёшься! – сказал Фред.

– Что... что случилось?

– Я сам пока до конца не понимаю, но по ходу мы упали в каньон… Слушай, мне надо помочь другим! Ты сможешь выбраться?

Я посмотрел на держащий меня ремень безопасности.

– Да. Кажется, да.

Фред отошёл. Голова слегка кружилась. Я осмотрелся.

Автобус лежал на боку. Несколько ребят находились без сознания. Другие стонали от боли, приходя в себя. Третьи помогали тем, кто пострадал сильнее.

Я отстегнулся и тут же рухнул вниз. Ко мне подбежала Эми.

– Я помогу тебе выйти!

Она подхватила меня под руку.

– Рад, что ты цела! – признался я.

Она промолчала, стараясь не споткнуться о предметы под ногами.

Эми аккуратно вывела меня из автобуса, усадив на землю к другим раненым…

Наш коллектив не был дружным. И все мы учились в разных классах. С некоторыми разница в возрасте достигала трёх лет. Большинство из старших ездило с командой, чтобы прогулять учёбу. Плюс новые знакомства с противоположным полом. Но, как правило, по ходу игры такие ребята втягивались в роль болельщиков и сопереживали команде всей душой. Сейчас же, оказавшись в сложной ситуации на грани жизни и смерти, все были равны и помогали друг другу. Каждый, кто мог стоять на ногах, пытался быть полезным и поддержать ближнего. Самые ловкие перевязывали раны пострадавшим, останавливали кровь. Бинтов не было, поэтому ребята рвали или резали одежду. Другие вытаскивали тех, кто не мог выбраться самостоятельно.

Спустя пару минут головокружение прошло, и я попытался найти взглядом тренера. Он был самым старшим из нас, и кто-то говорил, что он служил в армии. Сейчас такой человек нам нужен как никогда. Осмотревшись, я не нашёл мистера Дреймана.

Мимо проходил Фред. В такой серьёзной аварии он легко отделался! Всегда говорил ему, что он везучий. Я окликнул друга:

– Фред, а где тренер? Я не вижу его.

– Бро… Он… – Фред слегка замялся. – С ним всё плохо.

– Он в автобусе?

– Да, и вряд ли оттуда выйдет.

– Он… – помедлил я. – мёртв?

– Пока нет, но потерял много крови.

Я решил подойти к мистеру Дрейману и посмотреть на его состояние.

Возле кабины автобуса стояло несколько человек. Я растолкал ребят и увидел тренера. Огромный кусок стекла торчал из его живота. Вынув его, он точно истечёт кровью. Это понимал почти каждый из нас. Двигаться он не мог. Поэтому лежал, смотря вверх – в никуда.

– Мистер Дрейман, – сказал я, – как мы можем вам помочь?

Среди стоявших вокруг учеников тренер нашёл меня взглядом.

– Видимо, уже никак, – тяжело дыша ответил он и неспешно продолжил: – Меня ужасно клонит в сон. И, прежде чем усну, я должен кое-что сказать вам. Вы же, хоть и на время, мои дети, – он вяло улыбнулся. – Вы под моей ответственностью. А я подвёл вас и ваших родителей. Если вы увидите их, предайте, что я очень сожалею о случившемся.

– Вашей вины нет, – заговорила девочка.

– Да, – поддержал парень, – никто не знал, что нас начнут бомбить!

Затем все, кто стоял рядом, подтвердили это либо кивком, либо словом.

Когда тренер заговорил вновь, ребята резко замолчали.

– Мы… упали в каньон? – спросил он.

– Да, – ответил Джеймс, один из самых старших. В школе он пользовался у девушек популярностью, а среди парней авторитетом. – Насколько я понимаю, из него не выбраться просто так.

– Тогда слушайте меня внимательно, – тяжело произнёс тренер. – Если радио не разбито, включите его. Постоянно ищите радиоволны, по которым что-то говорят. Экономьте аккумулятор, если он, конечно, рабочий. Вам нужно знать, что происходит и что делать.

– Но у нас есть мобильники, – сказал кто-то из толпы.

– Связи нет, – перебил другой. – Я проверил у нескольких.

Ребята схватились за телефоны. У каждого смартфон показывали отсутствие связи.

– Это плохо, – тихо сказал Фред, смотря в экран.

– Тогда ждите, – заговорил мистер Дрейман. – Ждите помощи. Ваши родители рано или поздно найдут вас. Экономьте припасы. Растяните их, как можно дольше. Пытайтесь искать возможность связаться с кем-то. Слушайте AM частоты, – ими пользуются военные. Если припасы кончатся, и никто не придёт… рискуйте. Выбирайтесь. Постарайтесь выкарабкаться из каньона, пока у вас ещё остались силы. Не ждите, когда из-за голода вы останетесь без сил.

Тренер закашлялся. Его лицо исказила болезненная гримаса. Любое движение, даже кашель вызывали у него страдание. Из уголка рта протянулась струйка крови.

– Вы все должны выбраться! Берегите друг друга. Принимайте взвешенные решения…

– Мы сделаем, как вы сказали!

Тренер выдохнул и произнёс:

– Дайте немного воды… – Он облизал губы. – Пить хочется.

Один из ребят снял рюкзак и достал бутылку. Поднёс ко рту тренера. Напоил.

– Несмотря ни на что, оставайтесь людьми…

Складывалось ощущение, что тренер уже бывал в подобных тяжёлых ситуациях. И он будто видел своими глазами, как человек переставал быть человеком. Как под влиянием желания жить падает ценность чужой жизни. Когда-то он испытал это. Единственное, что он сейчас может сделать, это предупредить нас в надежде: мы не повторим чужих ошибок. Мне показалось, все стоящие вблизи от тренера это поняли.

– И накройте меня чем-нибудь... Ужасно холодно.

Кто-то достал плед из автобуса и накрыл тренера.

Мы смотрели, как из него медленно уходит жизнь. Смотрели, и ничего не могли поделать. Некоторые не выдержали и отошли в сторону. Я, как и большинство оставшихся, не хотел, чтобы наш тренер умирал в одиночестве.

Его слегка трясло. Веки всё медленнее и всё реже открывались. Дыхание замедлялось. И в какой-то момент прекратилось.

Мистер Дрейман умер на наших глазах. Никто не был готов к такой потере. Многие плакали в голос, кто-то еле сдерживался. У всех текли слёзы. Мы уважали его, признавали в нём хорошего человека. А теперь его нет.

Джеймс подошёл к телу и накрыл лицо.

– Как бы нам сейчас тяжело ни было, нужно помочь остальным! – обратился он ко всем. –Разберёмся с ранеными и будем думать, что делать дальше.

Мы в ловушке. Стены каньона кажутся непреступными. Каждый раз, когда я смотрю на них и представляю подъём, сердцебиение учащается. Для нас, ничего не смыслящих в скалолазании подростков, попытка подняться смертельна. Нужен другой, более безопасный, выход из ситуации, в которой оказались все мы.

Я смог оторвать взгляд от пугающих стен каньона, лишь когда меня кто-то позвал.

Здоровяк Джеймс, любитель побренчать на гитаре, продолжал проявлять лидерские качества. И, кажется, коллектив поддался ему. Он разбил всех на группы. Двое сели у магнитолы, пытаясь поймать радиоволну. Другая группа отправилась на разведку. Каньон уходил вдаль, и парням необходимо было найти более удобный подъём. Шанс, что лёгкий выход из ущелья всё-таки есть, оставался. Через несколько часов они обязаны были вернуться, таков уговор. Третья группа собирала и распределяла припасы, воду. Приходилось подготовиться к пребыванию здесь в течение какого-то времени. Джеймс также не сидел без дела. Он сумел слить из автобуса бензин. Остальные собирали всё, что могло гореть. Все хорошо понимали, что если мы останемся здесь на ночь, то можем замёрзнуть.

Я, Фред и ещё несколько ребят откручивали или отрывали кресла из автобуса и выносили на улицу, сваливая в кучу. Тканевые сиденья с помощью бензина могли неплохо гореть… в теории. Под одним из кресел я нашёл бутылку воды и решил отнести девчонкам, занимающимся сбором припасов. У выхода из автобуса я машинально бросил взгляд на тренера. Он был по-прежнему накрыт, а двое парней поблизости возились с магнитолой. На удивление аккумулятор давал энергию.

– Что-нибудь есть? – спросил я у Тилля, сидящего у магнитолы.

Он покачал головой и тихо сказал:

– Пока ничего.

Я вышел из автобуса и передал воду Эми.

– Как ты? – спросила она, принимая бутылку.

– Как и все, – вяло улыбнулся я и пояснил: – Не представляю, что делать дальше.

– Мы тоже с девчонками ломаем голову, как быть. Некоторые даже боятся думать о том, что придётся выбираться отсюда самим. Прямо по скалам.

– Надеюсь, до этого не дойдёт, спасатели скоро нас найдут.

– Но, если нам всё же придётся лезть, то я хочу… – Эми замялась. Она немного волновалась, и причина была не только в сложной ситуации. Она хотела сказать мне что-то бо́льшее. То, что заставляло колебаться. Я это почувствовал.

– То есть, – продолжила Эми, смотря мне в глаза, – то есть прошу, чтобы ты был рядом.

В эту самую секунду мне захотелось обнять её, пожалеть, дать надежду на то, что всё будет хорошо. И что, когда выберемся, всё изменится. В том числе и для нас двоих.

– Знаешь, – продолжила она, – я давно хочу признаться тебе... Ты очень…

– Отвали от меня! – громко раздалось позади.

Эми замолчала. Мы обернулись на шум.

Джеймс спорил с Дэйвом, своим другом. Бывало, они вместе кошмарили младших, да и ровесников. Но справедливости ради скажу, что это далеко не самые жестокие типы из нашей школы. А сейчас между ними разгорелся нешуточный спор. Нам захотелось узнать причину разбирательств. Как только мы с Эми подошли, Дэйв попытался ударить Джеймса. Но тот увернулся, а после оттолкнул приятеля.

– Лучше успокойся!

– Нам нужно развести костёр прямо сейчас! – кричал Дэйв. – Спасатели могут увидеть дым!

– Да?! А если их не будет поблизости?! Что тогда?! Как мы протянем ночь, если сожжём всё прямо сейчас?! Мы все на хрен замёрзнем!

– Если нас не спасут, мы и так сдохнем! Неужели ты собрался карабкаться по этим скалам?!

– Нам придётся это сделать, когда кончатся припасы!

– Ты вообще думаешь, что говоришь?! Многие из нас даже до середины не доберутся!

– Огонь нужен ночью! – зарычал Джеймс. – Ты понял?!

– Да я плевать хотел на твоё мнение!

Джеймс ринулся на выказавшего неуважение Дэйва. Он врезал другу прямо в челюсть. Парень упал и тут же быстро поднялся, хотел ответить. В этот момент несколько ребят выскочили из толпы и разняли участников начинающейся драки.

Неожиданно из автобуса выбежал Тилль.

– Радио! Я поймал работающую волну! – он нервно сглотнул. – Там сейчас что-то говорят!

Вмиг все забыли о споре и толпой бросились к автобусу. Тилль прибавил громкость. Мы стояли вокруг и, затаив дыхание, слушали обращение:

– …Повторяю! Мы столкнулись с силами, превышающими наши боевые возможности. Прямое столкновение гражданских с иноземной формой жизни слишком опасно. При её обнаружении лучший способ выжить… побег. Каждый должен знать… – голос пропал. Несколько секунд продлился белый шум. – …не вступайте в контакт! Даже зрительный контакт чреват последствиями, не говоря уже о каком-то боевом сопротивлении. Военные делают всё возможное. Сопровождение жителей до бомбоубежища – наша приоритетная задача... – Сигнал вновь пропал, но сразу же восстановился. – …силы не равны. Если у вас есть возможность добраться до ближайшего укрытия самостоятельно, то немедленно выдвигайтесь. Если же у вас нет такой возможности, то…

Началось шипение. И не прекращалось. Простояв около минуты в надежде, что радио вновь заработает, кто-то не выдержал ожидания и нервно сказал:

– Настрой сигнал ещё раз!

Парень попытался подрегулировать приём. Но ничего не вышло. Он обернулся к толпе с виноватым взглядом.

– Я… не могу, – робко признался Тилль.

– Как будто кто-то специально глушит сигнал! – поделился мнением кто-то из парней.

– Неужели это делают они? – задалась вопросом Тейлор. Все хорошо понимали, о ком речь.

– Те, кто нас бомбил? – уточнил кто-то и тут же сам ответил: – Больше вроде как и некому.

Вскоре все разошлись. Мы, четверо друзей, присели на камни недалеко от автобуса.

– Такое ощущение, – протянул Фред, снимая кепку, – что нас никто не придёт спасать.

– С тобой трудно поспорить, – отреагировал Тилль.

– Жаль! – признался Фред. – Я рассчитывал, что ты как раз меня и переубедишь. Скажешь, что типа переживать не о чем.

– Я не твоя мамка!

Фред ответил вздохом разочарования…

Через полчаса вернулись наши разведчики. Уставшие и, судя по лицам, без хороших вестей. Все окружили их в ожидании хоть чего-то позитивного.

Один из них решил заговорить, не дожидаясь вопросов:

– Мы шли только в одну сторону больше двух часов. Брайан, – говорящий указал на худощавого парня с длинными волосами, – сильно подвернул ногу. Пришлось на себе тащить.

– А что с выходом? – спросил Джеймс, передавая воду говорящему.

Жадно отхлебнув, парень ответил:

– Все скалы примерно такие же, как и здесь. Завтра можно попробовать зайти дальше, но что-то подсказывает, что мы только зря потратим силы.

– Думаешь, нормального подъёма поблизости нет?

– Сильно сомневаюсь в этом...

Начало темнеть. Температура воздуха падала. Мы вчетвером сидели на тех же камнях, наблюдая как Джеймс поливает гору кресел бензином. Каждый застегнулся на все пуговицы, надел на себя всё, что прихватил с собой, в попытке сохранить тепло.

К нам подошли Эми и Тейлор.

– Можно мы с вами посидим? – спросила Эми.

– Конечно, – ответил я.

– Там, – кивнула Тейлор в сторону. В руке она держала пачку чипсов, – у девчонок полная депрессия.

– И мы тут решили, – добавила Эми, – нет никакого толка в том, что думаешь о плохом. Всё равно уже ничего не изменить.

– Это точно, – поддержал Фред.

– Наматывать на кулак сопли в любом случае не нужно, – подытожил Джон.

Мы просидели несколько минут, обсуждая поведение окружающих. В наш разговор вклинился Дэйв.

– Завтра мы собираемся подняться. Вы с нами?

Мы открыли рты, окаменев на мгновение. Мы и сами говорили об этом, но о том, чтобы начать подъём завтра, никто не думал.

– Ты же вроде говорил, что не собираешься лезть? – спросил Фред.

– Я и сейчас не горю желанием это делать. Но не вижу другого варианта. Лучше карабкаться, пока силы ещё есть. Когда от голода будет сводить живот, шансов взобраться ещё меньше.

– А что об этом думает Джеймс? – спросил я.

– Мне его мнение не интересно. Он припасы жмёт, видимо, хочет тут остаться на несколько дней… Так вы с нами?

– Мы подумаем.

Дэйв отошёл, и Фред поделился мнением со всеми:

– А ведь этот сукин сын прав!

– Ты сейчас серьёзно? – меня удивило мнение друга.

– У голодных сил ещё меньше. А судя по радио нас никто не собирается вытаскивать.

– Нужно лезть! – храбра поддержала Эми.

– И ты о том же! – негодовал я.

– Чем дольше мы здесь, – пояснила она, – тем меньше шансов выжить.

– Мы ведь можем сорваться, – сказал Тилль.

– Тогда оставайся, а я… – Эми вздохнула. – Я полезу.

Каждый из нас боялся. Боялся сорваться и умереть. Но только одному из нашего коллектива будто был не ведом страх. Эми. Почему-то в ней я чувствовал самую настоящую отвагу... Порой девочки бывают храбрей любого парня.

Костёр получился небольшим. Все окружили его. Пришлось сделать круг широким, чтобы каждому досталось тепло. Но из-за того, что каждый находился от огня дальше, чем нужно, мы всё равно мёрзли. Его горения кое-как хватило до восхода. И мы сожгли всё, что можно.

Я поспал часа три. Часто поднимался от холода, а перед восходом подежурил, поддерживая костёр и давая тем самым возможность немного вздремнуть другим.

С рассветом проснулись все. Говорить особо было не о чем, поэтому большинство ребят молчали. Никто никуда не спешил. А Джеймс с двумя парнями встали на раздачу оставшейся еды.

Жуя печенье, я машинально посмотрел в сторону и остолбенел: Дэйв с несколькими ребятами подошли к скалистой стене. Некоторые предусмотрительно надели перчатки, чтобы не стереть руки о камни. Другие же рискнули лезть без защиты.

Никто их не отговаривал. Никто не мешал им. Возможно, некоторые сочли правильным посмотреть на первопроходцев и в зависимости от их успеха решить – стоит лезть самим или нет. Возможно, кто-то посчитал: если человек решил рискнуть, то пускай. Это только его выбор.

Я, как и все остальные, пристально наблюдал за действиями смельчаков. Они встали напротив стены в ряд. Заранее договорились не ползти друг за другом: иначе падающий может задеть того, кто находится ниже.

