Дожить до лета

Глава 1

Марта сидела напротив зеркала, рассматривая оголённые плечи и тонкую шею. На левой стороне, прямо под челюстью, на припухшей и покрасневшей коже вырос насыщенный синий цветок. Девушка чувствовала все прикосновения к лепесткам и стебельку, когда касалась их мизинцем. А если пыталась потянуть, надеясь вырвать паразита, сразу морщилась и шкрябала пальцами ног по ковру от боли.

Надо было лучше следить за собой в начале весны. Сама виновата.

Надев водолазку с горлом, она покинула спальню, окунувшись в аромат завтрака. За кафельной белой плитой стоял худой дедушка. Выражение «кости да кожа» было бы для него комплиментом.

Трясущаяся рука держала тарелку, вторая положила на неё яичницу, щедро посыпанную копчённой паприкой.

–По телевизору сказали, что паприка действует на них, как натуральный гербицид, – активно шевеля челюстью, промямлил старик, протянув блюдо внучке.

–В прошлом году то же самое про уксус говорили… – вздохнула та.

–Всё лучше, чем химикатами умываться! Оно ведь натуральное всяко полезней.

Три кончика вилки безжалостно проткнули желток. Тот потёк по тарелке.

На диван у стола запрыгнула пушистая кошка. Она вся была покрыта цветами. Даже густая светлая шерсть не могла их спрятать. Зато какое красивое сочетание оттенков: белый и синий.

–Мася, не верти хвостом! – согнала её на пол девушка.

–Не кушала утром… забыли все покормить, да? Забыли! – качал головой дедушка, и, только сев, сразу встал, начав шарить по полкам, пока не нашёл банку с скверно пахнущими гранулами корма, – Кушай моя пушистая, кушай.

Почему-то все мужчины невольно искажают свой голос в общении с кем-то особенным. Если это некто близкий, порой их связки выдают такие ноты, что диву даёшься. В общении со своей питомицей бывший майор совсем не напоминал того, кого пугливо прозвали Штрафным за маниакальное пристрастие к дисциплине. За несоблюдение порядка он зверски наказывал подчинённых. Наверное, именно пунктуальность и осторожность позволили ему дожить до седых волос и ни разу не заразиться весенними хищниками. Вот только…

–Деда, не гладь её, она ведь больная! – оторвавшись от еды, нахмурилась Марта.

–Хех, и ты не самая здоровая. Тебя мне тоже нельзя трогать? – ухмыльнулся тот.

Девушка скривилась, сведя брови домиком.

Старик совсем себя не бережёт. Когда кто-то из семьи заболевает, и на нём прорастают первые цветы, родственники обычно отдаляются от него, чтобы не подцепить цветущих паразитов. А вот он наотрез отказывается бросать Марту и Масю. «Куда ж я пойду-то? Мне семья дороже здоровья. Я уже старый, смерти не боюсь» - так говорил он каждый раз, когда внучка поднимала тему переезда.

Эта проказа действует просто. Она просыпается каждую весну и терроризирует всех людей и животных вплоть до середины июня. Если вступил в контракт с летающей в воздухе пыльцой, или же пожил под одной крышей с заражённым – жди, что рано или поздно обнаружишь на себе маленький прыщик. Вскоре он начнёт разбухать, пока из него не прорастёт синий, как дно океана, цветок. Таких цветов будет становиться всё больше, пока они не высосут из тела всю энергию. Но, если каким-то чудом дожить до лета, паразиты завянут и отпадут. Однако, до этого надо ещё дожить.

Марте повезло, на ней поселилось только одно растение. А вот любимая всеми кошка не такая везучая. На ней проросло порядка двадцати стебельков. И все, как один, сосут из пушистого тела жизнь. Без лечения она не дождётся лета.

–Скоро тебя подлечим, Мась, скоро… – приговаривал дедушка, хотя сам, наверное, не верил в свои слова.

После сытного завтрака Марта вышла на улицу. Она была заражена с первых дней, так что бояться цветущей чумы ей не стоило. В обмен на здоровье девушка получила возможность бродить по городку, работать за еду и, конечно же, греться на солнце. Всех больных тянет к небесному светилу. Те, кто почти полностью покрылся цветами, целыми днями только и делают, что лежат на пустой дороге и купаются в солнечных ваннах.

Работа у Марты была простая. Ходи да выдёргивай весенние цветы. Не ради красивого букета, а во имя борьбы с болезнью! Она ходила по окрестностям, голыми руками вырывая из земли вкусно пахнущих паразитов. Никто не знал, какие цветы заразны, а какие безобидны, поэтому доставалось всем.

За двадцать стебельков можно получить половину булки хлеба. За сорок - банку маринованных огурцов, а вот за сто - даже рыбные консервы! К тому же всем работающим позволяют бесплатно «прополоть кожу». Эта такая процедура, когда доктора вкалывают в область вокруг цветка сильное болеутоляющее, а потом аккуратно срезает его почти под самый корень. Увы, даже такой метод не лечит от болезни. Кто-то даже называет тех, кто его придумал, шарлатанами. Но они, в свою очередь, уверяют, что так повышается шанс увидеть конец цветущего безумия.

