Безделье

Глава 1

Этим утром Клаудия в очередной раз попросила меня проводить больше времени с детьми.

- Ты все равно сидишь дома, пока я работаю, так почему бы не уделить им внимание?

- Я тоже работаю.

Я крепко сцепил челюсть, пытаясь держать себя в руках. Клаудия была очень красивой, но не очень умной женщиной. Она никогда не могла вовремя остановиться.

Вот и сейчас:

- Фриланс – это не работа. Последний заказ у тебя был исполнен месяц назад, я же знаю. И, раз уж деньги в нашей семье зарабатываю я, то не мог бы ты заниматься домашними делами? Например, приготовить нам ужин, я же не могу успевать делать все.

Все это она говорила совершенно спокойным тоном, одновременно подкрашивая брови у зеркала. Будто я пустое место.

Я молча проглотил и это тоже.

- Я сегодня задержусь после работы, Мелани нужно помочь с подготовкой к юбилею. Забери детей из школы и накорми их ужином.

- Да, сэр, - не удержался я. Клаудия никак не отреагировала на мою шпильку, убрала тюбик с тенями в косметичку и вышла из спальни, прихватив ключи от машины.

Спустя минуту внизу хлопнула дверь. Значит, я остался один в доме. Выходные дети провели у родителей Клаудии, так что и в школу отправились оттуда.

Я включил ноутбук и проверил почту. Новых писем не поступало.

Неужели никому не нужно перевести что-нибудь историческое с английского на французский язык? И заплатить мне за это деньги.

Я вытащил из холодильника пиво и включил ютуб. Удобно расположился на диване и закинул ноги на стеклянный столик. Подошвой я касался стопки журналов про искусство. Их положила сюда Клаудия. Иногда она хвасталась перед подружками особенно редкими экземплярами.

Я поставил видео на автовоспроизведение, достал из холодильника еще одну бутылку пива на всякий случай и утопил в ютубе около трех часов. В интернете не замечаешь, как летит время.

Ролики, что предлагал мне ютуб, начинались с подборок о смешных животных и заканчивались детективными расследованиями. Я посмотрел несколько рекомендованных видео и остановился на убийстве Джудит Барси.

Я решил, что ее убийца просто был психически неуравновешенным. Кому еще придет в голову вырезать целую семью?

А сидеть, как он, целыми днями дома и не работать – так и свихнуться недолго. Я-то хоть фрилансом занимаюсь. Просто сейчас у меня небольшой тайм-аут.

Не знаю, почему это видео произвело на меня такое сильное впечатление, но после него я закрыл крышку ноутбука. На донышке второй бутылки оставалось немного пива, и я перевел взгляд на стопку журналов. Клаудия так носится с ними. Иногда кажется, что они ей дороже меня. Интересно, что будет, если она вернется домой и увидит, что они испорчены?

Мне захотелось скандала. Я представил ее вытянувшееся лицо и усмехнулся. А потом вылил остатки пива на журналы. Особого вреда это им не принесло, только уголки загнулись вверх. Но я был доволен собой.

Проголодавшись, я пошел на кухню. Из холодильника достал вчерашнюю рыбу и подкрепился.

Было скучно. Надо бы проверить почту, может, там уже сотня писем с предложениями.

Открыв ноутбук, я увидел только новое сообщение на Фейсбуке. Наверняка, какой-то спам.

Однако открыв сообщение, я был приятно удивлен.

«Привет, наткнулась на твой профиль в группе историков и не смогла пройти мимо. Меня зовут Майра, а тебя?»

Я занес руки над клавиатурой, мысленно формулируя ответ. На аватарке была фотография смеющейся брюнетки, которая разительно отличалась от Клаудии.

«Привет, меня зовут Майлз. Рад знакомству. Это ты на фотографии?»

Ответ от Майры не заставил себя ждать:

«Да :) понравилась?»

Я улыбнулся.

Мы переписывались до двух часов дня, пока я не вспомнил, что надо забрать детей из школы и не был вынужден попрощаться с ней.

По дороге в школу я прокручивал в голове диалог с Майрой и не мог прогнать радостную улыбку с лица. С ней было очень легко общаться, и у нас оказалось столько общего! Мы даже дипломную работу писали по схожей теме. Быстрей бы накормить детей и вернуться к ноутбуку, чтобы продолжить общение. К счастью, у Майры тоже было полно свободного времени, потому что музей, где она работала, на месяц закрылся на реконструкцию, и всех сотрудников отправили в незапланированный отпуск.

К школе я подъехал за пять минут до нужного времени, надеясь, что детей не задержат дольше необходимого.

Спустя десять минут через ворота повалила толпа, среди которой я разглядел Бена и Алана – сыновей Клаудии. Я посигналил им, и братья подбежали к машине.

- Привет, Майлз! – крикнули они в один голос и уселись на заднее сидение. Клаудия вечно просила их называть меня «папой», но я был рад, что они игнорируют ее. Это все же не мои дети, и они об этом знают.

- Привет, - отозвался я. – Как дела в школе?

Я вывел машину на дорогу и поспешил домой.

- Все хорошо, только Алан наблевал на уроке.

- Бен!

Я едва сдержал смешок.

- Тебе было плохо, Алан?

- Не знаю. Немного. Может, отравился чем-то.

Я взглянул в зеркало дальнего вида. Алан был бледен, щеки его ввалились. Бен беззлобно улыбался и подтрунивал над братом.