Их было пятеро, и Дэйв полез первым. Он и вправду отчаянный сукин сын! Остальные четверо также начали сложный подъём. Все, кто остались внизу, смотрели на них заворожённо, со страхом представляя себя на месте скалолазов. Когда Дэйв поднялся на высоту третьего этажа, к стене направилась одна из самых храбрых девушек, которых я знаю. Я тут же окликнул её:

– Эми, не делай этого!

Она повернулась к толпе и сказала:

– Если мы не поднимемся сейчас, то сгинем здесь!

– Нужно дождаться спасателей! – крикнул Джеймс.

– Они не придут. Разве ты этого не понял?! – Через мгновение она обратилась к толпе. – Очнитесь, мы тут одни! Предоставлены сами себе. Спасателям, как и военным, не до нас!

– Нас будут искать родители! – крикнул кто-то.

– Откуда ты знаешь, что они живы?

Толпа загудела, и тогда Джеймс решил рассказать о другом способе выбраться.

– В таком случае мы найдём более безопасный подъём! Там, – он указал пальцем туда, откуда пришли разведчики, – есть выход. Пускай нам придётся пройти дальше, но мы точно найдём его.

– Ты не знаешь, есть ли он там. А я сделала выбор, – сказала Эми, – и не собираюсь его менять.

Она развернулась, подошла к стене, вцепилась рукой за уступ и полезла вверх.

Я одновременно восхищался Эми и завидовал. И через несколько секунд, словно под гипнозом, последовал за ней. Остановившись у стенки, я посмотрел по сторонам – за мной пошли и друзья. Тилль, Фред, Джон и Тейлор. Почему-то мы увидели в словах Эми истину. Остаться здесь ни с чем – не выход. Оттягивать неизбежное нельзя. Либо выбраться сейчас, либо сгинуть в этом каньоне!

Когда мы поднялись на небольшую высоту, я вдруг услышал крик. Один из первых, кто решился на восхождение, сорвался и с воплем летел вниз. Через секунду его тело упало прямо на острый булыжник. Оставшиеся внизу в ужасе завопили. Я посмотрел. Это был один из друзей Дэйва. Он разбил голову и порвал бок. Кишки наружу. Кого-то внизу стошнило, я слышал это.

– Чтобы вы ни услышали, не смотрите вниз! – обратился я ко всем. – Не отвлекайтесь!

– Чёрт, чёрт, чёрт, – тараторил Фред. – Его там размазало!

– Забудь об этом! – твёрдость, которую я проявил, удивила меня самого. – И ползи вверх.

Слышал, как по другую сторону от меня Джон нервно шептал что-то вроде:

– Я хочу домой! Домой. Домой.

Когда шок от увиденного падения немного отступил, мы продолжили. Выступ, ещё выступ. Чем выше я поднимался, тем больше страх забирал волю. Мысль о том, что нужно спуститься, я отбрасывал сразу. Сейчас, на такой высоте, спуск сложнее, чем подъём. И это понимал каждый. Каждый знал, что пути назад нет. Только вперёд.

Найдя выступ, я решил перевести дыхание. Поднял голову и посмотрел в сторону. Эми карабкалась. Я переживал за неё не меньше, чем за самого себя.

Снизу раздалось:

– Нижние проползли больше половины! – Это был Джеймс. Понимая, что карабкающиеся по стене не могут сориентироваться, он решил подсказать. Вселить уверенность. – Ещё немного, держитесь!

Внизу остались наши одноклассники, наши друзья и знакомые. Все переживали за нас. Смерть знакомого, да хоть школьного врага, не могла радовать. Все сопереживали и болели за тех, кто рисковал жизнью.

Силы кончались. Думать, каково будет ближе к концу пути, не хотелось. Тяжело дыша и кряхтя, я сделал рывок и ухватился за торчащий выступ. Почувствовал острую боль. Рука сразу же оказалась влажной. Это была кровь. Я порезал руку, но смотреть на рану не собирался. Она зарастёт. А вот если я захочу рассмотреть повреждение, то могу сорваться.

Послышался крик. Через пару секунд он стих, но снизу раздались вопли других ребят. Я не стал смотреть туда. Ни к чему.

Глубокий вдох. Медленный выдох. После нескольких повторений я перехватился руками и вдруг услышал очередной крик. Он раздался слишком близко. Я не знал, кто это был, и не хотел выяснять это. Не сейчас. Нельзя рисковать, и уже никак не поможешь упавшему. Но я понимал, что уже трое ребят из моей школы мертвы.

– Честер! – позвала Эми, посмотрев вниз. Она находилась выше меня и так же, как и я, решила немного передохнуть. – Ты там как?!

– Пока держусь.

– Должна тебе кое в чём признаться… До переезда в город я ходила в спортивную секцию.

– Только не говори, что она по скалолазанию.

– Она самая.

Находясь на грани отчаяния, я почему-то улыбнулся.

– Это нечестно, – попытался пошутить я.

– И почему же?

– Если бы ты не полезла, то я б никогда не решился взбираться!

– Так ты всё-таки испытываешь что-то ко мне?

Какое удачное место, чтобы признаться в любви!

Тут Эми отвлеклась и нервно обратилась к подруге:

– Тейлор, осторожно!

Я посмотрел на Тейлор и заметил, что она еле-еле держится. Через мгновение раздался пронзительный вопль.

– Тейлор, нет! – прокричала Эми и заплакала.

– Не смотри вниз, Эми! Думай о родителях, и как вернёшься домой. Прямо сейчас важна только твоя жизнь!

Она не отвечала, и тогда я твёрдо продолжил:

– Нам нужно ползти вверх. Ты слышишь?

– Да, – плача, ответила она. – Я слышу.

– Тогда ползи!

Последний рывок помог сделать Дэйв. Он подтянул меня за руку. Эми к этому времени уже выбралась. Она плакала. Фред, Джон и ещё несколько ребят тоже вскоре взобрались. Помимо друзей и Дэйва я знал по имени каждого кто смог подняться: Уэйн, Салли, Ронни, Сандра, Кит и Чино. Я быстро посчитал: нас одиннадцать. Поискал глазами Тилля, но его не было.

– Фред! – с волнением позвал я. – Где Тилль?

Друг мотнул головой в сторону каньона.

Я быстро подполз к обрыву. Ребята, что остались внизу, по-прежнему стояли и смотрели вверх. Недалеко от них лежало четыре тела. По одежде я узнал Тилля. Я не мог в это поверить! Человек, с которым мы совсем недавно разговаривали, был мёртв!

Я машинально посмотрел на ладони. Они были в крови, их страшно жгло. Я не только поранился, но и стёр ладони о скалы.

– Нужно выдвигаться! – обратился ко всем Дэйв. – Нельзя медлить. Если мы кого-то встретим, скажем об оставшихся.

– Куда пойдём? – спросил Фред.

– Мост остался целым. Думаю, надо двигаться в город. Найти родителей или помощь. Возможно, кто-то захотел остаться там. А возможно, мы встретим военных. Они должны помогать эвакуироваться гражданским.

Дэйв осторожно подошёл к обрыву и громко сказал оставшимся внизу:

– Если мы кого-то встретим, пришлём помощь!

– Мы не сможем долго протянуть! – раздалось из каньона. – Через сутки мы будем искать другой выход!

Мы сильно устали после тяжёлого подъёма. Гибель друзей и знакомых угнетала. Но все мы были согласны в одном – нужно двигаться дальше.

Спустя два часа пешего хода мы увидели город. Он сильно пострадал от бомбёжки. Кое-где шёл дым. Большая часть многоэтажных домов были разрушены. Удивительно, что всего за несколько минут обстрела город получил колоссальные повреждения. Но надежда, что кто-то в нём выжил, оставалась. Частный сектор, окраины пострадали меньше, чем центральная часть.

Мы пересекли ещё совсем недавно бурлящую жизнью улицу. Ни одного человека, ни одного движущегося транспортного средства. Безлюдность, разрушения и гнетущая тишина пугали.

– И куда все подевались? – спросил Фред.

– Неужели целый город перебрался в бомбоубежище?

– Вряд ли там на всех хватит места!

– В городе должен же кто-то остаться? Хотя бы кто-то?

– Здесь явно что-то не так!

– И связи нет, – смотря на экран смартфона, сказала Эми.

– Ребят… вы чувствуете? – заговорила другая девочка, Сандра.

– Что?

– Воздух как будто после дождя.

– Ага. Только не после дождя, а после грозы.

– Фред, не занудствуй!

– Озоном пахнет только после грозы! – настаивал Фред.

– А грозы без дождя не бывает!

– Только вот не упало ни одной капли. Туч не было, да и асфальт сухой.

– Надо добраться до своих домов! – твёрдо заявил Джон. – Может, родители нам оставили какое-то сообщение, записку. А может, они вообще прячутся в подвале.

– Все пропали, а наши предки дома? Такого не может быть!

– Чёрт… – Джон подрастерял уверенность. – И что тогда будем делать? – спросил он, оглядывая нас в поисках ответа.

– Давайте найдём какую-нибудь открытую дверь и наконец-то поедим! – сказал Дэйв. – А потом будем решать, что делать дальше.

Все согласились. Голод и усталость испытывал каждый.

Мы зашли в первый попавшийся нам на глаза целый многоэтажный дом.

Вскоре, я, Фред, Эми и Уэйн, – в школе он постоянно ходил со странной причёской, – вошли в открытую квартиру на первом этаже. Остальные решили попытать счастье и найти еду на этажах выше. Мы договорились, что после того, как набьём животы, соберём съестное про запас, походим по соседним квартирам.

В холодильнике мы нашли много чего. Оладьи, молоко, пирожные, макароны, бифштекс и даже пиво.

Мы уплетали всё что нашли на кухне прямо у окна, глядя на улицу. В какой-то момент я заметил, что ребята замерли, перестав жевать, и смотрят в одну сторону. Я проследил направление их взглядов. Жуткая тварь ползла к зданию, в котором мы находились. В голове крутилась только одна мысль: эта тварь не может быть настоящей. Не может. Просто потому, что подобные мерзкие существа по всем законам природы не должны существовать.

Оно перемещалось как змея, будто плыло по асфальту. Передвигаясь тихо и плавно, оно не привлекало внимания. Если бы мы не сидели прямо напротив окна, то не факт, что мы вообще увидели бы ЭТО. Оно было в два раза больше взрослого человека: как в длину, так и в объёме. Через несколько секунд существо вдруг поднялось. Встало на щупальца, которые находились на конце червеобразного туловища. У меня перехватило дыхание. Брюшко оказалась ещё более ужасным, чем представлялось. Помимо двух глаз, которые мы видели на голове существа, когда оно ползло, были ещё два других. Они стали заметны, когда существо встало. Первая пара глаз походила на два разреза, из которых будто выдавили чёрные глазные яблоки. Вторая пара была бордового цвета. Когда существо стояло, помимо четырёх глаз на немного выпяченной вперёд голове виднелось несколько шипов. Шеи не было. Бо́льшую часть брюшка заполняло что-то, похожее на рёбра, только они шевелились. Будто живые. Ниже находились щупальца, на которых тварь стояла, осматривая местность. Возможно, она прислушивалась. Возможно, в поиске жертв.

Вдруг с верхнего этажа донеслась какая-то возня, крики. Спустя мгновение всё стихло. Если эти звуки сквозь толстую стену услышали мы, то, вероятно, и существо обратит на них внимание. Снова посмотрев в окно, я не увидел существа. Оно скрылось. Плохой знак.

Не теряя времени, мы решили подняться, узнать, что стряслось, и предупредить остальных о существе на улице. Едва мы зашли в квартиру этажом выше, послышался тихий плач Сандры. В коридоре была кровь, а в комнате Дэйв с другом связывали мужчину. Незнакомец был без сознания.

Дэйв заметил нас.

– Этот тип напал на Сандру! – нервно сказал он. – Зажал ей рот. Пришлось вырубить.

Эми ушла в другую комнату, чтобы поддержать подругу. Парни же остались в гостиной рядом с мужчиной. Вскоре пришли остальные, – они тоже услышали шум. Все понимали, что к незнакомцу много вопросов и что нельзя уходить, пока он не расскажет о произошедшем здесь. Я хотел заговорить о существе на улице, но мужчина как раз начал приходить в себя.

Дэйв хорошо приложил его. У незнакомца опухло под глазом. Когда он окончательно очухался, принялся с недоумением рассматривать нас и спросил:

– Вы чё… школьники? Как вы вообще выжили?

– Мы пришли в город недавно, и сейчас, – грозно говорил Дэйв, – ты расскажешь, что здесь произошло и куда подевались все люди!

– Хорошо, – незнакомец прокашлялся. – Хорошо! Не нужно было для этого вырубать меня!

– Ты напал на Сандру!

– Парень, не кричи. Они могут нас услышать.

– Кто они?

– Кажется, мы видели одну такую тварь! – перебил я. – Она похожа на… на… – я даже не мог описать её.

Встрял Фред:

– На уродливого и здоровенного червя!

– Вот от них-то как раз люди и прячутся, – сообщил незнакомец. – Я зажал рот вашей подружке, потому что не хотел, чтобы она кричала. Не хотел, чтобы они услышали.

– Так надо было просто сказать, что вы пришли к нам с миром!

– Посмотри на меня. Мне под шестьдесят и у меня проблемы с алкоголем. Уверен, что при виде меня она всё равно закричала бы.

– Так мы же в здании! Как эти существа проникнут внутрь?

– Никак. Они окружат нас и будут ждать. И вы, молодые люди, сделали всё, чтобы так и случилось.

Я посмотрел на ребят. Все были в смятении. Но вопросы оставались:

– Когда они пришли? – спросил я. – И главное… откуда?

– После бомбёжки военные проехали с громкоговорителями чуть ли не по каждой улице. Объявили о самостоятельной эвакуации. Назвали точку сбора и сказали явиться в течение нескольких часов в эту подконтрольную им зону. Конечно же, послушали не все. Многие остались в надежде, что скоро всё закончится, или чтобы охранять жильё от мародеров. Люди думали, правительство нас защитит. Вначале никто не верил, что бомбёжку устроили пришельцы. Такая новость казалась слишком абсурдной. Да и не до обсуждений было. Много людей погибло от взрывов и под завалами. Выжившие помогали спасателям. А потом… потом пришли эти твари. Что-то похожее на молнию било в асфальт. Для обычных разрядов молнии были слишком большие. Слишком объёмные. Я слышал, кто-то запечатлел на телефон силуэты в этих ударах. Молнии служили лифтами для тварей. Источник же находился выше туч, его не было видно. В месте удара молнии оказывались эти существа. Очевидцы, в том числе и я, были в шоке… Я собственными глазами видел, как твари жрали людей. – Мужчина вспоминал недавние события с ужасом. – И многие шли в пасть сами. Представляете?! Существа поднимались, открывали пасть, которая находится у них в брюхе, и люди добровольно заходили внутрь. Боже… Меня только от одного воспоминания блевать тянет…

Мы смотрели на мужчину, не перебивая. В оцепенении проживали все эмоции незнакомца.

– Люди становились послушными, как дрессированные щенята. Когда же человек оказывался внутри или подходил совсем близко, эти то ли рёбра, то ли зубы смыкались, и твари вновь падали на брюхо, поедая в этот самый момент очнувшегося от гипноза человека. Они жрали людей живьём. Пережёвывали прямо в своём брюхе. Я слышал, как перемалывались кости после того, как стихал голос жертвы.

– Господи, да хватит уже! – не выдержал я. – Вы пугаете нас!

– А что, вы хотели услышать сказку? Это, мать вашу, реальность! От которой не укрыться. Те, кто видел их, то есть те, кто выжил при встрече, попрятались по норам. По квартирам и домам. Теперь нам остаётся ждать, когда военные приедут и перестреляют их.

– Мы слышали по радио, – вставил Дэйв, – военные признались, что не в силах сдержать угрозу.

– То есть, – проговорил незнакомец, – вы хотите сказать, что нас никто не придёт спасать?

– Скорее всего. Во всяком случае, не нужно на это рассчитывать.

– Я-я-я, – в шоке мужчина стал заикаться, – не понимаю, почему они не могут истребить этих тварей?!

– Как мы поняли, вторжение оказалось слишком масштабным. Им бы самих себя защитить...

Заговорил Фред:

– Подождите-подождите! Я ничего не понимаю! Как эти… эти черви могут устраивать бомбардировки?! Они больше похожи на животных или даже здоровенных насекомых! Да у них даже рук или лап нет! И вообще, такое ощущение, будто они не разумны! Ну, по крайне мере, не настолько, как люди.

– Тогда кто бомбил города?!

Повисла пауза. Джон вспомнил о родителях.

– Если в городе остались люди, то, возможно, и наши родители здесь!

– Не-не, парень! – отреагировал незнакомец. – Ближе к центру вообще не стоит соваться. Говорят, там пожрали всех. Не окраине немного поспокойнее.

– А вы помните, куда военные посылали людей? – спросил друг Дэйва.

– Да. Недалеко есть промышленная зона. Там полно ангаров и зданий, где можно укрыться. Вся территория огорожена. Думаю, там есть, где разместить несколько тысяч человек. Правда, я понятия не имею, как они хотели туда запихнуть весь город!

– Наверное, они знали, что многие просто не уйдут из своих домов.

– Возможно.