Впрочем, сколько бы Марте не предлагали пройти процедуру, она всё время отказывается. Скальпели, иглы, уколы – всё это для неё даже страшнее болезни. Она верила, что есть способ получше.

В тот день не только она собирала цветы. Плетя на ходу венки, ей на встречу вышли три ровесницы. У одной паразит пророс прямо во лбу, отчего она была похожа на рыбу удильщика, у второй все предплечья были подобны разноцветным клумбам, а третья удачно прятала свою проблему под длинным сарафаном.

–Кто сколько насобирал?

–Да рви – не рви, их всё больше!

–Скоро сирень зацветёт. Будем и её рвать.

–А для чего рвать сирень? Она ведь не заразна.

–Но ведь это не все знают. Давайте сорвём, вдруг примут!

Обычный бытовой день, несмотря на свою опасность ставший будничной нормой. Люди в своей общей массе удивительно быстро мирятся с подобными происшествиями. Спросить кого-то отдельного, и он будет целыми днями рассказывать, как устал бороться за свою жизнь. Но вот толпа молчит. Молчит и просто живёт, будто ничего странного не происходит.

«Чем у большего количества людей какая-то проблема, тем менее страшной она ощущается» – так размышляла Марта. Рядом с подругами она не стеснялась своего отростка на шее. Тот даже иногда казался ей красивым. Он сладко пах. К нему часто подлетали пчёлы. Девушке было приятно от ощущения того, что хоть для кого-то весна не время ужаса и страха, а праздник живота.

Тот день и дальше бы был совершенно обычным, если бы…

–А я узнала, где можно купить волшебный камень, – кокетливо обратила на себя внимание дама с цветком во лбу.

Три заинтересовавшихся взгляда тут же уставились на её низкую фигуру.

–Его можно легко получить! Только не за цветы, а за еду. Он вон там, в третьем гараже пятого ряда.

–А что за камень то такой? – спросили её подруги.

–Ой, название у него такое сложное… Хлорид… Хлорид чего-то там, не помню. Хлорид натрия, вот! Те, кто его нашёл, смогли расколоть на много маленьких осколков, и теперь продают их всем желающим. Эти камушки, говорят, способны вылечить от цветочной болезни.

–С этого и надо было начинать!

Работа пошла веселее. Девчонки пришли в самое плодовитое место – на кладбище. Оно становится всё шире и шире с каждой весной. И всё ярче цветёт. Там они резво набрали полные руки растений, сдали их в обмен на еду и побежали за гаражи.

Это было одно из самых тихих мест города. Кроме лежащих на крышах тихих тел, что с трудом дышали, там никого и не было. Вернее, не было до того самого дня. Теперь же вокруг третьего гаража собралась целая толпа больных с полными руками продуктов. Они отдавали еду килограммами, дабы получить камень, не весящий и двух грамм.

Девчонки смогли получить своё заветное счастье только когда уже село солнце. Марта, сжимая в руках шанс на выздоровление, побежала скорей домой. Если скормить этот камушек Масе, та непременно выздоровеет! А выпив воду, в которой лежал волшебный минерал, девушка и сама получит возможность увидеть лето! Вот только…

–Где Мася? Я ей камушек принесла, – сжимая его в бледных кулачках, оглядывалась Марта.

–Да, что уж… Не нужен ей твой камушек, родная, всё.

–Что значит «всё»?

–Ну, то и значит. Померла кошка. Я её у себя в комнате пока положил, мне ж на улицу запрещено…

Иногда сложно поверить в то, что близкие смертны. Сложно поверить, что по возвращению домой застанешь своего питомца лежащим на кровати пустым телом, в котором больше ничего нет. Всегда кажется, что подобное случится не скоро, либо вообще никогда.

На Масе было слишком много цветов. Когда началась весна, она сбежала на улицу, как и подобает любопытному животному. Марта пол дня гонялась за ней по двору. Так они и заразились. Усатая извалялась в первых подснежниках, отобрав у себя шанс дожить до лета.

Но, по правде говоря, камень бы ей всё равно не помог. Марта, оставив его себе, каждое утро пила воду, в которой он медленно растворялся. А к концу мая дедушка похоронил её на том самом кладбище, где повыдергали все растения, даже обычную траву. Ранее самое яркое в округе место превратилось в засушливый огрызок земли.

А потом всё закончилось, словно по щелчку выключателя.

Трудно понять, как работает эта болезнь. Кого-то она будто бы щадит, другого валит наповал. Бывали случаи, когда обросшие с пят до макушки люди спокойно жили и даже не кашляли. Другие же помирали от маленького расточка на шее.

Кто-то говорит, что эти цветы – дар, а не бремя. Вместо лекарства они ищут просвещения, надеясь, что всё происходящее – чей-то хитрый промысел. Так всегда было, а значит так и должно быть дальше.

Другие видят в их действиях своего рода отчаянье и попытку полюбить то, что бессмысленно ненавидеть. Они готовы из кожи вон вылезти, но остановить заразу.

Ну а все остальные просто стараются быть осторожней с первыми днями марта.