- Сейчас как себя чувствуешь? – спросил я.

- Нормально.

Дальнейший путь прошел в молчании. Я не очень-то хотел знать подробности его отравления. Дома дам Алану лекарство, а дальше пусть им занимается мать.

Я остановил машину у гаража, и дети тут же выбежали из нее.

- Обедать будете? – крикнул я им вдогонку.

- Нет! Мы поели в школе!

Следом хлопнула входная дверь, а затем раздался топот. Очевидно, дети побежали в свои спальни.

Ну и прекрасно. А я займусь делом. Войдя в свой аккаунт, я увидел два непрочитанных сообщения от Майры и с удовольствием принялся отвечать на них.

Дети возились в своих спальнях, и в пять часов я вспомнил, что им наверняка нужно делать домашнее задание. Я отвлекся от интернета и поднялся наверх.

Алану явно похорошело, о чем свидетельствовал его раскрасневшийся вид. Судя по количеству перьев, летающих в воздухе, они с Беном играли в индейцев.

- Так, парни. Пора делать домашнее задание. Потом ужинать, купаться и спать.

- Мы не хотим, - ответил Бен за двоих.

- Это неважно. Марш переодеваться и…

Я не договорил, так как Бен выстрелил в меня из игрушечного лука и попал в грудь. Стрела на присоске закачалась из стороны в сторону, и я отлепил ее от себя. Братья покатились со смеху, и я вспылил. Схватил Бена и от души шлепнул его по заднице. Смех его оборвался, сменившись злыми рыданиями. Алан же поднял на меня ничего не выражающие глаза.

- Ты не имеешь права нас бить. Ты нам даже не отец. Мы знаем свои права.

- Я все расскажу маме, - поддакнул ему Бен. Я отвесил подзатыльники обоим и сказал, чтобы они заткнулись и взялись за уроки.

Рука у меня была тяжелая, так что они послушно убрались в комнате под моим надзором и сели за уроки.

Я же спустился вниз. С каждым днем я все меньше понимал, какого черта связался с женщиной, у которой два ребенка от предыдущего брака. И каких ребенка!

Мое первое знакомство с ними должно бы было меня отрезвить и заставить держаться подальше от тронутого семейства. Но Клаудия не сразу проявила свой стервозный характер, да и я зарабатывал тогда достаточно, чтобы не выслушивать в свой адрес обвинения типа утренних.

Это был не первый раз, когда я остался у нее ночевать, но первый, когда она не смогла оставить ребенка бабушке или кому-то еще. Он мирно играл в своей комнате. До этого мы как-то случайно столкнулись на улице с ним и Клаудией.

После ужина она попросила меня подняться наверх и пожелать ему спокойной ночи.

Я тогда был без памяти в нее влюблен и готов был жениться на ней и усыновить десятерых ее детей. Открыв дверь с приклеенным на ней листочком, где корявая надпись оповещала, что именно здесь проживает Бен, я вошел внутрь. На кровати сидел мальчишка, что-то около десяти-одиннадцати лет. Он испуганно таращился в мою сторону, и на его лице плясали разноцветные тени от ночника.

Я сел на кровати.

- Привет, Бен, готов ложиться спать?

Он внезапно потянулся ко мне и обвил руками мою шею. Я опешил, а Бен жарким шепотом сообщил мне:

- Там кто-то есть под моей кроватью. Мне страшно.

Я аккуратно отнял его руки от себя и постарался улыбнуться как можно спокойнее. Сказки про прикроватных монстров должны оставаться сказками. Сейчас я залезу под кровать, стукну пару раз кулаком по полу и скажу Бену, что прогнал монстра под кроватью навсегда. Тогда мы с мальчиком подружимся, и все будет славно.

Я опустился на колени и заглянул под кровать. В ту же секунду вся жизнь пронеслась перед моими глазами, потому что под кроватью тоже сидел Бен и тоже испуганно смотрел на меня. Шепотом он произнес:

- Там кто-то чужой на моей кровати. Мне страшно.

А мне-то как страшно.

Я замер, чувствуя, как ледяной пот пропитал мою рубашку. Что за чертовщина?

Я пытался сообразить, что мне предпринять, и заодно подавить дрожь в коленках. Я никогда не верил в сверхъестественных тварей, но сейчас я очень хотел позвонить Дину и Сэму Винчестерам.

Впрочем, через секунду из-под кровати раздался смех, а затем его подхватил Бен, упавший от хохота на подушки.

На свет выполз «второй» Бен, а я бросился к выключателю. Хохот этих тварей показался мне самым демоническим, какой только был возможен.

Вспыхнула лампа, и в комнате стало светло. Теперь оба Бена катались на кровати и сучили ногами от хохота. На одном из них была синего цвета пижама, на другом – коричневого.

Раздались быстрые шаги на лестнице, а следом внутрь вошла Клаудия. Она сгибалась от смеха пополам.

- Извини, но нам так хотелось разыграть тебя. Дело в том, что у меня не один, а два сына. Они близнецы. Бен и Алан.

С кровати все еще доносился хохот, а я благодарил небеса, что умудрился не описаться от страха.

«Разыграть меня?»

- Вы тут совсем чокнутые, - буркнул я и ушел.

И на этом стоило бы остановиться, но на следующий день мне позвонила Клаудия, долго извинялась, говорила, что это был тупой розыгрыш, что нам же так хорошо вместе и блаблабла. И я поплыл.