– Так что мы будем делать? – спросил друг Дэйва и продолжил: – Я бы попытался добраться до своего дома. Он тут недалеко.

– И я тоже! – поддержал Джон.

Остальные жили подальше от того района, где мы оказались. Рисковать жизнью никто не хотел. Все понимали, что перемещаться по городу слишком опасно.

– Больше никто не пойдёт с нами?

– Да и вам бы лучше не ходить, – сказал Дэйв.

– Там могут быть наши родители! – повторил парень. – Живые…

– Хорошо, если так.

– Мы пойдём вдвоём, – заговорил Джон. – Если там никого не будет, мы нагоним вас.

– Как хотите, парни. Это вам решать. – Дэйв переключил внимание на мужчину. – Вы пойдёте к военным с нами?

– Ну-у-у, шанс выжить в толпе, хоть и небольшой, есть… – размышлял мужчина вслух, и через мгновение решил: – Да, чёрт возьми, я пойду с вами!

– Мы, кстати, видели одну тварь в окно, – заговорила Эми. – Какова вероятность, что она нас поджидает?

– Ничего страшного, если она одна, – ответил мужчина. – Но могут приползти и другие. В любом случае лучше выйти через чёрный ход. Я покажу вам… но после того, как вы меня развяжете!

Я, Дэйв и ещё несколько парней вооружились увесистыми предметами и только после этого развязали мужчину. Потирая запястья, он сказал:

– Вам не нужно меня бояться, детишки!

– Вы странный, но на улице есть кое-кто и пострашнее вас.

– Тогда я тоже прихвачу что-нибудь!

Покинув здание, мы не увидели поблизости тварей.

На прощание я сказал Джону:

– Будь осторожней! Не рискуй понапрасну!

– Вы тоже!

Двое наших повернули в одну сторону, а мы направились в другую, к ближайшей точке сбора, на выходе из города.

Существа могли появиться откуда угодно, поэтому каждый из нас глядел в оба. Пробежав половину пути до границы города, я обратил внимание на сторонний шум. Остановился, прислушиваясь. В этот момент глухие звуки расслышали остальные. Перешли на ходьбу. Поискав взглядом источник звуков, я увидел магазин со стеклянной витриной. Осторожно приблизился к нему. За стеклом находились испуганные люди. Видимо, они тоже пытались выбраться из города, но оказались в ловушке. Заметив нас, они стуком и криками старались привлечь наше внимание. Рядом ошивались несколько тварей. Мы не могли помочь загнанным в магазин людям. Не могли отвлечь тварей, так как сами оказались бы на месте жертв. Но, несмотря на нашу осторожность, ползучие существа всё равно почувствовали нас. Одно из них появилось из-за угла прямо перед Сандрой. Тварь подняла своё тело и уставилась второй парой глаз на девушку. Другие твари тоже двинулись в нашу сторону.

– Не смотрите на них! – закричал мужчина.

Мы побежали прочь. Но Сандра по-прежнему стояла на месте. Эми позвала её, но реакции не последовало. Тогда Эми решила подбежать и увести её за руку. Потерять ещё одну подругу Эми не могла. Она схватила Сандру за запястье и повела в сторону. Девушка нехотя следовала, не отрывая пристальный взгляд от мерзкого существа. Вдруг и Эми остановилась и уставилась на вторую тварь. В это мгновение я будто сошёл с ума. Инстинкт выживания отключился. Эми была в опасности, и я не мог её лишиться. Я подбежал, посмотрел в её отчуждённые и одновременно восхищённые глаза и сказал:

– Эми, очнись! Тварь тебя сожрёт!

Но она не слышала. Я взглянул на Сандру. Та уже направлялась к твари. Вдруг в сторону второго существа шагнула и Эми. Я схватил её и попытался увести. Посмотрел на ребят. Никто не решался помочь. Все знали, что могут в любой момент оказаться под гипнозом. Люди за стеклянной витриной также наблюдали за происходящим. Кто-то отвернулся, не желая видеть, что будет дальше. Они прекрасно знали, чем это всё закончится.

Я тянул Эми за руку, чтобы поскорее убраться отсюда, но мы передвигались слишком медленно.

Я посмотрел на нож, который взял из квартиры. Времени на раздумья не было. Я бросился на тварь, гипнотизирующую Эми, и воткнул лезвие по рукоять. Существо начало беззвучно трясти шипастой головой, пытаясь ударить. Я кое-как увернулся от резких взмахов головы твари, но не смог удержаться на ногах. Тварь остановилась и переключила внимание на меня… Я увидел перед собой свет. Такой манящий. Такой прекрасный. Он звал, звал меня по имени. Мне показалось, что я услышал голос мамы. Она звала меня в этот яркий чистый мир света. В нём всё было идеально. Счастье, любовь, внимание. Всё. Всё было там. Внутри света. Нужно лишь сделать шаг, чтобы чувство эйфории захватило полностью и никогда не заканчивалось. Никогда. Никогда. Никогда…

Через секунду я увидел, как Дэйв колотит тварь битой. А само существо отбивалось шипами, мотая верхней частью тела. Пока Дэйв отвлекал тварь, Фред помог мне встать. Эми была рядом. После гипноза мы находились в какой-то прострации и лишь отчасти понимали происходящее. Наши друзья помогали нам отбежать от этих тварей как можно дальше. Отходя, я обернулся. Одно существо раскрыло рёбра, обнажив пасть и внутренности. Помимо внешних рёбер-зубов я разглядел внутри существа что-то похожее не мелкие зубы, дробящие кости. Бо́льшая часть туловища было пастью, и Сандра зашла в неё. Мы услышали пронзительный крик. Я отвернулся, продолжая бежать, вцепившись в Фреда. Другие твари, словно змеи, ползли за нами.

Как только дистанция увеличилась, черви перестали нас преследовать. Наверное, люди в магазине показались им более лёгкой добычей.

Вскоре мы выбрались из пригорода. Нам, по словам незнакомца, предстоял долгий путь. Дорога должна была занять несколько часов.

На шоссе нам встретилось несколько машин с ключом в замке зажигания. Да и в городе наверняка такие были. Казалось бы, заводи и езжай, но никто из нас не умел управлять автомобилем, даже наш пожилой спутник. Каждый побаивался садиться за руль и рисковать не только своей жизнью, но и жизнью других. Авария на дороге с постоянно встречающимися препятствиями в виде рытвин от бомб или искорёженного транспорта была бы неизбежна для новичка.

Вдалеке виднелся тот самый мост, у которого произошла авария с нашим автобусом. Мы не забыли об оставшихся там. Но помочь на могли. Незнакомец повел нас другой дорогой.

Пеший путь выматывал. Мужчине он давался тяжелее, чем кому-либо. Сказывался возраст. Но и для нас дорога была слишком долгой.

Я остановился. Открыл бутылку, задрал голову, чтобы допить остатки воды, и вдруг перед моими глазами промчался самолёт, – военный истребитель. Он летел очень низко. Я проводил его взглядом, и тотчас около двадцати самолётов пронеслись над нашими головами. Мы обрадовались, но очень быстро пришло осознание, что это, скорее, тревожная картина.

Вдалеке в небе показалось несколько вспышек.

– Чё-ё-ёрт, – протянул Фред. – Кажется, начался воздушный бой!

– Кто же управляет вражескими самолётами? – не отводя взгляда от вспышек, отреагировал я.

– Думаю, нам лучше этого не знать.

Бой проходил на огромных скоростях. И буквально за несколько секунд один из кораблей пришельцев оказался недалеко от нас. Мы не ожидали, что сможем увидеть его так близко. Корабль тут же сбил один из наших самолётов, летевший на подкрепление к остальным. В этот момент над нашими головами пронеслось ещё несколько истребителей.

– Нам нужно поскорее оказаться на базе! – громко объявил мужчина. – Пешком ещё где-то час, но если мы ускоримся, возможно, окажемся там раньше!

– Такое ощущение, – продолжая смотреть вдаль, тихо сказала Эми, – будто наши проигрывают.

– Ага, как будто их стало сильно меньше!

– Ребятки! – более настойчиво заговорил незнакомец. – Нам нужно двигаться!

Мы повернулись в направлении базы и перешли на бег.

За нашими спинами слышались взрывы. Всё ближе и ближе. Каждый из нас оборачивался всё чаще, представляя, как эскадрилья пришельцев нас нагоняет.

В какой-то момент кто-то обернулся и неожиданно завопил:

– Сюда летит! Прямо на нас!

Очередной пролетавший над головами самолёт подбил корабль пришельцев. Он начал падать. Мы не могли предугадать точное место крушения, но старались отбежать как можно дальше. Запыхавшийся мужчина плёлся последним. Сил на то, чтобы ускориться, у него не было. Предчувствуя беду, он то и дело смотрел вверх, на теряющий высоту объект. Я увидел, как из корабля что-то выбралось и выпрыгнуло прямо с большой высоты. После этого объект увеличил скорость падения и рухнул на землю. Прогремел взрыв. Мужчина оказался ближе всех от него. Его отбросило взрывной волной, которая достала и меня, и всех ребят. Никто не смог устоять на ногах. Я тут же вскочил. Кругом были пыль, дым и запах гари. Видимость минимальная, но я попытался найти хоть кого-то из ребят. В поднявшемся смоге вместо знакомых фигур я увидел силуэт кого-то огромного. Тут же послышался крик. Я не понял, чей это голос, вопль полнился неподдельным страхом. Человек орал, как обезумевший, но силуэт заслонял мне происходящее. Я лишь заметил, как существо сделало резкое движение, после чего крик сразу стих. Пришелец проткнул одного из наших чем-то острым и, хромая, направился, должно быть, на поиск оставшихся в живых людей.

– Эми! Фред! – закричал я в пустоту. – Он идёт, убегайте!

Я сам побежал. На дороге лежал человек. Он не двигался. Это был один из наших, Салли.

– Эй! Эй, очнись!

Я тряс его в надежде, что он без сознания и вот-вот очнётся.

– Нужно убираться отсюда!

Вдруг я почувствовал чьё-то присутствие рядом. Обернулся. Силуэт пришельца будто материализовался за моей спиной и уже замахивался. Я отскочил в сторону. Клинок угодил в лежащего на земле Салли. Через мгновение существо убрало оружие и резко схватило меня за горло.

Строением тела оно походило на человека. У него было две руки и две ноги. Хотя я и терял сознание, но всё же увидел, что существо одето во что-то похожее на броню или доспехи.

Сжимая моё горло, существо будто наслаждалось моей беспомощностью и тем, как жизнь медленно уходит из меня. Когда в глазах потемнело, а конвульсии из-за удушья усилились, хватка существа неожиданно ослабла. Я рухнул на землю. Как оказалось, Дэйв врезал пришельцу битой по голове, отчего у этой твари слетела маска.

Я увидел морду пришельца. Нос состоял из двух небольших отверстий. А рот располагался на подбородке и скрывался за огрубевшим кожаном наростом. Тело было тёмно-серого цвета. Вместо волос свисали несколько отростков, напоминающих змеиные хвосты. Они шевелились. Два глаза с жёлтой радужкой и красным продольным зрачком тускло светились и ещё недавно контролировали происходящее. Но сейчас существо было дезориентировано: удар оказался довольно мощным. Дэйв вложил в него всю свою силу. После второго удара существо зарычало. А зрачки поменяли оттенок на бордовый.

Я не мог окончательно прийти в себя после удушья, не получалось даже встать на ноги. Дэйв сделал очередной замах. Но в этот самый миг из щитка на руке твари выскочило острие, пронзив живот парня. Дэйв захрипел. А пришелец поднялся с колена. И острием другой руки отсёк Дэйву голову. Она отскочила, подняв облако пыли. Тело же осталось стоять и только после нескольких выбросов крови из перерубленной шеи рухнуло вниз.

Я закричал. Осознание того, что я следующий, пришло сразу. Попытка убежать не увенчалась успехом. Как только я вскочил, пришелец снёс меня ударом ноги в спину. После этого тело будто не слушалось. Пришлось ползти. Существо же преследовало меня. Неспешно. И даже играючи. Я услышал, как с характерным звуком оно выпустило острие. Затем увидел стоящую в стороне Эми и посмотрел на неё в последний раз. Она зажимала ладонями рот, чтобы не закричать и не привлечь его. Неожиданно прозвучал выстрел. Я обернулся, и пришелец упал рядом, чуть не придавив меня…

Через десять минут мы ехали в военной машине. Солдат что-то говорил о том, что один из лётчиков сообщил о нескольких гражданских недалеко от базы. Им пришлось реагировать немедленно. Солдат понимал, что они опоздали, но тем не менее им удалось спасти несколько жизней. Он говорил что-то ещё, но я уже не слушал. Я смотрел на ребят. Все, кто выжил, сильно пострадали. Меня чуть не задушил пришелец. Эми поранила руку и была в шоке от того, что видела, как чуть не умер я и как погиб Дэйв. Фред сильно ударился головой, когда корабль пришельцев упал рядом и его отбросило взрывной волной. Ещё двое – Ронни и Кит – сидели рядом в крови и пыли. У каждого из нас взгляд казался безжизненным. Столько потерь! Столько всего плохого приключилось с нами за последние сутки! Мужчина из квартиры, имя которого мы так и не узнали, погиб, Дэйв тоже. Перед тем, как напасть на меня, существо расправилось с Чино. Салли тоже мёртв.

Я обратился к солдату:

– Двое от нас отделились. Сейчас они в городе.

– Почему они не пошли с вами?

– На окраине живут их родители.

– Нужно их забрать, – встряла Эми.

– Нет, юная леди. Мы туда не поедем. В городах сейчас слишком опасно. И, скорее всего, ваши друзья уже мертвы.

– В городах? – переспросил Фред. – Вы сказали «в городах»?

– Да, ползучие твари заполнили густонаселённые города. Ближайшие от нас точно. Про остальные мы не знаем, но, скорее всего, они и там.

– А кто тогда были эти? – спросил один из наших, имея в виду упавший корабль и выжившего пришельца.

– Судя по всему, на Землю вторглось два вида пришельцев.

– Если бы я этого не видел, то не поверил бы, – тихо поделился мыслями Фред.

– Постойте! – вспомнила Эми. – Есть ещё наши! Возле моста. Наш автобус упал в каньон от взрыва. Почти все, кто были внутри, выжили. Я уверена, что они ещё там! Прошло не так много времени.

– Мы сообщим об этом капитану. Если есть шанс вытащить их, мы это сделаем. А сейчас нам необходимо доставить вас на базу.

Никто не был против. Мы сильно вымотались. Нам хотелось побыстрее оказаться в безопасном месте.

– Извините, – после паузы обратился Фред к военному, – но мне кажется, пришельцы летели в сторону вашей базы.

Солдат улыбнулся, пытаясь казаться уверенным и спокойным.

– Пока самолёты способны нас защитить. А если пришельцы захотят напасть наземными силами, то тут вступим мы… Не переживай, парень. Вы под защитой.

Нас сопроводили в ангар для гражданских. Здесь было очень много людей. Видимо, их собрали со всей округи и ближайшего города. Правда, идея содержать всех людей в нескольких ангарах казалась плохой. Если бомбардировка повторится – потери будут катастрофическими. Но кроме ангаров ничего подходящего для размещения людей не было.

Сопровождающий обратился к нам:

– Ребят, назовите свои фамилии. Мы их объявим по громкой связи. Если ваши родители или родственники здесь, они откликнутся.

Мы представились. Через минуту мы, как и все собравшиеся на этой базе, услышали свои фамилии. Также женщина сообщила о нашем местоположении.

Вскоре из комнаты управления вышла сотрудница.

– Подождите немного здесь, – сказала она. – Если никто не придёт в ближайшее время, не расстраивайтесь, ведь ваши родные могут быть в другом месте.

Мы промолчали. Сотрудница улыбнулась и скрылась за той же дверью.

Без лишних слов мы понимали, что это не единственная причина, по которой родителей может не оказаться здесь…

Через пару минут к нам подбежал мужчина.

– Только что объявили, что здесь мой сын! – нервно протараторил он.

Солдат увидел бегущего навстречу Ронни и пропустил мужчину. Отец и сын обнялись. Мы были рады за них. Мужчина хотел увести сына к своему месту пребывания, но Ронни остановил его и предложил:

– Давай дождёмся, когда заберут других ребят!

– Если ты этого так хочешь, то мы можем немного подождать.

Ронни хотел убедиться, что за нами тоже придут. И его отец сразу понял, насколько эту важно сыну. Вскоре пришли родители Кита, а затем и мои. Мама и отец оказались здесь! Я был счастлив, что они живы. Родители сказали, что хотели вернуться в город и дождаться там меня, но военные принудительно доставили их сюда.

Все вместе мы прождали ещё какое-то время, и папа Ронни вновь предложил вернуться к своим вещам. Мальчик посмотрел на нас. Мы все покивали головами, давая понять, что пора прощаться. Вскоре и Кит вместе со своими родными ушёл. Мы обнялись и пообещали встретиться, как только всё закончится.

Родители Фреда и Эми так и не появились.

– Честер, – сказала мама, – если хочешь, мы можем взять твоих друзей с собой.

Я посмотрел на Эми. Из её глаз текли слёзы. Тяжело осознавать, что ты остался совсем один.

– Я буду ждать здесь! – твёрдо заявил Фред. Он шмыгнул носом и добавил: – Я знаю, они придут. Они живы. Живы!

