
Железная Нимфа
Где кончается сталь и начинается плоть? В сизом мареве депо, среди спящих исполинов, хранится великая тайна. Старший машинист Андрей Игнатьевич знает: паровозы — лишь личиночные шкурки, временные оболочки для существ, чья настоящая жизнь — среди звезд.
Это была ещё не бабочка, а протококон, существо в самой активной фазе метаморфоза.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1Депо заснуло, и сон его был тяжек и насыщен, как у уставшего за день зверя. В сизом мареве, висевшем под закопчёнными сводами, медленно плавали крупинки угольной пыли, капли сконденсировавшегося пара, мельчайшие чешуйки окалины. Аварийные фонари, жёлтые, выцветшие, пробивали эту взвесь не лучами, а густыми, сиропообразными сгустками света, которые лениво растекались по могучим бокам застывших паровозов, придавая их формам сходство с доисторическими насекомыми, заснувшими в каменноугольных пещерах. Воздух был густ и ядрён, он состоял из испарений мазута, раскалённого металла, дёгтя и древесной смолы от шпал, с едва уловимой, но неистребимой нотой человеческого пота — потом здесь работали, не щадя сил.Андрей Игнатьевич, старший машинист-инструктор, чьё тело за долгие годы срослось с ритмом депо, а душа — с его сокровенной жизнью, шёл по главному цеху. Его потёртые, пропитанные соли…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0