И вот теперь два этих идиота будут мне рассказывать, что я не имею права их бить? Да у меня должно быть красивое разрешение в рамочке на то, чтобы сечь их розгами каждую неделю!

Я хотел продолжить общение с Майрой, но она написала, что вечером идет гулять с подружками и напишет позже.

Тогда я достал из холодильника последнюю бутылку пива. Закрывая дверцу, я успел увидеть, что рыбы осталось всего ничего. Ее едва хватит детям, чтобы поужинать.

Но если я сейчас приготовлю ужин, это будет означать, что я сдался, и что Клаудия загнала меня под каблук. Нет уж. Дудки. Она здесь женщина, пусть приходит домой и готовит еду. Я приношу деньги в дом, в конце концов. Да, сейчас у меня затишье, но что же теперь делать? Если бы я работал на обычной работе и ушел в отпуск, мне тоже нужно было бы готовить самому? А зачем же я тогда женился?

Я допил пиво и включил телевизор.

Наверху было тихо. Очевидно, дети прониклись моими подзатыльниками. Вот и прекрасно.

Вечером я поделил между ними рыбу и поджарил тосты. Намазал их сливочным маслом и положил сверху сыр. Вполне питательно.

Братья поужинали и унеслись наверх. Проверять уроки я не стал. Этим должна заниматься мать. Впрочем, я не сомневался, что они все сделали. Так что пусть играют.

Сам же я продолжил смотреть Дискавери.

Около восьми часов вечера вернулась Клаудия. Уставшая, голодная и злая.

- Как дела? – вместо приветствия спросила она. Я пожал плечами.

- Нормально. Алан вроде отравился. Сегодня в школе его вырвало. Я дал ему лекарство. Сейчас лучше себя чувствует.

Клаудия разулась и пронесла пакеты с покупками на кухню.

- Ты кормил мальчиков?

- Да, дал им рыбу.

- Ты приготовил рыбу?

Я повернул голову в сторону кухни и увидел, как она вытаскивает продукты из пакетов и кладет их в холодильник. Зачем строить из себя дурочку, если ты видишь, что в холодильнике не прибавилось нового блюда?

- Нет, это была вчерашняя.

Я надеялся, что смогу спокойно вести с ней диалог, но выпитое пиво давало о себе знать, и я едва сдерживал злость. Клаудия после работы, значит, повеселилась с подружкой, пока я тут не знал, чем себя занять, пока я как сумасшедший проверял почту в надежде на работу. И теперь она мне будет предъявлять претензии?

- Я же сказала тебе приготовить ужин, Майлз. Неужели так сложно? Я уставшая прихожу с работы и надеюсь на то, что меня будет ждать немного вкусной еды. Неужели это так трудно?!

Ну вот, она повысила голос.

- Я не домохозяйка, Клаудия. Святая обязанность жены – готовить для домашних.

- А если я уеду в командировку на неделю, ты что, умрешь с голоду, но не приготовишь ужин?

- Рестораны еще никто не отменял, - ответил я и поднялся с кресла. Этот спор утомлял меня. И сидеть в четырех стенах целый день мне тоже надоело. Я хотел пройтись.

- Рестораны? – она рассмеялась. – Да у тебя же нет денег на рестораны, дорогой.

Я оставил ее слова без ответа и ушел, хлопнув дверью.

Вернулся я под утро и лег спать в гостевой комнате. Когда я проснулся, ни Клаудии, ни детей дома не было. Ну правильно – часы показывали одиннадцать утра. Кто на работе, кто в школе. Только ты, Майлз, сидишь дома, как последний бездельник.

Наверное, я должен извиниться перед Клаудией?

Но за что? Разве я не прав?

Я умылся, принял душ и спустился на кухню. Пива в холодильнике не обнаружилось, и я вспомнил, что выпил последнюю бутылку вчера вечером.

Чертыхнувшись, я сделал себе кофе и пару бутербродов с сыром. Теперь, чтобы выпить пиво, я должен попросить на него денег у Клаудии. Это так унизительно.

Я подумал, что наши с ней отношения зашли в тупик, из которого нет выхода. Но я не мог развестись с ней. На что я буду жить? Что, если мне еще долго не будут приходить заказы?

Может, когда мне подвернется новая работа над переводом, тогда я и предложу ей развестись.

Я позавтракал и повеселел. Оставил посуду в мойке и включил ноутбук. Майра добавила в альбом новые фотографии. Очевидно, со вчерашней прогулки. В полный рост она оказалась еще красивее. Если бы я выбирал ей имя, то назвал ее не Майрой, а Эсмеральдой. Такая она была – длинные черные кудри, пронзительный взгляд, серьги в ушах и цветастое платье.

Я написал ей, что она потрясающе красива, и она прислала в ответ смущенные эмодзи. Мы переписывались до обеда, а потом она извинилась и сослалась на домашние дела. Мы договорились возобновить общение вечером, и я нажал на загрузку почты, а сам отправился на кухню. В холодильнике было полно продуктов, из которых можно было приготовить какое-нибудь блюдо.

Я пожарил себе яичницу с беконом. Если Клаудия думает, что сможет меня проучить или подмять под себя, то она сильно ошибается.

Мой почтовый ящик оказался пуст, и я вспомнил, что для связи потенциальным работодателям оставлял еще и почту Клаудии. Я зашел в ее аккаунт, просмотрел входящие сообщения. Их было три. Два из них были рекламным спамом, а третье я открыл и прочитал.