Фред не мог скрыть подступающие слёзы. Он присел, сжав лицо ладонями. Эми и я подошли к нему.

– Возможно, наши родители сейчас в другом месте, – сказала Эми. Она опустила голову, понимая, что это маловероятно.

– Знаю! – рыкнул Фред. – Но я буду ждать их здесь!

– Эми! – позвал я. – Ты пойдёшь с нами?

– Да.

– Фред?.. Мы можем потеряться!

– Я останусь здесь и попрошу ту женщину сообщить мою фамилию ещё раз. Возможно, они просто не расслышали.

– Фред, – заговорил мой отец. Он знал, что мы дружили. – Ты можешь нас найти позже, если захочешь. Мы будем у семнадцатой платформы. Спросишь у солдат, где это, и они покажут.

Фред промолчал. Он всем видом старался показать, что не сломлен, что твёрд и решителен. Мы не стали его уговаривать. Фред сам должен осознать, что всё изменилось.

Мы пришли к месту, где находились вещи моей семьи. Небольшая палатка была установлена прямо на полу. Наверное, в сложившихся обстоятельствах это было самое удобное место, чтобы выспаться. Мама дала Эми свою одежду. Она закрылась в палатке, переоделась и вышла. Кофта оказалась ей велика, но и в ней Эми была красивая. Она поблагодарила за одежду, и родители решили нас покормить.

Наступила ночь. В ангаре приглушили свет. Все расположились, кто как мог. Кто-то прямо на вещах. Кто-то, как мы, в палатках. Я и Эми забрались внутрь. Родители уступили нам, а сами остались снаружи…

Мы не могли вернуться домой. Возможно, наш дом вообще был разрушен. Родители Эми пропали. А Фред так и не объявился. Надеюсь, кто-то за ним всё-таки пришёл. Но даже здесь, под крышей и под охраной военных, мы не были в безопасности. Чувство бессилия пожирало меня изнутри, – ведь я даже не представлял, что делать, если они нападут вновь, Я смотрел в потолок, размышляя о происходящем. Повернувшись на бок, я заметил, что Эми тоже не спит. Ей приходилось тяжелее, чем мне, но она держалась. Эми была храброй. Она тоже повернулась ко мне и взяла мою ладонь в свою. Мы еле заметно улыбнулись друг другу. Надежда, что всё будет хорошо, теплилась в нас. Лишь почувствовав поддержку Эми, я смог уснуть.

Резкий звук заставил проснуться. Я не сразу понял, что сработала сирена. Мы выбрались из палатки. Мои родители в спешке собирали вещи. Люди вокруг суетились, бегая и что-то крича. В одно мгновение хаос и паника поглотили это место. Кто-то побежал на выход, другие продолжали собираться, третьи потеряли своих родных и метались в их поиске. За окнами под потолком ангара занимался рассвет. Из динамиков раздалось:

– Внимание! База подверглась нападению! Сохраняйте спокойствие и оставайтесь на своих местах!

Голос в динамиках не внушал уверенности. Эми уже помогала родителям, а я находился в ступоре, не представляя, что делать дальше.

– Куда мы пойдём? – спросил я.

– Подальше отсюда, – отреагировал отец. – Они и дальше будут нападать на скопления людей. Военные нас не смогут защитить.

– Поэтому нам лучше быть одним, – поддержала мама. – Попробуем добраться до фермы Курта.

– До дедушки? Но вы же с ним не общаетесь!

– На кону наши жизни, Честер. У нас нет выбора.

Мы собрали всё, что смогли, и вместе с потоком людей направились к выходу. Практически никто не прислушался к обращению из динамиков. Большинство хотело поскорее убраться отсюда и оказаться как можно дальше.

У выхода я услышал сильный шум. Потом увидел горящий самолёт военных. Истребитель рухнул на соседней ангар. Гражданские выбегали и из него. Но, судя по всему, внутри ещё оставались люди. Паника усиливались. Люди сходили с ума. Смерть витала в воздухе. Каждый это чувствовал и каждый хотел убежать от неё. Под слившиеся в один звук крики испуганных людей ангар напротив горел. Огонь поглощал не только строения, но и жизни оставшихся внутри. А через мгновение упавший истребитель взорвался, осветив всё вокруг. В этот момент я посмотрел вверх. В небе завис огромный корабль пришельцев. Раньше в темноте его не было видно. Небольшие корабли летали рядом, отбивая атаки наших истребителей.

Мы держались за руки. Я не отпускал Эми, а она маму. Впереди шёл отец. Я крепко сжимал его ладонь. Мы не могли себе позволить потеряться в этом хаосе. Людей вокруг было слишком много.

На улице послышались выстрелы и взрывы. Это означал одно – пришельцы проводят наземную атаку. И, судя по шуму, захватчики близко. Паника не давала возможности рационально мыслить, понять, где можно укрыться, хотя бы на время, или в какую сторону безопаснее бежать.

Кругом сновали военные. На их лицах был написан страх, как и у большинства гражданских. Стало ясно одно: дело совсем плохо. Мы услышали сильный шум сверху. Практически над нашими головами завис небольшой летательный аппарат. Он не походил на те, которые сбивали истребители, но и отличался от огромного, флагманского корабля. И, кажется, он снижался. Через несколько секунд объект сел посреди базы, не встретив сопротивления военных.

– Почему солдаты их не атакуют?! – громко спросил я.

– Все военные бегут, – ответил отец. – Они проиграли!

Из корабля выбрались такие же пришельцы, как и тот, что напал на нас на подходе к базе. Каждый из них был в броне.

Мы забежали за угол какого-то здания. Отец подобрал для самообороны кусок вырванной взрывом трубы, и мы продолжили поиск безопасного выхода с базы. Через несколько шагов мы услышали чей-то тихий голос. Заглянули за один из ящиков. Это был истекающий кровью солдат. Он сидел на земле, прислонившись к стенке коробки, и пытался связаться по рации с кем-то из своих. Парень отложил средство связи и умоляюще прошептал:

– Помогите мне…

Отец пристально смотрел на него какое-то время, а затем сказал:

– Мы не в силах тебе помочь… У тебя слишком серьёзное ранение, и я не могу лишний раз рисковать семьёй из-за тебя.

Он опустил взгляд. Солдат понимал, что отец говорит правду.

– Но позволь, я заберу оружие.

Парень что-то невнятно прохрипел. Отец передал мне трубу, а сам подобрал с земли автомат и достал из кобуры пистолет вместе с обоймами.

– Это не п-поможет, – прошептал солдат, когда отец вновь извинился за невозможность помочь.

– Я должен защитить семью.

– Когда они в б-броне… пули не берут.

– Нам нечем больше обороняться… Ладно, – отец посмотрел на всех нас и сказал: – Нужно двигаться дальше.

Перед уходом я бросил взгляд на умирающего парня. Каждый из нас в любой момент мог оказаться на его месте. Это потрясало.

Перебегая от здания к зданию, мы увидели женщину. Она бежала, постоянно оборачиваясь. Её явно кто-то преследовал. Отец показал жестом, что необходимо остановиться. Мы пригнулись и через секунду увидели, как пришелец, преследуя, что-то бросает в неё. Через мгновение тело жертвы обуглилась, словно её облили большим количество кислоты. Сделав еще несколько шагов женщина замертво рухнула на землю.

Человечество истребляли. Самым жестоким образом. Складывалось ощущение, что базу взяли в кольцо. Мы же искали выход из окружения.

Отец посмотрел на нас и сказал:

– Что бы ни происходило, не кричите. Не привлекайте внимание.

Несколько лет службы в полиции не прошли даром. Отец знал, как действовать в случае опасности. Правда, сейчас всё было куда сложнее. Враг одерживал победу. А папе приходилось делать всё возможное, чтобы сохранить нам жизнь.

Отец показал на здание и шёпотом сказал:

– Сейчас мы забежим внутрь… Готовы? – Он посмотрел по сторонам и одними губами произнёс: – Вперёд!

Как оказалось, мы забежали на склад с провизией. Внутри отец забрал у меня трубу и заклинил с её помощью дверь. Мы прошли вглубь. Вдруг Эми вскрикнула. Она шла первой и испугалась прячущихся здесь людей. Они тоже решили засесть тут, чтобы пережить нападение.

– Нам нужно остаться здесь, пока на улице не стихнет, – предложила мама.

Отец посмотрел на нас, размышляя. Бежать по пересечённой местности было слишком опасно. Люди – лёгкая мишень на открытых участках. На складе же хотя бы защищали стены.

– У нас нет другого выбора, – согласился он.

Неожиданно в закрытую дверь забарабанили. У всех душа ушла в пятки, но когда раздались человеческие голоса, мы немного успокоились.

– Откройте! Откройте!

Отец разблокировал дверь и внутрь забежали двое перепуганных солдат.

Заклинив дверь вновь, он спросил:

– Они вас видели?

– Откуда нам знать! – в истерике выпалил один из забежавших.

– Думаете, они будут преследовать?! – нервозно спросил второй.

– Надеюсь, что нет. Мишеней пока хватает.

– Нужно проверить другие двери, – вспомнив о других выходах, сказал солдат. – Пока это не слишком поздно…

Когда двери были заблокированы, мы собрались в одном помещении: четверо нас, двое солдат и трое других гражданских. Мы слушали. Взрывы и выстрелы раздавались всё реже и реже. Крики тоже стихли через некоторое время.

– Нужно что-то придумать на случай, если они ворвутся, – заговорил солдат.

– И что ты предлагаешь?

– Мы можем сделать пару растяжек. Гранаты у нас есть.

– Не думаю, что это хорошая идея. Взрыв сможет убить одного, но на шум придут другие. И тогда нам точно не выжить.

– Нужно прятаться, просто прятаться, – встрял худой мужчина. – Ни растяжки, ни автоматы не помогут.

– Скорее всего, это так, – согласился отец.

– А что мы будем делать, когда они проберутся сюда?

– Ничего. Нам ничто не поможет, если нас обнаружат…

Мы с Эми сидели на большой коробке с сухпайками, слушая разговор взрослых.

– Мы не сможем выбраться, – тихо заговорила она.

– Почему ты так считаешь?

– Даже если мы выберемся отсюда, что дальше?

– Будем пытаться выжить, пока они не улетят к себе. У нас нет выбора, – сказал я.

После паузы она продолжила:

– Как думаешь, для чего они убивают нас?

Я задумался.

– Даже не знаю. Но какая-то причина должна быть.

– Возможно, ты прав, но я не могу даже предположить, какая именно.

– Мы никогда этого не узнаем…

Мы просидели в здании ещё около часа. Периодически слышались звуки пролетающих кораблей. Наверное, они отлавливали тех, кто всё же смог убежать за пределы базы. Но в какой-то момент всё окончательно стихло. Появилась надежда, что все корабли улетели. Появился шанс выжить.

Неожиданно сверху послышался звук разбивающегося стекла. Небольшие круглые объекты влетели в здание через окна. Мы тут же разбежались. Спрятались, где только можно. Летательные аппараты пришельцев быстро распределились по зданию. Никто не решился стрелять по ним. Слишком громко. Слишком много внимания привлекут выстрелы. Мы не знали, чего ожидать от этих устройств.

Через минуту они скрылись, покинув здание тем же путём.

– Папа, – прошептал я, – кажется, это дроны.

– Возможно, сынок, возможно.

Прогремел взрыв. Меня оглушило. В ушах свистело, а поднявшиеся пыль сильно ограничила видимость. Мы с Эми смогли отбежать, но никого больше не видели поблизости. Только слышали крики.

Мы не знали, как нам быть. Чувствовали: наша жизнь вот-вот оборвётся. И ничего не могли с этим поделать.

Вскоре увидели нескольких пришельцев. Они какое-то время смотрели на нас, а затем подняли оружие. Последнее, что я помню, – это как закричала Эми.

Часть 2. Ломая волю

Я проснулся. Лениво потянулся и посмотрел на Эми. Она открыла глаза, почувствовав мой взгляд. Мы почти одновременно улыбнулись друг другу. Просыпаться каждое утро с любимым человеком – это ли не счастье! Мы немного повалялись в кровати. Первой решила подняться Эми. Она поцеловала меня и тихо сказала:

– Пора вставать, а то мы так всю жизнь проспим!

Она прекрасна, и у неё просто волшебный голос. Такой нежный. Его хочется слушать вечно.

– Нас ждёт, – я вновь потянулся, лежа в постели, – отличный день!

– Именно поэтому пора его начать как можно скорее!

Эми накинула халат и ушла в другую комнату.

Вскоре с кровати поднялся и я. Оделся, вышел на террасу с кружкой горячего чая и сел в кресло.

– Привет, Честер! – Донеслось с противоположной стороны улицы. Это был наш сосед Макс. Он жил вместе с супругой по имени Гвэн.

– Привет-привет! Опять газон косишь?

– Да вот решил с утра этим заняться!

– Ты так часто этим занимаешься, что трава не успевает расти!

– Всё нужно делать заранее, Честер! И косить траву тоже!

– Я запишу эти мудрые слова, – пошутил я. Макс улыбнулся и продолжил заниматься своим делом.

Допив чай, я зашёл в дом. Эми работала над очередной картиной.

– Ты постоянно рисуешь такую красоту и даже…

– Тебе правда нравится? – перебила она.

– Очень!

– Я рада.

– Куда ты их убираешь? Я не вижу ни одной картины в доме!

– Я отношу их в гараж. Там уже целый склад.

У нас не было машины. Видимо, поэтому Эми решила заполнить пустующую площадь своими творениями.

– Нужно выбрать несколько и развесить по дому.

– Думаешь?

– Уверен!

– Я очень даже не против!

– Договорились. Как вернусь со смены, сразу же займёмся отбором лучших картин!

Я чмокнул Эми в губы и направился в гардеробную. Переодевшись, вышел на улицу. Казалось бы, совмещать должности продавца и директора крохотного магазина – не совсем перспективное дело, но я не переживал по этому поводу. В моей жизни всё было замечательно. Тем более, место труда находилось в пяти минутах ходьбы. Я открыл магазин и присел на стул возле кассы, почитывая газету в ожидании клиентов.

Вскоре зашёл первый.

– О, Честер, ты, как всегда, на посту! Всё никак не подыщешь себе помощника?

– Да вроде я и сам неплохо справляюсь!

– Это уж точно!

Молодой человек выложил товар на ленту. Я пробил его.

– Три семьдесят пять.

Клиент передал деньги и вышел из магазина.

Сегодня покупатель – это редкий гость. Я просидел несколько часов в одиночестве. Безделье утомляло. В какой-то момент я задумался над тем, как же однообразно я живу. Практически каждый день я работал в магазине. Вечером приходил домой. Мы ужинали и ложились спать. Лишь редкие встречи с друзьями и соседями разбавляли однотипные дни. Обычно мы ходили в гости, но в этот раз я запланировал барбекю в выходной день у себя во дворе. Позову всех, с кем в хороших отношениях. Только, наверное, не буду звать Фреда. Он в последнее время сам не свой. Даже не знаю, как его терпит Отеп. Они хорошая пара, но Фред какой-то… нестабильный, что ли.

Когда смена закончилась, я закрыл магазин и направился домой. На улице было пасмурно. В принципе, как и всегда. Я не помню ни одного солнечного дня. Но сейчас нужно думать не об этом. Нужно как-то уговорить Эми сделать небольшую вечеринку во дворе. Думаю, она не будет против, если я предложу помочь ей с посудой. Эми не любит мыть грязную посуду, говорит, что она склизкая и оттого противная.

Я не спешил, размышляя о предстоящем разговоре с женой. Машинально посмотрел в сторону и заметил на противоположном тротуаре силуэт. Я не мог разглядеть его. Мужчина стоял в тени, прикрыв лицо капюшоном. Я насторожился. Обычно у нас в городке так себя никто не ведёт. Я смотрел на него, не отрывая взгляд. Тип был слишком странным. Но вдруг он начал переходить дорогу. И я наконец разглядел лицо. Это был Фред.

«Лучше пока ему не говорить о моей идее про барбекю», – подумал я.

– Фред! Ты чего здесь?

– Тебя жду, – как-то отрешённо сказал он, после чего добавил: – друг.

– Зачем?

– Даже не знаю, с чего начать. Я давно хотел с тобой поговорить, но никак не решался.

– Ты в последнее вр… – хотел высказаться я, но он тут же прервал меня.

– Знаешь, Честер, я почему-то не могу вспомнить, как переехал в этот город. Каким чудом оказался здесь ты? И мне до жути интересно… Ты сам-то знаешь, как здесь очутился?

– Конечно! – бодро начал отвечать я, – когда мы поженились, я предложил Эми…

Я остановился из-за неспособности вспомнить этот момент. Ни переезда, ни, как оказалось, дня свадьбы, я не помнил. Меня это насторожило, но я не захотел показывать, что Фред застал меня врасплох. Не было желания становиться таким же странным.

– Слушай, – перевёл я тему. – Давай мы завтра поговорим, а то я немного устал сегодня.

– Ты просто сидел на месте несколько часов, Честер. От этого не устают.

– Ничего неделанье тоже утомляет! – С улыбкой сказал я в попытке разрядить обстановку. – Поверь мне.

– А ты помнишь, как познакомился с Эми?

Фред не отставал.

– Мы познакомились с ней ещё в школе, – без раздумий выпалил я. Этот ответ дался мне легко.

– Хорошо, что ты не забыл и это.