Мне пришлось перечитать текст этого сообщения дважды, чтобы убедиться: Клаудия увеличила свою страховку до восьмидесяти тысяч, и это мероприятие прошло успешно, что подтверждало данное письмо.

Восемьдесят тысяч долларов!

Она не говорила мне, что застраховала жизнь. Когда, интересно знать, она успела?

Я снова открыл письмо и приложенный к нему документ. Выходило, что раньше, еще до встречи со мной, она была застрахована на сорок тысяч, и деньги в случае ее смерти должны были поступить ближайшим родственникам. То есть Бену и Алану.

Теперь же, в связи с ее повышением, работодатель предложил увеличить страховку (это я выяснил из переписки Клаудии с сестрой), что она и сделала.

А мне ничего не сказала. То есть она меня даже за члена семьи не считает? Выходит, что такие серьезные вопросы она решает самостоятельно. Интересно, какие еще секреты у нее есть? Может, наш дом в залоге? Или же у нее есть счет на Бали?

Мне стало неприятно, и я решил отвлечься смешными видеороликами.

Налив себе кофе, я вновь сел за ноутбук и включил ютуб.

Спустя час рекомендованные видео отправили меня к детективным расследованиям, и после ролика про идеальное убийство Дайан Кинг я задумчиво закрыл ноутбук и уставился в стену напротив.

Ничего конкретного мне в голову не шло, но целый веер мыслей крутился вокруг космической страховки Клаудии, нашей с ней явно неудавшейся совместной жизни и моей работы. Вернее, ее отсутствия.

Минус Клаудии был в том, что она не была известной журналисткой, как Дайан Кинг. Да и вообще не была известным человеком. То есть, у нее были друзья и приятели, но их количество было обычным, как у всех других людей.

А значит, ей не сможет звонить сумасшедший поклонник. И он не сможет потом убить ее.

Впервые подумав об убийстве Клаудии, я ощутил, как на меня снисходит успокоение. Я даже подивился, как мне раньше не приходила в голову эта простая мысль?

Впрочем, раньше я не знал о сумме ее страховки.

Мысль убить Клаудию выглядела в моем представлении отличным добротным домом. Только, чтобы построить дом, нужен крепкий фундамент. А еще дом нужно строить для того, чтобы жить в нем. А не сесть в тюрьму за незаконную стройку.

Память подкидывала мне все больше сцен с раздраженной Клаудией, с непослушными детьми, и я понимал, насколько верное решение я принял. Можно, конечно, просто развестись с ней, но что дальше? Ютиться в съемной комнате? Я же продал свою квартиру, когда переехал сюда. Жить с родителями? Нет уж, увольте.

Другое дело – получить после смерти Клаудии восемьдесят тысяч долларов. Можно будет продать этот большой дом и купить другой, поменьше. И желательно в другом городе.

Самое сложное – продумать преступление так, чтобы меня не заподозрили.

Руки так и чесались «загуглить» идеальные убийства и криминальные передачи, но полиция может изъять домашнюю технику после смерти Клаудии, а в случае, если на меня падет подозрение, суд может разрешить полиции изучить содержимое ноутбука, телефонов, домашнего компьютера и прочего.

Спохватившись, я вновь зашел на почту Клаудии и поставил на сообщении от страховой флажок «не прочитано». На всякий случай. По идее я не должен знать о восьмидесяти тысячах долларов. И должен буду сильно удивиться, когда страховая компания позвонит мне.

Я поднялся и принялся ходить по комнате, пытаясь упорядочить мысли. Было бы лучше записать их все на лист бумаги. Потом можно сжечь его. Но рисковать я не стал. На таких мелочах и прокалываются преступники.

Придется держать все в голове.

Я вдруг сообразил, что подумал о себе, как о преступнике, и невесело усмехнулся. С другой стороны, а преступники что – не люди?

Я посмотрел на настенные часы и вспомнил про детей. Нужно быть у школы через пятнадцать минут. Вот же черт!

Я быстро выкатил из гаража машину и помчался в школу. По дороге постарался привести в порядок мысли, чтобы предстать перед близнецами в том же состоянии, в каком я обычно и пребываю.

Сегодня дети бесились на заднем сидении всю дорогу до дома, пихая и пиная друг друга, пока я не наорал на них.

Высадив их у дома, я загнал машину в гараж и некоторое время сидел внутри, думая над тем, что мне предстоит сделать. Нужно будет подгадать день, когда детей не будет дома. Брать на себя их убийство я не был готов. Как бы они меня не бесили, это не повод их убивать.

Я обхватил руль руками и опустил на них голову. Вот бы Клаудия уехала куда-то на пару дней и дала мне все спокойно обдумать.

Ладно, завтра у меня на это будет целый день. А сейчас мне не надо привлекать к себе лишнее внимание, так что лучше вернуться в дом.

Близнецы переоделись и спустились на кухню. Я сделал им бутерброды с сыром и заварил чай в пакетиках.

- Опять бутерброды, - недовольно протянул Алан.

- Я не буду это кушать, - подхватил Бен.

Я равнодушно пожал плечами.

- Другой еды нет.

- Почему ты ничего не приготовишь? – спросил Бен. – Я слышал, как мама тебе говорила приготовить ужин.

- Заткнись и молча ешь бутерброды.