– Иногда мы что-то забываем, а иногда что-то помним до конца жизни – это нормально.

– Дело не в этом, друг.

– Тогда в чём? – Фред начинал меня злить.

– Ты же понимаешь, что нам сейчас под тридцать.

– Так. И что?

– И мне просто нужна твоя помощь, но для начала попытайся вспомнить, – Фред повысил голос, – свои последние десять лет. Как незаметно для нас прошло столько времени после аварии автобуса. Ты же помнишь это? Помнишь, как на Землю напали пришельцы?

– Да! – вспыхнул я и тут же осёкся: – Я помню время, когда нам всем было тяжело. Я потерял родителей. Как и ты, Фред. Как и Эми. Нам всем было тогда мучительно больно. Но этот период жизни прошёл. Мы пережили его и теперь спокойно живём. Не вздумай про него напоминать Эми!

– Так чем закончилось то вторжение? Чем?! Я лично не имею понятия. А ты? Ты помнишь, как мы пережили тот кошмар?

Я попытался успокоиться. Пауза продлилась достаточно долго.

– Честер, – вновь начал Фред, – ты ни хрена не помнишь. А я… Я, кажется, всё понял. Но мне нужна помощь. Мне не справиться одному.

– Так в чём тебе нужна помощь? – прорычал я. Почему-то я злился на него.

– Понять, что с нами происходит и где мы, чёрт побери, находимся!

Я наигранно огляделся вокруг.

– Мы находимся здесь, у себя в городе, и мне плевать, что тебе там мерещится! Пойми, Фред, у тебя проблемы, – я постучал пальцем себе по лбу, – с головой. И с этим я готов тебе помочь!

– Недавно я увидел на теле Отеп шрамы. Как после кесарева. Я знаю, как они выглядят, Честер. Знаю. И, судя по всему, моя жена рожала. Но я не помню, что у нас были дети!

Я задумался. Выдохнул, выпуская напряжение вместе с воздухом, и задал вопрос:

– Ты спрашивал у неё об этом? Возможно, она просто скрыла от тебя рождение ребёнка. Вы же сошлись позже нас.

– Да, я спрашивал её.

– И что она сказала?

– Сказала, что не помнит, откуда у неё этот шрам.

– Скорее всего, она просто скрывает своё прошлое.

– Я верю ей.

– Хорошо, Фред! Хорошо. Я помогу тебе. Мы пойдём в другой город. И найдём тебе там больницу, и я запишу тебя на приём к психологу. Такая помощь тебя устроит?

Фред ухмыльнулся. Он точно что-то задумал.

– А это неплохая идея! Только вот почему мы должны идти пешком? Задумайся, где все машины? Где вся техника? – Говорил он, стуча себе по виску, так передразнивая меня. – Подумай об этом!

Он повернулся и побрёл в сторону своего дома. Фред будто понимал: мне нужно время, чтобы задуматься над, казалось бы, обычными вещами. И я ничего не сказал ему вслед. В этот момент моё подсознание боролось с мнением Фреда. Искало ответы на его вопросы, о которых я, как и многие другие, не задумывался.

Перед входом в дом я постарался отвлечься от разговора с другом. Войдя, я тут же объявил:

– Дорогая, я дома!

– Привет любимый! – раздалось из ванной. – Я сейчас! Пройди пока на кухню. Там тебя ждёт сюрприз.

На столе был приготовлен ужин. Со свечами. И даже с воздушными шариками.

– Дорогая! Кажется, я забыл о нашей годовщине?!

Спустя несколько секунд Эми появилась в шикарном платье.

– Нет, – с улыбкой произнесла она. – Пир приурочен к другому важному событию.

Я постарался выразить недопонимание мимикой. Эми не стала томить и сказала:

– Скоро ты станешь отцом!

– Ты серьезно?!

– Абсолютно.

Улыбка не сходила с её лица.

– Я… – слова путались, я был растерян. – Рад. Безумно рад!

Я подбежал к ней. Мы обнялись. Я почти заплакал от счастья.

Когда эмоции немного остыли, мы поужинали, а затем перебрались в комнату. Эми сняла платье. И мы занялись любовью.

Мы лежали в кровати голышом. Гладя её живот, я машинально опустил взгляд, приговаривая:

– Скоро я стану отцом...

Я сосредоточил внимание на животе Эми. Шрам. Внизу живота был шрам. Господи! Почему я не замечал его раньше? Откуда он вообще взялся?

– Честер! Что с тобой?

– Эми… – Я не понимал, стоит ли задавать вопрос, от которого она будет в шоке. Она может испугаться не меньше меня. А вдруг она что-то знает? Но тогда почему не в курсе я? Лучше прийти в себя и спросить откуда этот шрам позже. Когда я успокоюсь.

– Честер… Ты изменился в лице.

– Знаешь, я… Я рад, что у нас будет ребёнок…

Наступило утро. Горячий чай. Макс косил газон. Эми рисовала картину. Увидев её за работой, я тут же вспомнил о картинах в гараже. Чуть позже нужно зайти туда. Присмотревшись к рисунку, я решил заслуженно похвалить Эми.

– Дорогая, у тебя редкий талант!

– Тебе нравится эта картина?

– Она шикарна!

– На меня снизошло вдохновение. Захотелось нарисовать утёс, маяк и большие волны на фоне пасмурного неба.

– М-маяк?

– Ну да! – Она указала место на холсте, где был нарисован водопад. – Его свет падает на облака. А здесь я нарисую корабль.

Я посмотрел на неё. Видимо, мой взгляд насторожил её.

– Да что с тобой творится?

В этот момент я почувствовал, что меня сейчас вырвет.

– Просто… Просто у меня слегка закружилась голова.

Я рванул в ванную, где меня стошнило. Вытершись рукавом, я решил, что пойду в гараж. Немедленно.

– Дорогой, ты куда?

– Всё хорошо, Эми. Я на работу, – соврал я.

Перед выходом я увидел, как Эми недоумённо смотрела в мою сторону. Наверное, я так же глядел на Фреда ещё вчера.

Я вошёл в гараж с улицы. И тут же застыл от удивления. Помещение оказалось пустым. Полностью пустым. В нём было ровным счётом то, что и во всех гаражах. Ящики, немного техники и разный хлам. Личного автомобиля не было. Как и картин. Ни единой картины в гараже.

Мне нужно подумать. Пройтись по улице и подумать, как такое возможно. И нужно зайти к Фреду. Рассказать ему обо всём, что сводит меня с ума. Но позже. Я зайду позже. Сначала нужно успокоиться и постараться начать логически рассуждать. Всему ведь должно быть объяснение…

За всё то время, пока я добирался до работы, мне в голову не пришло ни одного воспоминания. Почему я и Фред не помним многих событий?

Я не мог сидеть на одном месте. Необходимо было всё выяснить. Я закрыл магазин. Через десять минут я стоял на пороге дома Фреда. Я поднёс палец к звонку и вдруг остановился.

«А может, к чёрту всё? Может, лучше просто жить дальше? Ведь всё и так хорошо! Зачем задаваться ненужными вопросами? Нет! Я должен выяснить: схожу я с ума или здесь действительно творится что-то странное!».

Я нажал кнопку. Звука не было, и я постучал. Фред открыл. Я сходу заговорил:

– Если ты знаешь что-то ещё, то ты обязан мне рассказать!

Фред покачал головой:

– Пройди в дом. Нам есть, о чём поговорить.

Едва мы успели присесть, как Фред во весь голос произнёс:

– Я же говорил, что мне удастся его вразумить!

В этот момент он мне напомнил того юного Фреда, для которого выкрикнуть что-то или совершить какую-ту глупость было плёвым делом. Вскоре я понял, что Фред обращался к Отеп. Она была в гостиной.

– Я думала, он примет тебя за психа, – обыденно отреагировала она.

– Так и было, милая. Так и было.

– Ты посвятил жену в свои… – я не сразу подобрал слово, – странности?

– Да, теперь в городке три психопата. – Он машинально поправил что-то на голове. Будто на нем был какой-то головной убор. В этот момент я вспомнил, что в юности Фред постоянно носил красную кепку. Сейчас её не было, но привычка поправлять осталась еще с тех пор. – Правда, Отеп всё-таки лучше меня играет роль нормального человека.

– Фред! – я поскорее хотел вернуться к основной теме. – Мне нужно знать всё!

– Я знаю не так уж и много, – признался друг.

– Как ты понял, что здесь что-то не так? – обратилась ко мне его девушка.

– Когда увидел шрам внизу живота Эми.

– И всё?

Я задумался. Фред подбодрил меня:

– Ну же, друг, говори. Что ещё заметил?

– Она рисует… И на полотне мы видели совершенно разные картины.

Фред покивал головой и продолжил тему:

– Как-то мы слушали музыку. И обратили внимание на разный такт. Она, – Фред указал на свою подругу, – слышала одно, – я другое. Мы даже поссорились из-за этого, а потом, так как моя девушка умнее меня, Отеп предложила идею. Мы подошли к соседу, и он сказал, что слышит. Это было вообще что-то третье.

– И как это можно объяснить? – спросил я.

– Не знаю. Но когда ты сказал, что сопроводишь меня в другой город, я задумался. А что, если нам и вправду попробовать выйти за пределы нашего городка? Ведь никто не был за его границей.

– Хорошо! – без раздумий ответил я. – Мы выдвинемся завтра утром. На всякий случай я предупрежу Эми о задержке на работе.

– Договорились! – с воодушевлением сказал Фред. Наверное, он не ожидал, что я соглашусь на это так быстро. – Мы будем тебя ждать!

На следующее утро я свернул с привычного маршрута и направился к Фреду и Отеп. Они уже были готовы, и мы сразу же отправились в путь. В дороге я неожиданно осознал: раньше не задумывался о том, что никакого транспорта в округе нет. Его не было в нашем городке, я ни разу не заметил вертолётов или самолётов, не было рельс, даже велосипедов. Мы прекрасно помнили, как выглядело всё, что летает, ездит и плавает. Но ничего подобного здесь мы не встречали. Версий, куда пропал транспорт, не было. Единственное, на чём мы сошлись, это то, что скоро доберёмся до другого поселения и всё выясним.

Дорога не кончалась, а пейзаж практически не менялся. Вдоль асфальта виднелись крутые холмы и редкие деревья.

По мере продвижения мы начали ощущать сонливость и сильную усталость. Мы шли около часа, и такое утомление казалось необычным. Как будто поднимались на вершину высокой горы. И чем дальше мы шли, чем хуже себя чувствовали. У меня начались головные боли. Как оказалось, у Фреда и Отеп они тоже были. Спустя несколько минут ходьбы боль в голове усилилась.

– Давайте немного передохнём! – предложил Фред. – Я… Я плохо себя чувствую.

Он сел на камень.

– Не ты один! – Отеп присела рядом. – Ты как, Честер?

– Хуже некуда.

– Очередная странность! – заявил Фред. – Ведь это же ненормально?

– Да. Чем дальше мы идём, тем хуже себя чувствуем, – пытался рассуждать я.

– Будто город нас не отпускает, – предположила Отеп.

– Или что-то ещё, – медленно сказал Фред.

– Честно говоря, – призналась девушка, – я хочу вернуться обратно. Мне… становится страшно.

– Давайте попробуем пройти ещё немного. К чему-то же мы должны прийти!

– Да, – с тяжёлым вздохом поднялся Фред. – Нужно… – он покашлял, – двигаться вперёд.

Мы продолжили путь. От былого энтузиазма не осталось и следа. Мы брели, шатаясь, будто шли не пару часов, а целые сутки. Через несколько минут к боли добавилось головокружение. В ушах стоял шум, а ноги начали заплетаться.

– Мы не сможем пройти дальше, – тихо произнёс я и остановился, не услышав реакции.

Я обернулся. Друзей не было рядом.

– Что за…

Я проморгался. Вытер пот со лба. Присмотрелся. Отеп лежала на земле. Рядом, совсем в плохом состоянии, сидел Фред. Он пытался разбудить её. Но через несколько секунд свалился сам.

Я подошёл к ним. Медленно. Сил совсем не было.

– Фред! – задыхаясь, обратился я к другу. – Очнись! Мы идём обратно. Ты только очнись! Я… Я же не дотащу вас!

В глазах всё плыло. Голова закружилась так сильно, что я потерял равновесие. Во время падения в голове у меня что-то щёлкнуло, и я на мгновение увидел не поддающееся объяснению окружение. На миг мне показалось, что вокруг не бесконечная асфальтовая дорога и природа, а что-то огромное и живое. Вместо крутых холмов и деревьев – склизкая поверхность с органическими столпами. Земля и дорога были покрыты прилипающей к ступням слизью. Мир вокруг напоминал внутренности гигантского существа.

Через секунду всё вернулось на место. Дорога. Холмы. Асфальт. Глаза закрывались. Тянуло в сон. А картина начала то и дело мерцать. С мерзкой и жуткой на обыденную. Кажется, я умирал, даже не понимая причины столь жуткого состояния своего организма.

Будто из глубины небытия глухо раздался женский голос:

– Наденьте на него маску! Срочно!

Несколько силуэтов подбежало ко мне.

Мне приподняли голову. Что-то нацепили на лицо.

– Дыши, Честер! Дыши!

Я не мог понять, что происходит. Тело казалось ватным. Руки и ноги потеряли чувствительность. Слишком долго я был на грани жизни и смерти. Но отчасти я мог осознавать происходящее. Женщина сидела рядом, придерживая на моём лице что-то вроде кислородной маски. Она была одета в странный скафандр. Кажется, я увидел её лицо через прозрачное забрало. Женщина казалась старше меня, и она почему-то улыбалась, внушая всем своим видом, что не стоит переживать. Не стоит бояться, ведь я оказался в надёжных руках. Несколько людей находились поблизости, ещё несколько суетились поодаль. Я не мог повернуть голову, чтобы посмотреть, чем они заняты. Не было сил двигаться. Единственное, что я успел спросить, прежде чем отключился:

– Кто вы?

– Ты сильно удивишься… – она вновь улыбнулась.

Глаза закрылись, и я погрузился в беспросветную тьму.

Пришёл в себя спустя какое-то время. Первое, что я сделал: посмотрел на свои руки. На меня надели такой же скафандр, как и на окружавших меня людях. Я зашевелился. И парень, который, видимо, присматривал за мной, повернулся к скоплению людей и крикнул:

– Профессор Адель, он очнулся!

Они что-то замеряли приборами. Женщина передала предмет помощнику и направилась в мою сторону. Пока она шла, я огляделся – кругом та же пугающая картина, что мерцала перед глазами до потери сознания. Что-то огромное, мерзкое и органическое окружало нас.

Подобие биолюминесцентных отложений было повсюду, это свечение давало возможность разглядеть пространство.

Через несколько секунд женщина, которая ранее держала на мне маску, подошла и спокойно сказала:

– Очнулся. А мы уже собрались транспортировать тебя своими силами. – Я непонимающе смотрел на неё. Так и не дождавшись от меня вопроса, она продолжила: – Моё имя Шарон, фамилия Адель, если тебе интересно. А тебя зовут Честер... И знаешь, мы присматривались к тебе.

– Присматривались? – хрипло спросил я.

– Представляю, каково тебе сейчас, – со вздохом сказала она, посмотрев по сторонам. Женщина понимала моё состояние. Я действительно пребывал в замешательстве. – Но мы будем надеяться, что ты легко адаптируешься. Инъекция успокоительного поможет тебе в этом. Не пугайся. Иголок не будет, так как мы уже сделали её, пока ты… отдыхал.

– Да кто вы, мать вашу, такие?! – озлобленно прорычал я сквозь зубы. Сил хватало только на эмоции. Встать со склизкой поверхности я пока не решался – слишком слаб.

– Все мы учёные, – спокойно отвечала она. – Задача моей группы – следить за рождаемостью и здоровьем людей, которых ты знаешь. И ещё кое за чем.

Она посмотрела на помощника.

– Помоги ему облокотиться.

Парень подошёл и подтянул меня, прислонив спиной к склизкому выступу. Адель продолжила:

– Всех нас держит под контролем… «администратор». Мы их так называем. Эти существа слабы, но распоряжаются своим интеллектом гораздо эффективнее людей.

– Что вы несёте?

– Проще вернуть тебе память, чем рассказывать. Но в таком случае ты попросту свихнёшься. Слишком много тяжело воспринимаемой информации, – пояснила Адель. – Лучше по старинке: из уст в уста. По крайне мере, мы хотя бы тебя подготовим.

– Я ни хрена не понимаю!

– Люди из подобных поселений, что и ты, часто не выдерживают новых правил жизни.

Складывалось ощущение, будто я уже сошёл с ума. Эта женщина говорит полнейший бред! Но что мне остаётся делать? Я могу лишь подыгрывать и задавать вопросы, пока силы окончательно не восстановятся. А после… Когда я выясню, что происходит на самом деле, я обязательно придумаю, как выбраться и помочь всем, кого знаю.

Неожиданно я увидел, что какая-то мелкая тварь ползёт в мою сторону. Это было не насекомое и не животное. Существо двигалось, перебирая крохотными ножками. Когда оно оказалось совсем близко, Адель раздавила тварь ногой, а потом посмотрела на меня. Я был напуган.

– Вообще-то они не представляют угрозы, – начала говорить она, – просто я увидела, как ты занервничал. Оно проползло бы мимо... Таких существ здесь очень много, и их нужно бояться меньше всего.

– Что это за место?

– Мы находимся внутри сверхразумного организма. При желании он может контролировать каждого представителя низшей формы на своей территории. Как ты понимаешь, этими представителями являемся и мы – люди.

Она улыбнулась и продолжила:

– Мир сильно изменился. Как и судьба всего человечества.

– Хочешь сказать, теперь мы все…

– Мы раса, захваченная и находящаяся под контролем кого-то более могущественного. Люди поделены на несколько групп. Кто-то плодит, кто-то становится военными и учёными, а кто-то служит кормом. Одна из задач моей команды – распределение. И за всем этим тщательно следит «администратор». Если кто-то из нас ошибётся, например, допустит среди солдат появление физически слабого субъекта, или среди рожениц не способную к оплодотворению особь, нас наказывают. Стирают память и отправляют в одну из этих каст.

– Надеюсь, что я сейчас просто в бреду, а вы мираж.

– Было бы неплохо… Но боюсь, что это не так.

Я вспомнил про Фреда и Отеп.

– А где… где Фред и…

– Не переживай за них. – Перебила профессор Адель. – Они выжили, и их доставят обратно. Твои друзья ничего не будут помнить.

– Вы сотрёте им память?

– Не мы… Если нужно поработать с небольшим количеством воспоминаний разумных существ, то этим занимается «администратор». За масштабными изменениями сознаний всегда стоит сверхразум. ОН настолько могуществен, что может залезть в голову каждого в зоне его влияния… – Она указала на свой висок. – Сегодня я услышала ЕГО голос в своей голове. И он сообщил, что несколько человек выбрались за территорию поселения. Срочно собрав группу, мы вылетели в указанную область. Как ты мог догадаться, речь о тебе и твоих друзьях.

– Такое ощущение, будто вы говорите о Боге.

– Это так. Только этого Бога мы видим. Он реален. И мы можем к нему прикоснуться. И имя ему Рой. – После паузы она продолжила: – Возможно, ОН наблюдает за нами прямо сейчас...

Единственное, что я понял и во что поверил: всё это какой-то эксперимент.

– Для начала мы покажем тебе жизнь со стороны. Добираться до другого поселения придётся пешком. ОН не приемлет технологии внутри себя. Поэтому мы просто пройдём тоннель и окажемся над небольшим поселением людей. Они не будут нас видеть. Для них мы недоступны.

– Как это возможно?

– Как я уже говорила, мир полностью изменился, и лишь немногим удалось увидеть его настоящим. В отличие от большинства тебе сильно повезло.

– Я не про это. Как одни видят прежний мир, а вы настоящий?

– Подобрать ключики к нашим мозгам несложно. ОН может заставить видеть что угодно, и ты в это поверишь с первых же секунд. Люди в этом плане абсолютно не защищены. Наш мозг не подготовлен к такому воздействию и поэтому не оказывает ни малейшего сопротивления.

– А где мы находимся?

– Точно знаю, что далеко от Земли. В большее нас не посвятили... – Возникла пауза, после которой Адель сказала: – Если ты можешь идти, то нам пора отправляться.

Я с трудом поднялся. Адель скомандовала о выдвижении, и все побрели в одном направлении. Продолжая диалог, мы вдвоём шли позади остальных. Насколько я мог судить, мы направлялись в ту же сторону, куда я, Фред и Отеп планировали. А именно в ближайший городок. В итоге я продолжил намеченный путь, только друзей уже не было поблизости. С первых же шагов пришлось обратить внимание на то, что к обуви постоянно прилипало что-то склизкое, мешая идти. До этого подобных ощущений не возникало. Адель объяснила это тем, что в отличие от голых стоп обувь и одежда сделана из искусственных материалов. Именно поэтому раньше я не замечал сложностей при ходьбе. Органика биома приспособлена для симбиоза с живыми организмами. Ещё нельзя было не заметить, что вся видимая поверхность еле заметно сокращалась. Она была живой.

– Почему кислород не везде? – спросил я.

– Сверхразуму под силу создать условия практически для любых организмов. Выработка необходимого для жизни воздуха в определённой зоне – не самое сложное для него. Нужный химический состав для дыхания ОН создаёт сам, тем более, образец был. Сверхорганизм многофункционален. ОН может такое, что невозможно и представить. Например, создавать собственные крохотные миры, и живущие в них даже не будут знать о том, что они аквариумные рыбки.

– Как в моём случае.

– Как в случае большинства людей, – поправила Адель. – И других рас.

Я посмотрел на неё. Адель продолжила:

– ОН покоряет дальний космос для захвата цивилизаций и планет.

– И для чего это ЕМУ?

– Сверхразум избавляется от соперников и, по возможности, приручает будущих оппонентов до их технологического развития. Слишком развитые расы могут дать отпор, причинить вред или попытаться уничтожить ЕГО. И чтобы этого не допустить, ОН бороздит космос. В этом ему помогают уже захваченные расы.

– Всё слишком сложно.

– Это так, но к такому положению вещей со временем привыкаешь.

– Интересно, ОН сейчас слышит нас?

– Может, да, а может, и нет. Никто никогда не знает, когда ОН слушает или влияет.

Тут я заметил впереди транспорт, на котором, по всей видимости, учёные прилетели сюда. Этот летающий корабль не был похож ни на один земной. Отсутствовали крылья и лопасти. Но, судя по всему, подобия турбин были. Транспорт находился в живом тоннеле, а откуда-то издалека проникал свет.

– Ты же говорила, что ОН не любит технику.

– Как-то мы должны попасть сюда. Такие исключения норма.

– И откуда вы все прилетели? Откуда техника? И почему я вижу там свет? – указал я. – Значит, там есть Солнце?

– Прояви терпение, Честер. Ты всё узнаешь, но чуть позже. А пока мы прихватим запас кислорода и отправимся в путь. Пешком. В целом хорошо, что ты всем интересуешься. «Администратору» это понравится. Могу сказать, что технологиями с нами поделилась другая, более развитая раса. Правда, у них не было выбора. Они же и помогли создать всё для жизни людей вне биома. Без них нам бы пришлось туго. И да, мы живём не здесь, а внизу. ОН окутал целую планету собой и развивает подконтрольные расы на ней. Думаю, ты представляешь его размер. ОН – живая оболочка целой планеты. Этот сверхорганизм невероятно огромен.

Адель достала из подобия багажного отделения ранец. Я же продолжал задавать бесконечные вопросы.

– Если есть планета для нормальной жизни, зачем людей держат здесь?

– Не только людей, Честер. Каких только тварей здесь нет! Как разумных, так и живущих по инстинктам. ОН изучает поведение, психику, физиологию обитателей. Иногда внедряет генные модификации в организмы и наблюдает. Группы для кормёжки, рождения и вторжений не должны пересекаться. Последствия их встречи не приведут ни к чему хорошему. Наверняка придётся «перепрошивать» мозги вновь. А частое вмешательство в деятельность головного мозга может повлечь разные побочные эффекты. Да и планета не резиновая.

Адель примагнитила портативный ранец к спине и обратилась к помощнику:

– Мы пойдём вдвоём. Если не ответим на запрос, выдвигайтесь на сигнал маячка.

– Хорошо, мэм.

– До сих пор не понимаю: для чего мы идём на экскурсию?

– Для того, чтобы ты до конца осознал, где находишься. И для того, чтобы подавить твою волю. Ты же до сих пор думаешь, как выбраться отсюда, спасти любимую и друзей. Ведь так? – спросила она, улыбнувшись.

– А что бы испытывали вы на моём месте? Неужели просто предали бы всех?

– Не знаю. Люди настолько слабы, что не стоит даже задумываться о спасении кого-либо. Это бессмысленно и ни к чему хорошему не приведёт. Честно говоря, план обзавестись лидером в каждом поселении не имеет очевидного значения для нас. Зачем он нужен, когда и так всё отлажено? – Она пожала плечами. – Кто знает! Но, видимо, у Роя есть какой-то особый план на этот счёт…

Органические тоннели казались бесконечными. А понимание того, что находишься в живом лабиринте, давило. Казалось, будто мы песчинки в артерии исполина.

Маршрут не был простым. Мы несколько раз наткнулись на похожие друг на друга разветвления. Они отличались лишь размером. Без аппаратуры или проводника здесь легко заблудиться. Адель также предупредила, что путь неблизкий, но при этом заверила, что кислорода хватит с лихвой, – за это не стоит переживать.

В течение разговора она несколько раз повторяла, что ЕГО цели не для понимания низших рас. Скорее всего, у неё попросту не было ответов на сложные вопросы. А возможно, она не хотела говорить на закрытые для меня темы. Но когда я спросил её о том, как далеко забирался Рой в поиске новых рас, Адель ответила, что границы космоса бесконечны и до завоевания самой развитой цивилизации сверхразум действовал иначе. Не как с Землёй. Адель вкратце рассказала, что процесс отделения части себя Рой запускал каждый раз, когда накапливалось достаточное количество его массы. ОН отправлял часть себя в дальний космос на поиск новой жизни. И внутри, как правило, была одна из самых древних завоёванных рас. Это были солдаты, «дети» биома. С ними Рой был всегда. С самого начала своего пути. Эти существа быстро размножались, были отличными солдатами и, что самое важное, они могли впадать в анабиоз. Для далёкого путешествия по космосу это качество решающее.

Когда я спросил, откуда она всё это знает, Адель ответила, что обо всём сообщает «администратор», а учёные обсуждают эту информацию между собой. Умные надсмотрщики за людьми хорошо понимают, что нам необходимо чем-то делиться, так как мы сверхсоциальны, в отличие от других рас.

– Как появился Рой? – спросил я. – Откуда ОН взялся?

– Никто не знает. Но общаясь с «администратором», я сделала выводы. Сомнительные, но всё же выводы. Вселенная очищалась и возрождалась бесчисленное количество раз. В этой версии вселенной Рой выжил. Эволюционировал. И адаптировался к жизни куда быстрее остальных потенциально разумных существ будущего. ОН рос, умнел, и первым понял, что нужно сделать, чтобы избежать угроз в дальнейшем… Устройство вселенных слишком сложно для нашего восприятия, –Адель вновь напомнила, что люди глупы. Это меня раздражало, но я сдерживался. Не подавал вида. Не делился мнением об обратном. Я считал людей более способными, чем предполагала сломленная профессор Адель.

– Но как же…

– Мы пришли, – прервала она. – Необходимо, чтобы ты контролировал себя, без этого мы не зайдём на территорию поселения. Как ты себя чувствуешь?

Я хотел сказать, что тревога, страх и безумие росли во мне с каждым шагом. Но что изменится, если я признаюсь в своём состоянии? Тем не менее, я решил сказать, что чувствую себя неважно.

– Я бы не отказался от укола успокоительного.

– Хорошо.

Адель сняла портативный рюкзак и достала что-то похожее на шприц, потом стащила перчатку с моей руки и прикоснулась к кисти устройством. Я почувствовал лёгкое жжение.

– Через пару минут инъекция распространится по твоему телу.

Я понимал, что эмоциональное состояние после «укола» улучшится, но в момент ослабления действия предыдущей инъекции меня тревожило другое:

– Как вы согласились быть пособниками Роя?

Она вздохнула. Возникло чувство, будто подобный вопрос она слышала много раз.

– Я, как и все учёные, отталкивалась от идеи: «Либо мы, либо кто-то другой». Ни минуты не жалела о том, что согласилась помогать разводить людей, как скот. Оказаться на твоём месте и тем более на месте тех, кто родился с дефектами, гораздо хуже.

– Вы же помогаете творить страшные вещи над людьми!

– Либо мы, Честер, либо кто-то другой делал бы то же самое, – повторила она твёрже. – Ты понимаешь это?

– В таком случае, как вас отбирали?

– У расы, которую мы именуем «администраторы», есть способ это делать. Они очень умны, гораздо умнее каждого из нас, и именно они помогают Рою с логистикой.

Она строго посмотрела на меня и спросила:

– Ты закончил допрос?

Я кивнул.

– Тогда давай немного ускоримся…

Мы повернули в тоннеле налево и начали подниматься по пригорку. Когда мы вышли на открытый участок, передо мной открылась ужасная картина. В повсеместном свечении биолюминесцентных отложений я увидел людей. Они вели себя так, будто просто жили. Будто их мир – это тихий городок на Земле. Обнажённые мужчины и девушки бродили по открытой для нас территории биома. Они разговаривали, играли, танцевали. Одна пара занималась любовью, думая, что находится у себя в доме.

– Им разрешено видеть то, что позволил видеть Рой, – тихо сказала Адель. – Здесь они будут жить, пока могут размножаться. Потом они пойдут на пропитание другим формам жизни.

Ещё совсем недавно и я так жил. Эми, Фред и все, кого я знаю, до сих пор в мире иллюзий. Мы точно так же ходили и играли в жизнь. Словно звери в клетке, но которым подсунули красивый фон.

Вот почему я и Эми видели разные картины, а Отеп и Фред слышали разную музыку. Всё это было разным из-за того, что этого ничего не было. Наш мозг находился под влиянием Роя. Сосед не косил газон, а я торговал «воздухом». Мы жили в несуществующей реальности. Рой не может держать под контролем детали. Не может синхронизировать нюансы. Именно такие мелочи сеют зёрна сомнений в некоторых из нас. Именно из-за этого люди сомневаются. А это Рою ни к чему. Не нужно людям задаваться лишними вопросами. Незачем знать некоторые важные вещи. Мы куклы, и нами должны управлять. Кто на корм, кто для войн, кто для размножения. Теперь задача лидера поселения ясна. Именно я должен вычислять сомневающихся, вовремя сообщать о них, если сам не способен на них повлиять. Очередная ступень контроля. И ей должен стать именно я.

Меня хотят сделать пособником бесчеловечного обращения с себе подобными. Так же, как и учёных, которых я из-за открывающихся деталей начинал ненавидеть всё больше. Мне захотелось проучить Адель, ударить, чтобы она наконец поняла: люди – не скот. Но она один из исполнителей. Всего лишь один. А сколько таких, как она, я не знал. Пока не знал. Адель давно смирилась с этой ролью. Человек для неё ресурс. Скорее всего, остальные учёные не лучше её. Но это нужно выяснить наверняка.

Если бы не укол, возможно, я бы и вправду не удержался. Ударить предавшего всё человечество? Как это было бы прекрасно, и она явно заслуживает большего! Но с инъекцией я этого не сделаю. Я не наврежу ей. Укол даёт возможность рассуждать, подавляя эмоции. И под его воздействием я задаюсь вопросами. Есть ли смысл доказывать ей что-то? Есть ли смысл расправиться с ней прямо сейчас? Точно нет. Я должен узнать больше. Сейчас не время.

– Они нас не видят? – спросил я.

– Могут услышать, но точно не увидят. Кстати, можно снять шлем, если хочешь. Здесь пригодный для жизни воздух, и он же является невидимым забором для таких любопытных, как ты. Чем дальше ты уходишь от биома, тем его меньше. Это как подъём на высокие горы. В конце пути человеку попросту нечем дышать.

– Я это уже понял. Но я не понимаю, как мы живём в таких условиях. Под ногами ползают мелкие твари. Кругом слизь, отходы, а люди ходят голышом. Спят на том, что и под ногами. Занимаются любовью и едят, соприкасаясь с жижей. А чем мы питаемся? Откуда здесь еда?

– Будь тише, Честер. Нам не нужно, чтобы нас услышали… Еда здесь ужасная лишь на первый взгляд, она содержит нужное количество всего необходимого для организма человека. Ты, если что, торговал ею. А мы готовим и доставляем её, когда вы спите. В основном ты торговал спрессованными брикетами из местных насекомых и… ещё кое-чем. Жидкость также добывается из «сока» насекомых. Если тебя это успокоит, мы питаемся этим же. Либо живые насекомые, либо мёртвые или переработанные. Здесь больше нет никакой еды для людей. Мы привыкли. И ты со временем привыкнешь… Рой кормит людей своими мелкими паразитами, и они не несут вреда. Здесь, в этом месте, прямо внутри Роя, всё стерильно. Нет вредных бактерий, нет ядов, нет ничего, что может навредить здоровью. Даже слизь, на которой ты ещё недавно спал вместе с Эми, думая, что это кровать, безвредна для кожи и всего организма.

Я помотал головой. Адель добавила:

– Это настоящая жизнь. Другой сейчас у людей нет.

– Мы не вернёмся на Землю. Я понимаю это. Но те, кто там остался и выжил, будут в лучших условиях.

– Боюсь, что Земля сейчас не пригодна для жизни. И вряд ли будет пригодна в будущем.

– Хочешь сказать, они уничтожили наш дом?

– Рой не даёт второго шанса…

Вскоре мы вновь двинулись по тоннелям. Дорога заняла время. Сколько именно, я не знал. Адель сказала, что времяисчисление здесь ведётся иначе. Не как на Земле. Но добавила, что мы уже близко, и что путь занял около двух часов. Она не стала описывать существ, на которых мы выйдем. Но и без подробностей я понимал, что они содержатся подобно людям. Ещё она сказала, что человечество не исключение, а, скорее, раса, которая содержится по общим для всех рас правилам.

Подходя к зоне неизвестных существ, я услышал стрекотание. Этот звук могут извлекать опасные существа. Я почувствовал это нутром.