Бен явно хотел что-то сказать, но сдержался. Не притронувшись к еде, дети поднялись в свои комнаты. Ну и ходите голодные.

Чай я вылил в раковину, а себе сделал кофе. Не пропадать же бутербродам.

На фейсбуке меня ждали четыре непрочитанных сообщения, и все от Майры. Особенно мне понравилось последнее, где она спрашивала, не хочу ли я с ней встретиться. Конечно, хочу!

Я уже принялся набирать соответствующее сообщение, как в голову мне пришла одна мысль. Если полиция узнает, что у меня был роман на стороне, пусть даже это простая встреча с девушкой без далеко идущих планов, то подозрение в убийстве жены усилится. Ведь у меня будет мотив – избавиться от жены и жить с новой девушкой.

Конечно, основной мой мотив – это восемьдесят тысяч долларов, но об этом полиции знать необязательно.

Меня в любом случае будут подозревать, так что не стоит давать полиции лишний для этого повод. Пока я не разберусь с Клаудией – никаких встреч.

Да и само по себе общение с Майрой бросало на меня тень.

Но отказаться от этого я не мог. Тем более мы не обменивались интимными фотографиями, а обсуждали работу, историю, книги, фильмы и все подряд. То есть наше общение вполне можно было назвать дружеским.

Поэтому я соврал Майре, что меня отправляют в командировку в филиал компании (да, я сказал ей, что работаю в крупной компании), и что мы вряд ли сможем увидеться в ближайшее время. Таким образом, я оставил лазейку для себя, чтобы написать Майре и предложить встретиться, когда все закончится. И одновременно этим я доказывал полиции, что никаких романов на стороне я не имел.

Я задумался о том, что не буду совершать ошибку большинства мужей, и не буду исправлять наши с Клаудией отношения. Многие погорели именно на том, что за неделю до убийства жены начинали расточать ей комплименты, дарить подарки и умаслять всякими другими способами, чтобы жертва расслабилась и доверилась.

Я же буду умнее. Я честно скажу полиции, что мы ругались с Клаудией, да, как и все другие семейные пары. Да, у меня действительно были проблемы с работой. Конечно, меня это беспокоило. «Пилила» ли меня Клаудия по этому поводу? Ну, офицер, вы же знаете женщин. Но это же моя жена. Если я первый найду убийцу, я сам его придушу. Да, офицер, я знаю, что это незаконно, и что это дело полиции. Простите, офицер. Просто не могу поверить в смерть жены.

Мысленно я проговаривал подобные диалоги несколько раз на день.

Прошло трое суток с тех пор, как я задумал убрать Клаудию, и я продумал очень многое, кроме основного – способа ее убийства. Да еще такого, который не будет бросать на меня тень.

Мне нужно алиби. Чтобы, например, десять человек подтвердили, что весь вечер я провел в баре. Ну, или еще где-то.

Ну хорошо, допустим. Недалеко от дома есть бар, и я могу отлучиться в туалет, вылезти через окно, сбегать домой, убить Клаудию и вернуться обратно.

Малейшая оплошность – и меня посадят. Слишком много «если» в этом варианте. Если никто не зайдет в туалет за время моего отсутствия, если нет камер внутри и снаружи, если никто не встретится мне по дороге домой, если я смогу убить Клаудию и не запачкаться ее кровью, если, если, если…

Кстати, о крови. Может, отравить ее?

Подумав, я отказался от этого варианта. Я не разбираюсь в ядах и не знаю, какие из них можно найти при вскрытии, а какие нельзя. А если я начну интересоваться этой темой за пару недель до смерти Клаудии… Ну, вы поняли.

Всю неделю я забирал детей из школы, вяло переписывался с Майрой и изредка переругивался с Клаудией. Она все же наступила на горло гордости (или чему там еще) и стала готовить кушать после работы. Очевидно, ей не хотелось, чтобы ее дети голодали.

Ежедневно я включал развлекательные видео, создавая видимость того, что мне и в голову не приходили мысли об убийстве Клаудии. Я даже отправил нескольким потенциальным работодателям свое резюме.

Подстраховавшись таким образом, я проводил время за размышлениями и пришел к выводу о том, что мне нужно быть вместе с Клаудией, когда приедет полиция. Может даже, мне нужно будет самому ее вызвать.

Итак, вот приезжает полиция и видит бездыханное тело Клаудии и меня. Первая мысль – убийца муж. Все верно. Тогда нужно, чтобы мужа полиция нашла раненым. Мифический «убийца» Клаудии окажется недобросовестным человеком и не убедится, что я тоже мертв. Вот такое везение. Я родился в рубашке. О, офицер, лучше бы умер я, чем Клаудия. Ведь ее дети… Конечно, они мне как родные, но… о, какой ужас.

А почему именно Клаудия? Убийца имел к ней личные счеты?

Нет, полицию нельзя пускать по этому следу.

Будь я психопатом, я бы совершил аналогичное убийство где-то на соседней улице, чтобы после смерти Клаудии полиция решила, что в городе завелся маньяк.

Но на такое я точно не был способен.

Черт, что же придумать?

Может, убийца прокрался в наш дом с целью ограбления? Вот это больше похоже на правду. Я мог бы вывезти из дома заранее какие-то драгоценности и деньги. Может, плазму из гостиной и пару статуэток. Да и журналы тоже имеют ценность. Кстати, Клаудия даже не заметила, что их репутация нынче подмочена. Ха-ха.