– А вот здесь жизненно необходимо соблюдать тишину. Говори шёпотом, – сказала Адель и добавила: – И не снимай шлем. Они дышат тяжёлыми кислотами.

Я кивнул.

Выбравшись из тоннеля, мы вновь оказалась над площадкой для играющих в жизнь. Через секунду я присмотрелся к обителям этого места, и у меня подкосились ноги. Ужасные на вид твари разгуливали по поверхности.

В высоту они были выше любого человека и передвигались на четырёх ногах, напоминающих паучьи или, скорее, скорпионьи. Хитиновое тельце разделялось на два основных отдела. На нижнем – лапы, на верхнем – четыре хватательные конечности с загнутыми крюками на концах. Шея отсутствовала. Глаза в привычном понимании тоже. Была только головная капсула, из которой выступали будто живущие своей жизнью мандибулы. Мелкие, редко посаженные волоски на теле постоянно вибрировали. На лицевой стороне брюшка имелось странное отверстие с грубыми краями и слизью в центре. Эта часть служила для выхода переварившейся пищи и раскрывалась лишь при необходимости.

Некоторые спали в лоне склизкой стены, перекрещивая лапы. Большинство мест для сна пустовали. Твари бодрствовали, занимаясь чем-то странным. Они жили в каком-то своём мире, подобном их настоящему месту обитания.

– Этих существ Рой захватил самыми первыми, – прошептала Адель. – Это ЕГО «дети». Самая первая раса, которую ОН подчинил.

– Они ужасны, – также шёпотом поделился мыслями я.

– Когда-то они были разумными. Но сейчас это бездумные солдаты.

– Это рассказали «администраторы»?

– Да, а с ними, в свою очередь, иногда напрямую говорит сам Рой… Все мы его «дети». Все семь рас. Просто кто-то первый, а кто-то ещё не достиг полной гармонии и слепой покорности. Рой знает, что люди вспоминают о былых временах. ОН чувствует, что мы ещё не до конца с НИМ. Но ОН терпелив…

Я повернул к Адель голову:

– Ты сказала, что рас семь. Одну мы видим сейчас. Вторые «администраторы». Третьи – мы, люди. Кто остальные?

– Ещё две расы напали на Землю, когда ты был ещё совсем молод. Ты их вспомнишь, если это позволит «администратор». Ещё одних лучше не видеть.

– Почему?

– Они фантомы. Как призраки. Если сущности пожелают, ты не будешь знать, когда они окажутся рядом. Им по силам остановить сердце, заставить кровь кипеть, сжать лёгкие, чтобы мы не смогли дышать... Они сеют смерть. Если они нападут, ты даже не узнаешь, почему с тобой что-то происходит. Их немного, Рой дорожит ими и держит в особом месте. Они не контактируют с другими расами и нужны для особого случая. Какого именно? Нам не разрешено знать. Но их всё же можно разглядеть. И в таком случае в голове крутится лишь одна мысль: лучше бы они оставались невидимыми. Фантомы выглядят ужасней, чем даже эти твари… Седьмые же просто мясо. Их раса плодится быстрее любой другой. И они служат основной массой для убоя и кормёжки остальных. Употребление их в пищу необходимо для ускоренного роста солдат.

– Я думал, все питаются насекомыми.

– Не только, да и значительного роста мышц с таким пропитанием не будет… Все, кроме фантомов, могут оказаться в желудке другой расы. Ты даже можешь есть человечину, не сознавая это. Раса может поедать представителей своего же вида, и не знать об этом. Это простая экономика. Рою не нужно заниматься сельским хозяйством. Он даёт возможность плодиться каждой расе, а излишек или порченую единицу отправляет на убой. Не нужно искать или выращивать пищу, если мясо неплохо плодится само. Одной заботой меньше. – Рассказывая о таких диких вещах, Адель улыбалась. Постоянно. – Расы обеспечивают друг друга пищей. Плюс существуют насекомые и мелкие паразиты. Для разнообразия меню мы употребляем в пищу и их.

Во время объяснения Адель посмотрела на запястье, затем повернулась ко мне и сказала:

– Нам пора возвр…

Она не договорила, замерев. Её взгляд скользнул немного в сторону, за меня. Адель не двигалась. Я медленно обернулся, ожидая увидеть что-то ужасное позади себя. Тварь стояла в нескольких шагах от меня. Существо будто знало, что кто-то рядом, но не решалось броситься. Оно не видело, но вот слух был отличным.

Тварь начала медленно двигаться прямо на нас. Первый шаг был будто в замедленном режиме. Оно кралось, прислушиваясь. Ещё шаг. Потом ещё. Её редкие волосики участили вибрацию. А мы не могли себе позволить ни единого движения. Глаза Адель выдавали истинный ужас. Если так боится она, значит, существо действительно угрожает нам. Страх поглотил Адель. И я верил её эмоциям. Очень верил. Наверное, необходимо было сделать инъекцию и ей. Я вот перед смертельной опасностью не испытывал подчиняющего волю страха. Боязнь была, но я мог трезво мыслить, – так инъекция действовала на меня.

До нас осталась лишь пара шагов. И когда тварь сделала очередной, Адель закричала:

– Беги!

В то же мгновение из рукава её скафандра появился острый клинок. Тварь громко застрекотала в ответ. Адель, не теряя ни секунды сделала выпад и с размаху вонзила острие в подобие пасти. Я бросил взгляд на других тварей, находящихся ниже, и они в мгновение ока сконцентрировали всё внимание на нас. А точнее, на звуке, который издала Адель.

Чёрная стрекочущая волна бросилась на нас без промедления. Мы же рванули к выходу из зоны их обитания. Существо, которое Адель ранила, не смогло прийти в себя. Но дикий хищный нрав твари толкал её продолжить преследование. Растерзать незваных гостей! При попытке ускориться существо рухнуло, попыталось встать и снова свалилось. У нас было время оторваться, пока стая оббегала возвышенность, на который только что находились мы. Я чуть не упал несколько раз из-за склизкой поверхности, но продолжал бежать. Адель была рядом, порой также теряя равновесие.

Оказавшись в тоннеле, я понимал, что твари приближались. Они были гораздо быстрее нас. Когда стрекотание послышалось слишком близко, я оглянулся. Ещё несколько секунд – и существа нас нагонят. Но в этот самый миг у них будто начали подкашиваться лапы. Они стали падать. Тем не менее раж не ослабевал. Теряя соплеменников, существа поддались инстинкту и готовы были уничтожить нас любой ценой. Слепая ярость руководила ими. Не понимая, что здесь можно сгинуть, твари мчались вперёд, преодолевая барьеры в виде своих же упавших соплеменников. Их было так много, что они преграждали дорогу себе же. Ведь первые теряли сознание, а вторые спотыкались о них и падали без сил. Они усеяли тоннель своими телами и в какой-то момент остановили преследование.

Мы отбежали подальше, и Адель достала из рюкзака что-то вроде скотча, заклеила порванный скафандр. Видимо, тварь зацепила её.

– Зачем мы пошли, если там настолько опасно?! – задыхаясь, возмутился я, пока она приводила себя в порядок.

– Они не должны были напасть. Видимо… – Адель была растеряна. – Видимо ОН на время отпустил их с поводка.

– Для чего?!

– Я не знаю! Могу лишь предположить, что это сделано с какой-то целью. Тебя испытывают. Наблюдают. Рой даже может считывать твой пульс при желании. Для чего эму это? А чёрт его знает! Возможно, ОН хочет что-то изменить в людях в будущем. Модифицировать. Изменить физически, психологически, или даже интеллектуальные качества. Ему нужен совершенный вид с определёнными свойствами… Ты подопытный кролик, Честер, как и все мы.

– Ещё чуть-чуть и я на хрен свихнусь!

– Ты не первый, кто проходит через что-то подобное, и явно не посл…

Неожиданно Адель дёрнула головой и через секунду со страхом в голосе заговорила в никуда:

– Я сделала всё, что нужно… – Она сделала паузу и продолжила, будто кто-то говорил на другом конце соединения. – Нет, он в порядке. Вы должны проверить его.

Через секунду она повернулась ко мне и произнесла:

– Он скоро будет здесь.

– Кто?

– Тот, от кого зависит твоя судьба...

Мы вернулись к кораблю уставшие и морально подавленные. Зашли внутрь, сняли шлемы и Адель попила какую-то чёрную жидкость. Потом она протянула сосуд мне со словами:

– Это утолит жажду.

– Что это?

– Просто пей.

Я брезгливо отхлебнул. Немного отдышавшись, мы покинули корабль, и я спросил:

– Когда он прибудет?

Адель посмотрела на меня и тихо сказала:

– Он уже здесь.

Я повернулся и увидел нечто. Существо крайне необычной формы будто плыло по воздуху. Она двигалось в нашу строну. А приблизившись, остановилось, продолжая левитировать. Его вид не вызывал во мне страх. Не было и отвращения. Но я признавался самому себе, что это необычное существо, и у меня к нему особое отношение. Видимо, как и у всех присутствующих. Оно явно как-то влияло на мозг. У существа не было конечностей. Это создание напоминало формой дирижабль. Белый цвет покрывал почти всё тело за исключением отражающего элемента, напоминающего глаз. На спине находилось единственное щупальце, прижатое к тельцу.

Я не мог оторвать от существа взгляд. В моей голове в этот момент зазвучал голос:

– Ты представлял меня по-другому?

– Точно не таким, – вслух произнес я заворожённо и продолжил: – Ты читаешь мысли?

– Только те, которые ты чётко сформировал.

Почему-то я решил поинтересоваться тем, что меня большего всего волновало:

– Адель сказала, что ты можешь вернуть мне память.

– Это возможно, если этого ты хочешь по-настоящему.

– Да. Я хочу знать своё прошлое.

– Хорошо. Не вижу повода откладывать этот момент. Ты готов?

– Я готов!

– Будет больно, – говорил голос в голове. – Сначала физически, а потом и морально.

– Меня это не пугает.

– Тогда опустись на колени, человек.

Я покосился на Адель. Она стояла в стороне, замерев и опустив взгляд.

– Она тебе ничего не скажет без моего разрешения. Пока только ты решаешь, как поступить.

Я опустился на колени.

– Склони передо мной голову, человек.

Боковым зрением я видел, как единственное щупальце-жгутик нависло надо мной. Через мгновение я почувствовал удар прямо в затылок, а спустя секунду осознал дикую боль. Щупальце воткнулось в затылочное отверстие, выше верхнего позвонка. Я заорал от невыносимой боли, а спустя миг оказался в автобусе.

Перед глазами замелькали будто покадровые картинки. Все, кого я видел перед собой, двигались и разговаривали. Я хотел предупредить, что нас ждёт опасность, но не мог. Вскоре автобус сорвался с обрыва. Потом мы выбрались из каньона. Потом я увидел огромных червей, у которых вместо брюха была пасть. Вскоре появились разумные пришельцы в броне и с оружием, опередившие технологии людей намного сотен лет вперёд. Нас спасли военные. Я смотрю на Эми. Мне так жаль её! На базе нас вновь атакуют. Все, кто был рядом, погибают, и остаёмся только мы вдвоём. Я и Эми. Загнанные в угол, мы со страхом смотрим на пришельцев. В меня стреляют. Эми кричит. Потом я прихожу в себя. Вокруг много людей. Эми держит мою голову у себя на коленях. Я лежу на полу, и в этот момент время меняет скорость. Становится обычным. Оно никуда не бежит. И я могу прожить его заново. Осознавая себя в настоящем и себя в прошлом, возле Эми, я тихо произношу:

– Нам нужно выбраться любой ценой.

– Это невозможно, – плача, говорит она.

Я поднимаюсь с пола и понимаю, что мы сейчас в огромном летающем корабле. Осознаю, что он завис высоко над разрушенной военной базой.

– Нас похитили, – говорит Эми.

Я думаю, что можно предпринять. Диверсия? Нужно подговорить людей повредить корабль, чтобы он упал. Но они вряд ли согласятся. Наверняка люди поймут, что при падении все могут погибнуть. Но смерть лучше, чем то, что всех их ждёт.

– Эми! – говорю я. – Мы нужны им для размножения. Для того, чтобы плодить солдат и быть едой.

– Что? – спрашивает она, будто это всё не воспоминания, а реальность. Эми реагирует так, будто сейчас всё по-настоящему. – Откуда ты…

В этот момент нас начинает трясти, и корабль поднимается выше. Люди вокруг запаниковали ещё больше. Кто-то плакал. Кто-то орал, что всем конец.

Я подошёл ближе к тому, что было похоже на стекло. Прикоснулся. Прозрачный наэлектризованный барьер защищал от внешних воздействий.

Тем временем корабль продолжал подниматься. Объекты на Земле стали крохотными. Через несколько секунд мы были уже выше облаков. Всё выше и выше. И вскоре корабль оказался на орбите. Люди смотрели на планету сквозь барьер. Вот она – Земля. Ещё вчера я по ней ходил, а сейчас смотрю на неё из космоса. Неожиданно произошла вспышка. Кто-то крикнул:

– Это атомный взрыв!

Мужчину не видно в толпе. Людей слишком много. Наверняка он говорит правду. Ещё вспышка. Потом ещё и ещё.

– Мы никогда не вернёмся, – тихо произнёс я.

Яркие, но мелкие из-за дальности вспышки продолжались.

Кто-то из стоящих рядом сказал:

– Если они не остановятся, то Земля будет непригодна для жизни.

Он имел в виду военных, которые решили атаковать пришельцев самым мощным оружием. Последнее, что могли предпринять государства, произошло. У них не осталось выбора.

– Некоторые спрячутся в бункерах, – с надеждой заявил кто-то.

– Надеюсь, они протянут достаточно долго, – ответил я.

– Нам-то какая разница! Нас забрали не для того, чтобы устроить лучшее будущее!

– Для чего мы нужны им?! – закричал кто-то ещё.

Паника охватывала людей. Толпа сходила с ума от понимания всего того, что происходило. Мысль, что мы заложники внеземной формы жизни, ломала волю. Я подошёл к Эми, обнял её и сказал:

– Мы выживем. Я знаю это. Просто будь всегда рядом…

Во время полёта гравитация, давление и воздух казались земными. Никто не почувствовал физического дискомфорта. Но мы летели очень быстро и… долго. Слишком долго. Условия были недостаточны для долгосрочного пребывания в, хоть и большом, но всё же закрытом пространстве. Еды не было. Спустя двадцать часов люди начали чувствовать голод. Паника и волнение отошли на второй план перед жаждой. Тяжело было всем. Некоторые не выдержали мыслей о дальнейшем будущем, а голод усилил суицидальный настрой. Немало человек перерезали вены, не дожидаясь дальнейшей участи.

Нас было несколько тысяч. Люди сидели, лежали или стояли на ровном белом полу корабля. По бокам, с двух противоположных сторон, находился прозрачный барьер. Потолок, как и две другие стены, белые. Нас везли как товар. Никто из пришельцев не показывался. На вторые сутки пребывания в этом месте запах отходов жизнедеятельности был повсюду.

В какой-то момент корабль затрясло. И я вдруг понял – мы прилетели. Наш корабль замедлил ход, приближаясь к планете, похожей на огромный комок органической плоти. Все смотрели на живую планету как на что-то немыслимое. Невозможное. Объект не мог быть реальным, но все видели его. Все прибывали в шоке, не представляя, что их может ожидать в самое ближайшее время.

Целый флот космических кораблей завис над планетой. Вдалеке виднелся источник яркого свечения. Кажется, это было что-то, похожее на Солнце. Поблизости находились другие корабли разных классов. Несколько самых огромных были похожи на наш. В ближайшем мы разглядели силуэты людей. Они так же прильнули к прозрачному барьеру.

На чуждой человеческому восприятию планете виднелись просветы, которые пропускали лучи светила. Но корабли не летели на них. Не пытались приземлиться. Вся эскадрилья ждала. И в какой-то момент планета начала активно двигаться. Меняться. Оживать… Живой организм размером с целую планету начал перестраиваться. Люди не могли поверить своим глазам. Не могли поверить, что это происходит наяву…

Вскоре плоть исполинского организма расступилась, открыв проход. Только после этого корабли начали снижение.

Огромные борты с людьми приземлились на поверхность. Другие же скрылись за горизонтом. А люди продолжали с тревогой и страхом наблюдать за происходящим. Ландшафт практически не отличался от земного. Растительности было немного. Она имела странный вид и цвет. Через какое-то время несколько небольших летающих устройств распределились по площади вокруг кораблей, опустились на поверхность и начали что-то излучать. За пару минут все оказались под куполом, напоминающим тот же барьер, что и в корабле.

После этого ворота корабля медленно открылись, выпуская весь запас кислорода в пространство купола. Люди не торопились выходить. Всем было страшно. Неожиданно зазвучал пронзительный звук. Такой громкости, что начала болеть голова. Звук будто проникал внутрь, в подкорку, и постепенно увеличивал громкость. Возникло желание сбежать подальше, скрыться от шума, из-за которого, казалось, могли лопнуть барабанные перепонки.

Людей собрали в одну огромную толпу. Мы были в окружении разумных пришельцев в броне. Они не снимали маски, будучи на своей планете. Земной воздух был неприемлем для них. Но потом мы увидели существ, которые парили. Они не походили ни на одну ранее увиденную нами тварь. Овальные существа с единственным глазом и щупальцем подлетели к многотысячной толпе людей и остановились. В этот момент пехота пришельцев применила силу, проталкивая людей ближе к парящим тварям. Раненых и возрастных отсеивали. Тех же, кто был здоров и молод, собирали в небольшие группы. Под надзором пехоты к ним подлетала тварь и вонзала щупальце в затылок. Тех, кто попытался сопротивляться или убежать, тут же обездвиживали. Некоторые люди действительно надеялись сбежать из окружения и жить на чужой планете? Они боялись смерти, но казнь не представлялась логичной. Какой смысл везти на такое расстояние? Чтобы убить? Тем не менее, люди падали без сознания после удара щупальца, и свидетели не понимали, живы они или нет.

Когда ко мне приблизился огромный пришелец и посмотрел сквозь маску, я понял: подошла очередь. Эми взяла меня за руку, и мы вместе направились к неизбежному. Мы не видели смысла сопротивляться. По крайне мере пока. Мы остановились на нужном месте. Когда существо зависло поблизости, Эми сказала:

– Я всегда буду любить тебя.

– Мы будем вместе до конца, – ответил я.

Эми упала от удара в затылок. Затем тьма накрыла и меня.

Сразу после этого включилась перемотка. Картинки сменяли друг друга с бешеной скоростью.

Мы жили в городке. Эми беременна. У неё большой живот. Потом она вновь стройна. А затем вновь беременна. И так несколько раз. Мы радовались каждой её беременности, забывая о прежней.

Люди вокруг практически не менялись. Такие же разговоры ни о чём. Встречи. Магазин. Картины.

Я резко выдохнул с хрипом, задрав голову кверху. Существо уже выдернуло щупальце из моей головы. Одновременно с возвращением в реальность я продолжал чувствовать дикую боль в области затылка. Я чуть не упал всем телом, но вовремя выставил руки перед собой, оказавшись на четвереньках. Боковым зрением я видел: Адель по-прежнему стояла рядом. А существо направилось в органический тоннель.

– Сколько у нас было детей? – спросил я вслух, всё ещё не до конца понимая происходящее. Я был дезориентирован, но судьба близких людей оставалась для меня слишком важна.

– Это не имеет значения, – ответил голос в голове. Перед тем, как выйти из моего поля зрения, существо добавило: – В отличие от того, кем станешь в ближайшее время.

Подошла Адель, присела напротив меня.

– Ты прошёл испытание! – с воодушевлением сказала она.

Адель помогла мне встать. Я коснулся затылка рукой. На скафандре крови практически не было. Но я всё же чувствовал, как небольшая струйка стекала вниз по шее и спине.

– Рана скоро зарастёт, – сказала Адель и продолжила: – Идём, Честер. Теперь тебе нужно отдохнуть и набраться сил.

– Куда?

– Мы отправимся вниз, на поверхность планеты.

Все сели в корабль. Пилот закрыл дверь, и пространство внутри заполнилось воздухом. Мы сняли шлемы.

– Как ты себя чувствуешь?

– Подавленно. Будто не могу отойти от резкого пробуждения.

– Это всё, что ты чувствуешь сейчас?

– Нет. Ещё я не могу поверить, что у нас были дети.

– У всех, кого ты знаешь, они были. Ты лишь один из многих.

Корабль поднялся в воздух. На месте развернулся и вылетел из входа в биом.

В полёте Адель пояснила, что у всех рас есть границы и буферные зоны между ними. Таким образом, разные виды не встретятся и не навредят друг другу. Также Адель объяснила, как на одной планете уживается столько рас, хотя для каждой требуется своя среда. Здесь Рою помогли технологии захваченной разумной расы. Адель говорила именно о тех, которые напали на Землю и захватили людей. У них множество технологий, и одна из них – «купол». Такая система способна обеспечивать изоляцию огромных площадей.

– Если они такие технологичные, то как могли проиграть? – с безразличием спросил я.

Корабль был закрытым, и я не мог рассмотреть вид планеты.

– Рой истребил многих из них, – ответила Адель. – Пришлось договариваться.

– Они капитулировали.

– Да. Эта раса, как и другие, проиграла войну. Теперь это подчинённые Роя. Вассалы. Но им дано право оставаться разумными и сохранять идентичность каждой особи.

– Они похожи на людей.

– Сходство есть. Это правда.

– Так как они проиграли войну?

– Тварей, которых я тебя показала, и которые напали на нас, невозможно победить в прямом бою. Они безрассудны, жестоки и выносливы. Только Рой может остановить их. Так и произошло. Разумные пришельцы услышали ЕГО голос, когда были на волоске от полного истребления…

– Так почему Рой не отправил именно их на Землю?

– «Администратор» сообщил, что когда-то очень давно они побывали на Земле и оказались не слишком эффективными.

– Что?!

– Видимо, люди хитрее технологичных пришельцев и отбили нападение тварей. Подробностей никто не знает. Это было очень давно. До захвата Роем разумных пришельцев и их технологий.

– Это же может быть неправдой!

– Вряд ли. На ложь способны только люди.

– Хм. И что будет с нашей родиной?

– Сейчас, скорее всего, на Земле ядерный апокалипсис. Ты же видел, что люди применили ядерное оружие? Наверняка «администратор» тебе это показал.

– Да.

– Значит, ты в курсе. Но черви выживут и в этих условиях. И остаток людей, прячущихся в бункерах, не выйдет на поверхность, даже если такая возможность будет. Их попросту сожрут.

– Но как же чужеродная атмосфера?

– А ты думаешь, для чего ОН их захватил и размножил? Они не дышат. Ничем. Поэтому из них отличные истребители. А с помощью технологий их смогли доставить и десантировать на поверхность Земли.

– Всё слишком сложно…

– Рой творит такое… Многое непостижимо для нашего интеллекта.

Неожиданно выход открылся. Я даже не почувствовал, как корабль приземлился. Мы вышли вдвоём. Остальные остались внутри. Я глубоко вдохнул. Адель это увидела.

– Чистейший воздух, Честер. На воссоздание условий жизни ушло время.

Я посмотрел вокруг. Обычное зелёное поле. Как на Земле. И небольшие холмы вокруг. Недалеко находилось несколько небольших зданий.

– Вы живёте здесь?

– Не совсем. Корабль с группой сейчас отправится за те холмы. Мы немного переживаем за свою безопасность. Именно поэтому ты, и подобные тебе, будут находиться здесь. В отдалении от нашего центра.

– Это испытательный полигон?

– Нет. Просто есть вероятность, что ты захочешь всех нас убить за то, что мы, так скажем, предали человечество.

– Такая мысль посещала меня.

– Спасибо за честность.

– Но почему не боишься ты?

– Кто сказал, что я не боюсь? Такова моя миссия, и я не могу уволиться с этой должности, – Адель почему-то улыбнулась.

– Так вы также какое-то время жили в иллюзиях?

– Нет. Нас готовили. И разумные пришельцы, и «администраторы». Последние знают, кто мы такие. Знают, кто учёный, а кто строитель. Когда щупальце вонзается, они считывают всю нашу жизнь. Таким способом они отобрали нас, тех, кто разбирается в науке и достаточно умён в целом. Первое время мы жили под меньшим куполом. Там, где и приземлились изначально. «Разумные» синтезировали воздушную среду искусственно, в отличие от Роя. На исследование и разработку потребовалось время. А ОН в состоянии воссоздать нужную концентрацию кислорода внутри достаточно быстро естественным путём. Без технологий. Тем более что образцы земного воздуха были.

– А ты уверена, что это не очередная иллюзия для всех нас?

– Возможно… Но какой смысл в этом? В биоме иллюзии нужны, чтобы люди комфортно размножались.

Мы зашли в здание.

– Мои люди приготовили нам поесть. Сейчас мы сядем за стол и обсудим обязанности, а потом я отставлю тебя одного. Ты должен всё обдумать. У тебя будет время и на настоящий сон. Внутри Роя вы спали по ЕГО указу. На поверхности же ОН даёт нам возможность спать естественным образом. Поверь, разница между тем и этим сном есть.

Я осмотрелся. Помещение было чистым и без лишней мебели. Никаких декораций. Только всё необходимое. Еда на столе выглядела тошнотворно.

– Не уверен, что я смогу это съесть.

– Ты питался чем-то подобным больше десяти лет. Попробуй, и ты поймёшь, что вкус привычен.

Я уселся за стол. Тарелка была наполнена чем-то чёрным. Перетёртыми местными насекомыми. Рядом второе. Я посмотрел на него. Прожаренная плоть какого-то пришельца. Или даже может…

– Не переживай, – неожиданно сказала Адель, улыбнувшись. – Здесь нет человечины. Хотя, признаюсь, бывает, мы едим и её.

Я посмотрел на неё с диким желанием растерзать. Так спокойно говорить о поедании себе подобных могут только психопаты.

Я машинально сжал столовой прибор, напоминающий ложку, представляя, как загоню держало ей в глаз.

– Странно, что именно тебя это так взбудоражило! – с какой-то заинтересованностью проговорила Адель. – Полагаю, что это последняя капля терпения или… чёрт, я забыла про инъекцию!

– Вы хуже тех бездумных тварей! – рявкнул я. – Они хотя бы не понимают, что делают!

– Честер, позволь, я сделаю укол.

Я не ослаблял захват предмета, и она поняла, что я не собираюсь подчиняться.

– Ты можешь меня убить... Но что это изменит?

Я молчал.

– Хотя, – рассуждала Адель, – если это случится, вина будет только моей. Ведь именно я не смогла убедить тебя перестать бороться… Очнись же, Честер, люди проиграли! Единственный способ выжить – покориться.

Адель ждала моей реакции. Смотрела. Во мне же всё кипело желание растерзать её. Я поднял взгляд и угрожающе произнес:

– Ты помогаешь делать из людей рабов, – я встал из-за стола, – лишаешь нас детей, – я пошёл на неё, – жрёшь людей…

Адель выпустила клинок, замахнулась, но я сумел предотвратить удар, а затем со всей силы ударил её кулаком по лицу. Она упала. Я крепко взял её за шею, поднёс ложку к глазу и сказал:

– Ты, вместе со своими учёными, превратилась в дикую тварь, жаждущую крови. Ты не достойна жизни!

Я приготовился вонзить ложку, но вдруг она произнесла то, что заставило меня остановиться:

– Я могу устроить встречу с твоим сыном.

– Что?

– С твоим первым ребёнком. С самым старшим.

– Как я могу тебе верить?

– Без меня ты точно никогда его не увидишь.

Я оттолкнул её.

– Мы превратились в животных, – заговорила Адель, вытирая уголок рта от крови. – Ты прав. Но это нужно для выживания. Нет ничего ценнее жизни.

– Стоит ли такая жизнь хоть чего-то? Лучше сдохнуть, чем быть как ты!

– Тем не менее мы оба живы.

– У меня есть ради кого жить.

– Как и у меня.

Я посмотрел на неё.

– Я была беременна, когда нас забрали. И мой ребёнок жив до сих пор. Я иногда вижу его. Наблюдаю за ним. Вот ради чего я живу, вот ради чего всё это! Не будь его у меня, я бы не выдержала.

– А ради чего живут остальные учёные?

– Они живут в страхе. В страхе перед смертью. Не многие готовы пожертвовать собой, чтобы не испытывать всю эту боль. Такие как я и ты нужны ЕМУ. По какой-то причине именно отсутствие страха смерти и боязнь за родных делают нас особенными для Роя.

– Я хочу увидеть сына.

– Увидишь. Я обещаю тебе. Он, кстати, похож на тебя… Но пока я тебя оставлю здесь. Обдумай всё ещё раз.

Адель встала с пола и осторожно, сторонясь меня, прошла к выходу. Закрыла дверь снаружи.

Немного поразмыслив, я вновь сел за стул. Посмотрел на еду. Взял ложку… и начал есть.

Через некоторое время Адель вновь зашла. Я не спал. Не смог уснуть. Она это поняла.

– Потерпи ещё немного. Скоро ты вернёшься домой.

– Ты обещала…

– Я помню, – перебила она. – Но сначала я напомню, для чего нужен ты.

– Я слушаю.

– Ты будешь успокаивать людей. Будешь сообщать новости из мира, которого не существует. Будешь помогать во всём. Сделаешь их иллюзорную вселенную лучше.

– Для чего?

– Ты должен сделать их мир лучше… – Она продолжила, сменив тему: – Рой готовится для захвата новой расы. Война будет тяжёлой. Через десять лет первые дети людей вырастут. «Разумные» обеспечат их всем необходимым. Они будут настоящими воинами. Будут биться по воле Роя. Никогда не забывай, Честер, ты просто винтик, как я, как и все люди, которые поддерживают Рой. Во всяком случае, это лучше, чем быть мясом или плод…

– Или тем, кто плодит людей как в инкубаторе. Да? Ты это хотела сказать?

– Я не хочу тебя обидеть. Просто говорю, как есть. От тебя требуется присягнуть. Уверовать в свою миссию по-настоящему. Служить Рою.

– У меня нет выбора, – с грустью признал я.

Адель улыбнулась.

– Я рада, что ты выбрал этот путь. Когда ты вернёшься, у людей начнётся новый день. Тебя признают лидером. Рой внушит это каждому в твоём поселении.

Вскоре мы вышли из здания, сели на корабль и поднялись в воздух.

Через некоторое время корабль приземлился поодаль от движущихся по поверхности планеты точек, издали напоминавших людей.

Адель вышла со мной. Смотря на приближающиеся точки так же, как и я, она сказала:

– Самым старшим детям по десять лет. Физическая подготовка начинается с пяти. Их тренируют, учитывая возможности тела. Из них вырастут машины для убийств. Без жалости и совести… Но пока это всё ещё дети. Воспитанные в строгости и под влиянием расы «разумных». Помимо физической подготовки в них улучшают некоторые качества за счёт технологий. Им запрещено плодиться. Есть побочный эффект из-за воздействия местной науки. Но они всё такие же люди.

Группа из сотни детей приближалась. Они тренировались. Бег необходим для выносливости. Пришельцы это знали, изучив физиологию. Один из них находился рядом с группой.

Вскоре дети остановились, а пришелец в броне направился к нам. Пока он шёл, Адель обратилась ко мне:

– Они создали переводчик и хорошо понимают любой язык с нашей планеты. Не сболтни лишнего!

Когда «разумный» подошёл, из его шлема раздалось что-то, похожее на потрескивание. Адель всё поняла и ответила:

– Этот человек хочет увидит своего сына. Номер тридцать семь.

Я посмотрел на детей. Никто из них не улыбался. Никто не разговаривал. Суровые взгляды юношей обратились на нас. Их мужественности уже можно было позавидовать.

Пришелец не стал больше говорить и направился к детям.

Адель заговорила со мной:

– Моя группа создана в том числе и для того, чтобы отслеживать родословную. Гены папы и мамы очень важны. Твои гены и гены Эми порождают сильных детей. Возможно, твой сын станет командиром. Некоторые из твоего потомства в будущем будут отправлены в поселения для размножения. Мы их скрестим с идеальными генами противоположного пола, которых также отбираем…

Я не успел ничего ответить. Да и не хотел. Я устал. Устал от мысли, что все люди лишь материал.

В нашу сторону бежал мальчик, и я был сосредоточен только на нём. В конце речи Адель добавила:

– Не говори, что ты его отец.

Суровый юнец остановился возле нас.

– Номер тридцать семь прибыл по вашему указанию!

Я присел на корточки.

– Как твоё имя, парень?

– Тридцать семь!

– Приятно познакомиться с тобой! Моё имя Честер.

– У вас странное имя.

Я улыбнулся. Адель молча стояла рядом.

– Согласен, – ответил я, продолжая улыбаться. – Можно, я обниму тебя?

– Что, сэр?

Я не стал объяснять, а просто обнял сына. Мои глаза намокли в ту же секунду.

– Честер, им запрещено проявлять чувства.

Я отпустил его через несколько секунд. Мальчик непонимающе смотрел на меня.

– Надеюсь, ты станешь великим воином, – сказал я.

– Это очень сложно, но я постараюсь!

– Буду надеяться, что ты меня не забудешь.

Вмешалась Адель:

– Номер тридцать семь, вы свободны!

Мальчик побежал обратно, обернувшись несколько раз. Его явно удивила эта встреча.

– Я выполнила твою просьбу. Тебе нужно возвращаться в поселение.

– Хорошо. Я готов.

– Я вижу, ты сильно устал. Позволь, я сделаю тебе укол, чтобы ты выспался.

– Делай, мне уже всё равно.

Мы отправились на корабль. Адель сделала инъекцию, и я почти сразу почувствовал, как веки закрываются. Единственное, что я хотел после того, как проснусь, – это видеть дом, траву и счастливую Эми…

Я очнулся у себя дома. Рядом лежала она, моя любовь. Эми проснулась и тут же улыбнулась.

– Такое ощущение, будто мы не виделись целую вечность, – сказала она своим нежным голосом.

Кто бы знал, как я соскучился по ней!

– Нас разлучает лишь сон, – сказал я. – Наверное, именно поэтому у меня такое же чувство.

Я огляделся, рассматривая дом. Я даже не пытался представить, как он выглядит без иллюзий.

– Пора вставать, соня, – продолжила Эми, – а то пропустишь своё назначение. Люди, наверное, уже собрались у здания администрации.

– Как думаешь, каким мэром я буду?

– Самым лучшим! – она поцеловала меня.

И тут я окончательно убедился, что я самый счастливый человек на этой планете.