- Майлз, ты в порядке?

Я поднял глаза и обнаружил, что сижу за кухонным столом и держу в правой руке вилку с намотанными на нее спагетти, а Клаудия домывает посуду после ужина.

- Ты сидишь так уже добрых десять минут. Что-то случилось?

Вид у нее был встревоженный, и я на секунду усомнился в своем решении. Но только на секунду.

- Нет, я просто задумался. Не знаю.

Я немного нервно рассмеялся.

- Ты уже неделю ходишь задумчивый. Ты точно в порядке?

Клаудия отключила воду и села рядом со мной на стул.

- Может, у нас и не все гладко, но я в состоянии поддержать тебя, Майлз. У тебя долги? Или ты серьезно заболел? Или проблемы с родителями? Я не знаю, что и думать. Ты уже который день отвечаешь мне невпопад, смотришь мимо меня. Я переживаю.

- Все в порядке, правда.

- Ты… скажи мне правду, Майлз. Ты встретил другую женщину?

Она опустила глаза вниз, будто боясь моего ответа.

- О боже, Клаудия! Разумеется, нет, - удивление в моем голосе было таким искренним, что она расслабилась. – Я правда в порядке. Просто переживаю, что работы нет, и я, считай, сижу у тебя на шее.

Клаудия наклонилась и обняла меня.

- Все наладится, Майлз. Все у нас будет хорошо.

Нет, Клаудия. «У нас» все хорошо не будет.

Я решил, что убью ее с помощью ножа. Мифический убийца придет к нам в дом, чтобы ограбить, но будет застигнут врасплох Клаудией. Он схватит кухонный нож и нанесет ей пару ударов. Боясь, чтобы его не застукали, он устремится к выходу, и тут спущусь я. Убийца встревожен, он не собирался убивать, он хотел лишь ограбить, поэтому он и меня ударит ножом куда-нибудь в бок. А потом убежит, не удостоверившись, что я тоже мертв. Я же доползу до телефона и вызову полицию.

Запомнил ли я его внешность? Офицер, все произошло так быстро. Кажется, он был в черной толстовке и штанах. Были ли надписи на одежде? Может быть, я не запомнил. Цвет его волос? Вроде темный. Мне так жаль, что от меня нет никакого толка. Если бы я знал, я бы запомнил каждую родинку на его лице.

Так, хорошо. Вот я зарезал Клаудию, но есть риск, что на меня попадет ее кровь, а на ноже останутся отпечатки, поэтому я буду действовать в перчатках и бахилах. После убийства я сниму одежду и позаимствую велосипед одного из близнецов. Увезу одежду и перчатки с бахилами, да и нож тоже, на свалку, благо ближайшая в паре километров, и выкину.

Нет, лучше я увезу это в ближайшую лесополосу и сожгу. Чтобы наверняка.

Потом вернусь и улягусь рядом с женой. Черт, тогда придется оставить нож на месте преступления. Если я его увезу, придется ранить себя в лесу. И тогда на дороге могут остаться следы моей же крови.

Теперь, когда я принял решение и проработал детали преступления, спокойствие меня покинуло. Я нервничал и срывался на детях. Впрочем, это сыграло мне на руку, потому что Клаудия отвезла их к своим родителям на выходные. Когда она вернулась, я был готов. Поздно вечером, когда она досмотрит свой любимый сериал в гостиной, я ударю ее ножом.

Плазму я решил оставить, но некоторые драгоценности и статуэтки, представляющие хотя бы малейшую ценность, увез на свалку и выкинул еще вчера.

После ужина Клаудия, как я и планировал, уселась смотреть телевизор. Когда она поднялась с дивана и направилась к лестнице, настенные часы показывали 23:40.

Я ждал ее за углом. Занес руку с ножом и всадил его ей в живот несколько раз. От неожиданности Клаудия широко открыла рот и распахнула глаза в изумлении. Почему-то она не кричала, а только хватала ртом воздух. После пятого удара я решил, что этого хватит. Последний удар я направил в сердце.

Клаудия хаотично размахивала руками, пытаясь уцепиться за невидимые поручни, но только размазала кровь по стене, а потом сползла на пол и затихла. Я немного подождал и опустился на корточки. Схватил ее за запястье. Пульса не было.

Вот так.

Некоторое время я молча стоял и смотрел на ее тело. Потом опомнился. Восемьдесят тысяч долларов не достаются глупцам. Надо следовать плану, а не тупить. Я быстро снял с себя всю одежду вплоть до белья и носок и засунул все добро в мусорный мешок. Потом надел спортивные штаны и футболку и вышел на улицу с мешком в руках. Осмотревшись, никого не увидел. Соседи либо спали, либо смотрели телевизор. Оседлав велик, я помчался в лесополосу. Остановился, отвязал мешок от велосипеда и грязно выругался. Идиот! Я не взял с собой ни спички, ни зажигалку. Забыл!

Черт!

Что делать? Ехать на свалку слишком долго, и она в другой стороне.

Нужно было принимать быстрое решение. Я поднял ветку и принялся раскапывать ей землю. Пока что прикопаю мешок, а когда все закончится – сожгу. В любом случае обратной дороги нет и остается надеяться, что никто не найдет его. Копать сухую землю оказалось очень тяжело, и я пожалел, что не поехал на свалку. Уверен, так получилось бы гораздо быстрее.

Я нервничал еще и потому, что не знал, что происходит дома. Вдруг родители Клаудии решили сделать сюрприз и приехать к нам в гости на ночь глядя? Вдруг соседке срочно понадобилось что-то. Что? Да я не знаю! Что там обычно женщины одалживают друг у друга!

Я вспотел и все больше злился на себя. Теперь придется переодеваться в новую одежду.

Спустя время импровизированная яма стала достаточно глубокой, чтобы в нее поместился пакет с одеждой. Я забросал его землей и покатил обратно. Ветер остудил меня, высушив пот, и я решил, что не буду переодеваться. Поставив велосипед на место, я вошел в дом и запер дверь, чтобы никакие соседи мне не помешали.

Клаудия лежала все на том же месте и не шевелилась. Никаких изменений в обстановке я не наблюдал, потому потянулся к ножу, чтобы ранить и себя тоже, и тут же отпрянул от него, как от ядовитой змеи. Идиот! Просто форменный дебил! Я же выбросил перчатки!

От злости я ударил кулаком в стену и тут же застонал от боли. Потом снова взглянул на стену. Так, Майлз, надо успокоиться и подумать. У тебя не очень много времени. Что, если убийца прикончил Клаудию, бросил нож и не успел его подобрать, когда увидел тебя? Ударил тебя, например, статуэткой ангелочка, которая надежно скрыта под грудой мусора на свалке. Чтобы сымитировать такой удар, мне придется хорошенько разбежаться и удариться о стену. Ну, значит, полицию я смогу вызвать не сейчас, а гораздо позже, когда приду в сознание.

Хотя, почему нет? Наберу 911, начну говорить, что в мой дом пробрался мужчина, он убил мою жену, потом начну кричать, потом в трубке услышат глухой удар и приедут к нам. Ковер мягкий, он заглушит мои шаги, и полиция не догадается, что я сам и побежал в стену.

Так я и сделал. Нажав на мобильном нужные кнопки, я дождался ответа оператора и назвал свой адрес. Успел сказать, что произошло нападение на мою жену, а потом отбросил телефон в сторону, имитируя удар. Следом я разбежался и с криком впечатался лбом в стену. Дальше была темнота.

Очнулся я в больнице. Рядом что-то пищало и гудело, голова моя жутко раскалывалась. В палате никого не было, кроме меня, и я смог немного обдумать произошедшее. Даже хорошо, что так получилось с ножом. Должно быть, сам дьявол направлял мою руку этой ночью. Теперь у полиции есть еще и аудиозапись «нападения» на меня и Клаудию.

Некоторое время я находился один, но потом открылась дверь, и вошел мужчина в коричневом костюме. В одной руке он держал пластиковый стаканчик, в другой планшет с приколотыми к нему белыми листами. Я решил, что это детектив.

- Мистер Мэнсон, как самочувствие?

- Спасибо, не очень. Что с моей женой?

Детектив не ответил и сел рядом со мной на стул.

- Я бы хотел поговорить с вами о том, что произошло вчера. Вы в состоянии? Если нет, я приду позже или позову врача.

Детектив участливо смотрел на меня.

- Нет, я в порядке. Мы можем поговорить, - ответил я. От его стаканчика доносился какой-то фруктовый запах. Надо же. Я думал, все детективы пьют кофе.

- Я представлюсь. Я детектив Браун. Задам вам несколько вопросов по поводу того, что случилось с вами и вашей женой и…

- Вы не ответили на вопрос о моей жене, - напомнил я. Детектив посмотрел на меня глазами грустного бассет-хаунда.

- Не хотелось бы вас расстраивать, но…

Он замолчал, и я спрятал лицо в ладонях. Деликатно выждав время, мистер Браун протянул мне планшет.

- Вы мужественный человек, мистер Мэнсон, раз согласились побеседовать. Вот здесь и здесь поставьте, пожалуйста, свою подпись, чтобы мое начальство не кричало на меня, что я нарушил ваши права и опрашиваю вас в больнице.

- Да, конечно.

Я постарался придать своему голосу максимальную горечь. В конце концов, я только что потерял жену.

И скоро приобрету восемьдесят тысяч долларов.

Поставив свою подпись во всех нужных местах, я приготовился отвечать. Сейчас было важнее всего не выдать себя и запомнить свои слова, чтобы впоследствии не противоречить самому себе.

Детектив задал мне стандартные вопросы, где родился, когда женился, и записал мои ответы на бумагу.

- Кроме Бена и Алана у вас еще есть дети?

- Нет, - я помотал головой. – Строго говоря, близнецы тоже не мои дети. Я усыновил их, когда женился на Клаудии.

- Аа, - протянул детектив. Он был похож на грустного старого пса, который скорее хочет вернуться в гостиную и лечь у камина, а не вот это вот все.

- Я понимаю, как вам должно быть нелегко, но постарайтесь вспомнить вчерашний вечер. Максимально подробно, не упуская никаких деталей. Во сколько вы поужинали?

- Около восьми часов вечера. Потом Клаудия помыла посуду, я сидел за компьютером, смотрел видеоролики. Часов в девять, может, чуть позже, ей позвонила ее подруга Мелани.

- Долго они говорили?

- Мне кажется, вечность. Клаудия любит поболтать… любила.

- Что было потом? Вы смотрели ролики, а Клаудия?

- Я потом поднялся наверх, искупался в душе, а что делала моя жена, я не знаю. Обычно по вечерам она смотрит сериал. Наверняка, вчера было то же самое.

Я замолк, мысленно формулируя фразы так, чтобы они были информативны и имели минимум подробностей.

- Потом, где-то после одиннадцати часов я услышал посторонние звуки и крики Клаудии.

- А вот эти посторонние звуки, они какие были?

- Ну…

Черт, не мог остановиться на криках? Выдумал еще какие-то звуки. Мысленно я корил себя, но быстро сориентировался и ответил:

- Я имею в виду, что слышал как будто шаги или… Я не знаю, как это объяснить, но ты привыкаешь к звукам своего дома и понимаешь, когда что-то не так. Когда в доме чужой.

Детектив кивнул, записывая что-то на планшете.

- Итак, вы услышали крики Клаудии и? Что вы сделали?

- Я спустился по лестнице и увидел, что она лежит и не шевелится, а над ней стоит мужчина.

- Можете его описать?

- Не уверен. Я был в таком ступоре от увиденного, что толком и не запомнил его внешность. Помню, что на нем была черная толстовка и черные штаны.

Детектив снова кивнул. Даже не спросил меня про мелкие детали вроде того, а застежка-молния или шнуровка были на толстовке?

- У него было что-то в руке? – спросил он. Я помотал головой.

- Я сразу обратил внимание, что рядом с Клаудией лежит нож. Видимо, им он…

Я замолк и закрыл глаза. Надеюсь, получилось достаточно трагично.

- Вы точно в порядке? Мы можем продолжить?

- Да, офицер, спасибо.

- Так что, в руке у него было что-то?

- Нет. Ничего, - ответил я. Детектив записал мои показания и отпил немного из стаканчика.

- Так, Майлз. Можно, я буду называть вас по имени?

- Да, конечно.

- Так вот. Значит, преступник увидел вас и понял, что вы его застигли на месте преступления. Что он сделал?

- Он ударил меня по голове.

- Должно быть, у него был чугунный кулак, - заметил мистер Браун.

- Почему?

- Если верить результатам вашего обследования, то на вашу голову посягал «тупой твердый предмет». Настолько твердый, что у вас легкое сотрясение. Понимаете, если верить экспертизе, удар должен был быть нанесен чем-то крайне тяжелым.

Черт. Надо было сразу сказать, что он занес для удара статуэтку! Ну, теперь поздно идти на попятную. Я пожал плечами.

- Может, он ударил меня чем-то, что нашлось под рукой. Я не помню. Говорю же: я был в шоке.

- Я понимаю, - кивнул детектив. – Я просто пытаюсь понять, зачем этот человек проник к вам в дом.

- Может, он хотел нас ограбить? – предположил я.

- А у вас что-то пропало? – заинтересовался детектив.

Я чуть было не ответил «да», но вовремя спохватился. Я же не могу этого знать!

- Я не знаю.

А детектив не так прост, оказывается. Надо быть осторожнее с ответами. Попробовать его расположить к себе.

- Но эту версию мы тоже проверим, Майлз. Еще такой вопрос: у вас же со стороны кухни есть черный вход, верно?

- Да, но мы им не пользовались уже сто лет. Раньше Бен и Алан выбегали на задний двор, а мы там храним всякое старье. Ну и, чтобы они не поранились, заперли эту дверь.

- Вот как, - протянул детектив. – Видите ли, при осмотре оказалось, что все двери и окна вашего дома заперты. Все, а не только черный вход.

Липкий пот потек между моих лопаток. Я же сам, своими собственными руками запер входную дверь. Черт, черт, черт!

- Соответственно, встает вопрос, каким образом преступник проник в дом, и каким образом он его покинул?

Я молчал, лихорадочно пытаясь придумать выход из ситуации, но в голову ничего не приходило.

Но на ноже нет моих отпечатков! Как они докажут, что убийца я?

Детектив допил свой фруктовый напиток и выбросил стаканчик в урну.

- Майлз, выходит, что преступник все это время находился в доме.

- Я не буду говорить без своего адвоката, - ответил я. Детектив развел руками.

- Ваше право. Впрочем, я просто хотел с вами побеседовать прежде, чем арестовывать. Любопытно было.

- Арестовывать?

Детектив поднялся со стула.

- Да. Майлз, я скажу вам кое-что интересное сейчас, но и вы мне ответьте: это из-за страховки? Вы узнали про восемьдесят тысяч?

Я промолчал.

- Видите ли, Майлз. Ваша жена родилась в рубашке. Пять ударов ножом – и ни один из них не задел жизненно важные органы. Клаудия пришла в сознание час назад и заговорила. Так что ее показания плюс косвенные улики вроде запертой двери равно упечь вас за решетку.

Детектив вышел, а я остался тупо смотреть на дверь. Я же все просчитал! Я все продумал! Я попытался подняться с кровати, чтобы сбежать, но в ту же минуту дверь снова открылась, и внутрь вошел мистер Браун и двое полицейских.

- Мистер Мэнсон, вы арестованы по подозрению в совершении преступления первой степени, а именно в покушении на убийство миссис Мэнсон. Вы имеете право хранить молчание. Всё, что вы скажете, может и будет использовано против вас в суде. Ваш адвокат может присутствовать при допросе. Если вы не можете оплатить услуги адвоката, он будет предоставлен вам государством. Вы понимаете свои права?

Я кивнул и потерял сознание.